Kitabı oxu: «Битва за любовь»
Глава 1.
Прогуливаясь по вечернему городу я глубоко вдыхаю воздух и наблюдаю за суетящимися людьми, за машинами, спешащими куда-то вдаль… Так давно я не гуляла, так давно не оставалась наедине с этим сказочным городом. Моим любимым городом. Петербург. Даже в его названии было что-то величественное, отличающее его от других. Чудесный город. Помню, как впервые приехала сюда. Восторгу не было предела! Широкие проспекты и узенькие, почти неприметные улочки, новостройки и обветшалые, потрепанные временем здания, мутные каналы, разбросанные по всему городу – я влюбилась в каждый уголок этого города. С первого взгляда. Уезжая, я дала себе обещание вернуться сюда. Навсегда. И вот, уже четыре года, как я здесь.
Постепенно на город опустилась ночь. Теплая, нежная. Она словно укутала город и его обитателей в мягкое бархатное покрывало.
Стоя возле одного из разводных мостов, я задумчиво гляжу на другой берег, который светится миллионами огней. За эти недолгие четыре года все здесь стало мне таким близким, родным, что я не представляю жизни в каком-нибудь другом месте. Даже смешные, надоедливые туристы были уже частью этого города. И сейчас, когда время приближалось к разведению мостов, все больше и больше экскурсионных групп вываливались из своих автобусов и спешили к маленькому памятнику Чижика-Пыжика, чтобы бросить монетку и загадать желание.
Еще немного постояв, я легонько хлопаю ладошкой по металлическому ограждению, отделявшему меня от красавицы Невы, и иду в противоположную туристам сторону. Несмотря на то, что уже поздно, ехать на такси совсем не хочется, и я решаю пойти домой пешком.
Проходя мимо одной из станций метро, я замечаю трех парней, которые стоят возле давно закрытых ворот метрополитена. Внутри возникает легкое ощущение страха. И не зря. Пройдя вперед пару метров, я слышу, как один из них окликает меня. Проигнорировав его крик, я лишь ускоряю шаг. Через несколько секунд уже десятки слов летят мне в след, а затем я слышу их шаги.
Боже, они идут за мной. До дома остается пара кварталов, но добежать я так и не успеваю. Один из них хватает меня за руку и резко дергает, от чего меня разворачивает лицом к ним. Через мгновение двое других оказываются рядом. Пытаясь вырваться, я бью одного из них локтем куда-то в область предплечья, за что получаю увесистую пощечину. Искры сыпятся из глаз от этого удара. Как сквозь толщу воды я слышу их грубый, пьяный смех.
– Отпустите, – шепотом выдавливаю я из себя.– Пожалуйста! У меня ничего нет!
– Как ничего? А это? – говорит один из них и, под дикий хохот остальных, свободной рукой хватает меня за грудь.
За попытку закричать я получаю еще один удар по лицу. Мутным взглядом, почти теряя сознание, где-то вдалеке я вижу бегущего к нам человека. «Только не это… Еще один…» – думаю я.
Бегущий парень что-то кричит, но сквозь полуобморочное состояние, я не могу разобрать его слов. Но, после того как он с разбегу бьет пьянчугу, который держит меня, сознание тут же проясняется.
Глава 2.
Кажется, секунд за пять парень раскидал их в разные стороны. Я стою в оцепенении и не могу пошевелиться.
– Ты в порядке? – спрашивает он и легонько дотрагивается до моего плеча. От его касания я нервно дергаюсь и начинаю пятиться назад.
– Все хорошо. Больше не нужно бояться, – говорит он тихим и спокойным голосом. – Пойдем, я провожу тебя. Твой дом далеко?
– Н-нет, – заикаясь, отвечаю я и на автомате иду в сторону дома. Спиной я чувствую, что он идет за мной, тихо, осторожно, стараясь не напугать.
– Ты можешь идти рядом, – говорю я, повернувшись.
Он еле заметно улыбается и в два шага равняется со мной. В ответ на моем лице появляется легкое подобие улыбки – все, что я могу выдавить из себя в этот момент.
Через четверть часа мы останавливаемся у моего дома.
– Может проводить тебя до квартиры?
– Да нет, все нормально, я дойду, – отвечаю я, улыбаясь уже чуть смелее. Он лишь кивает в ответ, и поворачивает обратно.
– Постой! – останавливаю я его. – Спасибо.
– За что? – спрашивает он с таким лицом, как будто и правда не понимает за что.
– Ты знаешь, – тихо отвечаю я. – Еще раз спасибо.
Поблагодарив его, я захожу в парадную и через минуту уже стою у себя в квартире.
Шок постепенно спадает, от чего понимание всего произошедшего сваливается на меня целиком, со всей своей серьезностью.
***
Проснувшись утром, я обнаруживаю на прикроватной тумбочке недопитую бутылку виски. Смутно вспоминая, что происходило вчера после того, как я закрыла за собой дверь, я хожу по квартире и собираю разбросанные вещи. На всю квартиру раздается пронзительный звонок домашнего телефона.
– Алло, – отвечаю я.
– Полина? Где тебя черти носят?
– Ээ… А в чем дело? У меня разве не выходной? – удивленно спрашиваю я.
– Какой выходной?! Ты хоть знаешь вообще, что у нас тут в редакции творится? И почему твой сотовый отключен? Я со вчерашнего вечера не могу дозвониться до тебя!
– Разрядился телефон. А что такое на работе?
– Приезжай, увидишь, – коротко говорит моя подруга и по совместительству коллега Лида, и в трубке звучат короткие гудки.
Через тридцать минут, спешно собравшись, я вылетаю на улицу и буквально мчусь к метро. Доехав до работы, я начинаю чувствовать, как выпитый вчера алкоголь дает о себе знать. Весь мой организм сопротивляется движениями и жаждет, кажется, одного – спать! Но спать нельзя!
– Полина, слава Богу! – встречает меня Лида – Иди скорее к шефу. Он тебя уже ждет.
По-прежнему ничего не понимая, я раздраженно направляюсь в кабинет своего начальника. Мой шеф довольно строгий и требовательный мужчина, средних лет. Он руководит редакцией уже двадцатый год.
– Алексей Романович, вызыв… – я обрываюсь на полуслове, потому что в кабинете он не один – за столом сидят главный редактор и наш оператор.
– Полина, здравствуй. Заходи, милая, заходи скорее. Значит так, Поля, слушай внимательно: наши прямые конкуренты только что объявили о своем банкротстве. Точнее не то, чтобы о банкротстве, они решили закрыть свой канал. Ты должна поехать туда и выяснить все подробности. Немедленно!
– Но…я… не совсем понимаю… – нерешительно бормочу я.
– Чего здесь непонятного? Вот ты, вот оператор, камера, микрофон. Вперед! Без информации не возвращайтесь! Стоящей информации, Полина!
Едем в микроавтобусе, я пытаюсь включиться во все происходящее. Чуть ли не лучший канал нашей страны вдруг закрывают? Но, почему?… Видимо это мне и предстоит сейчас выяснить. Только я не готова. Совсем не готова. Боже, как тошнит…
– Приехали, пошли скорее! – торопит меня Сергей, наш оператор. – А-то потом будет не протолкнуться.
Но не протолкнуться там было уже до нас. Куча журналистов, фотографов, просто каких-то зевак заполонили всю парадную площадь перед зданием офиса. Я совершенно не представляю, как пробраться внутрь. Со всех сторон толкают, кричат. Спустя пять минут толпа поглотила меня со всех сторон, и я уже не вижу своего оператора.
– Я журналист! Пропустите меня! Я журналист! Дайте пройти! – кричу я, но никакого толку от этого нет. И лишь через двадцать минут этого дикого толкания, пихания и кричания мне удается пробиться ближе ко входу. Справа, недалеко от себя, я замечаю Сергея, тащащего свою камеру над толпой.
– Сергей! Сережа! – кричу я, что есть сил.
Он оборачивается и начинает двигаться в мою сторону. Добравшись, наконец, до парадного входа мы видим четырех охранников, которые загораживают дверь.
– Я журналист. Пропустите нас, – говорю я спокойным голосом, как можно наглее смотря ему в лицо.
– Ваш пропуск? – невозмутимо спрашивает один из охранников.
Черт! Пропуск. Где же он? Копошась в сумочке, я стараюсь не слушать недовольные выкрики людей, которых не пускают внутрь.
– Вот он. Вот мой пропуск!
– Проходите, – коротко отвечает тот же охранник, внимательно изучив мой пропускной билет.
Я так старалась попасть сюда, так рьяно пробиралась через толпу, но, оказавшись внутри, я совершенно не представляю, что делать дальше.
– Что стоим? Пошли в кабинет директора, – дергает Серж меня за руку.
– Да подожди. Дай подумать.
– Что думать-то? Ты же всегда любила такие спонтанные репортажи! Ты так, кстати, и на работу-то попала. Забыла что ли?
– Ничего я не забыла. И да, я люблю спонтанность, но не такую масштабную. Ну ладно, черт с ним, пошли. Что-нибудь придумаем.
И мы придумали. Не знаю, как и что я там вообще спрашивала, откуда брались вопросы в моей не соображающей голове, но репортаж мы сделали замечательный. Канал и правда закрывают. Но это не банкротство, как предположил наш Алексей Романович, а перепродажа канала западным представителям. Зачем, непонятно, но это уже не моя забота. Свою работу я выполнила, получила похвалу от начальника и спокойно могла возвращаться домой. Усталость снова вернулась. Не выдержав, я усаживаюсь на ступеньки эскалатора, кладу голову на руки и закрываю глаза. Сумасшедший день… Скорее бы домой. Выспаться. О… Из-за бешенного ритма сегодняшнего дня, я почти забыла о том, что произошло вчера. Я, вдруг, снова ощущаю страх и резко встаю, отчего в глазах темнеет. Оперевшись одной рукой на поручень я начинаю оглядываться по сторонам. Все люди как люди. Едут. Кто-то читает. Ничего необычного не происходит. Сидя уже в вагоне метро я немного успокаиваюсь.
Во дворе моего дома тихо. Медленно идя к своему подъезду, я думаю, что бы сейчас перекусить. Есть хочется ужасно! И как я не замечала этого весь день?
– Привет, – раздается голос откуда-то сбоку.
Нервно повернувшись, я немного отпрыгиваю в сторону.
Глава 3.
– Что? Ой, привет, – отвечаю я более спокойным голосом, понимая, что на скамейке сидит парень, который вчера спас меня. – А ты что здесь делаешь?
– А я вот… Не знаю. Пришел сюда пару часов назад. Подумал, вдруг тебя встречу.
Мы стоим, смотрим друг на друга, я при этом смущенно улыбаюсь, как будто мне пятнадцать лет.
– Ну, вот, встретил, – говорю я, после недолгого молчания.
– Может прогуляемся? – спрашивает он, разглядывая при этом свои руки.
– О. Я бы с удовольствием, правда. Но сил нет. День сегодня выдался не легкий, сумасшедший просто, устала, да и после вчерашнего, как-то не очень хочется по вечерам бродить, – сказав это, мне сразу захотелось забрать свои слова обратно.
– Понятно, – кивает он.
– Давай может завтра? У меня завтра выходной, – говорю я и улыбаюсь, как бы извиняясь.
– Да, отлично. Я буду ждать тебя завтра. Здесь.
– Что, весь день? – смеюсь я.
– Весь день, – серьезно отвечает он и уходит. За доли секунды его силуэт растворяется в ночной темноте, но я продолжаю стоять и смотреть ему вслед. Какой странный парень. Всегда серьезный, угрюмый, молчаливый. И, не смотря на свою физическую силу, он кажется мне очень не смелым, робким. Не знаю, что такого есть в этом парне, но меня он пугает и притягивает одновременно. Точнее, не то чтобы пугает, скорее настораживает. И я даже не знаю его имени. Странно…
***
Проснувшись, я обнаруживаю, что уже полдень. Сладко потянувшись, я встаю с кровати, неспешно принимаю душ и готовлю себе завтрак. Выйдя на балкон за сигаретами, боковым зрением я замечаю человека, сидящего на подъездной скамье. Все тот же сгорбленный силуэт с накинутым капюшоном. Он смотрит куда-то в сторону и почти не шевелится. Боже, это он… Он пришел, как и говорил. А я-то дурочка смеялась. Ну, кто ж знал-то? Я не думала, что он правда придет, и будет ждать меня. Что же делать?
Неожиданно он поднимает голову и беглым взглядом осматривает балконы. Не заметив меня, он опускает голову и снова поворачивается в ту же сторону, что смотрел до этого. Я мигом влетаю в комнату и начинаю собираться. Осматривая себя в зеркале, я на секунду замираю – почему я вообще собираюсь как сумасшедшая? Для чего? Чтобы выйти к нему? Но ведь я его даже не знаю. И он меня не знает, но тем не менее сидит и ждет там. Судя по всему с самого утра. Поэтому нужно поторопиться. И, отогнав ненужные мысли, я выхожу на лестничную площадку.
– Привет! – говорю я, выйдя из парадной.
– Привет, – отвечает он, вставая.
– Не думала, что ты правда придешь…
– Почему? Я всегда сдерживаю свои обещания. Меня Кирилл зовут, кстати, – говорит он и протягивает руку.
– Полина, – отвечаю я рукопожатием. – И правда, так забавно, мы ведь даже не познакомились. Ну что, раз теперь мы знакомы, может, отметим это?
– Я не пью, – отвечает он.
Не сдержавшись, я смеюсь.
– Да я не об этом. Пойдем, мороженого поедим в парке.
– А, да, пойдем, – говорит он, немного смущаясь.
За весь путь, что мы идем до парка, Кирилл ограничивается лишь парой коротких фраз. Я стараюсь немного развеселить его, стараюсь говорить на легкие, ненавязчивые темы, но он отвечает все так же коротко.
– Почему ты такой молчаливый? – осмеливаюсь спросить я, уже сидя за столиком, в кафе.
– Не знаю. Просто… У меня не очень интересная жизнь. Расскажи лучше ты о себе, – отвечает он, и чуть заметная улыбка трогает уголки его губ.
Радуясь хоть какому-то результату и проявлению его эмоций, я начинаю болтать о своей жизни, своих увлечениях, работе. Он слушает, кивает, иногда даже смеется. Но чаще всего, на его лице я замечаю лишь слабую тень улыбки и холодный, мрачный взгляд зелено-голубых глаз. Мне очень хочется узнать причину такого отстраненного поведения, но спрашивать его немного неловко. Сам расскажет, когда захочет. Я поняла лишь то, что судьба у него далеко не простая.
– Мне нужно на тренировку, – говорит Кирилл, когда, нагулявшись в парке, мы идем в сторону моего дома.
– На тренировку? Что за тренировка? – тут же выпаливаю я, надеясь хоть чуть-чуть приоткрыть завесу его загадочной жизни.
– Бокс. Я занимаюсь боксом.
– О. Ну тогда это объясняет как ты… хдыщхдыщ тех пьянчуг на Невском.
– Как смешно ты машешь кулачками, – говорит он, смеясь над моими попытками показать озвученный удар. Смеется… Вот только взгляд его все равно остается холодным. Что же происходит с этим парнем? Ничем его не проймешь.
– Ну что, до завтра? – говорит он, когда мы подходим к моему дому.
– До завтра? О, у меня завтра рабочий день.
– Хорошо. Во сколько ты освободишься?
– Честно, я даже не знаю. В моей работе никогда нельзя быть уверенным в количестве рабочих часов, – отвечаю я, виновато улыбаясь.
– А. Ну ладно, – говорит он и немного опускает голову.
– Мы можем обменяться телефонами, – предлагаю я. – Так будет намного удобнее договариваться о встречи. И тебе не придется сидеть здесь целыми днями, – шутливо добавляю я и слегка толкаю его в бок.
– Оо, да ладно тебе! Мне это даже нравилось, – улыбается он.
– Но все же лучше позвони мне.
– Позвоню. Обязательно.
Шагнув вперед, привстав на цыпочки, я легонько чмокаю его в щеку и тихо говорю:
– До встречи.
– Буду ждать, – отвечает он.
Я захожу в квартиру, сажусь на тумбочку в прихожей и смотрю в зеркало. Мечтательно улыбаясь своему отражению, я думаю об этом странном парне. Такой серьезный… Хмурый и немного грубоват. Но, в то же время, скромный, очень тихий. Я всегда старалась избегать таких сложных, закрытых людей. Точнее, не то чтобы я их избегала, просто в моем окружении, как в профессиональном, так и в личном, такие люди не задерживались. А этот, кажется, собирается задержаться. Да я и не против, в общем-то. Есть в нем что-то такое… Не знаю, трагичное. А мне всегда хочется спасать таких людей! Я как чертова добродетель стараюсь помочь каждому обиженному жизнью человеку. А обижен ли он жизнью? Да, кажется обижен. От чего он такой замкнутый? Как же сильно хочется пробиться сквозь тонну этого безразличия и отстраненности, и увидеть его настоящего. А может он такой и есть? Правда, с чего это я решила, что он может и должен быть другим? Не знаю. Пожалуй, хватит об этом думать! Время покажет.
Глава 4.
«Доброе утро! Хорошего дня тебе!» – вот такое короткое сообщение будит меня утром, за две минуты до будильника. Еще до конца не проснувшись, я сонно улыбаюсь и, полежав еще пять минут, встаю с постели и направляюсь в ванную. «Такой немногословный, – ухмыляюсь я, стоя в душе, – и все же приятно».
Придя в офис, я сразу же принимаюсь разбирать отчеты, которые навалены на моем столе.
– Полинка! Пошли обедать! – заглядывает ко мне в кабинет Лида.
– Что? Обедать? Уже? – удивленно смотрю я на нее. Надо же, как быстро пролетела первая половина дня.
Во время обеда, сидя в нашем любимом кафе напротив офиса, я решаю рассказать Лиде о своем новом знакомом.
– Он какой-то скуууучный! – протягивает она, дослушав мой рассказ.
– Сама ты скучная! Просто он… Не знаю. Мне кажется, что он очень много чего натерпелся в жизни и поэтому такой закрытый и молчаливый. Это мы вечно болтаем всем обо всем, а он вот нет.
– Ну, не знаю, – поджав губы, говорит Лида, – общайся, конечно. Но не вздумай кидаться ему на шею!
– Я и не собиралась! – немного резко бросаю я. – И вообще, мне кажется, что это его даже напугает. Оттолкнет.
– Почему ты так думаешь?
– Мне кажется, он какой-то неопытный, что ли. Неумело ухаживает, в общем. Не смело так.
– Ну и вот! Надо оно тебе? Мало прошлого раза? Опять будешь на себе отношения тащить! – говорит Лида – Мужиком будешь! – саркастически добавляет она.
– Отстань! Не буду я мужиком! – немного обижено бормочу я. – И вообще, все не так! Он не такой, как мои прошлые…мужики.
– Ну-ну, – сомневающимся тоном произносит Лида.
Ничего не ответив, я расплачиваюсь, и мы выходим на улицу. Остаток рабочего дня проходит тихо, почти незаметно. Ничего примечательного не происходит и я, с кислой миной, медленно плетусь домой. Есть не хочется, и я просто заваливаюсь на кровать, включаю первый попавшийся музыкальный канал и засыпаю.
Открыв глаза, я не сразу понимаю, где я, что происходит и какой сейчас день. Или ночь? Почему так темно? По телевизору по-прежнему мелькают какие-то клипы. Я протягиваю руку, беру с прикроватной тумбочки телефон и невидящим взглядом смотрю на дисплей.
– О-о-о, – протягиваю я, – половина первого! Надо же было так уснуть! Теперь буду до утра по дому слоняться.
Еще раз смотрю на дисплей и вижу два пропущенных звонка, которые не заметила сразу. И, конечно же, эти пропущенные от Кирилла. Идиотка. Как я могла не услышать?! Несмотря на поздний час, мне жутко хочется перезвонить ему. И, немного поспорив с самой собой, я нажимаю на кнопку вызова.
– Алло, – отвечают в телефоне после трех гудков.
– Кирилл? Привет, это Полина. Прости, если разбудила, я просто… Я только увидела, что ты звонил.
– А, да ничего. Я не сплю еще, – коротко говорит он.
– Эм… – произношу я, ожидая, что он скажет еще что-нибудь – Так…эээ… Что ты делаешь?
Какой дурацкий вопрос. Но это единственное, что пришло мне в голову. Журналистка херова.
– Недавно пришел с пробежки, – также коротко отвечает Кирилл.
– А-а… А я вот только проснулась. Пришла с работы и уснула, представляешь? Даже не помню как отрубилась, – говорю я, улыбаясь в темноту, как будто он может видеть мою улыбку.
– Так ты поэтому не отвечала? Спала?
– Да. Поэтому.
– А, ну хорошо. А то я уже было подумал…не важно. Может, увидимся? – спрашивает он после недолгой паузы.
– Что, прямо сейчас?
– Да, почему бы и нет? Ты не хочешь?
– О, ну я не знаю. Завтра ведь на работу, – начинаю отказываться я. – Хотя, знаешь, что? Давай! Давай увидимся!
– Куда пойдем? – спрашивает Кирилл, немного удивленный моей резкой сменой решения.
От этого вопроса в голове, вдруг, возникает безумная идея.
– Никуда, – отвечаю я.
– То есть… как никуда? – растерянно говорит он.
– Ну, вот так, никуда. Как насчет домашнего вечера и интересного фильма? – предлагаю я и, не дожидаясь ответа, добавляю, – Давай, собирайся, и приезжай ко мне. Только по пути прикупи попкорна. Или чипсов. Ну, чтобы было чего пожевать за просмотром фильма.
– О’кей, – отвечает Кирилл, – уже еду.
– Все. Жду.
Сумасшедшая – первое, о чем я думаю, положив трубку. Хотя, почему это сумасшедшая?! Просто слегка ненормальная. Подскочив с кровати, быстренько собираю разбросанные вещи и подхожу к зеркалу. Я ахаю. Волосы спутались, примялись с одного бока, макияж размазался по всему лицу. Страх какой! Скорее надо что-то сделать! Наспех собрав свои кудрявые непослушные волосы в пучок, я умываю лицо и лишь слегка подвожу глаза карандашом. К чему яркий макияж? Это ведь домашний киносеанс. Прядь волос выбилась из пучка и падает на мое веснушчатое лицо. Хм, а так даже лучше. Теперь надо… Мою мысль прерывает звонок в домофон.
– Кто? – спрашиваю я.
– Это я, Кирилл.
Пока я думаю, открыть дверь сразу или подождать, когда он позвонит, Кирилл уже поднялся и коротко постучал в дверь.
– Привет, – говорит он, скромно стоя на пороге.
– Привет, – отвечаю я. – Заходи.
