Kitabı oxu: «Когда я сказала себе "да"»
Пролог
Лондон. Понедельник. 8:17 утра.
В тот понедельник я поняла, что ненавижу понедельники.
Впрочем, это было не совсем так.
Я ненавидела воскресные вечера, когда после душа садилась на край кровати, смотрела на аккуратно разложенную одежду для следующего рабочего дня и чувствовала, как внутри медленно сжимается что-то неприятное.
Я ненавидела будильник, который звонил в 6:30, хотя мой организм категорически отказывался признавать существование такого времени.
Я ненавидела метро, запах чужого кофе, бесконечные уведомления в телефоне и людей, которые умудрялись выглядеть счастливыми в восемь утра.
Но больше всего я ненавидела фразу:
«У нас отличные перспективы, Эмили».
Её произносили все. Начальник, мама, Марк, даже моя бывшая однокурсница Кейт, с которой мы случайно встретились на прошлой неделе.
У меня действительно были отличные перспективы.
Мне было тридцать четыре. Я работала старшим менеджером по маркетингу в международной компании, получала зарплату, которой вполне можно было гордиться, жила в приличной квартире на севере Лондона и встречалась с мужчиной, которого моя мама называла прекрасной партией.
Я не была несчастна.
По крайней мере, у меня не было никаких объективных причин быть несчастной.
И, возможно, именно это пугало больше всего.
В тот день я опоздала на одиннадцать минут.
Не потому, что проспала. Просто стояла на платформе метро и смотрела на людей.
Женщина в бежевом пальто читала электронную книгу. Мужчина в наушниках нервно печатал сообщение. Девушка с огромным стаканом кофе пыталась одновременно поправить волосы и застегнуть сумку.
Все куда-то спешили.
Все знали, куда идут.
И вдруг я подумала: а если я не хочу туда, куда иду я?
— Эмили!
Я обернулась.
Моя коллега Сара махала мне рукой из дверей кофейни.
— Ты сегодня выглядишь так, будто собираешься кого-нибудь убить.
— Только если у тебя есть список кандидатов.
— Есть. Начнём с нашего финансового директора?
Я улыбнулась.
Сара была единственным человеком в офисе, с которым я могла разговаривать без необходимости изображать заинтересованность в корпоративных стратегиях.
Мы взяли кофе и направились к офису.
— Кстати, поздравляю, — сказала она.
— С чем?
— Ты что, не читала почту?
Я остановилась.
— Нет.
— Тебя повышают. Маркетинг-директор международного направления. Сегодня объявят на планёрке.
Я посмотрела на неё.
Потом на кофе.
Потом снова на неё.
— Серьёзно?
— Абсолютно. Я бы даже обняла тебя, но ты держишь кофе, а я не хочу испортить твоё дорогое пальто.
Я рассмеялась.
Это было хорошее повышение. Очень хорошее. Именно то, к чему я шла последние шесть лет.
Я должна была радоваться.
Должна была немедленно написать Марку.
Должна была позвонить маме.
Должна была почувствовать себя победительницей.
Вместо этого я вдруг ощутила странное желание развернуться, выйти из здания, сесть на первый поезд и уехать куда-нибудь, где никто не знает моего имени.
— Эмили? Ты в порядке?
— Да, — ответила я. — Просто думаю.
— О чём?
Я посмотрела на стеклянные двери офиса.
За ними уже виднелись знакомые столы, мониторы, переговорные комнаты и люди, которые собирались провести ещё один день, обсуждая показатели вовлечённости аудитории.
— О том, что, возможно, я совершенно не хочу быть директором.
Сара перестала улыбаться.
— Ого.
— Да.
— Это прозвучало почти как начало кризиса среднего возраста.
— Надеюсь, это не он. Я ещё не купила кабриолет.
Мы рассмеялись.
Но мысль уже поселилась во мне.
И, как выяснилось позднее, она собиралась изменить всё.
В 10:00 меня пригласили в переговорную.
В 10:15 мне предложили новую должность.
В 10:23 я поблагодарила руководство.
В 10:24 подписала предварительное согласие.
А в 10:25 посмотрела в окно и поняла, что совершила самую большую ошибку за последние несколько лет.
Впрочем, тогда я ещё не знала, что через три недели буду стоять посреди английской фермы в резиновых сапогах на два размера больше, пытаться поймать сбежавшую козу и спорить с невероятно раздражающим мужчиной о том, кому принадлежит испорченный забор.
Я также не знала, что однажды этот мужчина станет причиной моей бессонницы.
Но это уже совсем другая история.
И она начинается гораздо позже.
Пока же я сидела в переговорной, улыбалась своему начальнику и говорила:
— Да, конечно. Я очень рада этой возможности.
Как же я тогда ненавидела слово «возможность».
Глава 1. Идеальная жизнь по расписанию
К восьми вечера я успела получить повышение, выпить три чашки кофе, ответить на сорок семь писем и мысленно уволиться раз пять.
Последнее, разумеется, не считалось.
В корпоративной жизни мысли об увольнении не имеют никакой юридической силы. Особенно если ты сидишь на двадцать третьем этаже стеклянного здания в центре Лондона, носишь туфли, которые стоят как недельная аренда небольшой квартиры, и только что узнала, что теперь будешь отвечать не за один отдел маркетинга, а за международное направление целиком.
— Эмили, ты ведь понимаешь, насколько это серьёзный шаг? — спросила Сара, моя непосредственная начальница, когда мы остались вдвоём в переговорной.
Она произнесла это таким тоном, будто собиралась вручить мне не повышение, а ключи от ядерного реактора.
— Конечно, — ответила я. — Больше совещаний, больше отчётов, больше людей, которые будут писать мне «срочно» в теме письма, а потом исчезать на три дня.
Сара рассмеялась.
— Именно поэтому я тебя и выбрала. Ты умеешь справляться с хаосом.
Я посмотрела на неё.
С хаосом я действительно умела справляться. Я умела организовывать хаос, составлять для него таблицы, присваивать ему приоритеты и отправлять напоминания о сроках выполнения.
Проблема заключалась в том, что в последнее время хаос стал моей основной средой обитания.
— Поздравляю, — Сара протянула мне руку. — Ты это заслужила.
Я улыбнулась. Правильно, уверенно, профессионально.
Так улыбаются люди, которые знают, что нужно делать дальше.
Только я, кажется, впервые за много лет не знала.
Когда я вернулась домой, Марк уже был там.
Он стоял на кухне в белой рубашке с закатанными рукавами и открывал бутылку шампанского. На столе лежали два бокала, а рядом красовалась коробка из кондитерской, в которой один маленький пирог стоил примерно столько же, сколько мой первый автомобиль.
— Ну наконец-то! — Он обернулся и улыбнулся. — Я уже начал думать, что тебя назначили директором всей планеты и не отпустили домой.
— Пока только международного маркетинга. Планету оставили на следующий квартал.
— Я знал! — Марк поднял бутылку. — Иди сюда.
Он обнял меня, поцеловал в щёку и протянул бокал.
— За тебя, Эмили. За новую должность. За большие деньги и ещё большие возможности.
— И за то, чтобы я наконец научилась делегировать.
— Это особенно важно. Теперь ты не можешь лично проверять каждую презентацию.
Я посмотрела на него поверх бокала.
— Ты удивительно хорошо знаешь мои недостатки.
— Я живу с ними уже четыре года.
Он сказал это с улыбкой, и я тоже улыбнулась.
Марк был хорошим человеком. По крайней мере, я всегда так считала. Он работал финансовым консультантом, любил хорошие рестораны, качественные часы и воскресные завтраки в местах, где официанты обращались к нему по имени. Он не забывал покупать мне цветы на день рождения и никогда не опаздывал на самолёт.
С ним было удобно.
Надёжно.
Предсказуемо.
В какой-то момент я поняла, что перечисляю характеристики банковского вклада, а не мужчины, с которым собиралась провести жизнь.
— Я заказал столик на субботу, — сообщил Марк, разливая шампанское. — В том итальянском ресторане, который тебе понравился.
— Тот, где паста с трюфелями?
— Именно.
— Ты пытаешься купить мою любовь?
— Нет. Я пытаюсь обеспечить тебе нормальный ужин после недели, в течение которой ты, кажется, питалась кофе и чувством собственной важности.
— Звучит справедливо.
Мы чокнулись.
Всё было хорошо. По-настоящему хорошо, если смотреть со стороны.
У нас была уютная квартира в Клэпхэме, две приличные зарплаты, совместные планы на отпуск и привычка покупать продукты по списку. Мы знали, какие сериалы смотреть по вечерам, где заказывать суши и кому звонить, если сломается стиральная машина.
Мы даже обсуждали покупку собственного жилья.
Ипотека на двадцать пять лет. Кухня с островом. Возможно, небольшая терраса. Потом свадьба. Потом дети — когда-нибудь, если всё сложится.
Наше будущее выглядело как хорошо составленная презентация.
С графиками, прогнозами и минимальными рисками.
— Кстати, — Марк поставил бокал на стол, — я сегодня разговаривал с агентом по недвижимости.
Я подняла глаза.
— С каким агентом?
— С тем, которого нам рекомендовал Дэниел. Он прислал несколько вариантов квартир. Есть одна в Баттерси, очень неплохая. Две спальни, хороший район, балкон.
— Звучит дорого.
— Это инвестиция, Эмили.
Я кивнула и отломила кусочек пирога.
— Мы могли бы посмотреть её в воскресенье, — продолжил он. — Если понравится, начнём обсуждать условия.
— Уже в это воскресенье?
— А что? Ты занята?
Я посмотрела на него.
Мне хотелось сказать, что я не знаю. Что в последнее время даже собственная жизнь кажется мне чем-то, что происходит без моего участия. Что я не уверена, хочу ли покупать квартиру, выходить замуж и продолжать делать всё то, что от меня ожидают.
Но вместо этого я произнесла:
— Просто немного устала.
— Тогда тебе особенно нужно отдохнуть. После повышения будет ещё сложнее.
Я положила вилку на тарелку.
— Марк, можно я кое-что скажу?
Он посмотрел на меня с лёгкой настороженностью.
— Конечно.
Я сделала вдох.
— Я не уверена, что хочу этого.
— Чего именно?
— Всего этого.
Марк моргнул.
— Ты можешь немного конкретнее?
— Квартиры. Ипотеки. Свадьбы через год или два. Всего того, что мы обсуждаем последние несколько месяцев.
Он откинулся на спинку стула.
— Мы же не обязаны жениться завтра.
— Я знаю.
— И квартиру никто не заставляет покупать прямо сейчас.
— Я знаю, Марк.
— Тогда в чём проблема?
Я посмотрела на свои руки. На пальце блестело тонкое золотое кольцо, которое он подарил мне на прошлый день рождения. Не помолвочное. Просто подарок. Но иногда я ловила себя на мысли, что оно выглядит как маленькое напоминание о том, насколько правильно мы всё делаем.
— Мне кажется, я живу не своей жизнью.
Марк несколько секунд молчал.
Потом осторожно поставил бокал на стол.
— Это из-за работы?
— В том числе.
— Но ты же получила повышение. Разве не этого ты хотела?
— Раньше хотела.
— Эмили, ты несколько лет к этому шла.
— Именно.
Я подняла глаза.
— И вот теперь, когда я наконец получила то, чего добивалась, я не чувствую ничего.
— Ты просто устала. У всех бывают такие периоды.
— Я не думаю, что это просто усталость.
— А что тогда?
Я не знала, как объяснить.
Как рассказать человеку, который планирует купить квартиру на двадцать пять лет, что иногда хочется купить билет в один конец и посмотреть, куда тебя приведёт дорога?
Как объяснить, что ты больше не хочешь просыпаться в одно и то же время, садиться в одно и то же метро, пить один и тот же кофе и обсуждать на совещаниях вещи, которые перестали иметь для тебя хоть какое-то значение?
— Я хочу попробовать жить по-другому, — сказала я наконец.
Марк нахмурился.
— По-другому — это как?
— Я думала о фрилансе.
Он посмотрел на меня так, будто я сообщила, что собираюсь открыть цирк.
— Фрилансе?
— Да. Маркетинг, копирайтинг, работа с небольшими компаниями. У меня достаточно опыта, чтобы начать брать проекты самостоятельно.
— Ты хочешь уйти из компании?
— Возможно.
— Из этой компании? После повышения?
— Да.
Он тихо рассмеялся, но, увидев моё лицо, быстро перестал.
— Прости. Я просто не понимаю.
— Я тоже пока не всё понимаю.
— И что дальше? Будешь работать из кафе?
— Иногда. Или из дома. Может быть, из другой страны.
— Из другой страны?
— Марк, я хочу путешествовать. Не две недели в отпуске, когда ты каждые полчаса проверяешь почту, а по-настоящему. Пожить где-нибудь. Увидеть что-то кроме Лондона и гостиничных номеров.
— Ты серьёзно?
— Вполне.
Он провёл рукой по волосам.
— Эмили, тебе тридцать четыре.
Я посмотрела на него.
— Спасибо, что напомнил. Я как раз начала забывать.
— Я не это имел в виду.
— А что?
— Ну… В тридцать четыре люди обычно думают о стабильности. О будущем. О семье.
— А если я хочу подумать о себе?
— Ты и так думаешь о себе.
— Нет, Марк. Я думаю о том, что нужно сделать завтра, что нужно оплатить в конце месяца и какую цель поставить на следующий квартал. Это не одно и то же.
Он вздохнул.
— Послушай, я понимаю, что тебе хочется перемен. Но бросать хорошую работу ради какой-то блогерской фантазии — это неразумно.
— Я не собираюсь становиться блогером.
— А чем ты собираешься заниматься?
— Я только что сказала. Фрилансом.
— Это не работа в обычном смысле.
— Для миллионов людей — вполне работа.
— И что, ты будешь ездить по фермам, фотографировать завтраки и писать посты о поиске себя?
Я невольно улыбнулась.
— Вообще-то, идея с фермами звучит неплохо.
— Эмили.
В его голосе появилась усталость.
Я знала этот тон. Так он разговаривал с коллегами, которые предлагали слишком рискованные инвестиции.
— Ты не можешь просто взять и всё бросить. У тебя есть обязательства. Аренда, расходы, планы. И потом, ты действительно думаешь, что сможешь зарабатывать достаточно?
— Я пока не знаю.
— Вот именно.
Он произнёс это с таким облегчением, словно нашёл решающий аргумент.
Я снова посмотрела на бокал.
Может быть, он был прав. Возможно, я просто устала. Возможно, мне действительно нужно было взять отпуск, купить красивый чемодан, провести неделю у моря и вернуться в понедельник с обновлённым взглядом на корпоративную стратегию.
Но почему-то мысль о возвращении вызывала у меня не спокойствие, а тоску.
— Я не прошу тебя соглашаться, — сказала я. — Просто хочу, чтобы ты меня выслушал.
— Я слушаю.
— Нет. Ты объясняешь мне, почему я не должна этого делать.
Марк помолчал.
— Потому что я не хочу, чтобы ты совершила ошибку.
Я посмотрела на него и вдруг поняла одну неприятную вещь.
Он боялся не того, что я потерплю неудачу.
Он боялся, что я изменю нашу жизнь.
И, возможно, больше всего его пугало, что мне этого действительно хочется.
Позже Марк ушёл в спальню смотреть футбол.
Я осталась на кухне, собрала тарелки и поставила их в посудомоечную машину. Потом протёрла стол, убрала бутылку шампанского в холодильник и выключила свет.
Обычный вечер.
Обычная квартира.
Обычная жизнь.
Я прошла в спальню, переоделась в старую футболку и легла рядом с Марком. Он уже почти не смотрел на экран.
— Ты злишься? — спросил он.
— Нет.
— Просто у тебя такое лицо.
— Какое?
— Будто ты сейчас напишешь заявление об уходе на салфетке.
Я тихо рассмеялась.
— Возможно, я просто устала.
Он обнял меня за плечи.
— Давай не будем принимать никаких решений сегодня. Хорошо? Ты отдохнёшь, освоишься с новой должностью, а потом мы всё обсудим.
Я кивнула.
Это было разумное предложение.
Наверное, именно поэтому оно меня так расстроило.
Потому что я уже знала: если отложить разговор на потом, завтра снова появятся письма, встречи, отчёты, а вместе с ними — тысяча причин ничего не менять.
Я закрыла глаза.
Марк вскоре уснул.
А я ещё долго смотрела в темноту.
В 2:47 я открыла ноутбук.
Не потому, что у меня был план.
И даже не потому, что я приняла какое-то окончательное решение.
Просто спать больше не получалось.
Я сидела на кровати, подложив под спину две подушки, и старалась не шуметь. За окном моросил дождь. Где-то внизу проехало такси, оставив на мокром асфальте полосу света.
Я открыла браузер.
Несколько секунд смотрела на пустую поисковую строку.
Потом напечатала:
«Как начать работать фрилансером и путешествовать по миру».
Результатов оказалось неожиданно много.
Статьи, блоги, интервью, фотографии людей с ноутбуками на пляжах. Женщина в маленьком кафе на Бали. Мужчина с бородой на фоне гор. Девушка в огромной соломенной шляпе, которая, судя по всему, никогда в жизни не сталкивалась с плохим интернетом.
Я скептически приподняла бровь.
— Конечно, — прошептала я. — У всех идеальная кожа, быстрый Wi-Fi и ни одного дедлайна.
