Kitabı oxu: «Шизоидность: ?!»
Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.
Введение
Современный мир переполнен информацией, с которой человек далеко не всегда справляется. Чтение книг требует немало времени и усилий. Чтобы сократить время на чтение этой книги, узнать ее содержание за короткое время и написано введение.
Шизоидная личность – это разновидность акцентуированной личности.
Акцентуированная личность – личность с характерологическими отклонениями от нормы, выраженными в чрезмерном усилении отдельных черт характера; им присуща тенденция к особенному социально-положительному или социально-отрицательному развитию.
Длительное время в науке и в общественном сознании, на бытовом уровне было относительно резкое, контрастное разделение на лиц с психическими отклонениями и нормальных среднестатистических лиц. Считалось, что лицами с психическими отклонениями занимается медицина, а нормальными лицами занимается психология.
Медицине работы хватало, так как лиц, которые нуждаются в помощи психиатра, которые по всем признакам относятся к лицам с какими-то психическими отклонениями – было и остается около 5–6 % от всего населения.
Сюда относятся шизофреники, параноики, психопаты, лица с эпилептоидными реакциями и т. д.
И в тоже время существует много лиц, которые находятся на границе нормы и патологии. Таких лиц примерно 20–30 %. Этот процент зависит от характера выборки (в больницах лечится больше акцентуированных личностей, в армии и среди призывников – меньше и т. д.). Степень распространенности акцентуаций зависит от преобладающего психологического типа выборки, от возраста обследуемых и других факторов.
По данным К. Леонгарда в клиниках Германии, в свое время, почти каждый второй больной был акцентуирован.
Можно ли сказать об этих лицах, что они полубольные? Можно ли считать, что акцентуация – это плохо, что быть акцентуированным человеком плохо?
Лица с акцентуацией, в том числе и с шизоидной, это, с одной стороны, "золотой фонд" психологических сил, психологической сущности нации и всего человечества. С другой стороны – это лица, которые могут привносить трудности в систему межличностных отношений, в систему профессиональной деятельности.
Чем более выражена акцентуация человека, тем статистически реже встречаются ситуации, где этот человек в высшей степени эффективен. Но если такая акцентуация встретилась, то в этих ситуациях он может быть намного эффективнее типичного человека.
Итак, что же такое акцентуированная, в том числе шизоидно акцентуированная, личность?
Акцентуированная личность – это личность с характерологическими отклонениями от нормы, В результате этих отклонений им присуща тенденция к особенно социально положительному или социально отрицательному развитию.
Существуют различные типы акцентуаций:
циклоидный (эта акцентуация связана с колебанием у человека фаз хорошего и плохого настроения с различными периодами);
гипертимный (для лиц с данной акцентуацией характерно постоянно приподнятое настроение, повышенная психическая активность с жаждой деятельности и, в силу этого, нередко с тенденцией разбрасываться, не доводя начатое дело до конца);
астенический (это астеники и психастеники, лица повышенно чувствительные, постоянно переживающие по своей природе и, в силу этого, быстро устающие, раздражительные, склонные к депрессиям, повышенно тревожные и др.);
эпилептоидный (склонность к злобно-тоскливому настроению, к накоплению раздражительности, агрессивности, внутренней неудовлетворенности, которые проявляются в форме гнева, злости, ярости, жестокости, конфликтности; этот тип акцентуации нередко связан с "вязкостью" мышления, скрупулезностью, педантичностью и др.);
паранойяльный или "застревающий" (зацикливающийся на чем-то под влиянием "сверхценной" идеи);
истероидный или демонстративный (стремящийся к вниманию, признанию окружающих любыми доступными средствами); и т. д.
В принципе любая черта характера в человеке может быть развита до уровня акцентуации. Если такая черта выражена чрезмерно, то это человек с акцентуированной чертой характера.
Особое место среди всех акцентуаций занимает шизоидная. Шизоид может быть до необычности талантлив и он может привносить немалые проблемы в коллективы, оттягивая на себя, на свои идеи, концепции несколько нормально работающих работников.
Когда говорят об акцентуациях, то в настоящее время их все больше и больше связывают с так называемыми метапрограммами мышления человека. А метапрограмма – это не что иное, как некие устойчивые бессознательные алгоритмы мыслительной деятельности человека, предрасположенность человека мыслить именно такой стратегией, а не другой. Метапрограммы – это устойчивые стратегии мыслительной деятельности. Так, доминирующей у человека может быть метапрограмма достижения или метапрограмма избегания. Для одного очень важно чего-то достигнуть в жизни, в ситуации. И когда он мыслит, анализирует ситуацию, то для позитивного решения для него важно уяснить, что он чего-то достигает, что он движется вперед. А для другого важно избежать неудачи. Для такого человека при принятии позитивного решения важно знать, понимать, что он сможет в конкретной ситуации не провалиться, правильно выполнить задание, что это не будет ли это для него каким-то ударом, досадой, неприятностью.
Еще одна метапрограмма – внутренняя и внешняя референтация. Так, начальники, как и все люди, бывают с доминирующей внутренней или внешней референтацией. Для убеждения лиц с внешней референтацией доводы должны быть из внешних источников, очень авторитетных для данной личности. Здесь важны научные выводы, мнение других лиц, мнение вышестоящего начальника и т. д. Именно такая аргументация более подходит для этого человека, чтобы он изменил точку зрения, изменил свое мнение.
Следующая метапрограмма связана с психологическим ощущением времени, в котором живет человек. Один человек постоянно все сравнивает с прошлым, второй живет в настоящем, а третий постоянно любую ситуацию спонтанно анализирует с точки зрения того, что будет в будущем. Это метапрограмма – прошлое, настоящее, будущее.
Еще одна метапрограмма: один человек в любой ситуации пытается оценить других, второй ждет оценки окружающих. И возникают ситуации, когда один спонтанно оценивает другого: "ты сделал это не очень хорошо", а второй съеживается и ждет, когда оценку сделают другие.
Есть метапрограмма – сходство-различие. Например, где-то что-то произошло: один, анализируя ситуацию постоянно находит сходство с чем-то подобным, а второй спонтанно, по своей природе, возможно даже по своей генетике, постоянно видит, чем это явление отличается от других.
А что же лучше – метапрограмма направленная на анализ сходства или на анализ различий? Все зависит от ситуации.
Мы устроены так, что мышление у каждого построено индивидуально. Но когда человечество начинает осмысливать все явления, получается как бы интеллект всего человечества, когда в анализ включаются противоположные метапрограммы, различные акцентуации (которые пронизаны метапрограммами различных типов). В этом случае используются интеллектуальные, характерологические возможности каждого.
Кто-то создал великую научную или иную систему – он видел общее, общие закономерности, а кто-то гениально увидел какие-то частные явления. Великие художники увидели частность, но увидели частность в конкретном явлении так, что это затронуло души всех. В принципе нужны и те, и другие метапрограммы, как нужны и те, и другие личности, те или иные акцентуации и т. д.
Акцентуации, или тот или иной тип акцентуаций, которые приняты сейчас в науке, отличаются друг от друга тем, что в них удивительным образом индивидуально-типологически сочетаются различные метапрограммы. При этом чем среднестатистический человек отличается от акцентуированного? Если у типичного человека степень доминантности той или иной метапрограммы относительна: он может видеть и сходство, и различие, у него проявляется внутренняя и внешняя референтация и т. д.; то у личности с тем или иным типом акцентуации присутствуют доминирующие метапрограммы, которые помимо его воли предопределяют особенности его деятельности и мышления.
Сочетание нескольких акцентуированных метапрограмм дают акцентуацию личности.
Что же касается шизоидной акцентуации, то у лиц, обладающих ею, может быть выражена способность обладать и эффективно использовать в своей деятельности в и мышлении относительно противоположные метапрограммы. Это может привносить путаницу при решении простых силлогизмов, но давать преимущества в ситуации восприятия кумулятивных, кумулятивно-факторных причин, противоречиво влияющих факторов.
Присутствие в личности выраженных метапрограмм может делать ее весьма эффективной. На этот счет есть интересные примеры. Если мы откроем книгу П. И. Ковалевского "Психиатрические эскизы из истории", то, прочитав ее, поймем, что многие крупные, выдающиеся деятели у нас в России были акцентуированы.
Вспомним крупных политических деятелей недавнего времени Сталин – паранойяльная акцентуация, Ленин – паранойяльная акцентуация. По мнению П. Ковалевского акцентуирован был Петр I и очень многие российские цари.
При этом однобоко, одноплоскостно считать, что России просто не повезло, что нашей страной правили психически неуравновешенные личности.
Недавно были проведены исследования в масштабе нашей страны. Обследовали крупных руководителей заводов, субъектов федерации, успешных губернаторов, мэров крупных городов и т. д. И оказалось, что в 80 % случаев эти руководители паранойяльно акцентуированы. А паранойяльность – эта зацикленность на чем-то, наличие сверхзначимой, сверхценной идеи. Эти люди зацикливались на деле (следует отметить, что это не единственная акцентуация у крупных успешных руководителей, они еще повышенно чувствительны и истероидны, то есть умеют чувствовать людей, ситуацию и естественно подстраиваться под них).
Петр I "зациклился" на том, что Россию надо выводить в передовые страны. Можно спорить о методах достижения им поставленной цели, но то, что он к ней шел изо всех своих сил – бесспорно.
Но встречаются лица с паранойяльно акцентуированными чертами, которые наносят величайший вред государству, предприятию. Один пример. В крупный банк подобрали заместителя председателя банка – бывшего разведчика. Разведчик был заслуженный, весь в орденах, он был в "горячих" точках, принимал участие в боевых действиях. Удивительная биография…
Но этот человек был настолько сконцентрирован на цели деятельности, настолько привык действовать, когда на него оказывают давление, настолько привык преодолевать препятствия (это тип, у которого энергетика повышается, когда на пути к достижению цели стоит препятствие), что он просто не мог спокойно работать в банке, где нет трудностей, нет препятствий в том смысле слова, к которым он привык. И он начал их искусственно создавать, в значительной степени бессознательно. "Это делается неправильно, надо сделать вот это и это… Ну и что, просидим три ночи, зато сделаем… А этот отдел недоработал. Ну, что вы, ребята, ведь это ж не так, надо было не только в этом регионе, надо было поехать туда, сюда…"
Он заставлял работать всех очень интенсивно, по 18 часов в сутки. Естественно, в условиях наличия типичных кадров, которые работают в банках, это привело к дезорганизации работы крупного коллектива.
Пригласили психолога – разберитесь. А парень-то умница, готов "пахать" день и ночь, но другие-то не готовы к этому, у других другой тип личности. Допустим, перед нами феминизированная, сензитивная личность. Не так на нее посмотреть – и вот уже человек на три дня выбит из колеи. У него сензитивная акцентуация, то есть это совершенно другой тип личности.
Таким образом, акцентуация – это и плюс, и минус в зависимости от того, в какой тип деятельности включен этот человек, в каких ситуациях он находится. Вот ключ к пониманию акцентуации человека, в том числе и шизоидной.
Шизоидный тип акцентуации – удивительный тип, непохожий на другие. Причем лиц с чертами шизоидной акцентуации мы встречаем постоянно. Более того, временами ситуативно мы сами таковыми становимся.
В первую очередь для лиц с шизоидной акцентуацией характерен "двойной зажим", то есть личность переживает относительно противоположные чувства, у нее срабатывают относительно противоположные метапрограммы. На личность давит столкновение противоположностей в мотивации, в чувствах, в мышлении – "двойной зажим".
Как можно понять суть этого "двойного зажима"? Допустим, у человека очень повышенная чувствительность, он эмпатичен, он нуждается в глубоком межличностном общении с другими людьми, ему нужны их улыбка, добрый взгляд. А он приходит с утра на занятия, на лекцию и видит кругом послевоскресные лица – у каждого свои проблемы. И он боится искренне сказать: "Привет! Здорово! Как дела? Ну как ты провел воскресение? Друг ты мой сердечный". Он боится это сказать, не решается высказать свои чувства. А увидев у однокурсника взгляд как у "ежика" – тоже становится "ежиком".
С одной стороны у него огромная потребность в психологическом поглаживании, в общении, а с другой – он закрывается, чтобы не проявить, не показать свою зависимость от эмоциональной эмпатии, от окружающих, чтобы не быть "не как все".
И внешне, при высокой внутренней чувствительности, у шизоидов это может проявляться в эмоциональной холодности, замкнутости, в необычности мышления и т. д. Это очень своеобразный подтип шизоида. Есть шизоиды других подтипов. Но для всех характерен эффект "двойного зажима".
Перечислим некоторые признаки шизоидности и одновременно давайте подумаем, не проявляются ли временами эти признаки и у нас? у кого-то из окружающих? Заранее следует сказать, что шизоидная акцентуация – это не есть плохо, иногда это большое благо для человека и человечества. Это бывает тогда, когда шизоидная личность попадает в те виды деятельности, в которых она высоко эффективна.
Итак, вот эти признаки. Первый – человек может любить и ненавидеть одновременно, причем нередко и чаще всего эти противоположные чувства проявляются по отношению к самым близким, самым дорогим людям, к наиболее значимым ценностям. Допустим, жена сильно любит мужа. Это проявляется во взгляде (зрачки расширенные, глаза блестят и т. д.), в интонации ("милый, дорогой, хороший, единственный"). И вдруг проявляются относительно противоположные чувства, вдруг от нее идет такая "стервозность", что трудно передать словами.
Почему это так происходит? Откуда такой контраст чувств? А все дело в том, что у этого типа личности чувства должны качаться как маятник: то в одну сторону, то в другую. Если чувства долгое время не переходят в положительное состояние, то этот маятник как бы давит на психику и деформирует личность. Человек уже не в себе – мужчина это или женщина – готов лезть на стену, причем не знает почему, не догадывается, что для успокоения ему надо просто выпустить негативные эмоции. И человек бессознательно ищет любой повод, чтобы данный негативизм выпустить наружу (иногда он выпускается и на себя, вплоть до ненависти к своему телу, к своим поступкам и др.).
Иногда противоположность чувств, переживаний у шизоида скрыта. Так, нередки шизоиды, которые за что-то ненавидят свое тело (особенно если он сам полный или с другими физическими несовершенствами), часть самого себя. Особенно часто это бывает у лиц, профессия которых по своей сути гуманна, которые не могут в силу своего воспитания выплескивать негативные переживания на окружающих. Если шизоид полон, то он может искренне ненавидеть себя. Один из них на вопрос: "Почему же вы так не любите свое тело?", неожиданно, но вполне серьезно, ответил: "Оно занимает много места, мешает другим". И это был блестящий профессионал, с весьма гуманной профессией. Защитные реакции на этот счет у шизоида срабатывают самым неожиданным способом (или не срабатывают вообще).
Итак, у шизоидной личности положительные чувства как бы завязаны с негативными маятниковой закономерностью. "От любви до ненависти один шаг" – это утверждение более всего подходит к шизоидам.
Если же шизоидам не давать проявления противоположных чувств в широком диапазоне, если их сдерживать, то это приводит к нарастанию внутриличностных проблем, причины которых не сразу может понять даже опытный психолог.
Причем зажим проявления противоположных чувств (и позитивных, и негативных) может сказаться на личности и через несколько лет. Так, если не давать возможности жене проявлять по отношению к мужу негативных чувств, если не давать ей быть естественно "стервозной", то через 10–20 лет это может привести к крайне негативным психологическим последствиям, к семейной трагедии.
Первая особенность шизоидов является основной, ведущей. Остальные особенности могут у шизоидов не проявляться: существует много различных подтипов этого типа личности. И несмотря на то, что внутри у них могут проявляться противоположные переживания, чувства, внешне наблюдатели обычно фиксируют у шизоидов какую-то доминантную эмоцию: зол или добр, общителен или замкнут и т. д. Со временем шизоиды и играют ту роль, которую от них ожидают.
Вторая особенность – эти лица склонны к индивидуальному стилю деятельности, они нестандартны, у них чаще, чем у других, повышен творческий потенциал. Они могут не только переживать по разному, но и смотреть, анализировать проблемы с различных, противоположных, точек зрения. "Двойной зажим" характерен не только для эмоциональной, но и для их рациональной сферы личности. Это характерно и для их мышления, для их метапрограмм. Они могут менять метапрограммы на противоположные, что дано, увы, далеко не всем людям. Тождество противоположностей – ядро диалектического мышления. У многих шизоидов оно присутствует по их психологической природе.
