Kitabı oxu: «Первый отпуск Зака и Тины. Бонусная глава»

© Софи Анри, 2024

© ООО «Издательство «Эксмо», 2025

1
Тина

Со дня свадьбы Айви и Рэйдена прошло полтора месяца, и за это время мне поступило еще два предложения о проведении свадеб. Первая пара хотела повторить церемонию венчания из фильма «Сумерки», а у другой свадьба выпадала на Хэллоуин, и они надеялись, что я сумею превратить торжество в настоящий ведьмовской шабаш. Помимо этого я занималась организацией свадьбы родной сестры Эммы. Если честно, я благодарила бога за то, что она актриса. Всяких постановок ей хватало и на работе, поэтому она хотела классику.

На утренней пробежке я переслушивала плейлист для «ведьмовской» свадьбы и прокручивала в голове список необходимых предметов для декора помещения, где будет проходить церемония.

Август выдался жарким, и солнце палило с самого утра. Я обливалась седьмым по́том и мечтала о прохладном душе, когда добежала до многоэтажного дома, где мы с Заком снимали квартиру. Переступив порог квартиры, я сразу услышала звуки шкворчащего на сковородке масла и почувствовала потрясающие ароматы томатов, сыра и базилика. Зак уже проснулся и готовил свой фирменный омлет.

Скинув обувь и распустив на ходу волосы, я направилась прямиком в душ.

– Завтрак почти готов, поторопись, – донеслось из кухни, и я невольно улыбнулась, представляя моего парня, стоящего у плиты в одних спортивных штанах и с влажными после душа волосами. Зрелище это столь потрясающее, что я все никак не могла привыкнуть, хотя мы жили вместе почти год.

После стажировки в NPPD Зака взяли в основной штат, однако он вернулся в Арден-Сити и работал удаленно – лишь время от времени ездил в Арлингтон. Помимо работы в ассоциации кибер-безопасности Зак занимался разработкой собственных компьютерных программ и собирался открыть свою фирму. Из-за этого у него почти не оставалось свободного времени.

Я же с головой ушла в организацию праздничных мероприятий и наконец-то испытывала удовольствие от того, чем занимаюсь. Работа была стрессовой и изматывающей, но каждый раз, видя счастливые лица клиентов, я понимала, что нахожусь на своем месте.

Те же чувства я испытывала от жизни с Заком под одной крышей. Пока у нас были отношения на расстоянии, я часто ловила себя на мысли, что боюсь будущего. Травматичный опыт с Джоном не прошел бесследно, и я переживала, что идиллия с Заком – временное явление, ведь и в прошлых отношениях первое время я была абсолютно счастлива. Но Зак искоренил и этот страх. Как только стажировка закончилась, он сразу предложил мне съехаться.

Мы вместе искали квартиру в центре Арден-Сити, вместе делали в ней ремонт и обустраивали по своему вкусу, а в первую ночь после заезда проболтали до самого утра, лежа на нашей новой кровати.

Жить с Закари Калифом – значит знать, что рядом всегда человек, который решит все твои проблемы, в любой стрессовой ситуации проявит непоколебимое хладнокровие и успокоит, окажет молчаливую поддержку в конце тяжелого дня и проявит любовь не словами, а поступками.

Закончив с водными процедурами, я переоделась в домашнюю футболку и джинсовые шорты и прошла на кухню, где Зак уже разложил завтрак по тарелкам и варил кофе.

– Доброе утро, Мотылек. – Он на секунду отвлекся от турки, в которой с тихим шипением сгущалось облачко кофейной пенки, и коротко поцеловал меня в губы. – Как пробежка?

– Утомительно, на улице жара.

Я обняла его за туловище и с упоением вдохнула мятный аромат его любимого шампуня. Волосы Зака, теперь едва достающие до мочек ушей, были слегка влажными и завивались. Он подстригся совсем недавно, а еще снял пирсинг с губы, оставив лишь колечко в брови и серьги в ушах.

За этот год Зак изменился. После панической атаки во время подпольного боя он записался к психотерапевту и начал прорабатывать детские травмы. Он повзрослел, стал более уверенным в себе и общительным, перестал сторониться людей, учился доверять близким и больше не прятался за показной дерзостью. Хотя на семейных ужинах, которые Зафира устраивала в конце каждого месяца, Зак становился прежним угрюмым ворчуном, из которого, как из рога изобилия, сыпались саркастичные замечания.

Я прижалась щекой к его крепкой мускулистой спине и провела кончиками пальцев по ребрам. По тому самому месту, где находилась его новая татуировка – лунный мотылек, в крылышках которого изящной арабской вязью были выведены два слова: любовь и доверие. Это его первая и единственная татуировка, которую он сделал не для того, чтобы скрыть шрамы, а ради напоминания: какие бы трудности его ни настигли, в жизни всегда есть место чему-то доброму и светлому.