Но я продолжила читать.
Вскоре вместо фотографий появились вполне практичные вещи: как оформить профиль на фриланс-платформе, где искать первых клиентов, сколько брать за работу, как составить портфолио, как планировать налоги и расходы.
Это было уже интереснее.
Я открыла новую вкладку и начала записывать.
Что у меня есть:
Опыт в маркетинге — девять лет.
Работа с международными брендами.
Навыки копирайтинга и создания контента.
Понимание социальных сетей.
Умение составлять стратегии и управлять проектами.
Что мне нужно:
Портфолио.
Первые клиенты.
Финансовая подушка.
План расходов.
Нормальный ноутбук — мой нынешний иногда издавал звуки, похожие на взлёт небольшого самолёта.
Я посмотрела на список.
Впервые за долгое время передо мной была задача, которую мне действительно хотелось решить.
Не потому, что этого ждал начальник.
Не потому, что приближался квартальный отчёт.
А потому, что от результата зависела моя собственная жизнь.
Я открыла банковское приложение и посмотрела на накопления.
Денег было не так много, как мне хотелось бы, но и не так мало, чтобы считать идею совершенно безумной. Если сократить расходы, не покупать квартиру в ближайшее время и не отправляться в путешествие с последними деньгами, у меня был шанс.
Небольшой.
Не очень комфортный.
Но шанс.
Я записала ещё одну строчку:
Не увольняться, пока не будет плана.
Потом добавила:
Не путать свободу с безответственностью.
И, подумав, написала третью:
Не ждать, пока кто-нибудь разрешит.
Я откинулась на подушки и посмотрела на экран.
За окном всё ещё шёл дождь.
Марк спал рядом.
В холодильнике стояла бутылка шампанского, купленная в честь моего повышения.
А я сидела посреди ночи и впервые за много месяцев чувствовала не усталость, а любопытство.
Мне хотелось узнать, что будет, если я действительно попробую.
Не через пять лет.
Не когда-нибудь потом.
А сейчас.
Я закрыла ноутбук и легла.
Впервые за долгое время мне снилось не совещание, не презентация и не опоздавший поезд.
Мне снилась дорога.
Длинная, незнакомая, уходящая куда-то за горизонт.
И я почему-то знала, что однажды по ней пойду.
Глава 2. Девушка с ноутбуком
В понедельник утром я проснулась с ощущением, что совершила что-то незаконное.
Возможно, потому что накануне ночью почти два часа изучала способы побега из собственной жизни. Или потому, что впервые за четыре года не думала о том, как успеть на работу к девяти, а размышляла о том, как однажды работать из маленького кафе где-нибудь на побережье Италии.
Впрочем, до Италии было ещё далеко.
Пока мне предстояло добраться хотя бы до кухни.
Марк уже ушёл. На столе стояла чашка с остатками кофе и лежала записка:
«Уехал пораньше. Не забудь, сегодня в 19:00 ужин с Дэниелом и Клэр. И, пожалуйста, не забудь про повышение. Ты должна быть счастлива. Целую».
Я перечитала последнюю фразу.
Ты должна быть счастлива.
Забавно. Оказывается, счастье тоже можно включить в список обязательных дел.
Я налила себе кофе, села за стол и открыла ноутбук.
На экране всё ещё была моя ночная таблица с заголовком «План новой жизни».
Слишком громко для документа, в котором пока значились три пункта и одна неопределённая сумма накоплений.
Я добавила четвёртый:
Разобраться, где вообще искать клиентов.
Это уже напоминало работу.
К половине десятого я успела зарегистрироваться на двух фриланс-платформах, посмотреть три обучающих видео и прочитать статью под названием «Как заработать первые 10 000 фунтов на фрилансе за месяц».
Статья оказалась написана человеком, который, судя по фотографии, никогда не видел банковскую выписку с отрицательным балансом.
Он советовал «просто заявить о своей ценности», «мыслить как предприниматель» и «не бояться просить достойную оплату».
Я закрыла вкладку.
— Спасибо, незнакомец из интернета. Я теперь полностью готова к капитализму.
Следующая статья была полезнее.
Оказалось, что мне нужно не просто зарегистрироваться на платформе и ждать, когда клиенты выстроятся в очередь с конвертами денег. Нужно оформить профиль, описать специализацию, показать примеры работ и научиться писать предложения так, чтобы потенциальный заказчик захотел ответить.
С последним пунктом у меня проблем не должно было быть.
Я девять лет писала предложения, которые заставляли людей выделять бюджеты на рекламные кампании.
Правда, раньше за моей спиной стояла компания с громким именем, отдел продаж, дизайнеры и целая команда специалистов.
Теперь за моей спиной стояла кухонная стена с пятном от томатного соуса.
Но это тоже была своего рода поддержка.
Я открыла профиль.
Emily Carter. Marketing Consultant.
Посмотрела на него.
Слишком просто.
Добавила:
Digital Marketing Strategist | Content Marketing | Brand Communications.
Стало солиднее. Почти так, будто у меня уже есть офис, помощник и личный бухгалтер.
В описании я написала:
«Помогаю небольшим компаниям развивать узнаваемость бренда, выстраивать маркетинговую стратегию и создавать контент, который привлекает клиентов».
Перечитала.
Удалила слово «небольшим».
Добавила «растущим».
Потом вернула «небольшим».
Через двадцать минут текст выглядел примерно так же, как в начале, только я успела испортить себе настроение.
— Прекрасно, — сказала я ноутбуку. — Первый рабочий день, а мы уже ничего не добились.
Ноутбук промолчал. Его вентилятор работал с таким усердием, будто он один отвечал за весь бизнес.
В одиннадцать я решила, что мне необходим кофе вне дома.
В Клэпхэме это не составляло проблемы. На соседней улице находилось небольшое кафе с деревянными столами, растениями на подоконниках и меню, написанным мелом на чёрной доске.
Я бывала там по выходным, но никогда не сидела с ноутбуком.
Сегодня мне хотелось почувствовать себя человеком, который работает на себя.
Я заказала капучино и тост с авокадо, выбрала столик у окна и открыла список вакансий.
Первые три предложения были многообещающими.
Четвёртое предлагало работу копирайтера с оплатой «по результатам».
Пятое искало маркетолога, готового работать бесплатно ради «уникальной возможности стать частью амбициозного проекта».
Шестое обещало до пяти тысяч фунтов в неделю за два часа работы в день.
Я посмотрела на него ещё раз.
— Конечно, — прошептала я. — А ещё, наверное, единорога в подарок.
За соседним столиком сидела девушка лет двадцати пяти. Она печатала на ноутбуке, время от времени поглядывая в окно. На столе рядом с ней стояла большая чашка чая и лежал блокнот, исписанный разноцветными заметками.
Я поймала её взгляд.
— Простите, — сказала я. — Вы случайно не знаете, насколько серьёзно стоит относиться к предложениям, где обещают пять тысяч фунтов в неделю за два часа работы?
Девушка рассмеялась.
— Если вам ответят, что это реально, попросите их сначала перевести мне половину.
— Договорились.
Она закрыла ноутбук.
— Вы фрилансер?
Я замялась.
— Пока только в теории.
— О, это самая сложная стадия.
— Правда?
— Конечно. Когда ты уже работаешь, хотя бы понимаешь, что делаешь. А в начале каждый день кажется, что ты просто сидишь в кафе с ноутбуком и притворяешься взрослым человеком.
Я рассмеялась.
— Именно так я сейчас и чувствую себя.
— Меня зовут Лили.
— Эмили.
— Приятно познакомиться, Эмили. Чем занимаетесь?
— Маркетингом. Пока работаю в большой компании, но думаю перейти на фриланс.
— Здорово. А что вас останавливает?
Я посмотрела на чашку.
— Наверное, то, что у меня нет клиентов.
— Это поправимо.
Лили сказала это так легко, будто речь шла о сломанной молнии.
— Вы давно работаете самостоятельно?
— Три года. Я дизайнер. Первые месяцы были ужасными.
— Насколько ужасными?
— В первый месяц я заработала сто двадцать фунтов. Во второй — почти ничего. В третий получила заказ от женщины, которая хотела логотип для своего бизнеса по продаже свечей, но не могла решить, нравится ли ей розовый цвет.
— И что вы сделали?
— Предложила ей пять оттенков розового. Она выбрала бежевый.
Я засмеялась так громко, что мужчина за соседним столиком поднял голову.
— Простите, — сказала я, прикрывая рот ладонью.
— Ничего. Это ещё одна часть фриланса. Иногда нужно быть дизайнером, иногда психологом, иногда человеком, который объясняет заказчику, почему шрифт Comic Sans не подходит для юридической фирмы.
Я покачала головой.
— Похоже, я многого не знаю.
— Зато у вас уже есть опыт. Это хорошее начало.
— Девять лет в маркетинге.
Лили присвистнула.
— Тогда вам будет проще, чем мне. Сделайте несколько примеров работ, даже если они не для реальных клиентов. Покажите, что умеете. И не пытайтесь понравиться всем.
— А как понять, сколько просить за работу?
— Сначала посчитайте, сколько вам нужно зарабатывать, чтобы покрывать расходы. Потом определите стоимость своего времени. И не работайте бесплатно только потому, что боитесь отказа.
Я достала телефон и открыла заметки.
— Можно я запишу?
— Конечно. Только не записывайте мои шутки. Они стоят дорого.
Мы ещё немного поговорили. Лили рассказала, что иногда работает из дома, иногда из кафе, а иногда уезжает на несколько недель к морю, если позволяет график.
Она не выглядела человеком с фотографий из рекламных статей о цифровых кочевниках.
У неё были растрёпанные волосы, на рукаве свитера виднелось пятно от кофе, а на экране телефона постоянно появлялись уведомления.
И почему-то именно поэтому я ей поверила.
— Знаете, — сказала я, закрывая блокнот, — я думала, что фрилансеры всё время путешествуют.
— Мы путешествуем между дедлайнами, — ответила Лили. — Иногда даже успеваем посмотреть достопримечательности.
Она улыбнулась и снова открыла ноутбук.
— Удачи, Эмили. И не увольняйтесь, пока не получите хотя бы пару заказов.
Я посмотрела на неё.
— Вы только что прочитали мои мысли.
— Нет. Просто я уже однажды была безумной.
К двум часам дня у меня был готов первый вариант портфолио.
Я выбрала три проекта из своей прежней работы, изменила названия компаний, убрала конфиденциальные цифры и добавила краткие описания результатов. Для четвёртого проекта придумала маркетинговую стратегию для условной семейной пекарни.
Пекарня получилась настолько симпатичной, что мне самой захотелось купить там круассан.
Я назвала её The Little Oven.
В голове даже возникла картинка: маленькая витрина, запах корицы, пожилая хозяйка с седыми волосами и покупатели, которые знают друг друга по именам.
Я поймала себя на том, что уже придумываю ей рекламную кампанию.
Возможно, это был хороший знак.
Затем я вернулась к поиску заказов.
Первый подходящий проект предлагал создать контент-план для небольшого интернет-магазина товаров для дома. Опыт подходил идеально.
Я открыла форму отклика.
«Здравствуйте! Меня заинтересовал ваш проект…»
Стерла.
«Добрый день! Я маркетолог с девятилетним опытом…»
Стерла и это.
Через десять минут я написала:
«Здравствуйте! Я занимаюсь маркетингом и созданием контента более девяти лет. Работала с международными брендами, разрабатывала стратегии продвижения и управляла контент-проектами. Буду рада обсудить, как могу помочь вашему бизнесу».
Коротко. По делу. Без лишней саморекламы.
Я перечитала текст трижды.
Потом нажала «Отправить».
И почувствовала себя так, будто только что прыгнула с парашютом.
Хотя, если честно, прыгнуть с парашютом было бы проще. Там хотя бы не нужно ждать ответа от незнакомого человека.
Я отправила ещё два отклика.
На четвёртый решила остановиться. Мне хотелось не просто разослать сотню сообщений, а найти проекты, которые действительно соответствовали моим навыкам.
К тому времени кофе остыл, а я обнаружила, что почти не притронулась к тосту.
Мой первый рабочий день в новой профессии оказался удивительно похож на старый.
Я сидела за ноутбуком, писала тексты, изучала таблицы и пыталась убедить кого-то, что мои идеи стоят денег.
Разница была только в том, что теперь я сама выбирала, кому предлагать свои услуги.
И это имело значение.
Вечером Марк вернулся домой около семи.
Я как раз закрывала ноутбук и собиралась переодеться к ужину.
— Как прошёл день? — спросил он, снимая пальто.
— Продуктивно.
— Что делала?
— Работала.
Он посмотрел на ноутбук.
— Дома?
— В основном.
— А новая должность?
Я на секунду замолчала.
— Я пока не занималась рабочими вопросами.
— То есть ты взяла выходной?
— Нет. У меня был отпускной день, который я давно собиралась использовать.
Марк кивнул, но его взгляд задержался на открытой вкладке с фриланс-платформой.
— Ты опять этим занимаешься?
— Да.
— Эмили, мы же договорились не принимать поспешных решений.
— Я ничего не решила. Просто изучаю рынок.
Он снял часы и положил их на комод.
— Хорошо. Только не хочу, чтобы ты увлеклась этим настолько, что начнёшь пренебрегать реальными возможностями.
Я закрыла ноутбук.
— Я умею разделять работу и личные эксперименты.
— Надеюсь.
Он подошёл и поцеловал меня.
— Пойдём. Дэниел уже написал, что они будут через двадцать минут.
Я посмотрела на часы.
— Я думала, мы ужинаем в ресторане.
— Планы изменились. Клэр не очень хорошо себя чувствует, поэтому они предложили заказать еду домой.
— Прекрасно.
— И ещё… Я рассказал Дэниелу о твоём повышении. Он хочет обсудить с тобой одну идею. У них в компании скоро будет новый проект.
— Какой?
— Пока не знаю. Что-то связанное с брендингом. Возможно, им понадобится консультация.
Я почувствовала лёгкое оживление.
— Правда?
— Да. Так что не исключено, что у тебя появится дополнительная возможность заработать.
Я улыбнулась.
— Вот это хорошая новость.
Марк посмотрел на меня с удовлетворением.
— Видишь? Всё складывается.
Я ничего не ответила.
Он искренне хотел помочь. И, возможно, его предложение действительно было полезным.
Но мне вдруг стало важно, чтобы он понял одну вещь: я не искала способ заработать ещё немного денег.
Я искала способ жить иначе.
Дэниел и Клэр приехали без пятнадцати восемь.
Дэниел был другом Марка ещё со времён университета. Высокий, громкий, с привычкой рассказывать истории так, будто каждый раз выступал перед аудиторией. Клэр работала юристом, любила хорошие книги и умела задавать вопросы, после которых собеседник начинал говорить правду.
Мы заказали индийскую еду.
За столом обсуждали ремонт у Дэниела, отпуск Клэр, цены на недвижимость и последние новости из компании Марка.
Потом Дэниел повернулся ко мне.
— Итак, будущий директор международного маркетинга. Как ощущения?
— Пока не успела привыкнуть к мысли.
— Это огромная должность. Марк сказал, что тебе предложили очень хорошие условия.
— Да, всё так.
— Ты должна быть довольна.
Я улыбнулась.
— Кажется, сегодня все решили напомнить мне об этом.
Клэр посмотрела на меня.
— А ты не довольна?
Я на секунду задумалась.
— Не уверена.
Дэниел удивлённо поднял брови.
— Серьёзно?
— Просто думаю о том, что хочу попробовать что-то другое.
— Например?
— Фриланс. Возможно, путешествия.
Дэниел рассмеялся.
— Путешествия? Вот это я понимаю. Но зачем увольняться? Можно же просто брать отпуск.
— Мне хочется не просто отдыхать. Хочется пожить в других местах.
— И работать оттуда?
— Именно.
Он покачал головой.
— У меня есть знакомый, который пытался так жить. Через полгода вернулся. Сказал, что невозможно нормально работать, когда вокруг море, солнце и коктейли.
— Думаю, проблема была в коктейлях, — заметила я.
Клэр засмеялась.
— А мне кажется, идея интересная. Ты ведь давно об этом думаешь?
Я посмотрела на неё.
— Не знаю. Может быть, всю жизнь.
— Тогда почему не попробовать?
Марк положил вилку на тарелку.
— Потому что это не так просто, как кажется.
— Я не говорю, что просто, — ответила Клэр. — Но Эмили ведь не собирается завтра продавать квартиру и уезжать без обратного билета.
— Пока нет, — сказала я.
Дэниел рассмеялся.
— Звучит как начало очень дорогого приключения.
— Надеюсь, не настолько дорогого.
Мы сменили тему, но я заметила, что Марк стал немного тише.
Позже, когда гости ушли, он помог мне убрать посуду.
— Тебе обязательно было рассказывать им об этом? — спросил он.
Я обернулась.
— О чём?
— О твоём фрилансе и путешествиях.
— Почему нет?
— Потому что теперь Дэниел будет думать, что ты собираешься бросить работу.
— Я не собираюсь ничего ему доказывать.
— Я просто не хочу, чтобы люди думали, будто у нас какие-то проблемы.
Я поставила тарелку в посудомоечную машину.
— У нас есть проблемы, Марк. Просто не все из них видны со стороны.
Он посмотрел на меня.
