Kitabı oxu: «Спринт к лучшему. Как изменить жизнь примату, который споткнулся о разум»

Şrift:

© Н. Молчанов, текст, 2026

© Нытя, иллюстрации, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

* * *

В детстве у меня был воображаемый друг. Видимо, сказалось воспитание в семье психологов, так как я звал его «Мозг». А когда я вырос, мне показалось, что он исчез. Точнее, я думал, что он исчез, но я ошибся: он просто замолчал, продолжая вмешиваться в мои решения и направлять мою жизнь. Эту книгу я посвящаю ему – самому первому и самому верному другу.


Введение

Что вы загадывали на прошлый Новый год? Давайте попробую угадать. Планировали заняться своим здоровьем, сбросить несколько лишних килограммов? Встретить, наконец, свою любовь, наладить отношения с близкими? Собирались начать откладывать деньги? Хотели больше внимания уделять спорту или карьере? Что-то из этого вы, скорее всего, шептали под бой курантов.

А теперь позвольте мне предположить ещё кое-что. Год, два или даже пять лет назад перечень заветных целей выглядел примерно так же. Все мы храним немного потёртые мечты, которым уже давно пора осуществиться. Кажется, списки желаний – это отдельный жанр человеческих иллюзий, которые путешествуют с нами по жизни, потихоньку отравляя её.

Я – не исключение. Годами записывал в новогодние планы буквально одно и то же. Каждый раз с искренней убеждённостью: «вот теперь точно». Пока, наконец, не задумался – ну почему годами мечтаю о переменах, но топчусь на месте?

Пора озвучить простую, но болезненную мысль: если наши желания остаются без изменений много лет подряд, значит, дело не в том, что мы как-то неправильно их загадываем. Не в лени или в неблагоприятных обстоятельствах. И уж точно не в том, что мы ещё «не созрели» или у нас «нет времени».

Просто поведение во многом определяется тем, что считает правильным делать наш мозг. А он создавался для решения совершенно иных задач, нежели те, с которыми мы сталкиваемся ежедневно. Саванны сменились на социальные сети и пункты выдачи заказов слишком быстро. Нами движут стремления, которые формировались сотни миллионов лет. Мы же наивно пытаемся противопоставить им желания, возникшие пару лет или даже дней назад.

К чему бы мы ни стремились, чтобы прийти к лучшему необходимо понять, где и почему мы спотыкаемся о собственный разум, когда пытаемся приблизиться к своим заветным целям. Пора научиться взрослому обращению с мечтами.

И я знаю, как это сделать. Окончив факультет психологии МГУ и защитив кандидатскую диссертацию, я четверть века работал на стыке психологии и бизнеса, там, где выживают лишь те методы, которые дают результат. Входил в состав Совета директоров полутора десятков компаний, управлял корпоративным венчурным фондом, отвечал за стратегию в крупных инвестиционных и технологических холдингах – и изучал, как скрытые механизмы управляют решениями людей: от выбора молока в супермаркете до поиска спутника жизни. Превратил свой блог в полевую лабораторию, где сотни тысяч подписчиков проверяют мои гипотезы на практике, и на протяжении многих лет работал над этой книгой.

«Спринт к лучшему» – не мотивирующий разговор с гуру, а инструкция по изменению себя, научный подход к саморазвитию, который объясняет, почему вам так трудно приблизиться к своей мечте – и как всё-таки претворить её в реальность.

К сожалению, простым усилием воли изменить свою жизнь нельзя. Поэтому книга построена как серия спринтов: поэтапно будем перестраивать сознание, поведение, отношения с другими и даже собственный мозг. Не героическим рывком, а короткими, щадящими шагами. Первое, что вам предстоит сделать – прочесть эту книгу. Второе, что ещё важнее – использовать полученные знания. Вводить в практику своей жизни не только упражнения, но и идеи, подсказки, советы, которые вы встретите на страницах книги.

И в какой-то момент (верю, что это будет ещё до середины книги) вы почувствуете первые изменения к лучшему. В том, как действуете, принимаете решения, управляете эмоциями. Заметите поддержку от окружающих и близких, найдёте силы действовать. Поймёте свои настоящие, а не навязанные кем-то желания, научитесь ставить цели, которые «приживутся» и наконец-то осуществятся. Разберётесь, где найти мотивацию, когда её нет, – и, наконец, сдвинетесь с мёртвой точки.

Маленькие и крупные, приятные и полезные перемены уже ждут вас. Прямо сейчас, когда вы переворачиваете страницу, чтобы начать читать книгу, с которой стартует ваш личный спринт к лучшему.

Тёмный Друг

Не сапиенс

Окружающим наша жизнь кажется нормальной. Мы ходим на работу, оплачиваем счета, общаемся с родными, иногда встречаемся с друзьями. Но внутри, и чем дальше, тем сильнее зреет чувство, что всё могло бы быть иначе. Гора несделанных дел и несбывшихся мечтаний становится всё выше. Возможности ускользают, а шансы тают. И однажды приходит мысль: так дальше нельзя.

Но почему, несмотря на искренность наших желаний, жизнь не меняется?

Следует поставить вопрос ребром. Вы, как и я, наверняка иногда задаётесь вопросом: «Ну почему же мы снова и снова принимаем решения, о которых потом жалеем? Зачем тогда вообще нужен мозг, если он позволяет нам действовать во вред самим себе? Какова его главная функция?» Хоть сейчас и модно рассуждать о когнитивных искажениях, мы смутно догадываемся, что основная задача мозга – всё же не плодить ошибки. Самый распространённый ответ – что-то вроде «мозг нужен, чтобы мыслить». Судя по всему, мы буквально окружены Декартами.

Однако нет.

Люди, конечно, время от времени действительно думают. Но, как пишет Лиза Баррет, профессор психологии, президент Ассоциации психологических наук США, мозг создан вовсе не для того. Его главная функция – менеджмент огромного количества процессов, постоянно происходящих в нашем организме.

Скажем, вот уже несколько лет мы живём в чудесном мире искусственного интеллекта. И многие подметили парадокс – раньше считалось, что роботы будут эдакими послушными слугами, взявшими на себя тяжёлую и неприятную работу (ну, до той поры, пока не восстанут, конечно). А человечество, заведя себе таких помощников, наконец-то повалится на диван.

Но что-то пошло не так, да? Сегодня нейросети рисуют шедевры и пишут тексты. А людям осталось обжимать провода, таскать бетон и строить центры обработки данных. Потому что это, как ни странно, значительно более сложные задачи.

Все наши глубокомысленные рассуждения, тревоги, размышления «любит – не любит», «купит – не купит» на самом деле требуют весьма скромного количества ресурсов. Затупить и сидеть с пустой головой мы можем легко, а вот сердце и прочие органы должны работать непрерывно. Большинство из восьмидесяти шести миллиардов нейронов головного мозга заняты управлением движениями и деятельностью организма. Поэтому и для искусственного интеллекта задача научиться играть в шахматы намного проще, нежели собрать эти же шахматы после игры обратно в коробку.

Количество твоих мыслей. Просто для интереса – среднее количество мыслей у обычного человека по разным данным варьируется примерно от 5 до 50 в минуту.

Лично я сбился уже после нескольких попыток подсчитать собственный показатель, но надеюсь, что к истине ближе всё же первая цифра.

Вдобавок мозгу постоянно приходится заглядывать в ближайшее будущее. К примеру, лето, жара, мы только что с пробежки. Сокрушительно хочется пить, выпиваем стакан, второй, половинку третьего и чувствуем – жажда прошла. Только ведь вода в кровь ещё не поступила, а именно кровеносная система разносит жидкость по организму. Это произойдёт минут через пятнадцать. Но мозг уже просчитал всё наперёд и отправляет на уровень сознания сигнал: «хватит, напились».

Вот этим мозг и занят. Просто мы не отдаём себе в этом отчёт, так как все эти задачи находятся за уровнем сознания, крайне небольшой саморефлективной части психики.

Большинство задач, которыми постоянно занят мозг, скрыты от сознательного наблюдения и контроля.

На это существуют весомые причины. Возможно, вы видели документальные фильмы, в которых морская черепаха медленно выбирается на пляж, мучительно выкапывает ямку, откладывает яйца и облегчённо уползает назад в море.

«Эй, черепаха, – хочется крикнуть ей вслед, – зачем так стараться? Ты же морская! Несись себе где-нибудь в море!»

Можно, конечно, предположить, что откладывание яиц на суше как-то полезно для детёнышей. Но нет, после торжественного момента вылупления маленькие черепашата бегут обратно в воду, а в этот момент ими спешат полакомиться и жители суши, и специально заплывающие в прибрежные воды морские хищники. Сверху вдобавок патрулируют территорию в поисках чего-нибудь вкусного хищные птицы.

Так зачем?

Потому что предки морской черепахи давным-давно были обычными наземными черепахами. Успешно размножались на суше. А для черепах и людей половое размножение – крайне важный процесс. Воспроизведение своих генов, пожалуй, вообще ключевая задача организма. Поэтому в ходе эволюции она меняется медленнее всего.

Вот и на большинстве процессов человека висит табличка «Не влезай, убьёт!». Отследить сознательно, как они работают, мы ещё можем. Но вот повлиять, покрутить ручку регулировки мощности – нет. Практикующие медитацию способны задерживать дыхание, регулировать частоту сердцебиения. Но я никогда не слышал, чтобы кто-то силой мысли разогнал работу волосяных фолликулов и отрастил себе шикарную шевелюру за пару ночей.

Даже там, где сознательный контроль возможен, он крайне ограничен. Наверняка многие, по крайней мере в детстве, боялись, что забудут, как дышать. Пару минут судорожно обращали внимание на вдохи-выдохи, пока внимание не переключалось на что-то иное. Побуду немного доброй феей и избавлю от фобии – ни при каких обстоятельствах наш дыхательный центр не забудет, что ему надо делать. Дышим мы 15–20 раз в минуту, непрерывно, без отдыха, десятки лет подряд. В силу этого управление дыханием должно быть, да и является на самом деле, чертовски надёжной штукой, которую крайне сложно сломать.

Области мозга, отвечающие за обеспечение жизнедеятельности, имеют практически идеальную защиту от дурака. Даже такого, кто посвятил десятилетия попыткам найти ключик управления вегетативной нервной системой.

Дыхание мы способны хотя бы отчасти регулировать, а частоту пульса – измерить, но вот практически всё, что касается истоков процессов мышления, переживаний и радостей недоступно сознательному «Я».

Мыслительные процессы, то, что мы считаем своей личностью – по сути лишь рябь на поверхности глубочайшего океана, в темноте которого и рождаются наши желания и стремления. Всё интересное часто определяется без участия сознания. Оно же скорее придерживается логики: если я считаю себя хозяином положения – значит так и есть.


Нужное ненужное сознание. Начитавшись о тайной власти, глубинных слоях, пытливый читатель спросит: «А зачем тогда вообще нужно это сознание? Раз кто-то там внутри нас так прекрасно всё думает и планирует?»

Отвечу. Всё дело в гигантских трёхногих пришельцах с Марса. Ну, или в чём-нибудь схожем. Сознательная деятельность нужна для того, чтобы придумать оптимальную модель поведения в новой ситуации. Жизнь в эпоху перемен, которую так модно ругать, сформировала нас в качестве личностей, обладающих сознанием.

Природа человеческой неразумности

В общем, считать сознательную личность главной как-то странно. Мы скорее не водители, а пассажиры, и именно неспособность объяснить рулевому нашей жизни, куда мы хотим попасть, и становится основным препятствием на пути к лучшему.

Последствия этого рассогласования можно наблюдать ежедневно. Вспомните: вечером мы, разумно всё взвесив, определили время подъёма и завели будильник. С утра же по нескольку раз переводим звонок, валяемся в постели и опаздываем на работу. Потому что первой просыпается вовсе не рациональная часть мозга, с точки зрения которой в кровати тепло и хорошо, опасности нет, голод не поджимает. Можно и полежать. И мы, словно под гипнозом, жмём «отложить», как будто в нас живут два разных человека. Мозг конфликтует сам с собой, но никто не удивляется. Мы так привыкли к раздвоенности нашего сознания, что не обращаем на неё никакого внимания.

Когда наука обнаружила и начала исследовать вторую часть человеческого разума, её наградили множеством эпитетов. И хотя каждое из этих понятий – бессознательное, тень, оно, рептильный мозг, система № 1, шимпанзе, сидящий на наших плечах, слон и погонщик – описывает разные области и механизмы психики, их объединяет одна досадная черта. Все эти названия носят какой-то немного обидный характер.

Нас упорно пытаются отделить от собственной сути: мол, есть мы, разумные личности и какое-то древнее зло, угнездившееся внутри. Взбалмошное, туго соображающее, но сильное существо. Не притаившийся монстр из «Чужого», но похоже, весьма похоже. Люди представляют часть себя в качестве врага, мешающего их жизни.

Только это совершенно неверно. Позвольте представить – ваш Тёмный Друг.



Он «Тёмный», так как всю жизнь прячется в углах, недоступных вниманию сознательной личности. Но благодаря ему мы достигаем наших самых смелых целей, испытываем чувство бескрайнего счастья, обнаруживаем неожиданные решения и находим силы действовать в, казалось бы, абсолютно проигрышных ситуациях.

Тёмный Друг желает нам только добра. Он настоящий, подчас единственный искренний друг, тот, кто всегда стремится помочь. Это верный слуга, который миллионы лет усердно работал для выживания наших предков, спасая их от голода, хищников и изгнания из племени. И, к сожалению, по-прежнему считает это своей главной задачей. Тёмный Друг не знаком с миром, в котором мы сейчас живём, и слабо понимает цели, которые мы хотим достичь.

Тёмный Друг – совокупность механизмов нашей психики, которые когда-то спасали жизнь, а теперь частенько портят её. Из лучших побуждений, пытаясь защитить и помочь, но руководствуясь принципами, которые помогали выжить в саваннах плейстоцена, предназначенными для решения иных задач, попроще. Съесть эту ягоду или нет. Убежать или подождать.

Наш мозг не сломан – он просто не успел обновиться.

Теперь, вместо того чтобы прятать от соседа по стае спелый фрукт, мы общаемся с системами генеративного искусственного интеллекта, сталкиваемся с комплексными задачами, где быстрый и интуитивный ответ невозможен. В современном мире мы вынуждены двигаться, думать и обрабатывать такие потоки информации и на такой скорости, на которую наш мозг не был спроектирован.

Мы – существа, вышвырнутые на другую планету, где способны выжить физически, но находимся в абсолютно чуждом нашей природе мире. Люди пытаются изменить свою жизнь инструментом, предназначенным для эксплуатации в совершенно иной среде, и даже не задумываются об этом.

Но есть и хорошая новость: перемены возможны. Только они требуют не героизма, а понимания – почему собственный мозг удерживает нас на месте, какими механизмами блокирует. И главное – как сделать так, чтобы он наконец начал играть на нашей стороне.

Избавиться или убежать от Тёмного Друга невозможно, он всегда будет с нами. Выбор прост: мы либо поймём его тайные желания и подружимся с ним, либо проведём всю жизнь в бесконечной борьбе с собой, пытаясь подавить автоматические реакции и обрекая себя на существование в режиме вечного стресса.

Своим характером Тёмный Друг напоминает пугливого зверька – хочет быть вместе, но не знает, как правильно это сделать, и никогда не подойдёт первым, чтобы познакомиться. Задача подружиться ложится именно на нас. И как только мы узнаем, как согласовать сознательные желания со стремлениями мозга, тела и окружающего мира, Тёмный Друг станет самым странным, но самым ценным нашим союзником. В конце концов в нём заключён опыт всех, кто дал нам шанс родиться и выжить – от рыб, выползших на сушу, до крохотной группы охотников и собирателей, протиснувшихся сквозь бутылочное горлышко массового вымирания.

Однако с полученным знанием надо что-то делать. «Понять» – только первая часть пути к нашему лучшему будущему. Существует и вторая.

Книга отсутствия перемен

Итак, мы знаем, что способны стать «лучшей версией себя». Но тогда почему нам не хватает денег? Обходят на повышениях? Проблемы в личной жизни? Мы недостаточно сильно хотим стать счастливыми? Надо больше хотеть?

Не уверен. Если бы перемены рождались из знаний и желаний, мы бы уже жили совершенно иначе. Похоже, причина в ином. Давайте попробуем разобраться.

Вот подпрыгните пару раз. Ну да, прямо сейчас. Не обязательно высоко.

Подпрыгнули?

Сомневаюсь. Большинство людей, конечно же, не прыгают. Они рассуждают разумно: «Зачем мне скакать? Дождик из золотых монеток вряд ли пойдёт. А вот окружающие посмотрят, как на идиота. Конечно, можно подпрыгнуть невысоко, тихонько. Но всё равно, как-то глупо. Лучше почитать дальше, если окажется, что это правда важно – тогда и прыгну».

Собственно говоря, в нашем нежелании прыгать и заключена основная проблема. Наш Тёмный Друг просто не хочет делать что-то новое. Особенно когда для этого требуется расходовать энергию. В голову приходит множество логичных объяснений, почему стоит придерживаться текущего положения дел.

Только любое изменение нынешней ситуации – в финансовом плане, карьере или личной жизни требует действий. Поступать так, как не поступали никогда раньше. И если мы с таким недоверием раздумываем перед тем, как сделать крохотный прыжок, сложно надеяться, что, встретив шанс в корне изменить собственную жизнь, мы с радостью кинемся в водоворот неизвестного.

Закостеневшую структуру привычного образа действий необходимо расшатывать. Потихоньку приучать себя делать «не то что всегда». Ключевое слово здесь – «делать», а не говорить или, скажем, думать. Только мы, люди, живём сразу две жизни: одну в настоящем мире, другую – в чудесной вселенной собственного воображения, и в нашей голове эти два мира постоянно смешиваются.

Давайте проведём небольшой мысленный эксперимент, предложенный Дэниелом Гилбертом, профессором психологии Гарвардского университета. Скажите, пожалуйста, что у пингвина длиннее – крылья или лапки?

Ответили?

Теперь посмотрим, как мы шли к ответу. Сначала в нашей голове из бесформенного ничто сформировался образ пингвина. Возможно, похожего на Ковальски из «Мадагаскара», возможно – на настоящую адельку из «В мире животных». Затем мы как бы взглянули на его крылья, перевели взгляд на короткие ножки и заявили: «крылья длиннее». И когда в нашем воображении мы смотрели на вымышленного пингвина, в головном мозге активизировались те же самые зоны, как если бы мы смотрели на него по-настоящему.

Аналогично происходит со слухом, обонянием и другими чувствами. Великолепная идея эволюции, экономящая ресурсы мозга. Правда, именно эта особенность и стала причиной того, что всё, что мы воображаем, для нашего мозга имеет сходство с реальностью. Мысли в стиле «со следующего понедельника начинаю новую жизнь» с точки зрения Тёмного Друга приближают желаемое состояние к действительности. Возникает иллюзия продвижения к цели, и человек позволяет себе расслабиться – ведь «скоро всё будет хорошо».

Люди склонны замещать реальные результаты воображаемыми.

Если много говорить или думать о чём-то, начинает казаться, что часть пути к цели пройдена. Поэтому чтение книг по саморазвитию порой с лёгкостью заменяет само это развитие. Только когда процесс достижения результата заменяется наблюдением за ним со стороны, ни к чему хорошему это не приводит, так как противоречит базовым механизмам развития живых существ.

Для проверки Ричард Хелд и Алан Хейн, профессора кафедры когнитивных наук Массачусетского технологического института, засунули в цилиндр двух котят, которые до этого момента жили в полной темноте. Один сам исследовал мир, а второй сидел в гондоле, которая перемещалась за счёт движений первого.



Помимо демонстрации возмутительного факта, что не все учёные любят котят, в результате эксперимента был получен ещё один вывод. Картина перед глазами у котят была одинаковая, но собственный опыт – разный. Итог поразителен – наблюдатель, который ничего не делал сам, остался, по сути, слепым, неспособным ориентироваться в пространстве.

Мозг развивается по-разному, в зависимости от активного или пассивного взаимодействия с окружающим миром. Знать недостаточно. Нужно действовать.

Именно здесь кроется надежда для каждого из нас. Эксперимент с котятами закончился хэппи-эндом. Их выпустили свободно бегать, и уже через пару суток пассивный котёнок освоился и научился ориентироваться в пространстве. Мозг восстановился, стоило только дать ему шанс проявить активность, а не наблюдать.

У людей то же самое. Можно бесконечно читать о вдохновляющих примерах, смотреть мотивирующие ролики. Но одно лишь знание «как правильно действовать» не сделает нас другим человеком.

Наша личность формируется в результате поступков, а не наблюдений за тем, как действуют другие.

Мы никогда не поймём, что такое поездки автостопом, ночь на яхте посреди океана, покорение вершины или вид кораллового рифа, просто рассматривая фотографии. Единственный способ получить новый опыт – это получить новый опыт, а не смотреть на него со стороны. Жизнь меняется не от чтения, не от желаний, не от наблюдений за тем, как действуют другие – а от собственных поступков. И это – вторая половина пути к нашему лучшему будущему.

Жил-был один человек… и жил он долго и счастливо.

Примерно так люди и представляют свою жизнь. Прочтя «Спринт к лучшему», вы поймёте, как заполнить пробел.

Спринт № 1. Анатомия застоя: почему мы топчемся на месте

Самый нормальный человек в мире

Новые действия требуют нового взгляда на мир. А с этим у нас, точнее, у Тёмного Друга, существует небольшая проблема. Неважно, цепляемся ли мы за прошлое, фокусируемся ли на удовольствиях настоящего, ждём, что шаг в сторону от привычного пути ввергнет нас в пучину всяческих несчастий, или уверены в неминуемости безоблачного будущего, главное – при любом раскладе мы считаем, что правы, рассуждаем беспристрастно и объективно.

Ведь кто для нас самый нормальный человек? Чьё поведение хочется использовать в качестве эталона нормы?

Конечно же, мы сами.

Вспомните, как говорили: «Выключи кондиционер, дует» (ну, или наоборот). Хотя это ведь для нас дует. А другим – вполне нормально. Точно так же музыка обычно играет громко для всех, кроме того, кто её включил. Это работа феномена наивного реализма – «я вижу мир таким, каков он есть». Когнитивное искажение формируется в раннем детстве. Для ребёнка всё, что он ощущает – истина в последней инстанции. Вот это горячее, это твёрдое, а это съедобное. Наивный реализм создаёт основной барьер в разрешении споров. Ведь каждая из сторон искренне считает себя правой, а значит, полагает справедливым требовать больших уступок.

Человек верит, что беспристрастен. Люди полагают, что их мнение подкрепляется достоверной информацией от органов чувств. Поэтому ожидают, что и другие думают так же. Если нет, значит, они не в курсе или врут, а может, просто тупы и не способны делать разумные выводы на основании объективных данных. Возможно, преследуют частные интересы: им выгодно говорить, что из окна дует – в силу эгоизма, национальности и т. п.

Ну что же. Давайте посмотрим на мир, каков он есть и как мы его видим. Для проверки обратимся к ключевому органу чувств, на который так привыкли полагаться – зрению. Оно критично для выживания, оттачивалось эволюцией миллионы лет, но всё равно визуальная система человека далека от совершенства. Чтобы понять присутствие глубины, мы ориентируемся на подсказки вроде «дорога сужается к горизонту», в результате чего возникает ряд забавных иллюзий с искажением размеров. Ну а движения мы, по сути, вообще не видим – вместо этого наблюдаем, как контуры объекта «прыгают» из одной точки в другую, а уж затем мозг превращает эти скачки в плавное кино.

Кажется, что машинки на рисунке разной величины. Причём это «кажется» столь сильно, что перед отправкой книги в печать я тщательно перемерял их, прикладывая линейку к монитору.


Сигналы наших органов чувств ещё и смешиваются между собой. Вообще, синестезия – возможность видеть цвет музыки, слышать звуки цифр – представляется чем-то исключительным, забавным фактом, доступным малому числу людей. Сейчас мы попытаемся всё исправить. Начнём с малого – вспомните аромат ванили.

Каков он, по-вашему? Сладкий? Или скорее горький?

Большинство людей говорят, что сладкий.


На самом деле, неважно, сладкий, горький или какой-то ещё – это, вообще-то, описание вкуса. Хотя вопрос был о запахе. То есть запах можно попробовать на вкус. Ладно, теперь посмотрите, пожалуйста, на два рисунка и скажите – какой из них называется «Буба», а какой – «Кика»?



Эксперименту с этими фигурами скоро исполнится сотня лет. Изначально его провёл один из основателей гештальтпсихологии1 Вольфганг Кёллер, исследование повторялось множество раз, я тоже опросил читателей своего блога, получив почти пять тысяч ответов.

И во всех экспериментах, в том числе и в моём, около 90 % людей всех национальностей и возрастов называют Бубой округлую фигуру. Мой трёхлетний на тот момент сын Никоша, которого я укладывал спать, вычитывая эту главу, тыкал пальчиком в острую звезду, тоже говоря «Кика». Такая вот синестезия звука и геометрической формы.

Более того, в исследованиях Чарльза Спенса, профессора экспериментальной психологии в Оксфордском университете, к угловатому образу Кики относили горькие, острые продукты. А вот сладенькие – в тот конец шкалы, где стояла Буба. То есть звук смешивается и с формой, и со вкусом. Так что конфетам лучше иметь округлую форму, а газировке – изображать острые звёзды на этикетке. Вы же лично можете смело говорить: «Да я и сам, знаете, своего рода синестет».

«Это всё ерунда, – воскликнет фанат хомосапиенсов, – главное – наш уникальный мозг!» Штука и впрямь поистине волшебная. Жалких полтора килограмма желе с температурой около 37 градусов создают мышление, воспоминания и радость, определяют наши решения и желания. Только вот если уж сбоят органы чувств, то какие подножки способен ставить нам собственный мозг, мы будем разбирать до конца книги.

Потому что передача объективных данных о мире не входит в обязательную программу Тёмного Друга. Чтобы в этом убедиться, давайте проведём эксперимент со слепым пятном, предложенный известным нейробиологом Вилейануром Рамачандраном.

Поднимите лист или экран с рисунком на уровень глаз, примерно в 30 сантиметрах от лица. Теперь закройте правый глаз, левым смотрите на точку и очень медленно приближайте-удаляйте картинку от лица.

В какой-то момент заштрихованный прямоугольник исчезнет.



Физиологическая причина феномена проста – в месте, где от глазного яблока отходит зрительный нерв, фоторецепторы отсутствуют, поэтому мы физически не в состоянии разглядеть часть окружающего мира. Эффект забавный, им увлекался ещё Людовик IV, «обезглавливая» своих подчинённых при помощи салфеток. Но для нас этот трюк важен тем, что демонстрирует две поразительные особенности работы нашего мозга.

Во-первых, даже если мы начнём ходить только с одним открытым глазом, никакой «провал в реальности» нас сопровождать не будет. Мозг постоянно дорисовывает картину окружающего мира, поэтому часть того, что мы видим – иллюзия. Мы в прямом смысле живём в матрице, созданной Тёмным Другом.

Во-вторых, мозг заполняет пустоту данными, которые, по его мнению, больше всего соответствуют действительности. Прямоугольник исчез. А что же вместо него?

Тёмный Друг рассуждает следующим образом: «Так, сперва идёт длинная чёрная линия, после слепой зоны тоже чёрная линия… Ну и что же с наибольшей вероятностью посередине? Клетка с павлинами, что ли? Конечно, нет. Самый вероятный вариант – тоже чёрная линия. Её и вообразим».

И мы, действительно, видим непрерывную линию. Вы можете нарисовать картинку самостоятельно, и всё равно – Тёмному Другу будет плевать, что за пару минут до этого мы, высунув кончик языка, лично заштриховывали прямоугольник. Что пару секунд назад, двигая лист взад и вперёд с открытыми глазами, видели этот прямоугольник. Мозгу вообще плевать на осведомлённость нашего сознания.

Подверженность людей тем или иным иллюзиям и когнитивным заблуждениям вовсе не ошибка эволюции. Наоборот, как часто бывает, не баг, а фича. Полезные приспособления, которые помогают быстро принимать решения, не затрачивая много сил. Взгляните ещё на круги на картинке. Некоторые из них кажутся выпуклыми, а другие вдавленными. Почему?



Потому что в реальном мире, не в метавселенной Цукерберга, Солнце всегда светит сверху и именно такое положение дел автоматически предполагает наша зрительная система. А тогда выпуклые объекты, типа шариков, будут светлыми сверху.

Попробуйте перевернуть картинку – шарики поменяются местами с ямками. И вот для такого рода простых решений – определить, ямка перед нами или холмик, в основном и создавались системы нашего организма.

Наш мозг – самый удивительный парадокс в мире. С одной стороны, люди почти догадались, как зародилась Вселенная. Раскрыли тайну генетического кода. И одновременно ошибаются в заурядных жизненных ситуациях, ссорятся с близкими и не могут достигнуть того, о чём так искренне мечтают. Но при этом так же искренне уверены, что верно понимают причины всего с ними происходящего. Ну что ж. Давайте это незамедлительно проверим.

Я так и знал! Почему мы верим в свою прозорливость

Если вы когда-то задумывались, как же домашний цветок, годами втиснутый в один и тот же горшок, умудряется неплохо себя чувствовать и порой даже цвести – вы понимаете чувства фламандского врача и физиолога Яна Баптиста Ван Гельмонта. Чтобы разобраться, четыреста лет назад он запихнул саженец ивы в сосуд. Землю предварительно взвесил. Через пять лет вес дерева увеличился на 74 кг. А вот земли стало меньше на 100 грамм. И стало понятно, что землю растение не ест.

Так был открыт фотосинтез.

Кажется, просто. И что вообще-то можно было догадаться и пораньше.

Однако всё становится ясным, лишь когда известен результат. Мы привыкли к тому, что можем легко объяснить ситуацию, только упускаем из виду, что объяснение обычно даётся уже после того, как ситуация произошла.

Вот и насчёт открытия фотосинтеза я ввёл вас в заблуждение. Это сейчас нам, ходившим на уроки биологии, всё понятно. Задним числом люди считают очевидными любые выводы, имеющие имидж «научности», социальной поддержки или просто кажущиеся логичными. Более того – в глубине души возникает смутное ощущение, что мы где-то уже их слышали. Люди не задумываются, что с той же лёгкостью согласились бы и с другим выводом.

