Kitabı oxu: «Пацанка»

Глава 1. «Улица учит»

Киру в округе знали все – но по‑разному. Для учителей она была «трудным подростком», для соседей – «непутёвой девчонкой», для пацанов с района – своим в доску «Киркой». Ей было шестнадцать, но выглядела она на четырнадцать: худая, жилистая, с острыми локтями и коленями, вечно в царапинах и ссадинах. Короткие тёмные волосы торчали в разные стороны, будто она только что вылезла из‑под поезда.

Её мир начинался и заканчивался на окраине города, где серые пятиэтажки соседствовали с заброшенными стройками, а воздух всегда пах дымом от костров и машинным маслом. Здесь правила диктовали не законы, а сила, уважение добывалось кулаками, а доверие – молчанием.

Дом, который не был домом

Квартира на третьем этаже хрущёвки. Две комнаты, кухня с протекающим краном, обои, отклеившиеся по углам. В гостиной – диван, заваленный грязными вещами, стол с остатками вчерашней трапезы, запах перегара.

Мать спала. Опять. На тумбочке – пустая бутылка из‑под дешёвого вина, пепельница с окурками. Кира прошла мимо, не глядя. Она давно научилась не замечать.

– Опять ночевала где‑то? – хриплый голос матери догнал её у двери.

– На учёбе была, – соврала Кира, завязывая кроссовки.

– Учёба… – мать усмехнулась, не открывая глаз. – Ты бы лучше работу нашла. Или замуж вышла. А то так и пропáдешь.

Кира промолчала. Захлопнула дверь. В подъезде пахло кошками и сыростью. Она сбежала по лестнице, глотая горький ком в горле.

Двор как школа жизни

Во дворе уже толпились ребята: Лёха, Витька, Серый. Все старше её на пару лет, все с тем же взглядом – настороженным, цепким, будто ищут, к чему придраться.

– О, Кирка! – Лёха махнул рукой. – Где пропадала?

– Дела были, – она достала сигарету, прикурила, выпуская дым в холодный воздух.

– Опять с училкой цапалась? – захохотал Витька.

– Она мне не указ, – Кира сплюнула. – Пусть свои нравоучения другим толкает.

Ребята одобрительно загудели. Здесь уважали дерзость. Здесь ценили тех, кто не боится ответить.

Они отправились на стройку – их излюбленное место. Заброшенный дом с зияющими окнами, горы кирпичей, ржавые трубы. Здесь можно было курить без опаски, драться без свидетелей, прятаться от мира, который их не принимал.

– Кто первый на крышу? – крикнул Серый, указывая на недостроенный этаж.

Кира рванула вперёд, опережая остальных. Она лезла по обломкам, цеплялась за арматуру, прыгала через дыры в полу. Ветер свистел в ушах, сердце колотилось – но это был её адреналин, её способ чувствовать себя живой.

Наверху она села на край, свесив ноги. Внизу ребята поднимались следом, ругаясь и смеясь.

– Сумасшедшая, – выдохнул Лёха, плюхаясь рядом. – Ты когда‑нибудь разобьёшься.

– А ты когда‑нибудь сдохнешь от скуки, – парировала Кира.

Все заржали. Она победила. Опять.

Правила выживания

В этом мире у Киры были свои законы:

Не плакать. Слёзы – слабость. Слабых бьют.

Не доверять. Все рано или поздно предадут.

Бить первой. Чтобы не били тебя.

Не просить помощи. Помощи не будет.

Быть своей. Если не впишешься – станешь изгоем.

Она следовала им неукоснительно. В школе игнорировала попытки классных руководителей «наладить контакт». На улице отвечала ударом на насмешку. Дома – молчала.