Kitabı oxu: «Жажда. Волк меня украл»

Глава 1.Похитил

Так… Мука, сахар, маргарин… Качу тележку по супермаркету и твердо решаю сегодня испечь шарлотку.

Да, кстати, яиц не хватает. Где они тут? Вечно все переставляют.

Иду в другой проход, поворачиваю и нахожу куриные и перепелиные. Беру крупные, с1, потому что с0 сильно уж высокий ценник.

По пути к кассе хватаю хлеб, с интересом смотрю на булочку. Такую аппетитную, сдобную, еще теплую — мама такие любит. И вдруг ощущаю удар в плечо. Округляю глаза, оборачиваюсь — меня задел парень. Случайно. Он на меня даже не смотрит, выбирает колу, кидает в тележку к минералке.

— Аккуратнее! — говорю привычным учительским тоном.

Он оборачивается и…

… боже, у меня шок.

Его глаза янтарно-желтого цвета и, кажется, будто искрятся, вспыхивают.

Мама!

Нет-нет-нет, это мне просто показалось.

Я просто не доспала. Не выспалась. Уроки проверяла до полуночи, потом еще с мамой сериал смотрели. Вот и мерещится всякое.

— Простите, — сама же говорю ему. Зачем-то извиняюсь и, бросив тележку, разворачиваюсь и лечу к кассе.

А тележка… — проносится в голове.

Блин.

Да плевать! Мало ли кто он такой. Пойду лучше в другой магазин. Подальше от этого странного типа с идиотскими линзами.

Стремительно иду на выход и останавливаюсь в дверном проеме магазина. Со стороны улицы, на самом пороге, на меня смотрит его лицо.

…

— Пропустите.

А в мыслях: как он тут оказался? Я же полетела вперед него, а он…

Делаю шаг, двери разъезжаются и я прохожу мимо. Он хватает меня за руку, крепко сжимает мою ладонь. И я хочу вскрикнуть, но не могу. Голос пропадает. Просто исчезает. Я открываю рот, но не произношу ни звука.

В ужасе смотрю ему в лицо.

Четко очерченные скулы, темные волосы. Взгляд какой-то звериный — слишком терпкий, внимательный и… наглый. Глаза обычные, карие.

В тот раз, значит, показалось.

— Отпусти… те.

Резко вырываю ладонь, но его реакция быстрей. Вместо того, чтобы вырваться — я оказываюсь в его объятиях.

— Ты ждала меня, — держит крепко, жарко, будто мы знаем друг друга сто лет, будто он имеет на это право.

Брыкаюсь, как могу.

Улица людная, почему все молчат?

Почему никто не подходит? Не спрашивает, нужна ли помощь?

Мы как в пузыре каком-то — я ору без звука, а прохожие просто проходят мимо, будто не видят.

Он склоняется и вдыхает мой запах. Прямо у шеи, глубоко, шумно, как зверь. Кажется, наслаждается им.

— Ммм, — выдыхает, а у меня по спине бегут мурашки, и волоски на руках встают дыбом. Внизу живота что-то неприлично екает.

Он точно ненормальный!

— Ты без пары. Я не чувствую запаха самца. Ты ждала меня, детка, — и улыбается хищно так. У меня аж мурашки по коже.

— Нет! Я не знаю кто вы. Прошу…

Но он схватывает сильней.

Стараюсь ударить его ногой. Только у него такая крепкая хватка, что мои руки-ноги даже рядом не стояли по силе.

— Значит, поедешь со мной.

— Куда? Отпустите.

И уже во все горло громко:

— Помоги…

Мой голос обрывается под его взглядом — теперь уже снова желтых глаз.

Желтых!

Господи… мамочка…

Я смотрю в них — и тону. В этом золоте, в этом пламени, в этой бездне.

Они затягивают, как омут. И где-то глубоко внутри, в самом низу живота, разливается странное тепло. Тягучее, сладкое, пугающее.

И вместо того, чтобы закричать о помощи, заорать во все горло «помогите!!!» — мое горло будто сжимается. Я замолкаю, чувствую, леденею внутри и снаружи, а потом…

… в его объятиях кокетливо хохочу.

…

Он легко открывает дверь и сажает меня на заднее сиденье. Его руки задерживаются на моей талии, но я все еще собой не владею.

Боже, да что со мной?

Вижу только, как он обходит, садится за руль, заводит мотор. Машина трогается с места и меня, наконец, отпускает. Пытаюсь открыть дверь, но он заблокировал.