Как и противоположные чувства, шизоиды могут переживать и противоположные мысли и своим мышлением схватывать тождество противоположностей. Они могут видеть предмет с различных точек зрения. И когда человек выдает что-то нестандартное, необычное, оригинальное, нередко из уст окружающих звучит: "О, шизик какой". Приведем такие данные: большая часть истинных изобретателей у нас в России повышенно шизоидны. Очень многие крупные ученые – повышенно шизоидны.
Итак, шизоиды могут видеть тождество противоположностей, склонны к индивидуальному стилю деятельности, весьма нестандартны в своих переживаниях.
Третья особенность шизоидных личностей – они часто стремятся создать какую-то совершенную, завершенную систему. Они способны видеть с различных точек зрения и видят нередко ограниченность многих частных подходов, концепций. Обобщив, интегрировав эти подходы, они стремятся создать что-то новое, необычное. Так, И. Кант создал свою философскую систему, Г. Гегель – свою. В бизнесе в начале 90-х годов появилось много шизоидов, создавших свои системы-империи (но, создав их, начали чувствовать свою недовостребованность).
В науке при наличии системных знаний и хорошего интеллекта такие лица могут достигнуть многого. Они стремятся к завершенности, системности анализируемых явлений, видят разные точки зрения, подходы и т. д.
Четвертая особенность (в бытовом плане она не четвертая, а скорее вторая) – эти личности, как правило, повышенно интуитивны.
Такая личность смотрит в глаза другому человеку и по этим глазам читает истинные мысли, видит то, что от него скрывают, чувствует это, насквозь видит других. Шизоид такой по природе (хотя есть подтипы и со сниженной интуитивностью).
Но откуда у него эта повышенная чувствительность? У этого человека строение психики более тонкое по природе, по его психофизиологическим особенностям. И меньшие раздражители он воспринимает как весьма значимые сигналы. Вот чуть-чуть исподлобья смотрит человек (для обычного человека это ничего не значит), а для шизоида – это трагедия общения. Только что с этим человеком было такое глубокое эмпатичное общение, а вот уже он смотрит исподлобья. Для шизоида это настолько сильный раздражитель, что его бывает достаточно, чтобы деформировать, свернуть общение, уйти в себя. У шизоида более низкий порог возбудимости, раздражения психики.
В настоящее время в науке все большее признание получает концепция кумулятивно-факторных причин. Суть ее заключается в том, что наше сознание, наша логика, наше мышление устроено так, что мы более улавливаем влияние отдельных факторов, отдельных причин, выраженных достаточно рельефно, чтобы их заметить и логически проанализировать. Но эти отдельно выраженные факторы, причины детерминируют поведение человека примерно на 1/3. Наука в большинстве случаев анализирует подобные факторные причины. В то же время на 2/3 поведение человека детерминируют микропричины, которые имеют свойство кумуляции в психике до определенного порога, после которого начинается соответствующая активность человека.
Шизоиды отличаются тем, что в большей степени, чем простой, обычный человек, чувствуют эти кумулятивные причины. Объяснить действие этих причин словами трудно и переход от анализа кумулятивных причин (интуиция) к факторным (мышление) дается сложно. И не случайно при объяснении чего-то шизоид может выглядеть алогичным. Типичные же люди обычно анализируют факторные причины, которые рельефно врываются в нашу жизнь, которые поддаются логическому анализу.
А шизоид? Шизоид может чувствовать кумулятивные причины и делать на их основе определенные выводы. А интуиция у них какая! Вот если жена повышенно шизоидна, не дай бог муж сходит куда-нибудь с друзьями, а жене об этом не скажет. И вот она смотрит, у нее меняется настроение и она говорит: "Ты, ты…, да я по глазам все вижу". Да, такие лица действительно могут видеть все по глазам. Могут, у них такая повышенная чувствительность. Даже если зрачок сдвинулся не так, как обычно в этой ситуации, и она уже это замечает. Такая интуиция основана на тонкой, высокой чувствительности.
Пример из практики. Друзья попросили поработать с женщиной, у которой обострились внутриличностные проблемы. При работе с ней (вначале по телефону, потом при встрече) выяснилось, что это типичный шизоидный тип личности. Первый муж был бизнесменом, но она полюбила, почувствовала (хотя у нее уже достаточно взрослая дочь), симпатию к другому человеку. Об этом узнали окружающие. Муж ее отчитал: "Ты с кем связалась? Ты же знаешь этого человека". И что же она делает в ответ? Она бросает мужа-бизнесмена, заставляет другого человека развестись со своей женой и прийти к ней. Впоследствии оказалось, что ее новый муж тоже типичный шизоид. И вот живут эти два шизоида вместе. У них "дикая" интуиция, они могут настолько безошибочно вцепиться в другого человека, настолько тонко почувствуют ситуацию общения, что не замечаешь как попадаешь под влияние этих людей, как научная логика постепенно заменяется с их помощью на ту, которая принадлежит им. Они могут незаметно войти в душу другого и друг друга, точно почувствовать ситуацию, моменты принятия решений человеком и настолько корректно, в нужный момент подтолкнуть его к тому или иному решению, что и психолог не замечает, как попадает под влияние этих людей и принимает то решение, которое идет под их влиянием. Такой личностью была и эта женщина. Она смогла почувствовать, что новый муж ей психологически ближе, она смогла уцепиться за этого человека, эмоционально привлечь его.
Но шизоид по своей природе должен находиться в состоянии маятника. Если он себя сдерживает, блокирует проявление контрастных эмоций, то это ведет к нарастанию психологических проблем, к возникновению различных комплексов и это влияет на его здоровье.
В то же время любому человеку хочется глубоких, необычных, ярких чувств. И шизоид эти чувства может дать другому человеку, реально сопереживая их. Типичный же человек, типичная женщина чувствуют в меньшем диапазоне. Но вот получил мужчина, сам также шизоид, но в меньшей степени, "эту порцию чувств"… И что затем? А затем эта женщина (по закону маятника) идет в другую сторону…
Однако уже до этого момента сила эмоциональных переживаний в общении двух людей бывает настолько интенсивной, нестандартной, что обычному человеку или даже умеренно выраженному шизоиду, хочется от них отдохнуть. И нередко, после того как типичный человек получит "порцию" эмпатичных чувств от шизоида, он хочет спонтанно вновь прийти в себя, вернуться к своему Я, выйти из под влияния этого человека.
И вот мужчины, у которых шизоидные жены, хотят нередко беспричинно, спонтанно, не осознавая почему, куда-то оторваться – в командировку, побыть хоть немножко рядом с другим, "стандартным" человеком или одному. И наоборот, если шизоиден муж, то жене хочется побыть где-то в одиночестве, не с ним, потому что постоянное давление взглядом, фразой, интонацией и т. д. может угнетать.
Подобная закономерность характерна и для общения между мужчиной и женщиной вообще. Типичная женщина требует более глубоких, более интенсивных эмоций, чем мужчина. Более интенсивные эмоции ей требуются на более длительное время, чем мужчине. У мужчины эта потребность удовлетворяется быстрее, пресыщение происходит раньше. Это является одной из основных психологических причин разводов после первого, второго года супружеской жизни. В силу этого мужчине статистически чаще для счастливого брака нужна "дистантная" женщина.
Итак, вернемся к нашему случаю, эта женщина притянула к себе нового мужчину (а у него двое детей). Они начинают жить вместе, но она боится его потерять, все свободное время стремится проводить только с ним, никуда не отпускает, даже в командировку (боится, что он начнет встречаться со своей бывшей семьей). Через год совместной жизни этот мужчина начинает чувствовать дикий дискомфорт. Он уже начинает переживать и всю гамму негативных чувств со стороны новой жены-шизоида. Ему уже невмоготу. Бросив свою прежнюю жену, двоих детей, он начинает осознавать, что бывшая жена дала ему менее интенсивную порцию чувств, но она и меньше изматывала психологически. И он возвращается к своей первой жене. Он понимает, что первая жена – это как черный хлеб, на каждый день, в то время как жена-шизоид – это булочка с изюмом, которая в одни моменты мягкая, вкусная, а в другие ее хочется заменить черным хлебом. И предугадать эти моменты невозможно. И мужчина выбрал хлеб на каждый день, хлеб, который не приедается.
Какое же было поведение шизоидной женщины? У нее сработала классическая проекция – виноват первый муж. На вопрос: "Почему?", бессвязный ответ: он ей когда-то сказал не ту фразу.
Затем виноваты родители, потому что они настояли на разводе с первым мужем и со вторым.
Задаю простые вопросы: "А почему родители? Ведь Вы сами сделали первый шаг к разводу, Вы противоречите сами себе?" – "Да! Противоречу, но вот родители…"
Так вот эта женщина бросает мужа бизнесмена для того, чтобы быть рядом с человеком, который тоже, как она, повышенно шизоиден, который переживает чувства также интенсивно как и она. Она нашла родственную душу.
И что характерно: шизоид может бросить все – богатство, деньги, ближайших родственников для того, чтобы быть рядом с человеком, который его понимает. Эмоциональная эмпатия, взаимное понимание для этого человека более важная ценность, чем деньги, работа и прочее, прочее… Бросают все, идут в нищету, но лишь бы быть рядом с родственной душой, не понимая, что души других меняются тоже…
Что делать в этой ситуации психологу? Что порекомендовать? Как скорректировать поведение личности? Ответы на эти вопросы важны не только для лиц из приведенного примера, но и для всех нас. Дело в том, что подобные переживания типичны для шизоидов, но ситуативно они могут быть у любого человека. Для одних эти чувства относительно постоянны и стабильны во всех ситуациях, они очень высокой степени интенсивности и тотально пронизывают личность, а у других – лишь ситуативны.
Для шизоидов характерно вымещение своей раздражительности, злобы под любым предлогом. Этот человек придумает все что угодно, чтобы вновь придти в состояние раздражительности. Если мы не допустим этого состояния, то невольно можем навредить его здоровью.
Причем для шизоида может быть характерно как бурное, интенсивное срабатывание защитных реакций (вытеснение, проекция и др.), так и вообще отсутствие данной способности.
Поэтому если мы любим шизоидную личность (а их очень многие любят, это нередко яркие личности), то этому человеку надо простить, когда он начинает говорить нам что-то "стервозное".
Если он или она этого не скажет, то это бьет по их здоровью и прочее, и прочее…
Почему приведен этот пример? Чтобы каждый из нас проанализировал свои семейные отношения, отношения с близкими людьми. С вероятностью 20–30 % мы, наши жены или мужья, наши ближайшие родственники наделены аналогичными особенностями. При этом шизоид нередко притягивает шизоида…
Возникает вопрос: если взять торговлю недвижимостью, кто лучше продаст недвижимость – шизоиды или не шизоиды?
Да, шизоиды определенного подтипа. На этот счет есть достаточно надежные статистические данные. Поэтому шизоидность иногда – "дар божий". Шизоид определенного типа может вцепиться в другого человека, вжиться в него и заставить сделать то, чего бы этот человек никогда не сделал, если бы рядом не было шизоида.
Нередко шизоиды с достаточно подвижным интеллектом и социальным опытом общения с людьми просто психологически принуждают к той или иной покупке. В этом отношении от них зачастую нет никакой защиты. Надо быстрей вынимать бумажник, отдавать деньги и убегать… Иначе в душу влезут. Они чувствуют каждое наше движение души, движение глаз, меняя тут же аргументацию, подходы к нам.
В науке идет спор по поводу шизоидных черт личности. Здесь выделены те, которые статистически чаще встречались не у тяжелых шизоидов, а у типичных шизоидов-тружеников, сплошь и рядом осваивающих современную Россию, это черты тех шизоидов, которые постоянно окружают нас, с которыми мы постоянно общаемся. И выделение этих черт проведено по принципу практической важности на языке лиц, не являющихся профессиональными психологами. В тексте монографии они сформулированы несколько по-иному.
Шизоидность – это одна из тех акцентуаций, которая с большим трудом поддается психокоррекции, а нередко и не поддается. И тут бывают два основных типа психотерапевтической ситуации, связанных с двумя подтипами шизоидов.
Первый тип ситуации. Рациональный подтип шизоидов с достаточно высоким интеллектом может понять психолога с полуслова и видоизмениться достаточно быстро и продуктивно. Он просто меняет алгоритмы своего поведения, изменяет взгляды на окружающий мир.
Второй тип ситуаций связан с большими трудностями в изменении личности. Улучшения не происходит, более того – может произойти ухудшение состояния после достижения глубокой эмпатии, взаимопонимания с психологом. Поэтому велика ответственность психолога, когда он берется за работу с шизоидной личностью.
Шизоиды могут быть профессионально успешными. Есть профессии, где их немало. Шизоидов много среди программистов, аналитиков, представителей творческих профессий, они оказались успешными в социальной работе, в видах деятельности, где требуется самопожертвование ради других. В то же время шизоиды нередко не находят себя во многих видах профессиональной деятельности. И не случайно, что их много (а иногда и большинство) среди тех, кто ищет работу, приходит в службу занятости, регистрируется как безработный, среди крестьян.
При этом вложение средств на профессиональную переподготовку шизоида может оказаться малоэффективным: приходит время и с новой профессией этот человек попадает на биржу труда. Для шизоидов важно профессиональную подготовку давать с учетом их личностных особенностей.
Иногда человек сидит за компьютером и внешне кажется скучным, сидит не поднимает глаз, сам в себе, держится особняком, но внутри него играет такая гамма чувств, такой диапазон переживаний, что понять и разделить это смогут единицы.
Вот еще один пример. Шизоид-программист, Валентин, талантлив. Свое место работы не меняет, хотя ему предлагали достаточно большие деньги другие работодатели. Холост (что подозрительно, когда уже за 30). Его увлечения – компьютер, интернет. При беседе с ним говорю: "Надо же познакомиться с кем-то". А он отвечает: "А где и как я познакомлюсь с женщиной, как?".
Но потом начал раскрываться: "Я познакомился". Оказалось – вышел в интернет на сайт киноискусства, познакомился с посетителями этого сайта, в том числе с одной женщиной – Марией. Сначала общались через интернет, потом поняли, что у них есть что-то общее. Встретились, сходили в кино, Понял, что нашел ту, которую подсознательно искал всю жизнь, которая так же бессознательно тянется к нему. Она – психолог по образованию. Кстати, в психологи нередко идут, когда есть какие-то внутренние проблемы, когда есть какие-то акцентуации. Работает в банке, замужем, муж-бизнесмен, много получает.
Общение между ними постепенно стало более глубоким: у обоих выражена потребность в глубоких эмоциональных переживаниях.
Приходит Валентин на работу и, если есть возможность, связывается с ней по телефону: "Привет! Ну как у тебя дела?". Голос услышали, поговорили, и на душе обоим стало легче.
У них есть возможность встречаться друг с другом. Но оба чувствуют какое-то неравноправие: у нее муж, а у него – никого кроме этой женщины. И когда она сказала через некоторое время: "Хватит, муж узнает и прочее, прочее…", Валентин решил покончить жизнь самоубийством…
Вот так мы и встретились. Мария для него – единственное ценное, что есть на свете. Он как бы "прилип" к ней.
И для нее это удовлетворение, но она понимает, что надо руководствоваться принципом реальности: у нее шизоидность еще не приняла тяжелой формы. Она понимает, что если они поженятся, то на зарплату простого программиста и банковской служащей прожить сложнее, чем за спиной мужа-предпринимателя. Но если бы они приняли решение пожениться, то опять были бы и плюсы, и минусы; и высшие проявления чувств, и трагедии. Они жили бы в этом маятнике человеческих страстей. Но жизнь в этом маятнике – это настоящая, полнокровная для них жизнь. Для них такая жизнь – счастье.
А обычному человеку, если дать большую любовь и большую ненависть – это нагрузка, перегрузка, психическое перенапряжение. Мы все очень и очень разные типологически.