– Вот, – протягивает он мне пакет – попкорн, чипсы…
– Давай. Ты проходи в комнату, я сейчас все это разложу и приду.
Разбирая на кухне пакет, насыпая все по разным тарелкам, я не перестаю улыбаться. В руках и коленях чувствуется мелкая дрожь. Вот что значит, давно с парнями не общалась.
– Тебе помочь?
Я дергаюсь от его неожиданного появления.
– Нет, спасибо. Уже все готово, – протягиваю я ему одну из тарелок, по-прежнему улыбаясь.
– Ну, так, что будем смотреть? – спрашиваю я, усаживаюсь перед полкой с дисками.
– Не знаю. Давай что-нибудь веселое.
– Комедию?
– Да, давай комедию.
Поражаясь его нерешительности, какой-то детской скромности, я выбираю фильм.
Поставив диск в DVD-проигрыватель, я усаживаюсь на кресло и нажимаю на плей. Через полчаса маленький журнальный столик, который стоит между креслами, на которых мы сидим, уже усыпан кусочками попкорна, чипсов и сыра. Я хохочу, как ненормальная, а Кирилл лишь сдержанно улыбается. Но, все же, несколько раз, за весь фильм, он задорно смеется, от чего его лицо приобретает более живой оттенок.
– Почему ты так редко улыбаешься? – говорю я.
– Что? – немного растерявшись, спрашивает он.
– Я говорю улыбка у тебя клевая! Только вот улыбаешься ты не часто…
– Поводов для улыбок маловато, – горько усмехается он.
– Ну, теперь у тебя их будет больше! – с уверенностью говорю я и широко улыбаюсь ему.
Он улыбается в ответ и поворачивается к телевизору. На экране идут финальные титры.
– Уже половина четвертого, – говорит, вдруг, Кирилл. – Наверное, мне пора. Помочь тебе убрать?
– Нет-нет, я сама все уберу. Вызвать тебе такси?
– Нет, я на машине.
– А, ну хорошо.
У входной двери мы на минуту заминаемся.
– Спасибо, – благодарит он меня, – я очень хорошо провел время, правда. Давно так не смеялся.
– Не за что! Можем как-нибудь повторить! – улыбаясь, предлагаю я.
Он легонько дотрагивается до моего носа указательным пальцем и говорит:
– Обязательно повторим!
Он улыбается. И, кажется, что на этот раз улыбка касается и его глаз. Совсем немного, но все же касается.
– Пока, – говорит он, поцеловав меня в уголок губ, и выходит в парадную.
– Пока, – отвечаю я, закрывая дверь.
Немного поторчав в прихожей, кривляясь перед зеркалом и прыгая от радости словно подросток, я иду убирать со столика. Отряхивая кресла, я замечаю черный прямоугольный предмет, лежащий между подушкой кресла и подлокотником. Просунув руку, я нащупываю предмет и вытаскиваю его. Это телефон. Ну вот! Он забыл свой телефон.
– И как же мы теперь созвонимся? – разочарованно протягиваю я, смотря на телефон. Но, через пару секунд, на смену этому вопросу приходит дикое желание покопаться в телефоне. Нет! Нельзя! Усилием воли я заставляю себя положить его на стол и иду на кухню. Вернувшись, я вижу, что экран телефона мигает. Хм, ему кто-то звонит. Так поздно?! Подойдя, я смотрю на экран – номер не определен. Что же делать? Взять трубку? Нет, это же не мой телефон. А с другой стороны, вдруг это Кирилл? Помедлив еще секунду я беру телефон и нажимаю «Ответить».
– Алло, – тихо говорю я.
– Это Кирилл Смирнов? – раздается в трубке.
– Нет. Дело в том, что он…
– Значит так, – перебивают меня. – Слушай сюда и передай своему Кириллу: если он будет участвовать в турнире, то не доживет и до его середины. Мы об этом позаботимся. Ты все поняла?
– Поняла… – перепуганным голосом отвечаю я, и на том конце провода звучат короткие гудки.
Глава 5.
Я бегу по коридору, спешно открывая каждую дверь, пытаясь найти выход. Черт! Ну где же эта чертова лестница?! Я слышу приближающийся топот позади меня, от чего бегу еще быстрее. Добежав, наконец, до последней двери, я с облегчением вижу перед собой лестничную площадку. Бросившись со всех ног, я неосторожно оступаюсь и лечу вниз.
– А-а-а!!!
Открыв глаза, я не сразу понимаю, что происходит. Проснулась я от собственного крика, сидя в кресле с телефоном Кирилла в руке.
– Всего лишь сон. Это всего лишь сон, – повторяю я себе, стараясь успокоиться.
Глянув на часы, я понимаю, что уже утро, и пора собираться на работу. Испуг после вчерашнего звонка до сих пор сковывает все внутри. И еще этот сон…
– Так, ладно, – говорю я себе, – нужно собраться и пойти в офис. А вечером придет Кирилл, и я все ему расскажу. Успокоив себя этими словами, я потихоньку начинаю собираться.
***
– Полина, ты меня вообще слушаешь? – доносится до меня голос Лиды, откуда-то издалека.
– А? – спрашиваю я, очнувшись.
– Я говорю, тебя шеф вызывает! – повторяет Лида. – Что с тобой? Ты какая-то измученная.
– Да…так. Не спала просто всю ночь.
– О-о-о! – восторженным голосом протягивает Лида – Ну, и как он?
– Кто он? – не поняв спрашиваю я.
– Ну, как кто? Боксер твой! Это же он, видимо, не давал тебе спать всю ночь, а? – хитро улыбаясь, она толкает меня в плечо.
– Нет, не совсем. Короче, потом все расскажу, – коротко бросаю я и иду в кабинет Алексея Романовича.
Получив очередную наводку на скучный сюжет, мы едем по городу к месту событий. Кое – как мы делаем репортаж и я, пугаясь каждого шума и шороха, спешу домой.
Поднявшись в квартиру, первым делом я проверяю все ли на месте. Внутри странное чувство, ощущение, как будто здесь кто-то побывал до меня. Паранойя? Да, наверное…
Я хожу по квартире, в ожидании Кирилла. Он придет! Обязательно придет! И все объяснит! Он просто не может не прийти! В конце концов, ему же нужно забрать свой телефон.
Ближе к вечеру раздается долгожданный звонок в дверь. С нарастающим в душе волнением, я бросаюсь к двери.
– Кирилл! – облегченно выдыхаю я и обнимаю его. – Слава Богу!
– Привет, – спокойно и немного удивленно говорит он.
– Ты… Ты забыл свой телефон вчера, и…
– Да, он, видимо, случайно выпал из кармана, – неловко улыбается он – Надеюсь, никто не разбудил тебя звонками?
– Не то чтобы разбудили, в общем, вчера был один странный звонок.
Дослушав мой рассказ, Кирилл медленно поднимается и направляется к выходу.
– Подожди! Кирилл, стой! Объясни мне, в чем дело? – требую я, нагнав его в прихожей.
– Прости, – тихо говорит он. – Я не хотел тебя в это впутывать.
– Впутывать во что?
Но он лишь молча поворачивается к двери.
– Ты никуда не пойдешь! – говорю я, вставая между ним и дверью.
– Мне нужно идти, – так же тихо говорит Кирилл.
– Нет, не нужно! – чувствую, как закипает злость внутри меня, я прищурено смотрю на него. – Скажи мне, что происходит?
– Дай мне выйти.
– Нет!
– Полина! Дай мне пройти!
– Нет! – упорно повторяю я.
– Ты хочешь послушать? – вдруг резко говорит он, и его лицо меняется: жесткий холодный взгляд, челюсти сжаты. – Ну, что ж, хорошо. Хорошо! – бросает он мне в лицо. – Я расскажу тебе! Несколько лет назад я, как обычно, тренировался в спортзале. Неожиданно, мой тренер предложил мне поучаствовать в каком-то поединке, за который обещали немалые деньги. Я, естественно, согласился. На самом деле, победить мне труда не составило. Тогда я не понимал в чем дело, но позже во всем разобрался – этот поединок был подстроен. Фикция! Для того чтобы посмотреть на меня в деле. Какие-то серьезные люди, вдруг, заинтересовались мной и предложили выступать в боях от их имени. Согласившись, я не знал, во что ввязываюсь. Сначала все шло хорошо, каждый бой приносил им победу, а мне хорошие деньги и громкое имя. И, не скрою, мне нравилось это. Меня просто ослепил такой бум! Но, сказка ведь не могла длиться вечно, верно?
Он усмехается и, немного помолчав, продолжает свой рассказ.
– Когда я вышел на более высокий уровень и стали проводиться бои помасштабнее, за границей, тогда… Вот тогда-то я все и понял. Это был нечистый бизнес. Что-то вроде подпольных боев. Среди этих людей, среди спонсоров, тоже есть своя эдакая лестница влияния. Иерархия. И кто-то кому-то беспрекословно подчиняется. Начались бои по договоренностям. То есть каждый боксер знал когда, в каком раунде и даже на какой минуте он должен сдаться. И не важно: сильнее ты или твой соперник. Мы уже ничего не решали. Проведя несколько таких боев, я сам себе опротивел. Я не мог так, понимаешь? Не мог! Это был не я. Но, отказаться оказалось не так-то легко.
Они стали угрожать. Говорили, что я не увижу свою семью, если перестану драться. В тот же вечер я все рассказал отцу. Он наотрез отказался уезжать. Сказал, что убегают только трусы. Мой отец – военный. Наверное, всем военным свойственно обостренное чувство смелости. Но я не мог рисковать семьей. Поэтому, через два дня после этого разговора я, моя мать и младшая сестра улетели в Лондон к нашим друзьям. А отец остался. Кто бы с ним не разговаривал, он не поддавался никаким уговорам. И, более того, сказал, что откажется от нас, если мы уедем. И он отказался. Он бросил нас в самый трудный момент, когда был так нужен нам. Мне был нужен…
Я смотрю на него широко открытыми глазами и не знаю, что говорить. Да и нужно ли что-то говорить?.. Несколько раз я бесцельно открываю рот, но закрываю его, так ничего и не сказав. От моей злости не осталось и следа. С его лица тоже исчезло то странное угрожающее выражение. Взгляд его опустел. Он смотрит куда-то сквозь пространство, как будто снова наблюдает за теми страшными событиями прошлых лет.
– Но… Ты вернулся. Почему? – наконец спрашиваю я.
– Пару лет назад мама умерла. И я больше не мог там оставаться. Потешив себя надеждой помириться с отцом, я приехал сюда. Но так и не помирился.
– А сестра?
– Сестра осталась в Лондоне. У нее муж и двое прелестных близнецов-сынишек. Почему ты плачешь? – спустя несколько минут молчания спрашивает он.
– Потому что теперь я понимаю, почему у тебя так мало поводов улыбаться, – отвечаю я, вытирая слезы, медленно катившиеся по щекам.
– Сколько тебе лет? – спрашиваю я.
– Двадцать восемь.
– А сколько тебе было, когда все это…
– Это было восемь лет назад. И, как видно, им этого времени оказалось мало, чтобы забыть о моем существовании. Они закрыли мне все пути к боксу. Я не дрался все эти восемь лет. Но сейчас я не намерен прятаться! – говорит он, и в нем снова появляется эта холодность, четкий жестокий взгляд пронзает меня насквозь.
– Что ты собираешься делать?
– Я пройду отборочные туры и буду участвовать в мировом турнире. Я снова буду драться! И на этот раз не убегу!
После этих слов он медленно встает и уходит. А я так и остаюсь сидеть на полу, смотря куда-то в пустоту.
Глава 6.
Прошло уже два месяца с того сентябрьского вечера, когда Кирилл рассказывал мне о прошлом. С того вечера, в который я видела его последний раз… Каждый день я думала о нем. Пыталась найти хоть какую-то информацию о его местонахождении, но все без толку. Телефон отключен. Адреса его съемной квартиры я не знала и мне оставалось лишь мучиться догадками о том, что с ним, где он сейчас, и жив ли вообще? Единственное, что мне удалось найти, так это промо-видео к турниру, о котором говорил Кирилл. Это было сделать не трудно, учитывая, что в интернете, на каждом шагу шло бурное обсуждение предстоящих боев. Перед Новым годом должен был состояться первый бой в Петербурге, в котором будут биться представители почти со всей России. Пройдя отборочные туры в своих городах, они приехали сюда. И наш канал, конечно же, был просто обязан транслировать это побоище. На подготовку оставалось меньше месяца, и все силы уходили только на это. Каждый день в интернете появлялись все новые ролики, интервью спонсоров, интервью самих боксеров. Каждый пытался показать, что он лучше остальных! Они выкладывали видео с тренировок, где жестоко молотили своих соперников. Каждый хотел, чтобы его заметили. И, казалось, только один боксер не желал, чтобы о нем говорили… Я просмотрела по несколько раз чуть ли не каждый ролик, в надежде, что где-то, хоть на секунду мелькнет знакомое и дорогое мне лицо.
***
– Полина, зайди ко мне, – коротко говорит Алексей Романович, отвлекая меня от своих мыслей.
До боя остается всего два дня, и на работе творится сущий кошмар! Все бегают туда-сюда, принтеры, клавиатура, факсы – все шумит и работает с невероятной скоростью.
– Поля, ты прекрасно знаешь, что завтра состоится пресс-конференция. Все спонсоры и боксеры будут там, – неспешно начинает Алексей, и при этом, кажется, немного нервничает. – И, я думаю, ты знаешь, что на конференцию от нашего канала должен был ехать Данил, но, к сожалению он не может.
– Почему? – просто спрашиваю я, догадываясь, к чему приведет этот разговор.
– Ну, у него семейные проблемы. И я вынужден просить тебя завтра туда поехать.
– Но ведь я веду репортаж послезавтра, в день боя. Это прямая трансляция, мне нужно хорошо подготовиться. Я же не могу делать всю работу. И даже если…
– Я знаю, знаю. Я все понимаю, милая, но мне больше некого туда отправить! Все либо заняты, либо не подходят. Я уверен, ты справишься. Иначе я бы тебя не попросил, – говорит Алексей Романович, тихонько потрепав меня за плечо.
– Попросил? – удивленно переспрашиваю я.
– Да. Я именно прошу тебя поехать туда. И за это тебя ждет небольшая премия в следующем месяце, – добродушно улыбаясь, он снова усаживается за свой стол.
– О, ну хорошо, хорошо. Я все сделаю, – сдаюсь я. – Только не забудьте о премии, – хитро улыбаясь, добавляю я и выхожу из кабинета.
Но как только я закрыла дверь улыбаться мне расхотелось… Внутри возникает непонятное волнительное чувство. А вдруг завтра я увижу его? А что если мне придется брать у него интервью? Что я буду делать? Я задаю себе эти вопросы весь день и вечер накануне завтрашней пресс-конференции и не нахожу ответов. Я совершенно не представляю, как буду вести себя, когда встречусь с ним. В который раз я стараюсь отогнать от себя эти мысли, неприятное чувство тревоги и как следует изучить вопросы, которые завтра мне предстоит задавать. Задавать ему… Я трясу головой и снова смотрю на перечень вопросов и текстов. Через полчаса я понимаю, что читать не имеет смысла. Каждую секунду я думаю о нем, и совершенно не понимаю, что читаю. Отшвырнув папку в сторону, я выключаю свет и ложусь на кровать, укутавшись мягким пледом. Завтра, все завтра.
На следующий день, хорошенько выспавшись, я перечитываю все по два раза и не спеша начинаю приводить себя в порядок. Целый час я ворошу свой шкаф, пытаясь найти что-нибудь подходящее. Не знаю зачем, но выглядеть мне хочется просто идеально! Выбрав, наконец, свой новенький костюм изумрудного цвета, я укладываю свои рыжие волосы, крашусь и выхожу на улицу. Бусик нашего канала уже ждет меня у подъезда.
– Как тебе это удается? – говорит Сергей.
– Что удается? – не поняв, спрашиваю я.
– Ну, обычно все прибегают к помощи визажистов, а ты всегда сама собираешься. Не понимаю, как Алексей Романович тебе это позволяет….
– Не о том думаешь! – строго говорю я. – Черт! Кто придумал такие узкие юбки?! – ни к кому особо не обращаясь, сетую я, пытаясь залезть в бус.
– Женщины, – веселым тоном отвечает Сергей и все, кто есть внутри, смеются.
– Очень смешно. Хаха! – одариваю я их саркастическим взглядом.
– Да ладно, Поль, расслабься. Ты чего такая злая?
– Не злая. Нормально все, – отвечаю я, стараясь выдавить из себя улыбку. – Так мы едем или что?
Мы трогаемся и через сорок минут уже подъезжаем на парковку здания, в котором проводится пресс-конференция.
– Сколько до начала? – спрашиваю я.
– Еще полчаса. Поля, успокойся! Не нервничай! – спокойно говорит Сергей.
Как я ни стараюсь, не могу унять эту непроизвольную дрожь во всем теле. Волнение и страх перед возможной встречей сковывает все внутри. Как яд он растекается по всему организму, от чего в голове все путается, а тело отказывается меня слушать.
Внутри уже толпится народ. Журналисты, официанты, спонсоры, боксеры…все вокруг пьют шампанское и болтают без умолку. Сотни голосов эхом отдаются от стен огромного помещения фойе, от чего стоит невообразимый гул. Разглядывая толпу, я непроизвольно ищу его. Лишь одного человека я боюсь здесь встретить и, в то же время, так страстно желаю этого.
– Ну что, скоро начинаем? – спрашивает Сергей, вернувшись из гардероба.
– Да. Берем интервью у всех.
– У всех?? – переспрашивает Серж.
– У кого успеем, – отвечаю я, по-прежнему шаря в толпе глазами.
Неожиданно, среди всех этих незнакомых и безразличных мне лиц я замечаю знакомое, родное лицо.
– О, Господи…, – выдыхаю я.
– Что? В чем дело? – встревоженно спрашивает Сережа, пытаясь понять, кого я там увидела.
– Что он…черт возьми?!
– Кто?
– Будь здесь, – коротко говорю я и начинаю пробираться сквозь толпу к человеку, стоящему чуть слева от меня.
– Ради Бога, скажи мне, что ты не дерешься!
Парень оборачивается, и на его лице играет радостная улыбка.
Глава 7.
– Полька! Ну, наконец-то! Полинка! Я так рад тебя видеть! Я и не знал, что ты будешь здесь! – повторяет он, обнимая меня.
– Денис, пожалуйста, скажи мне, что ты не будешь драться, – так же тихо, почти шепотом повторяю я.
– Нет, я буду драться! Я вообще не думал, что пройду, а потом все так закрутилось, завертелось и… Полина, ты что не рада за меня?
Мне вдруг стало трудно дышать. Словно в замедленной съемке я начинаю опускаться вниз.
– Эй, Поля, что с тобой? – Денис подхватывает меня. – Ты расстроилась что ли? Тебе плохо? Поля, скажи хоть что-нибудь.
– Воздух…на улицу… – отрывками еле произношу я.
На свежем морозном воздухе я немного прихожу в себя и вместо шока чувствую внутри злость и отчаяние.
– Ты хоть понимаешь, что это за бои?
– Понимаю, – спокойно отвечает Денис, – успокойся, все нормально! Родители в курсе, – добавляет он, когда я снова открываю рот.
– Почему ты не сказал мне?? – сердито спрашиваю я.
– Да я сам только недавно узнал! Позвонили за день до выезда. И вот, я здесь. Ну, ты что, сестренка, не рада меня видеть? – улыбаясь, он расставляет руки, как бы приглашая меня обняться.
Мой брат… Мой родной брат будет участвовать в этом побоище. Только этого мне не хватало. Я медленно подхожу, обнимаю его. Он крепко сжимает руки и тихонько гладит меня по голове.
– Прекрати переживать. Со мной все будет в порядке, – успокаивает он меня.
Я поднимаю голову, смотрю на него и чувствую, как к горлу подступает ком, и что я вот-вот разревусь.
– Так, а ну-ка не плакать! Не плакать! – строго говорит он. – Ты же знаешь, я терпеть не могу, когда ты плачешь!
– Полина, ты что делаешь? Нам пора начинать! – Сергей вылетает на улицу.
– О… Познакомься, – иронически произношу я. – Это мой брат, Денис. Один из боксеров.
– Ты не говорила, что твой брат будет участвовать в турнире, – шокировано говорит Серж.
– А я сама только что это узнала, – злобно зыркая на Дэна, говорю я.
– Ну ладно, что бы там ни было, нам пора! Все начнется с минуты на минуту.
Мы входим внутрь. Встреча с Денисом совершенно выбивает у меня из памяти то, чего я так боялась, когда ехала сюда. Я снова оглядываю зал, но не вижу никого даже отдаленно похожего на Кирилла.
– С кого начнем? – тихо, над самым ухом спрашивает Сергей.
Я оглядываюсь – Дениса уже схватил его спонсор и потащил к активному парню-журналисту. Вокруг уже снимают десятки камер, журналисты задают бесконечный поток вопросов, а спонсоры и боксеры охотно отвечают и улыбаются в камеры.
– Вон тот, – отвечаю я, заметив одного из незанятых боксеров.
Снова и снова задавая вопросы, я стараюсь не думать о том, что внутри у меня все сдавливает горькое отчаяние! Мне хочется кричать! Бежать отсюда! Бежать как можно дальше, и забыть обо всех переживаниях и проблемах, которые свалились на меня.
После окончания мероприятия я медленно направляюсь к выходу, разочарованно оглядываясь назад. Я так надеялась встретить его сегодня…
– Полина, подожди! – Денис выходит за мной следом. – Что…что такое? – спрашивает он, глядя на меня.
Я даже не заметила, что уже несколько минут, как слезы градом катятся по моим щекам. Обессилевши, я облокачиваюсь на бус и закрываю лицо руками. Денис все продолжает спрашивать, тряся меня за плечи, а я не могу вымолвить и слова. Просто плачу. Плачу без остановки.
– Что с ней? – спрашивает он Сергея, подошедшего к фургону.
– Не знаю, – озадаченно отвечает тот. – Все было нормально.
– Все хорошо… – всхлипываю я – Все хорошо, правда. Просто…просто я не ожидала тебя здесь увидеть и…
– Нууу, опять двадцать пять. Если дело только в этом, то не надо плакать. Полина! Успокойся, пожалуйста. Ну? Все же хорошо? А, сестренка?
Я киваю, из последних сил выдавливаю из себя улыбку, чтобы успокоить Дениса. Мы садимся в микроавтобус, и Денис еще раз обнимает меня.
– Ну? Увидимся завтра? – бодро улыбаясь, спрашивает он.
– Да. Будь осторожен, – отвечаю я.
