Kitabı oxu: «Дело о пропавшей волшебной палочке»

Дело о пропавшей волшебной палочке

Город Черри-Пай

Глава 1. Прибытие

Поезд остановился на станции Черри-Пай с таким звуком, будто старый кот потянулся и недовольно фыркнул. Юджин Стивенсон — частный детектив с рекомендательным письмом от Гильдии Расследователей Ехо — вышел на перрон и тут же почувствовал, что город его не хочет.

Не то чтобы он был настроен враждебно — нет. Черри-Пай был настроен ровно. Как человек, который смотрит на вас, но не видит. Как кошка, которая лежит на вашем пути и делает вид, что вас нет.

Воздух пах вишней — что неудивительно, учитывая название, — и чем-то ещё. Чем-то, чего Юджин не мог определить. Не запах даже, а предчувствие запаха. Будто кто-то рядом готовил зелье, но ещё не решил, какое именно.

Вокзал был маленький, деревянный, с резными наличниками на окнах. Резьба изображала вишни, ветви и — если присмотреться — крошечные звёздочки, вписанные в листья. Магический город, подумал Юджин. Ну разумеется. Ехо предупреждал: в Черри-Пае своя атмосфера, свои правила и своё представление о том, что уместно.

За вокзалом начиналась улица, вымощенная серым булыжником. Дома стояли по обе стороны — не высокие, в два-три этажа, с черепичными крышами и ставнями на окнах. Ставни были разного цвета: зелёные, синие, желтоватые, как будто каждый дом выбирал цвет по настроению и ни с кем не советовался.

Деревья на улице росли неправильно. Не то чтобы криво — просто они росли так, будто им никто не объяснил, как положено. Яблоня наклонилась к дому и будто прислушивалась к тому, что происходит внутри. Каштан раскинулся над дорогой так широко, что крона закрывала полнеба, и под ним образовалась прохладная тень, в которой хотелось стоять и никуда не идти.

Юджин постоял в этой тени. Потом пошёл.

Он знал адрес. Мэри-Джейн Финч, Облачная улица, дом семь. Письмо пришло в Гильдию две недели назад: «Пропала волшебная палочка. Не могу объяснить, куда делась. Лежала на столе — и не лежит. Ищу — не нахожу. Ритуалы без неё не работают. Помогите. Я не сумасшедшая, хотя понимаю, как это звучит. Приезжайте. Мэри-Джейн».

Письмо было написано ровным, аккуратным почерком, без единой кляксы и без единой панической ноты. Это Юджину понравилось. Обычно люди, которые теряют что-то важное, пишут так, будто у них дрожат руки. Мэри-Джейн писала так, будто у неё дрожит что-то внутри, но руки она удержала.

Облачную улицу он нашёл быстро — она уходила вверх, в сторону холма, на котором виднелась старая башня с обломанными зубцами. Небо над холмом было странного цвета — не синее и не серое, а как бы молочно-лиловое, как будто кто-то размешал в нём чернильную каплю и не дал ей расплыться.

Дом семь стоял отдельно от других, за невысокой оградой из белого камня. Сад вокруг дома был ухоженный, но не строгий: цветы росли не рядами, а группами, как будто сами решали, с кем соседствовать. Лаванда под окном — к шалфею, шалфей — к розмарину. Розы — к чему-то невысокому, синему и незнакомому, что Юджин не смог определить. Может, местное растение. Может, и не растение.

Калитка была не заперта. Юджин вошёл, поднялся по трём каменным ступеням и постучал.

Дверь открыли так быстро, будто за ней стояли и ждали. На пороге стояла девушка лет двадцати пяти, невысокая, с тёмными волосами, собранными в хвост, и глазами такого цвета, который Юджин сначала определил как «серый», а потом — как «разный». Они были серые, но в них что-то мерцало, и в зависимости от того, под каким углом падал свет, они казались то серо-зелёными, то серо-голубыми, то почти чёрными.

— Вы детектив? — спросила она.

— Юджин Стивенсон, — сказал он. — Гильдия Расследователей.

— Мэри-Джейн Финч, — сказала она. — Заходите. И простите за бардак, я тут перевернула всё вверх дном, пока искала.

Она отступила вглубь дома. Юджин вошёл.

Глава 2. Мэри-Джейн

В доме действительно был бардак — но не тот, от которого хочется отвернуться, а тот, от которого хочется сесть и рассмотреть. Книги лежали стопками на полу, на стульях, на подоконниках. Травы сушились на верёвке, протянутой через кухню — пахло мятой, чабрецом и чем-то горьковатым, от чего слегка кружилась голова. На стенах висели не картины, а схемы — круги с рунами, стрелки, обозначающие направления, таблицы соответствий.

— Это мои рабочие материалы, — сказала Мэри-Джейн, заметив его взгляд. — Я практикующая ведьма. Не та ведьма, которая летает на метле — хотя в Черри-Пае и такое бывает, — а та, что работает с ритуалами. Защитные круги, очищение пространства, благословения, иногда — гадание. Волшебная палочка была моим рабочим инструментом. Без неё всё это — просто жесты.

Она провела его в комнату, которая, видимо, была кабинетом. Письменный стол — большой, дубовый, с выжженным на крышке кругом — был пуст. Совершенно пуст. Даже пыли не было.

— Вот здесь она лежала, — Мэри-Джейн положила ладонь на стол. — Между двумя книгами. Я ушла на рынок утром, вернулась — палочки нет. Дверь была заперта. Окно было закрыто. Никто не входил.

— Может, забыли, куда положили? — осторожно спросил Юджин. Он задавал этот вопрос каждому клиенту и каждый раз ждал, что ему нахамят в ответ.

— Я не забыла, — сказала Мэри-Джейн без обиды. — Я понимаю, как это звучит. Но палочка не просто лежала — она была привязана к этому месту. Маленький ритуал якорения, я провела его три года назад, когда получила палочку. Чтобы она не перемещалась сама. Понимаете? Она не могла уйти. Её забрали.

— Привязка к месту — это серьёзная магия, — сказал Юджин. Он немного разбирался в теории, хотя сам не практиковал. — Чтобы снять такую привязку, нужно знать, как она наложена, и иметь сопоставимую силу.

— Именно, — кивнула Мэри-Джейн. — Поэтому я и написала в Гильдию. Это не просто кража. Это кто-то, кто знает, что делает.

Юджин сел на стул напротив стола и достал блокнот. Мэри-Джейн села напротив. За окном сад начал темнеть — вечер в Черри-Пае наступал медленно, как будто небо не хотело уходить и тянуло время.

— Расскажите мне о палочке, — попросил Юджин.

Мэри-Джейн чуть улыбнулась. Улыбка была короткая, нервная и тёплая.

— Она из тиса. Длина — один локоть. На рукояти — обмотка из медной проволоки и кожаного шнурка. На конце — кристалл горного хрусталя, не гранёный, а естественной формы. Я получила её не в магазине и не от учителя — я нашла её. В лесу, к югу от города. Она лежала в дупле старого тиса, будто её там оставили для меня. Я поняла это, потому что когда взяла её в руку, она откликнулась. Теплом. Так откликается живое.

Юджин записал. Потом спросил:

— Враги? Кто-то, кто мог хотеть забрать палочку?

— Я ведьма в маленьком городе, детектив. У меня есть клиенты, есть коллеги, есть несколько человек, которые меня не любят. Но чтобы украсть палочку — нужна не ненависть. Нужна цель.