Kitabı oxu: «Молодая гвардия. История подвига»

© Петрова Н.К. предисловие, составление, 2023

© ООО «Яуза-каталог», 2023

Дорогие друзья!

Важной страницей истории Великой Отечественной войны является история всенародного сопротивления нацистским оккупантам, подвиг тысяч партизан и подпольщиков, которые не прекращали борьбу с врагом в самых тяжелых, неравных, и зачастую – отчаянных условиях. Одним из символов их невероятного мужества и патриотизма стала комсомольская подпольная организация «Молодая гвардия», почти полгода сражавшаяся с гитлеровцами в небольшом шахтёрском городе Краснодоне.

Судьбы нескольких десятков молодых людей, отдавших жизни за Родину, были прославлены замечательным романом Александра Фадеева и в нашей стране, и за рубежом. После распада Советского Союза подвиг юных подпольщиков-молодогвардейцев стал прочной духовной опорой для многих краснодонцев и луганчан, переживавших мрачные годы гонений со стороны киевских националистов. Поэтому вдвойне символично, что 80-летие «Молодой гвардии» Луганская Народная Республика встретила уже воссоединившись с Россией.

Интерес профессиональных историков к «Молодой гвардии» тоже не иссякает. Новые исследования помогают уточнить важные детали, восстанавливающие историческую справедливость. Например, в прошлом году член штаба «Молодой гвардии» Виктор Третьякевич, долгое время по ошибке считавшийся предателем, был окончательно реабилитирован и удостоен звания Героя России посмертно. Уверен, что книга, которую вы держите в руках, тоже внесёт свой вклад в сохранение памяти о подвиге героев-молодогвардейцев и станет хорошим подарком для всех интересующихся отечественной историей.

С. Е. Нарышкин

Председатель Российского исторического общества

Предисловие
История «Молодой гвардии» (г. Краснодон): взгляд через 80 лет по материалам архивов

Понятие времени весьма субъективно. Для истории 80 лет могут показаться и кратким мгновением, и длительным периодом.

Осенью 2022 г. исполнилось 80 лет с момента создания и начала деятельности комсомольско-молодежной подпольной организации «Молодая гвардия», действовавшей в городе Краснодоне в период временной оккупации Украины в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. Члены этой организации почти все были арестованы, подвергнуты пыткам, а затем расстреляны или живыми сброшены в шурф шахты № 5.

«Молодая гвардия» – одна из многих молодежных подпольных организаций, которая возникла по инициативе самой молодежи, без организующей и руководящей роли партийных инстанций. Действовала она всего несколько месяцев, так как 1 января 1943 г. начались аресты ее членов и продолжались они в течение всего месяца. Незадолго до освобождения Ворошиловградской области (сейчас – Луганская область), в ночь с 8 на 9 февраля, были расстреляны последние молодогвардейцы в городе Ровеньки.

Возраст молодых подпольщиков – от 14 до 29 лет. Среди них – школьники и только что окончившие школу, студенты, военнослужащие, бежавшие из плена и вернувшиеся в Краснодон. Это была интернациональная организация: в ее составе были русские, украинцы, белорусы, молдаванин, евреи, азербайджанец, армянин. Всех их объединило одно желание – бороться с оккупантами своей Родины.

Впервые мы узнали о краснодонских молодогвардейцах весной 1943 г. И каждый из нас (мы имеем в виду тех, кто родился до конца 60-х гг. прошлого века) знает что-то о «Молодой гвардии», но никто не знает о ней всего. В течение многих лет по крупицам собирается материал о тех, кто был ее членами.

«Молодая гвардия» – одна из многих подпольных организаций, действовавших на временно оккупированной территории. Особенностью является то, что ее деятельность стала широко известна, что о ней не замалчивали долгие годы, как это было с другими, занимаясь проверками по линии спецорганов и выясняя, кто был кто в каждой из этих организаций.

В книге воспоминаний В. Е. Семичастного, которая вышла весной 2002 г. под названием «Беспокойное сердце», думается, совершенно верно дано объяснение причин сохранения известности «Молодой гвардии». В. Е. Семичастный писал, что, если бы Н. С. Хрущев «напрямую не обратился к Сталину, эта организация, как и многие подобные ей, канула бы в неизвестность, попав на проверку в МГБ (Министерство государственной безопасности – так назывались органы государственной безопасности с 1943 года до самой смерти Сталина). А там сразу: кто кого предал, кто кому изменил и т. д. И это могло тянуться годами! Но поскольку указы были подготовлены своевременно и подписаны быстро Хрущевым и Сталиным, дело завершилось благополучно.

Членов “Молодой гвардии” наградили еще во время войны…

Правда, были и издержки: например, в число славных молодогвардейцев не попал В. Третьякевич».

С общим объяснением бывшего председателя КГБ СССР, а во время расследования истории «Молодой гвардии» секретаря ЦК ЛКСМУ В. Е. Семичастного можно согласиться. Но нельзя согласиться с одним – с подходом к «издержкам»: В. Третьякевич, один из организаторов «Молодой гвардии», не только не попал в список молодогвардейцев в 1943 г., а затем в уточненный и дополненный список, составленный в конце 1940-х гг. Ворошиловградским обкомом КП(б)У. Рядом с фамилией В. Третьякевича по ложному навету до 1959 г. витало обвинение в том, что он предал членов своей организации.

И это не одна «издержка» в истории «Молодой гвардии». Вообще-то истории этой организации как таковой нет. Она до сих пор не написана. В целом ряде опубликованных работ проходит краткое изложение действий членов этой организации, дается характеристика членов ее штаба, по наградным документам 1943 г. описывается роль коммунистов в руководстве этой организацией. Но так ли все это было? А если не так, то почему все идет по установившимся правилам?

Многие документы долгое время были неизвестны. В начале XXI в. была предпринята попытка пересмотреть историю «Молодой гвардии» от первого о ней упоминания. В 2003 г. вышел в свет сборник документов и материалов под названием «Молодая гвардия» (г. Краснодон) – художественный образ и историческая реальность».

Сборник включает подлинные документы и может быть источником для изучения советского общества 40–90-х гг. прошлого столетия.

История подпольной организации «Молодая гвардия» долгие годы была для журналистов, писателей, для всех, кого волновали проблемы воспитания молодежи, благодарным материалом, дающим примеры мужества, патриотизма, служения народу, яркие образцы для подражания. К сожалению, теперь с образованием СНГ интерес к этой истории упал.

В настоящее время историю «Молодой гвардии» некоторые специалисты называют «локальной историей, не имеющей широкого звучания». Остается только сожалеть, что это мнение существует и отчасти реализуется на практике.

Скажите, знает ли современная молодежь, кто такие молодогвардейцы, что это за подпольная организация «Молодая гвардия» и кто написал роман, посвященный ее борьбе в годы Отечественной войны? Изучая социологические опросы последнего времени, мы получим неутешительные, отрицательные ответы на все вышеназванные вопросы.

От рассуждений вернемся к истории вопроса.

Впервые, по горячим следам, после сообщения о «Молодой гвардии» о ней написали очерк журналисты А. Гуторович и В. Лясковский, очень быстро они подготовили брошюру о «Молодой гвардии».

А. А. Фадеев создал яркий очерк «Бессмертие». Все это было в 1943 г. Затем на документальной основе был написан роман А. А. Фадеева «Молодая гвардия». Еще до выхода в свет его главы печатались в газете «Комсомольская правда» и в ряде журналов. Роман пришел в солдатские окопы первыми главами. Книга сражалась в прямом смысле слова на фронтах Великой Отечественной войны. Весь роман был написан за год и девять месяцев, окончен 18 декабря 1945 г. и в 1946 г. вышел отдельным изданием. В июне того же года автор получил Государственную премию 1-й степени.

Обложка первого издания романа А.А. Фадеева «Молодая гвардия», 1946 г.

Роман А. А. Фадеева – это документ эпохи. В нем мысли и чувства молодежи военного времени, их характеры. Это произведение вошло в золотой фонд советской литературы, соединив в себе документальную правду и художественное осмысление. Сам А. А. Фадеев по этому поводу говорил: «Хотя герои моего романа носят действительные имена и фамилии, я писал не действительную историю «Молодой гвардии», а художественное произведение, в котором много вымышленного и даже есть вымышленные лица. Роман имеет на это право» ¹. Однако многими, в том числе и историками, этот роман воспринимался как канонизированная история организации. Были годы, когда считалась крамольной сама мысль что-то уточнить или в чем-то усомниться.

История «Молодой гвардии» – это долгий и трудный поиск истины, причем сейчас это делать не легче, чем раньше. У нас была одна Великая Отечественная война, которая объединила все народы для разгрома врага, и «Молодая гвардия» – это часть нашего общего исторического прошлого, в котором важно отделить правду от художественного вымысла, отдать должное всем тем молодым людям, которые сражались с врагом, восстановить забытые или поспешно вычеркнутые чьей-то рукой добрые имена молодогвардейцев.

Не думая о том, как их будут называть потомки и все ли они правильно делают, молодогвардейцы делали то, что могли, что было им по силам: разоблачали дезинформацию, распространяемую оккупантами на советской земле, вселяли в народ веру в неизбежный разгром захватчиков, добывали оружие, чтобы в нужный момент приступить к открытой вооруженной борьбе. Члены организации писали от руки или печатали в примитивной типографии листовки, распространяли сводки Совинформбюро, в ночь на 7 ноября 1942 г. вывесили красные флаги на зданиях школ, жандармерии и других учреждений. Флаги были пошиты девушками вручную из белой ткани, затем окрашены в алый цвет – цвет, который для ребят символизировал свободу.

По решению штаба «Молодой гвардии» было сожжено здание немецкой биржи труда со всеми документами, освобождены из концентрационного лагеря свыше 80 советских военнопленных. Отбито стадо скота из 500 голов, предназначенное к вывозу в Германию, и т. д.

В канун нового, 1943 г. было совершено нападение на немецкие машины, которые везли оккупантам новогодние подарки и почту. Подарки ребята унесли с собой, почту сожгли, а остальное спрятали, планируя переправить затем на базу, созданную для партизанской борьбы.

Эта последняя акция ускорила разгром «Молодой гвардии», за которой уже не первый месяц охотились краснодонская полиция и жандармерия вместе с немецкими, итальянскими и румынскими спецслужбами городов Ворошиловград (ныне Луганск), Красный Луч, Ровеньки и Сталино (ныне Донецк). А затем были зверские, поистине средневековые пытки. Начальник полиции Соликовский старался изо всех сил. До неузнаваемости изуродовали Ивана Земнухова. Евгения Мошкова обливали водой, выводили на улицу, потом оттаивали на печке и вели на допрос. Сергею Тюленину прижигали рану на руке раскаленным прутом. Ульяну Громову подвешивали к потолку за косы…

Субботин Виктор Фёдорович

Казнили их у шахты № 5-бис. В ночь на 15 января расстреляли и затем сбросили в шурф первую группу молодогвардейцев, причем некоторых из них бросали в шахту живыми. Среди них был Виктор Третьякевич – один из организаторов «Молодой гвардии». До 31 января палачи расправились с остальными арестованными молодогвардейцами, среди которых был Сергей Тюленин.

Олега Кошевого задержали 22 января 1943 г. около станции Картушино. На дороге его остановили полицаи, обыскали, нашли пистолет, избили и под конвоем отправили в Ровеньки. Там его снова обыскали и под подкладкой пальто нашли два бланка временных членских билетов и самодельную печать «Молодой гвардии». Начальник полиции узнал юношу (Олег был племянником его знакомого). Когда Кошевого допрашивали и били, Олег выкрикивал, что он комиссар «Молодой гвардии». За шесть дней допросов он поседел.

В Ровеньках пытали также Любовь Шевцову, Семена Остапенко, Виктора Субботина и Дмитрия Огурцова. Олега Кошевого расстреляли 26 января, а Любовь Шевцову – в ночь на 9 февраля.

После освобождения Краснодона, 1 марта 1943 г., в парке имени Комсомола с утра до вечера шли похороны 49 молодогвардейцев.

А потом «Молодая гвардия» и ее история стали легендой, символом советского патриотизма, материалом для агитационно-пропагандистской работы среди молодежи. Так уже было с Николаем Гастелло, Зоей Космодемьянской, Александром Матросовым. Теперь героями стали и самые активные молодогвардейцы. Первое сообщение о них поступило в партийные и комсомольские органы Украины уже 31 марта 1943 г.² Первый секретарь ЦК ЛКСМУ В. С. Костенко доложил по фронтовому ВЧ Хрущеву о «Молодой гвардии». Никита Сергеевич дал команду: «Возьмите образец, как мы пишем И. В. Сталину, – напишите текст и приложите указы о награждении». Костенко, вспоминая об этом летом 1992 г., сказал: «Мы, т. е. ЦК, подготовили и принесли. Хрущев взял в руки и спросил: «Все здесь правильно?» Получив утвердительный ответ, Хрущев, не читая, подписал все документы» ³. Так был подготовлен главный документ о «Молодой гвардии» – записка Хрущева на имя Сталина от 8 сентября 1943 г.

Как известно, Н. С. Хрущев питал особенно теплые чувства к Донбассу, где он проходил свои трудовые университеты. Поэтому он принял сообщение о «Молодой гвардии» близко к сердцу. В записке Хрущева на имя Сталина подчеркивалось, что «вся деятельность «Молодой гвардии» способствовала усилению сопротивления населения оккупантам, вселяла веру в неизбежность разгрома немцев и восстановления Советской власти» ⁴. В записке ничего не говорилось о партийном руководстве работой молодогвардейцев. Однако в этот документ уже была заложена и определенная дезинформация, касавшаяся состава руководства молодежной организации. Создателями «Молодой гвардии» были названы Олег Кошевой, Иван Земнухов и Сергей Тюленин, тогда как Виктор Третьякевич и Василий Левашов в записке на имя Сталина не фигурировали и, соответственно, к награждению представлены не были ⁵.

Передовица «Красной звезды» от 14 сентября 1943 г. с заметкой о награждении членов «Молодой гвардии»

Сталин поддержал предложение украинского лидера о посмертном награждении героев «Молодой гвардии», записка Хрущева со сталинской резолюцией пошла к председателю Президиума Верховного Совета СССР М. И. Калинину. Решение было быстрым. Указ о награждении Калинин подписал уже на следующий день – 13 сентября 1943 г. Олегу Кошевому, Ивану Земнухову, Ульяне Громовой, Сергею Тюленину и Любови Шевцовой посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза. Были награждены и другие молодогвардейцы, и мать Олега Кошевого – Е. Н. Кошевая (она получила орден Отечественной войны II степени – за активную помощь, оказанную «Молодой гвардии»).

Родителям, дети которых посмертно были награждены, этот Указ Президиума Верховного Совета СССР принес временное облегчение от сознания того, что о погибших сыновьях и дочерях помнят. Но ненадолго. В народе, как это всегда бывает, стали обсуждать, кто и за что получил награды, так как многие из тех, кто погиб, не получили даже медалей.

Одновременно «изучение вопроса» вели и спецслужбы, активно искавшие предателя, выдавшего организацию.

Не улучшило, а скорее обострило обстановку в Краснодоне посещение города известным писателем А. Фадеевым. Информация о том, что было в городе в период оккупации, как создавалась и что сделала «Молодая гвардия», попала к писателю от Е. Н. Кошевой, ярко и убедительно пересказавшей все то, что она слышала от других, что знала сама. ЦК ВЛКСМ предоставил Фадееву обширный документальный материал. Писатель беседовал с работниками следственных органов. Материалы, как заявлял Фадеев, произвели на него огромное впечатление и были положены в основу романа ⁶.

А. А. Фадеев сознательно нарушил неписаный закон творчества, согласно которому браться за создание произведений о важнейших исторических событиях следовало лишь после того, как они отойдут в далекое прошлое. В результате в его романе историческая действительность смешалась с вымыслом, приобрела художественную форму, но вместе с тем утратила и часть своей достоверности.

Тираж романа разошелся мгновенно. Мы не будем останавливаться на его художественных достоинствах. В Донбассе спрос на произведение превышал предложение – книг в магазинах не хватало.

Но вскоре наряду с восторженными отзывами о «Молодой гвардии» хлынул поток вопросов к местной партийной власти, к писателю, в различные инстанции и т. д. Это объясняется тем, что краснодонцы приняли роман «Молодая гвардия» как историю деятельности организации, молодежного подполья их родного города. Люди, чьи дети погибли, не находили о своих близких упоминания, или написанное не совпадало с тем реальным, что было. Возмущались искажением действительности. Особенно точным совпадением образа Евгения Стаховича, человека, предавшего организацию, с портретом Виктора Третьякевича, который был одним из организаторов и комиссаром «Молодой гвардии».

Никакие объяснения не принимались. Отстаивали правду не только родственники В. Третьякевича. Многие родители были возмущены. Обкому ЛКСМ Украины приходилось, как вспоминал в 1989 г. бывший секретарь Ворошиловградского обкома Н. В. Пилипенко, «восстанавливать взаимопонимание среди семей молодогвардейцев».

В качестве «подкрепления» приехала из Киева группа комсомольских работников во главе с секретарем ЦК ЛКСМУ Митрохиным.

Они прибыли выполнять специальное указание первого секретаря ЦК ЛКСМУ В. А. Костенко – «читать семьям молодогвардейцев роман «Молодая гвардия» и просить их, чтобы они знали историю создания этой организации по книге». Задание есть задание.

О том, как оно выполнялось, рассказал Н. В. Пилипенко на совещании в ЦК ВЛКСМ в апреле 1989 г. Думаю, что его рассказ стоит воспроизведения, так как до этого его не печатали. «Мы с Митрохиным поехали в Краснодон, – вспоминал Пилипенко. – Читали книгу по семьям, по квартирам. И просили всех: «Давайте историю “Молодой гвардии” будем излагать так, как это показано в книге Фадеева» ⁷.

О том, что такая «история» была, рассказывал и В. Е. Семичастный в беседе с составителями сборника документов о «Молодой гвардии» в июле 2000 г. Он говорил, что наиболее активных и шумных приходилось «успокаивать словами». Приходилось говорить: сегодня ваш сын (или дочь) герой, о нем знают, но если не угомонитесь, то сделаем так, что из героя он превратится в предателя. Такие «разъяснительные» беседы велись с наиболее активной семьей Тюлениных. Конечно, говорил это родственникам молодогвардейцев Семичастный не от себя лично, а потому, что существовала «партийная установка». Было тогда общепринято: решения партии не обсуждать, так как они всегда верные. А на проекте указа о награждении молодогвардейцев размашисто было написано: «За. И. Сталин». Одна подпись – и вопрос решен ⁸. Такое было время. И на какой-то период люди затихали. А потом вновь писали в Москву письма, возмущаясь и требуя восстановить справедливость.

Кошевой Олег Васильевич

Выход в свет книги Е. Н. Кошевой ⁹ «Повесть о сыне» вызвала новую волну писем, связанную с неточностями и дегероизацией своего сына. На вопрос одного из комсомольских руководителей области, которому она дарила книгу: «А все ли объективно в ней описано?» – Кошевая покраснела и ответила: «Знаете, писали книгу писатели. Но с моего рассказа». А по поводу обнаруженных неточностей, расхождений с действительностью Елена Николаевна ответила: «Видите, теперь уже не исправишь в книге ничего. Что написано, видно, пером, то не вырубить и топором» ¹⁰. Долгое время действительность доказывала, что это верно.