Во времена Ван Гельмонта было понятно и видно совсем другое – земля осталась, но исчезла вода, которой регулярно поливали дерево. Вот Гельмонт и решил, что дополнительный вес дерево получило из воды.

С его точки зрения, это был вполне научный вывод. Какая энергия Солнца? С тем же успехом можно сказать, что растение питается ветром, эфиром или какой-нибудь невидимой волшебной субстанцией. В действительности к фотосинтезу наука подобралась лишь через две сотни лет.


Ответ, данный потом. Человек вообще редко задумывается о причинах, которые определяют его действия. Например, мы начинаем говорить ещё до того, как сформировали в голове законченное предложение. Сами не знаем, чем завершим свою речь буквально через несколько секунд. Слова просто как-то приходят в голову. То же и с поведением. Однако если пристать и спросить: «Почему ты поступил так, а не иначе?» – человек моментально найдёт причину. Правда, задним числом, поэтому ответ часто не имеет ничего общего с реальным положением дел.

Возможно, в ходе чтения этой книги уже возникло или ещё возникнет ощущение: «конечно, всё это очень интересно, но мы, собственно говоря, примерно так и думали». Может, так и есть, но скорее это влияние эффекта хиндсайта – в начале становится известным результат, а потом люди говорят: «А, ну это понятно. Я так и знал с самого начала». Исследования показывают – нет, не знали.

Например, однажды в эксперименте нейробиолога Дэвида Иглмена людей попросили посидеть в витрине настоящего магазина. Выставить себя, так сказать, на обозрение всему свету. Чтобы не полагаться на словесное описание чувств, к испытуемым присоединили датчики для измерения уровня волнения, наподобие тех, что используются в полиграфе.

Конечно, сидеть за стеклом, быть объектом пристального внимания прохожих не слишком приятно. Волновались все. Но была одна группа, которой ситуация была максимально неприятна.

Кто это? Попробуете угадать?

Это были женщины. Согласно данным многочисленных исследований, они более чувствительны, готовы жалеть даже злодеев, предпочитают договариваться и выстраивать отношения с окружающими, в отличие от мужчин, склонных к независимому поведению. Даже в обычной жизни: женщины реже перебивают, тактичны, более вежливы, не столь самоуверенны и менее склонны к обману. В то время как мужчины, вне зависимости от своего социального положения, любят выступать с апломбом – неважно, обладают они при этом реальной властью или нет. Женщины вообще лучше распознают эмоции. Например, в экспериментах социального психолога Джудит Холл испытуемым демонстрировались беззвучные ролики, показывающие людей в различных жизненных ситуациях, и девушки намного чётче юношей понимали чувства и состояние других.

Так что женщинам в витрине не обязательно было слышать, что о них говорили случайные прохожие. В силу более развитой способности к эмпатии они волновались сильнее.

Теперь сделаем небольшую паузу. Всё, что написано выше о чуткости, эмпатии и вежливости женщин – совершеннейшая правда. Только взятая из других исследований и не имеющая никакого отношения к сидению в витрине. На самом деле женщины волновались точно так же, как и мужчины. Различий между гендерами не было.

Я вас снова обманул, чтобы ещё раз продемонстрировать эффект хиндсайта. Когда читаешь текст, всё выглядит разумно, и мы не задумываемся, что не менее разумно звучало бы и прямо противоположное утверждение.

Задним умом все мы крепки.

Вполне возможно, прямо сейчас многие вдруг почувствовали: «Хм, а ведь я и впрямь подозревал что-то неладное! У меня сразу появились сомнения в выводах эксперимента!» Увы. Это опять проявление хиндсайта, точнее, демонстрация того, что этот феномен способен искажать и наши воспоминания о прошлом опыте.

Ну а группа, которая сильнее всего волновалась в ходе эксперимента в витрине – подростки. У них ещё не наработан опыт поведения в разных социальных ситуациях. Более того, подростки сильнее зависят от мнения окружающих, им важна оценка других. Взрослым проще.

Вы можете убедиться в существовании феномена хиндсайта лично: расскажите коллегам, что ваши знакомые, ботаники-айтишники, поженились и счастливы. Добавьте: «Всё логично, мол два сапога пара». И никто не удивится. Спустя некоторое время изложите историю о другой паре – зануде-айтишнике и взбалмошной девчонке, любящей тусить по клубам. Сделайте вывод: «И уже три года живут душа в душу, ведь противоположности притягиваются». И тоже никто не удивится.


Второй сапог или противоположность? В действительности у семейных пар преобладают одинаковые черты характера, склонности и увлечения.

Сотрудники Университета Колорадо в Боулдере провели масштабный анализ более сотни характеристик – от политических взглядов до вредных привычек – у миллионов пар. И выяснили, что у партнёров по семейной ячейке совпадает около 80 % признаков. Разные люди с трудом уживаются друг с другом, особенно в долгосрочной перспективе.

Забавно, хоть и грустно, что мы зря потратили время. Я – пока писал, вы – пока читали эту главу. Феномен хиндсайта относится к категории наиболее хитрых ментальных ловушек – избавиться, даже просто контролировать его практически нереально. Как говорит мой папа: «Нам всем бы такой ум, как у русского мужика потом». Повторюсь только, что если, читая какие-то главы «Спринта к лучшему», вам начнёт казаться: «Да мы и так об этом догадывались», – вероятно, всё же нет, не догадывались.

Я прав: предвзятость подтверждения

Феномен хинсайта и уверенность в собственной правоте подкрепляются тем, что на уровень сознания поднимаются выборочные данные, подтверждающие, что наше мнение единственно правильное. За первичный «отсев» информации отвечает Тёмный Друг, а так как в упорядоченном мире жить проще, то к категории «неважных» он относит сведения, способные пошатнуть сложившуюся картину реальности.

Понять, что восприятие окружающего мира искажено «в нашу пользу», практически невозможно.

Если новые факты не укладываются в привычную картину, то и обращать внимание мы на них не будем. Уверенность в собственной правоте достигается двумя основными способами.

Во-первых, нежелательные выводы и факты мы подвергаем пристрастной проверке. Так, в эксперименте Дитера Фрея, профессора психологии в университете Киля, студентам сообщили, что по результатам теста на интеллект они несколько глуповаты. После чего дали почитать статьи, описывающие методику оценки. Гораздо больше времени участники потратили на изучение материалов, критикующих тест. Схожий пример, с которым сталкивался каждый – если руководство не согласно с нашим предложением, то станет требовать множество подтверждений. Если же «попали в яблочко», вывод одобрят сразу.

Во-вторых, каждый человек выступает в роли редактора собственных информационных потоков, решая, что, где и кого читать или смотреть. А так как слышать «молодец, ты абсолютно прав» значительно приятнее, нежели «господи, что за чушь ты тут мелешь, неуч», то мы склонны выбирать окружение, которое поддерживает нашу точку зрения, что в интернете, что в личной жизни.

Мы старательно не замечаем данные, которые противоречат сложившейся картине мира.

Система информационных фильтров до минимума сокращает поток данных, противоречащих нашим убеждениям. Но и прорвавшиеся на уровень сознания аргументы часто не помогают изменить сложившуюся точку зрения. Так, профессор Стэндфордского университета Ли Росс показывал произраильски и проарабски настроенным студентам Стэнфорда нейтральные отрывки теленовостей о массовом убийстве беженцев в Сабре и Шатиле. Представители каждой группы решили, что журналист симпатизировал противнику и был предвзят по отношению к их стороне. В исследовании Марка Леппера, профессора психологии в том же Стэндфорде, в одну группу испытуемых набрали сторонников, в другую – противников смертной казни. Всем дали один и тот же текст, содержащий аргументы как за, так и против. В результате степень разногласия выросла – участники запомнили лишь те факты, которые подкрепляли их видение мира.

По важным темам мы даже вопросы задаём так и таким голосом, чтобы получить приятный для нас ответ: «Как я выгляжу? Мне идёт это платье?» или «Какой по счёту я у тебя?». В итоге новая информация постоянно подтверждает наше видение мира, углубляет сложившиеся убеждения и привычки. Поэтому в политических дебатах 9 из 10 зрителей считают победителем своего избранника. Примерно такие же шансы, 1 из 10, что наш муж или жена встанут на нашу точку зрения в ходе типичного домашнего спора.


Модель мира. Необходимо выступить адвокатом дьявола. Тёмный Друг выискивает подтверждение сложившейся точке зрения не потому, что он твердолобый зануда, ригидный ко всему новому. А потому, что в большинстве случае это наиболее разумный вариант поведения.

Допустим, мы узнали факт, не вполне совпадающий с нашими убеждениями. И что? Конечно, можно заново рассмотреть все данные и изменить взгляд на проблему, разработать иную модель поведения. Только информация поступает постоянно. Каждый раз собирать новую систему мира – прямая дорога в хаос. Если в нынешнем мире фейков мы порой обманываем себя, это небольшая плата за стабильность нашей психики.

Переспорить человека, что на работе, что в семье, что в интернете – сложно. По важным темам все упрямо, как бараны, держатся за свою дурацкую точку зрения. Не способны посмотреть на ситуацию объективно. В отличие, конечно же, от нас.

В результате большинство людей сидят в собственных информационных пещерах. Они необычайно уютны, но реальное положение дел отражают крайне плохо. Нам кажется, что мы живём в логичном мире, только не задумываемся, что получаем уже подготовленный «специально под нас» результат.

Придётся согласиться с неприятным. Как ни сложно это признать – возможно, мы не всегда бываем правы.

Мы не видим мир таким, каков он есть – мы видим его таким, каким нам его показывает Тёмный Друг. Посмотрите на картинку ниже. Конечно, мы уже прекрасно разбираемся в психологических обманах и понимаем, что девушки одинаковы. Только это не меняет того факта, что Y-образный вырез купальника зрительно удлиняет ноги. Участники исследования Казунори Морикавы оценивали их примерно на 5 % длиннее – даже когда им предъявляли оба рисунка одновременно.



Мы не можем убедить себя видеть мир иначе. Нашим единственным оружием является знание. Знание не изменит то, что мы видим, не отменит однобоких аргументов, которые Тёмный Друг продолжит подсовывать нам. Но оно позволит получить другой взгляд на ситуацию. Единственный способ избежать когнитивных ошибок – знать их и поступать наперекор тому, что тебе подсказывают интуиция и чувства.

ДНК экономии

Упрямое стремление держаться за собственную точку зрения имеет в своей основе весьма прозаические корни. Тёмный друг настойчиво стремится спасти нас от лишних, с его точки зрения, расходов энергии. Давайте начнём с мысленного эксперимента, позаимствованного мной у эксперта в области критического мышления Рольфа Добелли. Итак, я пишу числовой ряд 3–6 – 9 – 12, руководствуясь каким-то неизвестным вам правилом. Попробуйте предположить, какие цифры в этом ряду будут следующими, а я скажу – подходят они или нет. Задача – как можно быстрее определить правило.

Теперь я побуду немножко гадалкой. Постараюсь угадать ваши предположения и ответить на них.

Вы: «Число 15?»

Я: «Да, вы угадали, соответствует правилу».

Вы: «Число 18?»

Я: «Просто мистика какая-то! Вы снова угадали!»

Итак, получился ряд 3–6 – 9 – 12–15 – 18. Ну что? Готовы назвать правило? Большинство людей к этому моменту уже догадываются – правило звучит так: «Прибавь 3 к предыдущему числу».

Только это они неверно догадываются.

В реальном исследовании лишь один человек пошёл иным путём. Начал предлагать разные цифры наподобие: «4», «-7», «15», выслушивал ответы. И в конце концов определил истинное правило: «Каждое последующее число должно быть больше предыдущего».

Эксперимент показывает стандартный механизм мышления Тёмного Друга. Сперва он выдвигает первую пришедшую на ум, наиболее очевидную гипотезу, после чего ищет аргументы в её пользу.

Люди строят логику поиска таким образом, чтобы согласиться, а не опровергнуть первоначальную версию по одной-единственной причине – так легче.

Человек следует по самому простому пути не только при решении математических задач. Скажем, почему мы легко, безо всяких усилий способны потупить в телефончике с полчаса, а провести столько же времени на беговой дорожке – нет? Ответ лежит на поверхности: бежать – тяжело, а играть в телефоне – легко. В результате обычный день часто напоминает беспрерывную череду отвлечений. С утра вошли в офис – первым делом проверяем телефон: вдруг кто-нибудь написал, пока мы снимали куртку. И так весь день. Полистать Telegram, посмотреть, сколько человек лайкнули последний пост в соцсети. Сделать перерыв, пойти поболтать с коллегами или выпить чаю. Концентрация на рабочих задачах, которые требуют умственных или физических усилий, кажется Тёмному Другу бессмысленной тратой энергии. Угрозой. Вот он и включает режим «избегания» и отчаянно подталкивает нас попрокрастинировать, подсовывая возможности прекратить вредное, по его мнению, занятие.

Люди расстраиваются: «Ах, почему же так сложно изменить себя». Да потому что действительно сложно. Лёгкие изменения происходят сами собой, вот мы и не обращаем на них внимания. Только мечтаем-то о колоссальных улучшениях, требующих потрясающего расхода ресурсов, как физических, так и ментальных.

Когда говорят «Мозг человека расходует много энергии» – а он и впрямь поглощает до пятой части всех ресурсов организма, – это означает, что нейроны потребляют. Им, в отличие от прочих клеток нашего тела, требуется больше кислорода и глюкозы.

Мышцы или печень имеют собственные запасы глюкозы. Если мы решили мужественно ничего не есть в течение суток, то энергию организм станет заимствовать в основном оттуда, а не сжигать жир, на что мы тихо надеялись. Нейроны же запасать энергию не умеют. Для того чтобы мозг работал нормально, корма, то есть энергии, требуется много и постоянно. Поэтому Тёмный Друг внимательно оценивает стоящие перед ним задачи – достойны ли они того, чтобы направить на их решение включённые на полную катушку мощности мозга? Или достаточно выдать стереотипный ответ? В общем, суть большинства проблем, о которых мы говорим в нашей книге, можно описать тремя словами.

Тёмный Друг ленив.

В основе большинства когнитивных эффектов и искажений лежит простой принцип, незаметно для нас самих определяющий всю нашу жизнь – энергия ценна, её мало, нужно экономить. Принцип сохранения энергии вплетён в нас буквально на уровне отдельных клеток. Тёмного Друга привлекают решения, которые помогают не увеличить, а снизить энергетические потери. Он стремится выбирать как можно быстрее, ищет наиболее простые варианты, включает программу принятия шаблонных решений, радуется, когда удаётся ничего не делать.

Мираж эффективности

Напрямую такая особенность нашего мозга не видна. Напротив, кажется, что в голове постоянно идут мощные мыслительные процессы. Затронем всё ещё актуальный вопрос: как вы думаете, что же на самом деле послужило началом эпидемии COVID-19?

Подождём некоторое время, пока уляжется пыль от столкновения мнений, и обратим внимание вот на какую штуку. Мы любим покровительственно улыбаться и шутить о диванных экспертах, чьи ряды возрастают в дни школьных каникул. Вирусологов, переключающихся в политологов, а затем в военных экспертов. Только сами ведём себя схожим образом. Ведь у нас тоже есть гипотеза возникновения COVID-19, которой мы придерживаемся.

И это совершенно нормально. Ситуация неизвестности пугает Тёмного Друга. Любой ответ предпочтительнее пустоты. В исследовании профессора психологии, руководителя лаборатории принятия решений университета Мельбурна Стефана Боде испытуемые соглашались лишиться части положенных им денег, но чуть раньше узнать сумму, которую они получат. В других экспериментах терпели боль, чтобы получить информацию, которую вообще никак не могли использовать. Узнавание нового создаёт ощущение, что уровень неопределённости снижается, а люди хотят жить в понятном и предсказуемом мире.

Поэтому человек легко, без раздумий выдаёт своё мнение по любому поводу, о котором хоть что-то слышал. Проведите эксперимент самостоятельно – спросите у коллег, что они думают о причинах возникновения пиратства в Сомали, изменении климата или возникновении летучих мышей. Большинство с готовностью выскажут своё мнение, хотя, к примеру, признанной теории происхождения летучих мышей нет даже у учёных.

И это речь идёт о вещах, о которых люди просто что-то слышали. А уж в тех случаях, где человек обладает личным опытом, он безоговорочно считает себя экспертом. К сожалению, слишком часто подобное знание основывается на обрывках постов, прочитанных несколько лет назад или на рекомендации соседа по дому. Но люди полагают, что владеют информацией о предмете и в состоянии принять разумное и взвешенное решение.

Стремление объяснять окружающий мир, одновременно избегая лишних когнитивных усилий, ведёт к тому, что ответ на сложные вопросы выдаётся незамедлительно, на основании лишь той информации, которая уже есть в наличии. Например, ещё не так давно многие опасались излучения СВЧ. Затем – излучения компьютеров, потом – смарфтонов. Причина – в самом слове «излучение». Обычный человек не в курсе, что там конкретно излучает микроволновка. Зато он точно слышал, что излучение – это радиация, от которой люди умирают, как в сериале про Чернобыль.

Люди обожают упрощать ситуацию, при этом умудряясь ещё и гордиться глубиной своих знаний.

Как гласит один из законов Мерфи: «Сложные проблемы всегда имеют простые, лёгкие для понимания неправильные решения». Скажем, люди могут ничего не знать о психологии, но в курсе, что скрещённые на груди руки – это «закрытая поза». Значит, человек зажат и не уверен в себе. Существует и обратный эффект. Если принять «позу силы» – поднять голову, раскинуть руки в стороны, расправить плечи и пробыть в ней пару минут, то почувствуем прилив уверенности, повысится готовность к риску.

Способ известен. Основная заслуга в его популяризации принадлежит американскому психологу и спикеру Эми Кадди – по результатам её экспериментов приём «сильной позы» приводил к росту выработки тестостерона на 20 %. Менее известен тот факт, что уже через год другие учёные заподозрили присутствие ложноположительных результатов в эксперименте. Последующая попытка повторить исследование уже на большей аудитории также не выявила никакого эффекта. В 2016 году сама Кадди признала свои выводы ошибочными. Правда, несмотря на это, Тони Роббинс и спустя годы на своих семинарах рекомендует вставать в «позу силы». Мотивационные коучи, они такие.

Ленивый Тёмный Друг. Когда я говорю, что мозг ленив, экономит мыслительные ресурсы, может возникнуть ощущение «надо бы подстегнуть этого тунеядца, чтобы он работал получше!».

Поэтому напомню, что Тёмный Друг ленив вынуждено. Он скорее предусмотрительный хозяин, сберегающий крошки ресурсов для чего-то важного. Решив направить нашу ментальную энергию на что-то новое – сперва желательно подумать, от каких забот в первую очередь освободим свой мозг, что выкинем из головы.

Выбор простых вариантов, да ещё и с красивым названием вроде «позы силы» выглядит предпочтительно. На всех уровнях – вплоть до глобальных политических решений. Например, в Китае в середине прошлого века в рамках плана «Большой скачок» решили уничтожить вредителей. Мух, крыс и воробьёв. Последних – за то, что клюют посеянное зерно.

«Ах ты, маленькое животное капитализма», – заявил Верховный Кормчий. И понеслось. Только в Пекине в истребительную противоворобьиную армию записалось около 3 миллионов человек. Люди уничтожали птиц, гнёзда, стучали и гремели посудой, не давая бедным пернатым сесть. За год убили примерно миллиард воробьёв. Истребили их практически вчистую.

И тут, ой. Оказалось, эти птички – единственные враги саранчи, которая наносит такой вред посевам, что воробьи и рядом не пролетали. Началось поистине чудовищное размножение саранчи. Пытаясь провернуть фарш назад, Китай стал импортировать воробьёв из СССР. Но было поздно. Результатом Большого Скачка стал Великий Голод.

Лёгкое и понятное решение всегда найдётся. А люди с низкой квалификацией неспособны осознать ошибочность своих действий – именно в силу своей низкой квалификации. Те же, кто сомневается, обычно молчат. Так безопаснее. Ведь и в Китае главный орнитолог страны предупреждал об опасности. И что? Его объявили реакционером, пережитком прошлого и отправили учиться «по-новому». Аналогично в СССР идеям Лысенко, объявившему генетику лженаукой, пытался противостоять академик Николай Вавилов с намного более плачевным для себя результатом. Развитие – что человечества, что отдельного человека – буквально устлано дорогой простых ошибочных решений.

Дешёвые решения дорого обходятся.

Конечно, на китайцев можно махнуть рукой. Чего вообще ожидать от людей, которые едят летучих мышей, ввергая весь мир в пучину горестей и несчастий. Только мы в своей повседневной жизни руководствуемся точно такими же принципами. Ведь наилучший способ сэкономить драгоценную энергию – как можно дольше сохранять сложившееся положение дел. Оставаться в плену привычных нейронных троп. Вот мы и продолжаем действовать так же, как действовали всегда. Ленимся меняться. В крайнем случае – обещаем себе, что начнём новую жизнь, только не прямо сегодня. А чуть попозже. Ведь время ещё терпит.

Никогда не поздно?

Мы спокойны и откладываем изменения на потом, так как задача действовать не представляется столь уж срочной. В конце концов в течение жизни мы более-менее освоили множество вещей. Кто-то знает Python, а кто-то умеет водить танк. Поэтому кажется, что всё в наших руках. Когда будет уж совсем необходимо – выучим новую модель поведения.

Звучит логично, пока не задумаешься, а как же учатся животные? Как, скажем, заяц запоминает дорогу к самой вкусной капустке? К ручейку с водой? Он же не бубнит себе под нос: «Сто прыжков прямо, потом повернуть у большой берёзы…» – чтобы лучше запомнить. Просто, когда зверёк находит то, что удовлетворяет его потребность – ту же еду – возникает мощная волна удовольствия, буквально выжигающая в нейронах мозга связку с информацией о том, какие действия привели к желаемому результату. В следующий раз этот нейронный путь активируется необыкновенно легко.

Большую часть информации мы, словно зайцы, усваиваем схожим образом. Вне сознательного контроля. Мозг быстро и охотно, порой даже против нашего желания, запоминает всё, связанное с важными событиями, собирая воедино данные разных органов чувств. Нашли новый источник удовольствия – классно, здорово. Запомним, чтобы не забыть. В случае с леопардом или разъярённым боссом фиксируем всё, что только возможно – когда под угрозой жизнь или карьера, лучше перестраховаться. В результате эти яркие моменты прокладывают в нашей голове глубокую нейронную колею, выбраться из которой крайне непросто. Никакого желания тратить энергию на перестройку единожды сложившейся картины мира у Тёмного Друга не возникает.

В результате самые смелые и позитивные человечки – младенцы. Везде ползают, практически ничего не боятся. Смеются, когда их подкидываешь, падают, встают и бегут дальше. Назвав мозг ребёнка «чистой доской», учёные прошлого были в чём-то правы. Дети потрясающе восприимчивы, способны в совершенстве освоить любой язык, произносить любые звуки, к которым приспособлен наш речевой аппарат. Только с возрастом подобные способности теряются.

В голове трёхлетнего малыша – огромное количество нейронных связей, примерно в два раза больше, чем у взрослого. С возрастом те из них, что используются редко, начинают исчезать. Поэтому дети-маугли, проведя несколько лет среди животных, неспособны нормально интегрироваться в человеческое общество, не могут научиться толком говорить и ходить.

Тропинки, которыми мы не пользуемся, зарастают.

Сама физиологическая способность усваивать новую информацию в течение жизни неоднородна. Нейроны, чтобы электрическим сигналам по ним бегалось веселее и быстрее, покрываются такой специальной оболочкой – миелинизируются. Больше всего миелина появляется в детстве, лет, примерно, до шести. В этот период мозг бурно учится буквально всему и важные нейронные связи укрепляются.

Следующее окно миелинизации открывается в подростковом возрасте. Половое созревание означает, что из родительского гнезда тебя скоро выпихнут. Надо учиться жить одному или встраиваться в новую стаю, знакомиться с особями противоположного пола. В общем, требуется перенастройка сложившегося поведения. Нейронные связи обновляются, а для их укрепления опять выделяется миелин.


Сын маминой подруги. В жизни часты упрёки, когда в пример ставятся успешные знакомые, в стиле «а вот их ребёнок научился читать в три года». Игнорируются нервы и время родителей и малыша, затраченные на опережение сверстников, которые добились того же результата на пару месяцев позже и безо всяких усилий.

Например, детский психолог, профессор Йельского университета Арнолд Лусиус Гезелл взял двух монозиготных близнецов. Одного стал обучать всяческим развивашкам, в частности – подниматься по ступенькам, чередуя ножки. Потребовалось много усилий, но получилось. Второго же оставили в покое. И он, через какое-то время, без всякой нервотрёпки и ежедневных занятий научился сам. Иногда стоит просто подождать – и когда мозг созреет и ребёнок (или даже взрослый) освоит новые навыки.

А вот дальше всё. Когда нейронный путь сформирован, мы доверяем ему. Ведь он уже доказал свою полезность. Прорубать новую просеку в нейронном лесу – сложно и ресурсозатратно. Да и зачем? После установления мощных, сверкающих нейронных связей, пользоваться другими представляется нелепым и бессмысленным. Вот мы и продолжаем идти по комфортной дороге, которая, возможно, и приведёт к одиночеству, низкой зарплате и ожирению. Но ещё не скоро, а пока по ней так легко и удобно идти.

Радость от чего-то новенького притягательна в молодости. Затем жизнь бьёт нас об острые углы. С годами люди получают всё больше удовольствия от спокойного сидения в знакомой обстановке. Неприятие изменений прямо коррелирует с возрастом. Замереть, отказаться от нового – привычная и, увы, всё лучше работающая со временем стратегия.

Взрослый человек чаще преуспевает в искусстве уходить от проблем, с покорением новых вершин дело обстоит значительно хуже.

Не только люди, но и животные в старости тоже сосредоточиваются лишь на привычном круге интересов, поступают так же, как действовали всегда. В результате мы попадаем в западню стандартных выборов, собственноручно лишая себя удовольствия новизны. Хотя, скажем, модная тема выгорания во многом как раз и означает, что мы перестали ощущать радость от того, чем занимаемся – в работе, семейных делах или даже развлечениях.

В современной культуре говорить, что окно возможностей открыто только молодым, как-то не толерантно. В тренде строго обратное. «Нет! – скажет любой профессиональный лайф коуч. – Никогда не поздно!» Возможно, даже покажет какую-нибудь из жизнеутверждающих картинок, активно гуляющих по интернету, мол и McDonald’s, и KFC открыты людьми за 50.



«Фух, – думаем мы, – ну нам-то до полтинника ещё далеко! Можно пока и не дёргаться. Успеется».

Однако наша книга не для раздувания костерка бесплодных надежд, поэтому скажу прямо – может и не успеем. Может, уже опаздываем. Просто внимание человека автоматически сосредоточивается на ярких примерах. Мы любим истории, как человек в 70 лет основывает бизнес, путешествует, молод душой и изображает из себя танцующего миллионера. Победы отдельных людей преподносятся в качестве правила.

Да, Рэй Крок открыл McDonald’s в 53 года, а Харлан Сандрес KFC в 65 лет. Но одновременно стоит задуматься, насколько вообще люди после пятидесяти успешны в открытии бизнесов, в каком возрасте обычно создаются прибыльные компании?

Говоря начистоту, даже найти информацию для этого рисунка было не так-то просто. В отношении основателей бизнеса возрастом за 50, а уж тем более за 60 лет практически во всех источниках упоминаются одни и те же фамилии. К тому же, большинство примеров относятся к XX веку, причём к его середине, а современный мир становится быстрее. Только большинству не нужна подобная правда. Куда приятнее сохранять надежду на лучшее будущее.

Хотя, когда мы вспоминаем события двух-, трёхлетней давности, на ум с лёгкостью приходят моменты, где стоило поступить по-другому, и тогда жизнь сейчас была бы ярче и интереснее. Люди вообще часто недовольны своим прошлым. Жалеют о выборе супруга, с которым теперь приходится жить. Корят себя за недостаточное внимание к собственному здоровью. Упрекают, что мало думали об образовании или карьере. Но мало кто останавливается, чтобы сделать следующий шаг и подумать – то, что мы делаем сейчас, чему отдаём всего себя, на что тратим время, силы и деньги, возможно, окажется совершеннейшей глупостью с точки зрения нашего «будущего Я».

Вот мы окончили институт, а ещё не основали успешный стартап. Уже появились дети, а пока не миллионеры. Закрадывается опасение – успеем ли сделать что-нибудь стоящее? Ведь свободного времени и сил всё меньше. Может быть, уже поздно?

Это правильные опасения. Электрический импульс со скрипом ползёт по цепочке, которая используется раз в год, а по хорошо протоптанной дорожке несётся с лихостью. Все эти «мозг развивается до смерти», «учиться никогда не поздно» – как бы верно, но чрезмерно позитивно. Да, научиться новому мы способны в любом возрасте. Но если человек решил начать тренировать – что мозг, что мышцы в старости, накачаться ему значительно сложнее, чем если бы он приступил к занятиям хотя бы в зрелом возрасте.


Чужой автобус. Представьте, что зачитались книгой «Спринт к лучшему» и сели не в свой автобус. Ну, сели и сели. С кем не бывает.

Как говорил Сет Годин, ошибка – оставаться в нём. Конечно, вылезать из автобуса не хочется. Уже оплатили проезд, нашли свободное место. А на улице темнеет, возможно, даже идёт дождь.

Но то, что мы продолжаем сидеть в чужом автобусе, не заставит его идти по нужному маршруту. Если мы действительно хотим добраться, куда собирались, надо выйти. Не важен комфорт по дороге, ведущей не туда.

Начать никогда не поздно. Но помните, чем старше мы становимся, тем больше усилий следует прилагать, подталкивая себя к неизвестным действиям и ситуациям. Иначе с каждым днём вероятность того, что мы начнём действовать становится всё ниже. Не стоит успокаивать себя мотивирующими картинками.