Некоторые вероятностные биографические признаки шизоидности: необычные увлечения с индивидуальной направленностью (собирание марок, радиодело, компьютер, собирание несчастных случаев; увлечения психологией, психиатрией, гипнозом, восточными единоборствами, восточной философией и просто философией и т. д.). Далее. Отсутствие близких друзей, наличие среди родственников психических больных. У многих есть родственники с психическими отклонениями от нормы, но у шизоидов они встречаются чаще, трудности адаптации к новым условиям, к новым коллективам; наличие психических травм (в том числе в детстве, в юношеские годы); сексуальные расстройства, осложнения в период полового созревания.
Однако все биографические признаки связаны с шизоидными чертами вероятностно.
Что касается личностных черт, то практически нет тех черт личности, тех особенностей, которые бы не были характерны для шизоида. Но у них нередко наиболее развита какая-то одна из всего диапазона человеческих страстей.
Так, шизоиды могут быть очень общительными. Для них общение, потребность в эмоциональной эмпатии настолько высока, что один человек, или даже несколько, удовлетворить ее не могут. Поэтому они имеют достаточно широкий круг знакомых и эту потребность удовлетворяют, общаясь со многими людьми.
В то же время шизоид может быть весьма замкнутым. При этом нередко замкнутость для них – это не отсутствие потребности в интенсивном общении, в эмоциональной эмпатии с окружающим, а боязнь общения, боязнь ситуаций, когда их искренность, их естественность в общении будет отвергнута. Некоторые из них боятся общаться потому, что не находят того уровня общения, который им необходим.
Есть такой психолог – Карен Хорни. Она всемирно знаменита и, по-видимому, сама не лишена черт шизоидности. Причины неврозов у людей она видела в том, что человек хочет что-то получить от людей при общении с ними, но сомневается в этом, поэтому и замыкается в себе. Так, человек хочет, чтобы его любили, но чувствует что это нереально и проявляет по отношению к человеку, которого любит, противоположные чувства. "От любви до ненависти один шаг", у шизоида это – полшага.
Шизоиды могут быть блестящими танцорами, у них может быть отлично развита кинестетика. Но они могут двигаться и разбалансированно, дискомфортно, угловато. В некоторых исследованиях такая угловатая походка называется одним из важнейших признаков шизоидности.
И в то же время масса противоположных примеров. Известный у нас в России и во всем мире танцор В. Нижинский, чудеснейший танцор – показывал выдающуюся пластику.
Танец, сбалансированные движения – это способ для шизоида снять с себя внутренние нагрузки, достичь внутренней сбалансированности психики.
В настоящее время традиции В. Нижинского продолжает Борис Моисеев. И как он танцует!
Шизоиды могут быть виртуозами на льду, в гимнастике, в танцах, но одновременно иметь несбалансированные движения в обыденной обстановке. Все зависит от того, куда идет их энергия. Если большая часть их энергии пошла на двигательную активность – эта активность сбалансирована; если же вся энергия уходит на умственную деятельность – высока вероятность несбалансированности их движений.
Одни шизоиды бывают очень-очень умными, логически последовательными, а другие обладают крайне низкими способностями к интеллектуальному, логическому анализу.
Вообще у шизоидов большая часть личностных качеств на полюсе или высоких достижений, или низкого уровня развития.
Причины этого многофакторны, многоаспектны, кумулятивны. Но одна из причин заключается в том, что у некоторых шизоидов как бы разорваны репрезентативные системы. Если у обычного человека информация, полученная с помощью слуха, совпадает с данными зрения, с кинестетическими ощущениями, то у шизоида эти репрезентативные системы могут работать как бы независимо друг от друга и давать в мозг различную, в том числе противоположную информацию. Это служит нередко психофизиологическим основанием того, что шизоид может видеть разное, в том числе и тождество противоположностей одновременно. А видение тождества противоположностей – основа диалектического мышления.
Не случайно среди изобретателей, ученых с философским мышлением немало шизоидов.
Итак, шизоиды бывают разные. Их психокоррекция может проводиться различными методами.
Но принципиально важно, чтобы этих людей окружала любовь, искренность. Надо, чтобы у них было любимое дело. При обострении внутриличностных проблем любимое дело, хобби выступают мощным психотерапевтическим фактором.
Шизоиду важно заняться тем видом деятельности, которое дает ему удовлетворение. Чаще это индивидуализированные виды деятельности, нередко – это общение с детьми. Если степень шизоидности не очень выражена, то такая личность нередко тонко чувствует детей, понимает их переживания. Ведь у детей все так искренне, а это для шизоидов – глубочайшее удовлетворение.
Не давить на шизоида, дать пообщаться с теми людьми, с которыми они хотят – важное условие снятия их внутриличностных проблем.
Важно, чтобы они были заняты творческой индивидуальной деятельностью, чтобы по отношению к ним не было заданности организационных и иных условий деятельности, чтобы деятельность не была строго алгоритмизированна.
Строго алгоритмизированная деятельность может вызвать у них внутренний протест.
И еще одна особенность – шизоиды бессознательно стремятся к конфликтам, но потом самое важное для них – примирение. Именно ради момента примирения, ради искренних, душевных отношений с обычными людьми (а у типичного человека момент примирения связан с интенсивными позитивными переживаниями) нередко эти люди идут на конфликт.
Кроме того, конфликт для шизоида – это естественный способ испытать контрастные чувства, перейти из негативного состояния в позитивное, сблизиться с людьми. Как тут быть? Частенько и мы, психологи, не знаем что делать.
Шизоид прекрасно себя чувствует, если идет куда-то на переговоры, где он компетентен, если что-то успешно решает через систему межличностных отношений. Поэтому если давать им задачу добиться чего-то через эмоциональное сближение с другим человеком и если это у него выходит, то такие задания надо ему давать чаще. В таких случаях он эмоционально сближается с этим человеком, получает эмоциональную эмпатию, получает то, чего мы ему не даем в достаточной степени.
И, в заключение, с шизоидом можно работать высокопродуктивно, он может быть очень эффективным в профессиональной деятельности, но может и приносить большие проблемы. Это зависит от того, каким видом деятельности он занимается, в какие ситуации мы его ставим, как мы к нему относимся.
Отношение к шизоиду должно быть другое, более эмпатичное, нежели отношение к другим типам личности. И поверьте, тогда при минимальной заработной плате, при максимальной нагрузке, он будет вкалывать день и ночь ради того, чтобы ему сказали спасибо, ради того, чтобы вы проявили по отношению к нему признательность, ради добрых отношений. Добрые отношения с шизоидом – это способ заставить напрягаться его изо всех сил.
Знаю шизоидов из офицерской среды, которые не имеют никакого приработка, но день и ночь находятся на службе (если начальник его почувствовал и понял). Но вот приходит новый начальник и эта личность находится уже в оппозиции. Немало шизоидов среди врачей, день и ночь думающих о своих больных. Шизоиды прекрасно показали себя на социальной работе и т. д.
Шизоиду надо давать максимальную нагрузку в том виде деятельности, которая приносит ему удовлетворение. Давать максимальную нагрузку, чтобы даже шатался иногда! Тогда у него не будет энергии для стервозности, для негативных эмоций. Если мы такую нагрузку ему не даем, если мы не эмпатичны с ним, то шизоид эмоционально будет качаться как маятник.
И надо спокойно воспринимать все конфликты, которые идут с его стороны. Истинный мотив этих конфликтов – это чтобы на него обратили внимание, чтобы сбросить внутреннюю нагрузку и получить эмоциональную эмпатию.
В основе таких конфликтов лежит бессознательное стремление сменить свои эмоциональные центры на противоположные. У шизоидов в бессознательном существуют противоположные эмоциональные центры, но осознается какой-то один. Длительное нахождение противоположных эмоциональных центров в сфере осознанного и неосознанного актуализирует потребность их смены: один переходит на уровень бессознательного, а другой, ранее не осознаваемый, осознается. В силу этого бывают эффективными противоположные приемы, средства влияния на них.
При этом эмпатия иногда может ради дела заменяться резким психологическим давлением на шизоида.
Конкретный пример. В книжном магазине в пору книжного дефицита одна женщина (ярко выраженный шизоид по движениям, по глазам, по репликам) начинает поднимать шум около прилавка. Продавщица, мудрая женщина, смотрит, смотрит на нее, а потом как гаркнет – та сразу изменилась и стала совершенно другой, тихой и смирной.
Некоторые типы шизоидов подсознательно ищут подобных контактов с окружающими. Для них вот так гаркнуть, стукнуть по столу – это способ воздействия, после которого они тут же становятся нормальными людьми. Но может быть и такое, когда Вы стукните по столу и… такая стервозность проявится, такое может произойти. В этот конфликт могут быть втянуты все члены коллектива, все начальники, а также суд, прокуратура, общественность, вплоть до лидера ЛДПР.
Шизоидов нередко препровождают к психологам. После многочасовых бесед психолог может зашататься…
После таких многолетних шатаний, правда с ощущением не только усталости, но и внутреннего удовлетворения, и написана эта книга. Она построена не только на личных наблюдениях, на личном опыте, а также и на масштабных психодиагностических исследованиях. В конце книги приводятся данные исследований, размышления, показывающие на присутствие у россиян некоторых черт личности сродни "двойному зажиму".
Надеюсь, что Вы разделите со мной прелесть общения (оно присутствует и когда анализируются статистические данные) с необычными людьми.
Глава 1. Методология анализа шизоидных черт личности
Анализ шизоидных черт личности предполагает опору как на общепсихологические концептуальные достижения, так и на теоретические, методологические, психиатрические обобщения. Анализируя акцентуации, движение мысли может направляться как от нормы к акцентуации, так и от психического отклонения к норме.
1.1. Общая характеристика предмета исследования
Шизоидность – не есть шизофрения. Она занимает как бы промежуточное положение между типичными чертами среднестатистической личности и шизоидными отклонениями. Шизоидность, как и все акцентуированные черты личности, имеет как социально позитивный, так и социально негативный контекст в системе психической саморегуляции человека, в детерминации его деятельности, в том числе и профессиональной.
В настоящее время во всем мире выявлен довольно высокий процент людей, болеющих шизофренией. Так, в США это 7,2 человека на 1000 жителей, или чуть менее 1 % всех лиц. В некоторых странах этот процент значительно выше. В северных районах Швеции он доходит до 1,7. И есть предположение о росте числа больных с данным диагнозом (см.: Э. Фуллер Тори. Шизофрения. СПб., 1996, с. 18–34).
Предметом данного исследования не являются люди, больные шизофренией, более того, – и лица, страдающие симптомами явной шизоидной акцентуации. В данной работе исследуются психологические особенности лиц с чертами шизоидной акцентуации, которые весьма успешно в целом справляются, в том числе – и с управленческими функциями. Однако данные о росте числа заболеваний шизофренией важны с точки зрения оценки перспектив роста числа людей с чертами шизоидной акцентуации, занятых в сфере управления. И, по всем предварительным данным, стоит ожидать, что данный процент будет расти.
В настоящее время с высокой степенью достоверности подсчитаны расходы на лечение шизофрении. Так, в США насчитывается около 1,8 миллиона человек с диагнозом «шизофрения». Общие затраты на их лечение, содержание составляют десятки миллиардов долларов в год (см. там же, с. 35–36), по некоторым оценкам, – около 50.
Правомерна постановка вопроса и о «стоимости» участия больных шизофренией в производственном процессе, поскольку ущерб от этого может быть немалым. Но это все же медицинский, психиатрический аспект проблемы.
Учитывая же, что на одного больного шизофренией приходится несколько шизоидов, а на одного шизоида – несколько лиц с чертами шизоидной акцентуации, следует признать постановку проблемы «стоимости» шизоидной акцентуации для общества не риторической и академической, а реально затрагивающей интересы каждого гражданина страны.
Так, примерно 10 % населения страны так или иначе контактирует с лицами, больными шизофренией (см.: Д. Хелл, М. Фишер-Фельтен, 1998, с. 159) и примерно 2/3 из них – с шизоидами. Практически все люди общаются с лицами с чертами шизоидности.
Понимание шизоидной акцентуации окружено предубеждениями, ошибочными суждениями, что делает лиц с чертами шизоидности психологически незащищенными, до некоторой степени ущербными. В обществе еще не принято открыто и естественно признаваться в наличии шизоидных черт личности. До этого еще надо дорасти, но придет время и психологическая культура населения будет допускать естественное признание шизоидности. Пока же такое признание может обрасти моментами ненужной спекуляции, усложнить жизнь лицу с чертами шизоидности, внести дискомфорт в систему межличностных отношений вокруг него. И чтобы развеять такие предубеждения, нужны научные исследования, позволяющие взглянуть на лиц с чертами шизоидности не как на людей, у которых вот-вот начнется шизофрения, а как на специфических работников, профессионалов, с которыми мы сталкиваемся ежедневно, с которыми работаем и живем.
Анализ психологии шизоидов важен для понимания психологических особенностей зарождения, формирования политической оппозиции. Именно лица с чертами шизоидности нередко ортодоксально выражают оппозиционные взгляды (Kovac D., 1995). Ковас показал это на примере Словакии 1918–1968 годов. S. Frosh (1987) также проанализировал так называемые «шизоид-явления» в системе общественных, в том числе и политических, отношений. Он делает вывод о необходимости учета особенностей шизоидов в политическом процессе и в развитии общества в целом. S. Frosh считает, что в обществе существует так называемый шизоидный феномен (schizoid phenomen), который заметно влияет на общественные отношения.
Все настойчивее исследуется роль и место шизоидов в детерминации поведения различных групп людей, их влияние на непосредственное окружение. Автор считает, что группа, которая формируется по схожести (взаимодополняемости) черт характера, активно проявляется в политической жизни общества. Это надо учитывать. Не следует забывать и тот факт, что шизоиды весьма активно влияют на окружающих, при этом их влияние далеко не всегда поддается управлению средствами массовой информации, влиянию политических лидеров. Поэтому политическую модель общества нельзя создать не учитывая в ее структуре группы лиц с различными акцентуациями и психологические механизмы их взаимодействия. А среди этих механизмов не последнее место занимает влияние людей, обладающих чертами шизоидности (Alford C. F., 1994).
E. V. Wolfenstein (1993) на примере анализа денег К. Марксом и З. Фрейдом приходит к выводу, что и у того, и у другого проявляется эффект отчуждения. Для Маркса это процесс отчуждения рабочих от результатов их труда, эксплуатация рабочих с помощью денег, а для З. Фрейда «деньги = feces = penis» (выражение садомазохистских связей). И – что главное для нашего исследования – такое отношение к деньгам носит паранойяльно-шизоидный характер. Один из психологов приходит к выводу, что шизоидно-паранойяльная оценка сложных социальных явлений согласуется с определенными социальными теориями. В силу этого и столь примечательна роль шизоидов в политической жизни общества: они со своими взглядами нередко проповедуют маргинальные теории, которые при определенных социальных условиях могли бы стать общественной идеологий, или, по крайней мере, быть приняты обществом в целом. Таким образом, шизоидам нередко отводится роль провозвестников, которые первыми начинают говорить о необычных теориях, идеях. Эти идеи могут быть и не востребованы обществом. В данном случае перед нами шизоид-маргинал. Но эти идеи могут стать весьма распространенными, и в этом случае шизоиды выступают новаторами, вестниками нового, лицами, которые ломают стереотипы общественного мнения.
Изучить этот процесс важно с точки зрения блокирования появления опасных социальных теоретических конструкций шизоидного типа.
Понимание особенностей шизоидного мышления актуально и для понимания современного искусства. L. A. Sass в монографии «Безумие и модернизм» (1992) выявил, по его словам, «ошеломляющее, жуткое сходство» между восприятием окружающего мира шизофрениками и современным искусством. Шизоидные мотивы в искусстве выражены, по мнению автора, в работах Franz Kafka, Paul Valery, Samuel Beckett, Alain Robbe-Grillet, Giorgio Chirico, и Marcel Duchamp, в философских концепциях: Friedrich Nietzsche, William James, Martin Heidegger, Michel Foucault, и Jacques Derrida и др. По результатам творческой деятельности этих и других шизоидов Сасс делает вывод о том, что важнейшими психологическими признаками шизоидности являются разъединение действий, эмоций и тела, актуализация самосознания. При этом его рассуждения касаются не границы «шизоид – нормальный человек», а границы «шизоид – шизофреник». Он считает таких лиц в искусстве сложными и интересными творцами. Это «само-знающие» люди. Особенности их восприятия резко актуализируют их индивидуальное понимание окружающего мира. Выражение этой индивидуальности в искусстве нередко является событием для тех, кто подобным восприятием не обладает.