– Все будет в порядке, – говорит Денис, целует меня в щеку и вылезает из фургона. Отъезжая, я машу ему напоследок. А когда мы выезжаем с парковки, я снова даю волю слезам. Никто из съемочной группы не подозревает в чем дело. Лишь Серж медленно садится рядом со мной, тихонько обнимает меня и приговаривает что-то типа «Тише, тише». Я благодарна ему за то, что он не задает вопросов. Правда, доехав до моего дома, он провожает меня до квартиры и все-таки спрашивает:
– С тобой все будет нормально?
– Да, – отвечаю я. – До завтра.
– Пока.
Не знаю, сколько времени я уже стою в прихожей, уставившись в пустоту, но я начинаю чувствовать, как силы покидают меня. Я скидываю с себя одежду, бросая ее по дороге в спальню. Как попало натягиваю махровую пижаму и ложусь. Лежа на кровати снова начинаю думать. У меня перед глазами проносятся все ужасы предстоящих боев, в которых участвуют два дорогих для меня человека. Денис… А что если он пройдет отборочный тур? А что если он пойдет дальше? А что если… Господи! Пожалуйста! Пусть завтра все закончится! Пусть завтра он проиграет…. Невидящим взглядом я смотрю в потолок и, еле двигая губами, шепчу молитву. Я дергаюсь от пронзительного звука дверного звонка. Я резко сажусь и прислушиваюсь. Тишина. Может мне показалось? Но звонок повторяется. Я соскакиваю с кровати и подбегаю к двери.
– Кто? – тихо спрашиваю я.
– Это я, – также тихо отвечают по ту сторону двери.
Трясущимися руками я поворачиваю ключ в замке и медленно отворяю дверь. Мужчина, который чуть ли не каждую ночь приходил ко мне во снах, которого я так мечтала увидеть и которого так отчаянно искала, теперь просто стоит передо мной. Сердце бешено колотится внутри, от чего я не могу вымолвить ни слова. Широко раскрыв глаза, я лихорадочно хватаю ртом воздух и не верю своим глазам.
Глава 8.
Спустя несколько секунд молчания Кирилл делает несмелый шаг вперед. Я, не в силах пошевелиться, стою как вкопанная. Он делает еще один шаг, от чего стоит почти вплотную ко мне. Я медленно поднимаю голову и смотрю на него полными слез глазами. Кирилл осторожно касается рукой моего лица, я закрываю глаза, и по моим щекам струятся слезы. Не знаю, были ли это слезы радости, или слезы облегчения, или…
– Прости, – шепчет он. – Прости меня, пожалуйста! – повторяет Кирилл и крепко прижимает меня к своей груди. Через несколько минут он немного ослабляет объятия и смотрит на меня.
– Никогда больше так не делай, – говорю я, еле шевеля губами. – Слышишь? Никогда! Никогда больше не смей вот так исчезать! – мой голос срывается на крик, с каждым словом я колочу его по груди. – Никогда! Никогда! Никогда… – обессилевши и больше не сдерживая себя, я утыкаюсь ему в плечо, и рыдания новой волной накрывают меня.
– Не буду! Не буду! – повторяет он и тихонько гладит меня по голове.
Обнимая и поддерживая, Кирилл ведет меня в комнату, усаживает на кровать и поворачивает в сторону прихожей.
– Не уходи, – говорю я, смотря на него испуганными глазами.
– Я не уйду. Только куртку сниму, – спокойно говорит он. И я только сейчас замечаю, что он все это время стоял в куртке и шапке. Через мгновение Кирилл возвращается в спальню и садится рядом со мной.
– Ты очень хорошо сегодня выглядела, – говорит он.
– Что? – удивленно смотрю я на него. – Тебя ведь не было на конференции!
– Был. Но я не заходил внутрь.
– Почему?
– Потому что не хотел. Но я хотел увидеть тебя. Поэтому был там. Думал, что просто посмотрю издалека и хоть немного успокоюсь. Но нет, – отвечает Кирилл, опуская голову. – Я видел, как ты плакала, – тихо добавляет он. – Почему?
– Потому что… Потому что мой брат тоже в числе боксеров, – говорю я, стараясь снова не разрыдаться.
– А, так все-таки это брат, – понимающе кивает Кирилл. – Я думал однофамилец.
– А еще я плакала, потому что не увидела тебя, – выпаливаю я, пока решаюсь сказать ему это.
Пару секунд он оторопело глядит на меня, но тут же в его взгляде появляется нежность и…вина?
– Ты так часто плачешь из-за меня, – виновато произносит он, берет меня за руку, медленно подносит ее к губам и целует ладонь. – Теперь я здесь.
У него такой усталый, расстроенный вид, что мне хочется прижать его к себе, зацеловать и разгладить эти печальные морщинки.
– Не хмурься, – тихо говорю я, касаясь кончиками пальцев его лба. Я чувствую, как кожа под моими пальцами разглаживается, и он немного подается вперед. Обхватив мое лицо руками, он медленно привлекает меня к себе и осторожно касается моих губ. Несмело я отвечаю на поцелуй. Его губы мягко и нежно покрывают мое лицо короткими поцелуями. Губы, щеки, глаза, лоб…ничто не остается без внимания. Касаясь своим носом моего, он поворачивает голову из стороны в сторону. Как нежно… Я открываю глаза и смотрю на него. Он улыбается. Я тоже. Медленно откинувшись на спину, я тяну его за руку, чтобы он лег рядом.
Я смотрю на него, не мигая, боясь, что если отведу глаза хоть на секунду, его вдруг не станет. Я не могу поверить в то, что это правда. Он здесь. Рядом со мной. Я осторожно касаюсь его небритой щеки и медленно провожу изогнутую линию до подбородка, очерчиваю его божественные губы и останавливаюсь на второй щеке. Он закрывает глаза и припадает к моей раскрытой ладони. Глубоко вздохнув, он открывает глаза. Боже…в них столько боли и страданий, что у меня сердце сжимается в крошечный комочек.
– Твой брат дерется завтра, – неожиданно говорит Кирилл.
– Да, – шепотом отвечаю я и, повернувшись на спину, на несколько секунд закрываю глаза. Воображение тут же рисует кошмарную картину завтрашнего боя. В ужасе я распахиваю глаза и встречаюсь взглядом с зелено-голубыми, зависшими надо мной, в которых теперь читается тревога и забота.
– Он справится, – тихо говорит Кирилл, нежно касаясь моей щеки.
Не в силах ответить я лишь еле заметно киваю.
– Тебе надо поспать, – также тихо говорит он.
Я резко фокусирую свой неясный и потерянный взгляд на его лице.
– Не бойся, я не уйду, – говорит он, как бы отвечая на мой немой вопрос. – Когда ты проснешься, я буду здесь.
Слегка улыбнувшись, Кирилл легонько целует меня в губы. Повернувшись на бок, я прижимаюсь к нему спиной. Крепкие руки обнимают меня, отчего я чувствую себя в безопасности, страхи куда-то уходят, и я забываюсь сном.
***
– Пора вставать, – шепчет Кирилл, мягко целуя меня в висок.
Я неохотно открываю глаза и щурюсь от дневного света.
– Который час? – спрашиваю я.
– Полдень, – отвечает Кирилл.
– Что? Уже полдень? – я резко сажусь на кровати, от чего в глазах темнеет. – Черт! – сетую я, путаясь в одеяле.
– Не паникуй, ты все успеешь, – спокойно говорит Кирилл.
Я поворачиваюсь к нему и вижу, что он улыбается, наблюдая за моими попытками встать с постели.
– Тебе смешно, что ли? – возмущенно спрашиваю я.
Кирилл улыбается еще шире. При виде его улыбки, моя нервозность потихоньку уходит. Он сидит, откинувшись назад и опираясь на правую руку.
– Нет, ну что ты! Как я могу! – поднимает он левую ладонь и примирительно машет в стороны, как бы отрицая.
Что это? Он шутит и смеется. Так легко. Я никогда прежде его таким не видела. Его беззаботность и хорошее настроение переходят на меня, и я тоже начинаю улыбаться ему. Ой, что это я делаю?! Сижу и бестолково пялюсь на него, когда надо собираться! Он легонько целует меня в губы, прежде чем отпустить из кровати. Уже стоя в ванной, я смотрю на себя в зеркало и глупо улыбаюсь. Снова хорошее настроение. Я спешно чищу зубы, принимаю душ и выхожу из ванной. Что такое? Пахнет яичницей. Я захожу на кухню в махровом халате и с полотенцем на голове.
– Я решил сэкономить тебе время. Ты не против? – спрашивает Кирилл, стоя у плиты с лопаткой в руках. Я очумело гляжу на него.
– Не против, – наконец отвечаю я, приходя в себя. – Так ты готовишь? – спрашиваю я, устраиваясь на мягком диванчике возле стола.
– Ну, немного, – не поворачиваясь, отвечает он. – Я не нашел соль, так что омлет не соленый, – ставит он передо мной тарелку с яичницей.
– Ничего. Я не люблю соль, – отвечаю я, берясь за вилку. – А ты не будешь? – вопросительно смотрю я на него, когда он садится напротив меня без ничего.
– Нет. Я не ем омлет, – отвечает он.
– Там есть хлопья, если хочешь, – говорю я, пережевывая вкусный завтрак.
– Нет, спасибо. Я потом чего-нибудь перекушу, – говорит Кирилл и, подпирая голову рукой, смотрит на меня.
– Что? – спрашиваю я, переставая жевать.
– Ничего, – смутившись, отвечает он и убирает руку со стола.
Молча доедая, я погружаюсь в свои мысли. Стоит ли говорить с ним о сегодняшнем бое? И о вчерашнем вечере. Вчера все показалось мне сказкой, и, довольная тем, что он рядом, я не стала расспрашивать его ни о чем. И все же… Почему он пришел ко мне? Мы теперь пара? Черт, надо прекратить разбирать все по полочкам! Опять слишком много думаю.
– Спасибо за завтрак, – говорю я, убирая тарелку со стола. Поворачиваюсь к нему, наклоняюсь и целую в губы.
– Пожалуйста, – отвечает он возле моих губ. Я чувствую, как наше дыхание учащается, а поцелуй становится более страстным и возбуждающим, и отстраняюсь от него. Сейчас не до этого.
– Мне нужно собираться, – говорю я, стараясь разрядить обстановку.
Кирилл понимающе кивает и слегка улыбается. Пока я выбираю себе наряд, он сидит на кровати и наблюдает за мной. Из-за появления Кирилла, я немного успокоилась и даже забылась, но сейчас я начинаю чувствовать, как страх и волнение снова одолевают меня.
– Ты будешь со мной сегодня во время боя? – спрашиваю я, резко повернувшись к нему и сжимая платье в руках.
Какое-то время он молча смотрит на меня, как будто прикидывает возможные варианты ответа, а потом коротко кивает. Тревога немного отпускает меня, и я стряпаю на лице подобие улыбки, прикладываю выбранное платье и вопросительно смотрю на него.
– Ну? Как тебе? – не выдержав его молчания, спрашиваю я.
– Мне нравится, – пожимая плечами, отвечает он.
Двумя часами позже, полностью собравшись, мы стоим в прихожей, и я в последний раз окидываю себя критичным взглядом в зеркале. Волосы аккуратно уложены, макияж идеальный. Волнение с ног до головы окутывает меня, я нервно одергиваю коралловое платье, чуть не достающее до колен.
– Успокойся, – говорит Кирилл, беря меня за руки. – Ты выглядишь великолепно.
– Я переживаю не из-за этого, ты же знаешь, – тихо говорю я.
– Ничего не случится, – также тихо говорит Кирилл. Он берет меня за подбородок и поднимает голову. – Ничего не случится! – еще раз повторяет он, смотря мне в глаза. Я делаю глубокий вдох, медленно выдыхаю и, кивнув, опускаю голову. Он берет меня за руку, и мы выходим из квартиры.
– Куда? – спрашивает Кирилл, заводя машину.
– Нужно заехать в офис, забрать мою папку с текстом. А потом оттуда мы поедем со съемочной группой, – отвечаю я, нервно дергая ремень безопасности.
– Сколько ты пробудешь там?
– Не знаю, где-то около часа.
– Мне нужно заехать домой. Если успею, я подъеду сюда, а если нет, тогда встретимся уже там.
Замечая мой испуганный взгляд, Кирилл притормаживает и смотрит на меня.
– Полина, я приеду! Обещаю! – говорит он и крепко сжимает мою руку. Я слегка сжимаю его руку в ответ. Оставшуюся часть пути мы едем в тишине.
– Полина! Наконец-то! – встречает меня Алексей Романович. Давай, скорее, бери все, что тебе нужно, и мы выезжаем!
– Как? Еще ведь целый час свободного времени!
– Нет! – отрицательно качает головой мой шеф. – Там будет какая-то мини-конференция с сегодняшними бойцами и… Короче нам пора выезжать! И, да, Полина, почему ты не сказала, что твой брат дерется?
– Я не знала, – отвечаю я и чувствую как, при упоминании Дениса и бокса, у меня все холодеет внутри.
– Ну ладно, все, бегом, бегом! – подгоняет меня Алексей.
Я как сумасшедшая бегу в свой кабинет, беру в охапку нужные папки и пулей лечу к выходу. В машине уже заняты все места, кроме моего.
– Привет, – коротко бросаю я всем присутствующим. Замечаю, что Сергей озабоченно смотрит на меня, и коротко киваю ему, как бы отвечая на его немой вопрос, что со мной все в порядке. «Мы уже выехали. Увидимся там» – пишу я смс Кириллу. «Ок. Я скоро буду» – тут же приходит ответ. Сжимая телефон, я стараюсь не думать о предстоящем вечере.
Глава 9.
Я стою в фойе и, не отрываясь, смотрю на входные двери. Толпы народа снуют туда-сюда, ухудшая видимость. За двадцать минут до начала, Кирилл влетает внутрь и прошаривает толпу глазами, в поисках меня.
– Я здесь! – кричу я и машу ему высоко поднятой вверх рукой.
Он пробирается ко мне сквозь толпу, на ходу снимая верхнюю одежду, и я замечаю, что он переоделся. Спортивный костюм исчез. Теперь на нем были надеты черные брюки и бледно коралловая рубашка, в тон моему платью.
– Ты носишь костюмы? – обалдело гляжу я на него.
– Ну… Мне хотелось выглядеть подобающе, – немного смущенно говорит Кирилл.
– У тебя получилось, – все еще обалдело смотря на него, отвечаю я.
– Кажется, это тебя зовут, – говорит Кирилл, указывая подбородком куда-то мне за спину. Я поворачиваюсь и вижу Лиду с Сергеем, которые что-то кричат и сумасшедше машут мне руками. Я тут же срываюсь с места и понимаю, что никого не предупредила, когда убежала в фойе.
– Полина, ты что творишь? Ты куда запропастилась? – возмущенно кричит на меня Лида. – Алексей Романович там рвет и мечет! Уже все начина… – она неожиданно замолкает, уставившись чуть правее меня. Я поворачиваю голову и вижу, что Кирилл подошел к нам. Он уже избавился от верхней одежды. Как быстро.
– Это Кирилл. Кирилл, это Лида и Сергей. Мои коллеги, – коротко представляю я их друг другу.
Сергей и Кирилл жмут руки, и Лида тут же тянет свою.
– Очень приятно, – благоговейным голосом произносит она, смотря на Кирилла во все глаза.
– Ладно, идемте, – говорит Сергей. – А то мы все сейчас нагоняй получим!
– Ты не говорила, что он такой красавчик! – шипит мне на ухо Лида, держа за локоть. – А что он тут делает? Вы что…вы вместе? Когда ты успела с ним встретиться? Почему я не в курсе?
– Успокойся! Я тебе потом все расскажу! – сквозь стиснутые зубы отвечаю я и стараюсь высвободить свой локоть из ее цепких пальцев.
Кирилл берет меня за руку, когда мы заходим в небольшой зал, который был организован для конференции, судя по всему, абсолютно спонтанно. Оставшиеся десять минут, тянутся бесконечно долго. Я обдумываю вопросы, которые сейчас придется задавать четверым боксерам, что дерутся сегодня. Вопросы, которые мне придется задавать Денису… Я нервно накручиваю на палец прядь волос.
– Успокойся, – над ухом говорит Кирилл. Я вздрагиваю от его голоса. Он отнимает мою руку, которая тревожит волосы и подносит ее к своим губам. Мягко целует тыльную сторону ладони, затем опускает вниз, но не выпускает мою руку из своей.
– Вы Кирилл Смирнов? – раздается писклявый крик откуда-то сбоку.
Мы медленно поворачиваемся, и я вижу молоденькую девушку. Хм. Видимо журналистка.
– Почему вас не было на конференции? А сегодня вы здесь с девушкой? – тут же подлетает она с кучей вопросов.
– Я не даю интервью, – коротко отвечает Кирилл.
– Но, почему? Ваша девушка тоже журналист? Может, ей вы ответите на пару вопросов?
И без того раздраженная, я начинаю нервничать и беситься еще больше.
– Я не даю интервью, – с леденящим спокойствием повторяет он.
Девушка мнется на месте, а потом ее внимание переключается на вошедших в зал бойцов. Я оглядываю стол, за который они садятся, но не вижу Дениса. Ох, вот он… Проходит немного и занимает свое место, согласно табличке с именем, стоящей на столе. Машинально крепче сжимаю руку Кирилла. Не знаю, сколько времени прошло с начала конференции, но за все время я не задала ни одного вопроса. И под гневным взглядом Алексея Романовича, я через силу поднимаю руку.
– Полина Радищева, первый канал. Скажите, что послужило мотивацией для участия в этой серии боев?
Я замечаю, как люди непонимающе смотрят на табличку Дениса и повторяют мою фамилию.
– Это его жена! – вдруг раздается крик откуда-то сбоку. Я поворачиваю голову и вижу, как все камеры мгновенно поворачиваются в мою сторону.
– Скажите это правда? Вы жена одного из боксеров?
– Н-нет, – разволновавшись еще больше, отвечаю я. – Я его сестра.
«Сестра, сестра, сестра» – слышу я, как шепот прошелся от начала до конца зала.
– Скажите, каково знать, что ваш брат с минуты на минуту будет драться на ринге? Вы болеете за него? Вы думаете, он победит?
Со всех сторон летят вопросы, и я теряюсь, не зная кому отвечать! И отвечать ли вообще?! Я вижу, как Алексей Романович машет мне рукой в сторону выхода. Но, не успеваю я опомниться, как Кирилл сгребает меня в охапку и сквозь дико орущих журналистов прорывается к выходу. В последний момент, я замечаю, что Денис встал со своего места и тоже пытается пробраться ко мне.
– Подожди! – хлопаю я по плечу Кирилла. – Подожди, там Денис, он…
– Потом! – резко отвечает он. – На улице!
Раздетые, мы вылетаем на улицу. Сквозь стеклянные двери, я вижу, как охрана пытается успокоить беспорядки. Через несколько минут, все более или менее затихает и на улицу выходит Алексей Романович.
– Что там происходит? – спрашиваю я, выбираясь из рук Кирилла.
– Дурдом! – с бешеным взглядом отвечает он. – Вот, возьми, – накидывает он на меня пиджак.
– С-спасибо, – отвечаю я, дрожа от холода.
– Лида с Сергеем продолжат конференцию, – коротко объясняет Алексей. – Но репортаж боя…его должна провести ты, Полина.
– Нет! – резко говорит Кирилл, крепче прижимая меня к себе. – Вы видели, что там творится?
– Все нормально, – тут же вклиниваюсь я, глядя назад, на Кирилла, через левое плечо. Его руки крепко обвились вокруг меня, прикрывая чуть ли не все мое тело. Ой, он же в одной рубашке! Он, должно быть, дико замерз. – Пойдем внутрь! Мы заболеем!
Они молча смотрят на меня, как будто не понимают, как меня это может волновать в данный момент.
– Нет! – упорно повторяет Кирилл.
– Я проведу этот репортаж! – не менее уперто отвечаю я, стараясь освободиться из его рук.
– Я не отпущу тебя! – говорит Кирилл и еще крепче сжимает руки.
– Послушайте, – подает голос Алексей Романович. – Ситуация, конечно, сложная, но нам нужно совсем немного! Десять минут, Полина! Продержись десять минут, а дальше дело за Сергеем.
– Но…но ведь это прямой эфир! Сергей ведь не может просто показывать бой весь выпуск? Там нужны мои реплики!
– Значит, мы немного изменим программу, – раздраженно отвечает Алексей. – Мне это тоже не нравится, поверь, но это нужно сделать! Ради Бога, пойдемте внутрь, а то и правда, замерзнем до смерти!
Посомневавшись еще минуту, Кирилл бросает, что-то вроде «как хочешь» и мы заходим в здание. В зале все еще шумно, значит конференция в самом разгаре. Алексей Романович разговаривает о чем-то с охраной. Видимо, пытается договориться, чтобы нас пропустили в зал сейчас.
– Не переживай за меня, прошу тебя, – ласково говорю я.
– Вот поэтому я и не хожу на такие мероприятия, – говорит Кирилл. – Это твое решение. Но я буду рядом с тобой, и если хоть один… – он замолкает, и я вижу, как от злости сильно сжаты его челюсти и кулаки. – Я сразу же уведу тебя оттуда!
– Кирилл, это моя работа! Ничего страшного не произойдет!
– Я договорился, – прерывает наш спор Алексей. – Пойдем внутрь, – добавляет он, обращаясь конкретно ко мне.
– Я иду с вами, – тут же говорит Кирилл.
– Нет. Я договорился только насчет нас двоих.
Я удивленно таращусь на шефа и не нахожусь, что сказать.
– Мне все равно, – ледяным голосом произносит Кирилл. – Я иду с вами.
Алексей Романович вопросительно смотрит на меня. Что? Чего он от меня-то ждет?
– Пусть он будет с нами. Мне это нужно, – тут же выпаливаю я.
– Оой, ну ладно, ладно. Только идемте уже скорее! – машет на нас рукой Алексей Романович, и мы направляемся в главный зал, где будет проходить бой. Какой же все-таки сговорчивый и хороший у меня босс!
Зал уже полон зрителей и все с нетерпением ждут появления боксеров. Ведущий, как может, развлекает их. После нескольких минут ожидания двери зала распахиваются и внутрь заваливаются все, кто был на конференции.
– Я даже не поговорила с ним, – сокрушенно качаю я головой.
– Это не твоя вина, – спокойно говорит Кирилл.
– Как ты можешь быть таким спокойным? – спрашиваю я, нервно потопывая ногой.
– Я привык хладнокровно мыслить. Таким и остаюсь в подобных ситуациях.
Хладнокровно…это слово неприятным эхом отдается у меня внутри. От нежного и веселого парня, что я видела сегодня утром, не осталось и следа.
– Полина, пора! – подбегает к нам Алексей, и я замечаю, как за ним, еле поспевая с камерой, бежит Сергей.