Наше упорное нежелание ступить на дорогу к лучшему будущему – результат работы великой ловушки самообмана, в которой, с целью экономии энергии, нас удерживает Тёмный Друг. То, как она устроена и как из неё выбраться – мы обсудим в следующем спринте.


Выходим в реальный мир

Давным-давно я натолкнулся на одну из самых потрясающих книг в своей жизни. Был полностью очарован идеями, но не прочёл её до конца по одной-единственной причине – каждая глава завершалась множеством упражнений, а я считал невозможным продолжать чтение, пока не сделаю всё, что было указано. В нашей книге тоже будут встречаться практические задания и совсем не случайно их количество возрастает к концу книги. Однако выполнять их немедленно вовсе не обязательно. Пока важно просто продолжать читать, соглашаться или спорить и с книгой, и с самим собой.


Прикасаемся к реальности № 1. Управляем Вселенной.

Время: 2 недели. Сложность: 6 из 10

Способность к избирательной интерпретации фактов крайне полезна, если мы вдруг решим, что в нашей жизни не хватает чего-то экстрасенсорного. Давайте заберёмся на вершину мастерства множества марафонов желаний – попробуем доказать, что «мысли материальны». Повторим эксперимент, предложенный футурологом Робертом Уилсоном.

Постарайтесь в течение следующей недели найти на улице монетку. Любого достоинства. Подумайте, сколько людей ходят по улицам, используют кошельки, из которых сыплются монетки. Просто будьте внимательны – тогда шансы на подобные находки повышаются.

После чего переходите ко второй части эксперимента. Представьте, что ваши мысли и желания способны влиять на тайные ритмы Вселенной и менять вероятность событий. Визуализируйте образ монетки и начните искать, периодически напоминая себе, что «сознание управляет Вселенной». Находим вторую монетку.

Сравните, сколько времени занял поиск на рациональной и «мистической» неделе. Затем понаблюдайте, как Тёмный Друг начнёт объяснять результат, интерпретируя факты в пользу привычной картины мира. Если мы насквозь рациональны, то пусть даже «мистическая» монетка найдётся в три раза быстрее – Тёмный Друг представит разумные аргументы. Если же в глубине души хотим верить в чудо – то получим интересное доказательство «что-то всё-таки есть».

Мы ищем не истину. Мы ищем подтверждение собственных убеждений.

Забираем с собой

То, что мы видим, думаем, чувствуем – вовсе не отражает объективную картину мира. Наш мозг привлекают решения, которые подтверждают правоту сложившихся убеждений и привычных действий; помогают не увеличить, а снизить энергетические потери. Нас тянет туда, где нужно меньше двигаться, думать, делать. Или – отложить на потом. Только этого «потом» может и не быть.


Ура! Первый барьер взят и это достойно награды! Чтобы получить заслуженную ачивку «Корона снята» зайдите в чат-бот книги «Спринт к лучшему», путь к которому указан на странице сайта nmolchanov.ru/darkfriend.

А ещё в боте вы сможете отмечать шаги в практике, копить награды и следить, как ваш путь к лучшему становится осязаемым.

Спринт № 2. Синдром «успеется»: раскрываем ловушку великого самообмана

Эволюция иррационального: как украли твою жизнь

В цифровую эпоху читателя следует холить и лелеять. Поэтому не стану тянуть интригу до последней страницы, давайте сразу узнаем, почему годами топчемся на месте, не приближаясь к тому, о чём мечтали, что именно заставляет нас постоянно откладывать изменения на потом. Почему, зная, как правильно поступать, «умом всё понимая» мы или продолжаем делать то, от чего стремимся избавиться или, напротив, старательно избегаем действий, ведущих к нашей мечте.

Плохие новости: виновник не один. В плену отсутствия перемен нас удерживает хитрая ловушка, созданная девятью изощрёнными психологическими механизмами. Без понимания её конструкции попытки измениться обречены в лучшем случае на эффект «месяца энтузиазма», после которого мы снова закутаемся в уютное одеяло прежнего поведения.

Итак, давайте разбираться – что не даёт нам сдвинуться с места по направлению к лучшему.

№ 1. Моя Прелесть: держимся за то, чем обладаем

В детстве я коллекционировал фантики. Затем марки. Уже будучи взрослым – монетки и камешки. Всерьёз никогда не увлекался, тем не менее ничего не выбросил. Умом понимаю, что эти коллекции и безделушки ничего не стоят, однако часть шкафов квартиры отведена под то, что независимый наблюдатель назвал бы хламом. Храню десятки лет и не выбрасываю. К большей части этого хлама у меня даже нет особой эмоциональной привязанности. Но хоть он и загромождает пространство, выкинуть его жалко. Ведь он мой.

Всё, что нам принадлежит, по умолчанию обладает дополнительной ценностью.

Этот эффект обладания сопровождает нас уже с раннего детства. Вот попробуйте отобрать игрушку у малыша. Точнее, лучше так – подумайте, насколько сложно забрать то, чем в настоящий момент увлечён ребёнок. Ему не нужны другие игрушки, пусть даже они ярче и красивее. У взрослых ситуация ничуть не лучше – всё, чем мы уже обладаем, резко растёт в ценности, даже если речь идёт о краткосрочном владении бессмысленным предметом.

Принадлежащие нам вещи мы ценим значительно больше их объективной стоимости. Из-за этого собственники машин, квартир, владевшие ими долгое время, обычно выставляют их на продажу по завышенной цене в сравнении со средней рыночной. Помимо справедливой стоимости машины, покупатель должен оплатить ещё и сентиментальную привязанность хозяина.

Мы не просто хотим сохранить всё, как есть – мы чертовски боимся потерять то, что уже приобрели. Это работает страх потерь, взращённый в ходе эволюции. В научно-популярных фильмах часто показывают, как одинокий морской слон, бегемот или самец обезьяны вступает в схватку с альфа-лидером, пытаясь захватить его территорию и гарем. Наблюдательные любители живой природы в курсе, что в большинстве случаев нападавшие проигрывают и спасаются бегством. Не потому что позиция лидера наделяет его дополнительной физической силой. Просто животные всегда отчаяннее сражаются для сохранения того, что имеют, нежели ради наживы.

Склонность «держаться за нажитое» присутствует не только у морских слонов, но и людей. Даже лучших из них – преподавателей. Максиму, что «учителям надо платить», я помню с начала 90-х и слышу до сих пор, в контексте того, что зарплата одной из самых важных профессий должна выглядеть, скажем так, подостойнее. Профессора экономики из Гарвардского и Чикагского университетов Роланд Фрейер и Стивен Левитт развили эту мысль чуть дальше: а может, если платить учителям больше, то и результаты их учеников станут лучше?

В ходе исследования простимулировали примерно 150 преподавателей девяти школ в Чикаго. Одним учителям, в случае роста успеваемости их учеников по итогам года пообещали премию2. Другим, напротив, выдали деньги сразу. Но предупредили, что в конце года, если средний балл учащихся не достигнет целевых показателей, вознаграждение отберут.

Третьей группе повезло меньше всех – она была контрольной и там ничего никому не обещали и не давали. Собственно говоря, поэтому и успеваемость учеников в ней осталась примерно на том же уровне. Только та же картина наблюдалась и в первой группе, несмотря на обещанное преподавателям вознаграждение. На новый уровень школьников смогли вытянуть лишь учителя, которые в случае провала потеряли бы уже полученные, свои кровные деньги.

Страх потери мотивирует сильнее, нежели стремление выиграть.

Вот вы готовы поставить на кон 100 000 рублей, зная, что шансы выиграть такую же сумму составляют 50 на 50 процентов? Скорее всего – нет. Обычно люди соглашаются рискнуть, когда выгоды от новой ситуации в два-три раза превышают существующее положение дел.

Мы не хотим отпускать то, чем обладаем в настоящий момент, пусть даже альтернатива выгоднее и интереснее. Когнитивная ошибка возникает, даже если мы просто потратили собственное время или силы. Отказ на третьем, финальном собеседовании ранит сильнее, и помнят его значительно дольше, нежели игнорирование отклика на вакансию с самого начала. Мы упускаем выгодные сделки, держимся за привычные действия, людей и вещи просто из нежелания расстаться с тем, что нам принадлежит.

Думая об изменении привычной картины мира, мы ощущаем себя скорее потенциальными потерпевшими. Противники реформ всегда более активны и решительны, во многом по этой причине любые изменения занимают больше времени и требует больше сил, нежели предполагалось изначально.

Наша жизнь, со всеми её проблемами, страхами и изъянами составляет нашу прелесть, которую мы яростно защищаем. Сами, лично, отбиваясь от лучшего будущего.

Выбрасывайте свой хлам.

Страх потери, подкреплённый эффектом обладания, рождает принцип статус-кво, тенденцию к сохранению текущего положения дел. Только настоящее мимолетно. Оно может быть продолжением прошлого. Воспоминаниями и мыслями, которые мы тащим с собой годами. А может – началом будущего. Тем, кем мы станем.

№ 2. Иллюзия бесконечного завтра

Конечно, стоило бы измениться, чтобы избежать грядущих неприятностей. Но проблемы будущего далеки от нас сегодняшних. Если в этом будущем что-то и случится, то это будет ещё очень нескоро и, по мнению Тёмного Друга, не с нами.

«Представьте, что вам осталось жить всего один день, – любят восклицать выпускники краткосрочных психологических курсов, – то, что вы станете делать, и есть главное, чем стоит заниматься в жизни».

Да, узнав, что до падения огромного метеорита осталось несколько часов, наши дела будут кардинально отличаться от предыдущих планов на день. В этом нет ничего удивительного. Только реальная жизнь не строится из расчёта скорой неминуемой гибели. Напротив, мы выживаем потому, что думаем о будущем и исходя из этого меняем своё поведение.

Значительная часть того, что мы делаем – ходим на работу, пытаемся следить за здоровьем – вообще не связана с сегодняшним днём. Теоретически мы способны закинуть будильник куда подальше и не пойти в офис. Но, понимая, что жизнь – не один день, протираем глаза, встаём и отправляемся на работу. Не обязательно проживать каждый день как последний. Лучше думать о будущем. Учитывать, как на нём отразятся наши сегодняшние поступки.

Проблема скорее в обратном, мы слишком сильно сосредоточены на сиюминутных удовольствиях, хотя метеорита вроде и не наблюдается. С точки зрения Тёмного Друга выживание в настоящий момент времени – наиболее приоритетная задача, а с чем предстоит столкнуться потом – тогда и разберёмся. Мы преувеличиваем значимость событий, находящихся рядом со «здесь и сейчас», в сравнении с целями будущего.

Упорное нежелание думать о далёком будущем имеет под собой вполне рациональные эволюционные корни. В саваннах плейстоцена предсказать, когда тебя сожрёт леопард, довольно затруднительно. Прекрасное далёко может и не наступить, тратить ресурсы на анализ того, что произойдёт через пару лет – затея бесперспективная, ведь к этому времени тебя могут уже сотню раз съесть. Лучше беспокоиться, чтобы всё было хорошо в моменте, хватаем, что нравится, потом разберёмся.

В результате основная причина, почему мало кто носится как ужаленный от картин неприятного будущего – в глубине души люди считают, что плохое может и случится, но только не с ними. Как показало исследование профессора Хэла Хэршфилда из высшей школы бизнеса при Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе, когда мы думаем о себе в будущем – срабатывают те же нейронные схемы, которые включаются при мыслях о посторонних людях. По сути, наш Тёмный Друг постоянно находится перед выбором: побаловать себя прямо сейчас или сделать что-то полезное для какого-то незнакомца в будущем.

Людям очень сложно изменить поведение в настоящем ради выгод, которые произойдут когда-то потом. В этом кроются корни всех вредных привычек. Так, в ходе одного эксперимента участникам предлагали выбрать, что они хотят получить на следующей неделе – фрукты или шоколад. Около 75 % выбрали полезные фрукты. Но в день выдачи еды им разрешили изменить выбор и 70 % выбрали шоколад.

Мы в будущем – чужаки для нас сегодняшних.

Мы склонны соглашаться на немедленное удовольствие, пусть впоследствии оно и предвещает неприятности. Верно и обратное – награда, перенесённая в будущее, резко теряет свою привлекательность. Многие готовы брать кредиты, тратить деньги, а не копить на чёрный день, ведь отдалённые во времени платежи для нас как бы не существуют. Поэтому подход «начать с понедельника», переложить задачу на себя в будущем, то есть практически спихнуть её на чужого человека, пользуется огромным успехом.

Достижение глобальных целей затрудняется благодаря феномену уценённого будущего. Большинство людей вообще по-настоящему не задумываются о грядущем, мысля рамками сегодняшнего дня. Так, здесь и сейчас татуировка может быть крайне уместна, но впоследствии множество людей сводят свои тату. А если посмотреть на статистику браков, одного из важнейших решений в жизни, в 2024 году в России на десять новых бракосочетаний пришлось порядка восьми разводов.

Максимум, на который люди готовы согласиться: будущее будет похоже на настоящее.

Помните классический вопрос детям: «Кем ты хочешь стать, когда вырастешь»? Взрослые улыбаются лепету малышей о пожарных, футболистах и блогерах, хотя правильнее насторожиться. Дети говорят так, потому что не могут представить себя через двадцать лет. Вот и отвечают на другой, хоть и близкий вопрос – кем бы хотели быть прямо сейчас, полагая, что с возрастом их желания не изменятся.

И вот эта фантастическая убеждённость в том, что наши потребности, желания и цели останутся неизменными, как раз и сохраняется на протяжении всей жизни. В исследовании Дэниела Гилберта, охватившем около 20 000 человек, представители всех возрастов от 18 до 70 лет заявили, что их мотивы, желания, потребности уже сформированы и в будущем останутся примерно такими же. Хотя на просьбу рассказать о событиях, произошедших в течение последних 10 лет, легко замечали, что за это время их жизнь значительно изменилась.

Когда мы смотрим в прошлое, то понимаем, что наши цели, убеждения и взгляды непрерывно, а порой и кардинально трансформируются. Но переводя взгляд в будущее – попадаем в плен убеждения, что всё останется как есть. А в таком случае придерживаться текущей линии поведения выглядит логично.

В результате будущее для нас – улучшенная версия прошлого. Самый безопасный и популярный прогноз – плавная линия вправо и вверх. Что мы будем зарабатывать чуть больше и жить чуть лучше. Подобный вид прогноза часто исключает, даже как принципиальную возможность, существование вполне вероятных рисков наподобие болезней или увольнения и уж совсем не берёт в расчёт события масштаба эпидемии COVID. Наше воображаемое будущее похоже на немного изменённое сегодня, нежели на то, чем оно станет в самом скором времени.

№ 3. Одномерное будущее

Вообще, будущее – это огромный, тревожный пласт неизвестности. Мы понятия не имеем, что в нём произойдёт, и поэтому нервничаем. Обычно, когда попадаешь в незнакомую ситуацию, для уменьшения тревоги включается исследовательское поведение. Пусть и хочется забиться в угол, но правильнее пойти, понюхать, изучить обстановку. Когда узнаём больше информации, тревога пропадает.

Осмотреться в будущем невозможно. Но наши далёкие предки нашли выход – научились представлять его мысленно и верить, что созданный в голове образ близок к реальности. Мы воображаем желаемый результат и строим действия в «сейчас» так, чтобы в будущем оказаться там, где хотим.

Скажем, взойти и стоять на движущейся лестнице требует определённого навыка. Но мы без всяких проблем бежим по эскалатору и только если он внезапно остановится, и мы шлёпнемся – то удивимся и обратим на это внимание.

Вообще, принято считать, что мозг реагирует на сигналы от органов чувств. В качестве примера обычно вспоминают, как, едва прикоснувшись к горячему, мы отдёргиваем руку. Да, отдёргиваем. Только на фоне этого обжигающего события забываются десятки тысяч случаев, когда мы заблаговременно не прикасались к горячему. Как-то догадывались, что не стоит хватать чашку или что лучше взять её за ручку. На зависть любым гадалкам, наш Тёмный Друг отлично умеет предсказывать и готовиться к ожидаемому будущему. Правда, лишь к тому, что ждёт нас в течение следующих секунд и минут.

Наш мозг не столько реагирует на информацию от органов чувств, сколько предсказывает её.

Без знания ближайшего будущего не выжить. Любое живое существо прекрасно понимает, когда его могут сожрать и следует бежать, а когда можно спокойно отдохнуть на траве. Даже черви способны предсказать, где их ударят током, и отползти от опасного места.

Мозг учился предвидеть ближайшее будущее в течение сотен миллионов лет. И вот мы на автомате достаем карточку, подносим её к валидатору и садимся в автобус до работы. Вопрос, как заплатить за проезд при следующей поездке, затруднений не вызовет. Люди представляют конкретную остановку, привычный автобус, карточку оплаты, которой пользуются ежедневно. А вот как мы будем оплачивать проезд в далёком будущем, лет эдак через десять? У меня, выросшего в мире компостеров и собиравшего билетики с интересными дырками, в голове проносится сумбур идей о развитии технологий и инновациях. Сейчас можно платить телефоном, лицом, через десять лет, возможно, дыханием, чипами, вживлёнными в палец. Вариантов множество, и все они достаточно туманны.

Проблема с прогнозированием будущего заключена в том, что чёткими и детальными нам представляются ближайшие события. Всё, что касается долгосрочных прогнозов – здесь наш Тёмный Друг очень и очень плох. Привычный максимум долгосрочных прогнозов это несколько крупных элементов образа будущего: вступлю в брак, окончу институт, перееду, заведу детей, куплю машину.

А вот дальше начинается интересное. С точки зрения Тёмного Друга раз отдалённое будущее такое неопределённое – то именно таким оно и будет. Точнее говоря, отношение к будущему задаётся парой-тройкой ключевых факторов, «мелочи ситуации» упускаются из виду. И зря. К примеру, говоря о работе, в первую очередь вспоминают размер оклада, статус, привилегии. Но в реальной жизни наше настроение почти не зависит от этих факторов – мы не ходим и не кричим постоянно: «200 штук в месяц! Да я богач!» Они имеют значение, только когда размышляешь о будущей работе.

Мы не принимаем в расчёт мелкие детали будущего, которые на самом деле и станут определять наше сиюминутное ощущение счастья.

Например, я, проведя неделю вдали от семьи, скучаю. Мечтаю провести вечер с малышами. Мощный фактор любви к жене и детям формирует положительное восприятие будущего. Но когда в субботу я держу брыкающегося младенца, разнимая двух ссорящихся братьев, кругом всё перевёрнуто, а я ещё не сел писать посты для блога – моё представление о завтрашнем дне с детьми очень детально. В этом случае мечта – отдать их на денёк бабушке и дедушке.

На самом деле ощущение счастья и в будущем, и в настоящем как раз и зависит от небольших частных событий «в моменте»: поцелуй близкого человека, свободный вечерок, брошенная мимоходом похвала начальства. Да что там – в эксперименте профессора психологии и маркетинга университета Южной Калифорнии Норберта Шварца участники исследования заполняли опросник об удовлетворённости жизнью. Предварительно их просили сходить и отксерить недостающую страничку теста. Подойдя к копировальному аппарату, половина нашла на нём мелкую монетку, подброшенную исследователями. Крохотное везение значимо меняло и настроение, и взгляд людей на всю их жизнь в целом.

Так что, размышляя о будущем, старайтесь предположить или хотя бы учитывать существование мелких деталей, которые способны в корне изменить складывающуюся под воздействием «большого фактора» картину. Главное здесь – предположить, а не просто придумать эти детали, иначе попадёте в следующий капкан: «Какой смысл что-то менять? Ведь в любом случае в будущем нас ждёт что-то хорошее!»

№ 4. Вера в счастливую звезду

Предполагая, что произойдёт в случае тех или иных далёких событий будущего, люди начали понимать, что один из вариантов выглядит привлекательнее. Человек начинает рисовать радужные картинки будущего даже не из-за веры в него, а просто потому, что думать о приятных вещах приятно.

Мысли о будущем становятся источником бесплатного удовольствия.

В голове рождается образ «лучшего завтра», куда хочется попасть, о котором приятно думать, рассказывать знакомым. О хороших событиях мозг думает больше, поэтому люди и начинают переоценивать вероятность их наступления. Вдобавок притягательная перспектива моментально обрастает множеством подробностей, которые дополнительно повышают её привлекательность и правдоподобность.

К примеру, представьте сейчас перед собой яичницу.

Всё. Наш научный эксперимент закончен, приступаем к подведению итогов. В мире стало на несколько десятков тысяч воображаемых яичниц больше. И я уверен – очень разных яичниц.

У кого-то это пара яиц, разбитых на сковородке. У кого-то – яичница с помидорами, сыром, грибами и зеленью на тарелке, рядом с парой ложек зелёного горошка и сосиской. Очень вероятно, что и сама тарелка не висела в первозданном вакууме, а стояла на столе, в каком-то конкретном месте.

Заметьте – я попросил представить «яичницу вообще». Уверен, что никто даже не задумался о необходимости запросить у меня дополнительную информацию. Мельчайшей вводной достаточно для появления массы деталей. И придумывая всё это, мы не утомились. Запросто, буквально за долю секунды создали картинку, полную множества элементов, пробудили массу ассоциаций. Фантазировать легко. Только эти детали вовсе не результат прогнозирования, а просто придуманы на ходу.

Реальное будущее подменяется желаемым.

В результате образ «куда хочется попасть» побеждает в конфликте с образом «куда мы, скорее всего, попадём». А так как всё, что мы представляем, для нашего Тёмного Друга схоже с реальностью, то мир грёз и желаний подменяет собой объективные прогнозы развития событий. Начинает служить основой, «интуитивным ощущением» при построении планов.

Нам нравится думать о хорошем, а не о проблемах и несчастьях. Только игнорируя их существование, мы напоминаем малышей, которые, играя в прятки, закрывают себе ладошками глаза. Мол, если я сам никого не вижу, то и другие меня не видят. За поведением детей мило наблюдать, но переносить такую модель в оценку собственного будущего рискованно.

Сила мыслей о приятном будущем настолько велика, что напрочь перекрывает объективные данные.

Примерно половина смертей в России связана с заболеваниями сердечно-сосудистой системы. Около 80 % инфарктов можно предотвратить, но сколько людей регулярно ходят к кардиологу, контролируют давление и холестерин? Точно так же все в курсе об угасании чувств с течением времени, но считаные единицы заблаговременно изучают способы сохранения брака и романтики в отношениях. Ведь на это требуется тратить силы. Намного легче просто вообразить картинку счастливого будущего, которое наступит как бы само собой, и начать в него верить.

Мы такие оптимисты. Рассчитываем, что у нас родятся смышлёные дети, что получим награду, о нас узнают и прилюдно похвалят. А вот вероятность заполучить сердечный приступ – занижаем. Участники исследования профессора социальных наук университета Рютгерса, Нейла Вьенштайна полагали, что будут жить дольше, чаще путешествовать и реже разводиться в сравнении со среднестатистическим обывателем.

Лучше держать в уме: это не прогнозы будущего, а просто наши мечты. Реальность способна разбить наши восторженные ожидания. Чтобы сэкономить ресурсы и избежать разочарований – действуем, держа в голове образ реального, а не идеального будущего.

Только это сложно. Ведь с какой стати нас должно ждать обычное будущее обычного человека если мы не такие как все?

№ 5. Избранный: мираж исключительности

Казалось бы, узнать, к чему приведёт нынешнее поведение в будущем, никаких проблем не составляет. Неважно, что мы делаем или чем хотим заниматься, пусть нам неизвестны ощущения покорителя Эвереста, американского реднека или фаната какого-нибудь странного увлечения, но вокруг несколько миллиардов людей, и практически у всех есть доступ к интернету и страничка в социальной сети. Даже если личный опыт отсутствует, хромает воображение, всё равно можно с лёгкостью узнать «что будет», прочтя рассказы других людей. Причём многие из этих «других» – партнёр, родственники, друзья – не просто готовы поделиться, а прямо-таки назойливо желают участвовать в нашей жизни, высказывая свои суждения по любому поводу.

Казалось бы – ну как тут ошибиться с такой армией экспертов, готовых помочь нам в любой ситуации? Личный опыт подсказывает – очень легко. Вспомнить хотя бы сколько раз мы меняли работу. Так в чём же дело? Нам дают плохие советы? Или хорошие, но мы их игнорируем?

Начну издалека. На словах все, конечно, за равенство между людьми, двумя руками за стирание расовых, социальных, гендерных и прочих отличий. Теперь представим, что кто-то приходит на праздник в точно таком же костюме, как и вы. Уже как-то не очень. Мы, конечно, за равенство, но как бы в целом, за такое равенство, которое не покушается на нашу индивидуальность.

По большей части мы не прислушиваемся к советам других людей, так как полагаем, что их опыт к нам до конца не применим. Думаем: «Ну они же не знают всего, что знаю я», «Я – не такой раздолбай». Когда читаешь о сломанном мозге, когнитивных ошибках, в голове рождается мысль: «Всё это, конечно, очень хорошо, возможно, в будущем я и впрямь буду о чём-то там жалеть, но как книга может мне помочь? В конце концов все знают – каждый человек, а значит, и я – уникален».

Убеждённость в собственном отличии от других людей даёт возможность игнорировать здравые советы и неприятные факты. Знаем, что вредные привычки резко сокращают шансы на долгую и счастливую жизнь, только считаем, точнее хотим верить, что это к нам не относится. В глубине души теплится уверенность: да, всё это может быть верно для других, но не для меня. Ведь я другой. Тот, у кого свой собственный путь.

Хочется верить в свою неповторимость.

Что ж. Давайте это проверим. Я внезапно ощутил прилив экстрасенсорных способностей и снова побуду гадалкой. Мир волшебства открыл мне ваш портрет. Я на 90 % уверен, что текст ниже близко к истине описывает ваши личностные характеристики.

«Вы обладаете большим неиспользованным потенциалом, который пока не обратили в свою пользу. Внешне вы дисциплинированны и сдержанны, но внутри порой испытываете беспокойство и неуверенность. Вы предпочитаете некоторое разнообразие, рамки и ограничения вызывают у вас недовольство. Вы гордитесь умением мыслить независимо и не принимаете чужие утверждения без убедительных доказательств, но в то же время склонны критически относиться к себе, иногда сомневаясь, правильно ли приняли решение или поступили…»

Это выдержка из эксперимента Бертрама Форера. Участники проходили психологическое тестирование, по итогам которого вместо реальных результатов всем дали один и тот же расплывчатый текст. Но респонденты оценили соответствие характеристик их личным чертам в среднем в 4,26 по 5-ти балльной шкале.

Люди считают, что описания созданы специально для них, в то время как они настолько общи и расплывчаты, что подходят практически всем. Это эффект Барнума, благодаря которому процветают астрологи, тарологи и предсказатели будущего.

Мы верим, что все люди уникальны лишь потому, что эту уникальность ищем. Обращаем внимание исключительно на неё, только не задумываемся над этим. Когда мы выбираем партнёра в личной жизни или в бизнесе, то фиксируем мельчайшие детали. Как она смеётся, есть ли у него в наличии шесть тонн стали марки 09Г2С. Мы игнорируем общие для всех особенности – что у нашей пассии две руки и две ноги, что поставщик чтит уголовный кодекс и т. п.

Сходства между людьми значительно больше.

Но знание этого сходства обычно нам ничем не помогает, поэтому мы замечаем отличия и приходим к выводу, что все люди такие разные. Мы уверены, что, может, и не лучше всех, но точно – особенные. Лично я в период юношеского максимализма избегал чтения популярных книг. «Фи, – думал я. – Массовая поп-культура». Затем прочёл. Оказалось, отличные книги. Теперь выбираю то, что нравится большинству.

В результате к мнению других мы прислушиваемся, принимая скорее малозначительные решения. Решив пойти в новый ресторан, смотрим на среднюю оценку, читаем отзывы. Но вот когда стоим перед важным выбором, то полагаемся на стороннее мнение меньше, чем при выборе ресторана в пятницу вечером. Не стоит спешить искать неповторимый ключик к дорожке своей судьбы. Вполне возможно, нам отлично подойдёт стандартный китайский ключ. Максимум – с личной монограммой.

№ 6. Всё идёт просто замечательно: сокрытие неприятных фактов

Мираж исключительности укрепляется благодаря тому, что, работая с неприятными темами, Тёмный Друг прибегает к хитрым тактикам сокрытия болезненной правды. Это один из самых печальных парадоксов: окружающие, как правило, видят, а порой даже пытаются донести до человека, что у него проблемы. Со стороны ситуация может выглядеть катастрофической, но сам он искренне полагает, что у него «всё в порядке».

Умение скрывать неприятности работает уже на уровне физиологии. Мы прикусили щёку и сразу начинаем жевать другой стороной. Ударились ногой – стали прихрамывать. Никто не учил нас правильно хромать, всё происходит на автомате. Это одна из особенностей организма: если что-то болит, мы прячем проблему и в результате можем даже думать, что здоровы – до тех пор, пока хватает сил на маскировку.

Аналогичный механизм защиты действует и на уровне психики. Проблема? Мы не хотим никаких проблем. Не будем о них думать. Наш мозг начинает интерпретировать найденные факты так, чтобы они совпали с нашими желаниями.

Мы видим то, что хотим увидеть.

Например, в детских книжках полно разнообразных животных. Уточки, барашки, свинки. Факт, что козочка говорит «ме-ме», мои дети узнали чуть ли ни первым в жизни. Да и взрослые любят постить в соцсетях фоточки милых зверюшек или пасторальные селфи на фоне пасущихся коров.

Действительно, животных мы любим. В конце концов мы и сами животные.

Только ещё мы их едим.

С одной стороны, мясо – мощный источник энергии. С другой, как-то и животных жалко. Большинство людей, и я сам, используют стандартный выход из подобных ситуаций. Мы просто игнорируем неприятную информацию и стараемся о ней поменьше думать.

Это так называемый «мясной парадокс», сформулированный профессорами психологии Стивом Лофнаном из университета Эдинбурга и Бастианом Броком из университета Мельбурна. В их исследовании одной группе людей давали вяленую говядину, другим – орешки. В процессе еды спрашивали о чувствах и интеллекте коров. Те, кто ел мясо, высказывался о животных как о менее сознательных. В общем – не сильно разумные и не очень-то и жалко.