А. А. Фадеев в своем произведении выписал обаятельный образ Олега Кошевого, комиссара «Молодой гвардии», который смог создать и руководить подпольной организацией, объединившей в своих рядах около ста человек в возрасте от 14 лет (Радик Юркин) до 29 лет (М. Шищенко). Надо подчеркнуть, что в этой организации было немало людей, отслуживших в Красной Армии, как М. И. Шищенко и Н. Жуков, или попавших в окружение или в плен и бежавших из лагерей (Б. Главан, В. Гуков). В организации было несколько человек, окончивших разведшколу в Луганске (это два брата – Сергей и Василий Левашовы, В. Загоруйко, Л. Шевцова). Н. Иванцова и О. Иванцова, окончив курсы морзисток, были оставлены для работы в тылу врага.

А. А. Фадеев «не заметил» или не посчитал нужным показать, что по возрасту это была далеко не школьная подпольная организация, там были и молодые офицеры (достаточно вспомнить Е. Мошкова и В. Туркенича).

Определенное объяснение случившемуся дал в 1965 г. бывший секретарь ЦК ЛКСМУ П. Т. Тронько: «В первые месяцы после освобождения Краснодона сведения о деятельности “Молодой гвардии” были получены главным образом от родителей молодогвардейцев (в основном от матери Олега Кошевого), а не от оставшихся в живых молодогвардейцев. Мать Олега Кошевого развила бурную деятельность по возвеличиванию сына и изображала работу организации в выгодном для нее освещении. Работу вела вся группа, коллектив.

Звания Героя Советского Союза достойны и Туркенич, и Третьякевич. Это были наиболее зрелые люди в организации, остальные были очень молоды. Но поскольку в то время Третьякевича подозревали в предательстве, его имя замалчивалось…» ¹¹

Что касается романа, то пресса встретила «Молодую гвардию» в целом комплиментарно. Превозносились «гражданский подвиг» Фадеева, его «художественные достижения», отмечались подкупающее обаяние и бесстрашие парней и девушек из Краснодона. Газеты «Культура и жизнь» и «Правда» 30 ноября и 3 декабря 1947 г. откликнулись на выход романа редакционными статьями, где высоко оценивалась эпопея о юных подпольщиках – детях шахтерского края. Но вскоре прозвучала и критика: «Из романа выпало самое главное, что характеризует жизнь, рост, работу комсомола, – это руководящая, воспитательная роль партии, партийной организации», – вынесла приговор «Правда», перечеркнув многое из того, что она же хвалила.

Подхватив эту критическую ноту, периодическая печать калибром помельче принялась, в свою очередь, распекать писателя за дефицит «цементирующего партийного начала», «ущербность образов большевиков», показанных, дескать, никчемными организаторами, спотыкающимися на каждом шагу.

Фадеев не защищался. Напротив, немедленно «взял под козырек», так как по опыту знал беспощадную мощь идеологического диктата Системы. В итоге он пошел на существенную переработку текста романа. У молодогвардейцев в романе появились партийные наставники и руководители. Идея ведущей и направляющей роли ВКП(б) вновь продемонстрировала свою всепобеждающую силу. А ведь вначале, по горячим следам своей первой поездки в Краснодон, он писал в опубликованном в «Правде» 15 сентября 1943 г. очерке «Бессмертие», который воспринимается сейчас как эскиз к первому варианту романа, нечто совсем иное: «Люди старших поколений, оставшиеся в городе для того, чтобы организовать борьбу против немецких оккупантов, были вскоре выявлены врагом и погибли от его руки или вынуждены были скрыться. Вся тяжесть организации борьбы с врагом выпала на плечи молодежи. Так осенью 1942 года сложилась в городе Краснодоне подпольная организация “Молодая гвардия”».

Этот вывод А. А. Фадеева подтверждает и «Отчет Ворошиловградского обкома КП(б)У о партизанском движении и деятельности подпольных партийных организаций в период временной оккупации области немецко-фашистскими захватчиками». В нем говорится, что в конце 1941 г. ни партколлективам в подполье, ни партизанским отрядам развернуть подрывную работу не довелось, ибо фронт частично стабилизировался и Ворошиловградщина еще не была оккупирована. Поэтому большинство подпольных и партизанских подразделений было расформировано, их личный состав призван в РККА, а отдельные «нелегалы» переброшены для выполнения спецзаданий в другие области. И только в связи с новым продвижением вражеских войск в глубь страны Ворошиловградский обком КП(б)У вторично приступил к созданию подпольных партийных организаций и партизанских отрядов. В районах и городах Ворошиловградщины были сформированы подпольные райкомы и горкомы КП(б)У ¹². Но у них не хватало сил для того, чтобы обеспечить руководство молодежным подпольем в Краснодоне.

В исторической литературе до сих пор нет полного исследования по истории молодежной подпольной организации «Молодая гвардия», но достаточно много статей и публикаций о том, кто был кто в ней, а именно: кто был комиссаром – О. Кошевой или В. Третьякевич. Бесспорно, хотелось бы поставить точку в этом вопросе. Но главное – не изучение распределения ролей и должностей по подполью, а воссоздание всей ее истории по крупицам, по деталям. Для историков важно выяснить ее состав, деятельность (хотя этот вопрос наиболее изучен), причины провала, кто и зачем фальсифицировал некоторых ее активных участников. Не последнее место в этой длинной череде неизученных, необобщенных проблем занимает восстановление доброго имени каждого, на ком долгие годы висел ярлык «предатель». До сих пор нет полного списка ее участников. Но есть канонизированный список, утвержденный в свое время решением бюро Луганского обкома КП(б)У в 1945 г.¹³

Чтобы узаконить партийное руководство «Молодой гвардией», оформлялись соответствующие документы. 20 апреля 1945 г. секретарь Краснодонского РК КП(б)У П. Я. Зверев и начальник РО НКГБ М. И. Бессмертный подписали письмо на имя секретаря Ворошиловградского обкома КП(б)У П. Л. Тульнова. Его содержание дает ответы на некоторые вопросы: «…В момент отхода частей Красной Армии летом 1942 г. Краснодонским РК КП(б)У и РО НКГБ было создано в районе несколько партизанских групп и оставлено в тылу врага со специальным заданием…

Из имеющихся в нашем распоряжении и РО НКГБ материалов видно, что оставленные партизанские группы никаких действий в тылу врага не проводили, отдельные члены этих отрядов стали активными пособниками немецких оккупантов.

В период оккупации коммунист, работавший при немцах в центрально-электромеханической мастерской, т. Лютиков Ф. П. имел намерение по собственной инициативе организовать партизанскую группу. Лютиковым было создано ядро группы, куда вошли члены ВКП(б) ¹⁴Бараков, Дымченко, беспартийные Артемьев, Соколов ¹⁵ и др. Однако указанная группа каких-либо действий в тылу врага не успела сделать, так как в начале января месяца 1943 г. все они во главе с Лютиковым были арестованы полицией и расстреляны…

Партизан-одиночек, которые бы вели борьбу в тылу немцев, нами в Краснодонском районе не установлено» ¹⁶. Ниже – подписи авторов сообщения.

А вслед за этим, очевидно, по рекомендации обкома КП(б)У, 28 апреля 1945 г. был заслушан на бюро Краснодонского РК КП(б)У доклад «Об организации по собственной инициативе партизанского отряда в г. Краснодоне в период временной оккупации немцами Краснодонского района». Докладчиками были первые лица власти Краснодона: П. Зверев (секретарь ФК КП(б)У), Бессмертный (начальник РО НКГБ) и Мищук (должность не указана). А затем, как полагалось, было принято постановление. В констатирующей части отмечалось, что при оккупации города «по инициативе отдельных коммунистов, оставшихся в связи с окружением (обращаю внимание: не оставленных на задания, а оставшихся, т. е. не сумевших эвакуироваться. – Н.П.), было намерение организовать партизанскую группу для борьбы с врагом.

Группа Лютикова – Баракова избрала первого командиром, а второго – комиссаром, поставила задачи – вселять уверенность в народе в возврате и скором освобождении района Красной Армией… Однако указанная группа каких-либо действий в тылу врага сделать не успела, так как в начале января 1943 г. все ядро во главе с Лютиковым и Бараковым было арестовано полицией и все участники группы расстреляны.

Исходя из вышеизложенного, бюро РК КП(б)У постановляет:

1. Считать Лютикова Филиппа Петровича и Баракова Николая Петровича организаторами партизанской группы в г. Краснодоне, зверски замученных немецко-фашистскими захватчиками, – ПАРТИЗАНАМИ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ.

2. Список партизан и молодогвардейцев… утвердить.

3. Просить бюро Обкома КП(б)У утвердить данное решение» ¹⁷.

Вот так, спустя более двух лет после освобождения города, незадолго до окончания Отечественной войны был составлен этот документ. Далее он был утвержден согласно просьбе, изложенной в третьем пункте постановления.

Скажем для уточнения, что создание этого отряда численностью 50 человек датировано декабрем 1942 г.,¹⁸ а организация «Молодая гвардия» была создана в сентябре того же года. Встает вопрос: кто кому помогал и кто кем руководил?

Посмотрим глазами документов, как воссоздавалась эта страница «истории». В течение десятка лет наше общество знало о руководящей роли коммунистов молодежным подпольем в Краснодоне. Кому мы обязаны тем, что эта сказка стала былью?!

Чтобы укрепить эту «позицию» в 1948–1949 гг., Ворошиловградский ОК КП(б)У создал комиссию, которой поручил собрать «дополнительные материалы о подпольной комсомольской организации «Молодая гвардия» и роли коммунистов в ее работе. 18 февраля 1949 г. на заседании этой комиссии отмечалось, что «у нас нет документов, которые были бы оставлены прямо партийной организацией… Несмотря на то, что нет таких документов, мы все же можем восстановить картину деятельности партийного подполья…» ¹⁹.

Подводя итоги этого совещания, секретарь обкома Алентьева дала указание «найти материалы партийного подполья Краснодона». Но «если не сохранились документы этой эпохи, то сохранятся документы 1949 года. А эти документы мы должны видеть в массовом признании, в лице партийного актива и официальных записей бюро обкома КП(б) У» ²⁰, – сделала вывод Алентьева.

И это не все. Стенограмма другого совещания вышеназванной комиссии от 28 апреля 1949 г. – это яркий образец, как партийные инстанции «участвовали в восстановлении» истории «Молодой гвардии». Алентьева как главный партийный идеолог области сделала вывод: «Фадеев писал художественное произведение. Мы считаем, что создаем исторический документ, показать Третьякевича нельзя. Третьякевич не должен быть показан как один из активнейших людей, это будет исторически неправильно (выделено. – Н.П.)» ²¹. И как результат работы 14 июня 1949 г. на заседании бюро ОК КП(б)У по вопросу о «Молодой гвардии» Алентьева сделала вывод (несмотря на отсутствие соответствующих документов), что «именно партийная организация начала ²² свою деятельность до “Молодой гвардии”… Мы решили (обратите внимание – «мы решили». – Н.П.) Третьякевича изъять. Играть будут роль Лютиков и Бараков» ²³. Так создавался очередной миф о руководящей и направляющей роли партии.

А. А. Фадеев, судя по содержанию тех документов, с которыми он знакомился, бесед с уцелевшими молодогвардейцами, об этом, конечно, знал. Однако он щедро ввел в повествование выигрышные для ВКП(б) новые эпизоды. Практически им были заново написаны семь и фундаментально перестроены двадцать пять глав романа. Фигуры коммунистов – наставников юношества были вылеплены во второй редакции объемно, почти монументально. В то же время молодежное подполье оказалось в «обновленном» романе на задворках сопротивления, превратившись, как и положено любой комсомольской организации, в помощника и резерв партии.

Но Фадееву доставалось не только и даже не столько от рецензентов, сколько от читателей – преимущественно земляков и родных погибших молодогвардейцев. Трудно измерить горе семьи В. И. Третьякевича, которое принес им созданный Фадеевым образ предателя Стаховича, как две капли воды похожий на их сына Виктора. Отца Третьякевича парализовало, братьев «ушли» с партийной работы.

Сначала, весной и летом 1943 г., Виктор Третьякевич еще числился в списке руководителей «Молодой гвардии» наряду с Сергеем Тюлениным, Иваном Туркеничем и Олегом Кошевым. Но затем в расследование обстоятельств, связанных с деятельностью и провалом «Молодой гвардии», вмешался Смерш, активно занявшийся поиском предателей.

В 1943 г. не принималось во внимание то, что немцы имели определенную информацию о формировании подполья на оккупированных территориях. В фонде Центрального штаба партизанского движения при Ставке Верховного главнокомандования сохранился один интересный документ из отдела специнформации о развитии партизанского движения в 1942 г. (перевод с итальянского). Обращает на себя внимание такой момент: информированность разведывательного «ведомства». В разделе «Обучение» читаем: «Большевики с начала войны организовали… специальные школы, где проводился регулярный курс обучения. Только в одном Воронеже находится 15 таких школ, в том числе одна для женщин. Остальные школы находятся в Ворошиловграде и Ростове. Школы Москвы, Ленинграда и Сталинграда являются самыми крупными». Известны были руководители школ, характер обучения, планы преподавания и даже детали о том, что в «Ворошиловграде и в Миллерово (около Сталинграда) школа для шпионов и диверсантов имеет двухнедельный срок обучения. Во многих школах молодежь обучают специальному искусству поджогов» ²⁴.

Это еще раз свидетельствует о том, что оккупанты постоянно вели сбор информации, используя ее для отслеживания подозреваемых лиц. С этой целью «начальники тайной полевой полиции, генералы-командующие войсками безопасности и главнокомандующие северо-центральных и южных армий завели специальные списки партизан, их помощников, шпионов и подозрительных большевистских агентов.

Третьякевич Виктор Иосифович

Эти списки были разосланы всем частям тайной полевой полиции, полевым и местным гарнизонам, информационным бюро полиции по обеспечению безопасности, в лагеря военнопленных… Эти списки содержат в себе точные, по возможности, персональные данные, описание внешности, адрес, место деятельности и принадлежность к определенному партизанскому отряду» ²⁵. «Если мы считали, – констатируется в этом документе, – что с уничтожением Красной Армии партизанская борьба пойдет на убыль, то теперь (напомним, шел 1942 г. – Н.П.) борьба с партизанами является одной из важнейших задач, поставленных перед немецкими войсками, находящимися в тылу».

Для немцев партизаны и подпольщики не имели различия – это были их враги. Немцы говорили, что «эти фанатики, несмотря на суровые меры, часто отказываются давать какие-либо показания» ²⁶, когда попадают в гестапо.

После того как первичный материал о «Молодой гвардии» был собран местной комиссией комсомольских работников во главе с Евдокией Корниенко, из Москвы 26 июня 1943 г. прилетела комиссия ЦК ВЛКСМ в составе заместителя заведующего спецотделом ЦК А. Торицына и инструктора ЦК Н. Соколова. Одним из основных источников информации для них стали беседы с Е. Н. Кошевой. Трудно сказать, как складывалась у Торицына версия о предательстве Третьякевича, но в докладной записке по итогам поездки он уже писал о том, что Виктор, «по показаниям наших следственных органов… не выдержав страшных пыток», «давал подробные показания о членах организации и о ее боевой деятельности» ²⁷. После этого имя Третьякевича стали вымарывать из документов о деятельности «Молодой гвардии» и изъяли ее из списка героев-молодогвардейцев. Нет его поэтому и в романе Фадеева.

Однако Виктор Третьякевич не был предателем, как вообще не было какого-то одного изменника, провалившего «Молодую гвардию». Показания, которые содержали какую-либо информацию о деятельности организации, дали на допросах под пытками несколько молодогвардейцев (не будем забывать, что это были совсем молодые ребята), но это не означает, что их можно считать предателями. 14 декабря 1960 г. в «Правде» появилась заметка «Отважный сын Краснодона», посвященная посмертному награждению Виктора Третьякевича орденом Отечественной войны I степени. Только через 16 лет награда нашла одного из руководителей «Молодой гвардии», ставшего жертвой клеветы.

История с реабилитацией В. Третьякевича показывает, как сложно было снять с человека навешенный на него ярлык. Не менее трудно было доказать, что составленный в 1943 г. в ЦК ВЛКСМ с учетом информации советских спецслужб список молодогвардейцев неполон, что в нем есть пробелы, с которыми трудно смириться родным и близким погибших членов «Молодой гвардии». Так, выяснилось, что в акте Чрезвычайной государственной комиссии о преступлениях немецко-фашистских захватчиков в Краснодоне документирована гибель еще трех молодогвардейцев – Е. Климова, Н. Петрачковой и В. Гукова. Их имен нет в списке А. Торицына ²⁸. В 1955 г. партийные и советские органы Краснодона возбудили ходатайство о награждении Н. Н. Петрачковой медалью «Партизану Великой Отечественной войны». Комиссия по делам бывших партизан при Президиуме Верховного Совета УССР под председательством С. А. Ковпака признала Н. Н. Петрачкову членом «Молодой гвардии» и поддержала представление о ее посмертном награждении.

Однако время шло, а положительного решения очевидного, казалось бы, вопроса все не было. Тогда отец девушки, член КПСС с 1924 г., почетный шахтер и кавалер ордена Ленина Н. С. Петрачков направил в начале 1956 г. письмо в ЦК ЛКСМ Украины с просьбой разобраться в этом деле. Секретарь ЦК ЛКСМУ С. Кириллова 16 февраля 1956 г. обратилась к секретарю ЦК ВЛКСМ А. Н. Шелепину с просьбой «ходатайствовать перед Президиумом Верховного Совета СССР о награждении члена подпольной организации “Молодая гвардия” тов. Петрачковой Н. Н. медалью “Партизану Отечественной войны”II степени», мотивируя это тем, что она «случайно была пропущена в списках представленных к награждению молодогвардейцев правительственными наградами» ²⁹. В 1958 г. ходатайство было повторено, и тогдашний первый секретарь ЦК ВЛКСМ, будущий председатель КГБ В. Е. Семичастный распорядился «подготовить материалы для инстанции» ³⁰. Однако до развала СССР этот вопрос так и не был решен. Видимо, в ЦК ВЛКСМ его посчитали слишком мелким.

Нельзя не согласиться с мнением, высказанным членами созданной в начале 1990-х гг. межрегиональной комиссии по изучению истории «Молодой гвардии» – Союза молодежи Луганщины, что одни молодогвардейцы были «канонизированы в качестве бессмертных героев, другие выступают как антигерои, а третьи, хотя и принимали активное участие в основных акциях, проходят как исключительно рядовые, довольно бесцветные личности» ³¹. Это относится, в частности, к А. В. Ковалеву. По воспоминаниям, он выглядит как личность яркая, мужественная, отважная. Главным «недостатком» его было то, что он сумел бежать, когда его с товарищами везли на казнь к шурфу шахты № 5. Помог ему ехавший с ним М. Н. Григорьев, который зубами развязал веревку. Побег был неожиданностью. Полицейские не сразу поняли, что произошло, а затем, опомнившись, начали стрелять по убегавшему. Он был ранен, но Ковалеву удалось скрыться среди домиков поселка ³². Затем его лечили и прятали родные, А. Титова (любимая девушка) и некоторые друзья. Потом Анатолия вывезли из Краснодона в район Днепропетровска. Когда туда пришла Красная Армия, его там не оказалось. Что с ним случилось, никто не знает. Он пропал без вести. До сих пор подвиг А. В. Ковалева, бывшего кумира молодогвардейцев, не отмечен даже медалью «Партизану Отечественной войны».