– А где Лида? – спрашиваю я.
– Она будет позже, подменит тебя после вступления.
– Она никогда не вела прямую трансляцию! – с ужасом произношу я.
– Ну, знаешь ли, все бывает в первый раз! – с нервным смешком отвечает Алексей. – Начинаем!
По команде, я поворачиваюсь спиной к рингу, на котором по-прежнему, что-то лопочет ведущий, и обращаю все внимание в камеру. Знаком Сергей показывает мне отсчет. Три, два, один…Поехали.
– Итак, мы ведем прямой репортаж из… – боковым зрением я замечаю, как некоторые журналисты, еще не начавшие трансляцию тычут в меня пальцем, но не замолкаю. Я продолжаю говорить и говорить заранее подготовленный и отрепетированный текст. Наушник, к сожалению, я не успела вставить себе в ухо, чтобы мне могли подсказывать.
– Сотни людей собрались сегодня в этом зале, чтобы увидеть, как четверо боксеров будут биться за то, чтобы перейти на следующий этап, на следующий уровень! – продолжаю я. Когда Сергей отводит от меня камеру, чтобы снять трибуны, Алексей быстро засовывает микроскопический наушник мне в ухо. Я слышу диктора, и мне становится спокойнее.
– И вот, долгожданный момент: они выходят! Первые два бойца выходят на ринг! – с колотящимся сердцем произношу я и, как только Сергей отводит камеру, поворачиваюсь к рингу и вижу фигуру Дениса.
– Продолжай снимать, – дает команду Алексей Романович и тянет меня за руку. – Поля, ты невероятно сильная девушка! Можешь расслабиться. Больше ничего не нужно говорить. Сейчас достаточно ведущего, а позже мы пустим Лиду. Ты можешь занять места, которые заказаны для нас, а можешь поехать домой, если не хочешь смотреть, как…
– Я остаюсь, – решительно произношу я, и мы с Кириллом занимаем два незанятых места почти напротив ринга. Я слышу гонг. Бой начался. Я с ужасом смотрю, как Денис и второй боксер приближаются друг к другу. Удар за ударом они обрушивают друг на друга, и каждый раз я вздрагиваю, как будто удар приходится по мне. Кирилл крепко держит меня за руку и периодически кричит что-то вроде «уходи влево, закрывайся». Я не очень-то разбираюсь в технике бокса, так что просто смотрю и молюсь, чтобы все поскорее закончилось. Благополучно закончилось. Взрыв эмоций на трибуне, я не успеваю понять, что происходит, Кирилл соскочил с места, что-то кричит и машет руками. Я смотрю на ринг и вижу, что соперник Дениса лежит на полу, а сам он уже стоит в своем углу, без единой царапинки, насколько я могу судить, глядя отсюда. Он победил… Победил! Мой брат победил!!! С диким криком я срываюсь со своего сиденья и изо всех сил начинаю махать ему руками! Но он не видит. Черт!
– Пойдем к нему, быстрей! – тяну я за руку Кирилла.
– Подожди, – останавливает он меня. – Сейчас объявят победителя и потом пойдем.
Я замираю. Судья подходит к Денису и под бесконечные похвалы ведущего и дикий рев болельщиков, поднимает вверх его руку! Я снова кричу, не помня себя! Я изо всех сил стискиваю шею Кирилла и прыгаю от радости, как ненормальная! Он обнимает меня и крепко прижимает к себе! По щекам уже сумасшедшим потоком струятся слезы радости, размывая к чертям весь макияж, что я наводила. Но мне плевать! Мой брат жив, все хорошо и он победил!
Глава 10.
Получасом позже, мы стоим возле комнат боксеров и ждем. Из зала слышен дикий рев – бои продолжаются. Но мне уже все равно. Я нетерпеливо дергаю Кирилла за пуговицу на манжете его рубашки. Наконец, он появляется.
– Денис! – с криком я бросаюсь ему на встречу. Он ловит меня и кружит в воздухе! Не помня себя от радости, я расцеловываю его лицо.
– Ты задушишь меня! – добродушно смеется он, опуская меня на пол.
– Я так рада! Я тебя поздравляю! Ты победил! – бесконечный поток моей радости льется на Дениса, пока подошедший вовремя Кирилл не спасает его от моих душащих объятий.
– Да ладно, что там победил, всего лишь в следующий тур перешел.
– Поздравляю, – протягивает он руку Денису. – Победа нокаутом – лучшая победа!
– Спасибо, – Денис жмет ему руку и вопросительно смотрит на меня.
– Прошу прощения, – опережает меня Кирилл. – Кирилл Смирнов. Участник боев и парень твоей сестры.
Денис часто моргает, явно пытаясь сообразить. Потом встряхивает головой, слегка улыбается и снова смотрит на меня. Я лишь пожимаю плечами и широко улыбаюсь. Парень…ого!
– Денис, Вы нужны нам, – откуда ни возьмись, появляется спонсор Дениса.
– Поля, мне нужно идти. Давай завтра мы увидимся и отпразднуем мою победу! Договорились?
И, не дожидаясь ответа, он целует меня в щеку, коротко кивает Кириллу, и шагает вслед за отвлекшим нас мужчиной-спонсором.
С довольной улыбкой я поворачиваюсь к Кириллу.
– Я так счастлива!
– Я вижу, – улыбаясь, говорит он и обнимает меня за талию. – Едем домой?
– Да! – отвечаю я, лучась от радости.
– Я схожу за нашей одеждой. Ты подождешь меня тут?
– Нет, я пойду с тобой, – отвечаю я, вцепившись в него. Не хочу оставаться одна.
Забрав из гардеробной наши вещи, мы, наконец, выходим на улицу. Ни Алексея Романовича, ни Лиды не видно. Наверное, все еще снимают второй поединок. Ну и ладно! Главное, что с Денисом все в порядке! И Кирилл здесь. Мы садимся в машину, Кирилл выезжает с парковки.
– Домой? – спрашивает он.
– А ты хочешь куда-то еще? – вскидываю я брови.
– Нет, – улыбается он. – Но, честно говоря, я умираю с голоду!
Ох, он же весь день ничего не ел!
– Скорее едем ко мне! Я приготовлю что-нибудь и накормлю тебя!
– Ммм, – мечтательно прикрывает он глаза. – Что приготовишь?
– Яичницу, – шучу я.
Мы смеемся, держимся за руки. Чудесный вечер. Я чувствую себя самой счастливой! Но ведь это не конец… Эта мысль больно кольнула меня в сердце. Я отмахиваюсь от нее, как от назойливой мухи. Не время об этом думать.
– Что? Всего восемь часов? – удивленно смотрю я на часы, заваливаясь домой. – Кажется, что уже двенадцать!
– Ты устала? Я могу поесть, где-нибудь…
– Эй! Прекрати! – сердито гляжу я на него. – Я еще в силах накормить своего мужчину.
Упс! Что? Что я сказала? Своего мужчину? Я осторожно бросаю взгляд на Кирилла. На его лице застыло непонятное смешанное выражение удивления, шока и…радости? Я заметила, как изменился его взгляд – глаза потемнели и в них появился огонек, который я видела лишь раз… Сегодня. Когда мы целовались на кухне. О-оу, – успеваю произнести я про себя, прежде чем Кирилл подходит ко мне. Он обхватывает меня за талию, и крепкой хваткой правой руки, притягивает к себе. Вторая рука уже гладит меня по лицу.
– Скажи это еще раз, – тихо, нежно произносит он, стоя со мной нос к носу.
– Мой мужчина, – дрожащим голосом повторяю я.
Он закрывает глаза и накрывает мои губы своими. Медленно, неспешно он целует поочередно то верхнюю, то нижнюю губу, затем его поцелуй становится более настойчивым, более страстным. Его язык проникает внутрь моего рта. Я отвечаю на поцелуй со всей страстью, что бурлит у меня внутри. Наши языки переплетаются друг с другом. Боже, как сладко! Его губы мягкие, такие вкусные! Он отрывается от моих губ, и я слышу его учащенное дыхание, которое уже обжигает мои щеки, шею. Кирилл целует мое лицо, кусает мочку уха. Его руки крепко сжимают меня в упоительных объятиях.
– Я хочу тебя! – часто-часто дыша, выдыхает Кирилл мне на ушко.
О, Господи!
– И я тебя хочу! – задыхаясь, отвечаю я.
Он резко поднимает меня на руки и несет в спальню. Мягко кладет на кровать и берет за правую ногу.
– Пожалуй, это нужно снять, – говорит он, забавно улыбаясь. И я только сейчас замечаю, что не успела снять один сапог.
– Да, – киваю я, смеясь. – И все остальное тоже!
Боже, да что со мной? С каких это пор я стала такой откровенной соблазнительницей? Кирилл снова одаривает меня удивленным, но не менее страстным взглядом. Я чувствую, как возбуждение витает в воздухе. Он медленно расстегивает замок на моем сапоге, аккуратно стягивает его и проводит рукой по моей стопе, щиколотке, колену… Через тонкий капрон я чувствую тепло его пальцев. Как приятно. Медленно, его руки поднимаются к моим бедрам, задирая платье. Я хватаюсь за ворот рубашки и притягиваю его к себе. Он накрывает меня своим телом, и я чувствую его возбуждение, сквозь неплотную ткань брюк. Я закрываю глаза, когда он оставляет горячую цепочку поцелуев от моего лица, спускаясь ниже, к шее. Он резко садится и тянет меня к себе, от чего я оказываюсь в вертикальном положении стоя на коленях. Взявшись руками за подол платья, он стягивает его через голову и на миг замирает, глядя на полуобнаженную меня.
– Боже, как ты хороша! – восторженно произносит он.
Я улыбаюсь. Наклоняю голову и целую его. Тем временем мои пальцы уже добрались до пуговиц на его рубашке. Расстегивая их, одну за другой, я не отрываюсь от его губ. Кирилл нетерпеливо распахивает рубашку, оторвав последние две пуговки. Какой он страстный! Я тянусь к ремню его брюк, но он останавливает мою руку и кладет ее себе на плечо. Я глажу его плечи, шею, постепенно опускаю руки на спину. Ловкое, еле уловимое движение его рук и мой лифчик уже летит в сторону. Я чувствую, как его губы от шеи спускаются все ниже, приближаясь к моей груди. Я провожу ногтями по его спине, когда он сжимает губами мой левый сосок. Я поднимаю голову вверх, и из моего рта вырывается тихий блаженный стон. Я откидываюсь назад, сгибаюсь чуть ли не пополам, от страстных ласк, но его руки крепко держат меня, не давая упасть на кровать. Внезапно он отпускает меня и встает с постели. Я лежу на спине, согнув ноги в коленях, и смотрю на него во все глаза. Он стягивает с себя брюки, следом боксеры. Потом наклоняется, снимает с меня колготки, трусики и снова накрывает меня своим телом. О, как приятно чувствовать его. Как божественно он пахнет! Лаская мое тело, Кирилл осторожно, медленно входит в меня. Я обвиваю свои ноги вокруг его талии и поднимаю бедра навстречу его движениям. Двигаясь в одном ритме, сначала медленно, затем все быстрее с нарастающим возбуждением мы сливаемся в умопомрачительном экстазе, крича от удовольствия.
Я медленно открываю глаза и смотрю на Кирилла. Его глаза закрыты, дыхание понемногу восстанавливается, а руки крепко обнимают меня. Я поднимаю руку и указательным пальцем дотрагиваюсь до его носа. Он мгновенно распахивает глаза и улыбается.
– Это было великолепно, – шепотом говорит Кирилл. Как только я открываю рот, чтобы ответить, его желудок издает дикое журчание. Секунду мы смотрим друг на друга, а потом разражаемся диким хохотом.
– Наверное, пора бы поесть, – немного успокоившись, говорю я.
– Давай закажем пиццу? – предлагает Кирилл.
Предложение вполне разумное, потому что после такого мне явно не до готовки.
– Давай, – соглашаюсь я.
Он целует меня долго и нежно, а затем встает с постели и идет в прихожую, к телефону.
– Заказал, – говорит он, вернувшись в комнату и поднимая с пола свои брюки. Я наблюдаю, как неуклюже он одевается и не могу сдержать улыбки.
– Тебе смешно, что ли? – повторяет он мои утренние слова.
– Нет-нет, что ты! Как я могу?! – также повторяю я его слова. Мы снова заливаемся хохотом, Кирилл наклоняется и начинает меня щекотать. Мы дурачимся, смеемся, валяемся в постели, пока нас не отвлекает звонок в дверь.
– Что уже? Так быстро? – спрашиваю я.
– Ну, вообще-то уже час прошел, – отвечает Кирилл, смотря на часы.
Мы сидим на кухне, поедая пиццу прямо из коробки, запивая апельсиновым соком. Кирилл по пояс голый, а я замотана в одеяло – идеальный ужин. Поедая кусок за куском, я чувствую, как силы возвращаются ко мне.
– Уф, – выдыхаю я, – кажется, я объелась.
– Я тоже, – говорит Кирилл, откидываясь на спинку стула.
– Мне нравится, когда ты такой, – мягко говорю я ему.
– Какой? – спрашивает Кирилл. Он по-прежнему улыбается, но знакомая морщинка уже тронула его лоб.
– Веселый. Беззаботный, – отвечаю я, пожимая правым плечом.
– Дело в тебе, наверное, – немного подумав, произносит он. – Я не боюсь тебе открыться.
Я часто моргаю. Ого! Я беру его за руку, что лежит на столе.
– Бояться и не нужно, – мягко говорю я. Морщинка на лбу становится все больше, улыбка сходит с лица. Ну вот.
– Эй! – я встаю со стула и подхожу к нему. – Не надо.
– Что не надо? – непонимающе спрашивает Кирилл.
– Хмуриться, – говорю я и сажусь ему на колени. Он нежно обнимает и внимательно смотрит на меня. – Что тебя беспокоит? – мягко спрашиваю я, глажу его по щеке.
– Тебе не нужно об этом думать, – говорит он. – Давай лучше найдем занятие поинтереснее? – он игриво улыбается мне, резко встает со стула и закидывает меня на плечо.
***
Проснувшись в первом часу, я обнаруживаю, что Кирилла нет. Соскочив с постели, я вылетаю в прихожую.
– Кирилл! – зову я. Но, обойдя все комнаты, понимаю, что он ушел. Куда? Вернувшись в спальню, я натягиваю домашний костюм и заправляю кровать. Из-под покрывала вылетает какой-то листочек. Спотыкаясь, я бегу за ним, надеясь на то, что это записка от Кирилла, но, подняв листок, я понимаю, что это лишь чек за пиццу. Ну, блин, круто!
***
– Полина, ты будешь еще что-нибудь? – спрашивает меня Денис.
Мы сидим в кафе, поедая всякие вкусности и празднуя его вчерашнюю победу.
– Нет, я наелась, спасибо! – улыбаюсь я. – Ну, так что дальше? Сколько боев тебе еще предстоит?
– Один бой. И если он пройдет так же, как вчера, то я буду в финале.
Я закатываю глаза.
– Брось, Поля. Я всегда об этом мечтал, ты же знаешь! – серьезно говорит он. – А что по поводу твоего парня? Где он, кстати? – добавляет Денис.
– Я не знаю, – честно отвечаю я. – Когда я проснулась, его уже не было.
– О, так вы живете вместе? – удивляется мой брат.
– Нет…не знаю, может теперь будем. А что, тебе негде остановиться? Ты всегда можешь приехать ко мне.
– Пря-ям, – протягивает Дэн, перебивая меня. – Нас поселили в отеле, все нормально. У вас все серьезно?
– Надеюсь, – я стараюсь улыбаться, но я и правда не знаю наверняка. Как с Кириллом вообще можно знать что-то наверняка?
– Он хороший боксер, и я его за это уважаю, но если он тебя обидит… – как всегда начинает Денис.
– Не обидит! – качаю я головой. В этом я, почему-то, уверенна.
Чуть позже Денис провожает меня до метро.
– Ты ведь найдешь свой отель? – заботливо спрашиваю я.
– Конечно, найду! Я бывал у тебя сто раз и успел достаточно узнать город, – улыбается Денис. Он целует меня в щеку, и я спускаюсь в метрополитен.
Подходя к подъезду, я замечаю, что на лавочке кто-то сидит. Вот черт! Место встречи изменить нельзя, блин! Надо дать ему ключи.
– И давно ты тут сидишь? – спрашиваю я Кирилла.
– Не очень, – он поднимает голову. – Как видишь, замерзнуть не успел. А ты где была?
– Где я была? Может, это лучше ты мне расскажешь, куда так запропастился на целый день? Еще и телефон отключил!
– Не отключал телефон, в спортзале связь не ловит. Я был на тренировках. Я не могу их пропускать, ты же знаешь.
– Знаю? Нет, Кирилл, я ничего о тебе не знаю! – я сажусь рядом с ним на скамью. Поверить не могу! Вчера все было так хорошо, даже идеально, а сейчас мы начали выяснять отношения.
– И что мне сделать? Уйти? – спрашивает он, смотря на меня.
– Уйти? Господи, что ты говоришь? Зачем уходить? Мы что, узнать друг друга не можем? И, в конце концов, достаточно было лишь предупреждения, маленькой записочки или смс утром, чтобы я тебя не потеряла!
– Прости, я не привык, – тихо произносит он.
– Не надо извиняться! Просто в следующий раз предупреди меня. И ничего подобного не будет.
– Ты злишься?
Боже…да что с этим человеком такое? Как можно постоянно за что-то просить прощения, винить себя в чем-то? Наверное, мне стоит быть сдержаннее. Нужна другая тактика общения.
– Не злюсь, – отвечаю я.
Он облегченно вздыхает и улыбается.
– А ты куда ходила? – повторяет свой вопрос Кирилл.
– Я обедала с Денисом.
– Ты хотела сказать ужинала? – поправляет меня Кирилл, указывая на часы.
– А, ну да, – улыбаюсь я. – У меня всегда так: ужин – это обед, а обед – это завтрак. Идем в дом, а то я уже продрогла насквозь.
***
Накормив Кирилла, я отправляюсь в душ. Горячая вода приятно снимает усталость, и я думаю о предстоящей ночи. О-о-о…Кирилл просто чудесен в постели. С виду грубый, но, как оказалось, нежным он быть умеет. А его неиссякаемая энергия…мм… С довольной улыбкой я выхожу из ванной и натыкаюсь на Кирилла.
– Куда собрался? – смотрю я на него.
– На кухню, – просто отвечает он.
– Ты не наелся? – удивленно вскидываю я брови.
– О, ну что ты! Всего лишь попить.
– А-а, ну ладно, – я направляюсь в спальню. Сняв махровый халат, я натягиваю свою привычную пижаму. Черт! Какая-то детская. Я самокритично разглядываю себя в зеркале. Надо бы наведаться в магазин нижнего белья.
– Что ты делаешь? – Кирилл наблюдает за мной, стоя в дверном проеме.
– Ничего, – выпаливаю я. – Ну, вообще-то…я подумала, что мне нужно нечто более сексуальное, – смущенно отвечаю я. Честность. Это мое неизменно качество, черт его дери!
– А мне нравится, – улыбаясь, Кирилл направляется ко мне.
– Правда? – выдыхаю я, чувствую, как возбуждение разливается по всему телу.
– Правда, – не менее возбужденно шепчет Кирилл мне на ухо.
– Я хочу, чтобы ты переехал ко мне! – вдруг вылетает у меня.
Кирилл, целующий мою шею, отрывается и удивленно смотрит на меня.
– Что? – спрашивает он. Возбуждение куда-то мигом улетучилось.
– На самом деле, это мой брат натолкнул меня на эту мысль. Да и потом, зачем тебе снимать квартиру, когда ты мог бы жить у меня? Заодно и узнаем друг друга получше, – я истерически улыбаюсь. Что-то я не на шутку разволновалась.
– Ты серьезно?
– Абсолютно!
– Хм…ну, я только «За!» – отвечает он, кажется, немного расслабившись.
На радостях я обнимаю его за шею. Он нежно целует меня, и я чувствую, как желание вновь наполняет нас. Кирилл мягко толкает меня в сторону кровати, снимая по пути мою пижамную футболку. Я начинаю смеяться, когда его губы находят секретное местечко за правым ухом. Мои руки стягивают футболку, и я провожу ладонями по его рельефному торсу, глажу широкие плечи, забывая обо всем в неистовом поцелуе. Придерживая одной рукой за талию, другой Кирилл спускает с меня штаны и вдавливает в кровать свои телом. Я судорожно ловлю ртом воздух, когда его губы спускаются вниз и начинают ласкать мою грудь. Его язык, горячий и влажный, обжигает мои набухшие соски и с губ срывается стон. Он резко встает, чтобы скинуть трико, отчего мое тело бунтует. Я хочу снова ощущать его на себе. Ощущать его в себе.
Я лежу перед ним абсолютно голая, открытая. Кирилл какое-то время осматривает меня нежным и страстным взглядом, затем начинает поглаживать мои ступни, медленно поднимаясь все выше. Круговыми движениями он ласкает мои икры, колени. Когда его умелые пальцы добираются до внутренней стороны бедер, у меня вырывается тихий стон. Наконец, его рука накрывает лобок и один из его пальцев проскальзывает внутрь. По-хозяйски, он ощупывает мои самые сокровенные места, доводя меня до безумия.
– Кирилл, пожалуйста… – шепчу я, изнемогая от желания, двигая бедрами навстречу его пальцу.
– Я сделаю все для тебя, моя милая девочка, – шепотом отвечает он. По его голосу понятно, что это доставляет ему дикое удовольствие, от чего я возбуждаюсь еще больше.
Он резко подается вперед. Я ощущаю его между ног и тихонько вскрикиваю, когда он входит в меня. От его страстных, ритмичных движений, по телу бегают мелкие мурашки, а внизу живота сворачивается знакомый ком наслаждения. Я чувствую, что вот-вот испытаю оргазм. И он это чувствует, отчего начинает двигаться еще быстрее. Через мгновение все мое тело содрогается в приятных муках наслаждения, и я слышу негромкий стон Кирилла. Мы лежим не шевелясь. Вес его тела приятно давит на меня. Он аккуратно перекатывается набок и привлекает меня в свои крепкие объятия. На его губах играет довольная улыбка, он целует меня и закрывает глаза. Я еще несколько минут смотрю на него, разглядывая каждую частичку, каждую морщинку, каждую впадинку. А затем проваливаюсь в крепкий сон, вслед за ним.
Глава 11.
С каждым днем Новый год все ближе и наступает время корпоративов. Приходится встать пораньше, чтобы помочь с украшением офиса. Я быстренько принимаю душ, целую полусонного Кирилла и, одевшись потеплее, выхожу на улицу.