Индустрия производства мяса понимает озабоченность людей. В тех же книжках курицы с цыплятами бегают по двору, а не сидят в тесных клетках формата А4 на ленте конвейера. Даже в нейминге на бытовом уровне дети получают «котлеты» без конкретизации, откуда они появились.

Мясной парадокс вовсе не какое-то исключение, а наглядный пример того, как мы приспосабливаем собственное мышление обходить острые углы в неудобных для нас вопросах.

Желание спрятаться от неприятной информации сопровождает человечество на протяжении всей истории. Скажем, «медведь» – слово специальное. Придуманное нашими предками, чтобы не называть лесного хищника его «настоящим именем», а то вдруг он услышит и придёт. В случае строгого исполнения табу первоначальное, настоящее имя забудется – как и произошло в случае с медведем. Более того, само слово-замена начинает попадать под запрет. Того же медведя впоследствии старались уважительно называть «косолапым», «лесным хозяином» и т. п.

Как вы думаете, много людей верят, что, произнеся истинное имя медведя, погибнут от его лап? Вряд ли. Но, уверен, мы слышали, как кто-то произносит «крайний» вместо «последний». Тенденция употреблять слово «крайний» – аналогичный пример работы магического мышления. Замена «опасных» слов – это верхушка защитного механизма: «не говорить и не думать о неприятных вещах, чтобы они не обрели силу».

В результате, когда назревает кризис, люди делают вид, что ничего страшного не происходит. Как в меме «this is fine». Продолжают делать то же самое, что и всегда. Пугающие же изменения переименовывают, чтобы они выглядели не столь жутко. К врачу идти страшно – вдруг он скажет что-то ужасное. Лучше решить, что это «обычная усталость», и лечиться рецептами из интернета. По той же причине многим великим спортсменам тяжело уйти в зените славы, и они продолжают выступать, постепенно превращая себя в посмешище. В силу субъективного искажения реальности человек искренне отрицает наличие проблемы, которая кристально ясна окружающим.

Изъяны других мы замечаем потрясающе легко. Со своими – значительно сложнее.

Мы смотрим на мир выборочно. Автоматически ищем примеры тех, кто справляется с делом хуже нас. Не то чтобы мы равнялись на плохой результат, но всегда приятно отметить, что есть и поглупее, помедленнее, никчёмнее. Что кому-то хуже, чем нам. Точно также мы вспоминаем прошлое – первыми на ум приходят данные, которые выставляют нас в хорошем свете.

В результате жизнь идёт в соответствии с «парадоксом автострады»: всё, что происходит на дороге, лишь укрепляет нашу уверенность в том, что мы управляемся с машиной значительно лучше, чем большинство других водителей. Мы легко обнаруживаем людей, ездящих хуже, и крайне редко, говорим себе: «О, а вот этот парень отлично водит, не то, что я». А может быть, никогда не говорим…

Не стоит удивляться, почему мы смотрим на мир через розовые очки. Удивительно, что у нас вообще получается их снимать.

Чтобы как можно дольше оставаться в сладком плену позитивных иллюзий, люди врут сами себе. Увы, но идеи, способные свергнуть нас с пьедестала кажущегося благополучия, время от времени тоже необходимо рассматривать.

№ 7. Миф о превосходстве: высокомерие против статистики

Игнорируя неприятные факты, люди попадают в новую реальность, где они самые красивые, умные и креативные. Часто в глубине души мы полагаем, что не просто выделяемся на фоне окружающих, а ещё и опережаем их. Благодаря симбиозу веры в светлое будущее и накаченной мышце самообмана люди достигли необыкновенных высот в области культивирования веры в собственное превосходство. Мы видим себя очень уж высоко. Так высоко, что это не может быть объяснено ни имеющимися у нас ресурсами, ни нашими возможностями.

Потрясающая демонстрация эффекта «выше среднего» проявилась в исследовании College Board, охватившем примерно миллион человек. В ходе ответов на вопросы 70 % участников заявили, что они превосходят «среднего человека» по уровню лидерства, и только 2 % – что ниже. Относительно своего умения ладить с другими людьми, ведь мы все такие эмпатичные – 60 % полагали, что находятся в топ 10 %. Даже по такому, казалось бы, ясному критерию как физические возможности 60 % считают себя лучше среднестатистического человека, хуже – лишь 6 %. Люди искажают даже объективные данные – в ходе опроса, проведённого журналом Time, 19 % респондентов в США отнесли себя к 1 % самых богатых людей страны. В подтверждение парадокса автострады Олаф Свенсон, профессор психологии университета Стокгольма, обнаружил, что более 90 % водителей в США и Швеции считают, что управляют автомобилем лучше среднего водителя.

Уровень образования не помеха: 87 % студентов MBA Стэнфорда оценивают свою успеваемость выше среднего. Особенно ярко феномен проявляется среди молодёжи, но не обходит стороной и убелённых сединами образованных старцев – так, 94 % профессоров колледжей полагают, что они работают поболее прочих.

Люди склонны переоценивать себя в сравнении с другими, в знакомых областях и при решении задач умеренной и высокой сложности.

Если речь идёт о нас – мы более чутко относимся к своим партнёрам, быстрее и эффективнее коллег на работе и так далее. А когда мы считаем себя выше среднего, то, соответственно, недооцениваем потенциал окружающих.

Порой доходит до комичного. Например, в эксперименте профессора психологии Петера Боркенау испытуемые наблюдали, как незнакомый им человек садится за стол, берёт газету и читает вслух какую-то ерундовую заметку вроде прогноза погоды. После чего экспериментаторы просили дать оценку IQ этого человека, которого участники видели меньше двух минут первый раз в жизни. Получалась угадайка, но какая-то цифра называлась. Затем предположение об уровне собственного интеллекта просили сделать самого человека, читающего газету.

Так вот. Предсказания других людей оказались практически на 70 % точнее. Просто потому, что, оценивая незнакомца, люди обычно руководствуются принципом «среднего по больнице». А думая о себе, склонны преувеличивать свои достижения и успехи.

Более того, сознательно приукрасив собственные возможности, люди начинают действовать, как будто всё придуманное ими – чистая правда. Подтверждение эффекта продемонстрировали в изящном эксперименте Университета Дьюка. В ходе первого этапа участники решали математические задачи. Порой им предоставляли возможность схитрить – самостоятельно сообщить свой результат и уничтожить рабочий лист. И в таком случае количество правильных ответов немного возрастало. Грубо говоря, вместо четырёх-пяти стали говорить о семи выполненных правильно задачах.

Затем объявили о втором этапе, с сотней аналогичных заданий, подчеркнули, что возможности схитрить уже не будет, и попросили участников предсказать собственную точность. Большинство сообщили, что справятся примерно с 70 %, основываясь на своём сфальсифицированном результате. Ввели денежную мотивацию, за верный прогноз давали 20 долларов, но люди продолжали переоценивать свои способности. Обман встраивается в самооценку, заставляя нас искренне верить в то, что мы на самом деле гораздо способнее, чем есть.

Страна врунов. Самообман способен дойти до уровня национальной идеи. Во время Гражданской войны в США южане говорили о северянах что-то вроде: «Да, может быть они и богаче. Только существуют вещи поважнее денег. Они меркантильны, зато у нас – Дух Юга. Мы богаты духовно».

Когда сложно поднять статус, хвастаясь экономическими, осязаемыми успехами, люди начинают говорить о вещах нематериальных, факт наличия или отсутствия которых сложно оспорить.

Когда человек считает, что превосходит остальных, ему кажется, что надежда на лучшее будущее имеет под собой рациональную основу. Практически любой студент считает, что добьётся многого, в перспективе рисуется карьера топ-менеджера в крупной компании или собственный бизнес. Возможно, даже технологический, с последующим переездом в Черногорию. Уверенность возрастает при хороших оценках в престижном вузе.

Только, скорее всего, студент вырастет и останется менеджером среднего звена. Стремительное движение по карьерной лестнице в первые годы работы ничего не гарантирует, просто уровень старта слишком низок. Вера в благоприятное будущее усугубляется ошибкой базового процента – люди фокусируют внимание на отдельных, специфических моментах: «Ну я же поступил в МГУ, меня взяли на хорошую работу, да и вообще я соображаю быстрее начальства». Игнорируется информация об общей частоте желаемых событий, что шанс пробиться в руководство крупных компаний – доли процента. Да и эта доля слабо зависит и от вуза, и от академических успехов, и от прилагаемых стараний.

В результате, пусть идеи по улучшению жизни и выглядят разумно, мы считаем, что и без их реализации во многом превосходим окружающих: «Да у меня в целом и так всё хорошо. Вот моему партнёру это было бы полезнее».

№ 8. Мнимая власть: иллюзия контроля над судьбой

Даже в тех редких случаях, когда мы признаём, что что-то идёт не так – это не вызывает особого беспокойства. Люди спокойны, потому что уверены в полном контроле над своей жизнью, а значит, в способности без особого труда вырулить обратно на дорожку к счастливому будущему.

Вот представьте: существует возможность посмотреть важное и интересное соревнование в прямом эфире, правда, поздним вечером. Или в записи, но в гораздо более удобное время. Что выберем? Подавляющее большинство людей предпочтут лечь позже, но увидеть игру «живьём». А, собственно говоря, почему?

В качестве причины обычно называют страх спойлеров, что кто-то успеет рассказать счёт. Однако это не основной фактор. Даже не зная результата, смотреть матч в записи не столь уж интересно. Потому что когда мы видим игру онлайн, то глубоко внутри нас живёт ощущение, что мы каким-то образом влияем на итоговый результат. На сознательном уровне наличие подобного ощущения отрицается, понятно, что «всё это глупости». Только на протяжении миллионов дотелевизионных лет человек действительно мог вмешаться, а значит – повлиять на исход любой ситуации, которая разворачивалась перед его глазами. И Тёмный Друг это отлично помнит.

Мы хотим верить, что всё под контролем. И верим в это.

Люди склонны считать, что в состоянии контролировать ситуацию даже в тех случаях, когда от них вообще ничего не зависит. Например, в исследовании профессора психологии Гарвардского университета Эллен Лангер половина испытуемых самостоятельно выбирала лотерейные билеты, другой половине их выдал экспериментатор. После чего всем участникам предложили обменять билеты на другую лотерею с более высокими шансами на выигрыш. Те, кто выбирали билеты сами, оценивали их дороже и чаще отказывались от обмена.

А вот отсутствие контроля заставляет нас волноваться. Так, МРТ – полезная штука, если требуется заглянуть внутрь человеческого организма. Только для этого пациенту нужно провести полчаса в узкой и громко шумящей трубе. Не в заколоченном гробу, конечно, но на мой нервный субъективный взгляд очень похоже. Поэтому к МРТ прилагается ещё один прибор. Не столь дорогой, но не менее полезный. Резиновая груша, нажатие на которую вызывает медсестру. Правда, жмут на грушу редко, её реальная роль – обеспечение возможности контроля. Мысль, что ты в любой момент способен прекратить исследование, успокаивает зарождающуюся панику.

Так, в экспериментах Джудит Родин, профессора психологии Йельского университета, участники, которым в переполненном лифте досталось местечко у приборной панели, воспринимали лифт как более свободный. Тревожились меньше. Испытуемые, решавшие задачи при сильном шуме, справлялись с ними успешнее, когда знали, что в любой момент могут нажать на кнопку и отключить раздражающий звук.

Хотите снизить стресс – создайте иллюзию контроля. Найдите свою «резиновую грушу».

Если же мы не в состоянии что-то контролировать – растёт напряжение. Один из первых экспериментов на тему любви к контролю провели ещё в 70-х годах прошлого века: в комнаты дома престарелых поставили растения. Одним пожилым людям сказали, что теперь они несут ответственность за цветы, другим – что за растениями будут следить специальные люди. По итогам шести месяцев смертность во второй группе была в два раза выше.

«Ага, – сказали психологи, – подтверждается гипотеза о том, что людям нравится контролировать, нести за что-то ответственность и управлять!» Запустили проверочное исследование, где в роли растений выступили студенты. Пожилые люди либо могли определять время и продолжительность их прихода, либо нет. И действительно, те постояльцы домов престарелых, кто имел возможность управлять посещениями волонтёров, были активнее и веселее.

Так психологи в очередной раз доказали, что умеют ставить эксперименты, не задумываясь о последствиях. Потому что через несколько месяцев по окончанию эксперимента в этой группе умерло значительно больше людей, нежели в контрольной. Для людей лучше не обладать возможностью контроля вообще, чем иметь её, а затем утратить.

Нам нравится ощущать, что мы управляем событиями нашей жизни. Чувство власти над ситуацией, возможность самому принимать решения оказывает благоприятное влияние и на уровень счастья, и на уровень физического здоровья. Вот мы и преувеличиваем, порой значительно, свою способность взять ситуацию под контроль.

№ 9. Синдром загнанной лошади: как беспомощность становится привычкой

Механизмы, которые мы обсуждали выше, сущие цветочки. Они, по крайней мере, завлекают нас в плен позитивных иллюзий. Намного хуже, когда на месте удерживает страх.

Ощущение, что всё под контролем, может ведь и изменить тональность. Точнее, некоторые люди начинают верить, что их собственная судьба предопределена или находится под контролем других. В таком случае об изменениях также не может идти и речи, вдобавок к этому мир начинает выглядеть достаточно мрачно. Основная причина формирования подобного пессимистичного взгляда – невозможность реализации столь часто звучащего пожелания «давайте всё забудем».

Вот посчитайте, сколько раз на предыдущей странице я использовал букву «А».

Теперь – сколько на предыдущей странице букв «Н».

Если вы выполнили оба задания, в чём я очень сомневаюсь, ведь нам же всё время некогда, Важные Дела, то обнаружили – второе задание делать чуть сложнее. Не потому, что подсчёт буквы «Н» связан с большими когнитивными усилиями. Просто во втором случае нам приходилось преодолевать только что выработанную способность обращать внимание на букву «А». Вроде бы её уже не нужно считать, но она всё равно бросается в глаза.

Мы не можем взять и отменить прошлый опыт, просто потому, что нам так хочется.

Вера человека в собственную способность дать объективную оценку, абстрагироваться от ситуации сильна, но иллюзорна. Как бы мы ни старались, что бы мы ни делали, нам не удастся забыть тот факт, что London is the capital of Great Britain. К сожалению, Тёмный Друг сохраняет не только факты, демонстрирующие нашу эрудицию.

Представьте – вас пригласили принять участие в исследовании Джеймса Лейрда и Рональда Комера, профессоров психологии университета Кларка. Сперва заполняете какой-то опросник по самооценке, а через две недели приходите для участия в самом эксперименте. Вам сообщают, что испытуемых случайным образом разделят на две группы. В одной придётся взвешивать гирьки – скучное и неинтересное задание. А вот участникам другой надо будет съесть живого червяка. Конечно же, честь полакомиться червяком выпадает вам. Пока вы перевариваете новость, вас просят заполнить опросник на самооценку ещё раз.

Как часто делается в психологии, именно исследование разницы в самооценке и было настоящей целью эксперимента. И показатель резко падал, ведь факт, что выпало есть червей – ярчайшее доказательство неблагосклонности судьбы.

Более того. Эксперимент ещё не закончен. В последний момент, когда уже всё готово, в комнату врывается исследователь с криком: «Стойте! Произошла нелепая ошибка! Оказывается, согласно условиям, вы сами должны выбрать – какой тест проходить». Никто из взвешивающих гирьки не сказал: «Отлично! Я вот как раз хотел бы съесть червяка». Только вот около 80 % тех, кому достался червяк, всё равно решили съесть его3.

Причины назывались разные. От «я заслуживаю этого» и «я смел и храбр» до «ничего страшного, в червях много протеина». Главное – как только мы согласились с мыслью, что нам придётся страдать, то мы будем страдать. Разовый отрицательный опыт может привести к тому, что у человека на долгое время сформируется заниженная самооценка. Если мы поверили в свою судьбу, то будем поступать соответственно, даже когда ситуация изменилась. Не надо так. Нет никакого злого рока, который заставляет нас страдать.

Человек склонен ставить случайные удары слепой судьбы себе в вину.

Чтобы привыкнуть к плохому, достаточно даже случайного негативного опыта. Он способен произвести поистине ошеломляющий эффект на всю нашу дальнейшую жизнь просто потому, что это наш личный опыт. Скажем, подумайте о жизни собственных предков. В России несколько сот лет назад они, скорее всего, были крепостными. Их могли разлучить с семьей, продать. Да и жизнь дворян среди антисанитарии, невежества и войн тоже была не сахар.

Вот сейчас, думая о жизни предков, вы испытали стресс?

Полагаю, что нет.

Нервная система устроена так, что нейронные связи, создающие эмоции и определяющие решения, возникают в основном в результате наших собственных действий. Как бы ни были правы все поговорки о том, что надо учиться на чужих ошибках, учимся мы в первую, да и во вторую очередь на своём опыте.

Приоритетное внимание к личному опыту и невозможность забыть «по щелчку» приводит к тому, что мы, смешно споткнувшись в детстве на сцене, всю жизнь боимся выступать. Одно неудачное знакомство на улице, одно провальное собеседование – не будем больше знакомиться, станем держаться за обрыдлую работу до последнего. И чем дольше мы так поступаем, тем сложнее всё изменить. Пытаясь избежать повторения огорчившего его события, человек начинает избегать всех сколь-нибудь похожих на него ситуаций, лишая себя огромной части собственного счастливого будущего. Привыкая к плохому.

Разовый негативный опыт – одно из наибольших зол на нашем жизненном пути.

Более того, Тёмный Друг, стремясь поддержать нас, начинает искать плюсы в негативном опыте. Пережитые трудности заставляют наделять их причину особой ценностью. Нам важно показать, что мы не зря терпели лишения. По этой причине самые яростные фанаты обычно «топят» за наиболее сложные программы или оборудование, то, в чём не разберёшься с наскока. Для них признаться, что другие варианты дают аналогичный результат без всякого напряжения равнозначно расписаться в собственной глупости. Пожалуй, наиболее печальный пример, как защитный механизм нашей психики пытается выставить отрицательные переживания в положительном свете – искренняя вера некоторых в то, что «бьёт – значит любит».

Более того, так как мы привыкаем к плохому – то можем привыкнуть и к очень плохому. Особенно если оно подкрадывается незаметно. Вредные привычки работают исподволь. Никто не спивается в один день, за ночь мы не набираем двадцать лишних килограммов. Большинство проблем в жизни следствие маленьких рисков, постепенно наслаивающихся друг на друга. Многолетнее игнорирование требований Минздрава, длинные цепочки, казалось бы, небольших ссор в семье.

Путь от менеджера до бомжика может занять десятки лет. Психологическая иммунная система поможет, сгладит стресс от падения в бездну. Только нужна ли нам такая помощь? Поэтому контролируем, не смирились ли с тем, что «мне всегда не везёт», «уже поздно что-то менять» – не выучились ли беспомощности. Пессимистический взгляд на мир формирует привычку всегда и во всём винить себя, не находя никакого просвета в будущем.

Для контроля следите за стилем внутреннего диалога. Сигналы опасности: привычка думать, что «так будет всегда»; объяснение неблагоприятных событий общими причинами: «у меня такой характер»; неверие в возможность изменений. Даже если речь идёт о не единичном случае, даже когда весь прошлый опыт негативен – предпринимать периодические попытки изменить ситуацию необходимо.

О чём мы будем жалеть: анти-чеклист для сомневающихся

В результате слаженной работы девяти психологических механизмов большинство людей искренне убеждены, что задача измениться ещё вполне может подождать.

Так, может, ничего и не делать? Конечно, «Спринт к лучшему», изменение себя звучит очень хорошо и замечательно. Но в глубине души слышен шёпот Тёмного Друга: «Ну а что будет, если ничего не будет? Может, отложить книжку в сторону со словами: „Да ну, ещё успеется“?» Ну что ж, давайте посмотрим, о чём мы будем жалеть, поступив подобным образом.

Для этого проведём небольшой мысленный эксперимент. Многие из нас в глубине души надеются на чудо. Хотя бы маленькое. Сделаем себе приятное и представим, что оно произошло – захо́дите на выставку «Россия» и вдруг звучит торжественная музыка, взрываются хлопушки, к потолку взмывают воздушные шарики. К вам подбегает взволнованный менеджер, сообщает: «Вы наш миллионный посетитель!» – и вручает чек на 10 тысяч рублей. Всё хорошо.

Немного другая ситуация. Вы заходите на выставку, хлопушки, музыка, только вот миллионный посетитель – какой-то замухрышка перед вами, и ему дарят миллион рублей. А вам в качестве утешительного приза дают 15 тысяч.

В какой ситуации вы бы хотели оказаться?

Это модификация примера от лауреата Нобелевской премии по экономике Ричарда Талера, в котором многие, да и я тоже, предпочитают первый вариант. Во втором случае лишние пять тысяч рублей явно не окупят мощную волну грусти и переживаний. Скорее на протяжении многих лет мы будем вспоминать, а при случае рассказывать всем, как чуть было не выиграли главный приз. В голову полезут печальные мысли о собственном везении. Страх испытать сожаление вполне способен противостоять даже желанию заработать денег.

Наше решение действовать блокирует опасение будущих сожалений.

Выражение «зона комфорта» известно всем, но мало кто задумывается, а почему здесь, собственно говоря, комфортно, а вот там – уже нет. Нам не лень, мы вовсе не экономим силы, деньги и время. Основная причина, по которой тяжело покидать насиженное местечко, тратить время на что-то новенькое – страх совершить ошибку. Мы боимся, что станем жалеть о своём решении. Пилить себя и выедать себе мозг.

Как и многие неприятные штуки, сожаление несёт вполне практическую пользу. Переживая о прошлом поступке, мы уделяем больше времени подготовке, принимая решение в аналогичной ситуации. Сожаление подталкивает нас к тому, чтобы в будущем испытывать меньше сожалений. Мы стремимся избежать ситуаций, в которых опасаемся снова ощутить глубокую грусть. Только вот какие именно это будут ситуации, чего нам следует избегать, мы предполагаем неправильно.

Давайте проведём второй мысленный эксперимент, прообраз которого был поставлен в реальности лауреатом Нобелевской премии по экономике Даниэлем Канеманом вместе с его коллегой Амосом Тверски.

Ситуация № 1. Представьте, что добрый дядюшка подарил вам акции нефтяной компании. В течение года вы думали поменять их на акции газовой компании, но решили не делать этого. В результате заработали на 100 000 рублей меньше.

Ситуация № 2. Другой добрый дядюшка подарил вам акции банка. В середине года вы, начитавшись газет, поменяли их на акции железной дороги. В результате тоже заработали на 100 000 рублей меньше.

Вопрос. В какой ситуации горечь от потерь будет сильнее?

Подавляющее большинство людей считают, что больше сожалели бы во втором случае. Когда дёрнулись менять акции, сглупили и потеряли.

Мы полагаем, что будем переживать из-за неудачных поступков.

Пытаясь избежать будущих сожалений, люди отказываются от новых, непривычных моделей поведения. Решают сохранить статус-кво. На ум приходит успокоительная мысль, что отрицательный результат – тоже результат, а отказ от решения – тоже решение. Фразы, конечно, правильные.

Только в реальной жизни всё строго наоборот. На самом деле с возрастом люди всё больше грустят из-за упущенных возможностей: вспоминают то, что могли бы сделать и кем стать, как отказались перейти на новую работу, не решились получить желаемую специальность, побоялись познакомиться, промолчали на совещании.

Мы будем сожалеть о своём бездействии.

Кстати, одним из основных поводов разочарований для людей, по данным профессора Северо-Западного университета Нила Роуза и Эми Саммервиль, профессора университета Майями, считается бездействие в процессе обучения, мысли, что мы не получили нужного образования или выбрали не ту специальность. Могу подтвердить лично: после окончания факультета психологии МГУ я отказался, несмотря на уговоры родителей, продолжить учёбу за границей и до сих пор периодически думаю, как любопытно бы изменилась моя жизнь. Сожалений не отменяет даже тот факт, что спустя пятнадцать лет я всё же поехал получать MBA в INSEAD во Францию.

Причина, по которой нас расстраивает собственное бездействие – способ, с помощью которого Тёмный Друг справляется с грустью. Он крайне прост – мы ищем причины, на которые можно свалить вину за произошедшее. А их намного легче найти, когда что-то сделано. Пусть ничего путного не вышло, всё получилось не так, как мы задумывали – объяснение найдётся всегда.

Действия, даже несколько дурацкие, оправдать легко. В молодости многие творили что-то, от чего сейчас волосы встают дыбом – вот пересмотрите свои фотографии юности. Однако вспоминаются эти моменты, как правило, с улыбкой. Мы не упрекаем себя, что увлекались странными вещами, так и не пригодившимися нам во взрослой жизни. Напротив, вспоминаем их как интересный и забавный опыт.

Справиться с переживаниями легче, когда в случае плохого результата мы можем придумать себе оправдание, объяснить, почему так получилось. Но если мы бездействовали, использовать этот базовый механизм борьбы с сожалениями толком не получится.

Сожаление от действий со временем уменьшается. От бездействия – только увеличивается.

В случае неудачного брака можно найти сотню причин, почему так получилось, или даже спасти его. Но если мы побоялись подойти к объекту своих вздохов, и наш избранник сыграл свадьбу с другой – уже поздно. Оправдать собственное бездействие крайне сложно. Более того, горечь дополнительно усиливается воображением – когда в реальности ничего не произошло, то легко фантазировать, что всё могло бы сложиться несравненно прекрасным образом.

Мы сожалеем вовсе не о том, о чём собирались сожалеть. Боимся, что новые действия будут ошибочны, ухудшат текущее положение дел, хотя в будущем намного сильнее станем переживать, что так и не решились совершить тот или иной поступок. Нереализованные попытки с течением времени превращаются для нашего Тёмного Друга в упущенную возможность. В потерю. А мы не любим чего-то терять, особенно безвозвратно.

Отказавшись по-настоящему круто изменить свою судьбу мы способны переживать об этом всю дальнейшую жизнь. Эксперт по мотивации, лидерству и поведенческой экономике Дэниел Пинк приводит данные: около 82 % людей порой испытывают сожаление при мыслях о прошлом, около 45 % «часто» или «всё время». И лишь 1 % заявил, что никогда не грустит, думая о минувших днях. Хотите убрать кошмары из собственной будущей жизни? Меняться необходимо. Для начала – хотя бы дочитать эту книгу до конца.

Мы значительно, намного сильнее будем жалеть о том, чего так и не случилось.

Это верно для всех демографических и культурных групп. Избегайте бездействия. Ни о чём мы настолько сильно не станем переживать, как о том, чего так и не сделали. Даже жуткие ошибки впоследствии приобретают определенный шарм. Через много лет мы способны шутить над ними, говорить, что «обогатились опытом». Но для бездействия объяснений нет.

На словах многие признают необходимость перемен, только в реальности отчаянно цепляются за неизменность однажды созданной структуры и процессов. Хитроумные психологические механизмы заглушают любые поползновения к изменениям. Когда тонкий голосок «надо что-то делать» пробился на уровень сознания – значит в реальности положение весьма серьёзно. Скорее всего, за этим ростком скрываются мощнейшие корни многочисленных проблем.

А ведь этот голосок слышим мы все. Например, в 2025 году я собрал около 5500 ответов своих читателей на вопрос – насколько они готовы согласиться с утверждением: «В целом, я считаю себя очень счастливым(ой)». Больше двух третей (68 %) заявили, что «согласны» и «скорее согласны». Прекрасно! Казалось бы – живём и радуемся.

Дальше началось странное. Следующие утверждения были в целом схожи: «Я полностью удовлетворен(а) моей жизнью» и «Если бы мне пришлось жить ещё раз, я бы оставил(а) всё как есть».

Вообще-то особой разницы между ответами на все три утверждения наблюдаться не должно. Ведь если ты счастлив – значит и в жизни тебя всё устраивает, и вряд ли есть смысл что-то менять. Однако лишь половина (53 %) людей заявили, что удовлетворены своей жизнью. И только треть (38 %) готовы оставить всё как есть.

«Парадокс Молчанова»: люди говорят, что счастливы, только хотят всё изменить.

Холодный голосок неудобной истины покалывает нас изнутри. Потому что в глубине души мы понимаем – меняться необходимо. Шансы, которые подворачиваются не слишком часто, следует крайне внимательно изучать, прежде чем принять решение отказаться от них. Возможно, вы опасаетесь проснуться рано утром через много-много лет, окинуть взглядом прошедшую жизнь и с мучительной горечью осознать всю ту череду неправильных выборов и решений, которую совершили в жизни? Вспомнить дорожки, по которым не пошли, хотели, но откладывали? Так вот, это вы не зря опасаетесь. Не бойтесь, пробуйте, влезайте в новые дела и даже авантюры. Действуйте. Чтобы вы успели не только начать, но и сделать, довести задуманное до конца и отметить праздничным фейерверком свою победу – запомните уловки самообмана и обойдите их стороной.

Прикасаемся к реальности № 2. Проверяем – довольны ли мы своей жизнью.

Время: 10 минут. Сложность: 2 из 10

Хочется узнать, живём ли мы жизнью, о которой не станем жалеть, с радостью ли вспомним о прошедших днях в старости. Возможно, пришла пора что-то изменить? Вопрос сложный, однако существует способ получить быстрый ответ.

Неважно, как звучит должность человека, сколько он получает, чем увлекается и где работает. Такие сведения ведут за собой лишь новые вопросы. Единственное, что стоит спросить: «Что вы обычно делаете во вторник вечером?»

Вспоминая прошлое, первыми на ум обычно приходят самые яркие моменты. Выходные часто планируются заранее, интересные события на них случаются чаще. А вот то, что вы делаете в условный вторник вечером, и есть типичная картина вашей жизни.

Вы ей довольны?

Забираем с собой

Наш взгляд на самих себя и свою жизнь – один из самых ненадёжных источников информации. Мы живём так, будто впереди – бесконечное «потом». Откладываем перемены, потому что Тёмный Друг убеждает: ещё успеется, сейчас не время. Нам мешают иллюзии контроля, вера в счастливую звезду, страх потерь и миражи собственного превосходства. Вместе они создают уютный капкан, в котором можно провести всю жизнь, надеясь на скорое лучшее.