— Выпусти, — как могу, угрожающе.

Смотрю в окно, чтобы понять куда он везет. Мы едем по прямой и, похоже, скоро повернем на выезд из города.

— Что тебе… я отдам все деньги. Сколько хочешь?

Молчит.

В зеркало вижу, как он напрягает челюсти.

— Я… любые отдам. У меня папа — богач, — от ужаса вру.

У меня нет никакого папы, ни богатого, ни бедного. Вообще. Никакого. Нет.

У меня мама совсем одна.

— Ты меня слышишь? — подаюсь вперед, обхватываю сзади подголовник кресла, — я любые деньги…

Он выруливает с городской дороги на трассу, одной рукой рулит, а другой — легко складывает пассажирское переднее, опускает спинку. И запросто, как пушинку, притягивает меня к себе.

ВИЗУАЛЫ

Знакомимся с героями!)

Марина — школьная учительница. Хорошая девочка, домашняя. Готовит шарлотку, живет с мамой... пока...

А вот и Роланд:

Их знакомство в картинках:

Глава 2. Волчий оскал

— Что вы делаа…

Я перелетаю через спинку и оказываюсь сбоку от его бедра. Его рука обхватывает меня за талию, прижимает так, что у меня спирает дыхание.

Сиплю:

— Больно.

— Так не надо шуметь.

— Вы… что вам от меня надо?

Молча смотрит вперед, на дорогу. Я чувствую его дыхание на своей макушке, чувствую, как напряжены мышцы под его футболкой там, где я прижимаюсь щекой.

Он горячий. Слишком горячий.

Это странно.

Поднимаю глаза и чтобы не смотреть напрямую — смотрю на него в зеркало. И с ужасом вижу, как обычные карие вдруг превращаются в те самые янтарно-желтые.

Боже… Замираю, не в силах даже дышать.

Что это за зверь?

А может, это какие-то спецэффекты? Типа линз с меняющимся цветом? Мало ли, новомодные.

— Скажите что вам от меня… надо…

Чувствую как в горле слезы встают колом.

Он переводит на меня взгляд своих желтых глаз и… я трусь щекой о его плечо.

Не специально, нет… Просто машина трясется на неровной дороге… наверное…

Да. Это правда… — пытаюсь себя убедить в этой чертовой ерунде.

От этого трения по телу проходит новая волна дрожи. Он так близко. Он пахнет… не передать. Дорогим парфюмом и чем-то диким, лесным, отчего внутри все переворачивается.

И хочется его коснуться, дотронуться до его пухлых губ хотя бы пальцем. Но я собираюсь всю волю в кулак и говорю как можно убедительнее:

— Прошу… я так хочу домой…

Роланд

Если это правда так, если это моя истинная — то я решу свой вопрос просто – Шеннон пошлю к черту. Через час у меня с ней встреча, она просила колу — любит выпить и запить все это лимонадом.

Себе взял минералку. Я так-то не пью.

Вернее, сегодня бы пил, если бы не одно но — если бы не эта малышка в супермаркете. Ее запах ударил в ноздри раньше, чем я ее увидел. Сладкий, терпкий, такой... правильный. Зверь внутри встал на дыбы и завыл: «Нашел!»

Петлял за ней по магазину, ее запах водил меня за нос. Внутри — как будто рвущая горло жажда, а эта крошка — как глоток воды или даже колы. Нет, даже как целая бутылка, или больше — как целый водопад колы.

Вкусная.

Вдыхаю ее запах — ммм!

Она специально, наверное, ходила кругами от полки к полке. Дразнила. Якобы выбирала черт знает какие продукты. Проверяла, насколько сильно я хочу.

Еще и удрать хочет.

— Больно… — всхлипывает. Сама же крутилась, сама ударилась.

Смешная.

— Так не надо шуметь, — замечаю.

— Что вам от меня надо? — спрашивает так наивно, что хочется посмотреть на нее косо.

Она прижимается ко мне, и даже сквозь одежду я чувствую жар ее тела. Маленькая, теплая, моя истинная. И пахнет... боже, как же она пахнет. Страхом, да.

Но сквозь страх пробивается что-то еще. Желание. Слабое, неосознанное, но оно есть. Она хочет меня — просто еще не поняла этого.

Точно смешная.

Не смотрю на нее. Слежу за дорогой. Но краем глаза вижу, как она кусает губы, как теребит край юбки, как нервно дышит грудью глубоко.

Торможу на перепутье: одна — поворот через лесок и обратно в город. Другая — длинная дорога домой.