В офисе уже все кипит, не смотря на ранний час. Алексей Романович сегодня особенно весел и, под громко играющую музыку, руководит всем происходящим.
– Полинка! – Лида с криком несется ко мне и наматывает на мою шею мишуру.
– Привет, – здороваюсь я погромче, чтобы все услышали. Какой здоровский все-таки у меня коллектив!
– Как там у вас дела, а? – за работой моя любопытная подруга не упускает возможности узнать новые подробности нашей совместной жизни с Кириллом.
– Да все хорошо, Лида! – добродушно улыбаюсь я. – Правда, я его не вижу толком. Все тренировками своими занят.
Вспомнив о бое, который состоится послезавтра, за день до 31 декабря, я начинаю нервничать.
– Перестань, твой парень побьет любого! – говорит Лида, замечая мою тревожность.
– Да уж…
Мы украсили офис так, что он переливается тысячами огней. Кажется, все довольны проделанной работой.
– Ну, молодцы, ребята! – хвалит нас Алексей. – Жду вас всех сегодня в семь! И не опаздывать!
***
– Ты ведь пойдешь со мной на корпоратив? – спрашиваю я Кирилла, сидя за столом.
– Во сколько? – спрашивает он, пережевывая обед.
– В семь.
– Мне нужно на тренировку, – отвечает Кирилл. – Но я постараюсь успеть.
– Понятно, – говорю я, вставая из-за стола.
– Эй, ну я же сказал, что постараюсь! Что ты обижаешься?
– Я не обижаюсь, все нормально, – отзываюсь я уже из спальни.
Черт! Надо прекратить на него психовать! Это все нервы перед боем. Я боюсь. Не хочу снова чувствовать эти переживания и страх за него. Но он ведь тоже переживает…
Я копаюсь в шкафу, пытаясь выбрать наряд для вечера. С переездом Кирилла, теперь в моем шкафу неразбериха! Помимо кучи моих вещей, тут теперь появились и его. Их, конечно, не так много, но я все еще не привыкла.
– Какую рубашку тебе погладить? – кричу я, но тут же понимаю, что выбирать особо и не из чего.
– Не знаю, – говорит Кирилл, заходя в спальню. – Какую хочешь. Я бы лучше в футболке пошел.
– О, ну естественно, – закатываю я глаза, – и в спортивном костюме!
– Да, – кивает Кирилл, беря свою сумку. – Я пошел.
Он чмокает меня в губы и уходит. Я продолжаю копаться в шкафу. Перебрав почти всю одежду, я, наконец, останавливаюсь на обычном черном платье, чуть выше колен, с треугольными вырезами спереди и сзади. Коктейльное, как раз для корпоративной вечеринки.
Полностью собравшись, я до последнего сижу дома, дожидаясь Кирилла. Но его нет. Без пятнадцати семь я оставляю его костюм на видном месте, на случай если он все-таки решит пойти и вызываю такси.
Естественно, опоздав, влетаю в офис, где уже большая часть народа вовсю веселится.
– Полина! – идет ко мне Алексей со своей супругой. – А ты почему одна?
– Эм…Кирилл будет позже, – отвечаю я, надеясь, что он и правда появится. Приветливо киваю его жене Марии.
– Ну, хорошо, развлекайся! – улыбаясь, говорит он, и они отходят в сторону.
Почти все пришли парами. Надо было хоть Дениса позвать, что ли… О, да! Лида была бы счастлива, – улыбаюсь я про себя. Кстати, надо бы познакомить этих двоих.
Основательно накачавшись шампанским, я чувствую, как мое настроение заметно поднимается. Я танцую и веселюсь. Через какое-то время проверяю телефон и вижу два пропущенных. Вылетаю, чтобы перезвонить Кириллу, но вижу, что он стоит в начале коридора.
– Э-эй! – шатаясь, я иду к нему. На нем белая рубашка, брюки. Рукава закатаны по локоть, верхние пуговицы небрежно расстегнуты.
– Ты почему не заходишь?
– Не знаю, хотел с тобой… – невнятно бормочет он.
– Что ты там лопочешь? Кто тут пьяный я или ты? – мне от чего-то дико весело. – Пойдем! – я беру его за руку и тяну.
С пьяной улыбкой я направляюсь на танцпол, но Кирилл меня останавливает.
– Я не буду танцевать!
– Что-о? Да брось, это же весело!
– Поля, успокойся! Ты когда успела так напиться? – кричит он мне на ухо сквозь музыку.
– Пока ты тренировался! – ехидно отвечаю я и, отпуская его руку, иду танцевать. Что это еще начинается? Контроль?
Он стоит в стороне и наблюдает за мной. К нему подходит Алексей, Лида, они о чем-то говорят. Начинает играть медленная музыка. Несколько секунд я стою, ожидая, что Кирилл пригласит меня, но он также стоит и просто смотрит. Я резко разворачиваюсь и из главного офиса иду в свой кабинет. Он догоняет меня у двери.
– Поля, хватит злиться! Я же здесь!
– Ну да! Спустя три часа! – я захлопываю дверь и опускаю жалюзи, чтобы нас не было видно в кабинете.
– Я тебе сказал, что приду после тренировки. Я пришел. Чего еще ты от меня хочешь?
Я молча смотрю на него, скрестив руки на груди. Качаю головой. Он меня поражает…
– Дай мне время привыкнуть к такому стилю жизни!
– Да что такого необычного в моем стиле жизни? Это же так просто…
– Для тебя просто, – перебивает меня Кирилл. – Но не для меня. Когда ты уже, наконец, поймешь это?!
Я стараюсь успокоиться, в который раз убеждая себя, что с ним нужно вести себя не так. Нужно понимать его. Но алкоголь туманит мой разум, и я не могу себя контролировать.
– Кирилл, я устала от твоей молчаливости, от замкнутости, устала угадывать твои мысли, устала от незнания того, что у тебя в голове! Неужели так трудно поделиться со мной?
Несмотря на кучу заданных вопросов, я не получаю ни одного ответа. Он молча смотрит на меня, сжимая челюсти и кулаки. Отлично! Теперь еще и он злится!
– Просто дай мне время, – тихо произносит Кирилл, опуская голову. Я закрываю глаза, делаю глубокий вдох и подхожу к нему.
– Мы справимся, – шепчу ему на ухо и обнимаю. Чувствую, как его руки смыкаются у меня на спине.
– Ах ты, черт подери! – в кабинет залетает Максим, наш второй режиссер. Но увидев нас, тут же пятится назад. – Простите, ради Бога, простите, я не хотел вам мешать. Двери перепутал.
Переглянувшись с Кириллом, мы начинаем дико хохотать. Надо будет поблагодарить Макса за разрядку обстановки.
– Сто пудов, завтра все будут об этом тарахтеть! – смеясь, говорю я.
– Да пусть говорят! Все равно! – широко улыбается Кирилл.
***
Наступает день боя. С самого утра меня колотит мелкая дрожь. Я слоняюсь по квартире, ожидая Кирилла, который отправился на пробежку. Чтобы хоть как-то отвлечься, я включаю телевизор. Но на каждом канале показывают рекламу этого долбаного турнира, и я выключаю его. Иду на кухню и начинаю готовить.
Через полтора часа я слышу, как хлопает дверь. И тишина.
– Кирилл? – вопросительно окликаю я.
– А ты ждешь кого-то еще? – улыбаясь, спрашивает он, заходя на кухню.
– Нет, просто ты так тихо, – тоже улыбаюсь я.
Он обнимает меня.
– Ой, ты весь мокрый! – пытаюсь высвободиться я.
– Ой, а у тебя все руки в…чем-то. В чем? – смеется он.
– Это майонез. Я решила запечь курицу.
– Ммм, как аппетитно! Это чтобы отметить мою победу?
Я мгновенно становлюсь серьезной. Ну, вот зачем?! Я только забыла о бое.
– Эй, не надо! Не переживай! – тут же говорит Кирилл, замечая мою перемену.
– Я не могу. И не делай вид, что ты не волнуешься.
– Волнуюсь, – серьезно отвечает Кирилл. – Немного.
– Ладно, иди в душ! – я чмокаю его и поворачиваюсь к столу.
Ставя курицу в духовку, я понимаю, что уже пора собираться в офис. Я так старалась отсрочить этот момент, но ведь мне сегодня снова вести эфир. Как же не хочется…
Я начинаю перебирать свой гардероб. Кирилл выходит из душа в одном полотенце. Черт! Не стоило этого делать… Не смотря на волнение и страх, я все-таки страстная натура.
– Что? – спрашивает Кирилл, замечая мой взгляд.
– Ничего, – отвечаю я, упираясь в шкаф. – Мог бы и одеться.
– О-о, вот оно что. Ну, зато теперь ты понимаешь меня. По утрам сама также бегаешь.
Я довольно улыбаюсь, стараясь сконцентрироваться на выборе одежды. Звонит мой сотовый. Как вовремя! Я смотрю на экран – Алексей Романович. Ну, что там еще?
– Алло, – отвечаю я.
– Полина, привет! Слушай, у меня нет времени долго говорить, поэтому объясню все быстро. Я знаю, что в прошлый раз тебе было тяжело вести трансляцию и, ну, в общем-то, Лида потом тоже неплохо справилась, так что сегодня я решил пустить в эфир ее. Пусть это будет подарком тебе на Новый год, – он молчит какое-то время. – Полина? Ты меня слышишь?
– Слышу, – растерянным голосом отвечаю я. – Спасибо Вам огромное! О, Вы даже не представляете какое это облегчение!
– Не за что, не за что! Все мне пора бежать! До встречи!
– Спасибо, спасибо! Вы самый лучший! – довольно тарахчу я в трубку.
– Кто это там самый лучший? – спрашивает нахмуренный Кирилл.
– Это Алексей! Он сказал, что мне не надо вести сегодня эфир! Ура! – я прыгаю на Кирилла и расцеловываю его лицо от радости.
– Ну, все, все! Успокойся! – сдержанно улыбается он.
Немного повеселев, я отбрасываю в сторону строгие наряды и ищу что-нибудь поудобнее.
***
Сидя в зрительном зале, я жутко нервничаю, оглядываюсь по сторонам. Как же я благодарна Алексею Романовичу, что они пустили в эфир Лиду, а не меня. Ведущий представляет первых двух бойцов, болельщики громкими аплодисментами встречают их. Кирилл выходит на ринг. Не мигая, я смотрю, как им объясняют правила, как они расходятся по своим углам и ждут гонга. В ожидании я вдруг думаю о том, что тысячу раз видела, как дерется Денис, но как дерется Кирилл не видела никогда. За исключением того случая, когда он спас меня. Звучит гонг, и от напряжения я сжимаю кулаки так, что у меня ногти впиваются в ладони.
– Все будет нормально! – слышу я голос Дениса как будто издалека. Не в силах отвести взгляда от ринга, я коротко киваю ему в ответ. Вижу, как Кирилл стремительно приближается к сопернику и от страха зажмуриваю глаза, боясь того, что могу увидеть. Секунда – и я слышу оглушительный рев болельщиков. Кажется, Денис тоже кричит. Что происходит? Я открываю глаза и вижу, что боксер по имени Артем лежит, а Кирилл уже в своем углу. Что такое? Уже все закончилось, но…как??
– Полина, ты это видела? – кричит рядом Денис.
– Это было невероятно! Одним ударом…самый короткий бой… – доносятся до меня комментарии ведущего.
Я смотрю на экран телевизора, на котором показывают повтор. Кирилл ударил второго боксера один раз. Один раз?? Обалдеть! Как завороженная я смотрю на повтор и глазам своим не верю! Поняв, что все уже кончено, я начинаю кричать, прыгать и смеяться! Слава Богу! Еще один бой позади! Я ищу глазами Кирилла, но он уже покинул ринг. Срываюсь в места и бегу к выходу. Скорее! Нужно скорее найти его! О, Господи, как же я счастлива! Безумный поток радостных мыслей наполняет мою голову! Стоя перед конференц-залом я вся трясусь от счастья!
– Полина, ты куда так улетела? – Денис выходит из зала и идет ко мне. – Я даже поздравить тебя не успел!
– О, спасибо, спасибо! – я обнимаю его.
– И ты рано вышла! Конференция начнется только после окончания второго боя!
– Я знаю, знаю! Но не могу больше там находится!
Спустя какое-то время по крикам болельщиков и голосу ведущего становится понятно, что есть второй победитель. Сейчас начнется пресс-конференция. Из зала повалили журналисты, переговариваясь со своими операторами. Я нетерпеливо топаю ногой, ожидая Кирилла. Через десять минут он выходит из комнаты со своим тренером и идет в нашу сторону. Все собравшиеся приветливо улыбаются ему, выкрикивают похвалы, но он не обращает на них внимания.
– Кирилл! – окликаю его я. Он поворачивает в мою сторону, на секунду обнимает, коротко целует и заходит в зал.
Следом проходит второй боксер и все начинаются ломиться внутрь. Я нахожу в толпе нашу команду и вместе с ними пробираюсь туда же. Денис остается снаружи.
– Созвонимся завтра! – кричит он. – С наступающим!
Я успеваю махнуть ему рукой и занимаю свое место.
– Это было великолепно! Я же сказала, что твой парень побьет любого! Это было просто…просто… – Лида улыбается во весь рот и теряется в словах.
– Да! Да! Я знаю! – довольно улыбаюсь я и обнимаю ее.
Начинается бесконечный поток вопросов, на которые Кирилл отвечает со своим своеобразием – четко, конкретно и без лишних слов.
– А что Вы думаете о своем сопернике Денисе Радищеве? Как известно, он брат Вашей девушки. Вы собираетесь поддаваться ему, если окажетесь с ним на ринге? – слышу я очередного журналиста и мгновенно напрягаюсь. Что это за вопросы, черт возьми?
– Это провокационный вопрос! – возмущается тренер.
– Денис Радищев – хороший боксер, – коротко отвечает Кирилл, игнорируя второй вопрос и зло смотрит на парня, который их озвучил. Черт! Да если кто-нибудь еще посмеет задать подобные вопросы, я сама их стукну!
– У нас есть время еще на два вопроса, – говорит один из спонсоров мероприятия.
Я начинаю нетерпеливо ерзать. Еще чуть-чуть и мы можем ехать домой. Как же, оказывается, есть хочется. Хорошо, что я приготовила ужин утром.
И вот, наконец, заданы последние вопросы и конференцию объявляют закрытой. Съемочная группа нашего канала уже грузится в свой бусс, Лида чмокает меня в щеку на прощание и спешит занять свое место. Народ потихоньку рассеивается, и я вижу, что Кирилл разговаривает о чем-то со своим тренером. Он жмет ему руку и направляется в мою сторону. Не выдержав, я бегу ему навстречу.
– О, милый! – я крепко обнимаю его.
– Все хорошо, видишь? А ты боялась! – улыбается он. – Поехали домой.
Кирилл берет меня за руку, и мы выходим на улицу. Я сажусь в машину, пристегиваю ремень, беру Кирилла за руку и, широко улыбаясь, смотрю в окно. На улице морозно, но тепло, разливающееся внутри меня, согревает. Мы едем по вечернему городу, улицы которого мелькают разноцветными огнями в преддверии Нового года.
– Что такое? – раздается слева голос Кирилла.
– О чем ты? – спрашиваю я.
Вместо ответа он кивает на мою руку, которая невольно сжала его сильнее обычного. Я поднимаю на него глаза.
– Ничего, – отвечаю я, расслабляя хватку и снова улыбаюсь. Но на самом деле я вспомнила о его сокрушительном ударе, когда сжала руку. Это было так…жестоко. И этот его яростный взгляд во время боя…
– Отрезай мне побольше! – выходя из душа, потирает руки Кирилл, ожидая запоздалого ужина.
– Вот, держи! Ты заслужил! – я ставлю две тарелки на стол и сажусь напротив Кирилла.
– Полина, я тебя напугал? – вдруг спрашивает он, когда я начинаю убирать со стола.
Вот черт! Он что мысли мои читает?
– Нет, не напугал, просто… – я замолкаю, подбирая слова. – Не знаю. Я много раз видела, как дерется Денис и как-то привыкла к этому. Ты дерешься иначе.
– Иначе? В смысле жестче?
Мне становится не по себе от его прищуренного взгляда. Надо же…какая проницательность! Я коротко киваю. Пару минут он о чем-то напряженно размышляет, затем встает и идет в прихожую.
– Эй! Ты куда? – я выхожу за ним.
– Пойду, прогуляюсь, – хмуро отвечает он, натягивая куртку.
– Я что обидела тебя? Кирилл? Не ходи никуда, пожалуйста! – я хватаю его за рукав. Он останавливается, но на меня не смотрит.
– Прости, милый! Прости, если обидела тебя! Я ничего такого не хотела…
– Может быть, после сегодняшнего дня ты решишь, что я слишком жесток для тебя? – перебивает он. Я смотрю в его глаза и понимаю, что почти не знаю его. Сколько же еще мне предстоит узнать о нем?
– Прекрати! Ты не жестокий и мы оба это знаем! Хватит делать из себя монстра!
– А может я такой и есть? Тебе не приходило это в голову?
– Что ты говоришь? – я делаю шаг назад. Он молча поворачивается к двери. – Нет, Кирилл, не уходи! Ну, пожалуйста! – пытаюсь остановить его я. Но все бесполезно. Посомневавшись несколько минут в прихожей остаться дома или все-таки пойти за ним, я решаю остаться дома. Пусть с собой разберется! Я долго ворочаюсь в постели, затем, полная тревожных мыслей, забываюсь беспокойным сном.
***
Я просыпаюсь от какого-то шума. Что такое? Показалось? Смотрю на часы – четыре утра. О-о, ну надо же! Снова этот шум. Насторожившись, я потихоньку выхожу из спальни. Единственным источником света является маленький фонарик, лежащий на полу гостиной. Он освещает Кирилла, который с чем-то возится.
– Что ты делаешь? – спрашиваю я, включая свет.
– Полина! Вот черт! Ты меня напугала!
– Я тебя напугала? Кирилл, блин, я думала, что ко мне воры залезли!
– Какие воры?
– Ну, не знаю. Какие-нибудь. Которые грабят. А что ты…где ты елку взял? – я смотрю на огромную ель, которая занимает половину зала.
– Купил, – просто отвечает он. – А у тебя есть крестовина?
Я смотрю на него во все глаза и мне вдруг становится дико смешно. Елку приволок! Это что, у него новый способ просить прощения?
– Что ты смеешься? – спрашивает он, сидя на полу. Я, не в силах перестать смеяться, просто машу на него рукой и сажусь рядом.
– Ну что? – снова спрашивает Кирилл, начиная улыбаться. Я качаю головой и прижимаюсь к нему.
– Пойдем спать, – говорю я и поднимаюсь с пола.
– Но…
– Пойдем. Завтра все доделаем.
– А почему ты смеялась? – спрашивает Кирилл, стягивая с себя толстовку в спальне.
– Потому что…не знаю. Это было что-то вроде облегчения, что с тобой все в порядке. А еще эта елка! – я снова улыбаюсь, сидя в постели.
– Ты за меня переживала? – серьезно спрашивает он.
– Господи, ну конечно я за тебя переживала! Как я могу не переживать, если…
Я не успеваю договорить. Кирилл оказывается рядом за долю секунды и заключает меня в объятия.
– Я люблю тебя, – шепчет он мне на ухо. Ого! Это первое его признание. Кажется, он вообще никогда никому в любви не признавался. Я смотрю в его глаза, которые, в свою очередь, виновато смотрят на меня.
– О, Кирюша! – я обвиваю руками его шею и притягиваю к себе. – Я тоже люблю тебя!
– Правда? – тихонько переспрашивает он.
– Правда, – отвечаю я, – только не делай так больше.
– Не буду, – произносит он и припадает к моим губам. Крепкие руки обнимают меня, я ощущаю тепло его тела сквозь шелковый пеньюар и инстинктивно прижимаюсь еще сильнее. Кирилл аккуратно опускает меня на кровать.
– Не бойся, с тобой я всегда буду нежен, – шепчет он, покрывая поцелуями мою шею.
Глава 12.
Я открываю глаза. Уже светло. Смотрю на часы – половина одиннадцатого. Надо вставать.
– Кирилл? – зову я, вспоминая события прошлой ночи.
– Я здесь! – отзывается он, судя по всему из гостиной. Я встаю с постели и шагаю туда. Каким-то образом Кирилл умудрился установить елку в углу рядом с окном. Но она настолько огромная, что доходит почти до середины комнаты.
– А где ты взял крестовину? – удивляюсь я, потому что у меня ее точно не было. Я не ставила елку, даже искусственную.
– Сходил в магазин, – отвечает Кирилл.
И когда он все успевает? Я смотрю на него, такого по-детски радостного и новогоднее настроение просыпается во мне.
– Тебе нравится? – спрашивает он, указывая на ель.
– Очень нравится! Осталось только нарядить ее, – отвечаю я, улыбаясь.
Стоя в ванной, я смотрю на себя в зеркало. 31 декабря. Наш первый совместный Новый год. Как странно. Каждый раз в новогоднюю ночь я веселилась в шумной компании. А сегодня, кажется, буду отмечать праздник вдвоем с любимым. Так по-семейному.
– Полина? – Кирилл стучит мне в ванную, отвлекая меня от размышлений.
– Что такое? – я открываю дверь.
– Твой телефон.
Я беру сотовый из его рук и вижу на дисплее фото Дениса.
– С наступающим, брати-и-ик! – кричу я в трубку.
– С наступающим! – моментально отзывается он. – Уже не спишь?
– Нет, мы собираемся по магазинам. Пойдешь с нами?
– Нет, Поль. А что насчет вечера? Встретим Новый год вместе?
Я бросаю взгляд на Кирилла. Черт! Надеюсь, он не будет против. Со всеми этими событиями и напряженными днями я вообще забыла о подарках и планах на новогоднюю ночь. Не оставлять же Дениса одного…
– Конечно, – отвечаю я, когда в мою голову приходит подходящая идея. – Жду тебя к восьми!
Положив трубку, я снова смотрю на Кирилла.
– Ты ведь не против?
– Чтобы вместе встретить Новый год? Конечно, нет!
– Пожалуй, еще Лиду позовем. Давно хотела свести этих двоих.
– У тебя такое забавное выражение лица, когда ты что-то задумываешь, – улыбается Кирилл. – Ты знаешь, а твой брат не похож на человека, которого надо знакомить с девушками.
– Зато Лида похожа! – улыбаюсь я в ответ. О, да! Это будет весело!
***
– А вот эту сюда, – говорю я, вешая последнюю игрушку, и отхожу назад, чтобы полюбоваться нашим творением. Елка получилась чудесной!
– Очень красиво! Осталась только звезда. Повесишь?
– Издеваешься? Я же не дотянусь!