Мы не любим перемен. Боимся меняться, так как думаем, что будем сожалеть о своём решении, о неудачных поступках. На самом деле в будущем мы станем переживать только из-за своего бездействия.

Действуйте – и вы не пожалеете об этом.


Второй шаг зафиксирован! Забирайте ачивку «Сломанные розовые очки» в чат-боте книги. Помните: каждый отмеченный успех и выполненное задание делают ваше лучшее будущее на шаг реальнее, а не растворяются в «ну я же понял идею». Ссылка и QR бота на прежнем месте: nmolchanov.ru/darkfriend.

Спринт № 3. Зал ожидания желаний: почему мы делаем не то, что собирались

Конфликт «хочу», «нравится» и «надо»

Конечно, мы бы с радостью начали действовать, если бы были полностью уверены в том, что исполняем собственное предназначение. Правда, для этого сперва необходимо понять: «Зачем я здесь? В чём смысл моей жизни?» Каждый уважающий себя подросток просто обязан посвятить какое-то время обдумыванию подобных вопросов. Но и повзрослев, люди часто надеются на обретение некоего высшего смысла, через призму которого получат цель и все их остальные действия и поступки.

Ну что ж. Не будем откладывать в долгий ящик, кто искал собственное предназначение – держите. С биологической точки зрения наша основная задача – распространить свои гены, пусть и не так широко, как Павел Дуров. Для решения этой задачи мы с вами и сконструированы, всё остальное второстепенно. Удовольствие от жизни испытывать, конечно же, хочется, однако природой в качестве необходимого элемента оно не предусмотрено.

Увы, но смысл эволюции вовсе не в том, чтобы мы жили долго и счастливо.

В результате некоторые люди решают, что надо брать дело в свои руки и включаются в непрерывную погоню за радостями жизни. На первый взгляд, кажется, что всё логично. Более того, ранние исследования подтверждали, что тяга к удовольствию – мощнейший стимул для живых существ. Ещё в 50-х годах прошлого века один из основателей нейробиологии Джеймс Олдс и психофизиолог Питер Мильнер провели знаковый эксперимент в науке. Они обнаружили, как это часто бывает – случайно, что крысам нравится стимуляция электрода, внедрённого в прилежащее ядро, часть лимбической системы головного мозга.

Когда грызунам дали возможность самим нажимать на рычаг, они непрерывно занимались самостимуляцией, буквально не отходя от него ни на минуту. Теряли интерес ко всему и умирали от жажды4.

В результате был сделан эффектный вывод: стремление к удовольствию сильнее всех остальных потребностей, вместе взятых. И только через несколько десятков лет выяснилось, что правда ещё интереснее. Мы не обязательно стремимся обладать тем, что нам нравится, и наоборот.

«Мне нравится» и «я хочу» – две разных, хоть и близких системы нашего мозга.

Система «хочу» эволюционно более древняя. Для выживания вполне достаточно, если мы хотим то, что нам необходимо. Хотеть что-то могут и бактерии. А вот удовольствие к этому прикрутили значительно позднее.

Многие слышали о дофамине, считают этот гормон связанным с удовольствием. Однако если крысам отключить дофаминовую систему, сладкая вода им по-прежнему будет нравиться. Они продолжат получать удовольствие от сахарка. Только вот искать его крысы больше не будут. Точнее даже таких крыс надо будет кормить насильно, иначе они умрут от голода и жажды (да, путь к познанию психики человека буквально устлан мёртвыми крысами). Поэтому дофамин правильнее называть скорее гормоном мотивации.

Чтобы мы стали хотеть чего-то, вовсе не обязательно, чтобы это что-то нам нравилось.

Классический пример – никотиновая зависимость. В последние годы перед тем, как я избавился от этой привычки, никакого удовольствия она мне уже не доставляла. Скорее напротив, я злился каждый раз, прикуривая сигарету. Только курить продолжал.

Верно и обратное, одного удовольствия для начала действий может быть недостаточно. По большей части оно выступает в качестве дополнительного источника мотивации, причём направленного скорее на торможение «ненужных» желаний. Мы можем, завидев шоколадный тортик, не броситься к нему, урча, как старый подвесной мотор, а отложить приятное на потом, пожертвовать сиюминутным наслаждением ради большего удовольствия в будущем.

Как будто этого мало, люди умудрились придумать ещё одну систему – «надо», которая часто вступает в конфликт и с тем, что нам хочется, и с тем, что нам нравится.

Система «надо» искусственная, поэтому обычно проигрывает. К примеру, перед отпуском я запасливо закачиваю в дорогу документальные фильмы, научные подкасты, беру умные книжки. А в результате за рулём или на пляже слушаю и читаю что полегче, ибо хочется потупить и отдохнуть. В битве между «хочу» и «надо» ключевой фактор – время. Если я хочу есть прямо сейчас, то, скорее всего, куплю пельмени. Но, заказывая продукты на следующую неделю, добавлю в корзину полезных овощей.

Система «надо» обычно направлена на достижение целей, к которым мы стремимся осознанно. Скажем, популярное намерение привести вес в порядок. Желание есть. Что делать – тоже понятно. Только ничего не происходит, на физиологическом уровне нас, наоборот, тянет к жирному и сладкому. Сознательные намерения почти всегда проигрывают витальным потребностям, высеченным практически на уровне спинного мозга.

Например, вы пойдёте ещё раз в кафе, после посещения которого вас стошнило? Сомневаюсь. Мы прощаем людей, которые делали нам гадости, с которыми мы ссорились. А вот кафе нет, кафе второй шанс мы не дадим. Бывают и более изощрённые ситуации – парень отравился чем-то ещё в трёхлетнем возрасте. И сам, и его родители забыли об этом, но нейронные связи, сигнализирующие об опасности, сохраняются. Результат – на протяжении всей жизни человек избегает целого ряда продуктов, которые по ассоциации напоминают мозгу об отравлении.

Всё, что связано с физиологическими потребностями, изумительно хорошо привлекает внимание Тёмного Друга. Даже на уровне бюджета можно заглянуть в банковское приложение и проверить – сколько денег за последний месяц мы потратили на еду, одежду и квартплату, а сколько – на духовное развитие.

Наша задача – увидеть различия между «хочу», «нравится» и «надо» и начать связывать их вместе. Приятное или желаемое событие обычно ставят до или после нужного нам действия, но высший шик – совместить их вместе. Надо съесть полезный ужин? Объединяем с просмотром любимого сериала.

Обычно мы действуем строго наоборот. Совмещаем приятное с приятным. К примеру, я с детства люблю читать, лежа на кровати с яблоком в руке. Такое удовольствие в кубе. Также делает мой сын Витюша, хотя я не уверен, что подобное поведение передаётся генетически.

Худший вариант, решив «измениться к лучшему», мы начинаем строить цепочки «надо-надо-надо», на выполнение которых не хватит никаких запасов силы воли. Поэтому – чередуем. Выполнили то, что «надо» – делайте то, что «хотите» или «нравится».

Счастье не в достижении идеала, а в том, чтобы быть лучшим собой в каждый момент времени.

В конечном счете существует ли какой-то глобальный смысл – большой вопрос. Полезнее помнить, что в каждый момент жизни мы стоим перед выбором, решая, как поступить здесь и сейчас. И если ощущаем, что «всё правильно», что мы действуем так, как и следует – тогда и испытываем чувство счастья.

Только вот когда мы стоим перед этим самым выбором, Тёмный Друг исподволь подталкивает нас в сторону одного из вариантов. Так что перед тем, как потратить силы на пути к нашей мечте, давайте поговорим о новых впечатлениях, деньгах, славе и прочих замечательных вещах, которые временами так нравятся многим людям, а на самом деле – их Тёмному Другу. Стоит ли стремиться к ним или к их производным, как к основным целям в жизни?


Прикасаемся к реальности № 3. В поисках смысла жизни.

Время: 2–3 часа. Сложность: 4 из 10

Если хочется понять собственное предназначение, можно попробовать одну, на первый взгляд, депрессивную технику. Придумайте надпись, которую бы вы хотели видеть на собственном надгробии. Что прочтут потомки и случайные прохожие. А так как могильный камень – не место для романов, то придётся выбирать фразу покороче. Квинтэссенцию результата жизни.

На кладбище при этом ходить не обязательно. В своё время я, стремясь «сделать всё красиво», для выполнения техники забрался в Пер-Лашез. В итоге просто ходил и думал о красоте, знаменитостях и вечности. Форма редко важнее содержания, особенно когда речь идёт о психологии.

Выбрав эпитафию, становится проще принимать решения. Сверяйтесь с ней время от времени и проверяйте – вы сейчас делаете то, что действительно хотите или размениваетесь на пустяки?

Мир новых впечатлений

Итак, наконец-то вы вырвались в отпуск, прилетели в отель, назойливый носильщик дотащил чемодан до номера, дверь открыта. Что станете делать дальше?

Лично я с женой и детьми немедленно проходим в комнаты, заглядываем в ванную, выходим на балкон, осматриваемся и лишь затем раздеваемся, открываем чемоданы и начинаем обживаться. Поведение моей семьи ничуть не отличается от животных – собака в новой квартире тоже будет бегать по всем углам, нюхать и знакомиться с местностью. Нас тянет исследовать новое. Дети стучат по стеклу в зоопарке, догадываясь – новый звук привлечёт внимание животных. Да и сами мы непременно оглянемся, если кто-то дотронется до нашего плеча. Сильнее всего мозг реагирует на новую информацию. Мало ли что – а вдруг она несёт угрозу или говорит о чём-то крайне важном?

Получение новой информации – одна из врождённых потребностей человека.

Получение новых сведений не равнозначно изменению привычной модели поведения, прокладке новых нейронных путей, о которых мы говорили выше. Мы просто узнаём больше о ситуации, находясь в привычном для нас положении. Скажем, время от времени Тёмный Друг решает, что ему не хватает сведений о чём-либо. На заре человечества – узнать, кто это вооон там сидит в кустах. Сейчас – разобраться, стоит ли инвестировать в крипту. Хотя замученный ЕГЭ школьник начнёт яростно протестовать – изучать новую информацию людям, в принципе, нравится. Правда, лишь ту, которая интересна им самим. Удовлетворив любопытство, мы испытываем позитивные эмоции. Потому что чем больше информации – тем точнее поведение.

Новизна притягательна. Для проверки возьмём самца крысы и, вообразив себя доброжелательным божеством, засунем его в коробку с четырьмя самочками в период течки.

Морально неустойчивый крыс моментально начинает спариваться со всеми, пока силы не покинут его. Но мы же доброжелательное божество. Поэтому кладём в коробочку ещё одну самочку. Новенькую. И вдруг, увидев её, наш крыс понимает, что в принципе он способен ещё на один разок. Причина – после первых оргазмов уровень дофамина снижается. Наступает такая послесексовая пассивность – post coitum animal triste est. Но вид новенькой особи заставляет мозг заново запустить выработку дофамина, мол, «смотри, возможность распространить генетический материал».

Самцу крысы для достижения оргазма требуется примерно две с половиной минуты. Для пятого подряд совокупления с одной и той же самкой – уже семнадцать минут. А вот если нужно по разу с пятью самками – всё будет примерно также быстро, как и в первый раз.

Тяга к новенькому проявляется не только при смене партнёров, но и в склонности менять место работы или проживания. Из-за этой особенности маркетологи постоянно создают чуть отличающиеся версии товаров, в искусстве множится образ «прекрасной незнакомки», а не «хорошо знакомой дамы». Тягу к новизне активно эксплуатировали во времена ярмарок невест – молоденьких девушек вывозили в свет не в родном городе, где их знали с детства, а отправляли к родственникам, лучше – в столицу.

Отсутствие же интереса к новому – плохой признак. Пластом на диване мы чаще всего лежим во время депрессии ночью в одиноком октябре.

Так что новизна – это лёгкий ответ, один из первых, приходящих на ум при вопросе «чего мы хотим». Именно поэтому многие люди называют путешествия достойной целью в жизни. Хотя непосредственно в путешествиях эти же люди способны испытывать тревогу, пытаясь «успеть всё», как будто отдых разновидность работы.

Вдобавок в современной культуре создан практически культ непрерывного потребления новизны. Точнее, принято считать, что разнообразие помогает развитию личности и приносит удовольствие. Миф о важности «личностного роста» пришёл из романтизма. С тех пор стало нормой мнение, что человек должен раскрыть собственный внутренний потенциал, для чего желательно получить максимально широкий жизненный опыт. В результате кажется, что необходимо постоянно развиваться, узнавать как можно больше нового, ну или как минимум, хотя бы делать вид, что этим занимаемся.

Обычная, размеренная жизнь представляется практически чем-то неприличным. И я грущу, когда эффектная знакомая рассказывает, что занимается сальсой, бачатой, вернулась с форума в Давосе, посещает концерты классической музыки при свечах, успешна в карьере, да ещё и водит детей на разнообразные развивашки.

Однако не стоит полагать, что стремление к самореализации заложено в нас природой. Как писал ещё Джеральд Даррел: «У животных есть свои, чётко ограниченные территории, которые определяются тремя факторами: пища, вода и пол. Обеспечьте их всем этим на ограниченном участке, и животные никуда не уйдут».

Итак, новизна нам нравится, и именно поэтому важно отделять чувства, возникающие в силу новизны, от самого события. Напоминать себе, что новый человек может произвести благоприятное впечатление вовсе не в силу каких-то своих необыкновенных качеств, а просто потому, что он – новый.

Эффект новизны быстро проходит, а вместе с ним испаряется и всё связанное с ним удовольствие.

Вспомните, как жарким летом зашли в лифт и были буквально раздавлены ароматами чужих одеколонов. Но когда долго сидишь с коллегами в одном помещении, запах скоро перестаёт чувствоваться.

И так везде: первый глоток кофе, первый кусочек восхитительного блюда, первое знакомство с чем-то интересным – на них мы обращаем внимание, отмечаем вкус и собственные ощущения. А вот допиваем ту же кружку кофе уже на автомате. Кажется, ничего удивительного, всё понятно, просто привыкли. Только пробники – ерунда. Мы не задумываемся, что точно так же Тёмный Друг перестаёт восторгаться и более глобальными вещами. Горы, море, любовь – в первый раз всё вызывает бурю эмоций. Потом – уже спокойнее.

Чем мы старше, тем сильнее ощущение, что «время летит», что последние годы промелькнули как миг. Раньше оно не летело столь быстро. Школьная и студенческая жизнь вспоминаются сотнями смешных случаев, курьёзов, первых открытий. А потом – провал. В промежутке, скажем, между тридцатью и тридцатью пятью куда-то исчезли целые пласты жизни.

Почему так? Конечно, влияет пропорциональность: для пятилетнего ребёнка лето – «это маленькая жизнь», а для взрослого – всего три зарплаты. Но главное – новизна. В детстве каждый день был полон открытий. Тёмный Друг замечал эти уникальные события и щедро тратил ресурсы на запись их в памяти. А с возрастом рутина захватывает нас, и мозг начинает «склеивать» однотипные моменты. Чем сильнее мы ощущаем, как дни уходят сквозь пальцы в песок – тем быстрее идёт наше субъективное время.

Доступный нам круг новизны, а значит, и удовольствий, мы способны истощить очень быстро.

То, что мы обращаем внимание на всё новое, вовсе не означает, что к новому нам и стоит постоянно стремиться. Пресыщение удовольствиями – это, конечно, что-то на богатом, но вести себя сдержаннее – выгоднее.

Более того, избыток новизны и не принесёт нам особой радости. Разнообразие важно лишь в случае событий, происходящих одновременно. Нет никакого смысла заказывать любимый салат на первое, второе и третье. Никто не строит парк аттракционов с десятью одинаковыми каруселями. «И, – продолжает эту логику Тёмный Друг, – значит, чем больше в будущем будет чего-то новенького, тем лучше!» Забывается, что однотипные события будущего будут разделены промежутками времени. А в таком случае всё наоборот – вернувшись в парк аттракционов через месяц, хочется увидеть те же горки, что понравились при прошлом посещении. Если между приятными событиями делать перерывы – они будут продолжать радовать нас, пусть и не так сильно, как в первый раз.

Больше всего удовольствия приносит не разнообразие. А то, что доставляет нам удовольствие.

Тягу нашего Тёмного Друга к разнообразию необходимо контролировать. Берегите свою новизну.

Быть таким же, как все

«Это несправедливо», – говорит мой сын. Жизнь в многодетной семье – непрерывный поиск баланса, кто станет играть мечом, кто копьём, а кто молотом. Бесконечное выяснение, почему любая из возможных комбинаций всё равно крайне нечестна с точки зрения двух из трёх детей.

Находясь рядом с другими, волей-неволей замечаешь, что кто-то живёт получше. Забирает себе вкусные кусочки и лакомых партнёров. И это нам крайне не нравится. В одном из экспериментов этолога и приматолога Франса де Вааля обезьянка-капуцин получала огурец за выполнение задания. Что, с точки зрения обезьянки, вполне достойная награда. Затем другой капуцин, сидящий в соседней клетке, выполняет аналогичное задание. И вдруг ему дают виноградинку.

«Товарищ Сталин, произошла чудовищная ошибка», – растерянно думает первый примат. Но когда повторно получает огурец, а соседу вновь достается виноград, обезьянка впадает в бешенство. Швыряет огурцом в экспериментатора. Что с рациональной точки зрения глупо – огурец всё же лучше, чем ничего.

Но несправедливо.

Причём это понимает даже получившая виноград обезьяна, порой пытаясь поделиться с невезучей товаркой и восстановить баланс справедливости. Острота реакции вызвана тем, что несправедливое обращение расценивается как покушение на статус.

Для наших предков статус определял всё.

Что ты будешь есть, с кем спать и чем заниматься. Качество, привилегии и продолжительность жизни. Сигналы, свидетельствующие «да он крут!» – положительно влияют на выживание.

Стремление защитить свой статус закрепилось в качестве одной из ключевых потребностей благодаря жизни в социуме. Вопросы собственного положения в сравнении с другими беспокоят всех коллективных животных, что нас людей, что коров. У них, конечно, вопрос решается несколько проще – молодая тёлочка задирается с каждой из товарок по стаду. Выясняют, кто сильнее, а дальше, сталкиваясь с бывшей соперницей, по запаху вспоминает результаты схватки и либо подчиняется, либо ведёт себя как доминант. В результате в стаде на долгое время определяется альфа корова. Смены власти редки, потому что мощностей коровьего мозга для пересмотра социальных связей маловато. То ли дело люди. Количество нейронов в нашей голове позволяет производить переоценку и отслеживать угрозы собственному статусу практически непрерывно.

Поэтому прилюдная критика, насмешки, опасение сглупить в окружении незнакомых людей ввергают нас в жесточайший уровень стресса. Именно в силу важности статуса беспокойство вызывают даже малозначимые моменты в стиле «Боже мой, у меня испачканы брюки! Соседи по вагону метро видели это!». Сознательно мы понимаем, что дёргаемся по пустякам. Но объяснить это Тёмному Другу крайне сложно. Ведь если над нами хихикают, то это прямая угроза статусу, критичному для выживания. Запускается процесс тревоги.

За прямое покушение на статус следует немедленный ответ.

Собственно говоря, зачем на протяжении многих веков люди дрались на дуэлях? Как гласит классическая русская литература, дуэль – дело чести. Смыть кровью нанесённое оскорбление. Если тебя унизили, а ты стерпел – среди аристократии, в офицерской среде статус падает до нуля. Жить будешь, но в приличное общество вход будет закрыт.

В современном мире стремление сохранить свой статус никуда не делось. Допустим, мы точно знаем, что через пару месяцев покинем этот мир. Посторонние люди начнут рыться в наших вещах, читать переписку, смотреть файлы. А ведь вполне возможно, что там хранятся свидетельства ошибок молодости, всякие порочащие честь материалы «для частного использования». Выбросим, на всякий случай?

Обычно замести следы хотят все, даже атеисты. А зачем? Когда избавляются от чего-то при жизни – ещё можно понять. Многие писатели уничтожали свои произведения – Пушкин, Ахматова, Булгаков, Гоголь с его сожжённым вторым томом «Мертвых душ». Но от рукописей избавлялись и после смерти. Душеприказчики Байрона уничтожили его мемуары, опасаясь, что скандальная публикация повредит имиджу писателя. Если бы друг Франца Кафки исполнил последнюю волю писателя и сжёг его романы, никто сейчас не знал бы о Кафке. Люди стараются защитить репутацию и после смерти, а уж в стремлении отстоять свой ранг при жизни способны зайти крайне далеко.

Например, вы выиграли в лотерею. Ура-ура, все счастливы, покупаете машины, золотые статуи, вращающиеся вслед за солнцем, путешествуете. Но что, если в лотерею выиграл кто-то другой? И не просто другой, а наш сосед? Близкий знакомый, коллега по работе?

Профессор экономики Калифорнийского университета в Санта-Барбаре Питер Кун с коллегами провели исследование победителей голландской почтовой лотереи. Везунчики, что не удивительно, в основном бросались покупать себе машины и прочие товары длительного пользования. Только машина – вещь ценная, а главное – заметная для окружающих. И соседи победителей также показывали более высокий в сравнении со средним уровень потребления автомобилей в течение полугода после оглашения результатов лотереи.

Я отлично понимаю чувства этого соседа-голландца. «Что, Петер выиграл новенькую BMW? Пора и нам обновить авто – заодно покажем, что мы зарабатываем достаточно и можем купить машину без всякой там лотереи».

Правда, есть одно «но». На самом деле – нет, не можем. Как показало исследование Сумита Агарвала, профессора экономики в Национальном университете Сингапура – охваченные завистью люди переоценивают свои финансовые возможности. Выигрыш в лотерею приводит к увеличению заявлений о банкротстве среди ближайших домовладений.

Мы, конечно, рады, когда друг получил феноменально большую премию. Но к этой радости обычно примешивается какое-то грызущее чувство разочарования – ведь если он лучше, значит, мы – хуже. Зависть – знакомое, родное чувство, но лучше следить, чтобы оно не приводило нас к необоснованным тратам денег, сил или времени.

Наше затаённое желание – находиться как минимум наравне с окружающими. Жить «не хуже прочих».

На самом деле, стоит ли всегда поддерживать и оберегать свой статус – вопрос сложный. Мысль о том, что Пушкин защитил свою честь, как-то слабо радует в сравнении со множеством ненаписанных шедевров. Фраза «быть живой собакой или мертвым львом» звучит, конечно, очень красиво. Но, как правило, на наш статус покушаются менее статусные особи. Правильнее научиться их высокомерно игнорировать. Не стоит разбираться с водителем каждой заниженной приоры, подрезавшей тебя на дороге. Повышаем уровень пофигизма.

Надежда на справедливость, что наш статус оценят по заслугам, позволяет сохранять душевное равновесие. Только это иллюзия. Она полезна, поддерживает позитивный взгляд на мир, но при этом остаётся всего лишь фантомом.

Мир несправедлив, а наши возможности повлиять на него ограничены.

Я придерживаюсь принципа «сидеть на холме и ждать, пока река пронесёт труп моего врага». Не потому, что верю во вселенскую справедливость и ожидаю, что плохие получат по заслугам. Просто жизнь часто идёт по синусоиде, и испортивший нам настроение человек рано или поздно вляпается в свою собственную чёрную полосу. Пусть в данный конкретный момент времени со статусом что-то и не ладится – не переживайте. Так или иначе, но по заслугам воздастся всем.

Стать лучше других

Помните эксперимент с обезьянкой из предыдущей главы? Я не рассказал его до конца. Жизнь многогранна: существуют ситуации, когда соседу дают виноградинку, а наш капуцин сидит смирно и жуёт огурец. Не выказывая ни малейшего беспокойства.

Почему?

Потому что в этих ситуациях виноград давали «старшему по рангу». Когда более привлекательную награду получает лидер – всё в порядке. В аналогичном эксперименте с воронами низкоранговые птицы нажимали рычаг для получения еды в 80 % случаев, а вожак – лишь в 2 %. Но затюканый ворон вовсе не получал большую часть добытой им еды. Нет, на его долю приходилась примерно треть пищи, остальное забирали крутые сородичи. Для людей и животных ситуация, когда более высокостатусные персоны живут лучше, выглядит хоть и неприятно, но в целом справедливо.

Поэтому следующее желание Тёмного Друга – не просто сохранить, но и повысить свой статус. Ради этого люди готовы пойти на многое. Нас окружают коллеги, которые лебезят, хитрят, пытаясь продвинуться вверх по карьерной лестнице. Другие с придыханием рассказывают, что последнюю версию iPhone везли аж из Дубая. В общем, пытаются поднять или подчеркнуть свой статус. Хорошо, что мы не такие.

Такие-такие. Стремление к равенству крайне благородно, но в реальности – чем сильнее уравнены в правах члены группы, тем всё более тонкие различия привлекают внимание.

Мозг приматов настроен на непрерывный поиск угроз собственному положению в коллективе. Мы постоянно обращаем внимание на информацию, показывающую: «Эй, да я недооценён! На посту директора, да даже министра я был бы ничуть не хуже этого остолопа!» На поверку оказывается, что мы готовы поступиться статусом лишь в той области, которая нас мало заботит. Человеку может быть плевать на карьеру, моду, но это значит лишь то, что для него погоня за ростом статуса происходит в другом направлении. Скажем, критичен ранг в многопользовательской онлайн-игре или положение в клубе филателистов.

Стремление вознесись на вершину очень, очень естественно. Даже в самом обычном курятнике можно найти главную курицу. Она всех клюет. У альфа-куры обычно есть помощница. Бета. Она клюет всех, кроме альфы. И так далее. Эта система называется «порядок клевания», и она присутствует у всех стайных животных.

Стремление к повышению уровня собственного статуса совершенно естественное явление.

Однако гордиться данным фактом в нашей культуре не принято, поэтому желание выделиться со стороны других мы замечаем моментально. Начинаем презирать. А вот уловить те же признаки у себя – увы.

Хотя многие в качестве жизненной цели явно или глубоко внутри себя мечтают о славе. Как минимум – просто остаться в памяти людей. Подобные желания сопровождают человечество на протяжении всей истории его существования.

Найдите в интернете и присмотритесь к фотографии трона английских королей, коронационному креслу святого Эдуарда Исповедника. Оно сделано 8 веков назад, и вся его спинка чем-то испещрена. Но вовсе не древними англо-саксонскими рунами, а надписями, которые вырезали туристы, церковные служки – те, кто имел доступ к трону. В стиле: «П. Эббот спал в этом кресле с 5 на 6 июля 1800 года».

«Здесь был Браун» – надпись на статуе Рамзеса Великого. Хорошими, аршинными такими буквами. Сделана в XIX веке и запечатлена на фотографии Фрэнсиса Фрита.


Да что там, на парапете храма Святой Софии в Стамбуле в мраморе незамысловато вырезано: «Хальвдан был тут». О, неведомый историкам варяг гвардии византийского императора! Наглядно показавший, что и тысячу сто лет назад одним из самых мощных побудительных мотивов человека было желание плюнуть в вечность. Войти в историю хотя бы методом Герострата, который, чтобы его имя запомнили потомки, сжёг храм Артемиды Эфесской, одно из 7 чудес света.

В основе стремления оставить память о себе – в творениях искусства, чём-то полезном для человечества, ну или хотя бы в виде надписи на троне – лежит тяга людей к бессмертию через обретение славы. Ей подвержены не только подростки с перочинными ножами, но и президент Соединённых Штатов, стремящийся присоединить к своей стране Гренландию, Канаду или хотя бы Панамский канал.

Казаться лучше других

Окружающий мир давно стал цифровым, обычные люди, не президенты, чаще всего царапают свои имена уже не на мраморе храмов, а в метавселенных. Мы не будем упоминать самую популярную из них, но всё же – что такое условный VK?

Самый распространённый ответ: «Социальная сеть». Хорошо. А зачем она нужна? Зачем вообще люди используют социальные сети?

На этот вопрос обычно лепечут что-то вроде «поддерживать отношения с друзьями», «не потерять из виду сокурсников». Да бросьте. Каков процент наших настоящих, реальных друзей в интернет-сообществах? С кучей френдов мы не встречались уже долгие годы, со многими – никогда, а про значительную часть «друзей» даже не в курсе, кто они такие и откуда появились в нашем френдлисте.

Большинство, если не все, социальные сети с самого начала представляют собой скорее альтернативную действительность, где можно построить другой образ себя и получить долю восхищения в виде лайков. Интернет-друзья не в курсе, что в реальном мире я унылый ушастенький ботаник – вот я и не заинтересован в смешении реальной и виртуальной жизни.

Сверхнасыщенность социальных сетей картинками яркой, интересной жизни привела к проблеме, вскрытой лауреатом Нобелевской премии и профессором экономики Калифорнийского университета в Беркли Джорджем Акерлофом. Он спросил студентов: «Почему другие люди могут чувствовать разочарование и опустошённость из-за общения в Сети?» 30 % испытуемых предположили, что причина плохого самочувствия – зависть. Но, поистине удивительный факт, лишь 1 % признал, что сами испытывали это чувство.

Практически никто не признаётся, но люди жаждут выделяться, хотят, чтобы им завидовали хотя бы незнакомцы в интернете. Даже когда демонстрация своего положения несёт прямые угрозы этому самому статусу, человек не может удержаться – некоторые чиновники и члены их семей любят публиковать фото роскошного отдыха, несмотря на очевидный риск подобной затеи.

Чувство зависти включается автоматически. Я могу точно знать, что фото постановочное, снято пару лет назад, что в реальном мире у френда всё не айс, но всё равно завидовать. И в этот момент соцсети, как альтернативная действительность, предлагают отличный выход из положения. Не обязательно обладать высоким статусом – можно просто продемонстрировать, что ты им обладаешь.

Вместо стремления к успеху в реальности, битва за статус переместилась в цифровой мир.

Быть честным в социальных сетях – фи. Зачем? Скорее хочется, говоря словами Сергея Шнурова, «на фоне Эйфелевой башни с iPhone селфи…», скажем так, сделать. Показать разнообразным интернет-знакомцам свою успешность, чувство юмора, отличный отпуск, куда же без него.