На этот раз я не стала отводить глаза.
Перед сном я снова открыла ноутбук.
Никаких новых заказов.
Никаких сообщений.
Никаких предложений.
Только автоматическое уведомление о том, что мой профиль успешно опубликован.
Я уже собиралась закрыть страницу, когда заметила новое письмо.
От одного из потенциальных клиентов.
Сердце почему-то забилось быстрее.
Я открыла сообщение.
«Здравствуйте, Эмили. Спасибо за отклик. Мы решили продолжить работу с другим кандидатом. Желаем вам успехов».
Я прочитала его дважды.
Потом ещё раз, словно в третий раз слова могли измениться.
Не изменились.
Первый отказ.
Я ожидала, что будет неприятно, но не думала, что настолько.
Ведь это был всего лишь один проект. Один человек, который выбрал кого-то другого. Ничего страшного.
Я откинулась на спинку стула.
— Отлично, — пробормотала я. — Меня не взяли на работу, которую я ещё даже не получила.
Я закрыла письмо.
И почти сразу заметила другое уведомление.
«Ваш отклик заинтересовал заказчика. Можете ли вы прислать несколько примеров работ и предложить время для короткого звонка?»
Я выпрямилась.
Перечитала.
Да.
Это действительно было приглашение к разговору.
Я открыла календарь и предложила два варианта времени.
Потом вернулась к своему документу «План новой жизни» и добавила новую строчку:
Первый отказ — получен. Первое приглашение на разговор — тоже.
Я посмотрела на часы.
23:16.
В соседней комнате Марк уже спал.
Я закрыла ноутбук и выключила свет.
Завтра мне предстояло вернуться в офис, поздравить коллег с очередным успешным кварталом и сделать вид, что я совершенно счастлива получить новую должность.
Но теперь у меня было кое-что ещё.
Маленький, почти незаметный шанс.
И я собиралась за него ухватиться.
Потому что, как выяснилось, новая жизнь не начиналась с билета на самолёт.
Иногда она начиналась с трёх отправленных откликов, одного отказа и письма от незнакомого человека, который хотел поговорить с тобой о работе.
И это было уже больше, чем ничего.
Глава 3. Последний корпоративный кофе
В среду утром Лондон встретил меня дождём, пробками и мужчиной в метро, который решил, что лучший способ провести поездку — смотреть видео без наушников.
Я стояла у дверей вагона, держась за поручень одной рукой и за стаканчик кофе другой, и пыталась не думать о том, что ещё неделю назад считала подобное утро совершенно нормальным.
Теперь оно казалось мне сценой из чужой жизни.
Моей прежней жизни.
Впрочем, до увольнения было далеко. У меня оставались работа, зарплата, аренда квартиры и несколько тысяч фунтов расходов, которые не собирались исчезать только потому, что я решила стать свободной женщиной.
Поэтому я приехала в офис вовремя.
Даже на семь минут раньше.
Корпоративная дисциплина, как выяснилось, умирает последней.
— Доброе утро, директор! — приветствовал меня Том из отдела аналитики, когда я вошла в открытую зону.
— Не начинай.
— Почему? Мне теперь нужно обращаться к тебе на «вы»?
— Только если хочешь, чтобы я поручила тебе пересчитать все показатели за прошлый квартал.
— Понял. Эмили вполне достаточно.
Я рассмеялась и направилась к своему столу.
На мониторе уже мигали уведомления. Семнадцать новых писем, два приглашения на встречи и сообщение от Сары:
«Загляни ко мне, когда будешь на месте. Нужно обсудить переход на новую должность».
Я поставила сумку, сняла пальто и посмотрела на экран.
Переход на новую должность.
Вчера вечером эта фраза звучала почти угрожающе. Сегодня — просто как очередной пункт в расписании.
Я сделала глоток кофе.
Он был слишком горячим, слишком крепким и совершенно не таким, каким должен быть кофе человека, который собирается изменить свою жизнь.
Но, возможно, это была только моя проблема.
Кабинет Сары находился в конце коридора, рядом с переговорной комнатой, в которой всегда было слишком холодно.
Она сидела за столом, просматривая документы, и подняла голову, когда я постучала.
— Заходи. Кофе будешь?
— У меня уже есть.
— Это не ответ. Я спрашиваю, хочешь ли ты ещё один.
— Если ты собираешься предложить мне новую должность, то, пожалуй, да.
Сара улыбнулась.
— Садись.
Она поднялась, подошла к кофемашине и приготовила две чашки.
— Как ты себя чувствуешь после новости?
Я посмотрела на неё.
— Честно?
— Было бы неплохо.
— Немного растерянно.
— Это нормально. Я тоже растерялась, когда мне впервые предложили руководящую позицию.
— И что ты сделала?
— Купила новые туфли, выпила бутылку вина и на следующий день пришла на работу с видом человека, который всё контролирует.
— Рабочая стратегия?
— Не самая эффективная, но эмоционально поддерживающая.
Мы рассмеялись.
Сара вернулась к столу и положила передо мной папку.
— Я хотела обсудить детали. Как ты знаешь, международное направление сейчас расширяется. У нас будет больше проектов в Европе, появятся новые рынки, и мне нужен человек, который сможет выстроить единую стратегию.
Она открыла папку и начала объяснять структуру команды, бюджет, сроки перехода.
Я слушала внимательно.
И чем больше она рассказывала, тем отчётливее понимала, что предложение действительно хорошее.
Это была не формальная прибавка к зарплате и не красивое название должности. Мне предлагали реальную возможность влиять на решения, руководить людьми, участвовать в крупных проектах.
Для такого предложения я когда-то работала по вечерам, пропускала встречи с друзьями и отказывалась от отпусков.
— Зарплата будет пересмотрена, — сказала Сара. — И, разумеется, у тебя появится бонусная программа.
Я кивнула.
— Спасибо. Это действительно большое доверие.
— Ты его заслужила.
Она закрыла папку.
— Но я хотела спросить кое-что ещё.
Я почувствовала, как внутри всё немного напряглось.
— Что?
— Ты в порядке?
— Вполне.
— Эмили, я знаю тебя много лет. И вчера, когда объявила о повышении, заметила, что ты отреагировала не совсем так, как я ожидала.
Я посмотрела в чашку.
— Наверное, просто не успела осознать.
— Или?
Сара умела задавать вопросы так, что молчать становилось сложнее, чем отвечать.
— Или я не уверена, что хочу продолжать заниматься тем, чем занимаюсь.
Она не перебила.
— В последнее время я всё чаще думаю о том, чтобы попробовать работать самостоятельно. Консультировать небольшие компании, заниматься контентом, стратегиями. Возможно, путешествовать и работать удалённо.
Сара медленно поставила чашку на стол.
— Ты серьёзно?
— Пока изучаю возможности.
— Давно думаешь об этом?
— Достаточно давно, чтобы начать подозревать, что это не просто усталость.
Она задумалась.
— Знаешь, что я тебе скажу?
— Что я сошла с ума?
— Нет. Хотя это тоже нельзя исключать.
Я улыбнулась.
— Спасибо.
— Я скажу, что ты имеешь право хотеть другого. Но не путай желание перемен с желанием сбежать от сложностей.
Я подняла глаза.
— Думаешь, я сбегаю?
— Не знаю. Это можешь решить только ты. Но я видела, как ты работаешь. Ты умеешь брать ответственность, умеешь доводить дела до конца. Мне не хочется, чтобы ты однажды проснулась и поняла, что бросила всё просто потому, что устала.
— А если я проснусь и пойму, что слишком долго ничего не меняла?
Сара улыбнулась, но в её глазах появилась серьёзность.
— Тогда будет гораздо обиднее.
Мы помолчали.
— Я не собираюсь принимать решение сегодня, — сказала я.
— Хорошо. И не нужно. Подумай о предложении. Посмотри на условия. Поговори с Марком. Составь список плюсов и минусов.
— Я уже составляю списки.
— Конечно. Ты же Эмили.
Она рассмеялась.
Потом протянула мне папку.
— Возьми документы домой. И ещё одно.
— Что?
— Не позволяй никому, включая меня, убеждать тебя, что твоя жизнь должна выглядеть определённым образом.
Я посмотрела на неё.
— Даже если это очень хорошо оплачиваемая жизнь?
— Особенно если она очень хорошо оплачиваемая.
К обеду я успела провести две встречи, исправить презентацию и получить письмо от коллеги из Берлина с просьбой срочно согласовать рекламный бюджет.
В какой-то момент мне показалось, что мир решил проверить, насколько сильно я действительно хочу перемен.
Каждые десять минут появлялась новая задача.
Каждая задача была важной.
Каждая требовала моего участия.
И каждая могла бы подождать, если бы я позволила себе не отвечать на неё немедленно.
Но я пока не умела.
В половине первого Том заглянул ко мне.
— Обед?
— Через пять минут.
— Ты говорила это сорок минут назад.
— Значит, я близка к рекорду.
— Эмили, если ты не пойдёшь сейчас, я закажу тебе салат и съем его сам.
— Это угроза?
— Это забота. В моём исполнении они иногда похожи.
Я закрыла ноутбук.
Мы спустились в небольшое кафе на первом этаже здания. Там всегда было многолюдно, шумно и пахло подгоревшими тостами.
Я заказала суп и сэндвич.
Том взял пасту.
— Ну что, будущий большой начальник, — сказал он, садясь напротив, — как тебе перспектива руководить всем этим безумием?
— Звучит вдохновляюще.
— Ты ведь рада?
Я посмотрела на него.
— А если нет?
Том перестал жевать.
— Тогда я, пожалуй, заберу обратно поздравительную открытку.
— Ты приготовил мне открытку?
— Нет. Но мог бы.
Я улыбнулась.
Том работал со мной почти три года. Он был одним из тех людей, с которыми можно было провести весь день на совещаниях, а потом ещё час обсуждать совершенно посторонние вещи у кофемашины.
— Я думаю о фрилансе, — сказала я.
Он поднял брови.
— Серьёзно?
— Да.
— И о путешествиях?
— Возможно.
— Куда?
Я задумалась.
— Пока не знаю. Может быть, сначала куда-нибудь в Англию. За город.
— За город? Это уже звучит опасно.
— Почему?
— Там нет нормальных кафе. И, возможно, плохой интернет.
— Ты сейчас пытаешься меня напугать?
— Я пытаюсь напомнить тебе о цивилизации.
Я рассмеялась.
— Я ещё ничего не решила.
— Тогда удачи. Но если однажды я увижу фотографию, где ты сидишь с ноутбуком на пляже, я буду знать, что ты окончательно сошла с ума.
— Договорились.
Он немного помолчал.
— А если серьёзно, Эмили, ты хороша в своей работе. Но я понимаю, что это не обязательно означает, что ты должна заниматься ею всю жизнь.
Я посмотрела на него с благодарностью.
— Спасибо.
— Только не забудь иногда отвечать на сообщения. Мы всё-таки будем скучать.
Я улыбнулась.
И вдруг поняла, что именно этого мне будет не хватать.
Не совещаний. Не отчётов. Не корпоративных праздников.
Людей.
После обеда я вернулась к своему столу и обнаружила сообщение от потенциального клиента.
Того самого, который вчера заинтересовался моим откликом.
«Здравствуйте, Эмили. Спасибо за примеры работ. Нам хотелось бы обсудить возможное сотрудничество. Удобно ли вам созвониться завтра в 16:00?»
Я перечитала сообщение.
Завтра.
В шестнадцать ноль-ноль.
Я открыла календарь.
В это время у меня стояла встреча по международной кампании.
Разумеется.
Я посмотрела на название встречи, затем на письмо клиента.
Впервые за много лет мне предстояло выбрать, какую работу поставить на первое место.
И я не могла просто сказать, что у меня личные обстоятельства.
Хотя, если подумать, это и были личные обстоятельства.
Я написала:
«Здравствуйте! Спасибо за обратную связь. Завтра в 16:00 мне удобно. Буду рада обсудить детали проекта».
Нажала «Отправить».
Потом открыла календарь и перенесла внутреннюю встречу на другое время.
Сделала это спокойно.
Без объяснений.
Без чувства вины.
И почему-то именно этот маленький поступок показался мне важнее всех предыдущих.
В четыре часа Сара снова появилась возле моего стола.
— Ты сегодня свободна после работы?
— Насколько свободна?
— Хочу пригласить тебя на кофе. Не как начальник. Как человек, который знает тебя достаточно давно, чтобы понимать, когда ты что-то скрываешь.
Я посмотрела на неё.
— Ты всегда была такой проницательной?
— Нет. Просто у меня двое детей-подростков.
— Понимаю.
— Тогда в шесть?
— Хорошо.
Мы встретились в маленькой кофейне через дорогу от офиса. Там было тихо, пахло корицей и свежей выпечкой.
Сара сняла пальто и села напротив.
— Я не собираюсь уговаривать тебя остаться, — сказала она сразу.
— Хорошо.
— Но хочу, чтобы ты подумала ещё об одной вещи. Если ты действительно уйдёшь, это будет непросто. Первые месяцы могут оказаться гораздо тяжелее, чем ты представляешь.
— Я понимаю.
— Не уверена. У тебя сейчас стабильная зарплата, медицинская страховка, отпуск, оплачиваемые больничные. Когда ты работаешь самостоятельно, всё это становится твоей ответственностью.
— Я уже начала считать расходы.
Сара улыбнулась.
— Конечно, начала.
— Я не собираюсь бросать всё и надеяться на чудо. Мне нужно накопить денег, найти клиентов, разобраться с налогами.
— Тогда ты мыслишь правильно.
Она отпила кофе.
— Знаешь, когда мне было тридцать лет, я тоже хотела уехать.
Я удивлённо посмотрела на неё.
— Правда?
— Да. Я мечтала открыть маленькую книжную лавку где-нибудь в Корнуолле. С кофе, пирогами и котом, который спит на подоконнике.
— И что случилось?
— Я встретила мужа. Потом родились дети. Потом появилась ипотека. Потом повышение. А потом я поняла, что мне нравится моя работа.
— Ты жалеешь, что не уехала?
Сара немного подумала.
— Иногда. Но не о том, что осталась. Скорее о том, что слишком долго считала свою мечту несерьёзной.
Я смотрела на неё и чувствовала, как внутри что-то медленно меняется.
— Может быть, я тоже слишком долго считала свою мечту несерьёзной.
— Тогда хотя бы не повторяй мою ошибку.
Она улыбнулась.
— И ещё, Эмили. Не думай, что ты обязана доказать всем, что твой выбор правильный. Достаточно, чтобы он был правильным для тебя.
Мы просидели ещё почти час.
Когда я вышла из кафе, дождь уже закончился. На улицах отражались огни витрин, а над крышами зданий медленно светлело небо.
Я остановилась возле перехода и посмотрела на людей вокруг.
Все куда-то спешили.
У всех были свои планы, свои встречи, свои маленькие и большие тревоги.
И впервые мне не хотелось быть частью этой гонки.
Домой я вернулась около восьми.
Марк сидел на диване с ноутбуком.
— Как прошёл день?
— Нормально.
Я повесила пальто и поставила сумку у двери.
— Сара предложила обсудить повышение. Всё официально, условия хорошие.
— Отлично. Поздравляю ещё раз.
— Спасибо.
Я прошла на кухню, налила воды и вернулась.
— А ещё у меня завтра разговор с потенциальным клиентом.
Марк поднял голову.
— По фрилансу?
— Да.
— Уже?
— Я отправила несколько откликов. Один человек заинтересовался.
— И что это за компания?
— Небольшой интернет-магазин товаров для дома. Им нужен контент-план и, возможно, стратегия продвижения.
— Платить будут?
— Надеюсь.
Марк улыбнулся, но в улыбке было что-то настороженное.
— Ну, удачи.
— Спасибо.
Я села рядом.
Некоторое время мы молчали.
— Марк, я хотела спросить… Ты действительно считаешь, что я не должна этого делать?
Он закрыл ноутбук.
— Я считаю, что тебе нужно быть осторожной.
— Это не одно и то же.
— Эмили, я не хочу, чтобы ты потеряла всё, что у тебя есть.
— А если я хочу что-то другое?
Он посмотрел на меня.
— Тогда я не знаю, что тебе сказать.
Это был честный ответ.
И, возможно, впервые за долгое время мне не хотелось спорить.
Я просто кивнула.
— Ладно.
Позже я сидела за кухонным столом с чашкой чая и смотрела на список дел.
Он выглядел почти смешно.
Подготовить вопросы для клиента.
Проверить условия договора.
Посчитать минимальную стоимость проекта.
Обновить портфолио.
Посмотреть варианты фриланс-страхования.
Купить молоко.
Последний пункт почему-то казался самым сложным.
Я открыла ноутбук и начала готовиться к завтрашнему разговору.
Потенциальный клиент — небольшая компания, продающая товары для дома. У них был симпатичный сайт, но социальные сети выглядели так, словно их вёл человек, который случайно обнаружил кнопку публикации.
Я записала несколько идей.
Потом открыла их страницу ещё раз и заметила фотографию деревянного стола с чашкой кофе и раскрытой книгой.
Подпись гласила:
«Создайте пространство, в котором хочется оставаться».
Я задержала взгляд на этих словах.
Создайте пространство, в котором хочется оставаться.
Интересно, подумала я, а что делать, если ты больше не хочешь оставаться в своём?
Я закрыла страницу.