– Дотянешься! – говорит Кирилл и, поднимая за талию, ставит меня на диван. – Запрыгивай!
– Что? На шею? Не-ет, я же сто пудов грохнусь!
– Не бойся! Давай! – машет он рукой.
Поколебавшись еще пару мгновений, я перекидываю ноги через плечи Кирилла и сажусь ему на шею. Крепко вцепившись ему в волосы, я кричу и смеюсь во весь голос.
– А-а-а! Как круто-о!
– Звезду надевай! – сквозь смех кричит Кирилл.
– А ты меня еще покатаешь?
– Покатаю, покатаю, – улыбается он.
Нацепив звезду, мы балуемся как дети, валяемся на полу среди разбросанных коробок от игрушек и гирлянд.
– Я так счастлива! – говорю я, лежа на боку и обнимаю Кирилла.
– И я счастлив! Очень, – отвечает он и целует меня в губы.
***
Без пятнадцати восемь. Стол накрыт, наша елочка блестит и переливается. Осталось только гостей дождаться. Надеюсь, Лида успеет… Она пол дня помогала мне с готовкой и только час назад убежала домой собираться. Радует хоть, что мы живем рядом.
– Ну, как? – Кирилл появляется в дверном проеме.
– А ну-ка, пойдем на свет.
Я выхожу в прихожую и оглядываю его. На нем новенькая светло-голубая рубашка и брюки. Мой подарок в честь Нового года. Рукава как всегда закатаны до локтя, две верхние пуговицы соблазнительно расстегнуты. Галстук на него напялить, конечно же, нереально.
– Обалденно! Мне очень нравится! – я беру его за руки и тяну за собой к зеркалу. На мне шелковое небесно-голубое платье с глубоким вырезом спереди. На груди красуется небольшой кулон темно-синего цвета.
– По-моему ты выглядишь куда лучше, – говорит Кирилл, вставая позади меня и обнимая.
– Перестань. Посмотри, как гармонично мы смотримся, – я улыбаюсь своему отражению и поворачиваюсь к Кириллу. Провожу ладонью по гладко выбритой щеке и тянусь к губам. Осторожно, чтобы не смазать помаду, я чмокаю его несколько раз. Боже, как соблазнительно он пахнет. А еще эта расстегнутая рубашка… Кирилл ловит мой взгляд и его пухлые губы расплываются в улыбке.
– Кажется, тебе не стоило красить губы так рано.
– Ага, – улыбаюсь я в ответ и снова целую его.
Звонок в домофон отвлекает нас. И очень вовремя, потому что я уже подумывала наплевать на макияж и наглаженную одежду.
– Приве-ет! – залетает в квартиру Денис, широко улыбаясь.
– Привет, – целую я его в щеку.
Они обмениваются с Кириллом рукопожатиями и проходят в зал, а я иду на кухню, чтобы проверить индюшку в духовке.
– Кирилл, открой, пожалуйста! – кричу я, когда снова раздается домофонный звонок.
– Ты пригласила кого-то еще? – заходит на кухню мой брат.
– Да, свою подругу Лиду, – отвечаю я, многозначительно подмигивая бровями.
– О, ты опять начинаешь сводничать? – морщится Денис в притворном недовольстве.
– Именно так, – хихикаю я.
С порога Лида начинает тарахтеть о том, какая на улице замечательная погода и что мы обязательно должны пойти гулять.
– Сходим, сходим! – улыбаюсь я, выходя из кухни. – А ты молодец! Быстро управилась.
– Ну конечно! Я ведь не могла опоздать на встречу с твоим братцем, – подмигивает мне Лида, поправляя прическу.
Еле сдерживая смешок, я смотрю на Кирилла, который прижал ко рту кулак, чтобы не расхохотаться.
– Он что уже здесь? – резко поворачивается Лида, округляя глаза.
И тут нас прорывает! Под дикий гогот Денис выходит из кухни и протягивает Лиде руку.
– Денис, – представляется он, – братец этой вечно хихикающей особы.
– Лида. Подруга этой вечно хихикающей особы. А еще, как ты успел заметить, чемпион по попаданиям в неловкие ситуации, – не растерялась она.
Судя по всему, Денис остался доволен ее ответом. Он улыбается и подмигивает мне.
– Ну, так что? Идем за стол? – беру я инициативу в свои руки. Мы рассаживаемся по разным сторонам стола: я и Кирилл – слева, Лида и Денис – справа.
– Прощай, Старый год! – выкрикивает Лида и тянет полный бокал шампанского.
– Нет-нет, подождите! – останавливает ее Денис. – В нашей семье есть обычай: прежде, чем проводить Старый Новый год мы все должны сказать, что хорошего он нам принес.
Я выжидательно смотрю на Кирилла, который, кажется, с такой традицией никогда не сталкивался. Для меня это было привычным ритуалом, как уже сказал Денис – дома мы всегда так делали. Однако последние несколько лет я ее не соблюдала, так что мне тоже надо было призадуматься о том, что я буду говорить.
– Ну, пока вы все созреваете, я, пожалуй, начну, – говорит Денис, поднимая бокал. – Для начала отмечу свою поездку в Рим. Сам город, признаться честно, меня привлекает не особо, но вот Колизей – другое дело. Все эти гладиаторские бои и ну, знаете, эта атмосфера меня весьма порадовали. Давно хотел там побывать и вот, наконец, сделал это. А главное, это, конечно же, участие в турнире. Для меня это огромный опыт, большое удовольствие и исполнение мечты. Наверное, – немного застеснявшись, заканчивает он.
– Отлично, братец! Яркие события принес тебе этот год! – хлопаю я в ладоши. – Та-ак, а кто у нас будет следующ…
– Твоя сестра, – негромко произносит Кирилл, глядя на Дениса.
– Что моя сестра? – немного помолчав, ожидая продолжения, спрашивает Дэн.
– Она – лучшее, что принес мне этот год, – отвечает Кирилл, поворачиваясь ко мне.
Все сразу как-то подозрительно притихли. Боковым зрением я вижу, как уголки губ Лиды ползут вверх, мой брат улыбается, подняв одну бровь. Я же во все глаза смотрю на Кирилла. В этом вроде ничего такого нет, я и сама собиралась сказать примерно то же самое про него, но…не знаю. Умеет же он выбрать момент, чтобы немножко всех ошарашить.
– А еще возвращение сюда, в родной город. И бокс. Но это не главное, – добавляет Кирилл, чуть погодя. – Ну, как-то так, – неуклюже заканчивает он, пожимая плечами.
– А теперь, наверное, моя очередь, – начинаю я, оторвав свой взгляд от Кирилла. – Во-первых, это моя квартира. Приятно завести свой собственный уголок. Тебе и родителям, кстати, за это тоже спасибо причитается, – обращаюсь я к Денису.
– Ой, да ладно, – машет он рукой.
– Далее повышение на работе, – продолжаю я. – Это, может, слегка банально, но, тем не менее, важно для меня. И, наконец, самое главное, – я снова поворачиваюсь к Кириллу, – это ты. Мужчина, который привнес в мою жизнь новых красок, эмоций, любовь, в конце концов! И это еще не говоря о том, что он спас меня! Так что, спасибо уходящему году за моего мужчину!
Я наклоняю голову и слегка целую его в уголок губ. Он, кажется, маленько в шоке. Я знаю, он не привык к таким открытым проявлениям чувств, и, возможно, своими откровениями я его смутила, но, черт возьми! Да я хочу говорить ему это! Хочу, чтобы он знал, что умеет доставлять радость и положительные эмоции, что его можно любить, и он заслуживает этого!
– Я люблю тебя, – тихо шепчу я ему на ушко.
Он молчит, но в его взгляде я вижу взаимность.
– А я… Эй! Кому-нибудь еще интересно, что особенного случилось со мной?! – возмущенно спрашивает моя подруга.
– О, ну конечно! – Денис поворачивается к ней, опираясь локтем на стол и подперев кулаком подбородок. – Давай же, чемпион по нелепым ситуациям, порази нас! – улыбается он.
Лида строит гримаску, отвечая Дэну без слов, а затем продолжает:
– Ну, я в этом году впервые в прямой эфир вышла. Совсем недавно, кстати.
– Ну, мы-то знаем, – вставляет Кирилл, улыбаясь.
– Да. А еще моя малышка! – восторженно говорит Лида.
– Ребенок? – округляет глаза Денис.
– Машина, – отвечает моя подруга, легонько ткнув его в лоб. – Ну, и, наверное, знакомство с тобой, – добавляет она, смотря на Дэна.
Что такое? Кажется, мой брат в шоке? Сегодня какой-то вечер шокирования!
– Как это? Почему? – спрашивает, все еще офигевший Денис. Кажется, такого он от нее не ожидал.
– Не знаю. Я тебя всегда заочно знала, благодаря твоей вечно болтающей сестрице. А сегодня вот реально встретились.
– Надо же! – Денис поджимает губы. – Прикольно! Я тоже рад знакомству.
Ха! Единственная девушка, сумевшая хоть чуть-чуть подошарашить моего брата! Два сапога пара!
– Итак, подведем итог: хороший у нас получился, в общем-то, год. Так что давайте проводим его как следует, со всеми почестями.
Мы поднимает бокалы вверх и, громко улюлюкая, чокаемся.
***
Около половины двенадцатого, как бешеные, мы начинаем собираться. Мы успели нормально так подвыпить, пока сидели за столом, так что собираемся мы не так уж шустро.
– Шампанское не забудь! – кричит Денис Кириллу, который скидывает в сумку все горючее, что есть в доме. Самыми трезвыми были, конечно же, мальчики. Спортсмены, блин! Одевшись, обувшись, мы, наконец, вываливаемся на улицу, при этом дико хохоча. Я беру Кирилла под руку, чтобы не свалиться где-нибудь по дороге. Надо же, как развезло меня от шампанского! Лида без всяких стеснений хватается за Дениса, и мы направляемся к дворцовой площади, где и будет происходить основное действие. Точнее оно уже там давно происходит. Это мы запоздалые зрители. Но, для меня, главное действие это салют, так что я ничего не пропускаю.
Весь Невский перекрыт, уже с утра он превратился в пешеходную зону. По нему гуляют толпы народа, выкрикивая поздравления.
– Давайте покатаемся! – завожусь я, завидев каток вокруг огромной елки. Это происходит у меня каждый раз, когда прихожу сюда, так что я предусмотрительно переоделась.
– Ага! Ты-то в штанах, а я как буду в платье кататься? Один раз упаду и конец моему наряду! – хнычет Лида.
– Я тебя поймаю, – хитро улыбается ей Денис.
Лида прищурено смотрит на него, как бы прикидывая, стоит ли ему доверять.
– Ладно, покатаемся позже, а пока доставайте шампанское! – подталкиваю я их.
Мы успеваем наполнить бокалы, и слышим, как начинается отсчет.
– Ура-а-а-а!!! – раздается со всех сторон.
Яркий свет озаряет все вокруг – запустили салют! Это зрелище всегда делает из меня ребенка. Как завороженная я смотрю в небо, на котором друг за другом взрываются десятки петард, рассыпаясь миллионами разноцветных огней. Волшебство…. Все вокруг происходит, словно в замедленной съемке. Шум, крики, свист, музыка и грохот фейерверка – я растворяюсь во всем этом. Чувствую, как Кирилл поворачивает меня к себе.
– С Новым годом, любимая!
– С Новым годом, любимый мой! – я широко улыбаюсь и целую его. Теплые губы согревают мое лицо. Я открываю глаза. Наши лица освещаются вспышками салюта, я смотрю на него и понимаю, что это лучшая новогодняя ночь в моей жизни!
Глава 13.
Полуфинал. Даже произнося это слово про себя, я кривлюсь. Восьмого января стало известно, что полуфинальный и финальный бои будут проводиться в Москве двадцатого числа. С одной стороны, я была этому рада – мне не придется вести трансляцию, но с другой – я не знала получится ли поехать с ними. А что если кто-то из них выйдет в финал? Это еще на один бой больше. А что если… Неприятная мысль всплыла в моем сознании. Что если они оба выйдут в финал? Что тогда? Я всеми фибрами души надеялась, что этого не случится.
– Полина? Ты слышишь, что я тебе говорю? – Лида отрывает меня от размышлений, дергая за рукав.
– А? Что? – растерянно моргаю я.
– Алексей Романович сегодня, кажется, в хорошем настроении. На твоем месте я бы пошла именно сейчас!
Я уже второй день собираюсь поговорить со своим боссом насчет трехдневного отгула, чтобы полететь в Москву и все никак не решусь. Через полчаса заканчивается рабочий день, а завтра начинаются выходные и мне надо бы поторопиться.
– Ты полетишь со мной? – спрашиваю я подругу.
– Что? – Лида вскидывает брови. – Поль, я не думаю, что у него настолько хорошее настроение, что он отпустит нас обеих, – улыбается она, наклонив голову.
Я делаю глубокий вдох, закрываю глаза, затем открываю их и направляюсь к кабинету главного редактора.
– Алексей Романович, можно? – стучу я и одновременно открываю дверь.
– Входи. Я как раз закончил говорить по телефону.
Я закрываю за собой дверь, сажусь в кресло напротив.
– Ты что-то хотела? – поторапливает меня Алексей.
– Да, я…Вы знаете, что в следующую среду боксеры и все организаторы летят в Москву. И, так как в составе мой брат и парень, то я бы хотела… – на мгновение я замираю, в тысячный раз обдумывая правильную формулировку. – Я бы хотела полететь с ними. Если, конечно, Вы меня отпустите, – я поднимаю на него глаза. Черт! Я столько времени знакома с ним, знаю, казалось бы, каждую возможную реакцию, но все равно волнуюсь.
– Насколько я знаю, все это мероприятие будет длиться несколько дней? – сведя брови, спрашивает Алексей Романович.
– Да. В среду вылет, в четверг бой и в пятницу ночью обратно. Три дня, – отвечаю я, смотря на него, не мигая.
– Ну, это немного, так что да, Полина, ты можешь лететь.
Я облегченно вздыхаю.
– Спасибо! Вы даже не представляете, как я благодарна! – улыбаюсь я своему начальнику, подскакиваю со стула и жму ему руку.
– Да не за что. И, Полина, – окликивает он, когда я уже берусь за ручку двери. – Удачи!
В мгновение ока я становлюсь серьезной, улыбка сползает с моего лица. Я коротко киваю ему и вылетаю из кабинета. Радость, которую я испытывала всего пару минут назад уже испарилась. Я понимаю, что хочу и не хочу быть там одновременно.
– Отпустил? – подлетает ко мне Лида.
– Да, – тихо отвечаю я.
– Что-то я не вижу радости…
– А чему радоваться, Лида?
Она молча поджимает губы, понимая мое настроение.
– Это нужно сделать. Последний рывок, – обнимает подруга меня за плечи.
– Да, я знаю. Через несколько дней этот кошмар, наконец-то, закончится. Поскорее бы…
***
Я медленно плетусь домой. Кирилл, наверное, все еще на тренировке, с Денисом я не виделась уже четыре дня. Господи, мы так веселились вместе на Новый год, что мне казалось, будто все уже закончилось, а сейчас меня с ног до головы колотит мелкая дрожь. И мороз здесь совершенно ни при чем. Зайдя в квартиру, я сбрасываю с себя всю одежду и направляюсь под горячий душ. Тревожные мысли терзают меня, слезы медленно струятся по щекам, сливаясь с каплями воды. Через пару недель два близких мне человека снова окажутся на ринге. Почему в жизни всегда все так запутанно и сложно? Тяжело… Выйдя из ванной, набираю Кирилла. Гудки идут, значит, он уже не в спортзале. Наверное, едет домой. Немного успокоившись, я начинаю готовить ужин. Нетерпеливо поглядываю на часы. Пора бы Кириллу уже прийти. Снова хватаюсь за телефон – не отвечает. Странно… Около десяти часов в сотый раз набираю его номер трясущимися от волнения руками. Что-то не так, я чувствую.
– Алло, – раздается на том конце.
– Кирилл! Ну, наконец-то! Я уже не знаю сколько тебе трезвоню! Где ты? Почему не брал трубку?
– Поля, у меня отец умер.
– Ч-что? – теряюсь я.
– Мой отец…Он…Он умер… – слабым голосом повторяет Кирилл.
***
Похороны прошли строго, согласно военной тематике. Попрощаться с покойным полковником Смирновым пришло много народа. Всю церемонию Кирилл стоял в стороне, и только когда большая часть людей разошлась, он подошел ближе. Его лицо не выражает ровным счетом ничего. Взгляд пустой. Но все та же старая, давно знакомая морщинка залегла меж бровей. Постояв минут десять он выпускает мою руку из своей и идет к машине.
– Кирилл! – следую я за ним. – Кирилл, куда ты? Подожди!
Но он лишь ускоряет шаг, садится в машину и уезжает. Ничего не понимая, я смотрю, как люди рассаживаются по машинам и автобусам, чтобы ехать в кафе, на поминки.
– Простите, Вы Полина? – вывел меня из ступора какой-то мужчина в военной форме.
– Да, – отвечаю я.
– Меня зовут Николай. Я знаю, что у Кирилла были напряженные отношения с отцом, но Саша очень любил его. Я просто хочу сказать, что если вдруг вам нужна будет какая-нибудь помощь, вы всегда можете обратиться ко мне. Кирилл знает, где меня найти. Вы уж берегите его, ладно? – в его печальном взгляде я вижу боль. Боясь, что заговорив, заплачу, я просто киваю ему. Он легонько пожимает мою руку и отходит.
***
Прошло уже несколько дней, с тех пор похоронили его отца, но Кирилл почему-то упорно избегал меня. Приходил домой очень поздно, а утром уходил ни свет ни заря. Поначалу я ходила за ним, пыталась быть рядом, потом поняла, что он хочет побыть один, но сегодня мое терпение лопнуло. Я беспокоюсь за него, черт возьми! И, в конце концов, завтра вылет в Москву!
– Он здесь? – сходу спрашиваю я, влетая в спортзал.
Алекс, парень-администратор, молча тыкает пальцем в сторону одиночного зала. Я пулей пролетаю через основной зал и открываю дверь в маленькую коморку, в которой весят две груши для одиночных тренировок. Я медленно вхожу, плотно закрывая за собой дверь. Кирилл молотит без остановки все больше раскачивающуюся в разные стороны грушу и, кажется, даже не замечает, что уже не один. Ежесекундно я слышу жесткие удары по груше, которые эхом отлетают от стен комнаты.
– Хватит, остановись! Прошу тебя, хватит! – не выдержав, срывающимся голосом кричу я. – Зачем прятаться? Почему ты не признаешься, что тебе больно? В этом ведь ничего такого! Или тебе проще колотить бездушный предмет, чем признать свою человечность? Ты ведь не такой! Не такой… – обессилевши от крика, я оседаю на пол.
– Не такой? – бросив грушу, Кирилл подходит ко мне. – А какой же я, по-твоему? А? Какой? – тряся меня за плечи, он все продолжает кричать. А я лишь сижу и смотрю на него перепуганными, полными слез глазами.
– Хватит, милый, прошу тебя, – почти шепотом говорю я. – Не нужно больше сдерживаться и прятать свои чувства. К чему эта маска безразличия? Тебя никто не видит! От меня не закрывайся! Я знаю, что тебе больно, хоть ты и стараешься не показывать этого.
Кирилл медленно опускается на пол рядом со мной и закрывает лицо руками. Я встаю на колени и обнимаю его, прижимая голову к груди.
– Не надо меня жалеть! – отстраняется он от меня. – Полина, ты постоянно пытаешься увидеть во мне какого-то…кого? Доброго, любящего, послушного мальчика? Да только я не такой! Я хмурый, психованный, жестокий… И не надо меня переделывать!
– Я…не… – я теряюсь от его резкого тона.– Зачем ты говоришь мне все это?
Кирилл тяжело дышит, встает и снова направляется в сторону груши. Несколько минут я просто стою и смотрю, как он с еще большей злостью и отчаяньем колотит ее, потом резко поворачиваюсь и иду к выходу. Возле самой двери Кирилл догоняет меня, хватает за руку и грубо прижимает к стене. Я пытаюсь пошевелиться, но под натиском его тела мне не шелохнуться.
– Что? Чего ты добиваешься? – спрашиваю я его и чувствую, как злость закипает у меня внутри. – Ты хочешь, чтобы тебя все ненавидели? Ты хочешь, чтобы я возненавидела тебя? Так знай – этого не будет! Я никогда…
– Замолчи! – рявкает он мне в лицо.
– Нет, не замолчу! – сердито говорю я. – Ты никогда не убедишь меня в том, что ты плохой человек, Кирилл! Потому что ты хороший! Пусть вспыльчивый, иногда хмурый, но хороший!
– Я сказал – замолчи! – рычит Кирилл. Он почти вжал меня в стену, кости начинают ныть от обездвиженности, но мне все равно! Пусть хоть переломает мне все тело, я его не оставлю! Я чувствую, как Кирилл ослабляет хватку и поднимает руки к моему лицу.
– Прости, – выдыхает он, отстранившись от меня. Его потерянный, извиняющийся и убитый горем взгляд выветривает из меня последние нотки злости. Я часто дышу кладу руки ему на грудь. Он делает шаг назад, проводит большими пальцами по моим мокрым щекам и закрывает глаза.
– Не нужно извиняться, – тихо говорю я. – Ты ни в чем не виноват! Иди сюда, – я обнимаю его за шею и притягиваю к себе.
Кирилл крепко прижимает меня к себе и утыкается мне в шею, пряча свое лицо.
– Я любил его, – шепотом произносит он, поднимая голову. Его лицо мокрое от слез. Боже мой, он плачет. Первый раз я вижу его слезы.
– Я знаю, – также шепчу я и прикладываю раскрытую ладонь к его щеке.
– И даже не успел с ним попрощаться.
Господи, что мне сделать, чтобы помочь ему? Сейчас, наверное, любая помощь бесполезна. А еще этот турнир! Черт бы его побрал!
– Полина, иди домой. Я приду через пару часов, – говорит он и снова поворачивается к груше.
– Ну, уж нет! Ты опять куда-нибудь денешься, и я снова буду переживать. Мы поедем домой вместе!
Немного подумав, Кирилл, смирившись, кивает и начинает одеваться.
– Где ты ночевал последние два дня? – спрашиваю я, пристегивая ремень безопасности.
– Да так… В спортзале, в машине.
Я молча смотрю, неодобрительно качая головой. Больше я такого не допущу!
***
– Завтра я лечу с вами, – говорю я, расправляя постель.
Кирилл молчит с минуту, затем просто кивает мне в ответ.
– Нужно будет собрать немного вещей. Что тебе положить?
– Мы будем жить в одной гостинице? – спрашивает он, игнорируя мой вопрос.