Что уж обязано быть совсем идеально, так это личная жизнь. Непрерывный поток обнимашек и поцелуев. Парочка сидит в кафе и улыбается. Она привстаёт на цыпочки и кладёт ему голову на плечо. Подписи к постам в стиле «два голубка». В соцсетях нет фотографий наподобие «а вот тут мы кричим на детей», «здесь я уворачиваюсь от сковородки», «сон пьяного мужа в летнюю ночь» и всё в таком роде. Браки распадаются, люди жалуются на то, что их отношения заела рутина, нет секса, пропала искра. Но в мире соцсетей жизнь прекрасна.

Поразительно то, что это раздвоение никого особенно не удивляет. Мол, так и надо. Хотя на самом деле людей беспокоит совсем другое. Проверьте сами – вбейте в поисковую строчку «почему мой муж» или «почему моя жена» и посмотрите, как Google предлагает закончить поисковый запрос. У меня в режиме инкогнито «почему мой мужчина меня раздражает» находится значительно выше «почему мой мужчина самый лучший».



Чтобы показать себя «выше других», не обязательно постить отретушированные фото. Распространённый способ – указать другому на его ошибку. Да-да, все эти «в интернете опять кто-то неправ» в своей основе имеют желание продемонстрировать собственную компетентность, добродетель и высокие моральные принципы. Возмущение в социальных сетях – стремление возвыситься. А так как битва за статус игра с нулевой суммой, то чтобы приподнять себя, следует унизить оппонента. Чем более глупым выставишь соперника, тем умнее выглядишь сам. Статус повышается за счёт унижения даже заурядного человека, несчастной забитой гаммы, поэтому буллинг в школе обычно фокусируется на нескольких слабейших.

Мы переживаем, когда критикуют нас, нашу работу, наше мнение. Не стоит. Практически всегда подобные нападки не имеют под собой ничего личного и не отражают истинного отношения оппонента к предмету спора. Просто собеседник хочет возвыситься. Чтобы его похвалили и сказали, какой он умный. Хвастовство – сильная, социально значимая потребность. Показывая свидетельства своего потенциала, мы привлекаем партнёров или отпугиваем соперников.

Людям недостаточно что-то иметь, быть умнее или лучше – нам важно, чтобы об этом знали другие.

Желание получить свою толику славы абсолютно естественно. Но усилия, потраченные на пускание пыли в глаза, вряд ли окупят себя. Древнее стремление подняться выше в коллективе подталкивает нас тратить силы и энергию на попытки очаровать сотрудников на работе, на подбор фильтров к размещаемым фото. Но чувство удовлетворения от того, что количество лайков к нашему посту больше, нежели к постам френдленты, свидетельствует лишь об искажённой среде обитания. Тёмный Друг наивно полагает, что спор с незнакомцем в Сети столь же важен, как и защита своего ранга в стае.

Одним из самых популярных способов продемонстрировать свой статус считается покупка подержанного спортивного автомобиля. Ну или хотя бы последней модели телефона. Так что следующее желание, в отличие от предыдущих, часто проникает на уровень сознания и звучит просто и понятно: «Деньги». Они способны не только поддержать статус, но и вдобавок обеспечить множество жизненных потребностей вроде жилья, еды и безопасности.

Деньги как цель: когда цифры на счету заменяют смыслы

Деньги – один из краеугольных камней нашей жизни. Мы о них говорим, думаем, зарабатываем, копим и тратим. Как говорилось в одном из фильмов моего детства: «Все мы люди… Все мы деньги ищем». Да я и сам считаю, что деньги – это хорошо, ведь они такие красивые! В общем, лучше быть здоровым и богатым, чем бедным и больным, а раз уж деньги позволяют нам купить атрибуты счастливой жизни, то поставить своей целью заработать их побольше звучит вполне разумно.

Хотя здесь наблюдается определённый парадокс. К концу XX века доход американских домохозяйств, в пересчёте на покупательскую способность, вырос вдвое по сравнению с 1957 годом. Классическая средняя американская семья обзавелась множеством абсолютно новых вещей, значительно облегчающих жизнь: машина, телевизор, холодильник, бытовые удобства. Только вот, как показало исследование профессора социальной психологии Дэвида Майерса и доктора психологии, «исследователя счастья» Эдварда Динера, доля людей, считающих себя «очень счастливыми» сократилась с 35 % до 25 %.

«Конечно. Ведь не в деньгах счастье», – томно роняет усталый миллиардер. Мы, конечно, хотим ему верить, но чувствуем, что тут зарыт какой-то подвох.

Однако исследования показывают, что подвоха нет. Те же учёные опросили сотню богатейших американцев из списка Forbes, стремясь оценить их уровень счастья. Затем сравнили с ответами людей, случайно отобранных по телефонному справочнику. Расхождения в ощущениях миллиардеров и среднестатистического обывателя из американского среднего класса оказались минимальны.

В другом масштабнейшем исследовании два лауреата Нобелевской премии по экономике Агнус Дитон и Даниэль Канеман изучили связь эмоционального состояния с уровнем дохода примерно у полумиллиона жителей США. Выяснили, что да, среднестатистический американец, зарабатывающий 50 тысяч долларов в год, намного счастливее того, кто получил 10 тысяч. Но разница в ощущении счастья между людьми, получающими сто тысяч или пять миллионов долларов крайне невелика. Хотя доход миллионера в 50 раз больше.

Деньги делают человека счастливым только до определённого момента, по достижению которого дальнейшее повышение материального уровня на радость жизни влияет слабо. Для американцев это примерно $75 000 в год на человека.

Работы профессора экономики университета Южной Калифорнии Ричарда Истерлина, профессора Лондонской школы экономики Ричарда Лэйарда и множества других показывают одно и то же: положить жизнь в погоне за деньгами, а в результате стать лишь чуточку счастливее, особого смысла не имеет. (Подчеркну: в исследованиях речь идёт о классическом среднем классе. Большинство людей хотят покупать нормальную еду, жить в удобной квартире, путешествовать и делать покупки. Если такой возможности нет, то забыть о деньгах вряд ли получится, да и не нужно.)

Скажу честно, хоть умом я и верю в объективность данных исследований, сердцем до конца принять их крайне сложно. Тем более заставить поверить жену. Разговоры на эту тему у нас дома рассматриваются как отговорка со стороны мужа, чтобы поменьше работать. Но всё же, пусть убедить жену, мужа или Тёмного Друга не получается, хотя бы на уровне рассудка держим в голове: когда удовлетворены базовые потребности, в наличии еда, одежда и крыша над головой – особо счастливее деньги нас не сделают.

Проблема в ограниченности главного ресурса. Времени. Взгляд на цифры в приложении банка сам по себе острого чувства счастья не принесёт. Деньги имеют значение, лишь когда мы уверены, что сможем потратить их так, как хочется.

Если мы зарабатываем много денег, то просто не успеваем извлечь из них удовольствие для себя.

Более того, участие в массовой погоне за богатством и славой занятие сложное и тяжёлое. С этим все согласны. Но мало кто делает следующий шаг в рассуждениях – а ведь тяжёлые испытания не слишком благоприятно отражаются на нас самих.

Так, профессор психологии Тим Кассер исследовал людей в возрасте от 18 до 79 лет. В течение недели проверялось их физическое самочувствие, жалобы на разные типы боли. После чего измерили индекс психологического благополучия. И к чему же тянулись наиболее больные, жалующиеся на своё здоровье люди? Правильно, к деньгам, славе и позитивному имиджу. Хотя помимо проблем со здоровьем у них отмечался высокий уровень депрессии и тревожности, общий упадок жизненных сил. Вдобавок, когда в фокусе внимания находилось стремление к финансовому успеху, часто это было признаком, что человек испытывает трудности во взаимодействии с окружающими, имеет низкий уровень социального благополучия.

Деньги мощный фактор, постоянно сбивающий нас с толку.

Книги по саморазвитию в голос говорят: «Займись тем, к чему тянет по-настоящему». И вот, порывшись в себе, мы понимаем: по-настоящему нам нравится пиво. А ещё – плести макраме. Следующая мысль: «Но ведь нужны деньги. Выплатить ипотеку, купить машину, нанять детям репетиторов. За каким чортом мне думать о макраме?»

И тут скрыт тонкий момент. Бизнес, созданный исключительно с целью заработать денег, обычно терпит неудачу. Деньги мы зарабатываем на работе. В свободное же время лучше не искать подработку, а и вправду заняться тем, что нравится. Плевать, что говорят другие, плевать, приносит ли это деньги. Главное, что тем самым мы максимизируем шансы забраться на вершину какой-то из областей жизни. Потому что результат – следствие тренировок. Пять лет ежедневных занятий сделают из нас эксперта почти в любой теме. А единственная сила, способная сподвигнуть каждый день тратить личное время – искренняя любовь к тому, чем мы занимаемся.

Когда нам что-то нравится, то мы делаем это с большей охотой. Поэтому достигаем хороших результатов, а затем с удивлением понимаем – то что начиналось как простое хобби, способно приносить конкретную прибыль. В итоге мы можем прокачать интерес к пиву до профессии пивного сомелье, получить предложение о работе от человека, с которым подружились на курсах макраме. Когда с радостью возишься с любимым делом, то вправе рассчитывать на подарок со стороны Вселенной.

Кстати, а вот и QR-коды, перейдя по которому вы можете почитать мой блог – здесь выходят мои самые новые тексты – о психологии в жизни и на работе.


Вот я пишу книги, около десяти лет веду блог в Telergam «Психология Маркетинга». Но первую повесть, о жизни голубей, я написал в семь лет. А чтение было и остаётся моим самым любимым занятием в жизни. Читать и писать именно то, что мне по-настоящему нравится, та цель, в направлении которой я готов работать, и работаю, постоянно и с удовольствием.

Звучит банально, но забудьте о деньгах. Возможно, лично мы и не знакомы с Джеффом Безосом, но даже беглый взгляд на своего непосредственного начальника показывает, что бо́льшая зарплата не гарантирует избавления от проблем со здоровьем или неурядиц в личной жизни. Мудрый выбор увеличивает чувство радости в нашей жизни, а не количество денег на счёте.

Вместо стремления заработать деньги «здесь и сейчас», чтобы пожить на всю катушку потом, рассмотрите идею взять взаймы несколько лет у собственной пенсии. Пожить, как хочется, пока позволяет здоровье. Подвергнуться умеренно рискованным приключениям, путешествовать по миру. Тратить деньги и время на своё удовольствие сейчас. А потом немного подольше поработать.

Конечно, финансы составляют важную частью нашего мира. Но сделать центром жизни выплаты по кредиту не слишком здорово. Погоня за деньгами неблагоприятно сказывается на нашем физическом здоровье. А главное – не прибавляет ощущения благополучия.

Что хотят за нас

Деньги не подходят на роль главного жизненного фокуса ни с точки зрения формальной логики – они средство, а не конечная цель (если только мы не мечтаем набить ими матрас и прыгать на нём), ни с эмоциональной.

Только принять это сложно, ведь буквально ежеминутно, из каждого угла нам твердят обратное. Идеология потребления учит, что счастья можно достигнуть, приобретя как можно больше продуктов и услуг. Если что-то не устраивает, надо поскорее купить какую-нибудь вещь.

Маркетологи, конечно, счастливы, когда человек каждый год приобретает новый смартфон. Это важно всей современной экономической системе. Если бы тайное мировое правительство существовало, то одной из его задач стало бы убеждение людей, что зарабатывать как можно больше – это единственный способ обрести счастье. Но так как подсунуть людям в качестве жизненной цели «держите деньги в сберегательной кассе» не удаётся, то её с успехом меняют на близкую по духу «давайте тратить всё на покупки!». Правда, практически любой продукт, продающийся в магазине, не так уж и сильно людям нужен. Никто не прыгает и не визжит от радости, покупая йогурт или тостер. И вот здесь на помощь маркетологам приходят психологические потребности.

Вообще, прогуливаясь рядом со словом «потребность», легко найдёшь множество копий, причём все они сломаны в попытке определить, что же это такое. С беспристрастной точки зрения потребностью считается не просто то, что человек хочет, но и то, что необходимо для его выживания. В том числе – и потребности в любви, защищённости, безопасности, независимости.

Немного ловкости рук и с помощью рекламы их представляют в качестве материальных, убеждая, что психологическую потребность легко заткнуть, купив что-нибудь. Приобретение затонированного гелендвагена ценой в пятьдесят миллионов позиционируется в качестве логичного решения проблем в личной жизни. На нашей мечте «немного подкачаться», то есть понравиться другим и самому себе, процветают блогеры-фитоняши, таблетки, тренажёры, курсы – множество хищных рыбок мира фитнеса. Результат, о котором говорит их реклама, получат далеко не все. Но купят – многие.

Психологические потребности приятны маркетологам тем, что люди слабо понимают, чем их на самом деле можно удовлетворить.

Поэтому готовы платить всего лишь за надежду получить желаемое. «Ведь ты этого достоин, – ласково нашептывает нам реклама. – Стань крутым и независимым – возьми ипотеку! Ну или купи хоть что-нибудь!»

Компании просто хотят продать. Однако рекламные ролики, бомбардирующие нас каждый день, выполняют ещё одну функцию. Специально её никто не закладывал, но тем не менее – тысячи голосов ежедневно исподволь убеждают нас, что материальные, внешние блага, которые мы можем купить, сделают нас особенными.

Увеличивается уровень нарциссизма. Переводя с языка древних мифов на психологический – растёт практика скрывать чувство собственной неуверенности под чем-то внешним. В описании себя проскальзывает идея: «Я купил новые часы и стал немного круче других». Далее человек ожидает, что и окружающие должны относиться к нему по-особенному, восхищаться его отличиями. Как можно догадаться, такого не происходит. В результате у нарцисса растёт раздражение другими людьми. Даже хуже, ощущение собственного превосходства ведёт к девиантному поведению. Исследования профессоров психологии Ричарда Райна и Джеффри Уилсона из университетов Рочестера и Северной Каролины показали, что школьники и студенты, нацеленные на приобретение материальных благ, чаще напиваются, употребляют наркотики – в общем, демонстрируют деструктивное поведение.

Проблема не в том, что мы купили ту или иную вещь. Как и с большинством вредных привычек, разовые поступки не оказывают существенного влияния. Но систематическое смещение фокуса в сторону потребления ведёт к другому образу жизни, другому опыту, иному образу себя. Как психолог обязан сказать – тем самым выстрелив себе, как маркетологу, в ногу – покупка вещей не делает автоматически нас другими. Лучшими.

Массовое производство сделало мир покупок доступным. Поэтому, собираясь что-то купить – вспомните о секрете, тщательно оберегаемом специалистами по рекламе. Допустим, скажите, сколько стоят ваши роликовые коньки? Или абонемент в фитнес?

Какую бы стоимость вы не назвали, скорее всего, это, по выражению эссеиста Дэвида Кейна, лишь «первая цена». Сумма заплаченных денег. Мало кто отдаёт себе отчёт, что большинство вещей имеют ещё и вторую цену. Складывающуюся из наших сил и времени, которые потребуются дополнительно, прежде чем покупка принесёт ожидаемый эффект. Даже замороженная тушка курицы имеет вторую цену. Пока мы не потратим время на готовку, пользы от неё не будет. Купить условную гитару намного, намного проще, чем выучиться играть на ней. Для некоторых вещей вторая цена настолько превосходит первую, что та же карта в фитнес просто тихо лежит в уголке бумажника.

Примеры забытой второй цены есть у каждого. Книжки, купленные, но не прочитанные. Приложения, которые мы скачали, но не стали использовать. Вещи, навечно прописавшиеся в платяном шкафу. В результате мы обрастаем хламом, но не счастьем, вдобавок ещё и испытываем сожаление, вспоминая о ненужных тратах. Не стоит обманываться видимой лёгкостью достижения заветных целей, которую так отчаянно пытается продать любая реклама.

Даже когда речь, казалось бы, идёт о счастье в чистом виде, всё не так просто. «Ой, смотрите, какая классная профессия! Ездить по миру и постить фоточки в запрещённых соцсетях! Мечта!» А вот ещё: «Оберегатель черепах – жить в окружении дикой природы на тропическом острове»! Ну или работать в Букингемском дворце, смотрителем маяка и так далее. Подобные вакансии охотно публикуют СМИ. Яркие названия привлекают внимание, да и создают их часто ради хайпа. Особо хитрые работодатели – надеясь в прямом смысле найти работника «за еду».

Даже некоторые рекламщики расстраиваются, читая подобные объявления. Хотя если бы мы действительно заполучили самую притягательную вакансию – ездить по разным странам и фотографировать – не факт, что остались бы в восторге. Здесь срабатывает механика, которую мы разбирали ранее: образ приятного будущего возникает на основе одного крупного фактора – «Ах, путешествовать по миру!». Только реальная работа будет состоять из множества не столь уж приятных мелочей: денег нет, с героями надо договариваться «по бартеру», сотню раз переснимать одно и то же, редактор считает идеи банальными и т. п. Путешествия мы и вправду любим, но как отдых – спокойно лежать в отеле all inclusive или, наоборот, носиться по миру в статусе свободного художника. Делать то, что нравится.

Нас ловят в ловушку нереализованных желаний свободы и приключений, придавая возникающим мыслям яркий эмоциональный окрас. Результат – стоит прочесть название вакансии, как возникает ощущение легкой грусти. Мол, мне уже поздно стать помощником ловца жемчуга на Таити. Нет, не поздно. Просто не надо.

В общем, лично я сильно сомневаюсь, что находящиеся при власти и деньгах весь день радостно хохочут. Все мы люди и проблемы – со здоровьем, руководством, жёнами и мужьями, детьми, достижением собственных целей – нервируют вне зависимости от накопленного состояния и статуса.

Ну что ж. Остаётся последнее, к чему, казалось бы, стремимся и мы сами, и наш Тёмный Друг. Простое человеческое счастье.

Морковка для Homo Sapience: счастье без фильтров

Счастье – это хорошо и вообще – основной мотив поступков любого человека. Даже того, кто собирается повеситься, как заметил Блез Паскаль.

Только что такое, это счастье? На физиологическом уровне существует ощущение удовольствия после сытного обеда или тот момент, когда ты уже пьян, но ещё не жалеешь об этом, секс, в конце концов – некие сходные чувства так или иначе все мы испытывали. Но по ощущениям что-то не то. Хочется какого-то другого счастья.

Ну что ж, давайте сперва приглядимся к тому, кто создаёт внутри нас эти самые приятные ощущения, к гормонам, ответственным за разные типы удовольствия.

Первым на ум обычно приходит дофамин. Гормон радости и действий, а точнее – мотивации. Появился в ходе эволюции, чтобы подсказать нам – эта штука и впрямь заслуживает усилий, чтобы её добыть. Мы стремимся к цели, суетимся, что-то делаем, побеждаем и нам хорошо.

Когда лежим все такие расслабленные, жизнь в кайф и удалась, облегчённо выдыхаем и счастливо расползаемся на стуле – это уже эндорфин. Созданный природой, что несколько неожиданно, для маскировки чувства боли. Допустим, обезьянка, заснувшая не в том месте и не в то время, просыпается от понимания, что её когтистой лапой трогает леопард. Если в этот момент начать канючить: «Ах, как болит моя бедная спинка», – период жизни нытика будет короток. Эндорфин на короткое время блокирует болевые ощущения, чтобы вы могли спастись.

Если же вдруг понимаете, что кругом все свои, одна команда, ща вместе наваляем этому леопарду – это уже окситоцин формирует чувство близости и локтя. Обычно данный нейромедиатор связывают с обнимашками и поцелуйчиками, но окситоцин это и гормон дружеских посиделок. Запеть песни, пойти с компанией за добавкой, в общем, «вместе мы сила». Упрощённо, окситоцин показывает, что с социальными связями всё в порядке – мы не изгои, а полноправные члены коллектива.

Вдобавок время от времени мы ещё испытываем действие серотонина – когда возникает приятное чувство бодрости и собственного превосходства, понимания, что окружающие нас уважают, почтительны. Так подкрепляются наши усилия в продвижении по лестнице рангов.

Обращу внимание на пару вещей. Во-первых, ни один из этих «гормонов удовольствия» вовсе не создавался эволюцией с целью побаловать нас чувством радости. Во-вторых, счастье мы способны испытывать разными и официально разрешёнными путями. И главное – счастливыми, не важно по какой конкретно причине, нам быть нравится.


Малоизвестная тёмная сторона счастья. Когда мы радостны и довольны, то проблемы других нас, конечно, волнуют. Но не слишком.

У счастливых людей уменьшается способность к эмпатии и окружающие начинают видеть в них высокомерных сволочей. Имейте в виду, став счастливыми.

Счастье – это такой специальный выигрышный лотерейный билетик, прокачивающий наши скилы ну буквально по всем направлениям. Профессор психологии университета Карнеги – Меллон Шелдон Коэн исследовал в течение нескольких недель около 300 человек. Выделил среди них две группы – довольных своей жизнью счастливчиков и грустяшек. После чего всем дали капли, содержащие риновирус, и на несколько дней заперли в карантин. Так вот, эти радостные гады ещё и заболевали втрое реже. Когда мы довольны жизнью, то у нас лучше с творческими усилиями, здоровьем, а стойкость ко всяческим неприятностям выше.

Так что стремление и надежда на осуществление некоего события, после которого мы станем счастливы, вполне логична. Стандартный ход мыслей: произойдёт что-то прекрасное, и мы обрадуемся, плохие же события увлекут в пучину депрессии. Вполне вероятно, что так оно и будет, только эти рассуждения упускают главное – ощущение счастья (или горя) быстро пройдёт.

Уже около полувека назад исследования психологов Дэна Коатса, Ронни Яноф-Бульман, Филиппа Брикмана и других показали, что даже внезапные масштабные события, такие как выигрыш в лотерею или паралич приводят к изменению чувства счастья лишь на какое-то время. После чего настроение возвращается к привычному для нас уровню.

Даниэль Канеман и Дэвид Шкейд из университета Техаса приводят аналогичный пример – многие склонны мечтать о переезде в дом с бассейном в солнечной Калифорнии. Только вот у тех, кто действительно переехал, уровень счастья через какое-то время становился примерно таким же, как у жителя маленькой заснеженной деревушки на Среднем Западе.

Это работа психологической иммунной системы, и она очень полезна, потому что помогает справиться с чувством горя. Без неё мы бы до сих пор переживали по своей первой любви и хомячку, прыгнувшему с балкона. Её главная задача – помочь пережить горе, но одновременно она глушит и радость от приятных событий. Люди об этом механизме, как правило, не задумываются, поэтому не принимают в расчёт его воздействие.

Для большинства приятных или неприятных событий помним важную цифру: 2–3 месяца, срок, в течение которого в большинстве случаев чувство горя или счастья «сбрасывается» до привычного уровня. После него воспоминания о повышении жалования, новой работе уже не радуют столь же сильно. Работает и для более тяжёлых случаев – в исследовании Роксан Сильвер люди, получившие серьёзные травмы позвоночника, впадали в не менее серьёзную депрессию, но уже через пару месяцев чаще испытывали позитивные, а не негативные эмоции.

Мы привыкаем ко всему: и к хорошему, и к плохому.

«Это всё, конечно, очень хорошо. Исследования там всякие, – заметит читатель. – Счастливее то как стать?»

Самый простой вариант, который каждый из нас открыл экспериментальным путем – что-то купить, съесть, развлечься. Настроение поднимается. Когда опустится – повторяем цикл. Только вот затем возникает привычка. При использовании данного способа поддержание удовольствия на прежнем уровне требует постоянного увеличения стимула. Попытка хотя бы сохранить достигнутый уровень счастья приводит нас на гедонистическую беговую дорожку. Есть больше, покупать чаще. Как только мы замедлим скорость – настроение незамедлительно сползает к нашей индивидуальной «точке счастья».

Окружающий комфорт мы воспринимаем как должное практически моментально. Лично я прекрасно помню, как в студенчестве уславливался о встрече с друзьями по домашнему проводному телефону. Выйдя на улицу, договорённость скорректировать уже не получалось, но никто не переживал, приезжали на место, стояли и ждали. Выживали без интернета и компьютерных игр. Теперь же представить день без мобильного телефона сложно (пусть РКН и делает всё возможное), хотя нельзя сказать, что уровень счастья как-то глобально изменился. Согласно социологическим опросам института Гэллапа, последнюю сотню лет счастье людей вообще колеблется примерно на одном и том же уровне.

Несмотря на всю кажущуюся привлекательность, идея «стремиться к счастью» долговременной радости не принесёт. Исследования доцента кафедры маркетинга и психологии университета Торонто Сэма Маглио показали, что люди, нацеленные на достижение счастья, часто ощущают нехватку времени. Они гонятся за ним, не обращая внимание на то, что происходит вокруг. Фокус на глобальной цели – заработать денег, купить квартиру, получить образование – делает нас менее восприимчивыми к настоящему. Мечтая ощутить радость «когда-нибудь потом», мы уничтожаем возможность почувствовать её прямо сейчас.

Такой подход аналогичен зацикленности на удовольствиях и это тупиковый путь. Важнее реализация собственных замыслов, познание и главное – достижение целей. А счастье – скорее побочный продукт, возникающий при движении по дороге к цели.

Счастье – не пункт назначения, а путь, который мы выбираем сами.

Вынужден добавить неожиданную неприятную правду, вдруг кто-то решит, что у нас тут книга, пропагандирующая саморазвитие. Увы, непрерывный личностный рост также не гарантирует счастье.

Наверняка у вас есть знакомые, которые бросили всё, сдали квартиру, уехали в Тай, записывают тик-токи, в статусе висит «цифровой кочевник». Многие на такой образ жизни смотрят презрительно. Мол, сдались, не стали драться за место под солнцем, довольствовались малым. Да и Николай Молчанов всё время предостерегает, что мозг ленив, что человек всё время идёт по самому лёгкому пути. Значит, надо пинать себя в направлении выставок, спорта или изучения языков программирования.

Хотя, действительно, зачем суетиться, если всё есть – «семья, машина, квартира»? Вслух, конечно, так не скажешь. Посмотрят искоса, обзовут буржуазной утопией, райком среднего класса. Только вот в животном мире отнюдь не каждый стремится стать лидером. Даже те, кто с лёгкостью мог бы это сделать. У обезьян рядом с основным стадом часто бродит пара-тройка одиноких самцов. Их никто не выгонял, им так лучше.

Развитие – то, что современная культура вкладывает в это слово – штука достаточно противоестественная. Важно, что я сыт, доволен и в безопасности. А борьба за совершенство – сожжённые нервные клетки, риск неудачи. Чем выше гора – тем больнее падать. Возможно, «мне лень, и я не буду» – признак того, что человек добился всего, что хотел. И слава Богу.

Счастье – не наше естественное состояние.

Скорее напротив, обычно мы видим, что всё складывается вовсе не так уж и здорово. Это нормально, наш мозг автоматически фиксируется именно на проблемах, справедливо считая их более значимыми для выживания. Индивидуальный уровень счастья, согласно исследованиям профессора психологии университета Калифорнии Сони Любомирски и профессора университета Миссури Кена Шелдона, на 50 % обусловлен генетикой, а на 10 % – внешними обстоятельствами. Но оставшиеся 40 % действительно в наших лапках.

Решив меняться и пойти по дороге к «лучшему Я», помним – ощущение счастья, как и прочее в нашей жизни, поддаётся тренировке. Добившись его, получим все плюсы позитивного состояния духа. Только правильней стремиться не к счастью, а к повышению «заданного по умолчанию» уровня собственного хорошего настроения.

Основное правило жизни, ведущее к этому: чередуйте удовольствия, переключаясь с одного типа на другой, затем – возвращайтесь на исходную позицию и заново повторяйте круг. При этом старайтесь тратить энергию и средства на приобретение впечатлений, а не вещей, так как воспоминания и переживания менее подвержены гедонистической адаптации, чем материальные объекты. Дополнительно в привычных ситуациях специально выбирайте непривычное – маленькие «срывы шаблона» прокладывают новые нейронные дорожки и возвращают ощущение выбора.

Чем больше поводов для радости находим – тем сложнее мозгу привыкнуть к ним.

Занимаясь каким-нибудь делом – фокусируемся на процессе, а не на ожидании результата. А когда произошло что-то хорошее – не просто радуемся, а прочувственно благодарим всех причастных. Помним, что материальные награды ведут лишь к краткосрочному повышению радости, поэтому не подменяем ими смысл и отношения: время рядом с близкими и друзьями – один из наиболее стабильных источников благополучия. И обеспечьте себе хоть немного свободного времени – и проводите его как хочется, а не так как вы или кто-то другой считаете нужным или «правильным».

Главное – сознательно тренировать привычку обращать внимание на положительные моменты в жизни, пусть даже и самые маленькие. Особенно важно это умение в отношениях, где в период влюблённости достоинства партнёра очевидны, и легко решить, что так будет всегда. Увы, не будет. Через несколько лет надо осознанно обращать внимание, чем же замечателен ваш избранник.

Конечно, искать поводы для радости, когда на душе скребут кошки, не так-то и просто. Тоскливое подвывание Тёмного Друга способно заглушить мысли о любых изменениях. Поэтому в следующем спринте мы разберём причины бури эмоций, порой возникающей в нашей голове, и как, собственно говоря, обуздать эту бурю в нужном нам направлении.


Прикасаемся к реальности № 4. В поисках внутренней радости.

Время: 2 недели. Сложность: 6 из 10

Чтобы прожить жизнь, о какой мечтаете, о которой не будете жалеть, необходимо понять, что вам искренне нравится делать. Не обязательно каждый день, можно и раз в месяц. Или даже то, что вы осуществили пять лет назад, но до сих пор с удовольствием вспоминаете.

Если хотите найти собственную извилистую тропинку к счастью, попробуйте каждый вечер в течение пары недель задавать себе вопрос: «Доволен ли я, как прошёл мой день? Что хорошего я сделал?» Через 7-10 дней начнём понимать – что именно доставляет вам радость.

Занимайтесь тем, что готовы делать до конца жизни.

Забираем с собой

Мы погрузились в «тёмную сторону» нашей мотивации, битву между древним «Хочу», мимолетным «Нравится» и сознательным «Надо». Увидели, что сознательные цели часто проигрывают заложенному внутри нас стремлению к бесконечной погоне за статусом, славой, деньгами или просто за чем-то новеньким.