На следующий день мне предстояло поговорить с первым потенциальным клиентом. Возможно, он откажется. Возможно, предложит смешные деньги. Возможно, разговор закончится ничем.
Но теперь у меня было хотя бы одно доказательство того, что где-то за пределами моего офиса существовала работа, которую я могла найти сама.
Я посмотрела на часы.
22:41.
В этот момент пришло сообщение от Софи.
«Ты жива? Или тебя окончательно поглотила корпорация? Я уже начинаю подозревать, что ты там поселилась».
Я улыбнулась и ответила:
«Жива. Но, кажется, у меня начинается кризис среднего возраста».
Ответ пришёл почти мгновенно.
«В тридцать четыре? Слишком рано. Подожди хотя бы до сорока. Или купи платье».
Я рассмеялась.
«Я думаю о том, чтобы уволиться и уехать путешествовать».
На этот раз Софи отвечала дольше.
Потом на экране появилось:
«Ты серьёзно?»
Я посмотрела на сообщение.
И впервые не стала добавлять «но пока ничего не решила».
Я написала:
«Кажется, да».
Софи прислала сердечко.
А следом:
«Тогда нам нужно встретиться. И ты расскажешь мне всё. Без корпоративных формулировок».
Я отложила телефон.
За окном снова начинался дождь.
Я сделала последний глоток чая и посмотрела на свою чашку.
Моя последняя корпоративная неделя ещё даже не началась.
Но сегодня я впервые подумала, что однажды утром смогу проснуться и не проверять рабочую почту.
Не потому, что у меня отпуск.
Не потому, что я заболела.
А потому, что моя жизнь больше не будет начинаться с чужого расписания.
И эта мысль была пугающей.
Но удивительно приятной.
Глава 4. Всё, что осталось в шкафу
В пятницу я опоздала на работу на одиннадцать минут.
Не потому, что проспала, не потому, что метро в очередной раз решило проверить моё терпение, и даже не потому, что забыла дома телефон.
Я просто стояла перед открытым шкафом и не могла решить, что надеть.
Раньше подобная проблема занимала у меня не больше пяти минут. Чёрные брюки, светлая блузка, жакет, туфли. Готово. Корпоративный дресс-код не предполагал особого простора для самовыражения, зато избавлял от необходимости думать.
Сегодня я достала из шкафа голубое платье, которое купила прошлым летом перед поездкой в Испанию. Оно было лёгким, свободным и совершенно неподходящим для офиса.
Я приложила его к себе, посмотрела в зеркало и повесила обратно.
Затем достала джинсы.
Потом снова платье.
В конце концов выбрала привычные чёрные брюки и белую рубашку.
На пороге спальни появился Марк.
— Ты собираешься на работу или переезжаешь?
Я посмотрела на кровать, заваленную одеждой.
— Пока не определилась.
Он улыбнулся.
— У нас сегодня ужин с моими родителями. Не забыла?
Я замерла.
— Сегодня?
— Эмили, мы обсуждали это в воскресенье.
Я закрыла глаза.
Конечно, обсуждали.
Марк хотел познакомить меня с новой идеей отца насчёт инвестиций в недвижимость, а его мать обещала приготовить свой знаменитый лимонный пирог. Я уже видела этот вечер: вежливые разговоры, вопросы о повышении, обсуждение квартиры и неизбежное замечание о том, что нам пора подумать о свадьбе.
— Я помню, — сказала я.
— Хорошо. Мама очень ждёт.
Он подошёл, поцеловал меня в лоб и вышел из комнаты.
Я посмотрела на платье, лежавшее на спинке стула.
Потом на часы.
Девять минут опоздания.
Прекрасно.
Весь день я пыталась сосредоточиться на работе, но мысли постоянно возвращались к вечеру.
Не к ужину с родителями Марка.
К тому, что я собиралась сделать после него.
Накануне я договорилась встретиться с Софи. Мы не виделись почти три недели, хотя жили в одном городе и обычно находили время друг для друга даже в самые загруженные периоды.
Софи работала редактором в небольшом издательстве. Она умела читать людей почти так же хорошо, как рукописи, и обладала редким талантом говорить неприятную правду так, что хотелось заказать ей ещё кофе.
Мы познакомились семь лет назад на корпоративном мероприятии. Я тогда уронила бокал красного вина на белую скатерть, а Софи сказала, что это единственное интересное событие за весь вечер.
С тех пор мы были практически неразлучны.
Я написала ей утром:
«Нам нужно серьёзно поговорить».
Она ответила:
«Ты беременна, увольняешься или убила кого-нибудь?»
Я:
«Пока только третье рассматриваю».
Софи:
«Тогда встречаемся в семь. И не забудь надеть что-нибудь красивое. Если собираешься разрушать свою жизнь, делай это со вкусом».
Я улыбнулась телефону.
Иногда дружба — это когда человек не спрашивает, что случилось, а сразу предлагает тебе бокал вина.
В семь вечера я сидела напротив Софи в нашем любимом итальянском кафе.
Она уже успела заказать два бокала просекко и тарелку оливок.
— Ты выглядишь так, будто собираешься сообщить мне о банкротстве, — сказала она вместо приветствия.
— Привет и тебе.
— Или о том, что Марк наконец сделал предложение, а ты сказала нет.
Я сняла пальто.
— Ты слишком много смотришь романтических фильмов.
— Это моя профессиональная обязанность. Я редактор. Мне нужно понимать, как люди страдают.
Она подвинула ко мне бокал.
— Ну? Рассказывай.
Я сделала глоток.
Потом ещё один.
— Я думаю уволиться.
Софи медленно опустила оливку.
— Так.
— И уехать.
— Куда?
— Пока не знаю.
— Надолго?
— Возможно.
— С Марком?
Я покачала головой.
Софи посмотрела на меня внимательнее.
— Ого.
— Что?
— Ты действительно серьёзно.
— Да.
Она откинулась на спинку стула.
— Давно ты об этом думаешь?
— Не знаю. Несколько месяцев. Может быть, больше.
— И что собираешься делать?
— Работать самостоятельно. Я уже зарегистрировалась на фриланс-платформах, сделала портфолио, отправила несколько предложений.
— И?
— Один отказ. Одно приглашение на разговор. Пока ничего особенного.
— Эмили, это уже больше, чем большинство людей делают со своими мечтами.
Я усмехнулась.
— Не уверена, что могу назвать три отправленных отклика началом новой жизни.
— Можешь. Только не забудь, что для начала новой жизни иногда требуется ещё и оплаченная аренда.
— Я знаю.
Софи взяла меню.
— Тогда давай закажем еду, а потом ты расскажешь мне, почему вдруг решила сбежать из Лондона.
— Я не сбегаю.
Она подняла глаза.
— Хорошо. Почему решила отправиться в большое путешествие?
Я задумалась.
— Потому что мне кажется, что я давно живу на автопилоте.
Софи ничего не сказала.
— Я просыпаюсь, еду в офис, работаю, возвращаюсь домой. Иногда мы с Марком ужинаем в ресторане, иногда смотрим фильм. На выходных встречаемся с друзьями, покупаем продукты, обсуждаем ипотеку. И каждый понедельник всё начинается сначала.
— Звучит не ужасно.
— Вот именно. В этом и проблема.
Я посмотрела на неё.
— У меня нет какой-то страшной причины быть несчастной. Никто не обижает меня, я не бедствую, у меня хорошая работа. Но я всё время думаю, что однажды проснусь и обнаружу, что прожила жизнь, которую даже не выбирала.
Софи медленно кивнула.
— А Марк?
Я опустила глаза.
— Он не понимает.
— Ты объясняла?
— Пыталась.
— И?
— Он считает, что я устала. Что мне нужно отдохнуть, взять отпуск, привыкнуть к новой должности.
— А ты?
— Я не хочу привыкать.
Софи взяла мою руку.
— Тогда, возможно, дело не только в работе.
Я посмотрела на неё.
Она произнесла это очень спокойно, но я почувствовала, как внутри что-то болезненно сжалось.
— Ты думаешь, мне нужно расстаться с Марком?
— Я не думаю, что тебе нужно делать что-то только потому, что так считаю я. Но скажи честно: если бы Марк завтра сказал, что готов уехать с тобой, ты бы обрадовалась?
Я открыла рот.
И не ответила.
Софи чуть сжала мою ладонь.
— Вот именно.
— Я не знаю, что с нами происходит.
— Может быть, вы просто хотите разного.
— Он хороший человек.
— Я знаю.
— Он заботится обо мне. Он надёжный. Он никогда не давал мне повода сомневаться в себе.
— Эмили, хорошие люди тоже могут быть не теми людьми, с которыми тебе по пути.
Я посмотрела на неё.
— Это ужасно звучит.
— Возможно. Но не всё, что заканчивается, было ошибкой.
Официант принёс пасту, и мы ненадолго замолчали.
Я крутила вилку в руках, не притрагиваясь к еде.
— Я боюсь его обидеть, — сказала я наконец.
Софи вздохнула.
— А себя тебе не жалко?
Я ничего не ответила.
Она наклонилась ко мне.
— Послушай. Я не собираюсь говорить тебе, что нужно делать. Но если ты останешься только потому, что боишься причинить Марку боль, рано или поздно больно станет вам обоим.
Я посмотрела в окно.
За стеклом шёл дождь, люди спешили по тротуару, пряча головы под капюшонами и зонтами.
Обычный лондонский вечер.
А мне вдруг захотелось оказаться где-нибудь, где дождь пахнет травой, а не мокрым асфальтом.
— Я хочу увидеть мир, — сказала я тихо. — Хочу просыпаться в незнакомых местах. Хочу учиться чему-то новому. Хочу работать не потому, что мне нужно оправдать чьи-то ожидания. И, наверное, впервые в жизни хочу понять, кто я, если убрать всё, что от меня привыкли ждать.
Софи улыбнулась.
— Вот теперь ты звучишь как моя подруга.
Мы вышли из кафе около десяти.
Софи вызвала такси, а я решила пройтись до станции метро.
— Ты уверена, что не хочешь, чтобы я поехала с тобой? — спросила она.
— Нет. Мне нужно немного побыть одной.
— Хорошо. Но напиши, когда доберёшься.
Она обняла меня.
— И Эмили?
— Да?
— Не принимай решение только из страха. Ни остаться, ни уйти.
Я кивнула.
— Постараюсь.
Софи села в такси и помахала мне через окно.
Я осталась на тротуаре.
Телефон завибрировал.
Сообщение от Марка:
«Ты где? Родители уже приехали. Мы ждём».
Я посмотрела на экран.
Потом набрала:
«Я скоро буду».
И пошла к метро.
Родители Марка действительно ждали.
Его мать, Хелен, сидела на диване с чашкой чая. Отец, Ричард, стоял возле окна и разговаривал по телефону.
— Эмили, дорогая! — Хелен поднялась и обняла меня. — Какая ты красивая. Марк сказал, что тебе предложили повышение. Поздравляю!
— Спасибо, Хелен.
— Директор международного маркетинга! Это замечательно. Мы всегда знали, что ты далеко пойдёшь.
Я улыбнулась.
Марк забрал у меня пальто.
— Ужин уже готов.
Мы сели за стол.
На несколько минут я смогла расслабиться. Хелен рассказывала о поездке к сестре в Кент, Ричард обсуждал новый проект, Марк шутил о своём начальнике.
Потом разговор, как и ожидалось, перешёл к недвижимости.
— Марк говорил, вы смотрите квартиры, — сказала Хелен, накладывая мне овощи. — Это прекрасное время для покупки. Конечно, цены высокие, но ждать вечно тоже нельзя.
— Мы пока только изучаем варианты, — ответила я.
— А потом свадьба, — добавил Ричард. — Надеюсь, не придётся ждать ещё десять лет.
Марк рассмеялся.
— Пап, не начинай.
— А что? Я просто говорю. Вы вместе уже четыре года.
Хелен посмотрела на меня с улыбкой.
— Мы с Ричардом в вашем возрасте уже ждали второго ребёнка.
Я сделала глоток воды.
— Времена изменились.
— Разумеется, — согласилась она. — Но некоторые вещи остаются важными в любом возрасте.
Я почувствовала, как Марк коснулся моей руки под столом.
Это был жест поддержки.
Наверное.
Но почему-то мне захотелось убрать руку.
— Эмили, а как тебе новая должность? — спросил Ричард. — Большая ответственность?
— Да, очень.
— И хорошая зарплата, насколько я понимаю?
— Достаточно хорошая.
— Вот и прекрасно. Надо думать о будущем. Нельзя всё время искать приключения.
Я посмотрела на него.
— А почему нельзя?
Ричард удивлённо поднял брови.
— Ну, потому что в какой-то момент нужно остановиться и строить что-то своё.
Я едва заметно улыбнулась.
— А если человек не уверен, что уже нашёл место, где хочет остановиться?
За столом на секунду стало тихо.
Хелен перевела взгляд с меня на Марка.
— Вы что-то планируете?
Марк ответил раньше меня:
— Эмили просто устала. У неё сейчас много работы.
Я посмотрела на него.
И впервые за вечер не стала поддерживать его объяснение.
— Нет, — сказала я. — Я действительно думаю о том, чтобы изменить свою жизнь. Возможно, уйти из компании и поработать самостоятельно. А потом немного попутешествовать.
Хелен медленно положила вилку.
— Одна?
— Возможно.
Ричард кашлянул.
— И Марк об этом знает?
— Да.
Марк посмотрел на меня.
Я видела, что он не ожидал услышать это за семейным ужином.
Но я больше не могла притворяться, что всё в порядке.
— Мы ещё обсуждаем, — сказал он.
— Да, — согласилась я. — Обсуждаем.
Хелен улыбнулась немного натянуто.
— Ну что ж. Главное, чтобы вы оба были счастливы.
Я посмотрела на Марка.
Он не ответил.
Когда родители уехали, мы остались на кухне.
Марк молча собирал тарелки. Я стояла возле окна и смотрела, как такси скрывается за поворотом.
— Зачем ты это сказала? — спросил он наконец.
— Что именно?
— Про увольнение. Про путешествия. При моих родителях.
— Потому что они спросили.
— Ты могла ответить иначе.
— Например?
— Сказать, что пока ничего не решила.
Я повернулась к нему.
— Но я действительно об этом думаю.
— Эмили, ты понимаешь, как это выглядело?
— А как это должно было выглядеть?
Он поставил тарелку в раковину.
— Мои родители теперь думают, что у нас проблемы.
— У нас есть проблемы.
— У нас нет проблем!
Он произнёс это громче, чем собирался.
Мы оба замолчали.
Марк провёл рукой по лицу.
— Прости. Я просто не понимаю, почему ты всё усложняешь.
— Я ничего не усложняю. Я пытаюсь быть честной.
— С кем? Со мной или с собой?
Я посмотрела на него.
— С обоими.
Он тяжело вздохнул.
— Давай поговорим спокойно.
— Давай.
Мы прошли в гостиную и сели на диван.
Марк выключил телевизор.
— Ты хочешь расстаться?
Вопрос прозвучал неожиданно просто.
Я почувствовала, как пересохло во рту.
— Я не знаю, как это сказать.
Он смотрел на меня.
— Тогда скажи как есть.
Я долго молчала.
— Мне кажется, мы хотим разного будущего.
Марк отвёл взгляд.
— Из-за работы?
— Не только.
— Из-за квартиры?
— Нет.
— Тогда из-за чего?
Я посмотрела на него.
— Ты хочешь, чтобы всё оставалось примерно таким, как сейчас. Только немного лучше. Квартира побольше, должность повыше, отпуск два раза в год. И я понимаю, почему тебе этого хочется. Правда понимаю.
— А тебе чего хочется?
— Я хочу не знать заранее, как будет выглядеть каждый следующий год.
Он покачал головой.
— Это звучит красиво, но в реальной жизни так не бывает.
— Почему?
— Потому что у людей есть обязательства. Работа. Деньги. Семья. Нельзя просто жить сегодняшним днём.
— Я не собираюсь жить сегодняшним днём. Я собираюсь планировать свою жизнь сама.
— А где здесь я?
Я замерла.
Вот он, вопрос, от которого я пыталась уйти.
Я посмотрела на его лицо и поняла, что не могу дать ему ответ, которого он ждёт.
— Я не знаю, Марк.
Он медленно кивнул.
— Понятно.
— Я не хочу делать тебе больно.
— Но делаешь.
Я опустила глаза.
— Прости.
Он некоторое время молчал, затем встал и подошёл к окну.
— Знаешь, я думал, что после повышения мы наконец начнём двигаться дальше. Я даже смотрел квартиры. Хотел сделать тебе предложение, когда мы выберем подходящую.
Я подняла голову.
— Ты хотел сделать мне предложение?
Он обернулся.
— Да.
Я почувствовала, как внутри всё сжалось.
— Почему ты не сказал?
— Потому что хотел, чтобы это было сюрпризом.
Я смотрела на него и не знала, что ответить.
Четыре года.
Четыре года совместных завтраков, отпусков, планов, семейных ужинов.
И он собирался сделать мне предложение.
Возможно, ещё месяц назад я бы расплакалась от счастья.
Но сейчас мне было грустно по другой причине.
— Марк, ты замечательный человек, — сказала я. — И я не хочу обесценивать всё, что у нас было.
— Но?
Я закрыла глаза.
— Но я не могу обещать тебе будущее, которого сама не хочу.