…

Марина

Машина сбавляет ход, тормозит где-то на обочине. Я замечаю, что тут совершенно безлюдно. Лес с одной стороны, поле с другой. Ни машин, ни домов…

Парализует ужас, жуткий страх. Пытаюсь сконцентрироваться, чтобы хоть как-то убежать. Как могу, как сумею.

Адреналин зашкаливает так, что звенит в ушах.

Мне уже совершенно нестрашно. Вру. Страшно. Но страх перерос в что-то другое.

В злость. В желание бороться. Выжить.

Внутри меня как будто поселился жуткий агрессивный зверь, который будет биться до конца ради своей жизни.

Раньше такого не было. Но раньше я никогда не была так напугана, как сейчас.

Он сжимает меня одной рукой поперек груди. У меня длинные ногти, с акригелем, укрепленные. Я смогу им вцепиться, а потом зубами — и потом убежать.

Машина тормозит, внутренне концентрируюсь, собираюсь. В голове быстро проскальзывает план — сейчас укушу, потом выбью ногой стекло. Перелезу и убегу.

Только бы-только бы получилось.

Решаюсь и со всей дури хватаю царапаю его руку, склоняю шею и тут же впиваюсь зубами. Зубы врезаются в кожу — и я чувствую ее вкус.

Кожа соленая и… боже, какая волосатая. И, как будто, крепкая. Ее не прокусить. Я стараюсь сильнее, челюсти ноют от напряжения, но его рука даже не дрогнула. Только мышцы перекатываются под моими зубами — твердые, как камень.

Какой крепкий, — мелькает в башке, пока я усиленно работаю челюстями. Сжимаю их, чтобы хоть каплю его реакции выбить. Но он сидит неподвижно, как скала.

Брыкаюсь, давлю ногами на стекло, но он легко меня перехватывает и сажает к себе на колени. Верхом.

Лицом к лицу. Бедра широко расставлены, юбка задралась, и я чувствую его ширинку там, где…

… где ее быть не должно!!!

Там, где жарко и влажно даже от страха.

Ощущаю, как он возбужден — чувствую это — твердый, большой, пульсирующий под тканью джинсов. Упирается прямо в то место, где все горит и пульсирует в ответ.

И от ужаса ударяю его по лицу. Бью со всей силы, вкладывая весь страх, всю злость, все это неправильное желание, что разливается по венам.

Удар получается сильный от безумного страха. Но он не двинулся. Только моргнул, когда мой кулак впечатался ему в глаз.

— Давай-давай, — говорит хрипло, — выпускай свою волчицу.

В его голосе — рык, настоящий, звериный, и от этого рыка внутри все сжимается и разжимается, выпуская новую волну жара.

Волчицу?

Он о чем???

И усмехается:

— А ты хорошо шифруешься.

Кивает на меня и растягивает губы в улыбке. Только вместо обычных зубов мне кажется, я вижу волчий оскал.

От автора

Дорогие Друзья!

Рада приветствовать вас в моей книге про оборотня-волка.

История вышла горячая, о чем я сразу предупреждаю.

Сюжет — яркий, насыщенный.

Героиня — хорошая девчонка.

А герой — он подчиняет ее одним только взглядом. Огненным, гипнотическим. Выкрадывает ее у всего мира и прячет в подвал.

Глава 3. Укусишь?

Встряхиваю головой, моргаю. Нет, снова показалось — он улыбается абсолютно обычно. Продолжает меня удерживать верхом на себе. И то, что я ощущаю внизу — неприлично так жжет.

Закрываю глаза.

И будто снова смотрю на этот оскал — и вместо ужаса чувствую, как кровь приливает к низу живота. Как сосет под ложечкой от возбуждения.

Мне хочется наклониться и лизнуть эти клыки. Проверить, острые ли. Прикусить губу, которую он только что облизнул.

Открываю, вижу как он на меня смотрит — разъяренно и, как будто, зло.

— Вы… убьете меня?

— Я похож на самоубийцу?

— Я… я не понимаю.

— Понимаешь. И отлично чувствуешь, — он недвусмысленно толкает бедром вверх и я подпрыгиваю на его причинном месте. Получается очень даже похабно.

— Вы… вы маньяк?

— А то.

— Вы… меня похитили?

— Разве? — улыбается и касается руками моей груди.

В страхе закрываю глаза и понимаю, что перечить нельзя. Но руки сами собой цепляют его и испуганно отталкивают.