Григорьев Михаил Николаевич

Нет в списке героев и Юрия Полянского, хотя его тело было поднято в феврале 1943 г. из шурфа шахты и захоронено в братской могиле 1 марта 1943 г. Между тем Торицын объявил его почему-то «пропавшим без вести», видимо руководствуясь тем, что сестру Юрия Серафиму заподозрили в предательстве еще одной группы подпольщиков под руководством М. Шищенко и Н. Сумского, которая действовала в Краснодоне в составе «Молодой гвардии». (Ее членов предали, и в ночь на 18 января 1943 г. они были расстреляны или живыми сброшены в шахту.)

В различных документах и публикациях называется от 70 до 130 молодогвардейцев. В первом опубликованном отчете ЦК ВЛКСМ их было свыше ста, а в 7-м издании сборника воспоминаний и документов «Бессмертие юных» – только 71 ³³, хотя согласиться с этой цифрой, по-моему, нельзя.

Чем же можно объяснить подобные расхождения? Не будем забывать, что список участников организации восстанавливался по памяти родителей и родственников, а также по акту Чрезвычайной государственной комиссии, где указаны те, кого опознали близкие.

Но ведь были и те, кто остался неопознанным как в Краснодоне, так и в Ровеньках.

Мешала установлению причастности к организации и версия, согласно которой причиной провала и разгрома «Молодой гвардии» было предательство среди самих молодогвардейцев. Одним из первых после освобождения города был арестован Г. Почепцов. О том, что он якобы предатель, сообщил бывший следователь М. Е. Кулешов.

Первое время Почепцова вызывали в следственные органы, допрашивали, но отпускали. На допросах паренек путался в ответах, не знал даже, как называлась подпольная организация: «Молот» или «Молодая гвардия». Он не знал, кто был кем в организации, он знал только свою «пятерку». В ходе допросов вспомнили, что его дядя, родственник отца, служил в полиции, а о том, что его отчима – Громова, коммуниста, как и всю семью, преследовала полиция, знать не захотели. По совету все того же Кулешова Г. Почепцов, уставший от допросов с применением физического воздействия, «признался» в предательстве. Он надеялся, что на заключительном заседании суда откажется, объяснится и ему поверят. Но… шла война. Пятнадцатилетний Г. Почепцов был обречен на смерть, обвинен без улик в предательстве своих друзей. Первыми были публично расстреляны в Краснодоне 19 сентября 1943 г. Г. П. Почепцов, его отчим В. Г. Громов и бывший следователь Кулешов. Затем в число подозреваемых попали не только некоторые молодогвардейцы, но и многие юноши и девушки, не имевшие к организации никакого отношения. Несмотря на то что вопрос о причастности к организации того или иного человека поднимался неоднократно, канонизированный список с 1943 г. не расширялся. Этим можно отчасти объяснить и то, что не были отмечены наградами молодогвардейцы В. М. Борисов, В. С. Гуков, А. В. Ковалев, Н. И. Миронов, П. Ф. Палагута, Н. Н. Петрачкова, Ю. Ф. Полянский, В. И. Ткачев и др. ³⁴ Их признали участниками «Молодой гвардии», почти всех внесли в списки членов организации еще в 1943 г., но в списки для награждения по разным причинам не включили.

Ткачев Василий Иванович

Были случаи, когда представленные к наградам (В. В. Михайленко и И. А. Савенков) не получили их и в дальнейшем были исключены из списков «Молодой гвардии». Неизвестно, кто и зачем это сделал.

Может быть, посчитали так: раз остался жив, это и есть лучшая награда. Но, скорее всего, это делалось от безразличия, бездушия, по принципу: «Война все спишет». Не получили своих медалей и те молодогвардейцы (а их было около 50) ³⁵, которые после освобождения Краснодона сразу же ушли на фронты Великой Отечественной войны. Остались без наград и те, кто переменил место жительства, так что о многих из них до сих пор ничего не известно.

Безосновательные и бездоказательные обвинения в измене и предательстве, за которыми следовали скорее следствие и суровый приговор, были выдвинуты против более чем 30 краснодонских юношей и девушек, которые к подпольной организации не имели никакого отношения. Среди них были З. А. Вырикова, О. А. Лядская, С. Ф. Полянская, Г. В. Стаценко, Н. Г. Фадеев и др. Впоследствии их оправдали из-за отсутствия состава преступления ³⁶. Об этом знают далеко не все, и в памяти многих (согласно версии романа Фадеева) они так и остались предателями. Одни из них сменили место жительства, другие – фамилию. Даже их дети, став уже дедушками и бабушками, не посещают тех мест, где родились их родственники.

Работу по созданию объективной истории «Молодой гвардии» нельзя считать законченной, тем более что до сих пор продолжаются попытки опорочить светлую память тех, кто боролся в ее рядах с немецко-фашистскими захватчиками. Так, в газете «Совершенно секретно» (1999. № 3) под броской рубрикой «Архивы спецслужб» был опубликован материал Эрика Шура: «“Молодая гвардия”: подлинная история, или Уголовное дело № 20056». Автор тщательно, хотя далеко и не беспристрастно изучил хранящиеся в архиве ФСБ 28 томов материалов следствия, которое шло по горячим следам событий в Краснодоне в 1943 г. Дело было возбуждено по обвинению полицаев и немецких жандармов в расправе над «Молодой гвардией». И вот к какому выводу приходит Э. Шур: «“Молодую гвардию” придумали дважды. Сначала, – пишет он, – в Краснодонской полиции. Потом – Александр Фадеев. До того, как было возбуждено уголовное дело по факту хищения новогодних подарков… такой подпольной организации в Краснодоне не было. Или все-таки была?»

Э. Шур оставляет свой истинно иезуитский вопрос без ответа. Он обильно цитирует архивные документы, подтверждающие надругательства краснодонской полиции над молодогвардейцами; рассказывает, как полицаи вышли на организацию, схватив на рынке продавца сигарет – тех самых, из новогодних подарков, захваченных ребятами в ночь на 26 декабря 1942 г. Но общая тональность статьи призвана создать у читателя впечатление, что члены «Молодой гвардии» не совершили никаких героических поступков, что вся их работа – детская игра, пустяки, мелочь…

В средствах массовой информации уже прошли публикации журналистов России и Украины, возмущенных подобной трактовкой деятельности «Молодой гвардии». Но вывод Э. Шура совпадает отчасти с мнением полковника НКВД Павловского, который летом 1943 г. «настаивал на том, что организация и ее деятельность инспирированы гестапо», и оказывал давление на секретаря Ворошиловградского обкома КП(б)У А. И. Гаевого, убеждая его в том, что «Молодой гвардии» не было. Об этом рассказал бывший секретарь ЦК ЛКСМУ В. С. Костенко, готовивший документы по награждению членов «Молодой гвардии» на подпись у Хрущева для отправки Сталину ³⁷.

А. А. Фадеев и Валерия Борц на встрече с читателями в Москве, 1950 г.

Но Гаевой с этим не согласился. И был прав. В 1947 г. в одной из поездок у В. С. Костенко оказался в купе попутчик – прокурор УССР Р. А. Руденко. В 1945–1946 гг. он выступил главным обвинителем от СССР на Нюрнбергском процессе главных нацистских военных преступников. Р. А. Руденко показал В. С. Костенко бланк МВД Германии и машинописный перевод текста на нем. Он гласил: «Мой фюрер, – докладывал Гиммлер, – на Украине, не то в Красноводске, не то в Краснограде, не то в Краснодоне… гестапо нашло и ликвидировало злостную подпольную комсомольскую организацию “Молодая гвардия”. Хайль!» Через некоторое время Костенко написал письмо Руденко и попросил представить копию этого письма для публикации, но ответа не последовало… ³⁸

Чем дальше от Отечественной войны уводит нас время, тем сложнее отвечать на вопросы, поставленные военной историей.

Проходят годы, уходят люди. У очевидцев и участников событий слабеет память. В живых сегодня никого не осталось. В Ровеньках и Краснодоне на могильных плитах многие годы было высечено имя О. Кошевого. Сейчас оно только на месте его расстрела, в Ровеньках. На краснодонском надгробии появилось наконец и имя В. Третьякевича.

А ведь совсем недавно это решалось с большими трудностями.

История и художественная линия романа «боролись» друг с другом. 1970 – 1980-е гг. – это период особой активности В. Д. Борц: она на протяжении ряда лет обращалась в различные инстанции с письмами, возражая против малейших попыток уточнения или внесения изменений в трактовку деятельности «Молодой гвардии», роли и места в ней Олега Кошевого. Для подготовки ответов на письма В. Д. Борц ³⁹ отвлекалось немало людей. Периодически создавались комиссии как по линии ЦК ВЛКСМ, так и по поручению ЦК КПСС. В оба ЦК представлялись объемные докладные записки. Казалось бы, все спорные вопросы были решены, все точки расставлены.

В течение 1979–1980 гг. В. Д. Борц знакомилась с материалами организации «Молодая гвардия» в ЦК ВЛКСМ, беседовала с работниками архива, которые в разное время занимались историей этой организации. Затем попросила руководство архива провести криминалистическую экспертизу временных комсомольских билетов с целью установления первоначальных подписей, подчисток.

Речь идет о том, что, по свидетельству ряда участников «Молодой гвардии», а также по первым фотографиям билетов, на них было заранее набрано клише «Славин» (подпольная кличка В. Третьякевича).

Борц настоятельно просила также выяснить партийную биографию братьев Третьякевичей. По поводу этих просьб бывший заведующий Центральным архивом (далее – ЦА) ВЛКСМ В. Шмитков в докладной записке секретарю ЦК ВЛКСМ Б. Н. Пастухову в 1980 г. изложил свое мнение: «…Любые исторические исследования деятельности “Молодой гвардии”, ведущиеся под флагом Кошевого или под флагом Третьякевича, – наносят вред делу коммунистического воспитания… История пропаганды деятельности “Молодой гвардии”, учитывая исключительную популярность книги А. Фадеева, очень сложна, противоречива, а порой и прямо тенденциозна то в одну, то в другую сторону».

К мнению В. Шмиткова прислушались, так как на докладной стоит резолюция:

«1) Пригласить в ЦК тт. Левашова, Борц и тактично провести разговор о необходимости не выходить за рамки общепринятого.

2) Сделать в “Молодой гвардии” (очевидно, речь идет об издательстве. – Н.П.) какой-то документальный сборник, где расставить акценты…» ⁴⁰

В. Д. Борц писала в ЦК ВЛКСМ и в ЦК КПСС. В связи с этим принимались определенные «меры». Так, в начале апреля 1980 г. у Б. Н. Пастухова (секретаря ЦК ВЛКСМ) рассматривались некоторые вопросы пропаганды истории деятельности «Молодой гвардии».

В отложившейся справке, в разделе IV «Наша позиция. Задачи пропагандистов», читаем: «Есть партийные критерии оценки деятельности молодогвардейцев ⁴¹. Они, прежде всего, в “Указах о награждении их наградами Родины”». Коротко и ясно. Какие еще нужны комментарии?!

ЦК ВЛКСМ обращал при этом внимание на то, что нельзя забывать ⁴² «о политической целесообразности уточнений, разночтений и т. п.». И еще: «Недооценивать последствия возможного выхода информации, содержавшейся в переписке родственников и молодогвардейцев, на массовые средства пропаганды или на непосредственную аудиторию, нельзя. С ними нужно работать…» ⁴³

Очевидно, определенная «работа» была проведена. Но Валерию Давыдовну Борц удалось успокоить ненадолго. После публикации материала «На весах правды» в «Комсомольской правде» 5 января 1989 г., темой которого было восстановление доброго имени В. Третьякевича, В. Борц обратилась с письмом на имя главного редактора газеты В. Фронина с резкой критикой публикации.

Реагируя на это письмо, а практически защищая позицию газеты, В. Фронин в письме в ЦК ВЛКСМ констатирует, что «в целом создается впечатление, что автор письма находится в плену той самой совершенно неверной концепции, о которой говорится в материале: представления о том, что восстановление честного имени и правды об одном герое бросает тень на другого». В. Фронин предложил, что, если, несмотря на многочисленные комиссии ЦК КПСС и ЦК ВЛКСМ, «В. Борц считает, что до сих пор вся правда… не установлена, возможно, имеет смысл создать еще раз компетентную комиссию из специалистов-историков» ⁴⁴.

В. Хорунжий, заведующий ЦА ВЛКСМ, в письме секретарю ЦК ВЛКСМ Н. И. Пальцеву 21 января 1989 г. после очередного письма Валерии Давыдовны Борц высказал соображение о необходимости «еще раз вернуться к документам организации, находящимся на хранении в ЦК ВЛКСМ, чтобы внести окончательное решение и опубликовать итоги на страницах газеты “Комсомольская правда”. Так как по своему объему документы организации – это большой массив, работа над ними требует значительного времени». В. Хорунжий просил продлить срок ответа до 23 марта 1989 г., т. е. еще на два месяца.

Судя по резолюциям, об этом было доложено первому секретарю ЦК ВЛКСМ В. И. Мироненко. 26 января 1989 г. последовала реакция в адрес тех, кто стоял в исполнителях: «…Не пора ли поставить точку в этой крайне некрасивой истории? Если этого по каким-либо причинам сделать невозможно, то объясните почему. Ваши предложения?»

Очевидно, секретарь по идеологии Н. И. Пальцев аргументированно объяснил суть проблемы, и срок был продлен. Но этих двух месяцев было недостаточно. Поэтому по истечении указанного срока на имя В. И. Мироненко поступила очередная записка уже не только от заведующего ЦА ВЛКСМ, а за подписью тех лиц, на которых было возложено исполнение поручения: «Информируем, что по письму т. Борц В. Д. ведется аналитическая работа с документами подпольной комсомольской организации “Молодая гвардия”. Однако состав комиссии по решению спорных вопросов о “Молодой гвардии” сформирован не полностью. Просим продлить срок работы над письмом до 1 мая 1989 г.». Далее подписи: Н. Пальцев, В. Хорунжий, И. Шестопалов. На бумаге в архиве стоит штамп: «Резолюция т. Мироненко В. И. “Продлено”».

По материалам ЦК ВЛКСМ не удалось проследить, о какой комиссии писали своему боссу комсомольские деятели. Ясно лишь одно, что к «аналитической» работе попросили подключиться Д. И. Полякову – журналистку и историка. Она провела работу по сбору дополнительных материалов и публикаций о «Молодой гвардии» как в России, так и на Украине, а также изучила материал и в ЦА ВЛКСМ, в партархиве.

Срок ответа по письму В. Д. Борц ⁴⁵ близился к концу, и тогда было принято разумное решение (жаль, что оно раньше никому не пришло в голову и не было реализовано, хотя бы лет 10–15 тому назад): провести в ЦК ВЛКСМ встречу по вопросам деятельности подпольной комсомольской организации «Молодая гвардия».

27 апреля 1989 г. эта встреча состоялась. Сохранилась расшифрованная магнитофонная запись этой встречи-обсуждения. Участниками ее были: работники ЦК ВЛКСМ – В. Хорунжий, Э. М. Буянова, Т. А. Каменева; ученые – Д. И. Полякова, И. Н. Пилипенко, В. Левашов (член «Молодой гвардии»); Третьякевич В. И. (брат погибшего Виктора Третьякевича). В. Д. Борц не было, хотя многие выступавшие говорили о ней, о ее позиции. Как заметил В. Левашов, «до 1978 года она (т. е. В. Д. Борц. – Н.П.) никогда о “Молодой гвардии” ни одним словом не обмолвилась. Она не хотела истории касаться…

И только вот в 1978 году то ли по чьему-то наущению, когда вышла в отставку. По чьему?»

Интересно заметить, что оставшиеся в живых молодогвардейцы ВСЕ, подчеркиваю – ВСЕ – вместе ни разу не собирались ⁴⁶. Ни сами, ни ЦК ВЛКСМ, ни ЦК ЛКСМУ не догадались проявить такую инициативу. По мнению В. Левашова, оставшиеся в живых по-разному оценивали роль и место Олега Кошевого в работе «Молодой гвардии». Читаем по стенограмме: «Кто-то за то, чтобы было так, как было на самом деле, кто-то за то, чтобы было в пользу Олега Кошевого. Да. То есть фальсификация… Кто был комиссар, Олег или Третьякевич. Вот из-за этого избегали встреч… Стремления, чтобы все собрались, не было ни у кого. С Арутюнянцем, с Радиком Юркиным, Лопуховым мы собирались часто» ⁴⁷.

Для каждого из них, как сказал В. Левашов, было вопросом совести восстановление доброго имени Виктора Третьякевича, его роли в организации и деятельности «Молодой гвардии». Они не могли простить себе, что в 1940-х годах, после освобождения Краснодона, не встали на защиту доброго имени Третьякевича, когда был пущен слух о его предательстве, а имя его на годы исчезло из истории «Молодой гвардии».

Не время разбираться сейчас в этом. Сегодня их всех нет в живых. Не будем забывать, что долгие годы люди, побывавшие в оккупации, старались не вспоминать об этом периоде жизни и предпочитали помалкивать, чтобы не оказаться в местах, далеких от цивилизации, за колючей проволокой. Действительность советского общества по отношению к уцелевшим участникам подполья порой была суровой и требовала доказать: если ты выжил, то почему; что помогло тебе спастись? Отвечать на эти вопросы было непросто: мешала подозрительность тех, кому было доверено устанавливать истину. Об этом не раз и не два писалось в работах историков.

Но вернемся к совещанию 1989 г. Оно проходило в условиях проснувшейся гласности. В начале этой встречи В. Хорунжий, правда, сказал, что будто бы в ЦК ВЛКСМ недавно собирали бывших молодогвардейцев, даже «состоялась длительная беседа, и большинство из оставшихся в живых членов этой организации свидетельствовали, что комиссаром был Олег Кошевой. Вместе с тем, как показывает анализ наших комсомольских документов, эти товарищи не являлись членами штаба и не могли знать истинного положения дел в “Молодой гвардии”». В материалах ЦК ВЛКСМ нет ни стенограммы, ни упоминания о том, что такое совещание было. Косвенно о нем говорится в одном из писем В. Борц. Кто же в нем мог участвовать из девяти человек, уцелевших после гибели организации? Напомним, что И. Туркенич погиб в 1944 г., Г. Арутюнянц умер в 1973 г., Р. Юркин – в 1975 г., М. Шищенко – в 1979 г., Н. Иванцова – в 1982 г.

Оставшиеся в живых О. Иванцова, В. Борц, В. Левашов и А. Лопухов вместе, подчеркиваю: вместе, в ЦК ВЛКСМ встретились первый раз во второй половине 1980-х гг. Что обсуждали – неизвестно. Стенограмма не велась.

Никакой аналитической записки в 1989 г. после этого совещания не отложилось. Очевидно, ограничились обсуждением. То же было и после совещания в апреле 1989 г. Участники его даже не поправили свои выступления по стенограмме-распечатке (кроме Д. И. Поляковой). Подписи по предложению Н. Хорунжего были поставлены в конце заседания-встречи на чистом листе бумаги, а затем был уже отпечатан текст. Практика привычная. Такие вещи бывали неоднократно во времена СССР. История об истории «Молодой гвардии» имела свое предложение.

По рекомендации вышестоящих комсомольских органов Украины Луганский ОК ЛКСМУ 9 октября 1990 г. принял решение о создании рабочей группы по сбору информации – «всех возможных материалов, касающихся истории “Молодой гвардии”, изучения эпизодов, связанных с именами О. Кошевого и В. Третьякевича, с событиями, вызывающими спорные трактовки». В состав рабочей группы вошли комсомольские работники, научные сотрудники вузов города, журналисты, представители КГБ, народные депутаты СССР, «неформалы». Было решено обратиться за помощью к оставшимся в живых участникам «Молодой гвардии» ⁴⁸. Рабочая группа поставила своей целью оказать содействие в восстановлении истины в деятельности подполья в городе Краснодоне. При этом группа отмечала, что нельзя ставить под сомнение сам подвиг, совершенный молодогвардейцами: «Подвиг нельзя отменить по конъюнктуре. Его можно умолчать или исказить, что делалось долгие годы…» ⁴⁹

После нескольких заседаний группа пришла к выводу о необходимости ее реорганизации в Межрегиональную комиссию по изучению антифашистской деятельности комсомольской организации «Молодая гвардия».