Он сел напротив.
— Ты уверена, что не пожалеешь?
— Не знаю.
— А если через год поймёшь, что ошиблась?
— Тогда это будет моя ошибка.
Он горько усмехнулся.
— Ты всегда хотела всё контролировать. А теперь собираешься отказаться от всего, что мы строили, ради неизвестности.
— Возможно, мне нужно научиться не контролировать всё.
Марк посмотрел на меня.
В его глазах не было злости.
Только обида и растерянность.
И от этого стало ещё больнее.
— Значит, ты хочешь закончить наши отношения?
Я почувствовала, как к горлу подступил ком.
— Да, — прошептала я. — Думаю, да.
Он долго не отвечал.
Потом кивнул.
— Хорошо.
Одно короткое слово.
Никаких криков.
Никаких драматичных обвинений.
Просто «хорошо».
И почему-то именно в этот момент я поняла, что всё действительно заканчивается.
В ту ночь мы спали в разных комнатах.
Я лежала на диване, укрывшись пледом, и смотрела в потолок.
Из спальни не доносилось ни звука.
На журнальном столике стояла чашка чая, который я так и не выпила.
Я достала телефон и открыла переписку с Софи.
«Мы расстались».
Ответ пришёл почти сразу.
«Я рядом. Хочешь, приеду?»
Я посмотрела на сообщение.
«Нет. Просто побудь со мной на связи».
Софи прислала сердечко.
Потом ещё одно сообщение:
«Ты не обязана быть сильной каждую минуту. Даже если сама выбрала этот путь».
Я положила телефон рядом.
И наконец заплакала.
Не потому, что передумала.
Не потому, что хотела вернуть всё обратно.
Я плакала из-за того, что иногда правильное решение всё равно причиняет боль.
Из-за четырёх лет, которые не были плохими.
Из-за будущего, которое теперь никогда не случится.
Из-за того, что Марк, возможно, однажды встретит женщину, которая с радостью выберет квартиру в Баттерси, воскресные завтраки и спокойную семейную жизнь.
И я искренне хотела, чтобы он был счастлив.
Просто не со мной.
Утром я проснулась от запаха кофе.
Марк стоял на кухне.
На нём была та самая серая футболка, которую я когда-то подарила ему на Рождество. Он выглядел уставшим.
— Доброе утро, — сказал он.
— Доброе.
Он поставил передо мной чашку.
— Я подумал, нам нужно договориться о практических вещах.
Я кивнула.
— Конечно.
— Квартира оформлена на нас обоих, но договор аренды заканчивается только через два месяца. Я могу пока пожить здесь, а ты решишь, что делать дальше.
— Хорошо.
— Если хочешь, можешь остаться. Я найду другое место.
— Марк, давай не будем решать всё прямо сейчас.
Он кивнул.
— Ладно.
Мы сидели напротив друг друга, и мне казалось странным, что ещё вчера этот человек был частью каждого моего плана.
— Ты можешь пользоваться машиной, пока не определишься, — сказал он. — И я не собираюсь требовать, чтобы ты съехала немедленно.
— Спасибо.
Он посмотрел на меня.
— Я всё ещё не понимаю, зачем тебе это нужно.
Я обхватила чашку ладонями.
— Я тоже пока не знаю всего ответа.
— Но знаешь, что хочешь уйти.
— Да.
Он медленно кивнул.
— Тогда хотя бы не забывай есть. И не трать все деньги на билеты.
Я невольно улыбнулась.
— Постараюсь.
Марк тоже улыбнулся, но улыбка быстро исчезла.
Мы ещё немного посидели молча.
Потом он ушёл в спальню.
А я осталась на кухне.
В воскресенье я открыла шкаф.
Он был огромным. По крайней мере, раньше мне так казалось.
Слева висели мои рабочие костюмы, жакеты, блузки и платья для корпоративных вечеринок. Справа — повседневная одежда, джинсы, свитера и несколько вещей, которые я не надевала уже много лет.
На верхней полке лежали коробки.
Я достала первую.
В ней оказались старые фотографии, билеты в кино, открытки и небольшая записная книжка.
Я села на пол и открыла её.
На первой странице моим почерком было написано:
«Список вещей, которые я хочу сделать до тридцати пяти».
Я улыбнулась.
Список был составлен шесть лет назад.
Я читала его медленно.
Увидеть северное сияние.
Научиться водить машину с механической коробкой передач.
Пожить у моря хотя бы месяц.
Выучить итальянский.
Написать книгу.
Поехать куда-нибудь одной.
Научиться не бояться перемен.
Я остановилась на последнем пункте.
Потом посмотрела на дату.
Мне было двадцать восемь.
Я отложила книжку и достала из шкафа голубое платье, которое так и не надела на работу.
Затем старые джинсы.
Свитер.
Удобные ботинки.
Лёгкую куртку.
Всё это я сложила на кровать.
На полке обнаружилась небольшая сумка, которую я купила перед поездкой в Испанию. В неё поместилось бы немного вещей, но для начала хватило бы.
Я открыла телефон и посмотрела фотографии.
Пляжи.
Города.
Старые улочки.
Море.
Я вдруг поняла, что у меня почти нет фотографий, на которых я одна.
Обычно рядом был Марк, друзья, коллеги или кто-нибудь из нашей компании.
А на тех немногих снимках, где я стояла одна, я почти всегда смотрела в камеру с одинаковой улыбкой.
Я достала из коробки старую фотографию.
Мне было двадцать четыре. Я стояла на берегу моря, волосы развевал ветер, а на лице была такая улыбка, словно впереди меня ждало что-то невероятное.
Я долго смотрела на неё.
Потом аккуратно положила фотографию в сумку.
К вечеру я разобрала только половину шкафа.
На кровати лежали две стопки одежды: вещи, которые я хотела взять с собой, и вещи, которые собиралась отдать.
Марк заглянул в комнату.
— Ты уже собираешься?
— Просто разбираю вещи.
Он посмотрел на кровать.
— Похоже на подготовку к переезду.
— Возможно, так и есть.
Он кивнул.
— Я заказал еду. Будешь?
— Да, спасибо.
Он задержался в дверях.
— Эмили?
— Да?
— Я не хочу, чтобы мы стали врагами.
Я посмотрела на него.
— Мы ими не станем.
— Хорошо.
Он помолчал.
— Я правда хотел, чтобы у нас всё получилось.
— Я знаю.
— И я не думаю, что ты плохой человек из-за того, что хочешь другого.
Я почувствовала, как защипало глаза.
— Спасибо.
Он ушёл.
Я снова посмотрела на шкаф.
В нём оставалось много вещей.
Слишком много вещей для человека, который собирался отправиться в путешествие.
Но впервые за долгое время мне казалось, что это не проблема.
Я не должна была решить всё за один вечер.
Не должна была знать, куда поеду через полгода.
Не должна была иметь идеальный план.
Мне нужно было только начать.
Я взяла телефон и открыла переписку с Софи.
«Кажется, мне понадобится помощь с поиском места, куда можно уехать на первое время».
Она ответила:
«У меня есть идея. Но сначала тебе нужно поесть, поспать и перестать складывать в чемодан всё, что ты когда-либо покупала».
Я рассмеялась.
Потом добавила:
«Я серьёзно».
«Я тоже. И, кстати, ты слышала про одну ферму в Девоне? Моя знакомая когда-то там жила. Хозяйка ищет человека, который помог бы ей с организацией мероприятий и продвижением».
Я перечитала сообщение.
Девон.
Я открыла карту.
Зелёные холмы, маленькие деревни, побережье, фермерские дороги.
Место, о котором я знала только по фотографиям.
Я написала:
«Расскажи подробнее».
Софи прислала голосовое сообщение.
Я нажала воспроизведение.
— Так, слушай. Её зовут Мэгги. Женщина, кажется, лет шестидесяти с лишним, но, по словам моей знакомой, энергии у неё больше, чем у всей нашей редакции вместе взятой. У неё небольшая ферма, гостевые комнаты, какие-то сезонные мероприятия. Она иногда принимает людей, которые помогают с хозяйством или проектами. И ей нужен человек, который разбирается в интернете, потому что её страница, цитирую, выглядит так, будто её создали в прошлом веке и забыли пароль.
Я улыбнулась.
— Звучит многообещающе.
Софи продолжила:
— Я могу попросить знакомую дать тебе её контакты. Но сначала выясни, какие там условия. Не вздумай ехать куда-то без понимания, где будешь жить и на что питаться. Ты меня поняла?
— Да, мамочка.
— Не называй меня мамочкой. Я ещё слишком молода для этой должности.
Я рассмеялась.
Потом посмотрела на фотографию в старой записной книжке.
На море.
На себя.
На женщину, которая ещё не знала, сколько раз ей придётся начинать сначала.
Я закрыла книжку и положила её в сумку.
В тот вечер я ещё не знала, что в Девоне меня ждут непослушные козы, дождливые утра, старый фермерский дом и мужчина, который будет смотреть на меня так, словно я лично придумала все проблемы в его жизни.
Пока я знала только одно.
Впервые за четыре года у меня не было общего плана с Марком.
Зато впервые за много лет у меня появился собственный.
И начинался он с одного маленького слова:
Девон.
Глава 5. Заявление об уходе
В понедельник утром я проснулась раньше будильника.
Это само по себе было подозрительно.
Обычно мой будильник начинал играть в 6:45, а я в ответ нажимала кнопку повтора с выражением человека, которого лично предал весь мир. Потом ещё десять минут лежала с закрытыми глазами, пытаясь договориться с собственной совестью.
Сегодня я открыла глаза в 6:12.
И сразу вспомнила.
Заявление.
На кухне я поставила чайник, достала чашку и открыла ноутбук. На экране уже был готов документ.
Уважаемая Сара!
Настоящим уведомляю вас о своём решении расторгнуть трудовой договор…
Я перечитала текст.
Потом перечитала ещё раз.
Он выглядел удивительно спокойно. Никаких драматичных признаний, никаких объяснений о поиске себя, свободе и бесконечных дорогах. Просто несколько официальных предложений, в которых умещались девять лет моей жизни.
Я сохранила документ.
Затем открыла банковское приложение.
Это была часть подготовки, которая нравилась мне гораздо меньше.
Я выписала все ежемесячные расходы: аренду, коммунальные платежи, транспорт, продукты, страховку, подписки, телефон, налоги, которые предстояло учитывать в будущем. Отдельно внесла сумму, которую могла потратить на поездку, не залезая в резерв.
Цифры выглядели не так романтично, как фотографии итальянских деревень.
Но они были честными.
После расчётов я поняла, что могу позволить себе несколько месяцев без стабильной зарплаты, если буду осторожна. Это не означало, что можно бездумно покупать билеты и надеяться на удачу. Мне предстояло найти клиентов, договориться об оплате, разобраться с налогами и не забывать, что ноутбук иногда ломается в самый неподходящий момент.
Я записала в таблицу:
Минимальная финансовая подушка — не трогать без крайней необходимости.
Потом добавила:
Никаких путешествий за последние деньги.
Посмотрела на запись и кивнула самой себе.
— Ну что ж, Эмили, — сказала я. — Похоже, мы становимся взрослыми.
Чайник щёлкнул.
Я налила воду и сделала глоток.
Чай был отвратительно горячим.
День начинался прекрасно.
В офис я приехала в 8:43.
В руках у меня была папка с заявлением, а в голове — целый хор голосов, каждый из которых имел собственное мнение.
Первый голос говорил: «Ты наконец делаешь то, чего хочешь».
Второй: «Ты только что отказалась от очень хорошей должности».
Третий: «А что, если через три месяца у тебя не будет ни одного клиента?»
Четвёртый, самый неприятный, принадлежал моей внутренней бухгалтерии: «Ты вообще помнишь, сколько стоит аренда в Лондоне?»
Я прошла к своему столу, поставила сумку и включила компьютер.
На экране появилось сообщение от Тома:
«Кофе? Сегодня я угощаю. В честь будущего директора».
Я посмотрела на сообщение и улыбнулась.
Потом написала:
«Давай. Только сначала мне нужно поговорить с Сарой».
Том прислал большой палец.
Я взяла папку и направилась в кабинет начальницы.
Сара читала документы, когда я постучала.
— Заходи, Эмили. Как раз хотела тебя увидеть.
Я закрыла за собой дверь.
— Тогда у нас совпали планы.
Она улыбнулась и указала на кресло.
— Садись. Я подготовила окончательные условия по твоей новой должности. Посмотришь, обсудим детали, и можно будет запускать процесс.
Я села, но папку не открыла.
Сара заметила это.
— Что-то случилось?
Я положила документ на стол.
— Я приняла решение.
Она посмотрела на папку.
Потом на меня.
— Поняла.
Я немного удивилась.
— Даже не спросишь?
— Спрошу. Но сначала хочу убедиться, что ты действительно решила.
Я кивнула.
— Да.
Сара откинулась на спинку кресла.
— Ты хочешь уйти?
— Да.
В кабинете стало тихо.
За стеклянной стеной кто-то проходил с чашкой кофе. В соседней переговорной смеялись. Телефон на столе Сары мигнул уведомлением.
Обычное утро.
А мне казалось, будто я только что нажала кнопку, после которой весь мир должен был измениться.
— Можно спросить почему? — произнесла Сара.
— Можно.
Я сделала вдох.
— Я долго думала. И поняла, что не хочу принимать повышение, если уже знаю, что не собираюсь оставаться. Я благодарна за предложение. Правда. Но мне хочется попробовать работать самостоятельно. Я хочу заниматься проектами, которые смогу выбирать сама. И хочу путешествовать.
Сара внимательно слушала.
— Ты нашла клиентов?
— Пока только одного потенциального. Мы должны поговорить о проекте на этой неделе.
— А финансовый план?
— Есть. Не идеальный, но реалистичный. Я рассчитала расходы, накопления и минимальный доход, который мне нужен.
— Хорошо.
Она посмотрела на заявление.
— Значит, это не импульсивное решение?
— Нет.
Сара медленно кивнула.
— Тогда я не стану тебя отговаривать.
Я почувствовала, как немного расслабились плечи.
— Спасибо.
— Но хочу сказать одну вещь. Не обижайся на меня, если через полгода ты поймёшь, что корпоративная жизнь была не такой уж ужасной.
— Не обижусь.
— И не возвращайся только потому, что однажды испугаешься. Страх — не всегда признак того, что ты ошиблась.
Я улыбнулась.
— Ты сегодня раздаёшь очень хорошие советы.
— Я стараюсь. Это входит в обязанности начальника.
Она взяла заявление.
— Хорошо. Я передам его в отдел кадров. По условиям договора у тебя четыре недели уведомления, верно?
— Да.
— Значит, последний рабочий день будет в конце следующего месяца. За это время нужно передать проекты, подготовить документацию и помочь с поиском человека на твоё место.
— Конечно.
Сара подписала документ и закрыла папку.
— Ну что ж. Поздравлять тебя или сочувствовать?
Я рассмеялась.
— Пока не знаю.
— Тогда сделаем и то и другое.
Она поднялась и обняла меня.
— Я буду скучать, Эмили.
Я неожиданно почувствовала, что сейчас расплачусь.
— Я тоже.
— И не забывай нас. Особенно когда станешь знаменитым маркетинговым консультантом, работающим с видом на океан.
— Обещаю. Буду присылать фотографии плохого Wi-Fi.
Сара рассмеялась.
Я вышла из кабинета с пустой папкой.
И впервые за девять лет у меня больше не было повода думать о повышении.
Том ждал меня у кофемашины.
— Ну? — спросил он.
Я посмотрела на него.
— Я подала заявление.
Он замер с чашкой в руке.
— Подожди. Серьёзно?
— Серьёзнее некуда.
— Ты действительно уходишь?
— Через четыре недели.
Он медленно поставил чашку на стойку.
— Ничего себе.
— Именно.
Том смотрел на меня несколько секунд, а потом улыбнулся.
— Знаешь что? Я рад за тебя.
— Правда?
— Да. Хотя мне придётся искать кого-то, кто будет исправлять мои таблицы.
— Ты можешь научиться делать это сам.
— Не порти мне праздник.
Он поднял чашку.
— За новую жизнь.
Я подняла свою.
— За новую жизнь.
Мы чокнулись бумажными стаканчиками.
И тут Том спросил:
— А куда ты поедешь?
— Пока не знаю точно. Есть один вариант в Девоне.
— Девон?
— Да. Английская ферма. Хозяйка ищет помощь с организацией мероприятий и продвижением.
— То есть ты собираешься променять наш прекрасный офис на коз?
— Возможно.
Том задумался.
— Если честно, козы звучат интереснее.
— Я так и думала.
Он улыбнулся.
— Только будь осторожна. Я слышал, козы очень умные.
— В отличие от некоторых коллег?
— Я ничего не говорил.
В обед я встретилась с Лили.
Мы договорились увидеться в том самом кафе, где познакомились. Она сидела у окна и рисовала что-то в блокноте.
— Ты выглядишь иначе, — сказала она вместо приветствия.
— Надеюсь, в лучшую сторону.
— Не знаю. Но у тебя лицо человека, который либо выиграл в лотерею, либо сделал что-то совершенно безрассудное.
Я сняла пальто.
— Я уволилась.
Лили подняла брови.
— Уже?
— Ну, формально ещё нет. У меня четыре недели уведомления.
— Поздравляю!