– Если будут места, то да. В одном номере, наверное, не разрешат, постараюсь взять где-нибудь поближе к тебе.
Он молча обходит кровать и ложится рядом со мной. Я поворачиваюсь на бок и прижимаюсь к нему. Тепло и запах его тела действуют на меня успокаивающе. А вот как мне успокоить его?.. Внешне он выглядит спокойным, впрочем, как и всегда, но внутри, я уверенна, ему плохо.
– Ты хочешь поговорить? – шепотом спрашиваю я, смотря на него. Глаза закрыты. Как будто спит. Только руки, тихонько поглаживающие мою спину, дают знать, что он меня слышит. Кирилл отрицательно качает головой. Я поднимаю руку и мягко касаюсь его левой щеки. Он моментально открывает глаза и смотрит на меня.
– Спокойной ночи, – говорю я и целую его в губы, затем начинаю поворачиваться на другой бок, но Кирилл останавливает меня. Перевернувшись на спину, он тянет меня за собой, от чего я полностью оказываюсь на нем. Его руки выводят затейливые узоры на моей спине, постепенно спускаясь вниз. Мое тело мгновенно реагирует на его ласки. Черт! Может сейчас не время? Но я так соскучилась по нему. Я тихо ахаю, когда он сжимает мои ягодицы, крепче прижимая к своим бедрам. Нежно целую его. Постепенно наше дыхание учащается, а поцелуй становится более страстным.
– Девочка моя родная, – шепчет Кирилл, зарываясь в мои волосы.
– Твоя…всегда буду твоей, – шепчу я ему в ответ.
Глава 14.
В аэропорту меня ждал небольшой сюрприз – Лида летела с нами.
– Но как? – недоумевающе спрашиваю я ее.
– Очень просто: у нас самый лучший в мире босс!
Почти все время полета мы молчали, перебросившись лишь парой необходимых фраз. В соседнем ряду сидит мой родной брат, с которым, возможно, придется драться моему любимому мужчине. Какие тут разговоры? Лида сидит рядом с Денисом, они о чем-то болтают. Почему у всех такая непринужденность? Это только меня мучают мысли о предстоящих боях?
– Я знаю, ты боишься за брата. Не нужно беспокоиться, – шепчет Кирилл мне на ухо, взяв за руку.
– Я переживаю за вас обоих! – поворачиваюсь я к нему.
– Постарайся не волноваться. Все ведь хорошо будет. Мне не по себе от этого напряжения.
Я внимательно разглядываю его: как всегда на лице маска спокойствия и я удивлена его внезапной открытости.
– Мне тоже, – глубоко вздыхаю я. – Но, как бы там ни было, совсем скоро все закончится, верно?
– Да, – кивает он и, немного помедлив, как будто сомневаясь, тихонько касается губами моей щеки.
***
Мы медленно движемся в огромном потоке машин. Я бесстрастно смотрю в окно. Словно в тумане проезжаю оставшуюся часть пути и прихожу в себя только, когда Лида начинает трясти меня за плечо. Я выхожу из такси и останавливаюсь.
– Я не хочу туда идти, – говорю я слабым голосом.
– Но ты не можешь не пойти! – строго говорит Лида. – Им нужна твоя поддержка. Обоим!
Последнее слово она произнесла тоном, который не терпит возражений, и я покорно направляюсь ко входу. Мы входим внутрь. Охрана тут же останавливает нас. Мы показываем билеты, и один из секьюрити ведет нас к залу. Мы входим. Я медленно обвожу глазами огромный зал. Все сверкает множеством огней. Круговые трибуны, на которых нет ни одного свободного места, шумят и ломятся от топота болельщиков. Мы занимаем свои места. Через какое-то время объявляют двух первых бойцов, и они выходят на ринг. Кирилл выглядит спокойным, его соперник же напротив – агрессивен. Инстинктивно я вскакиваю и машу ему рукой. Черт! Кажется, он ищет меня взглядом, но совсем не в той стороне. Сквозь крик болельщиков я слышу звон гонга. Опять… Бой начинается. Соперник Кирилла, Максим Подольский, огромный бугай. Я вижу, как они приближаются друг к другу и снова закрываю глаза. Несколько минут боя кажутся мне вечностью.
– Полина, он победил! Кирилл в финале! – кричит Лида то ли с радостью, то ли с огорчением. Черт! Значит мне предстоит выдержать еще один бой сегодня. Точнее ему. Как минимум один. Надеюсь Денис не…
– А что если Денис тоже выйдет в финал? – поворачиваюсь я к подруге.
– Что значит ЕСЛИ? – отвечает мне Лида. И я вижу, что на ее лице абсолютная вера в победу моего брата. Обалдеть! Как по мне, так лучше бы они оба давно вылетели из этого турнира. Или вообще не дрались! Конечно, я желаю им победы. Каждому. Но по отдельности! Я не хочу выбирать, это будет…
– Смотри, Денис выходит.
Я фокусирую свой взгляд на ринге. Денис наклоняет голову в стороны. Со стороны это выглядит как простая разминка, но я-то знаю своего брата как никто – он нервничает. Нехорошо…
Этот бой длится дольше всех предыдущих. Кажется, Денис побеждает, но вид его побитого лица ничуть не успокаивает меня! Второй боксер держится на ногах третий раунд, но в середине четвертого мой брат отправляет его в нокаут. В порыве я вскакиваю и радуюсь вместе с Лидой его победе, но когда до меня доходит, что это значит, я просто обессиленно падаю на свое место.
– А сейчас дадим же нашим финалистам десятиминутный перерыв, перед самым важным боем в их жизни! – говорит ведущий. Я встаю и направляюсь к выходу.
– Куда ты? – кричит мне вслед Лида. Не ответив, я продолжаю идти. Возле самого выхода она догоняет меня.
– Куда ты собралась?
– Мне нужно поговорить с…ними, – отвечаю я, ища глазами охрану. Вижу одного из них, который отошел от поста и иду в его сторону.
– Мне нужно увидеть боксеров, – обращаюсь я к нему.
– Это невозможно, – скривив губы, говорит он.
– Нет, Вы не поняли! Я есть в списке. Я сестра одного из боксеров. Меня зовут Полина Радищева.
– Минуточку, – говорит он и направляется обратно, к посту охраны.
Через какое-то время он возвращается, коротко кивает и ведет меня к личным комнатам боксеров. Тем временем Лида остается ждать меня у входа в зал.
– Я буду тут, – кричит она мне вслед.
Я молча шагаю за секьюрити. Слышно, как неподалеку, где-то совсем рядом, шумят фотографы и операторы, ждущие, когда боксеры выйдут из своих комнат.
– Вот, – коротко говорит он, показывает мне пальцем в маленький коридор с несколькими дверьми и уходит.
Я прохожу в коридор и останавливаюсь перед двумя дверьми, находящимися друг напротив друга. Поочередно я смотрю то на одну, то на другую дверь и чувствую, как внутри все сжимается до невероятно маленьких размеров. Господи, за что? Почему мне нужно делать этот выбор? Я поднимаю руки и обхватываю свою голову, чтобы та не разорвалась от бури мыслей. Как же мне поступить? Я думаю о Кирилле. Любимый. Одинокий. Уже столько потерявший в жизни. Как я могу оставить его сейчас? А Денис? Разве я могу оставить его? Он же мой брат! Комок подступает к горлу. Нет! Я не должна плакать! Мне нужно быть сильной! Но как быть сильной, когда сердце разрывается? Почти с осязаемым треском мое сердце раскалывается пополам! На секунду я закрываю глаза, понимая, что тянуть больше нельзя. Нужно решать. И в голову, вдруг, приходит одна мысль. Спасительная мысль, которая теплом растекается по всему телу!
– Да! – тихо говорю я самой себе. – Все правильно! Я так и сделаю!
Глава 15.
Осторожно нажимаю дверную ручку и вхожу внутрь. Пусто. На цыпочках я прохожу чуть дальше и вижу углубление справа. Подхожу ближе – он сидит на скамье, низко опустив голову.
– Кирилл, – тихо говорю я, давая знать о своем присутствии.
Он резко поднимает голову и смотрит на меня хмурым взглядом. На секунду в его глазах мелькает облегчение.
– Иди к нему, – вдруг говорит он, и его лицо снова принимает хмурый вид.
– Что? Нет! – теперь моя очередь хмуриться. Я подхожу к нему и кладу руки на плечи. Он смотрит на меня снизу вверх.
– Значит это твой выбор? Ты выбрала меня? – спрашивает он, и я снова замечаю облегчение на его лице.
Черт! Мысль уже не кажется мне столь удачной… Столько надежды в его глазах, как я могу ее порушить?
– Не совсем, – осторожно начинаю я.
– Не понимаю, – говорит он, качая головой. Я сажусь рядом с ним на скамью, он поворачивается ко мне. Я глажу его по щеке и не могу себя заставить сказать ему то, зачем пришла.
– Кирилл, проиграй ему, – очень тихо и очень быстро говорю я.
– Что? – замерев и не веря своим ушам, спрашивает Кирилл.
– Пожалуйста. Я не могу смотреть, как вы оба гробите друг друга! Я люблю тебя и…
– Полина, да ты что? – перебивает он меня и встает со скамьи. – Ты хоть представляешь, о чем просишь меня? – он начинает ходить из стороны в сторону. Я молчу, опустив взгляд. Господи, какая же я идиотка! Не нужно было просить его об этом.
– Ты что, забыла, почему я перестал драться? А? Забыла? – громко спрашивает он, остановившись напротив меня. – Я перестал драться, бросил здесь все и уехал жить в другую страну, потому что не хотел боев по договоренностям! А теперь ты…ты просишь меня сделать то, от чего я сбежал восемь лет назад? Как ты можешь говорить мне такое? – выплевывает он. Я поднимаю глаза и натыкаюсь на жесткий, осуждающий взгляд.
– Но он мой брат! – в отчаянии кричу я, и слезы льются по моим щекам.
– Ну, так иди к нему! Иди! – кричит Кирилл. – Зачем ты пришла ко мне?
– По-потому ч-что…я люб-лю теб-бя! – заикающимся от сотрясающих меня рыданий голосом произношу я.
Кирилл отворачивается, и долгое время стоит ко мне спиной, смотря куда-то в стену. Не выдержав, я подбегаю к нему, обнимаю за талию и целую его спину. Он берет меня за руки, размыкает их и поворачивается.
– Прости м-меня, – все так же заикаясь, выдавливаю я из себя. – П-прости, Кирюша! Я не права, я знаю. Но я не могла не попытаться. Прости, – мой голос затихает, и я утыкаюсь ему в шею.
– Я сдамся, – бесстрастным, ледяным голосом произносит он. Я молча стою, уставившись на него.
– А теперь иди! Бой скоро начнется. Надеюсь, ты будешь в зале, чтобы увидеть победу своего брата, – так же холодно говорит он.
– Кирилл, я…
– Иди! – повторяет он и подталкивает меня к двери.
На ватных ногах я выхожу в коридор. Боже, что я наделала? Он, наверное, ненавидит меня. И правильно делает. Облегчения, которое я ожидала почувствовать после его согласия, нет и в помине. Мне стало только хуже. Теперь они оба меня ненавидят. Денис за то, что я выбрала Кирилла, а Кирилл за то, что посмела просить его о проигрыше. Но Денис никогда не узнает, что я выбрала его… Из жалости? Нет. Из любви. Самой чистой, родственной любви. Чувствуя себя последней тварью, я подхожу к Лиде.
– Что стряслось? – спрашивает она и непонимающе смотрит на меня.
– Ничего. Я ненавижу себя.
– Перестань! – ворчливо говорит Лида, и открывает дверь.
Пробираясь через толпу, к рингу, я слышу как объявляют имена финалистов: Кирилл Смирнов и Денис Радищев. Услышав это, меня словно прошибает током. Я останавливаюсь, так и не дойдя до центра зала. Лида изо всех толкает меня вперед и под ее натиском, я немного продвигаюсь к рингу. Подойдя почти вплотную к нему, я стою и не осмеливаюсь поднять глаза.
– Смотри! Полина! – кричит мне в ухо Лида.
Я поднимаю свой взгляд и вижу, как на ринг поднимается мой родной, единственный брат и не менее родной, любимый мужчина. Вот они подходят друг к другу, слушают судью, потом расходятся по своим углам, выслушивают последние наставления своих тренеров. Звучит гонг, и я резко зажмуриваю глаза. Нет! Я не буду смотреть туда! Я не буду смотреть на это поле боя, на котором бьются два близких мне человека. Судя по крикам бой начался. Я слышу, как болельщики кричат имя Дениса. А справа, ничуть не тише, раздается имя Кирилла. Мучительно долго тянется первый раунд. Звучит гонг, и я осторожно поднимаю глаза – оба сидят по своим углам, тренеры что-то пытаются до них донести. Оба вроде целы. Тревога немного отступает, но через мгновение слышен гонг, начинается второй раунд, и я снова зажмуриваю глаза. Я боюсь, что если посмотрю, то никогда не смогу простить одного из них. И все же, украдкой бросаю взгляд, когда трибуна справа взрывается диким криком. Я вижу, как Михаил, тренер Кирилла, спускается вниз и бежит в мою сторону. Предчувствуя что-то нехорошее, я отворачиваюсь, но он хватает меня за руку.
– Он просит у тебя прощения! Это единственное, что он сказал перед началом второго раунда, – прокричав это мне на ухо, он снова возвращается к сетке ринга.
Парализованная страхом и болью, я резко поднимаю глаза, уже давно наполненные слезами. Из моей груди вырывается немой крик, при виде ужасной картины: Кирилл без остановки бьет Дениса, который отлетает все дальше и дальше, к ограждению. Бедный! Бедный Денис! Бедный мой братик! Он падает и больше не встает. Начинается беготня. Медик, тренер, судья…все тут же окружают Дениса. Отыскав глазами Кирилла, я вижу, как он стоит в своем углу, оперевшись на ограждение и опустив голову. Чувствую, как Лида обнимает меня и пытается поднять. Что? Я даже не заметила, как опустилась на колени. Отталкивая ее, я закрываю лицо руками и прячу в них свое горе и слезы. Лида изо всех сил тянет меня вверх, поднимает и, принимая большую часть веса на себя, ведет к выходу.
– Ну все, все! Успокойся, милая! – обнимает она меня все крепче. Сквозь слезы я вижу, как мимо пробегает медицинская бригада. Что? Зачем они здесь? Денис…
Глава 16.
Темно. Вроде бы рядом, и в то же время далеко слышу какие-то голоса. Медленно открываю глаза и мутным взглядом осматриваюсь вокруг. Я лежу на узеньком диване в какой-то комнате. Все вокруг бегают, суетятся… Стоп! Почему я лежу? Я пытаюсь подняться и тут же чувствую резкий толчок тошноты и головокружения, который снова прибивает мою голову к дивану.
– Она пришла в себя! – слышу я голос Кирилла где-то совсем рядом. Чувствую, как он берет меня за руку, и снова открываю глаза.
– Что случилось? – еле слышным голосом спрашиваю я.
– Ты упала в обморок, – отвечает мне Кирилл. Он стоит, низко наклонившись ко мне, и я могу разглядеть его лицо: весь в ссадинах, синяках, правая скула рассечена и из нее сочится кровь. Неожиданно в памяти всплывает последнее воспоминание – медицинская бригада.
– Денис! – резко говорю я, испуганно глядя на Кирилла.
– С ним все хорошо, хорошо. Полина, я… – он замолкает, как бы подбирая слова, и в эту минуту к нам подходит врач, который подталкивает Кирилла в сторону и наклоняется надо мной.
– Так, посмотрим, что у нас тут, – спокойным голосом профессионала произносит он. – Как вы себя чувствуете? Голова не болит? Тошнота есть?
– Голова не болит, – отвечаю я. – Но чувствуется легкая тошнота.
– Мне ничего не нужно! – слышу я сердитый голос Кирилла и на мгновение его рука отпускает мою. – Со мной все нормально! – повторяет он и снова берет меня за руку. Он что отказывается от медицинской помощи?
– Кирилл, – тихо говорю я, – пусть они тебя осмотрят. Ты весь в крови.
– Нет, сначала я должен убедиться, что с тобой все в порядке.
– Со мной все нормально, – я стараюсь отвечать более бодрым голосом.
Он смотрит на меня, затем на врача, тот кивает и Кирилл отходит к ждущему его медику.
– Скажите, как мой брат? Второй боксер, – спрашиваю я у врача.
– С ним все хорошо. Вам не стоит беспокоиться. Он ненадолго потерял сознание от удара, но уже давно пришел в себя, – успокаивает он меня и отходит в сторону.
Я облегченно вздыхаю и закрываю глаза. С ним все хорошо. Слава Богу! Тошнота постепенно проходит, и я снова пытаюсь сесть. Чувствуется легкая слабость, но в целом я уже полностью пришла в себя. Кирилл сидит на стуле, девушка-медик обрабатывает его раны. Недалеко от дивана валяется кубок. Победил… В голове мелькнули события вечера. Бой. Кирилл просит прощение через тренера, а потом… Я поднимаю глаза на Кирилла и вижу, что он наблюдает за мной.
– Прости, – одними губами шепчет он.
Я молча качаю головой в стороны. Не нужно сейчас об этом. Главное, что они оба живы и здоровы! Ну, почти здоровы. В комнату влетает Лида и отвлекает меня от моих размышлений.
– Девушка! Сюда нельзя! – тут же подскакивает доктор, что осматривал меня.
– Все нормально, – вытягиваю я руку, останавливая его, – это моя подруга.
– Как ты? – озабочено спрашивает она, садясь рядом со мной. – Я так испугалась! О, Полинка! – говорит она, обнимая меня. – Я переживала за тебя!
– Все в порядке, – успокаиваю я ее, и пытаюсь растянуть губы в улыбке.
– Он тоже испугался за тебя, – говорит она, смотря на Кирилла. – Ты бы видела! Рвался с ринга, как бешеный, когда увидел, что ты упала в обморок! Но его отпустили только после награждения. Вбежал сюда, отбросил свой трофей и… – она вдруг замолчала, таинственно улыбаясь.
– Что? Почему ты так странно улыбаешься? – поторапливаю я ее.
– Ой, Полинка. Он тебя так любит! Подбежал, упал на колени перед диваном, сидел, гладил тебя по голове, по лицу. Отталкивал всех медиков, которые хотели ему помочь. И почему-то постоянно повторял «Прости». Эх, мне бы так… – по-прежнему мечтательно улыбаясь, говорит Лида. – А потом меня выгнали, – обиженно смотрит она на врача и смолкает.
– Не-ет. Никому бы так не пожелала, – ухмыляясь, протягиваю я.
– Да я не о бое… Кстати, я была у Дениса. К нему не пускают, но сказали, что все в порядке.
Я молча улыбаюсь ей и поворачиваюсь к Кириллу. Все раны обработаны, рассеченная скула заклеена пластырем-сшивателем и вид его лица больше не приводит меня в ужас.
– Оу, оставляю вас, – говорит Лида и встает с дивана, когда видит, что Кирилл направляется в нашу сторону.
– Мне сейчас нужно идти на конференцию, – говорит он, садясь на место Лиды. – Снова будут задавать глупые вопросы, – добавляет он и опускает голову.
Я молча смотрю на него.
– Полина! – он поднимает голову. – Прости меня! Прости, девочка моя! Я так виноват! Прости, что не сдержал обещание! Я ненавижу себя за это! – не переставая извиняться, Кирилл обхватывает мою голову руками, прижимается к моему лбу своим и смотрит мне в глаза.
– Ничего, ничего, – шепчу я, отрицательно качая головой. – Все хорошо, любимый, ты ни в чем не виноват!
– Можно я зайду к тебе после конференции? – осторожно спрашивает он.
– Можно? Конечно, можно! Что за вопросы? – хмурясь, смотрю я на него. О, Господи! Он мучает себя виной!
Я обнимаю его за шею, он легонько держит меня за талию.
– Не вини себя, – шепчу я на ухо, положив подбородок ему на плечо. – Я не злюсь. Я рада, что все хорошо. С вами обоими. Я люблю тебя! – нежно целую его в щеку возле рассеченной скулы. Он немного отстраняется, смотрит на меня нежным, любящим взглядом.
– Я очень люблю тебя! – шепчет он в ответ, чмокает в губы и выходит за дверь.
После того, как ушел Кирилл, я, вместе с Лидой иду в комнату, где лежит Денис. Захожу внутрь, осматриваюсь. Врачи складывают свое медицинское барахло, Денис лежит на таком же диване, что лежала я, с перебинтованной рукой и головой. Левый глаз заплыл. Ко мне снова подступает тошнота. Перебарывая страх, я иду к нему. Врач смотрит на меня – я замираю, он хочет что-то сказать, но потом молча кивает, и я подхожу к Денису.
– Денис, – шепотом зову его я. Он открывает глаза, смотрит на меня.
– Сестренка, – говорит он, улыбается и протягивает мне руку. Я беру его за протянутую руку, сажусь на пол рядом с диваном и молча смотрю на него.
– Не плачь, сестренка, – говорит он, и я понимаю, что слезы ручьем льются из глаз. – Все же хорошо.
– Ты не злишься? – всхлипывая, спрашиваю я.
– Нет, – отрицательно качает головой Денис. – Я сам это выбрал. Бокс это…
– Я не об этом, – останавливаю я его. – Я о том, что…выбор…
– Ты любишь его, Полина, – серьезно говорит Денис. – И я не вправе винить тебя за то, что ты выбрала человека, которого любишь.
– Я тебя тоже люблю, – тут же выпаливаю я.
– Я знаю, – улыбается он. – Вот поэтому и не злюсь.
Я наклоняюсь и осторожно обнимаю его, чтобы не задеть больные места.
– Мне нужно будет пару дней провести в больнице, – недовольно кривя губы, говорит Денис. – Не переживай! Ничего серьезного! Всего лишь легкое сотрясение! – добавляет он, при виде моих перепуганных глаз, когда он говорит о больнице. – Ты сейчас в отель?
– Да, – отвечаю я. – Легкое, говоришь? – скептически спрашиваю я, зная, что он может соврать, чтобы не напугать меня.
– Легкое, легкое!
– Давай я останусь, а потом мы вместе поедем домой…
– Не выдумывай, – останавливает он меня. – Я взрослый мальчик, Полина. Справлюсь. Все нормально будет. Езжай в отель, отдыхай. А завтра улетай в Питер. Я вернусь через несколько дней.
– Может мне все-таки остаться? – недоверчиво смотрю я на него.
– Нет! Перестань! – начинает злиться он.
– Ну, хорошо, хорошо, – примирительно говорю я и улыбаюсь. – Позвони мне, ладно?
– Обязательно, сестренка!
– Пока, братишка, – я целую его в щеку, поднимаюсь и выхожу из комнаты.
