Kitabı oxu: «Последний единорог»

Глава

Глава 1.

Эльмвуд просыпался неохотно, как старый кот, которого вытащили из насиженного кресла. Узкие мощеные улочки еще хранили ночную прохладу, а фонарщик в потертом плаще, позевывая, обходил свои владения, кистью гася магические огни. Воздух, насыщенный запахами выпечки из «Пекарни Грегга» и сырой земли с окрестных холмов, казался густым и почти осязаемым.

На первый взгляд Эльмвуд ничем не отличался от дюжины других приграничных городов северного герцогства Касмор. Те же черепичные крыши, та же кривая ратуша с расписным циферблатом, те же ворчливые торговцы, открывающие ставни своих лавок. Но присмотревшись, внимательный путник заметил бы странность: слишком много здесь было кабинетов, контор и адвокатских бюро на первых этажах старых особняков. Эльмвуд жил не столько ремеслом или торговлей, сколько словами — заверенными, подписанными, скрепленными сургучными печатями. Город тяжб и договоров, город, где каждое обещание имело вес, а каждое нарушение — цену.

Именно здесь, на самой кривой из всех кривых улиц — Тупике Юстиции, располагалась контора мистера Артемия Воула.

Само здание, когда-то бывшее красильней, а ныне перестроенное под офис, имело настолько мрачный и негостеприимный вид, что прохожие невольно ускоряли шаг. Фасад облез, окна покрывала вековая грязь, которую даже вчерашний ливень не взялся отмыть, а над дубовой дверью висела крошечная табличка с выцветшими буквами: «Артемий Воул. Юридический сыск. Конфиденциально».

Внутри, вопреки ожиданиям, царил педантичный порядок.

Артемий Воул сидел за своим столом ровно в шесть утра, как делал это каждые последние двадцать лет. В его возрасте — а выглядел он на все шестьдесят с лишним, хотя никто не знал точного числа — привычки становились не просто ритуалом, а скелетом, на котором держалось всё остальное. Сегодняшнее утро ничем не отличалось от тысячи предыдущих: чашка черного кофе без сахара, газета «Эльмвудский вестник», неспешный просмотр почты. — ...опять у мясника украли сосиски, — пробормотал он, перелистывая страницу с криминальной хроникой.— Воры становятся всё примитивнее.

Кабинет был обставлен с суровой практичностью. Два кожаных кресла для посетителей, массивный письменный стол, инкрустированный медью (потому что дешевое дерево Артемий презирал), и шкафы, забитые папками с делами. Ни одной лишней детали. Даже часы на стене — старые, механические — тикали с такой убийственной точностью, что их звон в полдень воспринимался как приговор.

На стене, впрочем, висело нечто, что выдавало в хозяине конторы не просто крючкотвора. Пять инструментов, аккуратно разложенных на вельветовой подложке: увеличительное стекло в железной оправе, полоска индикаторной бумаги для проверки подлинности магических следов, набор отмычек нестандартного образца, потертая монета с дырочкой (талисман) и маленький флакон с бесцветной жидкостью. Под рамкой витиеватая надпись: «Для всего есть свой ключ — и не только в замках».

Методы работы Артемия Воула были легендарны в узких кругах. Он не брался за убийства — слишком шумно и тупо. Не интересовался пропавшими без вести — этим занималась стража. Его стихией были *тонкие* дела: подлоги, невыполненные обязательства, нарушенные контракты, пропавшие артефакты, которые кто-то очень хотел найти, а кто-то еще больше — спрятать. Он работал не с полицией, а с частными лицами, и его гонорары заставляли даже самых богатых купцов задуматься, а точно ли им нужна правда.