Она обняла меня через стол.
— Ты счастлива?
Я задумалась.
— Я напугана.
— Это не ответ.
— Тогда да. Кажется, счастлива.
Лили улыбнулась.
— Вот и отлично.
Мы заказали кофе и сэндвичи.
Я рассказала ей о разговоре с Сарой, о финансовом плане и о ферме в Девоне.
— Звучит прекрасно, — сказала Лили. — Но обязательно уточни условия. Что именно ты должна делать, сколько часов, что входит в проживание и питание, какие обязанности по хозяйству.
— Я как раз собираюсь написать хозяйке.
— И не забывай о своей основной работе. Если хочешь заниматься фрилансом, тебе нужно заранее договориться о проектах и оплате.
— Я помню.
— И не работай бесплатно только ради красивого места.
Я рассмеялась.
— Ты уже второй человек за неделю, который напоминает мне об этом.
— Значит, у тебя хорошие советчики.
Она сделала глоток кофе.
— Кстати, у меня есть небольшой заказ для тебя.
Я чуть не подавилась.
— Что?
— Моя знакомая открывает студию йоги. Ей нужен человек, который поможет привести в порядок сайт и социальные сети. Ничего огромного, но можно начать с небольшой консультации и контент-плана.
Я почувствовала, как сердце забилось быстрее.
— Ты серьёзно?
— Абсолютно. Я могу вас познакомить.
— Лили, это было бы замечательно.
— Только сразу договорись об оплате.
— Обещаю.
— И не соглашайся на фразу «нам просто нужна твоя помощь, а потом посмотрим».
— Записываю.
Она улыбнулась.
— Видишь? Твоя новая жизнь уже начинает работать.
Я посмотрела в окно.
На улице шёл дождь, по стеклу медленно стекали капли.
Ничего необычного.
Но теперь у меня было ощущение, что где-то за пределами привычного маршрута действительно ждёт что-то новое.
Вечером я вернулась домой и увидела Марка на кухне.
На столе лежала папка с документами.
— Ты уволилась? — спросил он.
Я остановилась.
— Да.
Он посмотрел на меня.
— Сегодня?
— Да.
— И даже не сказала мне заранее?
Я сняла пальто.
— Мы говорили об этом несколько раз.
— Говорить и принимать решение — разные вещи, Эмили.
Я поставила сумку на стул.
— Я не хотела снова обсуждать это так, будто мне нужно получить разрешение.
Он отвёл взгляд.
— Ясно.
Некоторое время мы молчали.
— И что теперь? — спросил он.
— Отрабатываю четыре недели. Потом буду искать клиентов и готовиться к поездке.
— В Девон?
Я удивлённо посмотрела на него.
— Откуда ты знаешь?
— Ты говорила об этом Софи. Она написала тебе, когда я был дома.
Я вспомнила сообщение о ферме.
— Да. Есть такая возможность.
— Ты уже всё решила?
— Пока нет. Мне нужно связаться с хозяйкой, узнать подробности.
Марк покачал головой.
— Всё происходит слишком быстро.
— Для тебя, возможно.
— Эмили, мы расстались меньше недели назад.
Я посмотрела на него.
— Я знаю.
— И ты уже планируешь уехать.
— Я не собираюсь уезжать завтра.
— Но собираешься.
— Да.
Он подошёл к окну.
— Я думал, что у нас будет хотя бы немного времени.
— На что?
Он не ответил сразу.
— Чтобы понять, что произошло.
Я почувствовала укол вины.
Возможно, для него всё действительно происходило слишком быстро. Я долго принимала решение внутри себя, но он услышал о нём только тогда, когда оно почти созрело.
— Марк, я не хочу, чтобы ты думал, будто все эти годы ничего не значили.
— А что они значили?
— Очень многое.
Я подошла ближе.
— Ты был важной частью моей жизни. Я не собираюсь делать вид, что этого не было.
Он посмотрел на меня.
— Тогда почему кажется, что ты так легко от меня отказываешься?
Я долго искала слова.
— Потому что я не отказываюсь от тебя ради другого человека. Я ухожу не к кому-то. Я пытаюсь наконец выбрать себя.
Он тихо усмехнулся.
— Красиво звучит.
— Знаю. Но это правда.
Он отвернулся.
— Я не уверен, что когда-нибудь смогу это понять.
— Возможно, тебе и не нужно.
Марк кивнул.
Я оставила его одного.
В субботу утром я открыла электронную почту и написала Мэгги.
Софи прислала мне адрес и предупредила, что лучше сразу рассказать о своём опыте и спросить обо всех условиях.
Я несколько раз переписывала письмо.
Сначала оно получилось слишком официальным.
Потом слишком дружелюбным.
В третьем варианте я случайно написала, что люблю животных, хотя единственным животным, с которым у меня был регулярный контакт за последние годы, являлась собака соседей, которую я иногда встречала в лифте.
В конце концов остановилась на простом варианте.
Тема: Возможное сотрудничество и проживание на ферме
Здравствуйте, Мэгги!
Меня зовут Эмили Картер. Ваши контакты мне передала Софи Миллер, которая сказала, что вы, возможно, ищете человека для помощи с организацией мероприятий и продвижением фермы.
Я много лет работала в сфере маркетинга, занималась контентом, социальными сетями и организацией рекламных проектов. Сейчас планирую перейти на самостоятельную работу и хотела бы на некоторое время сменить городскую обстановку.
Мне было бы интересно узнать подробнее о вашей ферме, о задачах, которые нужно решить, и об условиях проживания. Я также хотела бы уточнить, предполагается ли оплачиваемая работа или обмен помощи на проживание и питание.
Буду рада пообщаться, если вам подходит мой опыт.
С уважением,
Эмили Картер.
Я перечитала письмо.
Всё было честно.
Никаких обещаний, что я умею доить коров, чинить тракторы или вставать в пять утра с улыбкой.
Я нажала «Отправить».
Потом откинулась на спинку стула.
Всё.
Теперь оставалось ждать.
Воскресенье я посвятила финансовому планированию.
Это оказалось менее увлекательным, чем я надеялась.
Я открыла таблицу, пересчитала накопления, внесла ожидаемые расходы на поездку и отдельно записала сумму, которую нужно оставить на случай непредвиденных обстоятельств.
Потом проверила подписки.
Стриминговый сервис, которым я почти не пользовалась.
Приложение для тренировок, в которое я не заходила с ноября.
Подписка на журналы.
Платная версия приложения для планирования питания, которое каждый месяц напоминало мне, что я снова не приготовила ни одного полезного блюда.
Я отменила всё лишнее.
После этого открыла сайт с подержанными чемоданами.
У меня был большой чемодан, который мы с Марком покупали для совместных поездок. Он стоял в кладовке и напоминал о наших отпусках.
Я не была уверена, что хочу брать его с собой.
Вместо этого я присмотрела небольшой чемодан на колёсах и вместительный рюкзак.
Потом закрыла сайт.
Сначала нужно было понять, куда именно я еду.
Вечером я позвонила Софи.
— Ну что, — спросила она, — ты уже готова стать фермером?
— Пока только потенциальным специалистом по маркетингу с возможностью познакомиться с козами.
— Звучит солидно.
— Я написала Мэгги.
— И?
— Жду ответа.
— А Марк?
Я немного помолчала.
— Всё сложно.
— Он злится?
— Скорее расстроен. Думаю, ему трудно принять, что я действительно ухожу.
— А тебе?
Я посмотрела на окно.
— Мне тоже.
Софи вздохнула.
— Это нормально, Эмили.
— Я знаю.
— Ты ведь понимаешь, что не обязана сразу стать счастливой только потому, что сделала выбор?
— Да.
— И что иногда свобода выглядит не как пляж и коктейль, а как таблица расходов и поиск комнаты с нормальным отоплением?
Я рассмеялась.
— Ты слишком хорошо меня знаешь.
— Кто-то же должен.
Мы ещё немного поговорили.
Когда я положила трубку, в квартире было тихо.
Марк находился в спальне. Я не хотела начинать новый разговор.
Я прошла на кухню, открыла холодильник и обнаружила, что молока снова нет.
Записала это в список покупок.
Потом посмотрела на ноутбук.
Никаких новых писем.
Я уже собиралась закрыть его, когда экран мигнул.
Новое сообщение.
От Мэгги.
Я открыла письмо.
«Дорогая Эмили!
Софи предупредила меня, что вы можете написать. Ваш опыт звучит весьма полезно. Моя ферма действительно нуждается в помощи с сайтом, социальными сетями и организацией нескольких мероприятий в начале сезона.
Сразу скажу: я не ищу человека, который будет круглосуточно работать за бесплатную комнату. Если мы договоримся о сотрудничестве, обязанности по ферме и маркетинговые задачи обсудим отдельно. Проживание и питание я могу предоставить на время вашего пребывания, а оплачиваемые проекты будем согласовывать отдельно.
Есть одна свободная комната в старом доме. Она не роскошная, но в ней есть кровать, шкаф и окно с видом на холмы. Иногда оттуда слышно, как козы спорят друг с другом. Они делают это довольно громко.
Если вас не пугают грязные сапоги и непредсказуемая погода, предлагаю созвониться на следующей неделе.
С наилучшими пожеланиями,
Мэгги».
Я прочитала письмо ещё раз.
Потом ещё.
И вдруг рассмеялась.
Козы спорят друг с другом.
У меня возникло странное желание немедленно познакомиться с этими животными.
Я открыла карту и нашла примерное расположение фермы.
Девон.
Небольшие дороги, зелёные поля, деревни с каменными домами и побережье, которое выглядело так, будто кто-то нарисовал его для открытки.
Я приблизила карту.
Потом открыла фотографии региона.
Холмы.
Узкие дорожки.
Старинные фермерские дома.
Океан.
Я не знала, как там будет на самом деле. Возможно, дождь окажется бесконечным, интернет будет работать через раз, а козы действительно будут громкими и совершенно неуправляемыми.
Но впервые за долгое время мне захотелось не просто посмотреть на фотографии.
Мне захотелось оказаться там.
Я ответила Мэгги:
«Здравствуйте! Спасибо за письмо. Мне всё это очень интересно. Буду рада созвониться на следующей неделе. Подскажите, пожалуйста, когда вам будет удобно».
Нажала «Отправить».
Затем открыла календарь.
На следующей неделе у меня оставалось ещё четыре рабочих дня до встречи с клиентом, несколько задач по передаче проектов и один очень непростой разговор с Марком о квартире.
Но где-то в конце этого расписания уже появилось новое слово.
Девон.
Я закрыла ноутбук.
Встала, подошла к окну и посмотрела на вечерний Лондон.
Огни машин отражались на мокрой дороге. В соседнем доме кто-то готовил ужин, и запах жареного чеснока проникал даже через закрытое окно.
Я любила этот город.
Но, кажется, впервые за много лет мне хотелось увидеть, что находится за его пределами.
И я собиралась это сделать.
Глава 6. Билет в один конец
В понедельник утром я обнаружила, что у моей новой жизни есть один существенный недостаток.
Она требовала невероятного количества электронных писем.
Я сидела за кухонным столом, передо мной стояла кружка кофе, рядом лежал раскрытый блокнот, а на экране ноутбука красовалась таблица с заголовком «Девон: план действий». Ниже шли пункты, которые ещё вчера казались вполне разумными, а сегодня напоминали список заданий для участника реалити-шоу на выживание.
Позвонить Мэгги.
Уточнить условия проживания.
Разобраться с транспортом.
Закрыть рабочие проекты.
Собрать вещи.
Не забыть зарядку от ноутбука.
Последний пункт я подчеркнула дважды.
Без зарядки от ноутбука моя новая карьера фрилансера могла закончиться быстрее, чем начаться.
Я посмотрела на часы. Без десяти десять.
Мэгги написала, что будет ждать моего звонка в первой половине дня. Я уже трижды перечитала её письмо, хотя знала его почти наизусть. В нём не было ничего особенно сложного: свободная комната, питание, помощь с сайтом и социальными сетями, участие в организации нескольких мероприятий. Обязанности по ферме и работа над маркетингом — разные вещи, которые мы должны были обсудить отдельно.
Всё звучало вполне честно.
И всё равно я нервничала.
Возможно, потому что до сих пор не могла поверить, что собираюсь переехать в другой конец Англии, чтобы жить среди коз и работать на себя.
Я набрала номер.
— Алло?
Голос Мэгги оказался именно таким, каким я его себе представляла: низким, уверенным и немного хрипловатым, будто она только что отругала кого-то за неправильное обращение с трактором.
— Здравствуйте, Мэгги. Это Эмили Картер. Мы переписывались насчёт фермы.
— А, Эмили! Доброе утро. Я как раз собиралась поставить чайник. Ты вовремя.
Я улыбнулась.
— Надеюсь, я не отвлекаю.
— Дорогая, если бы я не хотела с тобой разговаривать, я бы не оставила тебе свой номер. Так что давай без этих лондонских извинений за каждый звонок.
Я рассмеялась.
— Хорошо. Постараюсь.
— Ну что, поговорим о деле. Ты всё ещё хочешь приехать?
Я посмотрела в окно. За стеклом тянулся серый лондонский день, по мокрому тротуару спешили люди с зонтами, а автобус у перекрёстка лениво выпускал облако выхлопных газов.
— Да, — ответила я. — Очень хочу.
— Вот и отлично. Тогда расскажи, когда сможешь освободиться.
— У меня уведомление об увольнении на четыре недели. Я подала заявление на прошлой неделе, поэтому мне нужно закончить передачу дел. Думаю, смогу приехать в конце месяца.
— Прекрасно. У нас как раз к тому времени начнётся подготовка к летнему фермерскому дню. Ничего грандиозного, но людей собирается прилично. Местные производители, небольшая ярмарка, экскурсии по ферме, еда… В прошлом году один мужчина привёз сыр, который пах так, будто его нашли в старом ботинке.
— Звучит заманчиво.
— На вкус был вполне приличный. Просто не стоило открывать упаковку в машине.
Я засмеялась громче, чем собиралась.
— Что касается работы, — продолжила Мэгги, — я хочу, чтобы мы сразу договорились. Мне нужна помощь с сайтом, обновлением информации, фотографиями, публикациями в социальных сетях и продвижением мероприятий. Но я не жду, что ты будешь сидеть за компьютером круглосуточно. И не собираюсь превращать тебя в бесплатную рабочую силу на ферме.
Я почувствовала, как напряжение в плечах немного отпускает.
— Спасибо. Я как раз хотела уточнить, как мы будем разделять эти задачи.
— Очень просто. Проживание и питание я предоставляю на время твоего пребывания. Помощь с обычными делами фермы будем обсуждать отдельно: если понадобится что-то сделать, договоримся, сколько времени это займёт. А маркетинговую работу оформим как отдельный проект с понятными задачами и оплатой. Мне нужно сначала понять, что именно ты сможешь взять на себя.
— Это справедливо.
— И ещё. У нас не гостиница, Эмили. В доме старые полы, отопление иногда живёт собственной жизнью, а по утрам можно услышать, как козы обсуждают мировые проблемы. Но комната у тебя будет своя.
— Думаю, я переживу козьи дискуссии.
— Посмотрим, что ты скажешь после первой ночи.
Мы ещё некоторое время обсуждали детали. Мэгги рассказала, что на ферме живут несколько овец, куры, две собаки и козы, одна из которых обладает особым талантом открывать калитки. По её словам, это не проблема, а «характер».
Я записывала всё в блокнот, стараясь не упустить ни одной подробности.
— И ещё один вопрос, — сказала я. — Как лучше добраться?
— Поездом до Эксетера, а оттуда автобусом. Или можешь доехать до Тивертона, если расписание подойдёт. Я встречу тебя на остановке, но предупреждаю: у меня не самый презентабельный автомобиль.
— После лондонского метро меня уже трудно чем-то напугать.
— Хороший ответ. Тогда напиши мне, когда определишься с билетом. И, Эмили?
— Да?
— Не бери с собой половину Лондона. У нас тут не дворец.
— Я постараюсь.
— И возьми непромокаемую обувь.
— Обязательно.
— Нет, не те симпатичные ботинки, в которых ты ходишь по офису. Настоящие резиновые сапоги.
Я посмотрела на свои аккуратные чёрные ботильоны.
Кажется, Мэгги уже понимала меня лучше, чем я сама.
После разговора я ещё несколько минут сидела неподвижно.
На листе бумаги появилось несколько новых пунктов, а под ними я написала:
Конец месяца. Девон.
И обвела эти слова кружком.
Теперь это было не просто красивое представление о новой жизни, которое можно было прокручивать в голове поздно ночью. У меня было место, дата и человек, который ждал моего приезда.
Странное ощущение.
Я открыла вкладку с железнодорожными билетами и начала сравнивать варианты. Самый удобный поезд отправлялся из Паддингтона утром в пятницу. Время в пути до Эксетера составляло около двух часов. Дальше нужно было пересесть на автобус.
Я выбрала подходящий рейс, но не стала сразу покупать билет. Сначала отправила Мэгги сообщение с датой и временем прибытия, чтобы убедиться, что она сможет меня встретить.
Ответ пришёл через пять минут.
Пятница подходит. Только не опаздывай — я не люблю ждать на остановках, особенно когда рядом продают пирожки и приходится бороться с искушением.
Я улыбнулась и купила билет.
<PRIVATE_DATE> — подумала я, глядя на подтверждение.