В процессе более двух лет работы эта комиссия исследовала как известные, так и закрытые ранее для изучения документы, зачастую противоречивые, исключающие друг друга показания и свидетельства участников и очевидцев событий в Краснодоне периода его оккупации. Члены комиссии встретились с В. Д. Борц, В. И. Левашовым, О. И. Иванцовой; с теми, кто считался долгие годы предателями организации, а ныне полностью реабилитированы правоохранительными органами: с З. А. Выриковой, О. А. Лядской, Г. В. Стаценко. Свыше 40 человек были собеседниками комиссии ⁵⁰.

Результатом работы Межрегиональной комиссии явилась «Записка по изучению проблемных вопросов в деятельности краснодонской антифашистской комсомольско-молодежной организации “Молодая гвардия”, подписанная всеми членами комиссии 23 марта 1993 г., за исключением одного ее члена – директора краснодонского музея «Молодая гвардия» А. Г. Никитенко. Он высказал свое «особое мнение» по спорным вопросам.

Это относится к роли О. Кошевого и В. Третьякевича в создании и руководстве «Молодой гвардией». Имеют место и разногласия в интерпретации отдельных фактов истории комсомольско-молодежного подполья, в оценке исторической достоверности «Повести о сыне» Е. Н. Кошевой, в подходе к проблеме предателей «Молодой гвардии».

Попытки согласовать эти разногласия и выработать единую точку зрения весной 1993 г. не увенчались успехом ⁵¹.

В течение 1990-х годов не раз на страницах печати, как и в названном выше документе, высказывалось предложение о ходатайстве о награждении организатора подполья «Молодая гвардия» Виктора Иосифовича Третьякевича высшей наградой.

22 октября 2022 г. Виктор Третьякевич как один из организаторов комсомольско-молодежного подполья и его активный участник, оклеветанный и казненный врагом, Указом Президента России удостоен звания Героя России. Тем самым официально снят оговор с погибшего героя.

Поиск истины, как показывает история подполья города Краснодона, – это сложный путь к правде, особенно когда прошли годы, когда ушли в мир иной люди, знавшие о «Молодой гвардии».

Но истина тем и хороша, что рано или поздно она будет установлена. Она нужна людям как нить, связующая поколения, как очищение от скверны, как свидетельство того, что память о «Молодой гвардии» будет жить. Должна жить.

К читателю сборника

обращается последний молодогвардеец

 
                             Комсомольцы-добровольцы,
                             Мы сильны нашей верною дружбой.
                             Сквозь огонь мы пройдем, если нужно…
 

Я недаром начал свое обращение к Вам именно с этих строк всем известной песни!

Сейчас нам пытаются ставить в вину наш энтузиазм и жертвы, принесенные во имя процветания Родины. Но иначе мы не могли.

Мы любили свою Родину.

Так получилось, что о «Молодой гвардии» страна узнала раньше, чем о других подпольных организациях.

Мои друзья-молодогвардейцы не были людьми исключительными. Они ничем не отличались от других юношей и девушек нашей Родины: так же учились, дружили, ссорились, гоняли голубей. Почти все принимали активное участие в школьной жизни. Мои друзья всегда были готовы прийти на помощь товарищу, были порядочными, честными и справедливыми. Они не могли не встать на путь борьбы за свою Родину, ее свободу, даже врагов удивляя своей необычайной стойкостью, мужеством, верой в свой народ и его победу!

Обязательно хочу обратить Ваше внимание на то, что «Молодая гвардия» была многонациональной. Тогда мы даже не замечали этого, хотя рядом были русские и украинцы, молдаванин Борис Главан и азербайджанец Али Дадашев, белорус Виктор Третьякевич и еврейка Валерия Борц, армяне Жора Арутюнянц и Майя Пегливанова.

Левашов Василий Иванович

В основе нашей дружбы лежали верность и преданность, готовность ради друзей преодолеть любые трудности, пойти на все ради общего дела, за которое боролись все вместе!

Знаю, что ни один из погибших молодогвардейцев – знаю это наверняка – ни один из них нигде и никогда не стал бы мириться с трусостью, подлостью, несправедливостью, не искал бы в жизни окольных путей.

Для нынешней молодежи все это – страницы истории. И надо обязательно воссоздавать эти страницы, рассказывая обо всем, что пережил наш народ в тяжелые годы войны, правдиво доказывая, почему и во имя чего отдавали люди свои жизни, ни на минуту не забывая о живых, которым они кровью писали слова привета, как это делали молодогвардейцы.

Выросло новое поколение молодежи! Хочется верить, что для него подвиг краснодонцев будет служить образцом любви и преданности своей Отчизне.

Верю, что молодежь третьего тысячелетия будет честной, порядочной, справедливой, готовой подставить плечо товарищу.

Желаю молодому поколению стать истинными патриотами и не забывать, что тысячи их сверстников не пожалели свои молодые жизни для того, чтобы оно было именно таким, чтобы любило Родину, как и они, и отдавало все силы для ее процветания.

22 июня 2001 года В. И. Левашов

Документы и материалы

№ 1
Из постановления бюро ЦК ВЛКСМ о мероприятиях комсомольских организаций на оккупированных территориях

г. Москва 19 мая 1942 г.

ЦК ВЛКСМ подчеркивает, что в условиях нового подъема активности советской молодежи, беспрерывно растущей ненависти советских людей к немецким захватчикам, фактов массового повседневного героизма молодых советских патриотов главная задача комсомольских организаций Украины, Белоруссии, Литвы, Латвии, Эстонии, Молдавии, Карело-Финской республики, Ленинградской, Калининской, Смоленской, Орловской, Курской областей – шире организовать движение молодежи за освобождение родных городов, сел от фашистских бандитов, мобилизовать под руководством партийных организаций все силы молодежи на беспощадную, мужественную схватку с врагом.

ЦК ВЛКСМ требует от перечисленных выше обкомов, ЦК комсомола союзных республик немедленно принять все необходимые меры по усилению партизанской борьбы молодежи против фашистских захватчиков во временно занятых врагом районах.

ЦК ВЛКСМ постановляет:

1. Обязать указанные ЦК комсомола союзных республик и обкомы комсомола активней развернуть работу по вовлечению молодежи в партизанские отряды, проведение диверсионных актов, разведки, повседневной политической работы.

Агитбригада школы № 4 им К. Е. Ворошилова. Сергей Тюленин в черкесском костюме, Любовь Шевцова вторая справа, г. Краснодон, 2 мая1939 г.

Комсомольские организации при этом должны руководствоваться тем, что комсомолец и комсомолка должны быть организаторами отряда, группы или боевой ячейки по истреблению фашистов.

2. Шире развернуть печатную и устную пропаганду, направленную к укреплению веры молодежи в нашу победу, к сплочению всех сил молодых патриотов.

Усилить выпуск листовок, в первую очередь по практическим вопросам развития партизанской войны, популяризации народных героев войны, уничтожения предателей, разоблачения содержания и методов фашистской брехни, попыток врага обмануть и разложить молодежь.

3. Развернуть более активную работу (1) ⁵² по созданию на территории, временно занятой врагом, боевых подпольных комсомольских организаций… ⁵³

РГАСПИ. Ф. М‐1. Оп. 3. Д. 291д. Л. 103–107.

Подлинник

Опубликовано: Коммунистическая партия в Великой Отечественной войне.

М.: Политиздат, 1970. С. 408–410.

№ 2
Специальное сообщение наркома внутренних дел УССР В. Т. Сергиенко секретарю ЦК КП(б)У Н. С. Хрущеву о подпольной организации «Молодая гвардия» и ее гибели

31 марта 1943 г.

Совершенно секретно

Арестованный нами бывший юрист Краснодонской горуправы и следователь райполиции Кулешов М. Е. на следствии показал о том, что в Краснодонском районе за время немецкой оккупации существовала подпольная комсомольская организация «Молодая гвардия».

Как видно из показаний Кулешова, эта подпольная организация возникла в тылу противника стихийно и готовилась провести большую подрывную работу против оккупантов. Она ставила перед собой следующие задачи:

1. Воспрепятствование мобилизации немцами молодежи на работы в Германию.

2. Вооружение организации с тем, чтобы с наступлением весны уйти в леса для партизанской борьбы с немцами.

3. На случай эвакуации населения немцами в принудительном порядке воспрепятствовать эвакуации и нападать на отступающие разрозненные группы оккупантов и их обозы.

В осуществление поставленных перед собой задач «Молодая гвардия» выпустила и расклеила в Краснодоне воззвания к молодежи района с призывом не поддаваться провокации фашистов и отказываться от поездки в Германию. Кроме того, в ночь на 7 ноября 1942 г. были вывешены красные флаги на здании школы им. Ворошилова и на шахте № 12. Был приобретен ряд автоматов, револьверов и боеприпасов.

Тщательные поиски виновников распространения воззваний и лиц, вывешивающих флаги, были безуспешны, что приводило в бешенство немецкую жандармерию и полицию.

На поиски подпольной организации был мобилизован весь аппарат жандармерии и полиции, но «Молодая гвардия» продолжала свою деятельность.

На помощь жандармерии и полиции пришел Почепцов Геннадий Прокофьевич, член организации, который, зная о деятельности и составе «Молодой гвардии», выдал немецкой разведке всю организацию (1).

О предательской работе Почепцова арестованный Кулешов показал следующее:

«24 или 25 декабря 1942 г., утром, я зашел в кабинет коменданта Краснодонского района (он же нач. полиции района) Соликовского Василия Александровича, где увидел у него на столе заявление, адресованное на имя начальника шахты № 1-бис Сорокино Жукова, от Почепцова Геннадия Прокофьевича. Ниже привожу дословный текст этого заявления:

Начальнику шахты № 1-бис г-ну Жукову

От Почепцова Геннадия Прокофьевича

ЗАЯВЛЕНИЕ

Господин Жуков, в городе Краснодоне организована подпольная комсомольская организация “Молодая гвардия”, в которую я вошел активным ее членом. Прошу Вас в свободное время зайти ко мне на квартиру, и я подробно расскажу Вам об организации и ее членах.

Мой адрес: улица Чкалова, дом № 12, вход № 1, кв. Громова В. Г.

20.12.42 г. Почепцов».

Как показывает Кулешов, вскоре после этого начались аресты молодежи. Были арестованы: Третьякевич (руководитель музыкального кружка клуба им. Горького), Зеленухов ⁵⁴, Попов Анатолий, Жуков Николай, Куликов, Пирожков Василий, Дадишев, Тюленев, Левашов и др. Всего было арестовано до 25 человек (2).

Арестами молодежи занимался лично Соликовский и его помощник Захаров. Они же и проводили допрос арестованных в присутствии офицеров немецкой жандармерии.

М.Е. Кулешов в период службы в РККА

Школьное фото, на котором молодогвардеец и его предатель рядом. Стоят в верхнем ряду: второй справа – Геннадий Почепцов, третий справа – Василий Бондарев

Арестованный по делу «Молодой гвардии» Третьякевич назвал фамилии участников организации и рассказал о том, что руководящий центр ее находится в городе Краснодоне, в состав штаба входят: он, Третьякевич, Зеленухов, Тюленев и Сафонов. В поселке Первомайске Краснодонского района существовала самостоятельная организация, руководителем которой был Попов Анатолий. В числе членов этой организации состоял и Почепцов Геннадий.

Допросы членов организации «Молодая гвардия» производились с учинением самых суровых, зверских пыток. Выкалывались глаза, вырезывались груди, половые органы, и арестованные до полусмерти избивались плетями.

Сам Почепцов под арестом не был, а вызывался в полицию на очные ставки с членами организации. Арестованному Попову Анатолию была дана очная ставка с Почепцовым, в результате которой Попов вынужден был сознаться и назвать всех членов своей организации. В состав Первомайской ⁵⁵ организации входило 11 комсомольцев. По этому делу полицией была также арестована одна девушка, скрывавшаяся в Первомайске, которая так же, как и Почепцов, в камере не содержалась, а находилась в кабинете помощника начальника полиции Захарова. Как показывает Кулешов, этой девушке со стороны Соликовского были созданы особые привилегии.

Записка Анатолия Попова, переданная из тюрьмы

Все члены подпольной комсомольской организации «Молодая гвардия» полицией расстреляны и брошены в шурф одной из шахт гор. Краснодона.

Предатель Почепцов Геннадий Прокофьевич арестован, ведется следствие. О результатах следствия сообщим дополнительно.

П.п. Народный Комиссар Внутренних дел УССР Сергиенко.

РГАСПИ. Ф. М‐1. Оп. 53. Д. 326. Л. 1–2.

Копия

№ 3
Сопроводительная записка секретаря ЦК ЛКСМУ М. М. Пидтыченко зав. спецотделом ЦК ВЛКСМ О. А. Сысоевой со списком руководящих комсомольских работников Украины, погибших в борьбе с немецкими оккупантами

19 апреля 1943 г.

ЦК комсомола Украины направляет Вам список руководящих комсомольских работников, погибших в борьбе с немецкими оккупантами.

Сообщаем, что этот список неполный. На остальных погибших товарищей уточняем объективные данные.

Вышлем дополнительно.

Секретарь ЦК ЛKCM Украины по пропаганде М. Пидтыченко.

Из списка ⁵⁶ украинских руководящих комсомольских работников, погибших в борьбе с немецкими оккупантами:

…5. Серикова Галина Георгиевна – 1919 года рождения, украинка, образование – среднее, член ВЛКСМ с 1936 года, беспартийная. Работала секретарем Октябрьского райкома ЛКСМУ г. Ворошиловграда. Во время оккупации г. Ворошиловграда работала членом Ворошиловградского подпольного горкома комсомола и связной секретаря горкома комсомола. Замучена в гестапо.

…7. Третьякевич Виктор Иосифович – 1924 года рождения, украинец, образование – среднее, член ВЛКСМ с 1937 года, беспартийный. До оккупации гор. Ворошиловграда – учащийся 10-го класса. Во время оккупации г. Ворошиловграда работал связным секретаря Ворошиловградского подпольного горкома партии. Расстрелян немцами (1).

8. Фесенко Надежда Тимофеевна – 1916 года рождения, украинка, образование – 7 классов, член ВЛКСМ с 1931 года, член ВКП(б) с 1940 года. Работала секретарем Климовского райкома ЛКСМУ г. Ворошиловграда. Во время оккупации г. Ворошиловграда работала секретарем Ворошиловградского подпольного горкома комсомола. Замучена в гестапо…

Обложка книги явки на биржу труда В. И. Третьякевича

РГАСПИ. Ф. М‐1. Оп. 53. Д. 320. Л. 11–14.

Подлинник

№ 4
Записка секретаря Ворошиловградского обкома ЛКСМУ Г. Я. Емченко секретарю ЦК ВЛКСМ Н. А. Михайлову о деятельности и гибели подпольных комсомольских групп в г. Краснодоне

г. Ворошиловград [не позднее 26 июня] ⁵⁷ 1943 г.

Совершенно секретно

В городе Краснодоне было организовано две подпольных комсомольских группы, вернее комсомольские организации «Молодая гвардия» и группа тов. Шищенко.

Шищенко Михаил Тарасович – 1917 года рождения, из рабочих, член ВЛКСМ с 1932 года, работал последнее время заместителем секретаря Краснодонского райкома ЛКСМУ.

Группа тов. Шищенко состояла из 14 человек – 8 девушек и 6 ребят. Политруком ⁵⁸ этой группы был Коля Сумской. До октября 1942 года группа занималась организационными вопросами. За это время был восстановлен радиоприемник и налажена связь с Москвой. Распространяли сводки от Советского Информбюро среди населения, кроме того, писали от руки листовки и развешивали [их] на улицах Краснодона.

Содержание листовок было разнообразное, в них сообщалось о жизни Советского Союза, об успехах Красной Армии на фронтах Отечественной войны, были обращения к братьям и сестрам, отцам и матерям о том, чтобы всячески срывали мероприятия, проводимые немецкими властями.

Вот одна из листовок:

«Братья и сестры, отцы и матери!

Сумской Николай Степанович

Старцева Нина Илларионовна

26 декабря будет поголовная насильная ⁵⁹ отправка в Германию, Вас там ждет голодная смерть. Прячьтесь от насильного угона в Германию, идите в партизанские отряды».

Или:

«Товарищи! Дорогие братья и сестры, отцы и матери! Не идите работать на предприятия, шахты, не помогайте проклятым фашистам. Не давайте молока, кур, яиц, всячески подрывайте путь ихнего продвижения».

Членами этой группы распространялись среди населения различные слухи. [На]пример: распространялся слух о том, что уже Красная Армия недалеко, что немцы собираются бежать, а поэтому прячьте продукты питания, ибо немцы заберут все. Одновременно рассказывали о чудовищных зверствах немецких солдат над мирным населением.

В подпольную комсомольскую организацию входили: Сумской Коля, Жданов Володя, Полянский Юра, Шищенко Саша, Щербаков Жора, Елисеенко Тоня, Андросова Лида, Кезикова Нина, Старцева Нина, Петренко Надя, Петля Надя, Дьяченко Тоня, Кийкова Женя и Ищенко Миша ⁶⁰.

Листовка

Всю подпольную группу выдали иуды-предатели Бобровный Михаил, Полянская Сима, Асташенко Иван. 12 января 1943 года с 8 часов вечера начался арест членов подпольной организации, и к 2 часам ночи арест был закончен.

Все члены подпольной организации были арестованы, за исключением ее руководителя Шищенко Михаила, которому удалось скрыться. В настоящее время он работает в Краснодоне.

В полицейское помещение поселка Краснодона ввели Тоню Елисеенко, раздели ее догола и стали бить плетьми и колоть ее тело штыками, но она смело сказала бандитам: «Ничего я вам не скажу, за меня отомстит весь советский народ».

С 13 января по 18 января 1943 года 13 героев томились в застенках гестапо, где мужественно выносили нечеловеческие пытки и издевательства. 18-летнему Саше Шищенко гестаповцы отрезали уши, выкрутили обе руки, в трех местах поломали правую руку, вырезали на спине полосы тела. При избиении Саши кровь брызгала на стены и кровожадные изверги заставляли его лизать кровь со стен.

Дьяченко Антонина Николаевна

Елисеенко Антонина Захаровна

Елисеенко Тоню сажали на раскаленную печку, а когда она теряла сознание, ее выбрасывали на снег, потом снова и снова повторяли пытки.

Политруку Коле Сумскому выкололи глаза, кололи иголками под ногти, избивали прикладами.

В ночь на 18 января 1943 года все 13 героев были вывезены к шахте № 5 «Сорокино», где часть была расстреляна, а часть живьем брошена в ствол шахты глубиной 53 п/м ⁶¹. И когда были слышны стоны молодых юношей, прощающихся с жизнью, – эти подлые звери, боясь уже мертвых людей, стали забрасывать их камнями и гранатами.

Так погибли 13 героев, но не стали на колени перед фашистскими мерзавцами.

Как только был освобожден Краснодон, молодежь сразу же извлекла из шатхы трупы своих лучших товарищей и 1 марта 1943 года похоронили 13 героев на площади возле могилы красных партизан Гражданской войны (1).