— Я знаю, тебе страшно. Но это нормально.

Он говорит так свысока, как будто ему тысяча лет. На вид — ему лет двадцать, ну максимум — двадцать пять. А мне — двадцать семь, он возможно меня даже моложе.

— Укусишь? — подносит к моим губам палец, — если хочешь — кусай, — ухмыляется, — и лучше его, чем… что-то другое.

Смотрю на его палец — широкий, с крупным суставом, кожа грубая. И почему-то во рту собирается слюна. Хочется взять его в рот, лизнуть, пососать. Представляю, как это будет — и внизу снова спазм, такой сильный, что я закусываю губу.

Обхватывает мою голову, затягивает волосы сзади и вводит палец между губ.

Послушно беру, хоть и такие развратные ласки мне чужды. Что-то меня в нем подчиняет. Что именно — не могу разобрать точно. Ясное дело, что страх, но к нему примешивается и кое-что еще. Только вот что?

Странно, но заметила, стоит взглянуть ему в глаза — как внутри что-то безропотно подчиняется. Будто мой страх плавится, а протест и вовсе исчезает, будто его и не было.

Он вынимает влажный палец из моего рта и ведет его вниз. Проводит по подбородку, ведет в области шеи. Я чувствую, как слюна оставляет мокрый след на коже, как холодеет там, где он провел. И как горит там, куда он только собирается прикоснуться.

Его прикосновения почему-то совершенно не пугают. И это пугает больше всего, но где-то на задворках мозга, как будто бы эта мысль далеко-далеко…

Как бы случайно я покачиваюсь на его бедрах. Чувствую, как от каждого движения низ живота простреливает сладкой судорогой. Тут же заставляю себя остановиться.

На мне юбочка, но она расходится в стороны. И я касаюсь его грубой ткани джинс своим кружевным бельем.

И тут же отшатываюсь, словно ото сна — пронзительно зазвенел его мобильный. Он тянется, его палец застывает над кнопкой отбой. Секунду он смотрит на экран в нерешительности, а потом берет трубку и говорит то, от чего у меня кровь стынет:

— Шеннон, я больше не приду. Поищи себе кого-то другого… в стае.

Женский голос что-то щебечет в трубке, но он с силой жмет на экран и сбрасывает звонок.

Глава 4. Догнал

Марина

Он смотрит в телефон, на контакте замечаю фотку девушки, красивой такой блондинки. Улыбается и смотрит в кадр.

Это ей он сказал…

Он мешкается, сбрасывает, но все еще смотрит на экран. Что-то, что на секунду делает его просто обычным парнем, а не пугающим зверем.

И в эту самую секунду чувствую, как меня это нечто отпускает, руки-ноги — в моей власти. Словно невидимые нити, что привязывали меня к нему, лопнули.

Он не обращает на меня внимания, и я рывком толкаю дверь, чудом выскальзываю из его рук и выбегаю из машины.

Ноги сами несут.

Воздух режет легкие, ветер бьет в лицо, но я бегу. Бегу так быстро, как никогда в жизни.

Трасса, дорога, вокруг никого. И можно бежать тут, по пустой трассе, в надежде, что кто-то проедет увидит. Но скорее он настигнет меня на машине. За две секунды, если не быстрей.

А можно в лесистую часть, она там, недалеко. Да, это лучше. Точно лучше.

И я мчусь со скоростью света, быстрее ветра. Я должна… я успею… его не видно. Кажется, он не догонит, не догоняет. И машины тоже, вроде бы, нет.

До маленькой лесополосы совсем чуть-чуть. Там скроюсь за ветками, отдышусь и…

О, черт! Телефон оставила в машине. Бли-и-и-н…

Лучше бы по дороге. Может, свернуть пока не поздно?

Но впереди уже лес, осталось пара шагов. И я сейчас добегу, спрячусь…

Ноги вязнут в земле. Жаль, что на мне не кроссовки, а классические туфли-лодочки. Но разве можешь заранее знать, что собиралась просто домой с работы, а угодила с трассы в лесополосу?

Укрываюсь в деревьях, прижимаюсь спиной к стволу и на миг, на короткий миг, закрываю глаза — перевожу дыхание. В груди аж больно от сжатого воздуха, который я хватала урывками.

Вдох-выдох.

Вдох-выдох.

Получается слишком громко, и слишком надрывно. Он может услышать, если вдруг проезжает где-то рядо…

Открываю глаза и прямо перед собой вижу — совсем без одышки, ничуть не уставшее от бега — его лицо.