Нет, не дата в календаре.
Дата, когда я уеду.
Впервые за долгое время мне казалось, что я не просто куда-то бегу. Я действительно направляюсь к чему-то.
Следующие две недели прошли в странном сочетании старой и новой жизни.
Утром я по-прежнему ехала в офис, участвовала в совещаниях, отвечала на письма и объясняла коллегам, почему очередная рекламная кампания не должна состоять исключительно из фотографий улыбающихся людей с чашками кофе.
Днём передавала свои проекты другим сотрудникам, составляла инструкции и проводила встречи, на которых все почему-то говорили так, словно я уезжала не из компании, а на другую планету.
— Ты действительно не передумаешь? — спросила Сара во время одного из наших последних разговоров.
Мы сидели в переговорной. Перед ней лежала папка с документами, а передо мной — список текущих задач, которые я уже почти закончила передавать.
— Нет.
— Даже если я предложу тебе сохранить должность и пересмотреть условия?
— Сара…
— Я знаю. Просто обязана спросить.
Я улыбнулась.
— Ты была отличным руководителем. Правда. И я благодарна тебе за всё, чему научилась. Но я не хочу эту должность.
Сара откинулась на спинку кресла.
— Знаешь, что меня больше всего удивляет?
— Что я не сошла с ума?
— Это тоже. Но нет. Меня удивляет, что ты выглядишь спокойнее, чем в день, когда я сообщила тебе о повышении.
Я задумалась.
— Наверное, потому что тогда я пыталась убедить себя, что должна быть счастлива.
Сара посмотрела на меня внимательно, а потом кивнула.
— Тогда не позволяй никому убедить тебя в обратном. Даже себе самой, если однажды станет страшно.
Я улыбнулась.
— Постараюсь.
— И пришли мне фотографии коз.
— Обязательно. Но только если они не будут выглядеть профессиональнее наших рекламных кампаний.
— Это будет несложно.
Я рассмеялась.
С Сарой мы попрощались без драматических речей. Она крепко обняла меня у лифта и пожелала удачи.
Том, напротив, решил, что обычное прощание — недостаточно торжественный способ отметить мой уход.
— Я подготовил тебе подарок, — объявил он, появившись у моего стола с небольшим бумажным пакетом.
— Если там кружка с надписью «Лучшая коллега», я буду вынуждена отказаться.
— Ты недооцениваешь мой вкус.
В пакете оказалась небольшая записная книжка с зелёной обложкой.
На первой странице было написано:
Планы, идеи и другие сомнительные решения.
Я подняла глаза.
— Том…
— Внутри ещё одна вещь.
Между страницами лежала открытка с нарисованной козой в солнечных очках.
Не дай им себя съесть.
Я рассмеялась и обняла его.
— Спасибо. Это ужасно мило.
— Я знаю. Иногда я сам себя удивляю.
С Марком всё оказалось сложнее, чем я ожидала.
После расставания мы договорились не устраивать из квартиры поле боя. Он собирался переехать к своему другу, а я планировала некоторое время пожить здесь одна, пока не отправлюсь в Девон.
Мы постепенно разделяли вещи, решали вопросы с коммунальными платежами и обсуждали, кто заберёт книги, посуду и прочие предметы, которые за годы совместной жизни успели стать общими.
Оказалось, что разделить имущество гораздо проще, чем воспоминания.
В один из вечеров я обнаружила Марка на кухне. Он стоял у открытого шкафа и рассматривал две одинаковые чашки.
— Помнишь, мы купили их в Брайтоне? — спросил он.
— Да. Ты тогда сказал, что они выглядят так, будто их делали вручную.
— А ты сказала, что они выглядят так, будто их сделали с закрытыми глазами.
— И всё равно купила.
Он улыбнулся.
На мгновение между нами возникло что-то знакомое. Не любовь, не желание всё вернуть, а просто память о времени, когда мы были счастливы вместе.
— Забирай обе, — сказал Марк.
— Зачем мне две?
— Не знаю. Может, однажды у тебя появится кто-нибудь, с кем ты захочешь пить кофе.
Я посмотрела на него.
— Марк…
— Всё нормально, Эмили. Я не пытаюсь тебя задеть.
Он поставил чашки на стол.
— Просто странно. Ещё месяц назад я думал, что мы будем выбирать квартиру побольше, а теперь ты собираешься жить на ферме.
— Я тоже не думала, что всё так изменится.
— Ты счастлива?
Вопрос прозвучал неожиданно.
Я не стала отвечать сразу.
— Я не знаю, — честно сказала я. — Но мне кажется, что впервые за долгое время я хотя бы пытаюсь это выяснить.
Марк кивнул.
— Наверное, это лучше, чем притворяться.
Мы ещё немного поговорили о переезде, о том, что нужно изменить адрес для доставки писем, и о том, когда он заберёт оставшиеся коробки.
Когда я закрыла за ним дверь, квартира показалась непривычно тихой.
Я поставила две чашки рядом на полку.
Пусть пока стоят.
С фрилансом дела продвигались не так стремительно, как мне хотелось бы.
Я зарегистрировалась на нескольких платформах, обновила профиль, собрала небольшое портфолио из прежних работ и написала нескольким потенциальным клиентам.
Часть писем осталась без ответа.
Один человек предложил оплату, которой едва хватило бы на чашку кофе в центре Лондона, зато потребовал «небольшую пробную работу» на несколько страниц.
Я вежливо отказалась.
Другой клиент ответил, что свяжется со мной позже, и исчез.
Но были и хорошие новости.
Лили познакомила меня со своей знакомой, которая собиралась открыть небольшую студию йоги. Мы созвонились, обсудили сайт, тексты и оформление страниц в социальных сетях. Пока это был небольшой проект, но вполне реальный.
Мы договорились о фиксированной оплате за подготовку текстов и базовую структуру сайта. Я отправила ей предложение с перечнем работ и сроками.
Когда на почту пришло подтверждение, я несколько секунд просто смотрела на экран.
Это был мой первый заказ, который я получила не благодаря должности в большой компании, не благодаря знакомству с руководителем отдела и не потому, что кто-то поручил мне задачу.
Я нашла его сама.
Сумма была небольшой. Очень небольшой, если сравнивать с моей прежней зарплатой.
Но я всё равно открыла блокнот и записала:
Первый самостоятельный проект.
А потом добавила:
Не забыть выставить счёт.
Потому что романтика свободы свободой, а счета сами себя не оплатят.
За неделю до отъезда я впервые по-настоящему задумалась о том, сколько вещей мне нужно взять с собой.
Оказалось, что очень много.
Я разложила на кровати одежду, обувь, косметику, книги и несколько предметов, которые совершенно не собиралась оставлять в Лондоне.
Потом посмотрела на всё это и поняла, что даже если сяду на чемодан, застегнуть его не получится.
— Великолепно, — пробормотала я. — Я переезжаю на ферму, а вещей собрала так, будто собираюсь открыть там филиал универмага.
Я достала телефон и написала Софи.
У меня проблема. Кажется, я не умею собирать чемоданы.
Ответ пришёл почти мгновенно.
У тебя проблема не с чемоданами. У тебя проблема с расставанием с вещами.
Я могу оставить половину одежды?
Нет. Ты можешь оставить три четверти.
Я рассмеялась.
Вечером Софи приехала ко мне с пакетом еды и решительным выражением лица.
— Так, показывай.
Я указала на кровать.
Она остановилась в дверях спальни.
— Господи. Ты собираешься на ферму или открываешь там бутик?
— Я пытаюсь подготовиться ко всем возможным ситуациям.
— Например?
— Вдруг мне понадобится платье.
— Для чего? Для свидания с овцой?
— Софи!
— Ладно. Одно платье оставляем. Остальное — в сторону.
Она быстро разобрала мои вещи на три стопки: необходимое, сомнительное и совершенно бессмысленное.
В третью попали две пары туфель на каблуках, несколько блузок, которые я не надевала больше года, и маленькая сумочка, не вмещавшая даже телефон.
— Ты серьёзно считаешь, что это мне не понадобится? — спросила я, держа в руках сумочку.
— Эмили, если тебе понадобится эта сумка на ферме, значит, что-то пошло не так.
Я бросила её на кровать.
— Хорошо. Победила.
Мы упаковали одежду, документы, ноутбук, зарядные устройства, аптечку и несколько любимых книг. Отдельно я положила блокнот с моим старым списком желаний.
Тот самый, который нашла после расставания с Марком.
Я открыла его на первой странице.
Увидеть северное сияние.
Пожить у моря.
Выучить итальянский.
Отправиться в путешествие одной.
Некоторые пункты всё ещё казались далёкими. Другие уже перестали быть мечтами и начали превращаться в планы.
— Ты счастлива? — тихо спросила Софи.
Я подняла голову.
— Кажется, да.
— Кажется?
— Я боюсь, если честно.
Она села рядом.
— Конечно, боишься. Ты собираешься изменить всю свою жизнь.
— А вдруг ничего не получится?
— Тогда ты придумаешь, что делать дальше.
— Очень конкретный совет.
— Я же не финансовый консультант. Я твоя лучшая подруга.
Я улыбнулась.
Софи взяла блокнот и пролистала несколько страниц.
— А Италия всё ещё в списке?
— Конечно.
— Тогда обещай, что не забудешь об этом после того, как влюбишься в какую-нибудь козу.
— Я постараюсь.
— И не влюбляйся в первого встречного фермера только потому, что он умеет чинить заборы.
— Почему именно заборы?
— Не знаю. Мне кажется, у фермеров это что-то вроде обязательного навыка привлекательности.
Я рассмеялась.
— Запомню.
Софи закрыла блокнот и положила его сверху на чемодан.
— И ещё. Если тебе там станет плохо, ты можешь вернуться. Это не поражение.
Я посмотрела на неё.
— Я знаю.
— Хорошо. Просто хотела, чтобы ты услышала это вслух.
Мы обнялись.
Я вдруг поняла, что буду скучать не только по Лондону, но и по этой кухне, по нашим вечерам, по привычным маршрутам и людям, которые знали меня задолго до того, как я решила всё изменить.
Свобода не означала, что прошлое перестанет быть важным.
Она просто давала мне возможность идти дальше.
Вечером перед отъездом я долго не могла уснуть.
Чемодан стоял у двери. На столе лежали документы, билет и телефон, подключённый к зарядке. В холодильнике оставалось немного еды, которую я планировала съесть утром, а на подоконнике стоял маленький горшок с растением, которое Софи подарила мне на день рождения.
Я решила отдать его ей.
Не потому, что не хотела заботиться о растении. Просто мне казалось неправильным оставлять его в пустой квартире на несколько недель, пока я буду разбираться с козами и собственной жизнью.
Я прошлась по комнатам.
Гостиная, где мы с Марком смотрели фильмы.
Кухня, где я пила кофе перед работой.
Спальня, в которой по воскресеньям вечерами пыталась убедить себя, что завтра будет хороший день.
Всё выглядело знакомым.
И всё же я чувствовала себя здесь немного чужой.
Я подошла к окну. Лондон светился огнями, по мокрой улице проехало такси, а где-то внизу хлопнула дверь подъезда.
Завтра я уеду.
Не навсегда. По крайней мере, я не собиралась давать себе таких обещаний.
Но на какое-то время я оставляла привычную жизнь позади.
Телефон завибрировал.
Сообщение от Мэгги.
Не забудь сапоги. И тёплый свитер. У нас погода меняется быстрее, чем настроение у моей старшей козы. До завтра, Эмили.
Я улыбнулась.
Следом пришло ещё одно сообщение — от Софи.
Ты справишься. А если нет, я приеду и спасу тебя. Но сначала сделаю фотографии твоего фермерского позора.
Я ответила ей сердечком и выключила свет.
Утром я проснулась раньше будильника.
В квартире было тихо. Я поставила чайник, выпила кофе стоя у окна, проверила документы и ещё раз убедилась, что ноутбук лежит в рюкзаке.
Потом закрыла дверь.
На лестничной площадке я задержалась на секунду, прислушиваясь к тишине за спиной.
Странно, но мне не хотелось плакать.
Я просто глубоко вдохнула и спустилась вниз.
На вокзале Паддингтон было шумно, людно и по-лондонски торопливо.
Я с трудом протиснулась с чемоданом между людьми, нашла нужную платформу и поставила сумку рядом с собой.
До отправления оставалось десять минут.
Я достала телефон и написала Софи:
Я на месте. Если через неделю не выйду на связь, считай, что меня похитили козы.
Она ответила:
Тогда я потребую выкуп в виде хорошего сыра.
Я улыбнулась и убрала телефон.
Когда поезд тронулся, я смотрела в окно, пока знакомые здания не начали сменяться пригородными домами, зелёными участками и полями.
Лондон постепенно исчезал за горизонтом.
Я достала блокнот и открыла чистую страницу.
Наверху написала:
Девон. День первый.
Ниже добавила:
Я не знаю, что меня там ждёт. Не знаю, получится ли у меня работать самостоятельно, привыкну ли я к ферме и смогу ли найти своё место среди людей, которые живут совсем иначе, чем я.
Я остановилась, подумала и дописала:
Но я больше не хочу ждать подходящего момента. Кажется, он уже наступил.
За окном проплывали зелёные холмы. Небо становилось светлее, а дождевые облака медленно расступались.
Я откинулась на спинку кресла и впервые за долгое время позволила себе ничего не планировать хотя бы ближайшие полчаса.
Где-то впереди меня ждала ферма Мэгги, старый дом, незнакомые животные и совершенно новая жизнь.
И, судя по предупреждениям хозяйки, одна особенно предприимчивая коза.
Я ещё не знала, что именно она станет причиной моего первого серьёзного приключения в Девоне.
Но, кажется, скучно мне там точно не будет.
Глава 7. Добро пожаловать в грязь
Если бы кто-нибудь сказал мне, что дорога от Эксетера до фермы в Девоне может занять столько времени, я бы, возможно, взяла с собой не только книгу, но и запасную жизнь.
Автобус петлял по узким дорогам, поднимался на холмы, спускался в долины и периодически притормаживал перед встречными машинами, которым, судя по всему, тоже хотелось попасть на другую сторону.
За окном проплывали аккуратные деревушки, каменные домики с цветами на подоконниках, зелёные поля и живые изгороди. Иногда между холмами открывался такой красивый вид, что я забывала о телефоне и просто смотрела.
В какой-то момент автобус свернул на дорогу, которая показалась мне слишком узкой даже для одного автомобиля.
Я посмотрела на водителя.
— Простите, мы точно едем в сторону Тивертона?
Он взглянул на меня в зеркало.
— Если вы направляетесь в Тивертон, то да.
— Просто дорога выглядит так, будто она заканчивается у ближайшей овцы.
Водитель усмехнулся.
— Это ещё хорошая дорога.
Я решила не уточнять, что он имел в виду.
Через несколько минут автобус остановился у небольшого указателя. На нём было написано название деревни, которое я уже успела забыть, хотя старательно повторяла его про себя всю последнюю неделю.
Я вышла, вытянула из багажного отделения чемодан и огляделась.
Остановка представляла собой деревянную скамейку, расписание автобусов под мутным пластиковым козырьком и небольшой почтовый ящик. Ни кафе, ни магазина, ни даже человека, у которого можно было бы спросить дорогу.
Только зелёные холмы, узкая дорога и ветер, который немедленно принялся разбирать мою причёску.
Я достала телефон.
Связь была.
Пока.
Я приехала. Стою на остановке. Вижу холмы, скамейку и подозрительно большое количество овец.
Ответ Мэгги появился почти сразу.
Отлично. Стой там. Буду через десять минут. Не пытайся идти пешком — дорога к ферме длиннее, чем кажется.
Я посмотрела на чемодан.
— Спасибо, что предупредила, — пробормотала я.
Через несколько минут из-за поворота показался старый тёмно-зелёный внедорожник. Он ехал с таким уверенным видом, будто дорога принадлежала исключительно ему.
Машина остановилась рядом со мной, и дверца распахнулась.
— Эмили?
За рулём сидела женщина лет шестидесяти с седыми волосами, собранными в небрежный пучок, и внимательными глазами. На ней были джинсы, резиновые сапоги и толстый свитер. Вид у неё был такой, словно она могла одновременно управлять фермой, чинить забор и объяснять налоговой, почему её козы не платят за электричество.
— Мэгги?
— А кто же ещё? Садись, дорогая. Чемодан положи назад. Только осторожно, там ящик с инструментами.
Я попыталась поднять чемодан, но он зацепился колесом за край багажника.
— Давай помогу, — сказала Мэгги.
Вместе мы наконец запихнули его внутрь.
— Тяжёлый, — заметила она.
— Я, кажется, немного перестаралась.
— Ничего. У нас тут есть чем заняться, так что скоро станет легче.
Я не была уверена, что это обещание меня успокоило.
Мэгги села за руль, и мы тронулись.
— Ну что, добро пожаловать в Девон!
— Спасибо. Здесь очень красиво.
— Да, нам повезло. Особенно когда дождь не идёт.
Я посмотрела на небо.
— А часто он идёт?
Мэгги бросила на меня быстрый взгляд.
— Ты ведь не из сахара?
— Вроде нет.
— Тогда всё будет хорошо.
Ферма появилась не сразу.