Такая же татуировка, только меньшего размера, красовалась и на моем запястье. Мы аж за полгода записались на сеанс к одному очень крутому, по словам Зака, татуировщику Кэмерону Райту, и этим летом сделали парные татуировки. Теперь я не носила на правой руке ни часы, ни браслеты – настолько полюбила рисунок лунного мотылька, который символизировал нашу с Заком любовь.

Шипение в турке стало громче, когда кофейная пенка достигла кромки, и Зак быстро разлил дымящийся ароматный напиток по чашкам. Свою порцию он сдобрил сливками и ложкой сахара, а в мою добавил кокосовое молоко.

Мы только сели за стол и принялись за завтрак, как телефон Зака завибрировал.

– Рири звонит, – сказал он, посмотрев на экран, а потом принял вызов и включил громкую связь.

Из динамика полилась беглая и звонкая, как переливы колокольчиков, речь на французском.

Благодаря жизни с Заком я выучила много французских слов и фраз, но мой уровень все равно был далек, чтобы я могла понять, о чем щебечет его сестренка.

– Сбавь обороты, Рири. – Зак поморщился, как будто она кричала ему прямо в ухо. – Я на громкой связи, а рядом Тина, так что говори по-английски.

Послышался раздраженной вздох.

– Привет, Ти, – поздоровалась Сабрина, громко шурша пакетами. – Мама сказала, что я говорю на французском с сильным акцентом, поэтому больше практикуюсь, чтобы это искоренить.

– Я тоже говорю на французском с американским акцентом, и это нормально.

Зак отхлебнул кофе из чашки и принялся разрезать омлет.

– А вдруг мою речь не поймут коренные французы? Это же будет такой disgrâce¹. – Рири намеренно сильнее обычного прокартавила букву r, и это вызвало у меня улыбку.

– Не неси чушь, Рири, все тебя прекрасно поймут. К тому же во Франции многие владеют английским.

Рири снова затараторила на французском, и Зак раздраженно закатил глаза.

Ей уже исполнилось двенадцать, она вытянулась в росте, и ее фигура начала приобретать округлые формы, а характер стал до ужаса сложным. Рири по сто раз на дню обижалась из-за любой ерунды на всех вокруг, но больше всего доставалось брату. Она постоянно жаловалась на отсутствие должного внимания с его стороны, а он никак не мог донести до нее, что у него слишком загруженный график из-за работы.

Я молча ела завтрак, слушая Зака и Рири, которые полностью перешли на французский. Иногда я слышала знакомые слова, но уловить общий смысл так и не могла.

– Ты же сводишь меня в Диснейленд? – спросила Рири на английском, и тут-то до меня дошло, почему Рири вдруг распереживалась из-за своего акцента.

Жареный томат, который я только что подцепила вилкой, соскользнул и шмякнулся прямо на стол, а я так и замерла с вытянувшимся от изумления лицом, глядя на Зака.

– Ты уже сто раз спросила меня об этом, – проворчал Зак. – И я сто раз тебе ответил, что уже купил электронные билеты. Я опаздываю на рабочий зум, так что давай поговорим вечером.

Зак попрощался с Рири лишь спустя минуты три, потому что она задала еще кучу вопросов о нашей предстоящей поездке во Францию. Все это время я слушала их с каменным выражением лица.

– Ти, ты в порядке? – спросил Зак, заметив мое недовольство, которое я, честно говоря, даже и не пыталась скрыть.

– Когда ты собирался рассказать, что мы полетим в Париж не одни? – спокойно спросила я, хотя в груди нарастали гнев и обида.

Зак удивленно выгнул бровь.

– Мы и будем одни. Мама с Рири снимут отдельный номер в отеле и пробудут с нами только первые два дня. Потом отправятся в Прованс, в гости к маминому брату Самиру.

Я прикусила щеку изнутри до боли, чтобы сдержать эмоции.

Мы летели во Францию через три дня, и я планировала эту поездку два месяца. Это был наш первый совместный отпуск, и мне хотелось, чтобы все прошло идеально. Не подумайте, я люблю Рири и тепло отношусь к Зафире, но надеялась на романтическое путешествие, а не на семейную поездку.

– Мы едем всего на неделю, – произнесла я с ноткой печали. – Получается, два дня из семи мы проведем не вдвоем.

Зак затолкал в себя омлет, почти не пережевывая, запил его кофе и поднялся из-за стола.

– Я правда не ожидал, что все так получится. Мама собиралась во Францию в конце месяца, но совсем случайно наткнулась на недорогие билеты на наш рейс. – Он склонился над моим стулом и поцеловал в щеку. – Обещаю, оставшиеся пять дней мы проведем только вдвоем.

Зак поцеловал меня еще раз и ушел в комнату, чтобы подключиться к рабочему зуму. Я же, понурив голову, продолжила ковыряться в тарелке уже без аппетита.

Правда, которую я не решалась озвучить вслух, состояла в том, что я надеялась, что наша поездка будет особенной. Что именно в Париже я получу заветное предложение, о котором Зак говорил почти два года назад, в начале наших отношений.