Секретарь Ворошиловградского обкома ЛКСМ Украины Г. Емченко

РГАСПИ. Ф. М‐1. Оп. 53. Д. 326. Л. 3–3 об.

Копия

№ 5
Из воспоминаний Е. Н. Кошевой о сыне Олеге и его товарищах по подпольной организации «Молодая гвардия»

г. Краснодон 6 июля 1943 г. (1)

…В 1941 году ⁶² Олег жил в г. Краснодоне, небольшом донецком городке, выросшем только за пятнадцать лет. В городе был парк, театр, прекрасные школы, магазины, народ жил зажиточной культурной жизнью. Здесь у Олега было множество школьных друзей, с которыми его потом еще крепче связала подпольная работа во время оккупации немцами г. Краснодона ⁶³. В 1940 году Олег вступил в комсомол (1). А в 1941 году закончил девять классов. Осенью 1941 года, когда немцы подходили к г. Ростову, в г. Краснодоне начали эвакуировать учреждения и всех специалистов отправляли в станицу Верхнекурноярскую на спецработу, и дядя Олега Коростылев Н. Н. тоже выехал. Тогда Олег очень переживал, что не уехал с дядей. Начал меня просить, чтобы я его отпустила в Верхнекурноярскую, он мне говорил, что ты, мамунька, за меня будешь спокойна, я там буду с дядей и мне будет хорошо. На все мои просьбы и уговоры, что ему будет без меня плохо, что если что-нибудь будет плохо с фронтом, то мы уедем вместе, Олег начал мне приводить страшные примеры, что немцы могут внезапно нагрянуть, и мы все не успеем выехать, и ему как мальчику придется очень тяжело, что немцы могут и обязательно его заберут и будут издеваться, заставят его на фронте подносить патроны, и что он этого горя не переживет, это для него хуже смерти. Тогда я решила отпустить Олега, мне стало как-то страшно, я допустила это все сказанное Олегом, и тогда мне на всю жизнь остался бы тяжелый упрек. Я собрала Олега, и он уехал. На спецработах он был два месяца и возвратился вместе со всеми специалистами. Сразу по приезде домой Олег начал ходить в школу.

Олег Кошевой отвечает урок, г. Ржищев, 1937 г.

В 1942 году, 16 июля, в г. Краснодоне начали эвакуировать снова всех, и Олег со своим дядей Коростылевым Н. Н. эвакуировались ⁶⁴ [тоже выехали из города], но ввиду плохого транспорта попали в окружение немцев и были возвращены обратно по месту жительства в г. Краснодон, [вынуждены были возвратиться]. Видя, что творят немцы над нашими людьми, Олег, по своей натуре отзывчивый и добрый, не мог так сидеть и смотреть спокойно на все то, что творят немцы. Олег и еще несколько товарищей Олега ⁶⁵ [совместно со своими друзьями] решили бороться против оккупантов и начали колачивать отряд, который наименовали «Молодая гвардия». [Олег стал известен среди своих друзей и новых товарищей по оружию под псевдонимом Кашук – воспитанник нашей советской среды.] Олег являлся активным членом отряда, он был избран комиссаром этого отряда, и одновременно ему было поручено во время оккупации проводить вербовку молодежи в комсомол, у него были временные комсомольские удостоверения, которые ему выдали, и он, когда принимал молодежь в комсомол, выдавал их. У комсомолки Иванцовой Оли сохранился этот билет. Псевдонимом Олега был Кашук. И вот, когда немцы оккупировали наш город, то дальше учиться нельзя было, так как все школы были закрыты. Теперь друзья не могли встречаться ни в стенах школы, ни в клубе, ни в парке, где когда-то было так хорошо и весело. И Олег написал первое во время оккупации стихотворение «Грустен и печален парк наш дорогой». […]

<Сложные и глубокие переживания Олега в первые дни оккупации – вот его характерное стихотворение> […].

Увидев новый порядок [во всей его отвратительной наготе, он с грустью говорит о былом счастье, цветущей юности, с гневом и возмущением клянет немцев, нарушивших счастье], Олег знал, что немцы принесут мрак и нищету, и только воспоминания о прошлой жизни и надежда на скорое освобождение нашей Родины от врагов вселяли в сердце энергию и желание идти на борьбу. И Олег написал стихотворение, полное любви и благодарности Родине и вождю товарищу Сталину «Оборвали наше счастье враги» […].

В декабре месяце началось отступление румынских и немецких войск со стороны Сталинградского фронта через Краснодон. Олег мне сказал, смотри, мама, что делается, – бегут уже как черти. Проходят сотни машин с растерявшимися солдатами. Какие они грязные, завшивленные, оборванные, грабят у населения все, что попадется подруку, и уже не делают впечатление, что они, хамы, – «высшая раса человечества». И Олег написал о них одно стихотворение «Наступили дни тяжелые для фашистов-подлецов» […].

Олег знал, что за Сталинград шли ожесточенные бои, он об этом знал из сводок Совинформбюро, слушая радиоприемник у своего дяди Коростылева Н. Н., и, [узнав о нашей победе, Олег пишет боевое стихотворение], выражает свою радость по случаю победы наших войск над врагом: «Ребята, родные, хочу поделиться» […].

Олег говорил, что много наших товарищей пали смертью храбрых за Сталинград, и Олег написал стихотворение «Вы славой бессмертной погибли» […].

Олег говорил мне: мамунька, немцев разбили, изгнали из-под Сталинграда, но еще предстоят впереди напряженные дни борьбы за окончательную победу. Олег в одном из своих стихотворений писал как бы завет или призыв матери: «Ты, родная, кругом посмотри» […].

Олег всегда говорил, как он ненавидит немцев и крепко верит в приход нашей Армии, он говорил всегда, что надо всем бороться против этих зверей, иначе будет всем тяжело, он ненавидел их всей силой своей юной души и написал стихотворение «Мне тяжело, куда только ни глянь» […].

Олег Кошевой вручает временный комсомольский билет.

Худ. А. И. Резниченко

Однажды я задала Олегу вопрос, говорю: Олег, смотри, ты хорошо обдумал над тем ⁶⁶, что пошел в эту организацию? Олег мне ответил, что он давно обдумал очень серьезно и решил защищать свою любимую страну от ненавистного врага. Олег написал стихотворение «На нашу гордую святыню» […].

Несмотря на весь ужас, сопутствующий немецк[ому] порядк[у], Олег не потерял надежду на приход наших, и вера в победу звала его на борьбу. Олег записал стихотворение «Пой, подруга» […].

Олег всегда говорил, что в нашей организации ребята, преданные Родине, мы новых, что принимаем к себе, хорошо проверяем, мы, мамунька, все твердые духом и стойкие, никогда не струсим перед трудностями.

Он написал стих «Мы смелые, мы крепкие» […].

С 1 января 1943 года начались массовые аресты молодежи, и Олег ушел скрываться, [убедившись, что товарищам помочь невозможно], он хотел перейти линию фронта, бежать к нашим, но, проходив одиннадцать дней, вернулся обратно в Краснодон, перейти было невозможно. В эти дни скитания Олег написал стихотворение «Дни тяжелые мы переносим» […].

В семье Олег часто говорил, что скоро, скоро придут наши и с ними придет свобода, потерпите немного. Его вера в нашу победу была так сильна, что отчаявшиеся начинали верить и оживать в надежде.

Когда Олег возвратился [в Краснодон] 11 января, то в свой дом было зайти невозможно, так как днем и ночью у моей квартиры дежурили полицейские, ожидая Олега. Только одну ночь провел Олег в Краснодоне у моей соседки Поповой Л. М. И всю ночь Олег рассказывал о немецких зверствах, какие происходят в прифронтовой полосе, и уверял, что на днях придут наши, ведь они уже в 80-ти километрах. На второй день я Олега переодела в женское платье и под видом девушки отвела в соседнее село Таловое, к знакомой Акименко Анне, откуда он должен был уходить дальше. Уходя из дома, Олег просил меня дать ему его наган, в котором была только одна пуля. Он говорил: если встречу одного врага – убью одного, встречу много – сам застрелюсь, но живым не дамся в руки палачам. Он просил меня не беспокоиться о нем, глубоко был убежден, что будет жив. Но не сбылось. В Боково-Антраците он был предан Крупеником [одним из родственников] (2) и передан в руки полиции. Олега отправили в Ровеньки, где и казнили (3).

20 марта 1943 года я и товарищи Олега Иванцовы Оля и Нина пошли в Ровеньки (4) и нашли труп Олега, он был сильно казнен ⁶⁷, у него от страшного пережитого в тюрьме поседели совсем виски. [Милый Олег, сколько же он пережил! Я нашла его совсем седым.] В Ровеньках нам рассказывали те товарищи, что сидели в то время, когда поймали Олега, в тюрьме, что на допросе начальник полиции Орлов сказал Олегу, что ты – парень очень красивый и умный, но дурак, что пошел в эту организацию. Тогда Олег ответил, что я не дурак и не хочу, чтобы был им, все равно нас больше и победа будет за нами. Тогда начальник полиции спросил Олега, что его заставило пойти в эту организацию. Олег сказал: любовь к Родине, мы не привыкли жить на коленях, лучше умрем стоя. Тогда Олега отправили в жандармерию и казнили.

Шепелев Евгений Никифорович

У Олега при обыске нашли зашитые в пальто его комсомольский билет и временные комсомольские удостоверения, где было написано: «Смерть немецким оккупантам». Когда Олег уходил скрываться, я его просила оставить дома его комсомольский билет, так как на случай его поймают, то сразу обнаружится, кто он такой. Но Олег на все мои просьбы ответил так: «Дорогая мамунька, я тебя всегда слушался, но сейчас не послушаюсь, какой же я комсомолец без комсомольского билета, я нигде его не оставлю ни за что».

Тогда Олег сказал своей бабушке: «Бабушка, ты член партии, ты же ведь нигде не оставляешь свой партбилет, правда же? Так вот я тебя прошу, зашей мне хорошо мой комсомольский билет в пальто».

И бабушка зашила.

Олег был из первых организаторов этой группы, но я узнала об этом позже. Как-то целый день Олега не было дома, и когда пришел, то сказал мне: «Мама, ты меня поздравь, я сегодня счастлив. Я сегодня великое дело совершил. Я принял великую клятву о том, что я буду [до последнего дыхания] верным сыном нашей дорогой Родины и буду уничтожать фашистскую орду до полного ее уничтожения». Я его поздравила и сказала, что это очень хорошо, пожелала успеха. Но сказала, почему же ты со мной не посоветовался, ты же всегда мне обо всем говорил, а это такой серьезный шаг в твоей жизни, и ты мне не сказал?

О. В. и Е. Н. Кошевые

Олег сказал, что я был уверен глубоко в том, что ты будешь за это, а посему решил, что все равно – сказать тебе до или после.

К Олегу чаще начали заходить товарищи совещаться, и Олег отрекомендовал меня, что моя мама – это и наш товарищ. Вы, ребята, когда приходите ко мне и меня нет дома, то смело говорите моей маме или пишите записки, что вам надо, а мама всегда передаст мне. И так ребята очень часто собирались в нашей квартире и намечали планы работы. Чаще всех, вернее каждый день, бывали у нас в доме Тюленев Сережа, Зимнухов ⁶⁸ Ваня, Туркенич Ваня, Пирожок, Иванцова Нина, Борц Валя, Иванцова Оля, Вайценовский, Шепелев Женя, Мошков Женя.

За этих ребят Олег всегда отзывался так, что эти ребята крепкие, стойкие, смелые, они готовы в огонь и в воду. Не помню точно, но было это поздней осенью, утром, когда Олег еще спал, бабушка Олега вышла во двор и сразу вернулась обратно, сообщая мне, что сейчас на Садовой улице пожар, что-то горит. В это время Олег говорит: «Бабушка, это горит биржа, а ты не заметила, горуправа не горит».

Тогда бабушка спросила: «А что, и управа [тоже] должна гореть?»

Олег [ничего не ответил] сказал «да» и сейчас же ушел из дома.

Олег мне как-то, разговаривая со мной, сказал, что нам, мамунька, дано задание, мне надо убить Сулековского, начальника полиции и одного офицера из жандармерии, а Ване Зимнухову – главного инженера дирекциона Андреева, Тюленеву Сереже – с Изваринской группы одного жандарма и пом. начальника полиции Захарова, Третьякевичу Вите – директора дирекциона немца Швейду и еще какого-то немца.

Я все время просила, чтобы все ребята были осторожны, и Олег обещал. В начале октября Олег и Сережа Тюленев пришли к нам на квартиру и сказали, что они идут под Изварино за терном на целый день, и ушли. К вечеру пришли домой и не принесли ни одной ягоды, сказали, что кто-то вырвал. Потом, через несколько дней, пришел Сережа, начал говорить, а потом начал смеяться и говорить, что мы за терном не ходили, это мы вас тогда обманули, мы в тот день под Изварином порезали телефонные и телеграфные провода и подпалили две копны с сеном. Вот фрицам будет теперь работа, будут долго чинить. Олегу удалось достать много аммоналу, а у Оли Иванцовой были мины, и кто-то из ребят, не знаю точно, заминировал поле, где румыны прогоняли овец, и 500 овец были уничтожены.

В декабре месяце 1942 года, в 5 часов дня, пришел к нам Тюленев Сережа с записочкой от Олега, он писал: «Мама, дай Сереже мой револьвер и в матраце пульки дай, семь пулек. Я приду после кино в семь часов». К 8 часам пришел Сережа и принес большое знамя немецкое.

Олег мне сказал, что знамя Сережа унес из театра очень секретно, об этом никто не знает, а твое, мама, дело спрятать это знамя. Девушки спорют свастику и вышьют серп и молот, и, когда придут наши, мы им вручим знамя от группы «Молодая гвардия». Тогда я прибила гвоздики под крышку стола и там прикрепила. Очень много говорили тогда в городе об этом. Когда начались аресты, пришла Валя Борц и забрала знамя. В декабре месяце, 29 числа, Олег и Ваня Зимнухов сказали мне, что 31 декабря в дирекционе будет встреча Нового года, будет очень много немецких офицеров и русских подхалимов, и мы готовим им встречу Нового года, поздравить хотим хорошо. У нас уже готово все, ждем из Ростова команды. Связки гранат уже подготовили, зайдем прямо в зал и забросаем. Пропуска у нас уже есть. Я спросила, а сколько вас человек будет выполнять это серьезное задание? Олег сказал: «Шесть человек». Когда 31-го, в 5 часов вечера, пришло распоряжение из Ростова, что взрыв отменить, Олег очень был опечален, а Ваня Зимнухов сказал: эх, жалко, не дали поработать.

В декабре месяце 1942 года собрались ребята проводить совещание. На этом совещании прорабатывали план дальнейшей работы штаба, [затем принимали] новых членов в группу «Молодая гвардия».

На совещании были Ваня Зимнухов, Иванцова Нина, Туркенич Ваня, Тюленев Сережа, Иванцова Оля и Олег, [Люба Шевцова, Анатолий Попов]. Сидели они в комнате, а в кухню к нам поставили двух румын, были румыны и я. В 8 часов вечера к нам сильно постучали в дверь, я выглянула в окно и увидела полицейских, очень перепугалась и скоренько закрыла на ключ дверь [комнаты], где сидели ребята, а ключ спрятала. Открыла дверь, и зашло пять полицейских и очень грубо закричали: а чем вы здесь занимаетесь? Я [так и обомлела], решила, что узнали о молодежи, и обмерла, но ответила, что заниматься нечем, топлю печку. «Ну так вот, мы вам еще пять румын ставим на квартиру [с души как камень упал. Ставьте хоть десять, думаю, уходите только]. Полицейский дернул за дверь и приказал открыть, но я соврала, сказала, что здесь живет еще одна женщина, она закрыла дверь и ушла к соседке, она скоро будет. Полицейский спросил, не вру я, я сказала, что нет, и полиция ушла [поверил и восвояси отправились]. Тогда я открыла дверь и сказала ребятам, чтобы скорей уходили, так как уже поздно и заходила полиция. Олег меня просил закрыть дверь на ключ еще минут на двадцать, и я закрыла.

Через полчаса полиция снова пришла, и я, чтобы предупредить ребят об этом, очень громко возле двери сказала: господин полицейский, надо румынам соломы, а то у меня всем нечего постелить, и ребята притихли. Полицейские спросили, не пришла ли женщина, я сказала, что нет, и они ушли. Тогда Тюленев Сережа, Зимнухов Ваня, Туркенич Ваня ушли домой, а Иванцовы Оля и Нина остались у нас ночевать. Все прошло благополучно.

Был такой случай, когда Олег на свое имя получил письмо от какого-то полковника – командующего в Ростовской и Ворошиловградской областях тыловыми частями партизанских отрядов ⁶⁹. В этом письме писалось: «Тов. Кошевой, вы обращались к нам с просьбой о том, чтобы Вам помочь оружием, то могу ответить, что стыдно вам просить, у вас большие есть возможности достать оружие на месте путем останавливания машин немецких, которые проходят с офицерами. Офицеров убивать, а оружие забирать. Тов. Олег, я очень хочу увидеться с Вами и поговорить, так как мне о Вас очень много говорили хорошего, то я решил поговорить с Вами и дать советы и указания. Начертите план своей квартиры – как к вам зайти». Это письмо было зашифровано, и Нина Иванцова расшифровала. Олег от этого письма был вне себя, говорил мне: ты, мама, со мной теперь не шути, мне вон какие люди пишут, и товарищ[и] гораздо старше меня ничего не решают без меня.

Как-то Олег принес автомат и попросил меня, чтобы я спрятала на три дня, и я зарыла автомат в уголь. Через три дня к Олегу пришел с Первомайки Попов Анатолий и еще какие-то ребята, и Олег отдал им автомат.

В ноябре месяце дядя Олега Коростелев Н. Н. попросил Олега достать ему гранат, и через два дня Сережа Тюленев принес. Когда начались аресты, то бабушка Олега спрятала эти гранаты в яму и гранаты сохранились.

Не помню точно в каком месяце пришел Олег очень взволнованный и сказал: мама, у нас горе, мы послали одну девушку в Каменск с заданием, а ее Каменская полиция арестовала, теперь нам передали, что эту девушку можно выкупить. Один полицейский сказал, что надо семь тысяч [две-три тысячи] (5). Я спросила Олега, а где же взять столько денег, он мне сказал, что у нас есть денежный фонд, но нам не хватит, но во что бы то ни стало надо достать деньги и выкупить.

В последних числах августа 1942 года в нашей квартире сидели Коростелев Н. Н., Кошевой Олег и Кистринов В. Л. (6). Когда я зашла в комнату, они что-то писали, я поинтересовалась, что они пишут, они начали прятать, не хотели признаться, но я все же начала просить, чтобы мне сказали, и Коростелев мне сказал, что мы пишем листовки и сегодня пойдем в театр и разбросаем в парке и театре. Листовки были такого содержания: призывалось население, чтобы люди прятали своих детей от посылки в Германию, так как в Германии очень издеваются над нашими людьми, и что скоро придет наша Красная Армия.

Я сказала своему брату Коростелеву Н. Н., что ты взрослый и больше опытный, смотри за Олегом, чтобы он делал аккуратно. На второй день брат мой и Олег рассказали мне, что листовки удачно распространили, даже полицейским несколько листовок при выходе из театра пихнули в карманы. Я попросила, чтобы все делали осторожно, так как могут поймать.