P. Solie (1987) анализирует паранойяльно-шизоидные типы личности на примере египетской мифологии. Такие персонажи оказались достойными мифологического описания. Они прочно вошли в человеческую историю. И с позиций понимания данных типов личности возможно переосмысление некоторых моментов человеческой истории.
R. W. Godwin (1991) установил, что шизоидное мышление достаточно эффективно при анализе порядка во вселенной в целом. Наблюдается теоретический изоморфизм между идеями психоанализа W. R. Bion и идеями теоретического физика D. Bohm. И для дальнейшего прогресса науки важно продлить междисциплинарный диалог, когда мысли психоанализа об особенностях шизоидного мышления и мышление физиков-теоретиков должны найти точки соприкосновения и обогатить друг друга. При этом речь идет об особенностях мышления, режимах мысли. В отличие от текущего состояния дел, где физика и психология далеки, если не антагонистичны друг другу, здесь (специфика понимания дивергентного – divergent – поля в физике) особенности мышления физика-теоретика может быть лучше поняты с позиции исследования особенностей мышления шизоидов.
Поэтому исследование особенностей лиц с чертами шизоидности может обогатить человечество как в плане понимания искусства, так и сложнейших физических явлений. И такое понимание влияния шизоидности черт на развитие человеческого общества все чаще признается современной психологической наукой.
Наличие шизоидных черт личности, в частности, шизоидной акцентуации, является общепризнанным в современной науке.
При этом следует отметить, что большое количество лиц с шизоидной акцентуацией, с одной стороны, и гуманные соображения, с другой, не позволяют социально отмежеваться от данных людей: они существовали и будут существовать среди нас. Многие из них настойчиво стремятся жить, функционировать в сфере общения с другими людьми. Они менее предрасположены к предметной деятельности и более желают работать (и реально работают) «на людях». Многие из этих людей успешно справляются со своими обязанностями, хотя это достается им нередко немалым трудом. Поэтому определение точной психодиагностической границы между лицами с чертами шизоидной акцентуации, успешно справляющимися со своими профессиональными обязанностями, и теми, кто вносит проблемы в систему межличностных, производственных отношений в значительной мере равносильно появлению метода, способа, инструмента более тонкого вмешательства в социальные процессы, происходящие в нашем обществе, с точки зрения их оптимизации. Особенно это важно в управленческой сфере, от которой существенно зависит эффективность экономической, социально-политической, духовной жизни общества.
Данная проблема уже поставлена в акмеологии. Так, в диссертации В. И. Виноградова отмечается: «Акцентуации могут существенно способствовать формированию профессиональной предрасположенности к тому или иному виду профессиональной деятельности и мешать этому процессу.
Лица с шизоидной акцентуацией на организаторской работе могут вносить напряженность, нервозность в систему межличностных отношений. В то же время они могут раскрыться в творческой деятельности: живопись, народное творчество, танцы и т. д. Для таких лиц более подходит самостоятельная деятельность, связанная с активной внутренней деятельностью. Ставить их в рамки строгих регламентируемых отношений – значит создавать проблемы для данной личности и для окружающих.
Каждый тип акцентуаций способствует продуктивности в одних видах деятельности, в одних ситуациях и препятствует – в других». (Виноградов В. И., 1996, с. 56).
В этом отношении шизоидная акцентуация не является исключением. Осознание того, когда, при каких условиях, как такая личность может препятствовать или же способствовать той или иной профессиональной деятельности важно с социальной и с индивидуально-психологической точек зрения.
Лица с чертами шизоидности испытывают определенные трудности в процессе адаптации к различным видам профессиональной деятельности. Учет этих личностных особенностей может облегчить участь как самих работников, так и окружающих их людей, способствовать их оптимальному профессиональному самоопределению и самореализации личности. Поэтому исследование лиц с чертами шизоидности способствует росту понимания природы шизоидности, а, следовательно, терпимого, психологически грамотного отношения и профессионального использования таких лиц.
Актуальность данного исследования связана и с выявленными тенденциями в «производственном движении» лиц с шизоидной акцентуацией.
По нашим данным, с 1991 по 1993 годы наблюдался отчетливый процесс перемещения данных лиц из сферы государственной службы в сферу коммерции, торговли, частного предпринимательства. Однако в 1994–1995 годах и позднее наметился противоположный процесс: данные лица стали перемещаться из сферы коммерции назад, в систему госслужбы. И это понятно психологически. В силу своего необычного мышления они выдвигали различные, весьма оригинальные проекты, идеи, были нестандартны в различных видах деятельности. Им казалось, что в бизнесе они легко и естественно могут стать богатыми, добиться многого в жизни. Однако жизнь расставила свои акценты: неадекватная шизоидность не прижилась в бизнесе, где критерием оценки работника являются не слова, не его идеи, а реальная прибыль. Поэтому, потерпев фиаско на фронте коммерческой деятельности, данные лица вновь стали возвращаться в систему госслужбы. А при чрезмерно высоком проценте лиц с шизоидной акцентуацией в управленческой структуре ее эффективность снижается.
В то же время среди лиц с повышенной шизоидностью (по шкале Sc методики MMPI) немало умных, ответственных, творческих работников, которые на своем месте способны принести пользу обществу.
Поэтому вопрос об определении границы производственной, профессиональной эффективности и неэффективности лиц с шизоидной акцентуацией перспективен, актуален в практическом плане.
Этот вопрос уже поставлен в науке. Так, в исследовании J. Derksen, (1995) анализируются реальные примеры выполнения лицами с чертами шизоидности работы диспетчеров (warden) воздушного движения, библиотекарей и др. Делается вывод о том, что в некоторых профессиях шизоиды могут быть весьма эффективными. При анализе реализованы поведенческий, когнитивный, межличностный, биологический подходы. Авторы широко применяли Диагностическое и статистическое руководство по интеллектуальным отклонениям (DSM-IV) и ICD-10 (Международную классификацию психических отклонений). Следует все же отметить, что в основном анализировались тяжелые шизоиды, которые более относятся к ведению психиатров, нежели психологов. Кроме того, в России специфические условия формирования и развития людей.
В плане теоретическом данное исследование сконцентрировано на анализе проблем, возникающих на границе между акцентуациями, отклонениями от нормы и самой нормой. А это заполняет теоретический вакуум, который реально существует между психиатрией и психологией, способствуют развитию целостной теории личности, теории акцентуированных черт личности.
J. M. Hughes (1989) подчеркивает, что в психологии, психоанализе, психиатрии теоретические концепты истероидности, паранойяльности, шизоидности служат основанием для выделения тех или иных разновидностей психоанализа, классификации возникающих теорий и т. д. Этот феномен может проявиться и в акмеологии, и в развитии современной теории личности.
Поэтому данное исследование актуально с практической, социальной, теоретической точек зрения.
Черты шизоидной акцентуации могут наблюдаться у лиц с психическими отклонениями, с явными признаками шизофрении. Однако не они не являются предметом нашего анализа. Проводится исследование лиц с чертами шизоидной акцентуации, которые в своем большинстве успешно справляются со своими производственными и профессиональными задачами. Эта работа имеет целью выявить психологические особенности лиц с чертами шизоидной акцентуации и предложить на этой основе рекомендации по их наиболее оптимальному использованию.
Предметом данного исследования не является шизоидно акцентуированная личность, он более тонок: речь идет о чертах шизоидной акцентуации. Эти черты могут встречаться и у нормального человека. Проведенное исследование посвящено не аномальной личности, а нормальной личности, но с чертами, которые постепенно переходят в акцентуированные. Примерно так же, как раньше термин «акцентуированная личность» занял среднее место между патологией и нормой, являясь все же крайним вариантом нормы, так и термин «акцентуированные черты личности» означает круг личностных черт в диапазоне «нормальная – акцентуированная личность».
1.2. Методологические основы анализа шизоидных черт личности
Методологические основы исследования связаны с использованием выводов философии, социологии о сущности личности. В работе использовались теоретические положения общей психологии, акмеологии о роли и значимости акцентуаций в развитии личности, ее профессиональном росте. Методолого-теоретические аспекты рассматриваемой проблемы в аспекте отношений «личность – личность», «личность – профессиональная деятельность» нашли отражение в трудах К. А. Абульхановой, Б. Г. Ананьева, А. А. Бодалева, А. В. Брушлинского, А. А. Деркача, И. А. Зимней, Н. И. Загузова, Н. В. Кузьминой, Е. А. Климова, А. К. Марковой, и др. Важную методологическую роль в исследовании играли труды акмеологов О. С. Анисимова, С. А. Анисимова, В. Г. Асеева, А. А. Деркача, И. В. Дубровиной, В. Г. Зазыкина, Р. Л. Кричевского, Л. Г. Лаптева, В. Г. Михайловского, Э. А. Манушина, В. В. Петрусинского, В. А. Пономаренко, И. Н. Семенова, А. П. Ситникова, Е. А. Яблоковой и др.
Методологические функции в исследовании выполняли и работы зарубежных авторов. Так, Mujeeb-ur-Rahman M. (1987) представил интересный анализ шизоидности с позиций философии.
В исследовании методологическую роль выполняли концепции профессионализма (Маркова А. К. и др.), кумулятиво-факторных причин, индивидуально-статистическая концепция (Деркач А. А., Анисимов С. А. и др.), теория черт личности, теория акцентуаций, акмеологическая теория, теория отношений (Мясищев В. Н.), теория современной психодиагностики и другие теоретические конструкты и построения.
Методологические функции в исследовании выполняли и работы в области психиатрии.
Черта личности, как и ее психическое проявление, давно стала предметом теоретического и экспериментально-психодиагностического анализа. Точки зрения на этот счет обобщены в монографии С. Н. Епифанцева «Психологические особенности руководителей с чертами паранойяльной акцентуации личности» (М., 1996). Именно в практической психологии личности, в художественной литературе первичным элементом психологического анализа (первичным материалом – см. Мейли Р., 1975, с. 215–216) выступала черта личности. В различных языках мира существуют сотни, тысячи слов, которые отражают те или иные черты личности. Вариабельность этих черт составляет психологическое поле для анализа личности. Черты личности диагностируются с помощью опросников, тестов, с помощью наблюдения, психоанализа и других методов современной психологии.
Термин «черты (traids) личности» прочно вошел и в отечественную литературу. Б. Г. Ананьев рассматривает их через систему устойчивых отношений личности к окружающей действительности и к самой себе. Ю. Л. Орлов (1987) черты личности связывает с определенными стереотипами, формами поведения для данного вида ситуаций. Это как бы устойчивые шаблоны, алгоритмы поведения.
Черты личности, по мнению Олпорта (1982), более стали предметом художественного, литературного анализа, нежели психологического. Переход одних черт в другие, их текучесть, изменчивость делают анализ личностных черт искусством и наукой одновременно. В связи с этим следует согласиться с С. Н. Епифанцевым: «Хорошие литературные характеры обладают внутренней последовательностью, диалектичностью взаимосвязанности черт характера, они обладают определенной базисной целостностью, и именно такая эмпирическая, имманентная концепция черт личности, черт характера прочно живет в настоящей художественной литературе, в классическом искусстве. Истинность характерологического образа в классическом искусстве доказывается его жизненностью, типичностью, внутренним восприятием тех людей, которые читают эту книгу. В то же время, одним из недостатков современной психологии, в том числе и в области теории черт характера, являются то, что совокупность, взаимосвязь данных черт личности, черт характера является недостаточно доказанными. Научные усилия в современной экспериментальной психологии осуществляются в основном на анализе отдельных черт личности, нежели на анализе закономерности их взаимосвязи. Даже многие математические методы, которые используются для группировки черт личности, факторный анализ, применяемый для этого, недостаточно показательны и поучительны, чтобы получить цельную картину черт личности. Корреляция, применяемая при этом, не всегда надежный спутник в лабиринте неповторимых индивидуальностей. Индивидуальность еще только становится собственно предметом психологического исследования, в то время как в классической художественной литературе она всегда исследовалась художественными средствами» (Епифанцев С. Н., 1996, с. 12–13).
Данные мысли носят методологический характер и при исследовании шизоидных черт личности. Каждый конкретный шизоид уникален и неповторим, описание его переживаний, личностных особенностей тяготеет к искусству. В то же время группировка лиц с шизоидными чертами по тем или иным критериям дает научные знания по данным группам обследуемых, но это относится только к группе обследуемых. Каждая же конкретная личность в этой группе может по своим индивидуально-психологическим особенностям быть совершенно иной, не попадая под среднестатистический образ.
Поэтому, наряду с группировкой обследуемых, наряду с получением среднестатистических результатов, применялся и метод работы с конкретными личностями, с конкретными психологическими характеристиками, применялся метод индивидуального анализа шизоидных черт личности. Широко использовались психологические характеристики, написанные на обследуемых с шизоидными чертами личности. В этом случае более отчетливо видны механизмы, способы компенсации одних черт личности другими.
В данном исследовании автор опирался на методологические, психолого-теоретические принципы, которые обоснованы современной психологической наукой. Среди философских и общенаучных принципов это прежде всего принципы единства и борьбы противоположностей, отрицания, перехода количественных изменений в качественные, всесторонности анализа, принцип отражения и др. Среди общепсихологических принципов данное исследование опиралось в первую очередь на принципы детерминизма, единства внешних воздействий и внутренних условий, активности сознания личности, единства психики и деятельности, личностного подхода, системности и др.
Концептуально-методологические основы исследования. При анализе черт личности вообще и шизоидных черт личности в частности важно исходить из определенных концептуальных методологических предпосылок, которые предопределяют характер и направленность научно-исследовательских усилий. В данном случае одной из таких теорий, концепций, предопределивших направленность данного исследования, явилась концепция кумулятивно-факторных причин. Суть этой концепции заключается в том, что при понимании развития черт личности, в частности, шизоидных черт, можно выделить отдельные факторы, поддающиеся экспериментальному выявлению, логическому осмыслению, на основе которых можно построить ту или иную теорию. Наряду с факторными, то есть реально функционирующими и реально отражаемыми сознанием исследователя причинами, существуют и так называемые кумулятивные причины, микровлияния, которые в своей совокупности образуют каузальное поле детерминации развития личности и ее отдельных качеств.
Данный подход к пониманию причин развития личности и, в частности, развития шизоидных черт личности, по сути дела обоснован Карлом Ясперсом, известным немецким философом-экзистенционалистом и психиатром, одним из выдающихся мыслителей двадцатого века. Он пишет о «понимающей» и функциональной психологии. При этом, в отличие от Дильтея и Виндербальда, К. Ясперс говорит, что данные психологии «не мешают друг другу, и ни одна из них не имеет основания критиковать другую, так как обе преследуют совсем различные цели» (Ясперс К., 1996, с. 114). К. Ясперс пишет, что ошибочной может стать попытка подменить эти психологии друг другом или что-нибудь перенести из сферы компетентности одной в сферу компетентности другой.
В этом смысле исследование шизоидных черт личности является одновременно и наукой, и искусством. Это требует от исследователя не только применения определенных методов, способов, приемов современной научной психологии, в частности психодиагностических средств, но и простого понимания другого человека, простого контакта с людьми, обладающими шизоидными чертами личности. Доверие тем экспертным оценкам, тем исследователям, которые прочувствовали особенности шизоидных черт личности и которые в силу этого могут компетентно их оценить, необходимо для развития психологии не менее, чем утонченные эксперименты. В рамках понимающей психологии человек иногда интуитивно понимает и чувствует другого человека. А выводное знание, итог мышления не могут быть просто доказаны с помощью индуктивных построений. Убедительность понимающей психологии заключается в убедительности чувств того человека, который воспринимает переживания другого. При познании шизоидных черт личности возможно как простое чувствование, как бы непосредственное понимание этих черт личности, так и их логическое описание.