Вдобавок маркетинг и культура потребления безжалостно эксплуатируют древние психологические потребности, продавая нам вещи в качестве суррогата счастья. В результате можно бесплодно растратить всю жизнь, так и не ощутив особой радости. Хотя счастье – это не пункт назначения, а побочный продукт, результат действий, ведущих к истинным целям.


Три из семнадцати – это уже ритм! Вы разобрались в хитросплетениях тайных желаний, и в боте вас ждёт новая карточка – «Маски сорваны». И не забудьте заглянуть в раздел «Вскрываем реальность» – в этом спринте вы встретились со сложным, но важным заданием – отметьте его выполнение! Ссылка и QR бота на прежнем месте: nmolchanov.ru/darkfriend.

Спринт № 4. Голос сердца: перехватываем контроль над эмоциями

Эмоции как хвост эволюции

То, что эмоции влияют на поведение – далеко не новость. «Сердцу не прикажешь», – говорим мы со вздохом и пускаемся в очередную авантюру. «Я совсем потерял голову», – лепечем в качестве оправдания.

Классические голливудские фильмы уверяют даже в превосходстве чувств над деньгами – все эти романтические истории о любви обычной девушки и миллионера. С одной стороны, вроде чушь. С другой, во вполне научном исследовании «Деньги, поцелуи и удары током» испытуемые быстрее решали логические задачи, если думали о материальных наградах. Когда же в дело вступили эмоции – в качестве приза попросили вообразить поцелуй кинозвезды – рациональное мышление начало хромать на обе ноги. В результате мы стремимся, по заветам Феликса Эдмундовича Дзержинского, принимать решения «с холодной головой». В магазине, на работе и, по возможности, в личной жизни.

Складывается впечатление, что эмоции – какой-то косяк, по недосмотру не отвалившийся вместе с хвостом в ходе эволюции и мешающий нашему великолепному мозгу принимать прекрасные сознательные решения.

Правда, такое отношение к эмоциям вызвано тем фактом, что мы обращаем внимание и запоминаем в основном те случаи, когда эмоции ведут к ошибкам. Вот сидит древний человек в кустах. Услышал шорох, насторожился, вдруг, думает, змея. В испуге выскакивает на тропинку, где его подстерегает леопард. Соплеменники вокруг: «Ах! Запаниковал! Поддался эмоциям – это его и погубило!» Единственный раз, когда кого-то сожрали на твоих глазах, запоминается значительно лучше десятков случаев, когда человек нервно дёргался от шороха и благополучно спасался от змеи.

Эмоции – не рудимент, по ошибке оставленный природой, а важный механизм, выполняющий на обыденном уровне функцию «инсайтов». Они подсвечивают дорожку, по которой следует двинуться.

Тёмный друг не ждёт аргументов. Он ждёт сигнала.

Келли Макгонигал, доктор философии, психолог и профессор Стэнфордского университета, приводит в качестве примера вопрос: «Скажите, если брат и сестра, оба взрослые, по обоюдному согласию и с использованием средств защиты занимаются сексом – это хорошо? Или бр-р-р?»

Скорее всего, именно бррр. Чувство острого морального дискомфорта. Что-то такое ужасненько неприятное. Причём сперва появляется ощущение, что это плохо, и только потом в голове выстраиваются аргументы, почему это, собственно говоря, плохо.

Так вот. Подобный «брр», яркое чувство вины – и есть тот флажок, показывающий мозгу, что мы столкнулись с чем-то «плохим» или «неправильным».

Вот представьте, как кто-то вытирает пол национальным флагом, просто потому что под рукой ничего не оказалось. Аналогично – первично возникает эмоция, а рационализация потом. На сознательном уровне можно напридумывать массу запретов, но без быстрого эмоционального сигнала, говорящего: «Опасность – сюда не лезть», – мозг никогда не станет считать тортик чем-то опасным или фундаментально плохим, даже если мы на диете.

Хотим изменить поведение – проверяем, включены ли эмоциональные маячки. Работают любые чувства, та же гордость. Скажем, порой тянет плюнуть на мечту об идеальном теле и отправиться домой, а не в спортзал. Но мысли о том, как станем гордиться собой, завершив день тренировкой, помогают практически половине людей справиться с искушением.

Да, эмоции вполне способны увести нас с правильного пути, но по большей части они указывают нам на верный вариант. Чувства всегда влияют на поступки, более того, без включения эмоций мы в принципе не способны принимать решения. Эмоции выполняют роль маячков, помогающих и человеку, и животным структурировать свою жизнь.

Неуправляемая машина

Кстати, а какие эмоции вы знаете?

Радость, страх, гнев, печаль. Может ещё несколько. Если так, то поздравляю – вы прямо как древние философы. Они тоже выделяли четко ограниченный ряд основных эмоций, каждая из которых соответствовала одному, вполне определённому поведенческому отклику. Лишь к XX веку обладающие свободным временем психологи догадались, что эмоций значительно больше: гордость, недоумение, да хоть мой любимый испанский стыд. Каждая из них обладает разной силой – от лёгкой симпатии, до переполняющих, безоглядных страстей. Со времён древних философов осталось, пожалуй, лишь одно – любая мощная эмоция действительно толкает поведение в какую-то сторону.

Плохи не эмоции, а наша неспособность ими управлять.

В зависимости от темперамента и множества причин срабатывает та или иная эмоция. Когда я везу сына Витюшу на тренировку, он несколько раз спросит – который сейчас час и во сколько мы приедем. На опоздания все реагируют по-разному. Кто-то тревожится, кто-то спокоен, а кто-то рад, что меньше посидит на нудном совещании.

Нельзя сказать, что какое-то эмоциональное состояние лучше другого. Постоянно радостный человек может напоминать блаженного, а в меру тревожный способен радоваться, предполагая, что разумно избегает большинства рисков. Чувству вовсе не обязательно быть «хорошим». Та же гордость, стремление к славе порой с большей вероятностью загоняют людей на дорожку саморазвития, нежели любознательность и любовь к учёбе.

Точно так же невозможно утверждать, что какая-то определённая модель управления эмоциями особенно хороша. Желательно уметь использовать разные сценарии поведения. Например, в какой-то ситуации не злиться на нахамившего таксиста, а задуматься о тяжести его жизни и посочувствовать ему, а вот в другой – наорать и выплеснуть захлёстывающие эмоции.

Важно уметь переключаться между различными эмоциональными ответами, а не быть заложником лишь одного из них.

Даже очень важно – в исследовании профессора Гарвардской школы общественного здравоохранения Лауры Кубзански и доцента университета Олбани Аллисон Апплетон, длившемся около тринадцати лет, была выявлена корреляция между способностью управлять своими эмоциями и риском проявления сердечно-сосудистых заболеваний. Те, кто хуже владели своим эмоциональным состоянием, на 60 % чаще получали инфаркт.

Уверенность, что мы прекрасно понимаем, что такое эмоции и как они влияют на наше поведение, и затрудняет управление собственными чувствами. На самом деле мы часто понятия не имеем, что в действительности вызывает эмоциональный ответ. Вот представьте, HR в конце собеседования радостно сообщает нам: «Вы идиот. Нам такой не нужен».

Ситуация, безусловно, неприятная. Придя домой, в гневе расскажем партнёру, станем вспоминать безграмотные вопросы HR, его некомпетентность, высказывать доводы, почему никто не смог бы ответить лучше нас. Будет обидно, но переживём. Во многом за счёт обесценивая, принижения того, кто нас оскорбил. Мало ли дураков на свете.

Немного другая ситуация. Один член приёмной комиссии назвал нас идиотом. «Да-да, – тут же встрепенулся другой. – Он и впрямь болван». «И вид у него такой глуповатый, коллеги, не находите?» – подключается третий. Я слегка утрирую, но в целом это описание реального эксперимента Дэниела Гилберта – людей якобы собеседовали на высокооплачиваемую и лёгкую работу, придумывать названия для мороженого. Одним сообщили, что решение принимает эксперт, другим – что комиссия, причём для отказа все её члены должны проголосовать против.

Когда испытуемым сообщали, что им отказала комиссия, неприятные переживания были в два раза сильнее, нежели после негативного вердикта со стороны эксперта.

Читая результаты эксперимента, находишь их понятными и логичными (мы ведь помним об ошибке хиндсайта, не правда ли?). Только это нам сейчас всё понятно. А вот участников заранее попросили предсказать собственные ощущения. Представляя отказ со стороны одного эксперта, люди правильно оценили будущие чувства. Думая об отрицательном решении со стороны комиссии – нет. Решили, что эмоциональная боль будет примерно такой же.

Потому что люди не догадываются, что в случае отказа для сохранения позитивного состояния духа начнут обесценивать эксперта и что найти причины негативной оценки со стороны одного человека легко. А вот придумать правдоподобное объяснение, почему сразу несколько людей считают нас некомпетентными, значительно тяжелее.

Это и есть ключевой результат. Мы не в курсе, да и не задумываемся, что для управления эмоциями нам надо знать, какие механизмы и зачем включают чувства радости, печали и т. п. Поэтому стоит приглядеться к нашим чувствам поближе. Начнём, как говорится, с плохой новости. Точнее – с отрицательных эмоций.

Плохие хорошие эмоции

Как «плохие» эмоции спасают нас

Врага надо знать в лицо: так что давайте разберёмся, зачем нужны отрицательные эмоции, в каком случае они полезны, а когда и как следует минимизировать их влияние.

Пожалуй, наиболее слабая из негативных эмоций – грусть. Сидим, такие печальные и несчастные. А зачем? Зачем эволюции потребовалась эта неприятная эмоция?

Ответ скрывается как раз в том факте, что печаль нам не нравится. Вот мы и стараемся избавиться от неё, а точнее, от тех причин, которые привели нас в столь удручённое состояние. Да, быть бодрым и весёлым замечательно. Только находясь в радостном расположении духа, мы вряд ли решим: «Хм, что-то тут не то. Надо всё срочно поменять». Ну уж нет, будучи довольными, мы цепляемся за сохранение статус-кво.

Печаль заставляет нас взглянуть на ситуацию по-другому, изменить привычный образ мышления. И, к примеру, через какое-то время решить, что он/она и впрямь были не лучиком солнца, а весьма неприятными типами и слава Богу, что мы наконец-то расстались.

Печаль – чувство, помогающее, порой кардинально, пересмотреть жизненную стратегию. Прекратить мечтать о прошлом или несбыточном. А чтобы быстро выбраться из грустного состояния – начните и вправду размышлять над собственной жизнью, искать способы что-то изменить. Планы и робкие шаги в направлении любых изменений – наиболее эффективное средство от печали.

Млекопитающий лайфхак. Буду честен, у печали есть ещё одна функция. Эмоция-то очень узнаваема. Губки вниз, бровки домиком, носик шмыгает, в глазах слёзки.

В общем, мы – животные социальные, поэтому иногда печаль выполняет манипулятивную функцию. Ведь сразу понятно – человеку плохо, его нужно срочно пожалеть.

Более сильная эмоция – тревога. В первую очередь её вызывает ощущение неопределённости будущего. Воображение услужливо подсовывает кошмарные варианты развития сложившейся ситуации, и мы начинаем их опасаться. Тревога – это боязнь потенциальных, неоформленных угроз. Её максимальный уровень – панические атаки, возведённый в степень страх неизвестного будущего.

Как и прочие неприятные вещи, с эволюционной точки зрения появление тревожности оправдано. Страх помогает в моменте – испугались и бросились прочь от леопарда. Тревога же – огонёк, способный гореть долгое время, постоянно напоминая об опасности. Сам по себе механизм замечателен, так как представляет собой одну из немногих техник, помогающих нам отказаться от удовольствий настоящего и начать делать что-то для себя в будущем.

Также полезен и стресс – он, словно контрастный душ, бодрит нашу нервную систему, помогая ей собраться. Возможно, мы наблюдали его мобилизационное действие на себе лично, правда, когда нам этого вовсе не хотелось. Ситуация: мы вымолили отпуск, приземлились рядом с отелем, и у нас потекло из носа. Часть долгожданного отдыха пришлось потратить на восстановление от непонятно откуда взявшейся простуды.

Конечно, можно всё свалить на систему вентиляции в самолёте, но вполне возможно, что мы – трудоголики. О схожей ситуации рассказывали ветераны войн – за несколько лет в снегу, грязи, без всяких укрытий и нормального обмундирования они умудрялись обходиться даже без пустячного насморка. Но немедленно заболевали, вернувшись с победой в родные края.

Ничего странного в этом нет. Когда организм испытывает стресс, неважно по какому поводу, иммунная система понимает – сейчас болеть не время, и начинает работать на максимуме. Сбои маскируются. Проблема в том, что долго поддерживать такой уровень она не в силах, и как только человек оказался в безопасной обстановке, организм облегчённо выдыхает, расслабляется и становится жертвой первого удачливого вируса.

Ну а одна из самых сильных негативных эмоций, которую люди способны испытывать – гнев. Штука простая. Моментально делит мир на «вот это нравится, а вот это – бесит», одновременно подсказывая, как поступить.

Гнев также эволюционно полезен. Если разгневанный самец шимпанзе напугает трусливого соперника, то получит безо всякого ущерба для себя больше фруктов и самок. Часто гнев кажется несоразмерным породившей его ситуации, но и этому есть причина. Гнев – эмоция с прицелом на будущее. Мы хотим напугать соперника не только в данный момент, но ещё и «на перспективу», чтобы нас «боялись по жизни».

Итак, изначально негативные эмоции появились не просто так, а созданы для того, чтобы оказать нам поддержку. Теперь всё иначе. Что же пошло не так?

Вечный дождь: сломанный выключатель негатива

Лето, ящерки нежатся на солнышке.

Фраза милая. Сформулирую по-другому: чтобы не умереть, ящерицы вынуждены выползать на солнце. Хотя на раскалённых камнях опасно. Подставив спинку солнышку, рептилия заметна всем хищникам округи. Поэтому нагревшись, ящерка юркает в безопасность тёмных щелей. В основе большинства действий живых существ лежит стремление выжить. Тревога, страх – в первую очередь мы стремимся избавиться от этих ощущений, а не прийти к счастью.

Однако ящерка обладает серьёзным преимуществом перед человеком – нырнув от хищников под камень, она спокойна. Это вообще стандартная ситуация для дикой природы: вот в саванне лежит прайд львов, а невдалеке пасётся зебра. Лично я на дрожащих ножках стараюсь обойти подальше компанию выпивающей молодёжи. А эта паскуда спокойно стоит и щиплет травку перед лицом врага. Меня мутит при одной мысли о публичном выступлении, а зебра ежедневно сталкивается со смертельными угрозами и спокойна.

Так почему же, как пишет приматолог, профессор Стэндфордского университета Роберт Сапольски, у зебр не бывает язвы желудка?

Животные по пустякам не тревожатся. Заволновались – значит угроза жизни или статусу. Следует логичный вывод – надо что-то делать, иначе случится ужасное! В естественной среде механизм негативных эмоций служит прекрасным подспорьем, помогающим убегать, искать еду, воду или партнёра.

Люди же физически и психически во многом похожи на лабораторных крыс, поэтому на тех и ставят эксперименты. Проблема в том, что крысы, в отличие от нас, не в состоянии создать себе неестественную среду обитания. А вот у людей это прекрасно получилось. Теперь эмоции не то что мешают, но сбоят. Те же стресс и агрессия подавляются культурой и социальными нормами.

Эмоции созданы, чтобы помогать нам. Только в мире, который давно в прошлом.

Человек живёт в искусственном мире, среди множества слабых угроз. Беспокойство запускают ерундовые факторы – фырканье начальника, очередь в магазине. Они маленькие, но их много.

Мы тревожимся по мелочам.

Более того, в отличие от ящерки, мощности нашего мозга хватает не только на анализ окружающей реальности, но и на предположения о том, что может произойти в будущем. Мозг безостановочно генерирует всевозможные варианты развития ситуации, концентрируясь на том, что может пойти не так.

Нам не нужен лев. Мы запросто создаём стресс самостоятельно у себя в голове, беспокоимся не то что по пустякам, но по выдуманным пустякам. Вообразить, как нас выгонят с работы, и тут же начать нервничать по этому поводу – легко.

А механизм выключения тревожных мыслей крайне хрупок. От частого использования легко ломается. В результате мы постоянно беспокоимся о чём-то, что только может произойти. Люди способны легко производить воображаемые угрозы буквально пачками и переживать из-за ужасных картин в голове.


Хорошая, сочная клубничка! Согласно исследованию Lovehoney, 42 % мужчин и 46 % женщин думают о ком-то другом, занимаясь сексом. Во время мастурбации этот процент практически удваивается. При этом 40 % испытывают чувство вины за свои фантазии, а почти треть респондентов расценивают их как измену.

То есть мы вообразили в голове что-то заведомо несуществующее, но ощутили полноценные угрызения совести, которые, в свою очередь, способны привести к вполне реальным поступкам.

В реальном будущем воплотится, да и то не факт, лишь один сценарий, который, скорее всего, окажется до банальности стандартен. Но Тёмный Друг предлагает нам рассмотреть множество потенциальных угроз. Поэтому, кстати, многие волнуются до экзамена, выступления – в общем, перед важным событием, а непосредственно во время него спокойны. Когда значимый момент наступил, Тёмный Друг прекращает думать о проблемах будущего, взамен концентрируясь на решении текущих задач, и мы парадоксальным образом успокаиваемся.

Как показывают исследования – страх, охватывающий нас при размышлении о предстоящих неблагоприятных событиях, вредит ничуть не меньше этих самых событий. Которые, может быть, ещё и не произойдут. Или будут не столь неблагоприятны. Только вот ущерб, нанесённый негативными эмоциями «до» – никуда не делся.

Беспокоясь о будущем, мы гарантированно делаем плохо себе сейчас.

К фантазиям мозг относится не менее серьёзно, чем к реальной жизни. Организм начинает реагировать на будущий, ещё не случившийся стресс так, как умеет. Выбрасывает в кровь гормоны, помогающие нам со всем жаром ударить или убежать. Системы нашего тела приводятся в боевую готовность и в один голос говорят: «Есть угроза – действуем!»

Воображаемые угрозы удерживаются в фокусе внимания, чему способствует такая черта эмоций, как их устойчивость. Например, когда из-за поворота выскакивает и неожиданно лает собака, моё сердце нервно колотится ещё несколько минут, хотя умом я понимаю, что угроза миновала. Подобная устойчивость эмоций кажется странной, но и она полезна с точки зрения эволюции. Это в современном мире мне ясно, что собаку всё же взял на поводок очередной любитель бойцовых пород. Если же встретилась одинокая гиена в саванне, вероятно, что рядом вся стая. Поэтому эмоции и держат нас в тонусе какое-то время.

В итоге, постоянно реагируя на множество слабых, часто вымышленных угроз, переключатель нашего настроения ломается и застревает в положении «вкл».

И вот это по-настоящему плохо.

Тревожное состояние легко становится «бессрочным».

Когда механизм работы с эмоциями сломан, у нас никак не получается «отпустить» страхи из головы. Понимаем, что надо бы плюнуть и забыть, только не можем. Гоняем по кругу одни и те же негативные мысли. В результате хроническая тревожность намного более распространена, нежели хронический страх. Мы вполне способны выедать себе мозг годами.

Зебра заканчивает нервничать сразу после того, как закончилась стрессовая ситуация. У нас же – о! – я до сих пор могу ночью вспомнить и начать расстраиваться из-за того, что повёл себя глупо на перемене в школе. Прочтя статью о каком-нибудь далеком вирусе Зика, испытываю лёгкое чувство тревоги. Мало ли что. В худшем случае формируется замкнутый цикл депрессии – невозможно вообразить что-то приятное в будущем, если в настоящем тебя душит тоска.

Спираль саморазрушения: реакция хуже эмоции

Порой жизнь подсовывает ситуации, в которых мы чувствуем себя как-то не очень. Представьте, приходим в гости к малознакомой коллеге. Нас представляют собравшимся и вот в момент приветствия хозяйки дома мы шумно испускаем ветры.

Ситуация неловкая. Нормальный вариант развития событий: извиняемся, какое-то время терпим на себе улыбающиеся взгляды, ещё несколько дней сносим шуточки на работе. Но на следующей вечеринке уже сами, в лицах, рассказываем данную историю.

Только существует и другой сценарий. Извиняемся, весь вечер избегаем хозяйки, думая: «Боже мой, какой я идиот». Уходим по-английски, как можно раньше. Стараемся больше никогда не встречаться с этими людьми.

По сути, только что мы разобрали две базовых реакции на стресс: нормальную и сломанную.

Во втором случае возможно дальнейшее развитие ситуации – когда человек начнёт в принципе избегать любых вечеринок или знакомств с новыми людьми. Избегание вообще крайне распространённый ответ на стресс. С точки зрения Тёмного Друга выглядит вполне логично – в аналогичной ситуации случилось что-то плохое, значит, следует по максимуму исключить схожие события из нашей жизни.

Проблема заключается в том, что вместо выработки устойчивости к стрессовым ситуациям мы привыкаем от них бегать. Начинаем ограничивать свою жизнь, с каждым разом всё сильнее и сильнее. Устойчивость к стрессу снижается всё больше, как результат – тревожность возрастает.

В скором времени злость вызывает уже не причина стресса, а сам факт того, что мы постоянно страдаем. Возникает привычка видеть мир в мрачном свете, а продолжительное беспокойство – штука крайне плохая. Как правило, мы даже до конца не осознаём, насколько многогранно плохая. Слабонервным, детям и беременным лучше пропустить пару следующих абзацев, речь пойдёт о них, хоть и на уровне экспериментов над крысами.

Самки крыс – хорошие матери, внимательные к своим детёнышам. Беременной крысе важно рожать в знакомом месте, где она обязательно постарается устроить гнёздышко для своего выводка, всё равно из чего.

И вот, пишет Элизабет Блэкберн, лауреат Нобелевской премии по физиологии и медицине, несчастную молодую мать лишали этого всего. После родов помещали вместе с детьми в новую, абсолютно пустую клетку. В качестве аналогии представим, что нас с новорождённым ребёнком выставили из роддома на пустую улицу, а идти некуда. Стресс у крыс зашкаливал и, как это ни печально, на этом фоне они начинали хуже обращаться со своими детьми. Наступали на них, реже кормили, меньше вылизывали. Хотя те и жалобно пищали.

Я привёл этот пример не для того, чтобы дать уникальное оправдание – срываясь на детей кивать, мол, «крысы так же поступают». А чтобы показать – стресс «забивает» даже врождённые механизмы заботы о потомстве.

Увы, мир, окружающий нас, также мягко, но настойчиво обращает внимание людей на собственные негативные мысли. Так, в середине прошлого века от тяжёлой депрессии страдало примерно около ста человек из миллиона. Отношение научного сообщества было спокойным – отмечалось, что большинство депрессий проходят самостоятельно. Даже производители лекарств, обнаружив, что новые соединения способны лечить депрессию, были разочарованы. Некоторые антидепрессанты выпускали в продажу спустя годы после открытия. Куда спешить? Маленький, неинтересный рынок.

А потом до маркетологов фармкомпаний дошло: «Боже мой. Давайте просто объясним людям, что если они чувствуют грусть – это неправильно. Надо купить таблетки, и все пройдёт». К началу XXI века депрессия вошла в перечень ключевых факторов, влияющих на трудоспособность. Сейчас, согласно ВОЗ, в мире ей страдает 5 % населения, в Германии – около 10 %. Посмотрев на опросы, можно увидеть, что факторы тревоги обнаруживаются вообще у половины респондентов. Усилия фармкомпаний в странах западного мира не прошли даром. «Да, конечно, это болезнь, – ласково говорят они. – Подумайте, разве здоровый человек печален? Нет, он должен радоваться и улыбаться. Как в рекламе».

Плохие моменты случаются в жизни каждого. Вопрос лишь в том, как к ним относиться. Раньше – когда жизнь, кстати, была тяжелее – проблемы и сопутствующие им негативные эмоции воспринимались как естественные, хоть и неприятные события на жизненном пути. Мы, как и большинство прочих животных, отлично способны пережить воздействие короткого стресса. К беде ведёт именно хроническая, постоянная активизация этой системы. А небольшой краткосрочный стресс, тренирующий устойчивость нашей психики, полезен. Да, неприятные события неприятны, однако старайтесь каждый раз напоминать себе – это ещё и бесплатный фитнес для нервной системы.

Мы способны справиться со своими эмоциями.

Конечно, у кого-то есть врождённое подспорье, некоторые люди обладают более устойчивой психикой. Другие, как Ёжик из Смешариков, склонны к тревоге, сомнениям и самокопанию. Различия в физиологии существуют, но не стоит их абсолютизировать. Да, уровень тревожности во многом связан с реакцией на стресс, а количество гормонов, которые выбрасываются в момент стрессовой ситуации – штука врождённая. Поэтому, скажем, нервные крысы рожают беспокойных крысят.

Однако не всё так просто. В эксперименте профессоров Монреальского университета Моше Зифа и Майкла Миней детей подменили. Тревожных крысят отдали спокойным матерям, и маленькие зверьки неожиданно тоже выросли спокойными.

Потому что у крыс, да и у людей, существует ген спокойствия, регулирующий количество рецепторов, реагирующих на гормоны стресса. Жизненный опыт не в состоянии изменить генотип. Однако он способен изменить экспрессию, степень выраженности генов. Грубо говоря, насколько ярко проявится та или иная черта характера.

Во многом размах наших реакций закладывается в младенчестве. Но и во взрослом возрасте поменять черты характера, даже те, которые кажутся «врождёнными» – стеснительность, вспыльчивость, тревогу и т. п. – возможно, хоть и сложно. Так что чем раньше встанем на долгий путь управления своим настроением, тем лучше.

К сожалению, пытаясь управлять своими чувствами, чаще всего мы лишь сильнее усугубляем проблему. Столкнувшись с неприятной эмоцией, естественное, врождённое желание – проявить её. Сделать то, что хочется – стукнуть придурка или забраться под стол и тихо повыть минут двадцать. Техники хорошие, дети ими пользуются.

Только в современном мире открыто проявлять эмоции не принято, и мы пытаемся их скрыть. В ситуации стресса не бежим, как зебра. Система предназначена для экстренного физического реагирования, а мы действуем строго наоборот. Сидим, пытаясь подавить учащённое сердцебиение, дрожь и прерывистое дыхание.

Ладно бы получалось, но нет, путь тупиковый: не всегда срабатывает, отнимает много сил и резко снижает эффективность действий. Мы отвлекаемся на контроль своего эмоционального состояния, вместо того чтобы фокусироваться на собеседнике или задаче. Некоторые же вообще привыкают смещать объект агрессии, ведь, скажем, наезд на руководство завершится увольнением. Безопасно кричать на тех, кому сложно разорвать отношения с нами – на детей и близких. Неприятности на работе заканчиваются проблемами в семье и наоборот.

В итоге часто наибольшие сложности вызваны даже не самой ситуацией, а теми эмоциями, которые возникли у нас, и теми действиями, которые мы совершили под воздействием этих чувств. Мы сами торим дорогу огромному числу неприятных событий и заболеваний.

До конца избежать отрицательных эмоций не получится, да этого и не требуется. Неприятные ощущения нужны по той же причине, что и чувство боли. Они помогают нам собраться и бороться с трудностями. Мы, люди, сконструированы не для счастливой жизни, а чтобы выживать в неблагоприятном мире. Нужно научиться использовать силу эмоций, даже негативных, себе во благо. Если какая-то зебра способна справиться со своим стрессом, то и у нас тоже есть шанс.

Ну что ж. Погрустили и хватит. Поговорим о приятном. Хороших эмоциях.

Светлая сторона: незаметная радость

У нас замечательное настроение. Радостно прыгаем бодреньким козликом, улыбаясь встречным. На избыток хорошего настроения никто не жалуется. В итоге негативные эмоции и депрессивные состояния исследовались намного дольше и пристальнее, нежели причины бодрости духа.

Существование негативных эмоций вообще легче объяснить. Мозг нацелен обеспечить наше выживание. Испугаться или злобно встретить противника – всё это помогает в неблагоприятных обстоятельствах. А какой смысл в этом нашем хорошем настроении? Оно-то зачем нужно?

Внятного ответа на данный вопрос, между прочим, не было чуть ли не до начала XXI века. Затем профессор психологии Барбара Фредриксон и её коллега Кристина Брениган предположили, что для развития надо расширять свои знания, осваивать новые территории, пробовать что-то иное. В критической же, стрессовой ситуации «боец не поднимается до уровня своих ожиданий, а опускается до уровня своей подготовки».

В испуганном состоянии дерзать и изучать что-то новое мы вряд ли будем.

Когда же мы довольны, считаем, что жизнь улыбается нам, то готовы пойти на небольшой, разумный риск. Узнать, что лежит за соседними холмами. Вдруг там фруктов завались. А заблаговременно найти новые источники еды очень полезно – вдруг исчезнут старые. Собственно говоря, это то, зачем нужен пряник в управлении поведением людей. Чтобы заставить выполнять привычные, хорошо знакомые действия, достаточно и кнута. Но атмосфера страха никоим образом не способствует креативу, открытому высказыванию идей. Устремиться вперёд, к новому, неизведанному и, возможно, лучшему помогает бодрое состояние духа.

Хорошее настроение частично родилось из способности нашего мозга автоматически предсказывать будущее. Прошлый опыт предполагает наиболее вероятное развитие ситуации, а при крахе ожиданий возникает эффект неожиданности, который и родил всю империю юмора. На заре эволюции смешно было весьма условно. Предок веселья – чувство избавления от страха. Леопард промахнулся, мы юркнули в норку, и нам хорошо.

В современном обществе тень леопарда заменяют рискованные шутки. Сатирик, издеваясь над культурными нормами и стереотипами, высказывает то, о чём люди думают, но боятся сказать. И мы облегчённо смеёмся, понимая, что наши «странные мысли» вовсе не что-то уникальное, многие считают так же, а значит, мы – по-прежнему часть стаи. В общем, шутки – это хорошо. Правда, с течением жизни то, что кажется смешным, постепенно исчезает. Говорим, мол, «Comedy Club уже не тот» и выключаем телевизор. Хотя периодически что-то новое продолжает нас веселить.