В начале сентября 1942 года Коростылев нелегальным путем наладил электросвет, а у Кистринова В. Л. был радиоприемник. С тех пор началось у нас радиослушание. Начали заходить товарищи Олега – Зимнухов Ваня, Третьякевич Витя и Тюленев Сережа часто, слушая вместе Совинформбюро, записывали все успехи наших войск и потом писали в большом количестве листовки и распространяли по городу и по всем знакомым.

Очень часто вечером Олег повязывал себе белую повязку на рукава пальто (это была метка полицейских), брал с собой листовки и разбрасывал на улицах, приклеивал на дверях квартир. Когда подобралось большое количество ребят, тогда они наименовали свою группу «Молодой гвардией». Избрали руководителей и штаб. На одном из своих совещаний Кошевого Олега избрали комиссаром отряда, немного позже Туркенича Ваню избрали командиром отряда. Начали работать лучше, планово.

Белая повязка – отличительный символ полиции

На Октябрьские праздники были вывешены красные флаги на школе, дирекционе и жандармерии. Вообще было вывешено около 15 флагов, насколько мне известно, три флага были заминированы. Утром 7 ноября Олег вышел во двор и быстро возвратился обратно в квартиру очень сияющий с вопросом: «Кто из вас видел флаги, вывешенные везде по городу?» У нас в доме об этом никто не знал и страшно удивились, кто бы это мог отчаяться повесить. Я по лицу Олега заметила, что он знает об этом, кто вешал, очень уж сияющий был. Я начала говорить Олегу: «Случайно, ты не принимал участия в этом деле?»

Олег засмеялся и сказал, что нет, есть такие, что не спят и работают. «Ты знаешь, мама, что это фрицев волнует немало».

Спустя несколько дней после этих разговоров захожу я к себе в квартиру, сидит Олег и какая-то девушка. Тогда Олег сказал: мама, это та самая Оксана, что была задержана в Каменске. Девушка смутилась и посмотрела на меня, потом на Олега. Олег, увидя, что Оксана смутилась, сказал, что ты не смущайся, моя мама – это наш товарищ.

Тогда Оксана стала откровенна. Это была Иванцова Оля.

В декабре месяце 1942 года Тюленев Сережа, Борц Валя, Третьякевич Витя, Мошков Женя, Кошевой Олег, Зимнухов Ваня и еще ребята вынесли все из немецкой машины, которая стояла на ул. Клубной. В машине были секретные документы, винтовки, обмундирование и новогодние подарки для фронта. Ребята все забрали и отнесли на свою базу. На второй день было много шума в городе.

В октябре месяце, не помню числа, Олег ушел утром из дома, часа через два пришел Сережа Тюленев с записочкой от Олега. Олег писал: мама, не волнуйся, я буду завтра дома. На второй день пришел Олег и рассказал, что мы выполняли задание, нас было четверо. Между Гундеровкой и Каменском подпалили два стога с хлебом и хлеб погорел. Потом Олег рассказал, что наши ребята в Поповке и Суходоле две немецких легковых машины и трех фрицев уничтожили, а из машин забрали все, там было и оружие.

Были частые случаи, когда у нас на квартире Зимнухов В., Попов А., Пирожок С., Тюленев С., Третьякевич В. писали целыми ночами листовки, бумагу Олег доставал у Коростелева, бумага была маркшейдерская.

Писали листовки в большом количестве и распространяли по району.

Тюленеву Сереже было задание принести из Изварина патроны и гранаты. Сережа нагрузил две кошелки и очень поздно вечером принес. Сережу задержала Краснодонская полиция за то, что поздно ходил, а утром выпустили, и все прошло благополучно, все Сережа принес. Часто Олег говорил про Нину Иванцову и Валю Борц, что эти девушки очень хорошие и стойкие, все, что им поручалось, обязательно выполняли. А также очень хорошо отзывался о Туркениче Ване, что это товарищ старше нас, он очень опытный во всех отношениях. Когда к нам поставили на квартиру немца фон Велзена, к нему зашли немецкие офицеры и начали говорить про какие-то макеты, я точно не помню, но помню, что Коростелев подслушал этот разговор и понял, что немцы строят макеты военного значения и эти макеты должны сыграть большую роль. Коростылев Н. Н. рассказал Олегу, а Олег пошел к Иванцовой Оле, потом сообщили дальше нашим, и таким образом предупредили, насколько мне было известно, что-то серьезное, которое имело военное значение.

Было много и такого, что я не знала, Олег мне не говорил, и я не пыталась узнать (7). Кошевому Олегу в группе «Молодая гвардия» поручено вербовать молодежь в ряды комсомола, что он и выполнял очень хорошо.

Он многих принял в комсомол и выдал комсомольские билеты. Очень часто Олег говорил про Остапенко Сеню, что это их чертежник…

Е. Н. Кошевая

РГАСПИ. Ф. М‐1. Оп. 53. Д. 330. Л. 10–13 об.

Подлинник. Автограф

№ 6
Из докладной записки зам. зав. Спецотделом ЦК ВЛКСМ А. В. Торицына и инструктора ЦК Н. А. Соколова секретарям ЦК ВЛКСМ о возникновении и деятельности подпольной организации «Молодая гвардия» (1)

г. Краснодон – Москва [не позднее 28 июля] 1943 г.⁷⁰

Совершенно секретно

Поселок Сорокино, впоследствии выросший в город Краснодон, в годы Гражданской войны был местом жестоких боев с красновскими бандами. Сорокинские горняки стояли в первых рядах борцов за советскую власть… ⁷¹

Но вот началась Великая Отечественная война. Большинство краснодонской молодежи покинуло шахты, они отправились на фронт отстаивать честь и свободу любимой Родины.

На втором году войны Краснодонщина снова, как и прежде, стала ареной жестоких битв.

20 июля 1942 года фашистские войска вступили в город. Противные мышиные шинели заполнили сады, парки, улицы. Душно, мрачно стало в этом когда-то прекрасном городке.

Борц Валерия Давыдовна

Вскоре все стены домов, заборов были облеплены объявлениями германского командования. В первую очередь приказывалось сдать оружие, за несдачу – расстрел; явиться всем коммунистам и комсомольцам на регистрацию, за неявку – смерть. Начались грабежи, сопровождаемые убийствами.

Будущие молодогвардейцы, сыны, внуки потомственных шахтеров с невероятной тяжестью переживали начало оккупации.

Валя Борц пишет в своем дневнике: «Июль. Начались массовые расстрелы коммунистов. Я боюсь за папу. Только ветер прошумит, пробежит кошка, а мне кажется, что это идут за папой. Тяжело мне! Ох, как тяжело. Нет, так нельзя…»

Володя Осьмухин, видевший, как немцы запаивали в мехцехе банки с медом, вареньем для отправки в Германию, говорил матери: «Ничего, мама. Накормим мы их и медом, и вишнями, и варениками нашими, всем до отвала!»

В начале августа немцы совершили страшное злодеяние в городе: за неявку на регистрацию закопали в городском саду живьем 30 шахтеров-коммунистов. Помрачнели лица людей. Жизнь стала страшной пыткой. Испугавшись нового порядка, многие попрятались по норам, закопались, ушли от жизни, некоторые жалкие трусы превратились в служителей этого порядка, но большинство, огромнейшее большинство и, главным образом, молодежь осталась незапуганной, непокоренной. Против страшной машины грабежей, убийств, насилия они имели могучее оружие, вдохнувшее в них силу, уверенность, жажду биться насмерть с этой мразью. Имя этому оружию – ненависть.

Прекрасно отобразил свои чувства, мысли, переживания в одном из стихотворений Олег Кошевой:

 
Мне тяжело!.. Куда только ни глянь,
Везде я вижу гитлеровскую дрянь,
Везде ненавистная форма предо мной,
Эсэсовский значок с мертвой головой.
Я решил, что жить так невозможно!
Смотреть на муки и самому страдать.
Надо скорей, пока еще не поздно,
В тылу врага врага уничтожать.
Я так решил, и это я исполню!
Всю жизнь отдам за Родину свою,
За наш народ, за нашу дорогую
Прекрасную Советскую страну.
 

Олег и его друзья свято выполнили свой долг перед Родиной, перед народом.

Возникновение «Молодой гвардии»

В первой половине августа месяца 1942 года в городе возникает подпольная комсомольская организация «Молодая гвардия». Ее организаторами были Олег Кошевой, Ваня Земнухов и Сергей Тюленин.

Кошевой Олег Васильевич родился в 1926 году в семье киевского кадрового рабочего. В 1940 году семья Кошевых переехала в город Краснодон, где Олег в этом же году вступает в члены ВЛКСМ и на следующий год заканчивает 9 классов средней школы (2).

Олег Кошевой с раннего детства рос любознательным, жизнерадостным и способным юношей.

В школе Олег учился только на отлично, принимал самое деятельное, самое активное участие в общественно-политической работе, был редактором общешкольной газеты. Олег был настоящим, признанным вожаком школьной молодежи, ее другом и требовательным, скромным организатором. Олег усиленно работал над собой. Очень много читал художественной, исторической и политической литературы, любил музыку и живопись, кино и театр. Будучи в 8–9-м классах, уже хорошо разбирался в вопросах текущей политики, газеты и журналы были его верными, неразлучными спутниками. К началу Отечественной войны Олег был уже вполне сложившимся политически, с твердыми убеждениями, с трезвыми взглядами на жизнь юношей.

Земнухов Иван Александрович

Земнухов Иван Александрович родился в 1923 году в семье русского крестьянина в дер. Илларионовка Московской области.

В 1932 году семья Земнуховых переезжает в Донбасс – гор. Краснодон. Здесь Ваня вырос, воспитался и получил среднее образование. В 1938 году вступил в комсомол.

Иван Земнухов, еще будучи семилетним мальчиком, учеником 1-го класса, пристрастился к книгам. Любовь к великой русской литературе, последующее глубокое детальное изучение героического прошлого русского народа – именно это в первую очередь воспитало в юноше-комсомольце чувство беззаветной преданности своей Родине. В школе Ваня был председателем литературного кружка.

Он страстно, вдохновенно любил поэзию, сам писал очень много стихов, читал их на ученических литературных вечерах. Он по праву считался признанным школьным поэтом.

Вот сохранившийся отрывок из его школьного стихотворения:

 
Нет. Нам не скучно и не грустно,
Нас не тревожит жизни путь,
Измен незнаемые чувства,
Нет, не волнуют нашу грудь.
Бегут мятежной чередою
Счастливой юности лета,
Мечты игривою толпою
Собой наполнили сердца.
Нам чуждо к жизни отвращенье,
Чужда холодная тоска,
Бесплодной юности сомненья
И внутренняя пустота.
Нас радости прельщают мира,
И без боязни мы вперед
Взор устремляем, где вершина
Коммуны будущей зовет.
 

Он часто в своих стихотворениях вспоминал московские пейзажи, природу родной Илларионовки.

ЖЕЛАНИЕ

 
Люблю я севера морозы,
Люблю холодные края,
Где не растут зимою розы,
Но прелестью полна земля.
Где ветры буйные играют
В зеленом забытом бору
И шумно, шумно напевают
Веселья песенку свою.
И я стремлюся всей душою
Увидеть то, откуда я.
Родное небо над собою,
Поля, леса вокруг себя.
 

Иван Земнухов в кругу семьи. Сидят: Анастасия Ивановна и Александр Фёдорович, стоят слева направо: Ваня, Александр, Нина, 1938 г.

После окончания десятилетки Краснодонский райком ЛКСМУ утвердил тов. Земнухова старшим пионервожатым в его родной школе. Здесь очень ярко и полно развернулись его способности. Ваня добился образцовой постановки политико-воспитательной работы в школе, заслужил всеобщее уважение учеников.

Земнухов мечтал стать юристом. Весной 1942 года в городе Ворошиловграде он оканчивает трехмесячные курсы следователей.

Иван Земнухов, 19-летний юноша, боевой комсомолец, вожак, с настойчивостью и волей, с ясным умом и горячим неспокойным сердцем, явился умелым организатором и руководителем «Молодой гвардии».

Тюленин Сергей Гаврилович родился в 1925 году в Орловской обл., в семье рабочего совхоза. В 1926 году семья Сергея переезжает в гор. Краснодон, где и протекло все его детство. Сережа был самым маленьким в своей многочисленной семье, состоящей из 12 человек – восьми сестер, двух братьев, отца и матери. Он был очень любознательным ребенком, каждую минуту у него появлялись вопросы: «Зачем? Почему?» Если ему покупали какую-либо игрушку, то он ее обязательно разламывал, разрезал и разочарованно говорил: «Фу, опять опилки». В семье его все любили.

Тюленин Сергей Гавриилович

В школу пошел с 7 лет. Успеваемость по всем предметам была прекрасная. В 1942 году он отличником окончил 8 классов. Уже во время войны вступил в комсомол.

Заветной мечтой Сергея было стать летчиком. В 1940 году он сделал первую попытку поступить в Ворошиловградскую летную школу, но его не зачислили по возрасту. На этом Сергей не успокаивается.

Вернувшись в город, он продолжил учебу в школе, поступил в кружок радиолюбителей, который был организован при местной радиостанции, на квартире у себя установил радиоприемник, смонтированный своими силами. При этом всегда говорил: «Когда буду учиться на летчика, мне потребуется хорошее знание радио».

Через год он вновь подает заявление, теперь уже в Сталинградскую авиашколу. Ответа не последовало – вскоре началась война. Война преобразила Сергея – он стал задумчив, серьезен. Часто вечерами он подолгу просиживал со своей старшей сестрой Надеждой. Они ведут разговоры о войне, о судьбах Родины, о своем народе.

Группа учащихся 9-х классов средней школы № 4. В нижнем ряду третий справа Виктор Третьякевич, первый слева – Владимир Осьмухин. 6 августа 1941 г.

В школе Сергей усиленно изучает военное дело. Как и все ученики, Сергей особенно увлекался партизанской борьбой. Его до страсти увлекала борьба, связанная с огромнейшими трудностями. Особенно увлечение Сергея партизанской борьбой увеличилось в начале лета 1942 года, когда у них в доме стал жить один курсант из военной школы авиадесантников. Сергей с ним готов был беседовать день и ночь. Интересовался всем до мелочей. Незадолго до оккупации, когда фронт стал приближаться к Краснодону, эти разговоры стали приобретать конкретную форму. Сергей прямо говорил: «В случае оккупации города я остаюсь здесь партизанить».

Олег Кошевой, Иван Земнухов и Сергей Тюленин, выросшие на родной земле, в условиях счастливой советской жизни, воспитанные комсомолом в духе преданности своему народу, оказавшись на территории, оккупированной врагом, самостоятельно, без чьей-либо помощи, пришли к выводу о необходимости ведения самой жестокой борьбы с немцами, о поднятии молодежи и населения на эту борьбу. Во второй половине августа они привлекают в свои ряды новых членов: Виктора Третьякевича, Анатолия Попова, Ивана Туркенича, Степана Сафонова, Николая Сумского, Володю Осьмухина, Виктора Лукьянченко, Ульяну Громову, Любу Шевцову, Валю Борц и других.

Туркенич Иван Васильевич

В первых числах сентября на квартире Олега Кошевого по Садовой улице, дом 6, состоялось первое организационное собрание молодых подпольщиков. На этом собрании Третьякевич избирается командиром, Олег Кошевой – комиссаром. В состав штаба вошли: Кошевой Олег, Третьякевич Виктор, Земнухов Иван, Туркенич Иван и Тюленин Сергей. Руководство работой всей организации возлагалось на штаб, который разрабатывал план проведения всех боевых операций. На этом же заседании по предложению Сергея Тюленина штаб решил именовать организацию «Молодая гвардия». Олег Кошевой избирается секретарем комсомольской организации.

Олег Кошевой, Третьякевич были наиболее авторитетными среди своих друзей. По инициативе Олега началось создаваться ядро организации. Третьякевич к этому времени уже побывал в Ворошиловградском партизанском отряде, который в августе месяце был сильно потрепан немцами. В то время Третьякевич казался партизаном, понюхавшим пороха. Это, безусловно, явилось решающим аргументом в их решении.

Впоследствии Третьякевич не оправдал надежд своих товарищей (3). На каждом заседании проявлял зазнайство, гордость, излишнюю самоуверенность. В сентябре Люба Шевцова по заданию штаба часто посещала гор. Ворошиловград. Она установила, что Виктор Третьякевич в отряде ничем себя не проявил, в первом же бою сбежал, оказался трусом. После этого Третьякевич был отстранен от руководства «Молодой гвардией». Для проверки ему все же поручили руководить одной из комсомольских групп города Краснодона.

Командиром «Молодой гвардии» был избран Иван Туркенич. Иван Туркенич, 1920 года рождения, член ВЛКСМ с 1940 года, до оккупации района находился в армии. Под Ростовом попал в окружение, долго скрывался в селах, в конце августа 1942 года вернулся к себе на родину, в гор. Краснодон. В городе его знала вся молодежь.

До войны он участвовал в драматическом кружке в клубе, исполнял ведущие роли почти во всех пьесах. Пользовался у молодежи заслуженным авторитетом. В армии Иван Туркенич получил звание лейтенанта, поэтому его, как хорошо знающего военное дело, избрали командиром штаба «Молодой гвардии».

Какие цели и задачи ставили перед собой молодые подпольщики

1. Разоблачать ложь немецко-фашистской пропаганды. Показывать правду о Советском Союзе, о Красной Армии, вселяя в народ веру в неизбежный разгром немцев.

2. Организация молодежи на срыв и саботаж немецких мероприятий, воспрепятствие угону молодежи в Германию. Организация диверсий на восстанавливаемых немцами шахтах, мастерских, истреблять немцев и предателей родины.

3. Создать продовольственный, финансовый фонды, обеспечить всех оружием, боеприпасами и в удобный момент уйти в леса, вести открытую вооруженную борьбу.

Члены штаба Кошевой, Земнухов, Туркенич проявляют большую активность по вовлечению молодежи в свою организацию. Действовали они смело, решительно. В основном привлекали юношей и девушек, которых хорошо знали по школьным годам. Многие из них, как Мошков Евгений, братья Левашовы, прямо со школьной скамьи пошли на фронт, в спецшколы и по разным обстоятельствам вернулись в свой родной город уже в период оккупации, другие пытались эвакуироваться в советский тыл, но, попав в окружение, вернулись домой. Все они воочию убедились в зверином, отвратительном облике немецкой грабьармии. Они быстро, при первых же встречах, находили общий язык. Их сближала великая ненависть к врагу, жажда мести за горечи, страдания родного народа.

Мошков Евгений Яковлевич

К сентябрю организация «Молодая гвардия» насчитывала в своих рядах до 30 чел. Встал вопрос о руководстве таким количеством людей и глубокой конспирации. Штаб принял решение: разбить всех членов организации по пятеркам, во главе каждой пятерки утвердили самых смелых, решительных и осторожных товарищей: Мошкова Евгения, Тюленина Сергея, Шевцову Любу, Арутюнянца Георгия. Командиры пятерок для связи со штабом имели специальных связных. Непосредственное руководство этими группами штаб поручил Ивану Земнухову.

На этом же заседании Анатолию Попову было поручено создать в пос. Первомайка группу, которая входила бы в состав «Молодой гвардии». Такая группа в количестве 20 чел. была создана Анатолием Поповым в октябре месяце (4). Первомайская группа по примеру краснодонских молодогвардейцев была разбита на четыре отделения по 5 человек в каждом. Командирами отделений являлись Ульяна Громова, Виктор Петров, Евгений Шепелев, Майя Пегливанова. Николаю Сумскому было поручено создать такую же группу в поселках Краснодон и Семейкино, расположенных в 15–20 км от гор. Краснодона.