Зависимость развития шизоидных черт личности от всех факторов носит много-многозначный, вероятностный характер. При наличии любого из факторов, связанных с повышенной шизоидностью, в каждом конкретном случае нельзя утверждать, что во всех других случаях этот же фактор будет редуцировать шизоидные черты личности. Просто вероятность появления шизоидных черт личности при том или ином факторе, в том числе и биографическом, различна, ввиду того, что та или иная черта всегда является результатом как кумулятивных, так и факторных причин. Кумулятивные причины в основном воспринимаются интуитивно, а факторные причины могут быть логически объяснены. В силу этого понимание, интуиция и строгий научный язык психологии должны идти рука об руку. И комбинация данных методических подходов является незаменимой для психологии вообще и для исследования шизоидных черт личности – в частности.
В то же время, говоря о шизоидных чертах личности, необходимо отметить, что понимание каждым конкретным человеком, каждым конкретным исследователем и даже каждым конкретным психиатром душевного мира или черт личности шизоида весьма ограниченно. Так, шизоиды в силу особенностей своей психики, характера не выставляют свою жизнь напоказ, и трудно определить, какими критериями они руководствуются, принимая то или иное решение. При этом интуиция, бессознательное исследователя могут понимать, чувствовать импульсы бессознательного другого человека. В то же врем я сознание, пытаясь выразить все это, может несколько деформировать реальные процессы, которые протекают в психике человека с чертами шизоидной акцентуации. Если данные рассуждения по поводу душевных переживаний любого человека верны, то по отношению к шизоидам они верны особенно.
Душевные переживания шизоидов нередко более понятны исследователям, которые обладают подобными чертами личности и путем интроспекции пытаются воссоздать эти переживания. В силу этого вполне научным взглядом на данные черты личности можно считать описания шизоидов Ф. М. Достоевским и некоторыми другими писателями. Проникновение в суть шизоидных черт личности нередко выражается в афоризмах, на страницах дневников, в различных эссе, в стихотворениях, в письмах-исповедях и т. д. Одним словом, интуиция, оценки людей, способных понять переживания шизоидов, служат достаточно надежным источником анализа шизоидных черт личности наряду с результатами психодиагностики.
Если на заре развития психологии и психиатрии психология понимания была доминирующей при анализе различных черт личности, душевных переживаний, в том числе и шизоидных, то в настоящее время попытка поставить на ее место психодиагностику, недооценивая понимающую психологию, может быть малоплодотворной и губительной для науки. Здесь необходимо соединение современной функциональной, строго научной психологии, и психологии понимания. При анализе шизоидных черт личности нельзя полностью исключить (это было бы просто ненаучно) интуицию, понимание специалистов – тех людей, которые разбираются в данной проблематике, поскольку не все особенности формирования шизоидных черт личности могут быть сочтены, рационально осмыслены и разложены по полкам строгой классификации. Так же, как в своих проявлениях бесконечны кумулятивные факторы, бесконечен и процесс познания их. В этом отношении все теории и концепции по поводу особенностей, факторов формирования шизоидных черт личности будут ограниченны. В каждом конкретном случае личность с чертами шизоидности может быть уникально неповторима, не вписываясь ни в какую из ранее обоснованных научных классификаций. Шизоидные черты личности (как и другие) стремятся к бесконечному многообразию.
Личностно-ситуативная концепция заключается в признании роли и значимости тех или иных личностных качеств, свойств, черт в зависимости от конкретной ситуации, в которую попадает личность. Так, в одних ситуациях (допустим, поэтическое, художественное творчество, изобретательство и др.) весьма эффективна деятельность лиц с определенными шизоидными чертами; в других ситуациях эти же шизоидные черты могут мешать успешному достижению цели. Исследования показывают, что поведение, результаты деятельности личности зависят не только, а порой и не столько от личностных качеств, сколько от их соотношения с другими факторами. Вот одно из мнений на этот счет: «Поведение человека… менее чем на 50 % зависит от прогноза, построенного на изучении качеств его личности, в большей степени оно зависит от соотношения ситуации, в какую попал человек, от стратегии, вида деятельности, которые он выбрал в этой ситуации, и от его личностных особенностей.
Деятельность выступает мощным системообразующим фактором личностных особенностей человека. Личностные качества человека имеют свойства по-разному перестраиваться, системовидоизменяться в зависимости от выбранной цели, смыслообразующих мотивов деятельности. И, казалось бы, из одних и тех же кирпичиков (личностных особенностей) в каждой конкретной ситуации, в каждом новом виде деятельности рождается несколько иное поведение. Не только личность рождает те или иные ситуации, но и ситуации видоизменяют личность, предопределяют вариабельность ее поведения» (Конюхов Н. И., Шаккум М. Л., 1996, с. 229).
Применительно к исследуемой проблеме трудно, а иногда и невозможно однозначно оценить роль и значимость тех или иных шизоидных черт личности. Это надо соотносить с видом деятельности и с ситуациями, в которые попала личность.
Концепция функциональной модели деятельности в свое время была разработана Н. В. Кузьминой для анализа деятельности преподавателя (1989).
В деятельности преподавателя Н. В. Кузьмина выделила гностический (исследовательский), проектировочный (предвидение), конструктивный (конкретные действия), коммуникативный, организаторский аспекты-функции. В каждой из этих профессиональных функций преподавателя по-разному будут проявляться те или иные черты личности. Это касается и шизоидных черт личности. В соответствии с концепцией функциональной модели деятельности неуместно выяснять в каких видах деятельности (профессиональных или иных) хороши или плохи шизоидные черты личности. Вопрос формулируется следующим образом: какие конкретно функции усиливают или осложняют эти черты? Такой подход позволяет перейти от огромного числа профессиональных видов деятельности к анализу их конкретных функциональных компонентов. Это путь оптимизации всего исследования, так как получить надежные данные по всем видам профессиональной деятельности просто нереально.
Методологической основой данного исследования выступала и социология, данные которой важны для оценки степени распространенности шизоидных черт личности, степени их проникновения в сферу работы с людьми.
Следует отметить, что у работников с чертами шизоидной акцентуации выражено стремление найти работу динамичную, связанную с различными впечатлениями, особенно от общения с людьми. Многие из них в силу этого выбирают не предметную деятельность, а деятельность, связанную с интенсивным общением. Среди их увлечений нередки занятия искусством, артистической деятельностью. Приведем полученные на этот счет результаты.
Таблица распространенности лиц с чертами шизоидности в различных отраслях экономики (выборка лиц, стремящихся получить второе высшее образование, N = 1320)

Лица с чертами шизоидности редко работают в торговле. Это предопределяется тем, что за свои личностные особенности человек здесь расплачивается рублем, и никакие его словесные уверения, ухищрения не могут спасти от разорения, от недостачи, если его действия будут непрактичными, «оторванными от земли». Виды деятельности, которые требуют трафаретной практичности, которые сразу же выявляют, кто есть кто, «вымывают» повышено шизоидных лиц, хотя в начале 90-х годов многие люди, достигшие вершин в бизнесе, нередко имели шизоидные черты личности. В то же время виды деятельности, для оценки эффективности которых нет строгого объективного критерия, которые позволяют «выжить» за счет «прилипания» к другим людям, к начальству и т. д., которые позволяют выдвигать необычные проекты, решения, мнения, притягивают лиц с повышенной шизоидностью.
В связи с этим небезынтересно проанализировать, как в системе управления людьми уживаются лица с повышенной шизоидностью, какова степень их распространенности в различных отраслях экономики. Приведем полученные данные. Общее количество обследуемых – 945. Выборка – лица, ищущие трудоустройства на престижные высокооплачиваемые должности. Ошибка выборки составляет около 3 %.
Доля лиц с чертами шизоидности относительно велика в структуре органов управления, в сфере обслуживания. В то же время они не удерживаются в бизнесе. Наряду с этим следует отметить, что шизоидность – это акцентуация, с которой сталкиваются везде, во всех отраслях экономики.
Таблица данных о распространенности лиц с чертами шизоидности в различных отраслях экономики (выборка работающих, N = 945)

В государственном секторе, по нашим данным, шизоиды встречаются достаточно часто. Это объясняется многими факторами, в том числе и тем, что в госсекторе в силу невысоких окладов руководители зачастую менее притязательны к деловым качествам работников, здесь реже увольняют по причине профессиональной непригодности.
Лица с повышенной шизоидностью нередки и среди педагогов, в том числе и лучших. На это обратил внимание в своем исследовании В. И. Виноградов (1996). Он пишет: «Повышенные значения по шкале шизоидности (64 Т-балла) коррелируют с высокой степенью индивидуальности, нестандартности личности. Лучшие педагоги – это творческие личности, склонные к индивидуальному стилю деятельности, не всегда находящие на основании этого взаимопонимание с окружающими, избирательно общительные и коммуникабельные – это личности как бы «выпадающие» из нормы. В силу своей нестандартности нередки ситуации, когда они бывают не поняты.
Одновременно это и лица с повышенной маниакальностью, то есть любящие и умеющие показать себя. По-видимому повышенная истероидность, маниакальность являются теми психологическими механизмами, которые как бы помогают (а иногда и заставляют) сохранять энергию, напор, высокую работоспособность в ситуациях большой загруженности, замотанности. Это тот психологический механизм, который в условиях нищенских окладов удерживает лучших педагогов в системе ПТУ и заставляет их трудиться с высокой интенсивностью, добиваясь признания, восхищения, уважительного отношения, добиваясь возможности продемонстрировать свои способности как личности».
Шизоиды приходят на госслужбу нередко с бессознательной установкой удовлетворить свои потребности в глубоком неформальном общении. Им не хватает его, и они пытаются удовлетворить эту потребность в процессе профессиональной деятельности.
Нередко они приходят для этого на низкооплачиваемую должность, в частности, на должность социального работника. В исследовании Г. П. Филипповой говорится:
«Умеренно шизоидные личности, при наличии других профессионально важных качеств, способны понять клиента, проявить эмпатию, искреннюю заинтересованность, работать, не особенно считаясь с низким заработком. Чаще они оказываются в группе лучших социальных работников. Чрезмерно выраженные черты шизоидности (70 Т-баллов по шкале Sс теста MMPI и выше) порождают внутренние проблемы в личности работника, дисгармонируют отношения с клиентами. В этом случае у работников органов социальной защиты населения проявляется профессиональная деформация» (Филиппова Г. П., 1998, с. 20–21).
И далее она продолжает: «Лица с повышенной шизоидностью обладают рядом специфических особенностей, которые могут их делать как эффективными, так и малоэффективными в органах социальной защиты населения. И все же нам кажется весьма точной оценка шизоидов (но не шизофреников) А. Лоуэном, который считает, что такое лицо «обладает большой способностью испытывать духовные чувства, нежность, симпатию. Шизоид воспринимает себя как духовную личность, полную глубоких чувств, нежности, симпатии и т. д.» (Лоуэн А. Физическая динамика структуры характера. – М.: 1996, с. 294). По нашим данным, такие лица нередко относятся к лучшим социальным работникам морально-эмпатичного типа.
Однако, когда черты шизоидности превосходят определенную мер у (по нашим данным, это около 70 Т-баллов), то данная личность становится малоэффективной в системе социальной службы. И здесь наблюдаются зависимости, уже описанные в науке: «шизоидный характер может на короткое время сфокусировать нежные чувства на другом человеке. Однако напряжение, вызванное попыткой поддерживать контакт, приводит к разрыву» (Лоуэн А., 1996, с. 294). Поэтому такие лица, с одной стороны, в системе отношений с людьми, которые нуждаются в социальной помощи, находят удовлетворение от межличностных контактов, но с другой – далеко не всегда в состоянии поддерживать эти контакты на открытом эмоциональном уровне, приносящем удовлетворение клиентам и им самим на протяжении длительного времени. Эти контакты у данных лиц нередко «рвутся», вызывая очаги напряжения в системе «работник социального органа – клиент». Поэтому не случайно, что среди «худших» социальных работников уровень данных черт личности находится выше меры – на уровне акцентуации.» (Филиппова Г. П., 1998, с. 65–66).
Таким образом, шизоидные черты личности нередко являются предпосылкой, условием, компонентом творческого, нестандартного стиля деятельности. Однако, по-видимому, повышение шкалы шизоидности в случае творческих потенций осуществляется за счет иных вопросов теста MMPI, нежели повышение шизоидности у лиц с эффектом «двойного зажима» и с перечнем всех классических черт шизоидов. В связи с этим есть необходимость проанализировать, как в современной научной литературе описываются черты классических шизоидов.
Шизоидность – не редкая акцентуация среди лиц, работающих в сфере управления. В связи с этим остро стоит вопрос об анализе их стиля деятельности и условий, при которых шизоидные черты личности вносят проблемы в процесс управления и руководства людьми. Исследование этой проблемы связано с обоснованием методики исследования.
1.3. Методические средства и методика анализа шизоидных черт личности
Центральной проблемой исследования является выделение методов психодиагностики шизоидных черт личности. Эта проблема все чаще отдельно обсуждается на страницах зарубежной научной литературы по психологии. Чаще проблема методов диагностики шизоидных черт личности рассматривается в контексте более общей проблемы – диагностики акцентуаций личности вообще (Kanishev P.A., 1983; Sutker P. B., Adams H.E., 1994; Sperry L., 1995).
K. U. Gutsch (1988) провел большую экспериментальную работу по оценке, диагностике шизоидных черт личности в соответствии с требованиями и положениями официальных руководств.
P. H. Munley, D. S. Bains, W. D. Bloem, R. M. Busby, et al. (1995) исследовали методические возможности психодиагностики шизоидов в клинических условиях. Для этого использовался Клинический мультиосевой опросник – Clinical Multiaxial Inventory-II (MCMI–II). Он позволил с определенной точностью диагностировать границы шизоидности, отдифференцировать ее от шизофрении.
R. C. McMahon; Robert-S. Davidson (1985) получили положительные результаты при диагностике шизоидов с помощью Клинического мультиосевого опросника Миллона.
S. Strack (1987) исследовал возможность теста Миллона (1969, 1981) по диагностике лиц с психическими отклонениями. Наиболее важными, наиболее распространенными типами были три, один из которых – шизоидный (наряду с циклоидным и параноидным). Данным тестом обследовано более 1 тысячи мужчин и более 1 тысячи женщин. Тест оказался достаточно надежным и валидным.
H. R. Miller, D. L. Streiner, S. L. Kahgee (1982) в результате исследования выявили, что диагностика шизоидных отклонений в личности с помощью методики MMPI носит вероятностный характер. Для повышения точности диагностики, по их данным, необходимо использовать интерпретацию всех шкал теста, а не только Sc.
В развитии этой идеи есть данные (Nakano K.; Saccuzzo D.P., 1985) о комплексном использовании методики MMPI при диагностике шизоидных черт личности. Выявлено, что пики по шкалам 2–7 – 8 методики MMPI связаны со специфической визуальной переработкой информации шизоидами. По результатам этого исследования можно сделать вывод, что повышение 2 и 7 шкал методики MMPI повышает вероятность проявления шизоидных черт личности. Это подтверждается и проведенным исследованием.
R. D. Merritt, D. W. Balogh, D. B. Leventhal (1986) выделили две группы шизоидов среди студентов колледжа. Основанием для выделения таких групп послужили результаты тестирования методикой MMPI. В первую группу вошли студенты с профилем 2–7 – 8, во вторую – с профилем 8–9. У данных групп проверялась кратковременная зрительная память. Существенных различий не выявлено.
M. A. Persinger (1991) успешно использовал методику MMPI для выделения шизоидных типов личности, при этом были использованы возможности канонической корреляции.
S. R. Freiheit, J. C. Overholser, S. D. Brinkman (1996) исследовали индивидуально-психологические особенности, акцентуации личности с помощью опросника MMPI. Кроме того, использовался самоотчет, наблюдение и другие методы. В данном исследовании выявлено больше шизоидов-мужчин, чем женщин, которые проявили асоциальное поведение.
H. J. Eysenck (1995) использовал свой опросник EPQ для диагностики шизоидных черт личности. Получен положительный результат.
M. J. Lyons, R. Toomey, S. V. Faraone, W. S. Kremen et al. (1995) показали возможность использования опросника MIS и PABS для диагностики шизоидов. Опросник оказался достаточно надежным и валидным (для PABS – 0,62). Нередко методика исследования отрабатывается на конкретных примерах. L. Hyer, M. G. Woods, P. A. Boudewyns, W. R. Harrison et al. (1990) с помощью методик MCMI и 16PF выделили группы лиц среди ветеранов Вьетнамской войны. Выявлено, что у этих лиц наблюдаются черты замкнутости. Доказано, что комплексное применение методик MCMI и 16PF оправданно. Применительно к выделению шизоидных типов личностей они как бы дополняют друг друга.