Пару раз я в шутку напоминала ему об этом, пока Зак прямо не сказал, что не торопится со свадьбой. Этот разговор состоялся на следующий день после того, как мы купили билеты на самолет.

– Тина, мы живем вместе всего год, мы оба молоды и только в начале пути к поставленным целям. Почему ты так торопишься? – спросил он тем же вечером, а я даже не знала, что ответить. Не могла признаться вслух, что это очередные мои загоны и страхи, с которыми я еще не до конца справилась.

Отогнав непрошеные воспоминания, я помыла посуду, переоделась в легкий бирюзовый сарафан и отправилась на встречу с клиенткой – фанаткой «Сумерек». После обсуждения рассадки гостей и свадебного меню я встретилась в кофейне с Лу, и она сразу заметила мое подавленное состояние.

– Тина, что-то стряслось? – спросила она, потягивая через трубочку айс-латте. – Или вечно угрюмое настроение Зака передалось тебе воздушно-капельным путем?

– Все в порядке, – попыталась я отмахнуться, но Лу наградила меня таким скептическим взглядом, что я сдалась: – На самом деле мне даже говорить о причине хандры стыдно.

– Подруга, ты говоришь с той, у кого в первый рабочий день прямо перед начальником выпали из сумочки пушистые наручники и латексные стикини с кисточками. Можешь не рассказывать мне про стыд.

В этот момент возле нас проходил молодой официант в зеленом фартуке в клеточку, и он ошарашенно выпучил глаза, уставившись на Луизу. Она лишь гордо откинула за плечо густую копну рыжих волос и подмигнула, вгоняя его в краску.

– Я хочу замуж за Зака, – смущенно ответила я и почувствовала, как к щекам приливает жар.

– И в чем проблема? – недоуменно спросила Лу.

– Проблема в том, что Зак, кажется, этого не хочет. Ну, по крайней мере не в ближайшем будущем. Я понимаю, что с моей стороны глупо из-за этого расстраиваться. Мы еще так молоды, и нам нужно еще многого добиться, прежде чем связывать себя узами брака, но я люблю его и хочу, чтобы мы были вместе всегда, – выпалила я на одном дыхании, а теперь судорожно глотала воздух в ожидании реакции подруги.

Лу допила кофе и с громким стуком поставила пластиковый стаканчик на стол.

– А теперь давай по порядку. – Она облокотилась на темную деревянную столешницу и смерила меня строгим взглядом. – Ты спрашивала у Зака прямо, хочет ли он на тебе жениться?

– Да, сразу после свадьбы Айви и Рэйдена у нас состоялся разговор, и Зак сказал, что пока не торопится с женитьбой.

– Ты не уверена в нем? – с подозрением спросила она. – Ты же знаешь, что если вдруг он обидит тебя или предаст, то я с превеликим удовольствием укорочу его детородный орган?

Лу, как всегда, была в своем репертуаре. Они с Заком не особо ладили еще в кампусе. Зак считал, что она чересчур болтливая и любопытная, а Лу называла его внебрачным сыном Аида и Урсулы.

– Конечно, я в нем уверена! Просто брак для меня всегда был чем-то важным, даже сакральным, и… – Я запнулась и прикусила губу. – Ты, наверно, думаешь, что я несу чушь?

Я чувствовала себя идиоткой, а желания казались мне дурацкой одержимостью.

Лу расслабленно откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди, так что широкие разноцветные браслеты на запястье звякнули друг об друга. Она смотрела на меня без толики осуждения, и в этом была вся Лу. Яркая, бойкая, немного сумасшедшая, но чуткая и понимающая.

– Тина, нет ничего глупого в том, что ты хочешь замуж за любимого человека. Хватит уже стыдиться собственных желаний. Просто подойди к нему и прямо скажи об этом. Ты же знаешь, мужчины толстокожие и не понимают намеков. – Она смешно наморщила нос. – Если Зак действительно тебя любит, а я уверена, что любит, то сделает все, чтобы тебя порадовать.

– Но это должно быть по обоюдному желанию и согласию, – возразила я. – Не хочу насильно тащить своего парня к алтарю.

– Он сам предложил тебе жить вместе, а значит, его намерения в отношении тебя серьезны. Так что перестань загоняться на ровном месте. Он обязательно сделает тебе предложение, всему свое время.

Ее слова звучали разумно, и я понимала это головой, но сердце отчего-то болезненно сжималось каждый раз, стоило подумать о нежелании Зака торопиться.

Я вернулась домой уже вечером, когда на Арден-Сити опустились густые сумерки. В воздухе витала прохлада, которая после жаркого изнурительного дня ощущалась как глоток целительного нектара. Переступив порог нашей квартиры, я первым делом распахнула настежь все окна. Зака дома не было, – он написал мне, что ушел в спортзал, – поэтому я поужинала в одиночестве и направилась в ванную.