Клятва вступающего в ряды подпольной организации «Молодая гвардия»

Николай Сумской в первой половине октября месяца создал в пос. Краснодон группу в составе 14 чел. и в пос. Семейкино из 5 чел.

К концу ноября подпольная организация, охватившая своим влиянием не только город, но и поселки Краснодон, Первомайка, Семейкино и ряд хуторов, насчитывала в своих рядах более 100 человек. Связными от штаба с группами Попова и Сумского были выделены Нина Иванцова (5) и Валя Борц. Попов Анатолий и Николай Сумской через некоторое время вошли в состав штаба (6).

Все вступающие в члены «Молодой гвардии» принимали клятву. Первый прием клятвы проходил в октябре на заседании штаба, которое проводилось на квартире Третьякевича.

Временное комсомольское удостоверение № 7, выданное штабом подпольной организации «Молодая гвардия» молодогвардейцу Демьяну Фомину, 23 декабря 1942 г.

Радик Юркин так вспоминает об этом торжественном моменте в жизни молодогвардейцев: «Под вечер мы собрались на квартире Виктора. Дома, кроме него, никого не было – отец и мать уехали менять хлеб. Здесь нам никто не мог помешать…» ⁷²

Вместе с расширением рядов организации Олег Кошевой увеличивает комсомольскую прослойку. К этому времени уже было принято более 25 чел. Постановлением штаба членские взносы с каждого комсомольца были установлены в размере 15 руб. в месяц. Этим штаб преследовал выполнение одной из своих задач – создание финансового фонда организации. Всего было принято в члены ВЛКСМ 36 человек. Всем вступающим Олег Кошевой вручал временные удостоверения, заменяющие комсомольские билеты. Удостоверения выдавались также и тем молодогвардейцам, которые по уважительным причинам уничтожили свои билеты.

В течение августа месяца Володе Осьмухину, Анатолию Орлову и Георгию Арутюнянцу удалось смастерить примитивную типографию. Части для нее были заказаны в разных местах. Основные металлические части были сделаны Володей Осьмухиным в механическом цехе совместно с военнопленным лейтенантом Соловьевым.

Рамку для набора шрифта делал отец Георгия Арутюнянца. Шрифт по литерам приходилось собирать на месте сожженной типографии районной газеты. С этого времени начинают появляться небольшие плакаты с типографским текстом.

Временные удостоверения были отпечатаны также в этой типографии.

В полную широту развертывается боевая деятельность городской группы в начале сентября 1942 года (7). В этот период по городу прокатилась новая волна арестов коммунистов, сопровождаемая наглым ограблением их семей. Грязная газетенка «Новая жизнь» на украинском языке, издаваемая в Ворошиловграде, на разный манер писала «победные» реляции германского командования. Под этот шум, треск немцы и их прихвостни начали проводить вербовку добровольцев для работы в Германии. Паника охватила людей. Некоторые готовы были поверить в сладкие речи немецких вербовщиков. Все это проходило на глазах юных подпольщиков, а многие из них тоже получили повестки.

Встала задача – сорвать вербовку, удержать народ в городе. 20 сентября 1942 года на совещании, которое проходило на квартире Третьякевича, члены штаба совместно с командирами групп долго обсуждали один вопрос: что необходимо сделать для провала вербовки? Результатом совещания была листовка, написанная общими силами. На другой день после совещания листовка, переписанная от руки в нескольких десятках экземпляров, была распространена по всему городу: на базаре, была расклеена на заборах, на телеграфных столбах, на здании биржи. Наутро хозяйки находили их под дверьми, в дровах, в ведрах.

До нас не дошел текст первой листовки, но жители рассказывают, что это были очень горячие, страстные слова, говорящие о готовящемся новом немецком злодеянии – угоне наших людей в вечное рабство, в позор, на верную гибель. Листовка призывала отсылать детей в села, скрывать всех, которые по возрасту подлежали мобилизации.

Листовка сыграла свое дело ⁷³. Добровольцев ехать в Германию нашлось всего лишь несколько человек, предполагаемого количества людей не было завербовано. Полиция, представители биржи были в бешенстве.

Первый успех окрылил юных героев. С этого и начались славные боевые дела юных подпольщиков Краснодонщины. На первых же шагах, увидев, какое значение имеют даже эти простые слова безо всяких фактов, молодогвардейцы предугадали успех листовок, которые будут сообщать о положении на фронтах, о последних событиях за границей. Для этого Олег Кошевой организует у себя в конце сентября прослушивание радио.

У семьи Олега остался ламповый радиоприемник на электрическом питании (8). Света в доме не было. Во время слушания радио его подключали сами с помощью специального приспособления.

Последние известия с этого времени слушались регулярно. Кратко записывали их содержание, а затем составляли листовки. Население Краснодона вплоть до арестов членов «Молодой гвардии» еженедельно информировалось путем листовок и почти ежедневно путем распространения слухов о всех событиях на фронте, в советском тылу, за границей.

В распространении листовок принимало участие подавляющее большинство членов «Молодой гвардии». Особенно отличились в этом деле Олег Кошевой, Пирожок Василий и Сергей Тюленин.

Пирожок Василий Маркович

Олег обычно прикалывал к рукаву знак полицейского – белую повязку – и ночью разбрасывал листовки в самых многолюдных местах.

Вася Пирожок ухитрялся в базарные дни приклеивать на спине полицейского листовки, краткие плакаты такого содержания: «Долой гитлеровские 300 грамм, да здравствует сталинский килограмм!»

Остапенко Семен частенько вывешивал листовки во дворе начальника дирекциона.

Сергей Тюленин считался признанным мастером по кинотеатру. Он неизменно появлялся в зале перед самым началом сеанса.

В самый удачный момент, когда киномеханик гасит свет в зале, чтобы в следующее мгновение включить киноаппарат, Сергей разбрасывал листовки между проходами, а то и прямо на головы зрителей.

Почти каждое утро полицейские с тряпками ходили по городу, стирая надписи на стенах домов, заборов: «Смерть немецким оккупантам!», «Не ходили в божий храм, получали килограмм, a теперь и в божий храм получает триста грамм».

Мать Вани Земнухова стала замечать, что ее сын часто начал посещать базар, церковь. Это ее очень удивило. Когда спросила об этом Ваню, он коротко ответил: «Так надо, мама».

Незадолго до Крещения (9) Ваня Земнухов преподнес такой сюрприз верующим. Попу подавались записочки, вложенные в картонки, в которых перечислялись имена людей, за которых батюшка должен отслужить молебен. Кончилась служба, дьячок возвратил верующим их записки; когда верующие стали расходиться, то случайно, развернув свои записки, обнаружили в них другие небольшие листки.

Шищенко Александр Тарасович

Текст был таков: «Как мы жили, так и будем жить, как мы были, так и будем под сталинским знаменем. Мария Демченко».

По городу из уст в уста передавались вести о новых листовках. Их содержание в тот же день становилось достоянием всего населения.

А многие из листовок уходили за пределы города – в Свердловский, Ровеньковский, Новосветловский районы.

Приближалась великая годовщина в жизни советских людей – 25-летие Великой Октябрьской социалистической революции. На заседании штаба было принято решение отметить эту великую дату вывешиванием красных флагов на школе им. Ворошилова, на бывшем здании райпотребсоюза, на шахте 1-бис и на больнице в поселке Краснодон.

На школе им. Ворошилова и шахте 1-бис вывесить флаги было поручено группе Сергея Тюленина в составе пяти человек, куда входили также Валя Борц, Дадышев, Остапенко и Юркин. На здании бывшего райпотребсоюза – Любе Шевцовой и Тосе Мащенко. На больнице – Александру Шищенко и Георгию Щербакову.

Щербаков Георгий Кузьмич

Флаги были сделаны частью из белых наволочек, окрашенных в красный цвет, большей же частью были пошиты из красных косынок. Дома они были прикреплены к древкам.

Все флаги молодогвардейцы вывешивали в ночь под 7 ноября. В эту ночь шел сильный дождь, бушевал ветер. Полицейские патрули попрятались по хатам. Погода облегчила работу молодогвардейцев.

Флаги на всех зданиях были прикреплены веревками к трубам, за исключением здания райпотребсоюза, где Люба Шевцова и Тося Мащенко, разобрав черепицу, прикрепили древко к перекрытию.

Александр Шищенко и Георгий Щербаков, помимо больницы, вывесили флаг на самом высоком дереве парка.

Все флаги висели приблизительно до 8–9 час. утра, а на здании райпотребсоюза – сутки. Никто не подозревал о потрясающем успехе этого мероприятия.

Жительница города Краснодона Литвинова М. А. так рассказывает о своих чувствах, когда она увидела флаг: «Когда я увидела на школе флаг, невольная радость, гордость охватила меня. Разбудила детей и быстренько побежала через дорогу к Мухиной К. А., ее я застала стоящей в нижнем белье на подоконнике, слезы ручьями расползались по ее худым щекам. Она сказала: «Марья Алексеевна, ведь это сделано для нас – советских людей. О нас помнят, мы нашими не забыты».

Рисунок «Пушкин», нарисованный Володей Осьмухиным

Весть о флагах быстро разнеслась по всему району, затем по селам окрестных районов и даже докатилась до Сталинской области (10).

В день Сталинской Конституции несмотря на то, что полицейские усиленно охраняли все высокие здания города, Майе Пегливановой и Любе Шевцовой удалось вывесить флаг в ночь с 4 на 5 декабря на большой трубе шахты 7–10. Внизу флага приклеили два плаката: «Смерть немецким оккупантам!», «Да здравствует Сталинская Конституция!». А на втором плакате черной угольной пылью было написано: «Опасно! Заминировано».

Накануне великого праздника – 25-летия Октября – молодогвардейцы оказали [помощь] семьям, особенно сильно пострадавшим от немецкой оккупации, подарки. Так, семье фронтовика Литвинова Володя Осьмухин 6 ноября от имени «Молодой гвардии» вручил пакет, в котором находилось 548 рублей. Деньги для этого брались из фонда комсомольских взносов и общих сборов со всех членов «Молодой гвардии». Кроме того, на деньги были приобретены продукты и через подставных лиц переправлены в тюрьму арестованным коммунистам.

Печатная листовка

Особенно активизировалась агитационная работа молодогвардейцев во второй половине ноября в связи с переходом наших войск в наступление под Сталинградом.

В городе появилась масса листовок, подробно сообщающих о начале крупного наступления советских войск в районе Сталинграда.

Полиция была в бешенстве, жандармерия наседала на полицию – требовала разыскать виновников. Попытки были безуспешны. В течение всего ноября и декабря молодогвардейцы регулярно информировали жителей о ходе наступления советских войск. Это были листовки небольшого размера, переписанные от руки, с очень простым содержанием. Вот текст одной из таких листовок:

«Прочти и передай товарищу.

Товарищи краснодонцы!

Долгожданный час нашего освобождения от ярма гитлеровских бандитов приближается.

Войсками Юго-Западного фронта линия обороны прорвана. Наши части 25 ноября, взяв станицу Морозовскую, подвинулись вперед на 45 километров. Движение наших войск на запад стремительно продолжается.

Немцы в панике бегут, бросая оружие. Враг, отступая, грабит население, забирая продовольствие и одежду.

Товарищи! Прячьте все, что можно, дабы не досталось оно гитлеровским грабителям!

Саботируйте приказы немецкого командования, не поддавайтесь лживой немецкой агитации.

Смерть немецким оккупантам!

Да здравствует наша освободительница Красная Армия!

Да здравствует свободная Советская Родина!

Ш.П.О.» ⁷⁴.

Всего молодогвардейцы выпустили более 30 названий листовок, общим тиражом 5000 экземпляров.

* * *

Наряду с проведением постоянной пропагандистской работы среди населения молодогвардейцы всеми силами, всеми средствами старались добыть оружие, чтобы в удобный момент перейти к открытой вооруженной борьбе.

С первых же дней существования «Молодой гвардии» члены штаба Сергей Тюленин совместно с Валей Борц, братьями Левашовыми, Степаном Сафоновым занимались поисками оружия, впоследствии к ним присоединились Вася Пирожок, Жора Арутюнянц, Анатолий Ковалев, Владимир Осьмухин и другие. Группами по 2–3 человека, под всевозможными предлогами, они целыми днями ходили по степи, собирая в балках патроны, гранаты, винтовки, а иногда находили и автоматы, брошенные отступающими частями Красной Армии.

Все найденное стаскивали в кошелках вначале на свои квартиры, а затем в городскую баню, в подвале которой был устроен их склад.

Левашов Сергей Михайлович

Степа Сафонов в одном из таких походов нашел ракетницу и несколько ракет. В декабре месяце во время бомбежки города советскими самолетами Степа подавал им сигналы ракетами. Кроме того, Сафонов через свою сестру, которая после его настойчивых просьб поступила работать в цех взрывчатых веществ при дирекционе, доставал селитру, из которой изготовлялись мины.

Другим источником поисков оружия были жители. При отступлении частей Красной Армии многие из старых шахтеров подобрали и припасли на черный денек, как они выражались, гранаты, патроны, пистолеты. Все это оружие тоже попало в руки членов «Молодой гвардии».

И, наконец, третий источник сбора оружия появился в конце ноября – в начале декабря месяца, когда через Краснодон неорганизованными кучками шли разбитые части румынской армии. Члены «Молодой гвардии» таскали у отступающих румын ящики патронов, гранаты, винтовки.

Таким путем молодогвардейцы собрали 15 автоматов, 80 винтовок, 300 гранат, около 15 000 патронов, 10 пистолетов, 65 кг взрывчатых веществ и несколько сот метров бикфордова шнура.

В октябре месяце немцы проводят усиленную подготовку к вывозке хлеба в Германию. По предложению Кошевого штаб принимает решение сорвать вывозку хлеба путем сжигания хлебных складов.

Лукьянченко Виктор Дмитриевич

Мелкие группы молодогвардейцев по ночам начали сжигать хлебные скирды. Олег Кошевой в одну ночь сжег две огромнейших хлебных скирды между Гундоровкой и Каменском.

Сергей Левашов по заданию штаба поступает на работу в гараж, который находился при дирекционе, шофером. Там он одну за одной выводит из строя три машины путем уничтожения мелких деталей, перекручивания проводов, при этом оставляя неповрежденной изоляцию. Наряду с этим Сергей попросил свою мать завязать дружбу с женой полицейского Мельникова и в разговорах, как бы невзначай, узнавать о всех делах в полиции. Это ему удается. Штаб более полутора месяцев получал подробную информацию о всех событиях в городской полиции.

В начале декабря Женя Мошков, Сергей Левашов, его брат Василий на большаке Краснодон – Свердловск ночью устроили засаду.

Когда грузовая машина поравнялась с молодогвардейцами, Женя Мошков меткой очередью из автомата убил шофера и сопровождавшего машину солдата. После этого Сергей сел за руль и отогнал машину в степь, где она была сожжена вместе с 10 бочками бензина и 3 бочками автола.

Во второй половине ноября – начале декабря, когда фронт стремительно приближался к Краснодонщине, немцы и их приспешники начали бешеную подготовку к массовому угону советских людей в Германию и переселению всех трудоспособных в Сталинскую область. Были составлены списки всего населения района. За всеми, кто подлежал отправке, был установлен строжайший контроль.

Сгоревшее здание биржи труда в г. Краснодоне, 1943 г.

В ответ на это мероприятие штаб «Молодой гвардии» принял смелое решение – сжечь биржу труда и уничтожить таким путем все документы мобилизованных, спутать карты немецким вербовщикам.

Проведение этой операции было поручено Любе Шевцовой, Сергею Тюленину и Виктору Лукьянченко. Решение было принято 2 декабря, а 6-го в 4 часа утра биржа уже горела.

Каким образом смелая тройка молодогвардейцев так успешно выполнила это ответственное задание?

Сергей Тюленин накануне оккупации города достал у отступающих частей Красной Армии ящик с бутылками горючей жидкости.

Он его закопал у себя во дворе, будучи уверенным, что это еще пригодится. И вот такой момент настал.

В течение первых трех дней после получения задания Люба, Сергей и Виктор по очереди под разными предлогами посетили биржу. Внимательно изучив расположение комнат, установив, где находятся несгораемые шкафы с делами, они накануне перетащили 25 бутылок с горючей смесью и запрятали недалеко от биржи.

Ночью с 5 на 6 декабря тройка собралась в одном из сараев поблизости от биржи. Люба принесла с собой меду и листы бумаги.

Намазав медом бумагу и наклеив ее на стекла окна, находившегося позади здания, Сергей бесшумно раздавил стекла. Затем Сергей и Люба проникли внутрь дома, а Лукьянченко Витя, улавливая моменты, когда часовой уходил на вторую сторону здания, подавал им бутылки.

Люба Шевцова и Тюленин Сергей облили горючей смесью полы и двери всех комнат биржи. Все это время Витя Лукьянченко находился на часах. И Витя и остальные были вооружены пистолетами.

Перед тем как вылезть в окно, Сергей Тюленин зажег смесь. Огонь быстро распространился по всему зданию. Сбежавшимся полицейским удалось только вынести небольшой несгораемый шкаф (очевидно, с деньгами) и два стола. Все остальное погибло в огне.

После пожара немцы стали спешно вновь переписывать население, но это им не совсем удалось. Народ, воспрянувший духом после пожара биржи, оказывал всяческое сопротивление переписчикам.

Так им и не удалось закончить своей работы. При бегстве из города немцы и полиция с собой увели всего лишь около 200 человек и то в основном из той категории людей, которые работали в немецких учреждениях.

Так славные молодогвардейцы спасли несколько тысяч своих земляков от угона в рабство, на верную гибель.

Поджогу биржи предшествовала крупная операция. Немцы отобрали у жителей Краснодонского района около 500 голов скота и под сильной охраной пытались угнать в свой тыл. Группа молодогвардейцев, сделав на большаке Краснодон – Ровеньки засаду, перебила охрану, а скот разогнала по степи. Полицаям после удалось собрать не больше 100 голов.

После пожара биржи полиция начала усиленные поиски виновников поджога. Она прекрасно понимала, что это не случайный пожар, а очередной диверсионный акт. Многие члены «Молодой гвардии» нигде не работали, на учете не состояли. Им грозила большая опасность попасть в руки полиции как подозрительным. В это время у Вани Земнухова рождается замечательная мысль – замаскировать деятельность организации кружковой работой в клубе им. Горького.

Клуб имени Горького – штаб-квартира молодогвардейцев

С этой целью в клубе под руководством Мошкова в один из воскресных дней был дан показательный концерт, на котором присутствовала вся видная именитая городская мразь. Собравшимся понравился концерт.

Через несколько дней клуб им. Горького стал действовать. Директором был назначен Мошков, руководителем струнного оркестра – Третьякевич, драматического – Иван Туркенич, цирковой бригады – Анатолий Ковалев. Вначале в кружки была объявлена открытая запись. В числе членов кружков много оказалось детей полицейских, служащих дирекциона и т. д. По указанию штаба Женя Мошков совместно с руководителями кружков под разными предлогами отчислили неблагонадежных людей. На их место были приняты такие, которых впоследствии можно было бы привлечь в члены организации. Во всех кружках приблизительно около 50 % общего числа составляли члены «Молодой гвардии».

Все участники кружков регистрировались на бирже, и им выдавались удостоверения как работающим на предприятиях.

Теперь легко было маскировать свои собрания – при посторонних делали вид, что репетируются к концертам. Позднее возвращение домой всегда объясняли долгой задержкой в клубе. Клуб превратился в прекрасную ширму «Молодой гвардии». В клубе они чувствовали себя полными хозяевами. Остроумным выдумкам молодогвардейцев не было конца.