J. Aguilar, L. Mauri, M. Salamero, P. Amadei et al. (1996) исследовали возможности диагностического опросника Клайн (Klein) – Клайненский психоаналитический диагностический тест (KPDS). Этот тест создан на основе психоаналитической теории. Он включает в себя 15 подшкал, которые объединены в 4 шкалы, в том числе и паранойяльно-шизоидную. Эта шкала оказалась надежной и содержательно валидной. Однако, это все же более психиатрический, нежели психологический инструмент измерения шизоидности.
M. Leszcz (1989) считает, что критерии шизоидности, как и других психических отклонений, акцентуаций, весьма подвижны, динамичны, текучи.
Таким образом, в настоящее время можно говорить о двух типах опросников, применяемых для диагностики шизоидных черт личности. Первый тип методик диагностирует границу, отделяющую шизоидов от шизофреников. Эти тесты чаще применяются в клинических условиях. К ним относятся: Клинический мультиосевой опросник – Clinical Multiaxial Inventory-II (MCMI–II); клинический мультиосевой опросник Миллона; опросник MIS и PABS; Клайненский психоаналитический диагностический тест (KPDS).
При анализе шизоидно-типологических особенностей шизоидов успешно используется и статистическое руководство по диагностике интеллектуальных отклонений (Millon T., Kotik-Harper D., 1995).
Второй тип методик в состоянии помочь в диагностике границы между нормальными и шизоидными чертами личности. Это тесты MMPI, Кэттелла (16PF), Айзенка. Именно данная группа тестов более подходит для предлагаемого исследования, так как она не уводит проблематику в область патопсихологии и более соответствует цели исследования.
Как считают специалисты в области акцентуаций черт характера, «твердых правил, на основании которых можно было бы диагностировать акцентуированные черты личности, к сожалению, не существует» (Леонгард К. Акцентуированные личности, Киев, 1981). К. Леонгард высказал критическое отношение к использованию тестов для диагностики акцентуированных черт личности. В частности, он считает, что акцентуации – это настолько тонкие черты личности, что даже интерпретация задаваемых вопросов обследуемым зависит от типа акцентуаций. В силу этого очень сложно истолковать ответы испытуемого, так как все зависит от того, как он понял тот или иной вопрос. Поэтому схематичная игра в вопросы и ответы по той или иной методике порой бессмысленна, «обследование на основе тестов неприменимо» (Леонгард К., там же, с. 272).
К. Леонгард считает, что тот, кто не склонен отказываться от тестовых методик, может применить их после действительного, всестороннего обследования акцентуированных лиц и убедиться, в какой степени результаты тестирования связаны с результатами, которые получены с помощью других методов и методик. В то же время К. Леонгард не отрицает возможности совершенствования тестовых методик. Он не исключает, что путем подбора вопросов, переходя тонко от одного вопроса к другому, можно постепенно исключить ошибки тестирования – добиться точности исследования, хотя высказывает при этом скептический оптимизм.
Он считает, что при изучении акцентуаций необходимо учитывать мимику людей, их реакции, движения глаз и т. д. Одним словом, при диагностике акцентуированных черт личности необходимо учитывать весь спектр поведения человека. Трудно не согласиться с данными рассуждениями. Однако необходимо отметить и то, что современная психиатрия и психология выработали, создали всемирно известные тесты для диагностики тех или иных акцентуированных, необычно выраженных черт личности. В частности, всемирно известная методика MMPI диагностирует и шизоидные черты личности. Надежность и валидность данной методики проверена на различных группах и подгруппах обследуемых. Вряд ли стоит отрицать мировой опыт, который накоплен в этой области. И, тем не менее, необходимо согласиться с К. Леонгардом и не исключать наблюдение, эксперимент из методической системы изучения акцентуированных, в частности, шизоидных черт личности.
Наблюдение за поведением лиц с шизоидной акцентуацией, их реакциями, изменением голоса, походки, жестов, движений, мимики (причем наблюдать за ними следует как в процессе выполнения ими профессиональных функций, так и в свободное время, в семье, среди друзей, знакомых и т. д.) может многое дать для исследователю и уточнить данные психодиагностики.
Поэтому применяемая нами методика исследования включала наблюдение за лицами с шизоидной акцентуацией. При этом наблюдение велось не только за теми людьми, которые обследовались, но и за людьми, которые находились в естественных условиях и не подозревали о том, что за ними ведется наблюдение.
В процессе наблюдения использовались методы NLP (нейролингвистического программирования), когда у человека выбиралась ведущая репрезентативная система, исследовались движения глаз, рук, жесты, проводилась точная калибровка реакций человека на истинные и неистинные сообщения, на принимаемые и отвергаемые им утверждения. Затем отработанная индивидуальная методика использовалась для набора статистического материала на массе обследуемых.
Наблюдение за мимикой, жестикуляцией, интонацией дает очень многое для диагностики шизоидных черт личности, хотя некоторыми исследователями метод наблюдения может отвергаться как лишенный определенной точности. Но, тем не менее, мы не сочли нужным исключать его из методической системы изучения шизоидных черт личности. Душевные переживания любого человека – а шизоидной личности особенно – находят самое непосредственное выражение в жестах, мимике, движениях, выражениях глаз и т. д.
Важным методом изучения шизоидных черт личности служит и самооценка. Лица с шизоидной акцентуацией описывали собственный характер, давали самооценку своего поведения, своих черт личности. Современные психодиагностические методы и методики позволяют поднять самооценку на более высокий уровень. В частности, для самооценки использовался метод семантического дифференциала. С помощью этого метода в процессе самооценки удавалось исключить искажения, связанные с особенностями взаимодействия сознательного и бессознательного, когда снимались показатели в бессознательном эмоциональном мире обследуемого (Садкова А. В., 1998).
Кроме того, самооценка применялась и в том классическом варианте, в котором она используется в настоящее время в практической психологии.
Следует особо отметить, что базовой, исходной методикой при диагностике шизоидных черт личности послужила методика MMPI и, в частности, 8-я базовая шкала данной методики (Sc), диагностирующая шизоидные черты личности.
В психодиагностике сложилось следующее мнение по поводу психологических особенностей лиц с пиком по 8 шкале методики MMPI: «Лица с пиком профиля по восьмой шкале (при одновременном снижении профиля по нулевой) могут иметь широкий круг контактов, которые могут отличаться формальностью, отсутствием адекватного эмоционального содержания и строиться без достаточного учета реакций окружения.
Следует иметь в виду, что пик профиля по восьмой шкале может отмечаться у испытуемых, принадлежащих к другой культуре, поскольку иные культурные стереотипы могут обусловливать своеобразное с точки зрения данной культуры восприятие, определяя некоторые особенности мышления и организации межличностных контактов» (Березина Ф. Б., Мирошникова М. П., Соколова Е. Д., 1994, с. 82).
При этом, естественно, нет необходимости абсолютизировать значение данной шкалы. Допустим, если значения данной шкалы более 70 Т-баллов, то это не всегда означает, что у каждого человека проявляются шизоидные черты личности, хотя в большинстве случаев те или иные шизоидные черты у данных лиц присутствуют. Несмотря на то, что не у всех лиц при высоких значениях шкалы шизоидности по тесту MMPI можно констатировать шизоидную акцентуацию или даже выраженные шизоидные черты личности, все же следует признать, что в большинстве случаев исследователь имеет дело с лицами, у которых эти черты личности присутствуют. И в силу закона больших чисел, все-таки исследователь имеет дело и исследует те черты личности обследуемого, которые выбрал, а именно – шизоидные черты личности, а не нечто другое.
В то же время, если субъективно оценивать шизоидные черты личности только на основе жестов, мимики, только на основе непосредственного контакта с шизоидным человеком, то критерий выявления шизоидов и анти-шизоидов становится весьма субъективным, всецело зависящим от того человека, который оценивает. Все это делает результаты исследования менее достоверными. Поэтому наблюдение, оценка, самооценка являются важными элементами методики исследования, однако они как бы нанизываются на результаты, полученные с помощью психодиагностических методов, и взаимно дополняют друг друга.
Методика данной работы многоаспектна. Она включает в себя традиционный блок методов психологического исследования. На протяжении длительного времени автор вычленял из всех окружающих лиц с чертами особого поведения, которые можно было бы диагностировать как шизоидно акцентуированных. За данными работниками велось наблюдение, с ними проводились беседы. Применялся метод обобщения независимых характеристик, которые давали сослуживцы данных лиц. Широко практиковалась групповая оценка личности, когда мнение экспертов по интересующим личностям формализовалось. Применялось тестирование. При этом использовались такие тесты как ММРI, Кэттелла, семантический дифференциал, интеллектуальные тесты. Результаты тестирования использовались комплексно, широко применялся сравнительный анализ. При этом сравнения проводились между результатами тестирования лиц с высокой шизоидностью и с низкими показателями по данной шкале (анти-шизоиды).
Следует особо отметить, что базовой, исходной методикой при диагностике шизоидных черт личности послужила методика MMPI и, в частности, 8-я базовая шкала данной методики (Sc), диагностирующая шизоидные черты личности. При выделении двух контрастных групп (шизоиды и анти-шизоиды) обследуемых группировка была проведена не только по значениям шкалы Sc (шизоидность) теста MMPI, но и скорректирована путем исключения из группы лиц с высокими значениями по данной шкале те, у кого экспертами (с помощью наблюдения, анализа результатов деятельности, психобиографического анализа и других методов) не зафиксированы шизоидные черты.
Однако эти «исключенные» лица были обследованы путем анализа механизмов компенсации и гиперкомпенсации.
Особое место среди методов данного исследования занимает тест Бэмкон. Этот биографический опросник позволяет получить процентные, вероятностные сравнительные зависимости между в семи обследуемыми, лицами с чертами шизоидной акцентуации (высокие значения по 8-й базовой шкале теста ММРI) и лицами с низкими значениями по 8-й базовой шкале теста ММРI (Sc – шизоидность). Поясним это на примере. 40 вопрос теста Бэмкон выявляет степень гармоничности (по самооценке) взаимоотношений обследуемых с родителями в юношеские годы. Вопрос сформулирован так:
«Как часто Вы проводили свободное время вместе с родителями в период, когда Вам было 15–20 лет?»
Таблица данных о взаимосвязи степени выраженности шкал Sc теста MMPI и ответов на 40 вопрос теста Бэмкон

О чем говорят эти данные? Более половины всех лиц с высокими значениями по шкале шизоидности теста ММРI уже в юношеские годы были как бы маргиналами в системе семейных отношений. Их автономность в системе межличностных отношений в семье граничила в большинстве случаев с эмоциональным отвержением. Во всяком случае, так они представляют свои отношения в семье в юношеские годы и будучи уже взрослыми.
Теперь возникает вопрос: а как складывались отношения таких лиц со сверстниками? с любимыми (любимой)? и т. д. Ответы на эти вопросы можно найти, используя другие пункты методики Бэмкон. Получение подобных статистических зависимостей без специального программного обеспечения весьма затруднено. В то же время, пользуясь программным обеспечением, (психодиагностический комплекс «Профессор»), сделать это можно относительно быстро. Данное программное обеспечение позволяет быстро группировать всех обследуемых в зависимости от степени выраженности тех или иных черт (значения шкал тестов), по их биографическим данным и т. д.
Применительно к анализу черт шизоидной акцентуации есть возможность сопоставить вопросы теста MMPI с вопросами теста Бэмкон. Эта возможность обусловлена тем, что некоторые вопросы данных двух методик как бы однотипны. Так, вопрос 17 теста MMPI сформулирован так: «Мой отец – хороший человек». Ответ дается в дихотомической шкале:
1) да
2) нет.
Аналогичен по своей психологической сути и пункт 177 теста MMPI: «Моя мать – хорошая женщина».
Одновременно в тесте Бэмкон задается вопрос о взаимоотношении с родителями.
Отношения с родителями в юношеские годы (то есть, не в данный момент времени, а на протяжении большей части вашей совместной жизни):
1) очень плохие;
2) плохие;
3) удовлетворительные;
4) хорошие;
5) очень хорошие;
6) иной ответ.
Как видим, смысловое содержание данных вопросов близко между собой. Теперь можно на одной и той же выборке создать условные группы обследуемых по степени выраженности шизоидных черт личности и посмотреть как эти вопросы «ложатся» на лиц с низкими значениями по шкале Sc теста MMPI, со средними и с высокими значениями этой шкалы.
Подобные многоступенчатые, перекрестные сравнения позволяют более обоснованно подойти к анализу причин, факторов, активно влияющих на формирование шизоидных черт личности.
При использовании психодиагностических методик следует иметь в виду уже открытый, известный феномен недостаточности для получения надежных результатов только психодиагностических средств. Известные исследователи в области изучения патопсихологии В. М. Блейхер, И. В. Крук, С. Н. Боков (1996) отмечают: «Используя в диагностике шизофрении психологические личностные опросники типа МMPI, следует помнить, что получаемые с их помощью данные нельзя рассматривать самостоятельно, без их соотнесения с результатами, полученными при патопсихологическом исследовании методиками типа функциональных проб. Это убедительно показано исследованиями А. А. Гоштатуса (1972), изучавшего применение личностных опросников в диагностике паранойяльной шизофрении и отметившего, что показатели по шкалам играют важную роль в обобщенных оценках групп больных, но они потенциально недостаточны для целей индивидуальной нозологической психодиагностики» (1996, с. 261).
Данное мнение интересно и принципиально во многих отношениях. Во-первых, оно не отрицает важности и возможности использования психодиагностических данных для получения определенных научных выводов по тем или иным группам обследуемых. Во-вторых, оно нацеливает исследователя на комплексное применение различных методов и методик. В силу этого в данном исследовании результаты изучения конкретной личности выражались в психологической характеристике, написанной не только и не столько по результатам психодиагностики, сколько по результатам психологических наблюдений, анализа деятельности, экспериментов на основе использования психобиографических методов и т. д., в том числе и на основе психодиагностических данных. А вот по группам обследуемых автор получал обобщенные психодиагностические данные.
Любое исследование, любая точка зрения, которая обосновывается в том или ином исследовании – это взгляд с одной или нескольких сторон. Это есть в какой-то степени одностороннее исследование, так как всегда предмет его исследования ограничен, тогда как жизнь многообразна, противоречива, разнокачественна. Применительно к нашему исследованию следует отметить, что шизоидные черты проявляются не сами по себе, а в совокупности с другими чертами личности, в целостной психологической структуре поведения и деятельности человека. В силу этого шизоидные черты личности вступают во взаимодействие, в систему компенсации, гиперкомпенсации с другими чертами, качествами человека. Уловить, как действуют компенсаторные механизмы в поведении конкретных людей, весьма и весьма сложно. Поэтому исследователь будет невольно, подсознательно преувеличивать роль и значимость тех черт личности, которые им изучаются.
Для того, чтобы избежать данного эффекта, нами была проведена следующая работа. Были отобраны психологические характеристики руководителей предприятий, фирм, организаций, а также ведущих специалистов, на лиц, которые претендовали занять эту должность. Характеристики были написаны совместно профессиональными психологами и руководителями, в подчинении которых работали обследуемые. Затем были выбраны лица, у которых по методике MMPI 8-я базовая шкала была более 60 Т-баллов. Были проанализированы и статистически обработаны психологические характеристики данных лиц.
В результате были получены данные, показавшие, как эти шизоидные черты проявляются в профессиональной деятельности (главным образом, в руководящей) на сколько данные черты личности определяют индивидуальный стиль деятельности. В общей сложности проанализировано более 50 подобных психологических характеристик. В результате этого анализа установлено, что примерно каждый третий руководитель с чертами шизоидной акцентуации (у кого по 8-й шкале методики MMPI было более 65 Т-баллов) проявлял высокую степень общительности. Аутизм у данных лиц проявлялся избирательно. Были люди, по отношению к которым они действительно были эмоционально замкнуты, зажаты, холодны, неприветливы, они как бы эмоционально отбрасывали их от себя. В то же время были люди – в большинстве своем это были лица из вышестоящих инстанций, вышестоящие руководители, с которыми они были просто надоедливо приветливы. Они тонко чувствовали любое переживание своего начальника и умели подстроиться под эти переживания, предотвратить негативные оценки.