Мы едем с Лидой в такси по направлению в отель. Неужели все закончилось? Все позади! Завтра мы возвращаемся в Питер и начинаем жить заново! Без всех этих переживаний, без боев, без ругани. Не нужно больше выбирать! Радуясь позитивным мыслям, я улыбаюсь своему отражению в окне автомобиля.
Пожелав друг другу спокойной ночи, мы с Лидой расходимся по своим номерам. Я закрываю дверь, скидываю куртку, кеды и с разбегу падаю на кровать. Распластавшись на спине, я безотрывно смотрю в потолок и широко улыбаюсь. Скоро приедет Кирилл! Я предаюсь мечтам и радостным мыслям, валяясь на кровати. Внезапно раздается стук в дверь. Это Кирилл! На радостях я подскакиваю с кровати, забывая о том, что прошло еще слишком мало времени. Он не успел бы… Я распахиваю дверь. Передо мной стоят два огромных амбала. Один из них резко хватает меня, прижимает к моему носу и рту платок. Сладковатый, приторный запах обжигает ноздри. Мое тело слабеет, все меркнет, и я погружаюсь в темноту.
Глава 17.
Я слышу какие-то отдаленные голоса, громкий смех, кажется, работает телевизор. Я что, в больнице? Ничего не понимая, я открываю глаза. Резкая боль пронзает мою голову, и я зажмуриваюсь. Нет, я не в больнице. Постепенно вспоминаю события прошедшего вечера. Или не прошедшего? Я снова открываю глаза и стараюсь подняться.
– Смотрите-ка, очнулась! – раздается откуда-то сбоку.
Я поворачиваю голову и вижу сидящих за столом мужчин. Двое из них те самые амбалы, что ввалились ко мне в номер. А третьего, что говорил, я никогда прежде не видела.
– Ну, как ты себя чувствуешь? – спрашивает он, вставая из-за стола и направляясь ко мне.
Я молча оглядываюсь по сторонам. Мы в темной комнате, источником света в которой является маленькая лампочка, весящая на высоченном потолке. Стены серые, как и пол, кажется из бетона. Я сижу на старом, разодранном диване, справа от меня стоит стол, за которым сидят двое из похитителей.
– Вы что…вы меня похитили? – слабым голосом спрашиваю я.
В ответ я слышу грубый смех всех троих.
– Конечно, нет! Ты сама к нам пришла! – продолжают хохотать они.
– Сколько времени я здесь? – страх начинает одолевать меня. Но нельзя его показывать! Нельзя. Нужно держаться спокойно и как можно больше выяснить о моем местоположении и что нужно этим людям.
– Совсем недолго. Всего несколько часов. А что, ты уже хочешь обратно в отель? – с издевкой спрашивает стоящий рядом.
– Да, хотелось бы, – стараюсь как можно ироничнее улыбнуться я.
– О, а девочка-то у нас с юмором! Ну, милая, обратно ты попадешь, как только твой ненаглядный чемпион, придет за тобой!
Что? Кирилл? Так это все из-за него? Но, почему?…
– А причем здесь… – начинаю спрашивать я, но тут сама все понимаю. – А-а-а, так вы те самые люди, что угрожали ему в прошлом?
А я-то, глупая, думала, что с ними уже все покончено. Даже не спрашивала у Кирилла ни разу о них. Думала, что он разобрался еще тогда, осенью, когда исчезал.
– Что тебе об этом известно? – похититель сразу становится серьезным.
– Немного, – кратко отвечаю я. Черт! Зачем я затеяла этот разговор? Вдруг теперь они решат, что я слишком много знаю и убьют меня? Нет, им нужен Кирилл, так что… Боже, бедный Кирилл! Он, наверное, сейчас с ума там сходит! А Денис? У него же сотрясение! Он, вероятно, вообще ни о чем не знает. Пусть так и остается. – А что вам от него нужно?
– О, ты сама все увидишь. Только чуть позже.
– Я известный репортер! Вы ведь понимаете, что меня будут искать?
Он наклоняется, оперевшись обеими руками о спинку дивана. Я подаюсь назад, но его лицо прямо передо мной.
– Никто тебя не ищет, – упиваясь своей властью, бросает он. – Все думают, что ты где-то со своим боксеришкой отмечаешь долгожданную победу! Так что можешь забыть о помощи. Никто за тобой не придет! Разве что Смирнов. Угораздило же тебя с ним связаться.
– Вы ничего не знаете о нем! – сердито выпаливаю я.
– Да? А ты много знаешь?
– Достаточно!
– Насколько? Чтобы быть похищенной и сидеть сейчас в этом подвале? Чтобы жизнь за него отдать? Достаточно? Ты ничего не знаешь, девочка! Почему ты так уверенна, что он придет за тобой? Или вообще сделает что-то ради тебя?
– А с чего это вы вдруг стали такой заботливый? Переживаете за меня, а? – парирую я.
– Я всего лишь исполняю приказ. Но похищение никогда меня не привлекало.
– Но ведь вы похитили меня для того, чтобы провести обмен, я права? Значит, вы уверенны, что он придет за мной и выполнит ваши требования!
– Так думает мой босс, не я.
– Босс? И что же ему нужно от Кирилла?
– Скоро сама все увидишь, – улыбается он и кивает в сторону телевизора, стоящего на столе.
– Увижу? Что я увижу? – непонимающе смотрю я на экран.
Мужчина молча качает головой и идет к выходу, доставая телефон. Через несколько минут он возвращается, неся с собой небольшую камеру.
– Сейчас ты дашь нам коротенькое интервью, – говорит он, устанавливая камеру на штатив напротив меня.
– Какое еще интервью? Вы хотите, чтобы я озвучила требования для Кирилла?
– Нет, ну что ты, требования ему уже известны. Тебе нужно лишь подтолкнуть его. Придать ускорения. Для убедительности тебе нужно будет поплакать. Ты ведь работаешь на телевидении? Значит, сумеешь и роль жертвы сыграть.
– Я и так жертва, – ехидно замечаю я.
– Ну, так как? Справишься, или мне добавить спецэффектов? – подняв одну бровь, он выжидающе смотрит на меня и потирает ладони. До меня вдруг доходит смысл его слов. Боже, они будут меня бить!
– Что мне нужно сделать?
– Я уже сказал, похныкать в камеру, периодически умоляя своего супермена спасти тебя!
– А что, если я откажусь?
– Мы умеем быть убедительными. И лучше тебе сделать это по-хорошему! Не хотелось бы испортить эту милую мордашку! – он наклоняется и берет меня за подбородок большим и указательным пальцами. Я дергаю головой и смотрю на него испуганным взглядом.
– Вот, ты уже начинаешь играть! Сколько страха! Надо скорее включать камеру.
Я лихорадочно соображаю. Что же делать? Если я не соглашусь, они изобьют меня и Кирилл все равно это увидит. Но плакать и молить о помощи специально…
– Давай! – командует главный.
Я молча смотрю в камеру. Нет, я не могу… Один из амбалов встает из-за стола, подходит ко мне и резко бьет по лицу. Я вскрикиваю от боли и хватаюсь за свой нос. Чувствую, как кровь хлынула из обеих ноздрей. Пытаюсь подняться, сесть ровно, но получаю следующий удар.
– Хватит! Прошу вас, не надо!
– Не нас проси о помощи. В камеру, – грубо говорит амбал.
– Кирилл, пожалуйста, сделай то, что они просят! – сквозь пелену слез я еле вижу очертания камеры.
– Так-то лучше, – улыбается «оператор».
Они выключают камеру и отходят к столу.
– Мне нужно полотенце, – гундосю я, зажимая нос.
***
Я осторожно наблюдаю за похитителями. Они говорят очень тихо, невозможно разобрать. Спустя час звонит телефон. Главный встает и отходит ближе к выходу. До меня долетают обрывки фраз – «Нет…до завтра?…еще один дубль…». От последней фразы меня бросает в дрожь. Еще один дубль? Рука невольно тянется к опухшей переносице.
– Ну, что ж, надеюсь, тебе здесь нравится, – возвращается он. – Потому что пока твой герой не перестанет упрямиться, ты отсюда не выйдешь!
– Что вам от него нужно?
Он молча ухмыляется и идет к остальным, оставляя мой вопрос без ответа.
Глава 18.
Резко дернувшись, я просыпаюсь. Из-за отсутствия окон невозможно разобрать утро уже или все еще ночь. Щурясь, я осматриваюсь и вижу, что тот, который вечно командует, куда-то делся, один из амбалов спит, облокотившись на стол.
– Сколько время? – спрашиваю я у второго.
– Десять утра, – коротко отвечает он.
Я растираю руки, плечи, ноги, которые затекли и замерзли. Сколько еще мне предстоит пробыть здесь?
– Включай! – сходу командует главарь, закрывая за собой дверь. Разбуженный амбал недовольно нажимает на кнопку. Около минуты они щелкают каналы, затем останавливаются на нужном им и с ехидной улыбкой смотрят на меня. Я непонимающе смотрю на диктора, который болтает о происшествиях в Москве.
– И что? – спрашиваю я.
– Не спеши, сейчас все будет! – по-прежнему улыбаясь, отвечает главный.
– А теперь, новости спорта, – объявляет ведущий. – Боксер, Кирилл Смирнов, недавно победивший в турнире, неожиданно подписал контракт с известной организацией, что удивительно. Еще на пресс-конференции он говорил, что будет драться для себя или же не будет драться вообще. Ну, что ж, все мы иногда говорим глупости, – неудачно шутит ведущий. – Мы будем следить за развитием событий.
Щелкает кнопка и телевизор замолкает. Что? Какого черта? Им нужен был контракт?
– Ну, вот и все, детка! Скоро ты будешь свободна. Вероятно, наше маленькое видеопредставление пришлось по душе твоему дорогому Смирнову, раз он так быстро решил подписать контракт.
– Каковы условия контракта? – спрашиваю я.
– Эта маленькая бумажонка означает, что в течение пяти лет Смирнов обязуется боксировать за наш клуб. Он будет зарабатывать нам победы. И денежки.
Лица похитителей светятся довольными улыбками, от которых мне становится тошно. Пять лет…бедный Кирилл! Главный кивает одному из амбалов и тот направляется ко мне.
– Не трогайте меня! – вскакиваю я с дивана.
– Успокойся, никто тебя трогать и не собирался. Хотя, я бы не отказался, – криво улыбается бугай и проводит своей ручищей по моей щеке.
– Хватит! – командует главный похититель. – Просто увези ее и выброси где-нибудь.
Выброси? Что это значит? Они все-таки убьют меня? Новая волна паники накрывает меня с головой. Я пытаюсь хоть как-то успокоиться, чтобы придумать, как действовать дальше. Мозг лихорадочно соображает, пока один из амбалов завязывает мне глаза каким-то черным куском ткани.
– Я никому ничего не скажу, клянусь! Просто отпустите меня! – лопочу я. От одолевшей меня паники, больше ничего придумать не получается.
– Да-да, конечно, так мы тебе и поверили, – усмехается главный. – Давай скорее, чего ты возишься? Просто сделай это побыстрей, – безэмоционально добавляет он, обращаясь к бугаю.
Он ведет меня к выходу, скрип двери, и я чувствую, как прохладный воздух наполняет мои легкие.
– Вы должны отпустить меня, пожалуйста! – шепчу я, надеясь, что оставшись один, амбал все-таки отпустит меня.
– Заткнись и шагай! – грубо выкрикивает он и толкает меня. Я упираюсь во что-то твердое, судя по звуку, это небольшой фургон.
Спустя несколько секунд мы быстро движемся по неровной дороге. Я пытаюсь сидеть спокойно, но мысль о том, что меня вот-вот пристрелят в каком-то забытом Богом месте, заставляет все инстинкты работать. Ковыряя пальцами веревку, которой связаны руки, я чувствую, что узел совсем неплотный. Они совершили ошибку! Я развяжу руки, сниму повязку и смогу сбежать! Так, выпрыгну из машины и побегу. Или нет, лучше начну душить похитителя веревкой. Или лучше…
Вдруг, раздается громкий рев мотора, и я чувствую резкий удар справа. Дальше все происходит словно в тумане. Грохот, выстрелы, звуки шагов и тишина. Я лежу на боку, повязка сползла, и я могу немного оглядеться. Какие-то люди пытаются открыть замятую от удара дверь. Кто это? Они спасут меня? Или нет? Не зная, с какими намерениями действуют эти люди, сквозь жуткую боль я стараюсь как можно скорее освободить руки и снять повязку.
– Тише, не двигайся, – слышу я где-то совсем рядом. – Сейчас помогу тебе.
Боже, это Кирилл?? Да, да, это он! Он приехал спасти меня!
Крепкие руки обхватывают меня, и я оказываюсь снаружи. Свет режет глаза, я изо всех сил пытаюсь сфокусироваться на его лице, но, когда мне это удается, натыкаюсь на добрый взгляд совершенно незнакомого мне человека.
– Я друг Кирилла, – отвечает он на немой вопрос в моих глазах. – Он успел связаться со мной до того, как эти мрази оборвали всю связь.
– Друг? Какой друг? – не помню, чтобы у него были друзья.
– Меня зовут Джон, – коротко отвечает мужчина. – Мы познакомились в Лондоне.
И только сейчас я замечаю, что говорит он с явным иностранным акцентом. Рядом появляется еще один человек. Женщина. Короткие черные волосы, жесткий взгляд, пистолет, виднеющийся из-под пиджака. Кто она?
– Садитесь в машину, – решительный и строгий тон этой женщины заставляет безоговорочно подчиняться, и мы направляемся к машине. Я медленно прихрамываю, опираясь на Джона.
– Как вы нашли меня? – спрашиваю я, оказавшись на заднем сидении внедорожника. Из окна было видно, что возле разбитого фургона и въехавшего в него седана лежал мой похититель. Мертвый.
– Довольно просто. Мы знали, кто это сделал, и успели отследить ваше местоположение через спутник. Хорошо, что Смирнов не мешкал и сразу позвонил Джону, как только эти assholes* выдвинули свои требования.
– А вы кто? – эта женщина пугала меня, не смотря на то, что спасла.
– Я сестра Джона. Вы все – счастливчики. Без моей подготовки и связей в гробу бы вас со Смирновым видали. Да и потом…
– Перестань пугать ее, Джулс, мало что ли девочка натерпелась? – обрывает ее Джон на полуслове. – Не волнуйся, Полли, ты скоро будешь рядом с Кириллом. Вы уедете куда-нибудь далеко, и все будет хорошо, – неуклюже говоря по-русски, подбадривает меня новый знакомый. – Мы ведь поможем им сбежать, правда, Джулс?
Джулия лишь хмыкает в ответ и упрямо смотрит на дорогу. Поверить не могу, что все закончилось. И уже совсем скоро я увижу Кирилла. Вместе мы обязательно что-нибудь придумаем и весь этот кошмар, наконец, забудется.
* assholes – в переводе с англ. «придурки, сволочи».
Глава 19.
Приятное тепло от принятого только что душа разливается по телу и, укутавшись в мягкий плед, я сажусь на кресло. Ожидая Кирилла, я, без особого интереса, наблюдаю за мелькающими лицами в телевизоре. Чувство безопасности… Оно не появилось, несмотря на то, что я нахожусь в отеле, за сотню километров от того жуткого места, где меня держали похитители, а в соседнем номере поселился Джон. Скорее бы приехал Кирилл, и мы улетим отсюда. Стук в дверь выводит меня из собственных мыслей.
– Привет!
– Здравствуй, – разочарованно протягиваю я, видя, что передо мной стоит Джон.
– Кирилл звонил, он ждет тебя внизу.
– Внизу? Он не поднимется? – удивленно вскидываю я брови.
– Думаю, нет. Собирайся, я провожу тебя.
Наспех одевшись и натянув шапку на все еще мокрые волосы, я пытаюсь втиснуть свои ноги в оставленные Джулией кроссовки. Я нетерпеливо притопываю ногой, пока лифт мчит нас в холл отеля и, почти набегу, вылетаю на улицу.
Кирилл стоит, опираясь на машину, скрестив ноги. Не в силах говорить от захлестнувших меня чувств радости, я кидаюсь ему в объятия.
– Наконец-то, Господи, – шепчу я, не сдерживая слезы. – Не могу поверить, что ты здесь. Я так испугалась! Я думала, что больше никогда…
– С тобой все нормально? – спрашивает он, отстранившись от меня.
– Нормально? – непонимающе переспрашиваю я. И только сейчас замечаю изменения в его поведении: лицо не выражает абсолютно никаких эмоций, зубы крепко стиснуты, руки держат меня на расстоянии. Со мной он таким никогда не был.
– Физически ты цела? – бесстрастно уточняет Кирилл.
– Да, – киваю я, непонимающе смотря на него. – Ты ч-что не рад меня видеть?
Кирилл смотрит в сторону, потирая губы и подбородок, будто собираясь с мыслями.
– Ты не нужна мне! – выпаливает он тоном, не терпящим возражений.
– Ч-что? – неуверенно переспрашиваю я, но уже понимаю, что не ослышалась.
– Ты. Мне. Не. Нужна! – повторяет он еще более безразличным голосом, чеканя каждое слово. – Я не люблю тебя. И, думаю, что никогда не любил.
– К-как это м-может быть п-правдой? – комок горьких слез застрял в горле и не дает говорить четко, но я не могу так просто отпустить его. Не могу!
– Вот так, – просто отвечает он, небрежно пожимая плечами. – Ты же всегда знала, какой я. Чему тут удивляться.
На последней фразе он издает смешок. Кривая улыбка на его лице окончательно добила меня. Не в силах вымолвить и слова от давящего в груди отчаяния, я лишь протягиваю руку, пытаясь коснуться Кирилла. Он резко отходит в сторону, даже не смотря на меня.
– Эт-то все из-за к-контракта? Они з-заставили тебя? – в последней попытке остановить его спрашиваю я.
– Нет. И, чтобы ты знала – на мое решение о подписании контракта никак не повлияло то маленькое представление, что они устроили.
Представление? Поверить не могу… То, что я пережила, для него всего лишь «представление»!
– Тебе не нужно было упираться, потому что я сам хотел этот контракт. Не пытайся меня найти. Я больше не хочу тебя видеть. Живи своей жизнью. Да, и не ходи в полицию.
С этими словами Кирилл направляется к машине. Через несколько секунд он садится за руль своего мерседеса, так ни разу и не обернувшись. Не понимая, что происходит, я беспомощно остаюсь стоять у отеля.
***
После месяца жуткого затворничества, нескольких литров алкоголя и сотни часов беспробудного сна я, наконец, начинаю приходить в себя, но все еще отказываюсь верить в его слова. Несколько раз я предпринимала попытки найти Кирилла. Но связаться ни с кем, кто его когда-либо знал или кого когда-либо знала я из его знакомых, мне не удалось.
– И что ты собираешься делать? – спрашивает Лида, которая, безумно беспокоясь, решила провести у меня выходные.
– Не знаю, – рассеяно отвечаю я. – Просто жить дальше. Что еще мне остается?
– Вот и правильно! Ты молодец, подруга! Я знала, что ты возьмешь себя в руки! – одобрительно хлопает она меня по руке. Комок тошноты снова подкатывает к горлу.
– Третий день уже тебя рвет! Может пора показаться врачу? – Лида идет за мной в ванную.
– Нет, ничего страшного. Это последствия алкоголя, – я пытаюсь выдавить из себя некое подобие улыбки, чтобы унять тревогу подруги. Но, судя по серьезному выражению ее лица, я понимаю, что не очень-то удачно.
– И все-таки сходи к врачу, – советует она и идет в комнату.
***
Так проходил день за днем. Я заново начинала жить, собирая по частям свое сердце, гордость и веру. Но разочарование осталось со мной и, наверное, никогда меня не покинет. Настоящая любовь – сказки. Только в фильмах и любовных романах бывает «счастливый конец». В жизни же все иначе. Я стала намного серьезнее, чем была прежде. Хмурая, почти безэмоциональная Полина, сосредоточенная на работе – вот кто я теперь. От веселой, непринужденной и вечно прыгающей девчушки, верящей в любовь, ни осталось и следа. Страх, что появится кто-то из той злостной компании, не оставлял меня. По ночам снились кошмары, от которых я просыпалась в холодном поту. Но в полицию я так и не обратилась. Не знаю почему, но в эти слова Кирилла я поверила, как, впрочем, и во все остальные.
Денис с Лидой собираются пожениться этим летом. На работе все идет своим чередом. Жизнь продолжается, но моя, кажется, застыла, не смотря на ее быстротечность.
Эпилог
Пять лет спустя.
Яркое солнце бьет в глаза, и я с удовольствием подставляю согревающим лучам свое лицо. В Петербурге солнце выглядывает редко, но сегодня стоит на удивление теплый июньский денек. Наконец-то удалось выбраться в парк и отвлечься от обыденной каждодневной суеты.
– Мама, мама, смотли как далеко укатился мяч, я его сильно пнул! – радостно улыбаясь, Марк тычет пальцем в сторону фонтана.
– Молодец! А теперь догоняй его, скорее! – отвечая ему, с улыбкой говорю я.
Подойдя к фонтану, я чувствую резкий укол в груди. Меня словно ударили током.
– Мама, этот дядя помог мне достать мяч, – Марк весело скачет вокруг темноволосого мужчины. – Оказывается, я попал в него, но он не селдится. Вы ведь не селдитесь? – слегка виновато спрашивает он, смотря на мужчину.
– Что ты, конечно, нет, – отвечает тот, и довольный Марк снова пускается напинывать свой мяч. Мужчина смотрит ему в след, легкая улыбка трогает его губы, и он поднимает на меня глаза. До боли знакомые зелено-голубые глаза…
– Здравствуй, Полина, – произносит он.
– Здравствуй, Кирилл, – машинально отвечаю я, не веря своим глазам.
– Это твой сын? – спрашивает Кирилл, кивая в сторону Марка.
– Нет, это… это племянник, – пытаюсь соврать я, по-прежнему пребывая в оцепенении.
– У него твои веснушки, Поля, – мягко произносит Кирилл. – И мои глаза, – уже более серьезно добавляет он.
Не знаю, сколько мы простояли глядя друг другу в глаза. Я не осмеливаюсь даже моргнуть, боясь, что он исчезнет, что его появление окажется лишь глупым наваждением. Но он не исчезает. Все стоит и смотрит на меня. Я чувствую его аромат, тепло разливается внутри, сердце готово выпрыгнуть из груди от переполняющих меня чувств и эмоций. Я закрываю глаза, и по щеке катится непрошеная слеза.
– Все будет хорошо, – почти шепотом произносит Кирилл.
И я верю ему. Просто верю. Наша битва, наконец, окончена.
Или нет?…
Конец.