Kitabı oxu: «Н.М.Карамзин»
I
Прочитав вчера в 111-м № Ведомостей С.-Пстербургской Полиции статью о Н. М. Карамзине, считаю обязанностью сообщить вам некоторые на нее замечания, покорнейше прося дать им место в издаваемой вами газете. Упоминая о лицах, которые были близки к нему и находились при кончине его, написавший эту статью забыл упомянуть о тех, которые ближе всех были в сердцу его: о семействе, о жене, на руках коей он умер, о детях, из коих две дочери, уже тогда взрослые, разделяли вместе с матерью нежные и беспрерывные о нем попечения Памятник, возвышающийся над прахом его, поставлен его вдовою. Она обсадила кустами приготовленное ею для себя место подле супруга, чтобы и после смерти своей не разлучаться с тем, с коим провела она в мире и любви более двадцати лет жизни своей и коего память, преданно и свято хранимая, почила Божьим благословением на семейство, так нежно и заботливо им любимое.
II
(Письмо к редактору Московского Городского Листка).
Биографическая часть, которая придает литтературе так много красок, движения и личности, была долго у нас в совершенном забвении. Можно было думать, что книги наши писаны какими-то жителями луны, о коих ни малейших сведений не имеем. Ныне биографическая любознательность пробудилась. Мы не довольствуемся знать печатного автора, но хотим узнать рукописного, неизданного человека. Вопрошаем не одни гласные свидетельства, оставленные нам литературною деятельностию его, но подслушиваем и келейный голос его, с позволительною нескромностию шарим в письменном столе его, перебираем частную переписку, прокрадываемся в домашний быт его. И прекрасно! Конечно, главное в жизни хорошего писателя, это письменные творения его, но для полного изучения его самого, для извлечения из них всей возможной пользы, нужно иногда проверить его с ними. Да к тому же, кроме ожидаемой пользы, можно принять здесь в соображение и ожидаемое удовольствие. Любопытство, даже некоторого рода нескромность, впрочем в границах благонамеренности и приличия, служат нам побуждением в приобретению истинных наслаждений: что ни говори, а мы все правнуки Евы. Мы все причастны греху любопытства. Кто из нас по врожденной слабости не любит, но не все признаются, что любят, подслушивать сплетни городские, благоприобретать чужие тайны?