Среди лиц с чертами шизоидной акцентуации есть личности, которые активно направляют свою энергию, творчество на достижение профессионально значимых целей, кто последователен и упорен в этом.
Примерно у 20 % лиц с чертами шизоидной акцентуации в профессиональной биографии наблюдались элементы срывов, разочарований, смены профессии, неудовлетворенности окружающими и своей профессиональной деятельностью.
Таким образом, каждый пятый из обследуемых шизоидов имел черты, которые как бы выходили из-под контроля сознания, из-под контроля личности, проявлялись в самодовлеющем виде.
И лишь у 8 % всех лиц с чертами шизоидности, которые работали в сфере управления, наблюдались противопоказания для их пребывания в учреждении, на предприятии, производстве. Их или не принимали на работу, или через некоторое время увольняли, освобождаясь от них самыми различными путями. Им отказывали в продвижении по службе, старались как-то локализовать, организовать такую деятельность, которая бы не мешала коллективу, предприятию, учреждению успешно заниматься своими функциональными обязанностями.
Когда же имеются позитивные прогностичные биографические признаки, повышение 8-й базовой шкалы (шизоидности) теста MMPI не является чем-то чрезвычайным (это повышение иногда может доходить до 110–120 Т-баллов) и далеко не всегда предполагает профессиональную непригодность, профессиональную деформацию личности. Это повышение связано с чертами, которые в большинстве случаев находятся под контролем сознания и компенсируются теми или иными качествами личности, в том числе и ее интеллектуальными способностями.
Методика исследования шизоидных черт личности в психодиагностическом плане базируется на проверенном личностном тесте MMPI. Шкала Sc (шизоидность) данного теста обладает достаточной надежностью и валидностью. Однако методика не может быть сведена только к этому тесту, она включает использование биографического опросника Бэмкон и других тестовых методик, но главное – наблюдение, анализ результатов деятельности, психобиографический метод, которые подтверждают точность диагностики шизоидных черт личности с помощью тестовых методик. В группу шизоидных личностей относились только те, кто и по психодиагностическим методикам, и по результатам наблюдения, анализа результатов деятельности был таковым.
Кроме того, выборка лиц с выраженными шизоидными чертами была обследована с помощью психофизиологических методик. Снимались такие показатели как КГР (кожно-гальваническая реакция), ЧСС (частота сердечных сокращений), ПГ (плетизмограмма), частота дыхания и др. При определении этих показателей проводились и классические психологические эксперименты (ассоциативно-словесный и др.).
Большое количество лиц с шизоидной акцентуацией – с одной стороны, и гуманные соображения – с другой, не позволяют социально отмежеваться от данных людей: они живут и будут работать и жить среди нас. Многие из них настойчиво стремятся функционировать в сфере общения, «работать с людьми» в силу их меньшей предрасположенности к предметной деятельности. И многие из них успешно справляются со своими обязанностями, неплохо работают, хотя это достается им немалым трудом. Для некоторых это является жизненной трагедией. Поэтому провести более точную психодиагностическую границу между лицами с чертами шизоидной акцентуации, успешно справляющимися со своими профессиональными обязанностями и вносящими проблемы в систему межличностных, производственных отношений – в значительной мере равносильно появлению метода, способа, инструмента более тонкого вмешательства в социальные процессы, происходящие в нашем обществе, с точки зрения их оптимизации. Особенно это важно в управленческой сфере, от которой в значительной степени зависит эффективность экономической, социально-политической, духовной жизни общества.
1.4. Психодиагностические приемы анализа шизоидных черт личности
При анализе любых или относительно однородных черт личности возникает вопрос: можно ли не только путем экспертной оценки, но и экспериментально психодиагностически выявить структуру этих черт, а также их закономерные, статистически устойчивые связи с другими, особенно с относительно противоположными чертами личности? На наш взгляд, используя современные психодиагностические средства, в частности, психодиагностический комплекс «Профессор» и др., это можно сделать с определенной степенью точности.
Однако, для этого необходимы не только соответствующие психодиагностические средства, но и обоснование всей методики, методических подходов и приемов такого анализа.
В современной психологии уже сложилась традиция использовать для выявления структуры черт личности факторный анализ и некоторые математические методы, которые приближаются к нему. Факторный анализ немало дал для развития современной психологии и было бы неразумно отрицать его определенные возможности. Мы в своих исследованиях исходим из концепции В. С. Мерлина, а именно из концепции много-многозначных связей. Когда изначально признается, что связь какой-то черты личности с другими чертами носит не функциональный, не линейный, а вероятностный, много-многозначный характер.
В этих условиях важно не просто фиксировать связь данной черты личности с другой чертой с помощью коэффициентов корреляции, а устанавливать вероятность этой связи с помощью таблиц распределения, гистограмм. Это связано с тем, что практически любая личностная черта связана с другими чертами личности, с любыми факторами – вероятностно, много-многозначно. В силу этого «не срабатывают» математические методы, построенные на использовании линейных коэффициентов корреляции. В то же время методический комплекс «Профессор» позволяет подойти более содержательно, более тонко к анализу данных взаимосвязей. Это соответствует современным представлениям по этому вопросу. Обоснуем для этого соответствующие методические приемы.
Первый методический прием: сопоставление результатов психодиагностики лиц с выраженными шизоидными чертами с результатами психодиагностики лиц с относительно противоположными чертами личности (анти-шизоидов) и в целом по выборке (комплексно), по всем шкалам, с максимально возможным использованием психодиагностических средств.
Приведем пример:
Таблица результатов психодиагностики в целом по выборке (обследуемые на момент поиска более престижной работы)



Таблица результатов психодиагностики лиц с чертами шизоидности (шкала Sc – более 46 «сырых» баллов) и с относительно противоположными чертами (шкала Sc – менее 16 «сырых» баллов)


Анализ этих показателей будет дан позднее. Пока же обратим внимание на то, что одни значения шкал хорошо интерпретируются путем сравнения лиц с высокими и низкими значениями по шкале Sc, а другие для точности понимания проблемы требуют соотнесения с результатами психодиагностики в целом по выборке. Так, диапазон низких значений шкалы Sc теста MMPI слабо связан с динамикой изменения шкалы С (стрессоустойчивость), но высокие значения шкалы Sc говорят о резком снижении стрессоустойчивости, если о ней судить по шкале С теста Кэттелла. Подобных сравнений может быть немало. Однако для нас в этом контексте изложения проблемы важно подчеркнуть правомерность обоснованного методического приема.
Второй методический прием: группировка результатов психодиагностики по вопросам биографического теста Бэмкон.
Так, отношения с родителями диагностируются рядом вопросов примененной методики Бэмкон. Это, в частности, достигается и 74 вопросом методики Бэмкон:
«Часто ли Ваше мнение расходилось с мнением родителей?»
1) почти всегда;
2) часто;
3) иногда;
4) редко;
5) никогда;
6) иной ответ.
Результаты психодиагностики групп обследуемых, выбравших тот или иной ответ, были также получены. Здесь же сравним контрастные по своему содержанию ответы.
Таблица результатов психодиагностики лиц, контрастно ответивших на 74 вопрос теста Бэмкон


Где:
1 колонка: код теста
BIO – условное обозначение теста БЭМКОН
IN2 – условное обозначение интеллектуального теста «Количественные отношения»
IN3 – условное обозначение интеллектуального теста «Сложные аналогии»
КТL – условное обозначение теста Кэттелла
МР2 – условное обозначение краткого варианта теста ММРI
SOT – условное обозначение теста «Семантический дифференциал»
2 колонка: код шкал
01 – условное обозначение шкалы ЭГО (силы личности) теста БЭМКОН
I – условное обозначение основной шкалы интеллектуального теста «Количественные отношения»
IN – условное обозначение основной шкалы интеллектуального теста «Сложные аналогии»
Далее условные обозначение шкал теста Кэттелла:
A – общительность – замкнутость
B – низкие – высокие интеллектуальные возможности
C – эмоциональная устойчивость
E – покорность – доминантность
F – озабоченность – беспечность
G – моральная нормативность
H – застенчивость – уверенность в себе
I – жесткость – душевная мягкость
L – доверчивость – подозрительность
M – реалистичность – самоуглубленность
N – естественность – социальная опосредованность
O – самоуверенность – тревожность
Q1 – консерватизм – радикализм
Q2 – привязанность к группе – самостоятельность
Q3 – низкий самоконтроль – высокий самоконтроль
Q4 – релаксированность – напряженность
Далее условные обозначения шкал теста MMPI
L. L – лжи
F. F – достоверности
K. K – коррекции
1. HS – ипохондрия
2. D – депрессия
3. HY – истероидность
4. PD – психопатия
5. F – феминизированность
6. PA – паранойя
7. РТ – психастения
8. SC – шизоидность
9. МА – гипомания
10. О – социальная интроверсия
Далее условные обозначения шкал теста «Семантический дифференциал»
01 – SOT 01 A(01) жизнь
02 – SOT 02 B(02) смерть
03 – SOT 03 C(03) счастье
04 – SOT 04 D(04) несчастье
05 – SOT 05 E(05) проступок
06 – SOT 06 F(06) нарушение
07 – SOT 07 G(07) ответственность
08 – SOT 08 H(08) обязательность
09 – SOT 09 I(09) моральность
10 – SOT 10 J(10) аморальность
11 – SOT 11 K(11) подлость
12 – SOT 12 L(12) честность
13 – SOT 13 M(13) принципиальность
14 – SOT 14 N(14) беспринципность
15 – SOT 15 O(15) патриотизм
16 – SOT 16 P(16) работа
17 – SOT 17 Q(17) друзья
18 – SOT 18 R(18) я сам
19 – SOT 19 Z(19) я в идеале
3 колонка – количество обследованных
4 колонка – сырые показатели
Тест BIO – условные единицы
Тест IN2, IN3 – баллы
Тест KTL – баллы
Тест MPI – баллы
Тест SOT – условные единицы
5 колонка – стандартные показатели
Тест BIO – десятилли (процентили, деленные на 10)
Тест IN2, IN3 – десятилли
Тест KTL – стэны
Тест MPI – Т-баллы
Тест SOT – процентилли
6 колонка – стандартное отклонение
Эти результаты сравниваются не только между собой, но и с результатами психодиагностики по всей выборке.
В данном случае видно, что расхождение мнений с родителями статистически чаще связано с более высокими значениями по шкале шизоидности. При этом все другие шкалы как бы стремятся к соответствующим показателям для лиц с чертами шизоидности. Данный методический прием эффективен для углубленного анализа влияния тех или иных особенностей человека на процесс формирования у него шизоидных черт личности.
Третий методический прием: сопоставление результатов психодиагностики лиц с относительно высокими и низкими значениями по шкале шизоидности теста MMPI с биографическими признаками, данными по всей методике Бэмкон в процентных зависимостях. Для диагностики биографических данных использовалась методика Бэмкон. Созданные программы для ЭВМ позволяют автоматически сопоставлять те или иные признаки (в квантифицированном виде) с теми или иными показателями других личностных методик. Эти результаты представлены в таблицах. Данный методический прием оправдан, когда надо выделить наиболее прогностичные биографические признаки для более углубленного анализа по уже предложенной методике.
Четвертый методический прием: анализ статистических взаимосвязей степени выраженности шизоидных черт (что диагностируется с помощью фиксации роста значений шкалы шизоидности теста MMPI) с изменениями значений всех других шкал, использованных в психодиагностических тестах. Данный методический прием реализован в 3.3.
Пятый методический прием: сравнение полученных результатов с помощью первых четырех методических подходов, методических приемов по качественно различным выборкам. Дело в том, что одна и та же выборка может быть весьма специфичной по своим качественным характеристикам и не позволить получить достоверные данные. В этом исследовании представлены данные по группе лиц, которые успешно трудились в системе «человек-человек», по группе лиц, которая искала работу в этой системе, по абитуриентам РАГС и др. Результаты, полученные в том и другом случае с помощью уже описанных методических приемов, были близки друг к другу, хотя выборки отличались качественным составом обследуемых.
Шестой методический прием: анализ относительных результатов по динамике изменения показателей шкал тестовых методик. Поясним это. Если взять результаты психодиагностики в группе лиц с высокими и низкими показателями по шкале шизоидности методики MMPI, то динамика изменения всех других шкал теста MMPI, как и всех шкал теста Кэттелла, других тестов, которые применялись в комплексном исследовании, будет различной. Нас интересуют и разностные значения изменений данных показателей. Чем выше эта разность между группами лиц с низкими и высокими значениями по шкале Sc теста MMPI, тем выше вероятность взаимосвязи черт шизоидности с данной группой черт. Приведем конкретные результаты:
Таблица разностных значений показателей шкал тестов, полученных при обследовании лиц с высокими и низкими значениями по шкале шизоидности теста MMPI

Данный методический прием позволяет наглядно (что важно для психологического анализа) увидеть взаимосвязь шкал тестов между собой, тенденции изменения каждой шкалы в зависимости от роста (уменьшения) значений шкалы Sc теста MMPI.
Седьмой методический прием: статистико-психодиагностическая проверка выдвигаемых и уже существующих в науке гипотез и предположений. Имея собранный банк данных, легко перепроверить экспертные оценки и гипотетические предположения, когда-либо выдвигавшиеся в науке.
В частности, в современной науке выдвигалась гипотеза о том, что для повышенной шизоидности характерно относительно противоположное отношение обследуемого к отцу и к матери. В то же время в методике MMPI есть вопросы, которые диагностируют насколько позитивно обследуемый относится к отцу и к матери. Методический комплекс «Профессор» позволяет выявить лиц, у которых негативное отношение к матери сочетается с позитивным отношением к отцу, и наоборот. При этом можно легко проверить, как изменяется у данных лиц значения шкалы Sc – шизоидности теста MMPI.
Таким образом, имея собранный банк данных, можно относительно быстро и просто проверить многие гипотезы, по которым в настоящее время, по мнению некоторых ученых, не имеется достаточного количества экспериментальных подтверждений (Фуллер Тори Шизофрения. СПб, 1966, с. 219).
Восьмой методический прием: сравнительный анализ ценностных ориентаций шизоидов с другими типами и подтипами личностей.
Анализ ценностных ориентаций шизоидов – одна из ключевых задач данного исследования. Для этого была использована методика «Семантический дифференциал». В соответствии с данной методикой выявлено, что наиболее выраженными актуализированными потребностями у них являются – «счастье», «Я в идеале», «работа» и некоторые другие. У лиц с относительно противоположными чертами актуализированы такие потребности, как «Я в идеале», «Я сам», «друзья», «жизнь», «счастье». А отрицательными для лиц с чертами шизоидности являются: «аморальность», «беспринципность», «подлость». Ценностные ориентации лиц с шизоидной акцентуацией, обладающих относительно противоположными чертами личности, можно проиллюстрировать следующей таблицей:
Таблица ценностных ориентаций шизоидных личностей и лиц с относительно противоположными чертами


Где:
1 колонка: код теста SOT – условное обозначение теста «Семантический дифференциал»
2 колонка: код шкал
3, 5 колонки – «сырые» показатели Тест SOT – условные единицы
4, 6 колонки – стандартные показатели Тест SOT – процентилли. Таковы основные методические приемы анализа шизоидных черт личности. Как видим, эти методические приемы сводятся к сравнению выраженных черт шизоидности с относительно противоположными, а также со всеми другими чертами личности, в анализе степени зависимости данных черт от биографических признаков, в анализе различий между группами обследуемых в ценностных ориентациях и по другим параметрам.
Следует оговориться, что психодиагностический анализ шизоидных черт личности может проводиться не только с помощью шкалы Sc теста MMPI. Кэттелл в своем знаменитом 16-факторном личностном опроснике выделяет шкалу «циклотимия – шизотимия». Более того, по результатам психодиагностических исследований была сделана попытка найти структуру данной шкалы, степень насыщенности ее различными чертами личности. Это делалось с помощью факторного анализа. (Мейли Р. Факторный анализ личности. В кн.: Экспериментальная психология, вып.5. Под ред. П. Фресса, Ж. Пиаже. М.: 1975).
Однако, при этом получены весьма противоречивые результаты. Более того, в науке сформировалось мнение, «…что степени насыщенности соответствующей черты фактором никогда не совпадают полностью, однако их вариации имеют все-таки определенные границы, причем всегда можно обнаружить 2–3 исследования, в которых степени насыщенности очень близки. Из-за отсутствия критериев значимости насыщенности всегда остается сомнение в идентичности факторов, полученных в различных исследованиях.» (Мейли Р., 1975, с. 232).
И, тем не менее, данная шкала оказалась полезной. Это отмечают и зарубежные исследователи. Появление тех или иных методических приемов изучения шизоидных черт личности – не есть нечто произвольное, всецело зависящее от исследователя. Данные приемы зависят от общего уровня развития науки, в частности, от развития автоматизированных систем психодиагностики, от знаний, опыта в области массовых психодиагностических исследований и т. д. Описанные методические приемы появились на современном этапе развития науки. Дальнейшее развитие исследований в данной области обогатит методический арсенал исследователей, возможно, появятся иные, более совершенные методические приемы психодиагностического анализа шизоидных и иных черт личности.
Сделаем вывод по главе. Шизоидность как черта личности может исследоваться с различных методологических позиций. Основой такого анализа является современная философия, социология личности, в психолого-теоретическом плане – теория черт личности, теория акцентуаций, акмеологическая теория, теория отношений (Мясищева В. Н.), теория современной психодиагностики и другие психологические теории, теоретические конструкты, построения.
На базе данных методологических достижений предложена методика анализа шизоидных черт личности. В основе этой методики лежит применение проверенных, адаптированных тестов (прежде всего MMPI, Кэтелла, семантического дифференциала и др.), наблюдения, анализ результатов деятельности, эксперимента, психологических методик, а также психодиагностических приемов, основанных на сравнении результатов обследования лиц, отличающихся между собой степенью выраженности шизоидных черт и по различным психобиографическим, психодиагностическим и иным показателям. Такой подход дает возможность системно смоделировать процесс развития и функционирования шизоидных черт личности в различных условиях и ситуациях.
Глава 2. Шизоидно акцентуированные черты личности: экспертно-аналитическая оценка
Между акцентуированными чертами личности, в частности, шизоидно акцентуированными чертами, и нормой четкой границы нет. И несмотря на то, что в исследовании рассматриваются не клинические проблемы тяжелых шизоидов, а только некоторые отклонения от нормы, все же качество научного анализа повысится, если идти в исследовании не только от нормы к акцентуации, но и от патологии (шизофрения) к шизоидно акцентуированным чертам личности. При этом для такого анализа используются как опыт, знания, накопленные в практической работе с шизоидными личностями, так и результаты экспериментально-психодиагностических исследований.
2.1. Психологический анализ взаимосвязи шизофренческих и шизоидных черт личности
Рассмотрение шизоидных черт личности через призму шизофренических черт научно оправдано. Еще Э. Кречмер отмечал: «Мы называем людей, принадлежащих к тому больному конституциональному кругу, из которого рекрутируются шизофреники, шизотимическими людьми…» (Кречмер Э. Строение тела и характер. М.-Л., 1924). Фенихел (Fenichel, 1945) выразил собственное мнение: «Человека, не страдающего настоящим психозом, но проявляющего отдельные черты или механизмы шизофренического типа, можно назвать шизоидом, амбулаторным шизофреником и тому подобным образом» (цит. по: Лоуэн А., 1996, с. 290). И это мнение устойчиво в науке.
Термин «шизофрения» был введен Блейлером для характеристики синдрома dementia praecox, что в переводе на русский означает «расщепление разума», или более широко – «расщепление личности», и семантически верно описывает суть психических явлений.
Учение и теории о шизофрении связаны с такими именами как Е. Блейлер, С. С. Корсаков, В. Х. Кандинский, Э. Крепелин и др.
Существует два фундаментальных взгляда на личность шизофреника: раскол личности или раскол между личностью и реальностью. Как и всегда, в категорических взаимоисключающих утверждениях (и в одной версии и в другой) есть элемент истины. В психиатрии известны «симптомы первого ранга» шизофрении – симптомы Курта Шнайдера:
– слуховые галлюцинации, когда внешние голоса проговаривают мысли пациента вслух;
– слуховые галлюцинации, когда два голоса спорят между собой;
– слуховые галлюцинации, когда голоса комментируют действия пациента;
– тактильные галлюцинации, когда обследуемый ощущает прикосновения чего-то постороннего, реально отсутствующего;
– галлюцинации, когда мысли как бы изымаются из головы больного шизофренией;
– «вкладывание» мыслей в голову пациента, как бы осуществляемое посторонними лицами;
– установка, вера, убеждение, что мысли обследуемого передаются другим как по радио;
– эффект «вкладывания» в сознание пациента ощущений других людей;
– эффект осознания факта поведения, действия под контролем других лиц;
– бред, когда обычные события воспринимаются как имеющие особый, «скрытый» смысл.
Данные симптомы в той или иной степени диагностируются вопросами теста MMPI. Крайнее проявление этих симптомов связано с шизофренией. Однако ввиду отсутствия жесткой границы между шизоидностью и шизофренией, ощущения подобного толка могут быть и у шизоидных личностей, а, следовательно, подобные черты могут в той или иной степени считаться и шизоидно акцентуированными чертами личности. Весь вопрос состоит только в мере, степени, характере проявления этих черт.
При диагностике шизофрении психиатры обращают прежде всего внимание на нарушения мышления у пациентов. Для этого есть международные диагностические критерии (Всемирной организации здравоохранения, Американской психиатрической организации). Для постановки диагноза важны следующие нарушения мышления:
– изъятие мыслей (у человека сформировалось убеждение, что его мысли вынимаются из его психики какой-то внешней силой);
– распространение мыслей (убеждение в том, что собственные мысли становятся известны другим).
Согласно международной классификации болезней эти симптомы должны сохраняться в течение месяца и дольше, чтобы диагностировать шизофрению. Но эти симптомы не могут обосновать диагноз окончательно, так как остаются субъективные источники возможной ошибки.
Переживания лиц с чертами шизофрении нередко сравнивают с переживаниями во сне.
В самом общем виде все симптомы шизофрении можно свести к деперсонализации и галлюцинациям.
Деперсонализация. Для деперсонализации характерна потеря контакта индивида со своим телом или с его отдельными частями. Чаще деперсонализация связана с «расщеплением» личности.
По мнению некоторых ученых (А. Лоуэн), расщепление личности в процессе шизофрении способствует расщеплению и актуализированных потребностей (материальных и духовных, физических и социальных и др.).
У лиц с шизоидным характером нередки ситуации девальвации материальных ценностей и чрезмерное (для наших обычаев, традиций, для нашей субкультуры) устремление в духовные ценности, нередко понимаемые весьма специфично с точки зрения современной культуры, современного общества.
Галлюцинации. Одними из самых существенных признаков шизофрении являются видение, слышание чьего-либо голоса, приказов, указаний сверху и др. Эти явления близки к галлюцинациям. При этом слышимый шизофреником голос – это его голос, это его слова. Шизофренический уход от реальности нередко относится только к материальной стороне жизни.
Мы с неохотой признаем право на существование гипотезы (а нередко – и теоретических концепций) о том, что мир, с которым контактирует шизофреник, реально существует, но это не материальный мир.
Известный исследователь шизоидного и шизофренического характера А. Лоуэн отметил: «Человек, страдающий шизофренией, утрачивает контакт с реальностью» (Лоуэн А. Физическая динамика структуры характера. – М: 1996, с. 268).
Конечно, это – гротеск. Но это гротеск, имеющий концептуальное значение. Шизоидная акцентуация характеризуется такими концептуальными, теоретическими, эмоциональными образами, построениями, которые выражают индивидуально-психические особенности личности, а не реальные явления. При этом можно спорить о степени реальности индивидуально-психических особенностей, но бесспорным остается момент работы природы по сохранению лиц, способных продуцировать свои психические особенности, несмотря на несоответствие окружающей их реальности. Таковы основные симптомы, признаки шизофрении.
Проблема отношения шизофрении и шизоидности, патологии и нормы в данном качественном соотношении уже поставлена в науке. Так, А. Лоуэн, ставя проблему соотношения шизоидности и шизофрении, отмечет: «Различие между шизофреническим и шизоидным характером заключается в степени расстройства. Это не значит, что между ними нет качественных различий. Разумеется, в крайних случаях никто не решится сравнить ярко выраженного шизофреника с хорошо функционирующим шизоидным характером. Однако фундаментальное сходство динамических процессов, лежащих в основе структуры личности, позволяет провести их сравнение как с теоретической, так и с терапевтической позиций» (Лоуэн А., с. 291).
Или еще более проблемное заявление: «Разве нельзя сказать, что все люди цивилизованных культур обнаруживают те или иные проявления шизофренического процесса?» (там же, с. 268).
Для психических переживаний больных шизофренией характерны изменение восприятия, неспособность адекватно ориентироваться во внешней среде, бред и галлюцинации, изменения структуры «Я» личности, изменения в эмоциональной сфере личности, в ее действиях, поведении. При этом у каждого конкретного шизофреника картина его переживаний индивидуальна.
У лиц с признаками шизофрении в динамике восприятия наблюдаются нередко противоположные тенденции: в большинстве случаев интенсивность восприятия усиливается, оно обостряется, хотя встречаются и случаи полного расстройства. Обычно наш мозг может как бы отключиться от большинства посторонних раздражителей и сконцентрироваться на главном, у обычных людей активно действует доминанта. Однако у многих шизофреников сенсорные раздражители как бы бессистемно попадают в мозг. Зрение, слух могут непомерно обостряться, доставляя личности немалые неудобства, но и позволяя видеть окружающее более ярко, контрастно – не так, как остальные. Обострение процесса восприятий касается не только данной конкретной ситуации, но и прошлого. Нередко больные детально вспоминают свое детство, юность, прожитое, причем эти воспоминания могут быть импульсивными, бессистемными.
У шизофреников бывает и приподнятое состояние, так называемая экзальтация. Хотя в некоторых случаях восприятие может не только обостряться, но и притупляться.
За счет обострения восприятия нередко начальная стадия шизофрении сопровождается усилением внимания, интереса к самым различным людям, событиям, идеям, которые ранее не затрагивали, не занимали человека. И это происходит как бы непрерывным потоком.
В настоящее время появилось немало работ, которые пытаются очертить границы шизофрении. Эти работы в какой-то степени затрагивают и предмет нашего исследования. В частности, в монографии А. Б. Смулевича «Малопрогредиентная шизофрения и пограничные состояния» ставится проблема поиска границы исчезновения шизофрении (или ее начала). Для лиц с манифестными формами шизофрении характерны некоторые симптомы, признаки так называемого «сумасшествия», помешательства, характерна глубокая деградация личности. Они являются предметом психиатрического анализа, врачебной помощи. Что же касается малопрогредиентной шизофрении, то она не связана с сумасшествием и характеризуется лишь некоторой формой деформации личностных параметров, облика личности, изменениями круга интересов, стиля мышления, побуждений, мотиваций людей. Ее основными признаками являются аутизм, отчуждение от близких людей, стремление к созданию оторванных от действительности схем, мировоззренческих систем, склонность к ипохондрии. При этом, как правило, не диагностируется снижение психической активности, социальной дезадаптации. Все эти изменения протекают в рамках личностных, однако специфических, которые в своей совокупности можно охарактеризовать и как шизоидные. Причем для обозначения той совокупности симптомов, под которой понимается малопрогредиентная шизофрения, различные исследователи применяли различные термины, понятия: «мягкая» шизофрения (Кронфельд А. С., 1928); непсихотическая шизофрения (Розенштейн Н. Л., 1933); шизофрения, текущая без изменения характера (Кребиков О. В., 1933); микропроцессуальная, микропсихотическая шизофрения (Гольденберг С. И., 1934); рудиментарная, «санаторная» (Каннибих Ю. В., Лиознер С. А., 1934); предфаза шизофрении (Юдин Т. И., 1941); медленно текущая шизофрения (Озерецковский Д. С., 1950); шизофрения лавированная (Снежневский А. В., 1963); вяло протекающая шизофрения (Мелихов Д. Е., 1963, Шмаонова Л. М., 1968; Наджаров Р. А., 1972); несостоявшаяся шизофрения (Кантарович Н. В., 1964); амортизированная (Stengel E., 1937); и т. д. (см. Смулевич А. Б., 1987, с. 11).
Малопрогредиентная или слабовыраженная шизофрения имеет свои разновидности. В большинстве своем они сочетаются с другими акцентуациями, с другими необычно выраженными чертами личности, а именно, с навязчивостью, с истерическими элементами, с элементами деперсонализации, ипохондрии, паранойяльности, с аффективными расстройствами и т. д.
В современной науке настойчиво исследуется граница, когда черты шизоидности деформируются в отклонения, которые приводят к потере саморегуляции. Эта граница весьма подвижна, ситуативна, условна. Она зависит и от особенностей психологической защиты у шизоидов, от возможности и необходимости этих лиц регулировать конфликтами свои взаимоотношения с окружающими (Robbins B., 1995).
В современной науке бытуют еще предубеждения по поводу сущности шизофрении. Так, одно из них заключается в том, что шизофрения якобы развивается на фоне разрушения мозговой субстанции. Последние исследования далеки от такой категоричности (см. Хелл Д., Фишер-Фельтен М. Шизофрении. Основы понимания и помощь в ориентировке. М., 1998).
В современной литературе прочно утвердилось различие между шизофренией и шизоидностью, в связи с чем устойчиво используются такие понятия, как «шизофренический характер» и «шизоидный характер». При этом шизоидность нередко понимается как предшизофрения, как совокупность черт, которая аналогична шизофреническим, но не выходит за рамки нормы, не является патологией. В силу этого понимание сути шизофренических черт личности позволяет более тонко отдифференцировать и собственно шизоидные черты личности. И такой подход – от патологии к норме – вполне оправдан.
В методике MMPI есть вопросы, которые диагностируют шизофрению и шизоидность, они нередко связаны с ощущением человеком своего тела, с ощущением материальных объектов и процессов во внешнем мире. Дело в том, что деперсонализация является одним из главных симптомов шизофрении. В то же время эффект деперсонализации в значительной степени связан и с отрывом психофизиологических процессов человека от реальности, в том числе и с неточным, необъективным отражением интерорецепторов своего тела, его динамики, внутренних ощущений. Большая часть ученых, исследователей считает, что процесс деперсонализации проявляется не только через разрушение личностной оболочки, но и через утрату оптимальных контактов с собственным телом или с его важнейшими частями. Нередко это сопровождается переживанием чего-то странного, нереального. Иногда человек чувствует, что он как бы смотрит на себя со стороны. При этом личность с шизоидной акцентуацией и шизофренией нередко может осознавать раздвоенность своих чувств: с одной стороны, быть вне себя от радости, а с другой – переживать внутреннюю дисгармоничность, внутреннюю напряженность. Подобная раздвоенность чувств имеет много аналогичного с так называемым когнитивным диссонансом – когда человек чувствует, думает и переживает противоположные мысли, чувства, которые при этом не сталкиваются внутри личности и не создают внутреннего конфликта. Примерно так же, как и у шизофреника, у шизоида наблюдается развитие, функционирование различных противоположных, противоречивых чувств.
Одной из особенностей шизофреников и шизоидов лиц является меньшая зависимость их поведения от внешних факторов, в том числе и от материальных, денежных. В известной степени можно согласиться с мнением А. Лоуэна, что шизофреник – «антиматериален, антиповседневен». Шизофреник как бы уходит от материальной реальности, этот уход равносилен и его материальной смерти. Шизоиды, как и шизофреники, более преданы своим внутренним переживаниям, внутренним ощущениям. Они менее управляемы непосредственными материальными факторами.
В процессе шизофрении наблюдается дезорганизация «Я» личности. Для шизофреника расщепление «Я» личности заключается и в расщеплении, отдалении друг от друга агрессивных и эротических влечений и влечений духовных сил.
Pulsuz fraqment bitdi.