Володя Осьмухин собирал вокруг себя группу ребят, и нередко даже в присутствии офицера жандармерии, устремив «невинные» взгляды на портрет Гитлера, они исполняли азартно, громовыми голосами, с подъемом перефразированный куплет песни «Бродяга»:

 
Эх, расскажи, расскажи, бродяга,
Чей ты родом, откуда ты?
Ой да и получишь скоро по заслугам,
Как тебя солнышко пригреет
И ты уснешь глубоким сном!
 

В этой буйной удали Володя Осьмухин был весь налицо. Смелый, решительный, до отвращения ненавидевший немцев, страстно, до обожания любивший свои родные донские просторы.

В степи он всегда пел, вкладывая в каждое слово всю свою душу: «Степь родимая, непобедимая, сильными и смелыми ты родила нас».

Фронт приближается к Краснодонщине. Через город уже шли разбитые румынские части, везли массу раненых. Полицейских охватила паника. Начали готовиться к эвакуации. Молодогвардейцы приняли решение: не выпустить живьем из города продажных псов-палачей Суликовского, Кулешова, Захарова и др. Был разработан подробный план их истребления. Кошевому Олегу было поручено истребить начальника городской полиции Суликовского и одного из офицеров жандармерии. Земнухову Ване – главного инженера дирекциона Андреева и одного из жандармов. Третьякевичу Виктору – управляющего дирекционом немца Швейда. Тюленину Сергею – начальника Изваринской полиции Маркина, следователя городской полиции Кулешова. Туркеничу Ивану – заместителя начальника городской полиции Захарова и одного из офицеров жандармерии.

Эти акты справедливого возмездия не были осуществлены только из-за скорого провала организации.

Сергей Тюленин (первый слева в нижнем ряду) среди участников струнного кружка клуба имени М. Горького, г. Краснодон, 1939 г.

Помимо проведения отдельных террористических актов, штаб «Молодой гвардии» 28 декабря принял решение: в ночь с 31 декабря на 1 января взорвать здание дирекциона, где должна была проходить встреча Нового года, здание городской и изваринской полиции.

Руководство по взрыву дирекциона было возложено на Левашева Василия и Попова Анатолия. Взрыв предполагалось совершить в самый разгар веселья – полночь.

В тот же день Олег Кошевой отправил Олю Иванцову с донесением, в котором подробно изложил план взрывов, к командиру Ростовского партизанского отряда по кличке «Данило», с которым у них была налажена связь с октября месяца. От «Данилы» пришел категорический приказ: «Запрещаю совершать эти взрывы. Помните, что за каждого убитого немца расстреляют 100 мирных жителей».

Члены штаба «Молодой гвардии», несмотря на то что их мнения расходились с мнением «Данилы», все же исполнили его приказ – взрывов не произошло (11).

За три дня до начала арестов молодогвардейцы провели еще одну операцию. 28 декабря через город прошло много машин с новогодними подарками для немецких солдат и офицеров. Одна из них из-за неисправности осталась в городе на ночь. Валя Борц и Сергей Тюленин, узнав об этом, доложили Кошевому и Туркеничу. Через связных была собрана группа в 10 чел., которая в течение ночи перенесла все содержимое машины в клуб им. Горького. 12 мешков с письмами на вторую ночь были сожжены. Часть продуктов была роздана населению, другая часть отнесена на склад в городскую баню.

Молодогвардейцы поселка Первомайка

Под руководством штаба «Молодой гвардии» была создана и проводила свою боевую работу группа молодых подпольщиков поселка Первомайка, расположенного вблизи от города Краснодона. В состав группы входили 20 человек – все они являлись членами «Молодой гвардии».

Руководитель группы Попов Анатолий Владимирович был серьезен, вдумчив и требователен к себе и своим товарищам. В школе учился хорошо, сильно увлекался изучением художественной литературы, истории и естествознания, был редактором литературного журнала. Один из воспитателей – учитель Анатолия говорит, что последний презирал все мерзкое, пошлое, не мог терпеть малейшей несправедливости и страстно любил, уважал все светлое, прекрасное человеческое. «Эта натура, – пишет тов. Шкреба, – могла глубоко любить и сильно ненавидеть». Сам Анатолий в одном из школьных сочинений писал: «Я люблю свою Родину и готов защищать ее до последней капли крови».

Родился Анатолий в 1924 году в поселке Изварино Краснодонского района в трудовой крестьянской семье, в комсомол вступил в 1940 году в Первомайской средней школе, которую закончил в 1942 году, т. е. к моменту оккупации района. После неудавшейся эвакуации возвратился в родной город, сразу же связался со штабом «Молодой гвардии» с твердым намерением отдать всего себя делу борьбы против немецко-фашистских поработителей.

Самой яркой, самой обаятельной фигурой среди первомайцев была Ульяна Громова – первая помощница Анатолия Попова, боевой вожак девушек-подпольщиц, всеобщая любимица. Родилась она в семье рабочего-украинца, выходца из Полтавской области, участника Русско-японской войны, в 1924 году. В комсомол вступила в 1940 году, а в 1942 году Ульяна закончила на отлично Первомайскую среднюю школу. Школа, сельские учителя, комсомол воспитали в ней лучшие качества чудесной советской девушки: скромность и ясность ума, прямоту и волю, настойчивость в осуществлении своих замыслов. Ульяна была серьезной и вдумчивой на уроках, в свободное же время это была первая запевала, шутница, у нее было сильно развито понятие о долге, чести, дружбе. Произведения Пушкина и Джека Лондона, Чернышевского и Толстого, Бальзака и Горького расширяли ее кругозор, оказали самое сильное влияние на ее воспитание, на формирование ее характера. Учитель A. И. Шкреба так отзывается об этой девушке: «Это была, безусловно, богато одаренная натура. Она могла бы оформиться в научного работника – литературоведа». Лучше всего и полнее расскажет про Громову ее записная книжка. Вот одна запись из Гёте, ставшая девизом жизни и смерти этой славной героини украинского народа: «Лишь тот достоин жизни и свободы, кто каждый день идет за них на бой».

Попов Анатолий Владимирович

И все эти 20 молодогвардейцев учились в одной школе, почти все в одно время были отличниками и ударниками учебы, лучшими учениками и активистами, инициаторами, напористыми, с установившимися взглядами на жизнь. Вот Виктор Петров – страстный любитель военного дела, Майя Пегливанова – боевой секретарь школьной комсомольской организации, Шура Бондарева – председатель ученического комитета, пионервожатые Нина Герасимова, Нина Минаева, скромная труженица Лина Самошина.

Ульяна Громова (1-я справа) с подругами, г. Краснодон, 27 марта 1940 г.

Были среди них и старшие товарищи – студентка Харьковского государственного университета Александра Дубровина, защитник Севастополя Николай Жуков, Анатолий Николаев, закончивший курс комсомольских работников при ЦК ЛКСМУ.

Любовь к Родине, ненависть к врагу, жажда мести и желание видеть свою землю, свой народ вновь свободными объединяли их всех. В начале октября начинается боевая деятельность группы первомайских комсомольцев-подпольщиков. В чем же заключалась эта деятельность, какими методами вели борьбу эти товарищи и какие планы их были на будущее?

Широкое распространение листовок – это был основной метод в проведении агитационной работы. Тексты листовок составляли, главным образом, Анатолий Попов и Ульяна Громова. Но если тексты составляли другие члены группы, они все же обязательно утверждались Поповым или Громовой. Чаще всего тексты составлялись и писались листовки коллективно: на квартире одного из товарищей собирались три – пять человек и работали совместно.

Минаева Нина Петровна

Молодогвардейцы тщательно соблюдали конспирацию, действовали обдуманно, осторожно. Вот что рассказывает мать Анатолия Попова – Таисия Прокофьевна: «Когда в нашей квартире собиралась молодежь, Анатолий просил меня уйти из хаты и строго наблюдать за улицей, чтобы я в случае появления полиции своевременно предупредила их». Мать Ангелины Самошиной: «К нам часто приходили подруги Лины – Уля Громова, Майя Пегливанова и другие, в отдельной комнате закрывались и подолгу что-то писали, а когда я к ним заходила, они моментально принимались за игру в домино, лежавшее на столе».

Молодогвардейцы жестоко клеймили предателей советского народа, ставших на путь измены своей Родине, на путь мерзкого сотрудничества с немецко-фашистскими захватчиками. Они призывали тех, кто запутался, повернуть оружие против оккупантов.

Вот текст листовки, написанной Евгением Шепелевым при участии Ивана Земнухова: «Господа полицейские и старосты! Вы продались немцам за кусок колбасы, за глоток водки и пачку махорки. Вы изменили Родине, тем самым вы являетесь врагами народа. Но пока не поздно, переходите на сторону Красной Армии с оружием в руках и помогайте нашим партизанам оружием и боеприпасами, переходите на сторону их. Этим самым искупите свое предательство перед народом. Если вы только этого не выполните, то вас не минует пуля партизана, пуля красноармейца».

Пегливанова Майя Константиновна

Особенно пламенными и убедительными были листовки, в которых молодогвардейцы разоблачали истинное лицо фашистского «нового порядка» со всеми его ужасами. Эти листовки писались при участии сестер Иванихиных и Николая Жукова. Последний, 20-летний юноша, сражавшийся в рядах Красной Армии, при защите Севастополя лишился руки. А старшая из сестер Иванихиных – Лилия – служила военфельдшером, попав в окружение под Белой Церковью, на себе перенесла все ужасы фашистского концлагеря.

Молодогвардейцы страстно и проникновенно рассказывали молодежи о том, что ожидает их в Германии. Почти всем молодогвардейцам Первомайки были присланы повестки об их мобилизации в Германию. Однако они умело уклонялись и никто из них не поехал в проклятую немецкую неволю. Этот призыв комсомольцев-подпольщиков имел успех среди молодежи и родителей: многие юноши и девушки всячески уклонялись от мобилизации, уходили в окрестные села под видом меньщиков ⁷⁵, по три-четыре недели странствовали по Донской земле (Тарасовка, Глубокое, Морозовская, Тацинская и т. д.).

Жуков Николай Дмитриевич

В это время у молодогвардейцев еще не было радиоприемника. Но чувство уверенности в силах нашей страны, чувство надежды на тов. Сталина говорило им, что Красная Армия стойко сражается с врагом, что недалек тот час, когда она начнет громить и гнать врага на запад. В этом была сила комсомольцев-подпольщиков. Временами над городом появлялись советские самолеты, и тогда первомайцы уходили в поле, разыскивали «Вести с Советской Родины», листовки, обращенные к немецким солдатам. Все это они использовали как материал для своих листовок. Сестры Иванихины, Герасимова и Громова целые вечера просиживали со словарями, работая над переводом листовок с немецкого языка на русский.

Во второй половине октября на квартире Бориса Главаня был установлен радиоприемник. Ежедневно, поздно вечером, молодогвардейцы слушали родную Москву.

Теперь они еще деятельнее, еще активнее развернули свою агитационную работу. Их листовки стали более убедительными, конкретными. Особенно широкий подъем работы первомайских молодогвардейцев относится к периоду 20 ноября – 31 декабря, когда Красная Армия перешла в наступление. В листовках этого периода комсомольцы рассказывали населению об окружении немцев под Сталинградом, о боях в районе среднего течения Дона, называли города, занятые нашими войсками, перечисляли трофеи наших частей.

Герасимова Нина Николаевна

Вот что рассказывает мать Майи Пегливановой: «Однажды поздно вечером дочь показала мне листовку, написанную тушью на бумаге из школьной тетради, в которой говорилось: «Красная Армия продвигается вперед, бои идут уже под Морозовской, враг в панике бежит. Советские войска вновь захватили большие трофеи.

Товарищи! Ждите, Красная Армия скоро освободит и наш город Краснодон!

Смерть немецким оккупантам!» И в конце – красным карандашом:

«Да здравствует товарищ Сталин!»

Как в написании, так и в распространении листовок принимали участие все члены группы Анатолия Попова. Темными вечерами проходили они улицами, приклеивали на заборах, стенах домов, бросали на дорогах, прикрывая их комьями земли, камушками, чтобы не снес ветер, часто распространяли листовки на базаре, у здания полиции, школы, больницы.

Наряду с распространением листовок первомайцы проводили большую работу по сбору оружия, боеприпасов, медикаментов. Молодые подпольщики должны были вооружиться с тем, чтобы в любое время по приказу Туркенича, Кошевого начать вооруженную борьбу против оккупантов. Руководство по сбору оружия, боеприпасов, медикаментов штаб «Молодой гвардии» возложил на Анатолия Попова и Демьяна Фомина.

Николаев Анатолий Георгиевич

У многих оружие было еще с июля месяца, когда отступали части Красной Армии. Точно установлено, что Анатолий Николаев имел автомат и пистолет; Геннадий Лукашов – два пистолета, гранаты и запалы к ним; Демьян Фомин – пистолет и гранаты и т. д.

Все это оружие тщательно берегли его владельцы, ухаживали за ним и хранили в потайных местах своих усадеб.

Очень много поработал по сбору и доставке боеприпасов Виктор Петров – один из близких товарищей и помощников Анатолия Попова. Виктор еще со школьной скамьи увлекался военным делом, в одно время был организатором военной игры «На штурм» среди учащихся. Немецкие палачи, заняв Краснодон, в сентябре месяце расстреляли его отца, Владимира Петровича, как партизана Гражданской войны. Заветная мечта у него была – он хотел стать летчиком-истребителем. Им владело чувство мести врагу за погибшего отца.

Вступив в организацию «Молодая гвардия», он аккуратно выполнял все поручения. Много раз ходил он на поселки Изваринских шахт, откуда приносил патроны и гранаты.

Лилия Иванихина, возвращаясь из поселка Суходол, где она некоторое время учительствовала, несколько раз приносила патроны и пулеметные ленты.

Петров Виктор Владимирович

Все собранное оружие было доставлено на склад «Молодой гвардии» [в] городскую баню.

Уля Громова руководила сбором бинтов, ваты и других медикаментов. Сбор медикаментов проходил активно, почти все девушки приняли участие в этом деле, каждый старался что-либо найти, изыскать.

Тоня Иванихина взяла у своей самой старшей сестры Нины, которая была фельдшером, все перевязочные пакеты, Александра Бондарева нарезала на бинты марлевую простыню, которой покрывалась семейная кровать. Нина Герасимова, Лина Самошина тоже собирали медикаменты. Все эти собранные медикаменты (бинты, вата, йод, спирт и т. д.) относились на квартиру Ули Громовой.

Кроме того, члены группы Анатолия Попова проводили боевые операции. В конце ноября Толя Попов и Виктор Петров сделали засаду по дороге Гундоровка – Герасимовка. Когда появилась легковая автомашина, смельчаки обстреляли ее и забросали гранатами, вследствие чего погибло три немецких офицера.

Вскоре после этой операции боевые друзья Попов и Петров при участии Рогозина, который жил в городе Каменске, организовали в хуторе Волчанске побег военнопленных из лагеря. При помощи Рогозина Петров составил план-карту хутора с обозначением расположения лагеря. В первых числах декабря Петров и Попов отправились в хутор Волчанск. Ночью скрытно подошли к сараю, разобрали часть стены, через это отверстие ушло 75 человек военнопленных.

Советские воины в немецком плену

Кроме этого Анатолий Попов поджег несколько скирд хлеба у хутора Деревечка.

В конца октября и в первых числах ноября среди членов «Молодой гвардии» происходил сбор денег на покупку продуктов для передачи арестованным полицией коммунистам. Первомайцы приняли в этом мероприятии дружное участие: каждый внес по 50 рублей. Деньги были собраны Улей Громовой и Анатолием Поповым, а затем были переданы в штаб «Молодой гвардии». Установлено, что штабом была организована передача тов. Лютикову, тов. Дымченко (она), тов. Шаповаловой.

Молодогвардейцы поселков Краснодон и Семейкино

В октябре месяце 1942 года в поселке Краснодон возникает группа комсомольцев-подпольщиков. Организаторами и руководителями группы явились Николай Сумской и Михаил Шищенко.

Николай Степанович Сумской – украинец, родился в 1924 году в семье крестьянина, в комсомол вступил в 1940 году, а в 1942 году, к началу оккупации, закончил среднюю школу № 22. В школе он был первым зачинателем и организатором всех интересных дел, состоял председателем учкома и редактором стенгазеты, учился только на отлично, любил читать, внимательно изучал историю и культуру украинского народа. Мать Николая говорит, как он часто и подолгу рассказывал ей и своему отцу о борьбе запорожских казаков Богдана Хмельницкого, о подвигах Богуна и Кривоноса, батьки Боженко и Щорса.

Щищенко Михаил Тарасович

Михаил Тарасович Шищенко – украинец, родился в 1919 году, образование – 7 классов, в 1932 году вступил в комсомол, служил в Красной Армии и в боях с белофиннами в 1940 году был ранен.

Прибыв в поселок Краснодон, работал пом. зав. шахты № 1–5 и секретарем комитета комсомола шахты, к началу оккупации района состоял членом бюро, был вторым секретарем РК ЛКСМУ. Сейчас тов. Шищенко работает первым секретарем Ровеньковского РК ЛКСМУ.

С первых же дней оккупации района немецкими захватчиками Михаил Шищенко начал жестоко преследоваться полицией. Поэтому ему все время приходилось скрываться, однако, несмотря на это, он постоянно поддерживал связь с Николаем Сумским лично и через своего брата Александра давал ему указания, советы, чем должна заниматься группа и как лучше организовать ее работу. Непосредственным же вожаком группы явился Николай Сумской. Он был ее организатором и повседневно руководил работой, держал связь со штабом «Молодой гвардии», находившимся в городе Краснодоне.

Петрачкова Надежда Никитична

Андросова Лидия Макаровна

В состав группы вошли, кроме Сумского и Шищенко, 12 человек: Владимир Жданов, Лидия Андросова, Антонина Елисеенко, Георгий Щербаков, Александр Шищенко, Надежда Петля, Нина Кезикова, Нина Старцева, Антонина Дьяченко, Надежда Петрачкова и Юрий Полянский (12).

Все они были учащимися, воспитанниками одной школы, одного возраста (1923–1925 годы рождения), вместе учились, дружили, росли, все они были выходцы из трудовых советских семей.

Лида Андросова, Антонина Елисеенко и Владимир Жданов были самыми активными членами подпольной группы и первыми помощниками, верными друзьями своего боевого руководителя Николая Сумского.

Андросова Лидия Макаровна родилась в поселке Краснодон в 1924 году, в семье кадрового горняка. Закончила 10 классов средней школы, в комсомол вступила в 1939 году. Это была юная жизнерадостная девушка, начитанная, развитая политически. Она с благоговением читала книги и очерки в газетах о героях Отечественной войны, стремилась попасть в Красную Армию. Мать рассказывает, как Лида восхищалась подвигами Лизы Чайкиной и Зои Космодемьянской. Когда Николай Сумской в августе месяце высказал ей свое мнение об организации группы комсомольцев-подпольщиков, Лида горячо его поддержала и стала его первой помощницей.

Записка молодогвардейца Владимира Жданова, переданная им из тюрьмы

Елисеенко Антонина Захаровна была самой старшей по возрасту среди всех молодогвардейцев Николая Сумского. Родилась она в 1921 году в семье горняка-украинца, в комсомол вступила в 1937 году, училась в десятилетке, а затем закончила Ворошиловградские педагогические курсы и два последних года работала учительницей в поселке Краснодон. Тоня была рассудительной и серьезной девушкой, будучи преподавателем, отдавала все свои знания ученикам, была их уважаемой учительницей.