Сначала мы проехали мимо нескольких каменных домов, потом свернули на узкую дорогу между живыми изгородями. Колёса машины несколько раз попали в глубокие выбоины, и я мысленно поблагодарила себя за то, что не надела светлые брюки.
Затем дорога расширилась, и перед нами открылся вид, от которого я невольно выдохнула.
На склоне холма стоял старый каменный дом с тёмной черепичной крышей и небольшими окнами. Рядом располагались хозяйственные постройки, деревянные загоны и длинный сарай. За домом тянулись зелёные поля, разделённые живыми изгородями. Вдалеке виднелась линия холмов, над которыми медленно плыли облака.
Это было совсем не похоже на фотографии, которые я смотрела в интернете.
Фотографии были красивыми.
Настоящее место было ещё красивее.
— Ну? — спросила Мэгги, выключая двигатель. — Как тебе?
— Здесь невероятно.
— Подожди, пока увидишь, где будешь жить.
Она вышла из машины и направилась к багажнику.
Я выбралась следом и тут же почувствовала под ногами мягкую влажную землю.
Первый шаг на ферме.
И, конечно же, прямо в грязь.
— Прекрасно, — пробормотала я, глядя на след на подошве.
Мэгги заметила моё выражение лица.
— Что?
— Кажется, я уже испортила обувь.
— Тогда ты быстро учишься.
Она засмеялась и повела меня к дому.
Не успели мы подняться на крыльцо, как из-за угла выскочили две собаки. Одна была крупной, рыжей и очень пушистой, другая — чёрной, невысокой и с выражением лица, которое я бы назвала профессионально недовольным.
Рыжая немедленно подбежала ко мне и сунула нос в ладонь.
— Это Бадди, — сказала Мэгги. — Он дружелюбный. Слишком дружелюбный, если честно.
Бадди уже пытался поставить передние лапы мне на куртку.
— А это Пип, — добавила она, указывая на чёрную собаку. — Она считает себя главной.
Пип посмотрела на меня, фыркнула и отвернулась.
— Очень приятно, — сказала я ей.
— Не принимай близко к сердцу. Она со всеми такая.
Мы вошли в дом.
Внутри пахло деревом, свежим хлебом и чем-то травяным. Просторная кухня занимала почти половину первого этажа. В центре стоял большой деревянный стол, на котором лежали газета, связка ключей и раскрытый блокнот. У стены располагалась старая плита, а на подоконнике стояли горшки с зеленью.
Всё выглядело так, словно дом жил своей жизнью задолго до моего приезда и совершенно не собирался менять привычки ради новой постоялицы.
— Проходи. Сначала покажу комнату, потом выпьем чаю и обсудим, что будем делать дальше.
Мы поднялись по лестнице.
Скрипела каждая ступенька.
— Дом старый, — пояснила Мэгги. — Если ночью услышишь странные звуки, не пугайся. Скорее всего, это трубы. Или ветер. Или Бадди пытается стащить что-нибудь со стола.
— А если это привидение?
— Тогда попроси его вынести мусор. Здесь всем приходится работать.
Я рассмеялась.
Комната находилась в конце коридора. Мэгги открыла дверь, и я остановилась на пороге.
Это было небольшое, но очень уютное помещение. Кровать стояла у стены, рядом находился старый комод, письменный стол и кресло с клетчатым пледом. На полу лежал ковёр, а на подоконнике стояла небольшая ваза с полевыми цветами.
Но главное — окно.
Оно выходило на холмы, и вид из него был именно таким, каким я представляла себе Девон, когда впервые читала письмо Мэгги.
— Здесь красиво, — тихо сказала я.
— Я подумала, тебе понравится. Стол поставила у окна, чтобы было удобнее работать.
Я подошла к нему.
— Спасибо. Правда.
— В шкафу есть дополнительные одеяла. Ванная в конце коридора, полотенца на полке. Если понадобится что-то ещё, скажешь.
Мэгги поставила мою сумку возле кровати.
— И ещё одно правило.
Я повернулась к ней.
— Какое?
— Если закрываешь дверь, проверяй, что Бадди остался снаружи. Он умеет открывать её лапой, но не умеет закрывать обратно.
— Запомню.
— Отлично. Тогда устраивайся. Через десять минут жду тебя на кухне. Чай сам себя не выпьет.
На кухне уже стояли две чашки и тарелка с домашним печеньем.
Мэгги налила мне чай, поставила передо мной сахарницу и села напротив.
— Ну что, рассказывай. Как дорога?
— Долгая, но очень красивая.
— А поезд?
— Без задержек.
— Хорошо. А чемодан?
Я посмотрела на свои руки.
— Кажется, он весит больше меня.
— Не переживай. В следующий раз возьмёшь меньше.
Я отпила чай.
— Мэгги, я хотела ещё раз обсудить наши договорённости, чтобы мы обе одинаково понимали, как всё будет устроено.
Она одобрительно кивнула.
— Правильно. Давай.
Я достала блокнот.
— Я могу помогать с сайтом, социальными сетями, текстами и продвижением мероприятий. По времени мы можем договориться отдельно, в зависимости от объёма задач. Что касается обычной работы на ферме…
— Ты не обязана работать здесь полный день, — перебила Мэгги. — Я уже говорила. Иногда мне понадобится помощь, и если у тебя будет время, я буду благодарна. Но твоя основная работа — маркетинг и проекты, которые мы согласуем.
— А проживание и питание…
— На время твоего пребывания — за мой счёт. Это наша договорённость. Если захочешь остаться дольше, обсудим заранее. Я не люблю неприятные сюрпризы, особенно когда они приходят в виде счетов.
Я улыбнулась.
— Я тоже.
— Тогда хорошо. Завтра покажу тебе ферму, познакомлю с остальными животными и посмотрим, что можно улучшить на сайте. А сегодня отдыхай после дороги.
— Я могу начать уже сегодня.
Мэгги посмотрела на меня поверх чашки.
— Эмили, ты приехала несколько часов назад. Не нужно доказывать мне, что ты полезная.
Я слегка смутилась.
— Просто хочется быстрее включиться.
— Включишься. Здесь работы хватает. Но сначала поешь, распакуй вещи и выспись. Это тоже часть плана.
Я кивнула.
Мне было непривычно, что кто-то не требовал от меня немедленно демонстрировать продуктивность.
В офисе я бы уже получила три письма с пометкой «срочно» и приглашение на совещание, которое могло бы спокойно обойтись без моего участия.
Здесь мне предлагали чай и печенье.
Возможно, это и была та самая перемена, которой мне не хватало.
После чая Мэгги предложила показать мне ближайшую часть фермы.
Я переобулась в старые кроссовки, которые специально взяла для поездки, и надела куртку.
— Начнём с кур, — объявила Мэгги. — Они хотя бы не пытаются спорить.
Мы вышли через заднюю дверь.
Возле небольшого загона копошились куры. Несколько из них сразу подбежали к ограждению, словно ожидали от меня каких-то подарков.
— Их кормят утром и вечером, — объяснила Мэгги. — Яйца собираем каждый день. Иногда они прячут их в самых нелепых местах.
— Например?
— В прошлом месяце одна курица устроила себе гнездо в старом резиновом сапоге. Мы обнаружили это только через неделю.
— И что вы сделали?
— Купили сапог побольше.
Я рассмеялась.
Дальше мы прошли мимо сарая, где хранились инструменты, корм и различные вещи, назначение которых мне пока было совершенно непонятно.
Мэгги объясняла, где что лежит, а я старалась запоминать.
Потом мы подошли к загону с овцами.
Несколько животных подняли головы и посмотрели на нас.
— Это наши овечки, — сказала Мэгги. — Не подходи слишком близко к той, что с чёрной мордой. Она немного нервная.
— А остальные?
— Остальные просто любопытные.
Одна из овец подошла к ограждению и уставилась на меня.
Я улыбнулась.
— Привет.
Овца медленно пожевала траву.
— Видишь? — сказала Мэгги. — Уже нашли общий язык.
Мы обошли ещё несколько построек и вышли на широкую площадку за домом.
Именно там я услышала странный звук.
Сначала он напоминал короткий хриплый крик, затем последовал второй, более настойчивый.
— Что это? — спросила я.
Мэгги остановилась.
На её лице появилось выражение человека, который только что вспомнил о существовании неприятной, но неизбежной проблемы.
— Ах да. Совсем забыла.
— Что?
— Козы.
Она направилась к ограждению.
Я последовала за ней.
За деревянным забором находились три козы. Одна белая, другая коричневая, третья — с пятнистой мордой и таким уверенным выражением лица, словно именно она владела всей фермой.
Пятнистая подняла голову и посмотрела на меня.
— Это Белла, — сказала Мэгги, указывая на белую козу. — Это Арчи. А это…
Она сделала паузу.
— Это Дейзи.
Дейзи подошла к ограждению и сунула морду между досками.
— Она самая сообразительная, — продолжила Мэгги. — И самая хитрая.
— Похоже, она очень милая.
Мэгги повернулась ко мне.
— Не говори ей этого. Она и без того слишком высокого мнения о себе.
Я наклонилась, чтобы рассмотреть Дейзи поближе.
Коза вытянула шею, обнюхала мой рукав, а затем совершенно неожиданно попыталась ухватить зубами край моей куртки.
— Эй!
Я отдёрнула руку.
Мэгги рассмеялась.
— Вот видишь? Уже знакомитесь.
— Она всегда такая?
— Только когда ей что-то нужно.
— И чего она хочет?
— Того, что у тебя в кармане.
Я машинально проверила карманы.
Там лежал небольшой пакетик печенья, который я прихватила с кухни.
Мэгги покачала головой.
— Никогда не корми коз без разрешения. У них строгий рацион.
— Поняла.
Дейзи тем временем продолжала смотреть на меня с таким выражением, будто считала меня крайне невоспитанной.
— Не переживай, — сказала Мэгги. — Она быстро привыкнет.
— А если нет?
— Тогда ты привыкнешь к ней.
Мы вернулись к дому, когда небо начало затягиваться облаками.
Я уже собиралась подняться в комнату, чтобы разобрать вещи, но Мэгги остановила меня у двери.
— Кстати, завтра утром я покажу тебе, где находится всё необходимое. А потом займёмся сайтом.
— Хорошо.
— И ещё. Если ночью услышишь шум возле окна, не выходи сразу на улицу.
Я нахмурилась.
— Почему?
— Иногда лиса приходит к курятнику. А иногда Бадди решает, что он тоже лиса, и начинает за ней гоняться.
— Понятно.
— И если кто-нибудь будет громко кричать…
— Лиса?
— Нет, скорее всего, Арчи. Он любит подавать голос, когда ему скучно.
Я посмотрела на неё.
— У вас тут довольно шумно.
— Это ферма, дорогая. Не библиотека.
Мэгги улыбнулась и отправилась на кухню.
Я поднялась в комнату, закрыла дверь и наконец распаковала вещи.
Половина одежды оказалась совершенно ненужной. Я аккуратно развесила платья и блузки, убрала ноутбук на письменный стол, поставила косметичку в ванной и положила блокнот рядом с кроватью.
Потом открыла окно.
В комнату ворвался свежий воздух, пахнущий травой и влажной землёй.
Я села на подоконник и посмотрела на холмы.
Где-то внизу лаяла собака. Вдалеке слышался негромкий шум трактора. Ветер шевелил ветви деревьев, а над полями медленно двигались облака.
Я достала телефон.
Сообщение Софи уже ждало меня.
Ну что? Ты жива?
Я сфотографировала вид из окна и отправила ей.
Жива. Дом прекрасный. Мэгги замечательная. Собаки дружелюбные. Козы подозрительные.
Софи ответила:
Главное, не доверяй козам.
Я улыбнулась.
Потом открыла почту, проверила письмо от клиентки из студии йоги и записала несколько идей для сайта фермы. Мне хотелось начать работу, но я решила не торопиться. Завтра будет достаточно времени.
Внизу что-то громко упало.
Затем послышался голос Мэгги:
— ДЕЙЗИ! НЕТ!
Я замерла.
Через секунду раздался стук копыт, лай Бадди и ещё один возмущённый возглас хозяйки.
Я медленно закрыла ноутбук.
Кажется, моя новая жизнь начиналась гораздо активнее, чем я рассчитывала.
Ужин мы ели на кухне.
Мэгги приготовила запечённую картошку, овощи и пирог с сыром. Я была настолько голодна после дороги и прогулки, что почти не разговаривала первые десять минут.
— Ну как? — спросила она, заметив, что я потянулась за вторым куском пирога.
— Очень вкусно.
— Хорошо. А то я уже решила, что ты питаешься исключительно салатами и кофе.
— Раньше бывало и такое.
Мэгги покачала головой.
— В таком случае нам предстоит серьёзная работа.
После ужина она показала мне несколько старых фотографий фермы. На одной из них стояла молодая Мэгги рядом с мужчиной в широкополой шляпе. На другой был изображён дом, который выглядел почти так же, как сейчас, только крыша была новее.
— Это ваша семья? — спросила я.
— Да. Ферма принадлежала моим родителям. Я выросла здесь, потом уезжала ненадолго, но вернулась. Видимо, некоторые места не отпускают.
Я посмотрела на фотографию.
— Вы никогда не хотели уехать снова?
Мэгги задумалась.
— Конечно, хотела. Иногда очень сильно. Но желание уехать и желание жить другой жизнью — не всегда одно и то же.
Я подняла глаза.
— Что вы имеете в виду?
— Иногда нам кажется, что нужно сменить место, работу, людей вокруг. А иногда нужно просто понять, чего мы хотим от собственной жизни. Это не всегда одно и то же.
Я медленно кивнула.
— Я пока не уверена, что именно ищу.
— И не обязана знать сразу.
Мэгги убрала фотографии в ящик.
— Давай договоримся. Не нужно пытаться превратить каждое утро в доказательство того, что ты приняла правильное решение. Просто живи. Работай. Смотри по сторонам. А там разберёшься.
Я почувствовала, что эти слова почему-то тронули меня сильнее, чем я ожидала.
— Спасибо, Мэгги.
— Не за что. А теперь иди спать. Завтра в семь тридцать завтрак.
Я посмотрела на неё.
— В семь тридцать?
— Ты ведь не думала, что козы будут ждать до обеда?
Я вздохнула.
— Конечно нет.
— Вот и славно.
Ночью я проснулась от незнакомого звука.
Сначала мне показалось, что кто-то ходит по коридору. Потом послышалось тихое царапанье, а затем короткий глухой удар.
Я села на кровати и прислушалась.
В Лондоне ночные звуки были привычными: машины, голоса прохожих, сирены где-то вдали. Здесь же тишина казалась почти абсолютной, поэтому каждый шорох звучал в несколько раз громче.
Я включила настольную лампу.
За окном колыхались ветви деревьев.
Снова раздалось царапанье.
Я осторожно подошла к двери, но вспомнила слова Мэгги и решила сначала выглянуть в окно.
Внизу, возле стены дома, стоял Бадди.
Он смотрел на меня с таким видом, будто мы оба оказались в неловкой ситуации и теперь должны были сделать вид, что ничего не произошло.
— Бадди? — прошептала я.
Пёс поднял голову и тихо гавкнул.
Потом из-за угла появилась Дейзи.
Я моргнула.
Коза стояла возле крыльца и жевала что-то, что подозрительно напоминало листья из горшка у входной двери.
— Нет, — прошептала я. — Только не говори мне, что ты сбежала.
Дейзи посмотрела на меня.
И продолжила жевать.
В этот момент из дома вышла Мэгги в халате и с фонариком.
— ДЕЙЗИ!
Коза мгновенно развернулась и бросилась в сторону сарая.
Бадди помчался следом.
Мэгги направила фонарь им вслед и громко вздохнула.
— Я же говорила, что она хитрая!
Я стояла у окна, не зная, смеяться мне или бежать помогать.
Мэгги подняла голову и заметила меня.
— Эмили! Не выходи! Я сама!
— Вам помочь?
— Нет! Просто ложись спать!
Я закрыла окно, но ещё несколько минут слышала, как Мэгги разговаривает с козой где-то за домом.
Наконец всё стихло.
Я вернулась в кровать и укрылась одеялом.
На телефоне было 00:43.
Я открыла заметки и написала:
День первый в Девоне.
Дом прекрасный. Мэгги замечательная. Козы — преступная организация.
Потом выключила свет.
Я приехала сюда, чтобы начать новую жизнь.
И, кажется, первой задачей этой жизни было научиться спать под звуки фермерского беспорядка.
Что ж.
Добро пожаловать в грязь, Эмили Картер.
Глава 8. Мужчина с испорченным заборомУтро на ферме началось в семь тридцать.
Точнее, оно началось в шесть сорок пять, когда за окном кто-то издал звук, подозрительно напоминающий сирену старого автомобиля, а затем несколько раз громко заблеял.
Я открыла один глаз.
Потом второй.
На секунду мне показалось, что я всё ещё в Лондоне и что вчерашний переезд, козы и старый фермерский дом были странным сном. Но стоило повернуть голову и увидеть деревянный потолок, как реальность вернулась.
Девон.
Ферма.
Козы.
Особенно козы.
Я натянула одеяло на голову.
— Ещё пять минут, — пробормотала я.
За дверью раздался стук.
— Эмили! Ты проснулась?
Голос Мэгги звучал так бодро, словно она спала не меньше двенадцати часов и начинала день с пробежки по холмам.
Pulsuz fraqment bitdi.