Смех, как говорится, дело несерьёзное. И именно как к развлечению все к нему и относятся. Только давайте задумаемся – с чего это вдруг получение чувства радости, которое благотворно влияет на наше самочувствие, мотивирует действовать, считается баловством? Юмор – шикарный и бесплатный ресурс, восполнением которого не следует пренебрегать. Найти собственных поставщиков юмора, шутки которых лично нам кажутся смешными – задача важная. Первоапрельское настроение пригодится в течение всего года.

Положительные эмоции вообще основа для обучения. Мы сделали что-то – возникло приятное чувство. Тёмный Друг хочет повторить. Психологическая иммунная система следит за балансом нашего настроения: к действию толкают положительные эмоции, хоть и с разумной долей опасения, но никак не депрессия.

Интуитивно люди об этом догадываются. Поэтому пытаются искать положительные стороны даже в неприятной ситуации. Только рациональная попытка уговорить самого себя сменить плохое настроение на хорошее в стиле «она мне не пара», «эта работа мне не подходит», «оно и к лучшему, что всё так получилось» обречена на провал. Могу подтвердить на собственном опыте, но лучше сошлюсь на исследование профессора экономики и психологии университета Каргнеги – Мэллона Джорджа Лоуэнстайна. Одних испытуемых он попросил слушать «Весну священную» Стравинского. Других – слушать и одновременно стараться быть счастливыми. Представители второй группы чувствовали себя хуже.

Человек способен по заказу «включить» положительные эмоции. Для этого надо сесть, закрыть глаза и представить приятное событие. Но если мы начинаем сознательно «улучшать картинку» – настроение портится. Становится как-то неловко. Появляется мысль, что всё не так уж хорошо – ведь иначе мы бы не подгоняли факты.

Мысль, что расставание с концептуальной зеленоглазой блондинкой – редчайшая удача в моей жизни (даже если так оно и есть), должна появиться сама собой, как внезапное открытие, а не вывод. Никакой хор фальшивых голосов друзей «правильно, давно пора» не спасёт ситуацию. Сознательно мы можем научиться лишь тормозить нахлынувшие желания, но пробудить в себе мотивацию что-то сделать, обрадоваться – крайне сложно.

Прикасаемся к реальности № 5. Ставим радость на поток.

Время: 2 месяца. Сложность: 6 из 10

Воспользуемся способом из экспериментов профессора психологии Хердфордширского университета Ричарда Вайзмана. Вспомните восемь вещей, которые безусловно доставляют вам удовольствие. Чему вы искренне и бурно радовались, пусть и десять лет назад.

Единственное условие – выбирайте лишь те, чья реализация зависела исключительно от ваших усилий, поэтому события типа признаний в любви от объекта романтического влечения или внезапных премий на работе исключаем.

Теперь запишите все восемь, перемешайте и вытащите один вариант. Лучше вечером в воскресенье. Затем ставьте цель повторить и насладиться только этим видом радости в течение следующей недели (или подготовить всё, чтобы он осуществился в положенное время).

Все остальные развлечения убираем из фокуса. Главное – достичь этого, одного-единственного типа радости. В следующее воскресенье вытаскиваем следующий листик. И так два месяца подряд.

Мастер духа. Десять ключей к управлению эмоциями

Со стороны мир дикой природы выглядит ареной вечной схватки: звери дерутся за еду, территорию, самок. Но в реальности всё иначе. Возьмите двух животных, поставьте их нос к носу – скорее всего, они и не подумают драться. Сотрудничать, правда, тоже не будут.

Базовая, наиболее распространённая модель поведения в животном мире – всем плевать. Тотальное игнорирование подавляющего большинства других существ. Если намечается столкновение – тропинки пересекаются – просто отходят в сторону. Классическую модель поведения животных можно наблюдать по утрам в метро: огромная толпа, все снуют туда-сюда, но столкновений не происходит.

За исключением периода размножения, хищники в основном реагируют только на своих жертв и наоборот. Остальное интереса не представляет. Потому что любая активность, тем более драка – огромная трата энергии. А энергия – основной ограничивающий ресурс в дикой природе. Вдобавок даже у победителя есть риск получить травму, для излечения которой потребуется ещё больше ресурсов. Повреждение: перелом, потеря крови – всё это может стоить жизни.

Животные и люди стараются экономить энергию. Апатичный пофигист – вот наша базовая, глубинная ролевая модель. Даже тревожась, мы просто становимся тревожным апатичным пофигистом: беспокоимся, но ничего не делаем. Только если не обращать внимания на проблему, она не исчезает – просто становится дороже.

Исключительно на запасах хорошего настроения выехать не удастся. Как ни крути, человек – существо эмоциональное. Порой даже излишне. Так что лучше включить в свой арсенал и использовать несколько разноплановых техник управления беспокойством нашего Тёмного Друга.

№ 1. Клапан для эмоций: выпускаем пар

Опасности подстерегают человека не просто за углом, но и непосредственно внутри собственного тела. Лопнул сосуд в голове – инсульт. В сердце – тоже ничего хорошего. Мелкая проблема, способная стать смертельной. А ведь разрыв сосудов, если вспомнить, как часто у нас течёт кровь из носа, не такая уж и редкая проблема. Люди должны мереть как мухи.

Но этого не происходит. Мне нравится теория, что именно вследствие того, что у нас течёт кровь из носа, проблемы с лопнувшими сосудами не столь ужасны, как могли бы быть. Зона Киссельбаха, так называется скопление сосудов в носу, состоит из тонкой слизистой с большим количеством капилляров. Чуть что, сразу рвётся и кровоточит, но в зоне, не опасной для жизни. В общем, выполняет роль клапана.

Клапан нужен не только паровым машинам. Эмоции распирают нас изнутри, и если мы не создадим для них клапан сброса, то, скорее всего, станем срываться на близких или держать стресс в себе, что может закончиться разрывом сосуда уже не в самой благоприятной зоне. Требуется способ, разряжающий наши эмоции, выступающий в роли громоотвода.

Мы помним, что животные не носят стресс в себе, поэтому давайте посмотрим, как разрешаются нервные ситуации в природе. Пожалуй, один из самых эмоционально нагруженных вопросов: «Как бы узнать, кто из партнёров самый классный? Кто достоин стать отцом моих детей?» Природа нашла выход из ситуации достаточно быстро.

Пусть мальчики сражаются между собой. Кто победил – тот и классный.

Способ решать проблему кулаками естественен и для людей. Человек – существо слабовооружённое, но агрессивное, а агрессия чаще всего выплёскивается на представителей своей группы, так как с ними мы и соперничаем за еду, партнёров и ресурсы.


Бойся сурриката. В защиту Homo Sapience скажу, что в ходе современной цивилизации тяга к агрессивности, за парой исключений (и это не мировые войны, а железный век и Средневековье), постепенно снижается.

В настоящее время, по сравнению с общей историей вида, мы живём достаточно миролюбиво. Самый же высокий уровень внутривидовой агрессии среди млекопитающих отмечен у суррикатов. У этих милых и забавных столбиков на каждые 100 смертей приходится 19,4 убийств.

Однако сейчас треснуть в зубы того, кто тебе не по душе – некомильфо. Распространённый и даже поощряемый культурными нормами выход – выплеснуть негатив вербально. Big Data подтверждает. В 2019 году Руй Мулти с командой проанализировал около миллиарда сообщений, написанных сотнями тысяч пользователей соцсети, которую впоследствии купил Илон Маск. Искали сообщения, ясно и чётко выражающие эмоции – радость или грусть. Нашли, а затем посмотрели твиты, размещённые за шесть часов до и шесть часов после этого сообщения.

Так вот, в случае положительных эмоций настроение снижалось медленно, по мере переключения на другие темы. А вот негативные эмоции нарастали быстро, в стиле Улитки из Лунтика: «Все плохо-плохо-плохо!» После чего наступал эмоциональный разряд – сообщение, где была обозначена и проблема, и вызванное ей эмоциональное состояние: «мне грустно», которое затем быстро угасало.

Выговориться полезно.

Интуитивно мы это чувствуем, поэтому прямо высказать партнёру обо всех бесящих моментах весьма распространённый подход в отношениях. Чтобы проверить его эффективность профессор социологии университета Нью-Гэмпшира Мюррей Штраус как-то попросил три сотни студентов пошпионить за своими родителями. Перед студентами поставили задачу отслеживать уровень и формы агрессивного поведения родителей. И, «удивительный факт», выяснилось, что пары, которые чаще ругались, были склонны выяснять отношения силой. Что-то швыряли, били, хлопали дверьми. Странно – ведь они уже вроде выплеснули агрессию на вербальном уровне!

В рабочей среде схожая ситуация. В исследовании Эбби Эббисона из Калифорнийского университета в Сан-Диего изучали настроения сотрудников, которых уволили через год, несмотря на трёхлетний контракт, и просили их дать отзыв о фирме. Только половине респондентов сперва задали вопрос: «Ну что, как с вами обошлась компания-то? А?» Другую же половину в начале попросили рассказать о качестве технической библиотеки в офисе. Как можно догадаться, намного злобнее о работодателе отзывались те, кто сперва орал о «скотах в руководстве».

Высказывая в лицо всё, что наболело, мы не выпускаем пар, а напротив, заводим себя ещё больше. Если хотим успокоиться – нам надо успокоиться. Всласть поорать на собеседника так себе путь выстраивания отношений.

Агрессия порождает агрессию.

Правда, существует исключение. Когда мы накосячили сами, а наш партнёр надулся, молчит, не хочет разговаривать. Здесь, несмотря на его явное нежелание говорить, полезнее продолжать звонить, виниться, допытывать – и не прекращать попыток, пока на нас не наорут. Пока партнёр не высказал всё, что о нас думает – настоящего примирения не получится, учти, Катя!

Итак. С одной стороны, выговориться очень, крайне полезно. С другой, когда высказываешь злость её «виновнику» – монолога не получится. За речью гневных обид следует не менее раздражённый ответ, в результате степень эмоционального накала возрастает. Выход: «жаловаться на третьего отсутствующего» в разговоре с близкими друзьями. Ещё лучше – писать. Выплеснуть эмоции в электронном письме – эффективная техника. Только не отправляйте. Пообещайте себе, что пошлёте через несколько дней и пишите. Затем, при желании, перечитывайте, вносите дополнительные подробности. Через какое-то время поймёте, что отправлять это письмо, в сущности, уже не хочется. Хотя, если будет продолжать зудеть – отправляйте. В конце концов это ваша жизнь, и только вы знаете, как лучше.

Кстати, именно таким способом мы постоянно снижаем накал негативных эмоций, просто не осознаём этого. Ведь в современном мире информация о всяких неприятных событиях часто поступает из постов в соцсетях. И какова наша реакция? Злобно орать на телефон как-то глупо, и мы возмущаемся, тыкая на негативную эмодзи к посту, возможно, даже пишем гневный комментарий. На этом всё и заканчивается. Такая ситуация рождает печальные шутки в стиле, мол, «помогли решить проблему – собрали сотню лайков».

Однако наш мозг действительно так устроен – сам факт испытывания сильных эмоций рождает ощущение, что мы и впрямь что-то сделали. А нажатие на кнопку лайка помогает выплеснуть чувства (Пикабу, верни прежние минусы!). Если же потратить чуть больше сил и осудить в комментариях негодяя, совершившего неблаговидный поступок, в груди просыпается приятное чувство собственного превосходства. Эмоция отыграна, и мы получили награду. Чтобы избавиться от чувства гнева, особенно по отношению к событиям, на которые мы никак не можем повлиять – прекрасная практика. Но для избавления от проблем в собственной жизни – требуются действия посущественнее лайков.

№ 2. Ритуалы-спасатели

Давайте вернёмся к нашим баранам, точнее, вспомним битвы самцов. В драке обычно проигрывает молодой, более слабый соперник, но ведь и он способен вырасти и стать классным. Убивать его с точки зрения эволюции неверно. Выход – создание практик ритуализированной агрессии.

Это стандартный путь эволюции, через 5–10 миллионов лет развития вида от драк с кровью и укусами животные переходят к демонстрации силы. Олени сталкиваются рогами, жирафы – шеями и всё в рамках строгих правил, без подлых ударов. Прямо-таки классический английский бокс. Птицы поют, танцуют или пушат перья.

О японцах, бьющих чучела начальников, слышали многие. Некоторые – о новозеландском танце хака. Один из моих руководителей в минуты гнева комкал и бросал на стол бумажки. Пинать мебель и кричать в кабинете выглядит, конечно, не очень. Но намного лучше, нежели принести скандал с работы домой.

Ритуалы помогают в борьбе как с сильными эмоциями, так и с простой тревогой. Важные события нашей жизни, от рождения до свадьбы и похорон, буквально окружены ими. Да и в повседневной жизни у многих есть свои фишечки: от «счастливой одежды» для особых случаев до приметы постучать по дереву, чтобы не сглазить. О странных спортсменах и говорить не приходится, ведь для победы все средства хороши. Многие хоккеисты не бреются в плей-офф, Рафаэль Надаль выставляет бутылки в определённом порядке, у футболистов Челси есть счастливый писсуар, а в клубе «Пиза» солили поле перед игрой. Собственно говоря, и украшение ёлки, загадывание желаний под бой курантов – тоже ритуалы, направленные на укрепление социальных связей, «приманивание удачи» и т. п.

Создавайте свои ритуалы.

Со стороны выглядит отчасти нелепо. Однако хоть ритуалы сложно отнести к необходимому подспорью ментального спокойствия, смысл в них есть. Они снижают тревожность, повышают уверенность и помогают сконцентрироваться на цели.

Решив создать ритуал, помните – он обязательно должен содержать четыре фактора. Во-первых, нужна жёсткая структура, что именно будет триггером, кульминацией и завершением. Например, как только озвучили позитивное предсказание, требуется срочно постучать, после чего можно облегчённо выдохнуть: фух, мол, не сглазить бы. Во-вторых, требуются специальные атрибуты. Стучим костяшками пальцев и обязательно по дереву. В-третьих – ритмичность, ритуал обязан повторяться с какой-то регулярностью. Так что стучим каждый раз, когда вслух надеемся на какие-то благоприятные события в нашей жизни. И главное – идея. Ритуал, в отличие от привычки, – осознанное действие, в которое мы вкладываем свой собственный смысл. В примере со стуком – защищаемся от сглаза, завистливой судьбы.

Как только выпустили пар – появляется возможность заняться собственным состоянием чуть подробнее. И в первую очередь – убедиться, что с точки зрения физиологии особого различия между позитивными и негативными эмоциями, как ни странно, не наблюдается.

№ 3. Ярлыки-лекарства

Вы заметили опасность. Сердце бьётся сильнее, дыхание участилось, шёрстка встала дыбом. Ощутили испуг. А теперь наконец-то обняли любимого человека. Сердце забилось чаще, дыхание прерывистое, от тактильных ощущений по телу пробежала дрожь. Вы счастливы.

Неважно в какую сторону качнётся ваше настроение – набор физиологических реакций у человека ограничен. Организм использует одно и тоже.

Так, в эксперименте профессора Колумбийского университета Стенли Шехтера испытуемый получал укол якобы для проверки влияния мультивитаминного комплекса на зрение. После чего его просили подождать в соседней комнате, где сидел ещё один участник исследования, который через несколько минут вдруг начинал фонтанировать радостью. Изображая баскетболиста, бросал бумажки в корзину, крутил забытый в углу хулахуп и т. п.

Конечно, продвинутые читатели «Спринта к лучшему» понимают, что второй участник был подставной. Я скажу больше – и укол-то испытуемому ставили не с витаминами, а с адреналином. В результате сердцебиение разгонялось, давление росло, в общем люди понимали: что-то происходит. А подставной участник наглядно показывал в каком свете «правильно» толковать своё состояние.

Минут через 10–15 первого испытуемого уводили и просили заполнить опросник о своих ощущениях. Респонденты отмечали, что их настроение улучшилось, появилось чувство радости и бодрости.

Управлять физиологией нельзя. Но мы способны обратить её во благо – начав трактовать «в свою пользу».

Эксперимент проводился и в «обратную сторону». Вместо радостного компаньона участники исследования сталкивались со злобными, недовольно брюзжащими людьми. И вот в таком случае люди воспринимали собственную физиологическую реакцию на адреналин как признак раздражения и злости.

Отношение к ситуации различается не столько реакцией организма, сколько нашим восприятием этой реакции. Скажем, волнение от публичных выступлений испытывают все, но относятся к нему по-разному. Кто-то считает это «ощущением, будто подпитываюсь энергией от зала», а кто-то: «меня колотит, когда выхожу на сцену». Поэтому задача не изменить, подавить реакцию, а просто «перемаркировать» её.

На первый взгляд подобные советы выглядят по-идиотски. Стандартный пример – нас трясёт от страха, и тут кто-то говорит: «Ну ты не волнуйся. Успокойся». Спасибо, блин. Очень помог.



Хотя на самом деле совет правильный. Но вот только «в лоб» воспользоваться рекомендацией «успокойся» сложно. Когда мы чего-то боимся, излишне волнуемся перед новой ситуацией – сперва попробуйте поговорить с Тёмным Другом.

В прямом смысле, напомните себе, что изменения физиологических проявлений естественны и нормальны. Таким образом, и это сущая правда, наш собственный организм пытается, пусть и неуклюже, нам помочь. Может, перестарался, выбросил излишне много гормонов, но лишь потому, что хотел получше подготовить нас к важному событию.

Смысл не убеждать «нервяк – это хорошо», а донести до самого себя мысль, что подобная реакция всего лишь показывает – нашему телу не всё равно. Это нормальный физиологический ответ, цель которого – помочь нам сосредоточиться на текущей задаче.

Самый легкий способ перемаркировки – другое название. Слова вообще представляют собой один из немногих доступных на сознательном уровне инструментов, оказывающих поистине волшебное влияние на Тёмного Друга.

Слова, описывая ситуацию, влияют на наше отношение к ней.

Например, в эксперименте социального психолога из Йельского университета Джона Барга студентов просили составить несколько фраз, куда бы входили слова: «забывчивый», «седой», «морщины», «лысый» и т. п. После чего участников приглашали пройти в другое крыло здания для продолжения исследования.

На самом деле эта короткая прогулка и была реальной целью. Экспериментаторы измеряли время, которое студентам понадобилось на дорогу. Те, кто составлял предложения со словами, ассоциирующимися с пожилыми людьми, шли медленнее. Набор слов подготавливал человека к мыслям о старости, хотя само слово «старость» в списке отсутствовало. А пожилой возраст – это неторопливые движения. Хотя, конечно же, все протестовали при одной мысли, что чтение слов как-то влияло на темп их походки.

Название предмета во многом определяет, как к нему следует относиться. Работает везде. Использование ярлыков – техника, обладающая поистине убойной силой.

№ 4. Хочу всё знать

Начнём, как это принято у психологов, с крыс. Зверёк сидит в клетке и умывается. Звенит звонок, по полу пробегает ток. Небольшой, но неприятный. Крыса прыгает на полочку, где она в безопасности. На десятый-пятнадцатый раз грызун приучается бежать на полочку сразу после звонка. Одновременно уменьшается и уровень стресса. В первые разы крыса была в панике, но затем успокаивается. Всё понятно. Неприятно, но знакомо.

Итак, выброс адреналина может готовить нас как к бою или бегству, так и к ситуациям эйфории или радости. Проще говоря, гормон повышает тонус организма, а вот на что будет направлен выброс энергии, веселье или борьбу, решает наш Тёмный Друг.

Ну а что случится, если спокойному человеку вколоть дозу адреналина? Конечно, не настолько спокойному, не так много и не прямо в сердце, как героине Умы Турман в «Криминальном чтиве», но всё же – в какую сторону тогда качнётся настроение?

И вот в эксперименте одним людям честно сказали: «Вам введут адреналин», описали симптомы. Другим сообщили, что это витамины, третьим дали плацебо. После укола испытуемых стали веселить или пугать. Эмоциональнее всех реагировали люди, которые были не в курсе, что им ввели, а вот наименьший уровень реакции показали испытуемые, знавшие, что им вкололи адреналин. Они решили, что их чувства и страха, и радости – это лишь результат инъекции, и особо не переживали.

Когда мы точно знаем, чем вызвано наше состояние, уровень беспокойства снижается.

Чтобы успокоиться, достаточно связать неприятные эмоции с какой-то понятной и безопасной ситуацией. Так, в исследовании профессора социальной психологии Мичиганского университета Ричарда Нисбета, проведённого в старые добрые времена, когда психологам разрешалось взаправду бить испытуемых током, людям сообщали, что их ждёт электрический разряд. (Для этого и аналогичных психологических исследований в книге, уточню – уровень боли приемлем, это всё же эксперименты, а не тестирование электрических стульев.) Пока участники эксперимента мужественно ёжились, им давали пилюльку, поясняя, что она вызовет лёгкие изменения в дыхании, повысит сердцебиение, возможно, вызовет изжогу.

Хитрые учёные говорили о симптомах самого электрошока, надеясь, что испытуемые отнесут часть неприятных ощущений на пилюлю. Следовательно, «снимут» их с электрошока и смогут перенести более сильные удары. Так и произошло. Те, кто съел таблетку выдержали электрошок в несколько раз большей силы.


Успех – моя заслуга! В исследовании обнаружился любопытный нюанс. Когда участникам эксперимента сообщили, что они перенесли удар тока значительно больше среднего уровня, и попросили объяснить, с чем бы это могло быть связано, о пилюлях обычно не вспоминали.

Более того, люди несколько оскорблялись – причём тут таблетки, ведь совершенно ясно, что они выдержали удар, потому что значительно терпеливее и устойчивее обычного среднего человека. Второй вывод – личные достижения, особенно связанные с чертами характера, люди склонны считать собственной заслугой. Проще говоря – я совершил смелый поступок, потому что такой мужественный уродился, а не потому, что меня припёрли к стенке.

Понимание причин собственного настроения, неважно, истинных или придуманных, помогает контролировать эмоции, снижая их накал. Поэтому хорошие успокоительные уменьшают тревожность, но не снижают уровень познавательной активности.

Люди очень любят всё понимать. Настолько сильно, что пациенты, согласно одному из ведущих исследователей силы воли Рою Баумейстеру, гораздо лучше переносят хронические болевые ощущения, если врач уверенно говорит, что это за болезнь, что происходит и чем вызваны боли. Пусть даже лекарств от болезни нет, знание помогает.

Уровень тревожности спадает, когда мы уверены в том, что произойдёт завтра. И неважно, сколь сложным оно будет.

Справиться с тревогой можно, сделав ситуацию понятной и предсказуемой. Когда мы точно не знаем, чем вызвано наше настроение, нужно разбираться. Сразу предупрежу, первый пришедший в голову ответ обычно не подходит, он слишком абстрактен: «Я волнуюсь из-за сложившейся ситуации». Чтобы добраться до истины, спрашиваем дальше: «А почему меня волнует эта ситуация?» Найдя следующий ответ – снова спрашиваем «почему». И так пять раз подряд. Это техника «5 Почему», придуманная, по легенде, основателем Toyota. Простая, но помогает вытащить реальные причины проблем – что в личной жизни, что в бизнесе.

Чем яснее и определённее становится ситуация, тем меньший эмоциональный накал мы испытываем. Это верно как для тревоги, так и для радости.

№ 5. Ложные связи

Конечно, хорошо, если мы сможем найти причины возникшей ситуации. А что вот, если нет?

Здесь на руку нам играет тот факт, что объективная аргументация для нашего Тёмного Друга необязательна. Ему достаточно построить любую теорию, найти хоть какое-нибудь объяснение, после чего успокоиться.

К сожалению, раскрыть или придумать причины всех событий, до конца познать тайную изнанку окружающего мира нам вряд ли удастся. А желанию найти объяснение всему трудно сопротивляться, вопросы, остающиеся без ответа, сложно забыть. Поэтому притчу «Как звучит хлопок одной ладони?» знают многие, отнюдь не знатоки дзен-буддизма, ведь её можно назвать квинтэссенцией загадки. Нечто, противоречащее само себе, а потому врезающееся в память.

Наиболее серьёзный пример – смерть. Самая большая область неизвестности. Ситуация новая, важная и точно непонятная. Попытка её осмыслить может занять всю жизнь, что, мягко говоря, непродуктивно. На всех континентах человечество пришло к её решению схожим образом – закрыло проблему простым, но сложно опровергаемым решением. Допускаем возможность существования высшего разума, что, в свою очередь, даёт и нам надежду на бессмертие.

Подобная модель объяснения ситуации «это влияние сверхъестественных сил» вообще была крайне популярна на заре человечества, так как ей можно заткнуть, и затыкали, любые непонятные проблемы. «Это произошло, потому что так угодно высшему божеству». Всё, вопрос снят.

Объяснения, любые объяснения, намного лучше, чем ничего.

Выход разумен. Вера даёт ответ на множество сложных вопросов, снимает ощущение неопределённости и тревоги. Значит, человек может спокойно вернуться к охоте, собирательству, ну или ехать в офис. Заняться актуальными проблемами, а не растрачивать силы, беспокоясь о непонятном.

№ 6. Улыбаемся и машем

Обычный ход мыслей: нам грустно, и мы сидим нахмуренные, поджав губки. Теория эмоций Джеймса-Ланге перевернула всё с ног на голову. Чрезвычайно упрощая – настроение ухудшается именно потому, что мы нахмурились. Мы кривим недовольную гримасу, а затем Тёмный Друг делает вывод: «Хм. Уголки губ поползли вниз, значит, мне грустно!»

Забавный эксперимент на эту тему провёл профессор психологии Фритц Штрак из Вюрцбургского университета. Одни испытуемые держали ручку зубами и растягивали губы в сторону. Получалось некое подобие улыбки. Другие держали ручку при помощи губ – в таком случае появлялась грустная мордочка. После чего всем показывали газетные карикатуры. И те, кто улыбался, пусть и вынуждено, сочли их более забавными5.



Если мы заставим себя, пусть даже через силу, улыбаться – эмоциональный фон изменится. Настроение пойдёт на поправку. Не надо сидеть в ожидании радостного события, чтобы потом подпрыгивать от восторга. Начините подпрыгивать – и чувство радости придёт само.

Тело подсказывает нам – какие эмоции мы должны испытывать.

Даже натянутая улыбка ведёт к положительным эмоциям. А когда мы, пусть и понарошку, мрачнеем и хмуримся, то мозг сам собой переключается на обдумывание негативных ситуаций.

Психолог Сара Снодграсс проверяла влияние походки на самочувствие. Результаты аналогичны – шарканье ногами, медленные движения ведут к ухудшению самочувствия уже через три минуты. А вот широкий шаг, размахивание руками и поднятая голова благотворно влияют на настроение. Схожая реакция на физиологическом уровне возникала, когда людей просили изобразить грустную или печальную эмоцию.

Избежать стрессовых ситуаций, да что там – даже мыслей о них, у нас не получится. Но изменить своё поведение – реально. Надетая, пусть с трудом, даже против воли, маска спокойствия и впрямь успокаивает. Меняя собственное поведение, мы меняем и собственные эмоции. Часы подготовки и тренировки не требуются, позитивный эффект наступает буквально через несколько минут.

Строго говоря, эмоции работают не совсем так, но двусторонняя связь тела и настроения и впрямь присутствует. Поэтому, несмотря на то, что теории Джеймса-Ланге уже хорошо за 100 лет, ей всё ещё пользуются в практических целях. Будем сидеть озлобленно нахмуренными, о повышении настроения можно забыть. А широкая улыбка включит хорошее самочувствие.

1.В книге порой будут встречаться слова, смысл которых не вполне ясен. И, ужас-ужас, рядом с ними отсутствует даже крохотная ссылочка, чтобы «ткнуть и посмотреть». Это не случайность. Немножко тормошим Тёмного Друга – объяснение, найденное лично, запоминается намного лучше. Даже простая попытка вывести смысл слова исходя из его окружения, тоже заставляет нейроны тренироваться, а не кататься зайцами. Гладкий текст, проскальзывающий мимо сознания в небытие – это не к нам. Задача книги – вцепляться колючками и тормошить читателя, помогая, убеждая, а иногда и заставляя его идти по дороге к лучшему.
2.Многие, в том числе и я, не прочь посчитать деньги в чужом кармане, так что сообщаю – средние выплаты составляли около 4000 долларов, что примерно соответствовало 8 % годовой зарплаты учителя в Чикаго. Максимальная надбавка доходила до 8000 долларов.
3.В данном исследовании ни один червяк не пострадал – экспериментаторы останавливали самых отважных (или грустных). Но этот факт вызвал вопросы к методологии и впоследствии исследование было проведено вторично, где испытуемым действительно пришлось есть съедобных гусениц. Результаты оказались аналогичны.
4.Я прямо-таки чувствую возникший вопрос и отвечу – нет, мы не крысы, у человека нет аналогичного центра удовольствия, вместо него ряд отдельных структур, рассеянных вдоль всей системы вознаграждения. Не пытайтесь вживлять электроды себе в мозг, ты слышишь меня, Илон Маск?
5.Правда, когда в 2016 г. эксперимент повторили – в семнадцати лабораториях по всему миру исследовали около 2000 человек – то не смогли получить аналогичные результаты. Крах теории? Не факт. Старые карикатуры уже не столь забавны, а использование новых – не строгое повторение эксперимента. Вдобавок в оригинальном исследовании учёные наблюдали за участниками, сейчас – снимали на видеокамеру, а поведение «на камеру» всегда специфично. Серия перепроверок эксперимента, проведённая уже в 2018–2019 годах, опять выявила влияние мимики на эмоции. В общем, перед тем как активно применять советы в области психологии – всегда лучше провести небольшой пилотный проект. Проверить, работает ли на вас?

Pulsuz fraqment bitdi.

4,7
40 qiymət
11,76 ₼
Yaş həddi:
16+
Litresdə buraxılış tarixi:
02 sentyabr 2026
Yazılma tarixi:
2026
Həcm:
725 səh. 142 illustrasiyalar
ISBN:
978-5-04-252806-4
Müəllif hüququ sahibi:
Эксмо
Yükləmə formatı: