Kitabı oxu: «История «латышских стрелков». От первых марксистов до генералов КГБ»

Name: История «латышских стрелков». От первых марксистов до генералов КГБ
Author: Сборник
ISBN: 978-5-00180-201-3

Сборник

Şrift:

От автора-составителя

Дорогой читатель!

Эта книга на данный момент уникальное собрание биографических сведений о латышах и латвийцах внёсших свой вклад в победу Октябрьской революции, Социалистической революции в Латвии, а затем ковавших Победу в Великой Отечественной войне.

Замысел этой книги возник давно, но реализоваться смог после определённого накопления материалов и развития доступности необходимых открытых источников информации. Прежде всего, подобный замысел возник, потому что подобных изданий не существовало. В нынешнее время в Латвии вряд ли такая книга возможна. Автор не является историком, но имея большое желание и латвийские корни, решился взяться за такую необычную задачу.

Современные издания справочников несут узкую специализацию. Большое количество изданий посвящено репрессированным военным и партийным деятелям. Основным периодом интереса исследователей остаются 30-е годы прошлого века. Все эти книги составлены и написаны российскими историками и, конечно, в контексте «общесоюзной» тематики. Необходимости локального исследования нет, читателю это вряд ли будет интересно. Нет также интереса изучать именно революционную деятельность – эта тема совсем не популярна в наши дни. Исключением из этого вывода может быть книга «Гвардейцы Октября. Роль коренных народов стран Балтии в установлении и укреплении большевистского строя», дающая большой фактологический материал, но в которой есть свои недочёты, которые не видны русскому читателю.

Среднестатистический любитель истории наслышан о латышских стрелках и чекистах, причём явно в негативной каннотации. Составленный данный сборник имеет целью дать исследовательский материал и направление поисков для историков заинтересовавшихся революционной тематикой. Здесь показан широчаший спектр деятельности латвийских революционеров. Также в этом сборнике освещено революционное прошлое деятелей, ранее неизвестное читателю, известных по имеющимся справочникам. Использовано большое количество источников на латышском языке.

В советских изданиях не практиковалось составление биографических справочников, это было отдано на откуп энциклопедическим издательствам. История таких изданий показывает, что составление энциклопедий сталкивалось с вычёркиванием персон по политическим идеологическим соображениям. Краткие биографии помещались в сносках и приложениях в исторической публицистической литературе, воспоминаниях участников Революции, Гражданской войны, Великой Отечественной войны и т. п. Конечно, о трагических страницах биографий не могло идти речи. В периодической латвийской советской печати 1960-х годов в публикациях попадались сентенции вроде: «его жизнь трагически оборвалась в период культа личности»; затем в 1970-х такие акценты перестали расставлять, оставив «трагическую судьбу». Всё это не способствовало исследованиям.

В период идеологической стабилизации времени «застоя» 1970-х годов ситуация не изменилась. Издавались многотомники общесоюзной Советской энциклопедии и республиканские энциклопедии. В начале 1980-х изданы отдельные энциклопедии «Гражданская война и военная интервенция в СССР» и «Великая Отечественная война 1941–1945». Везде присутствовал устоявшийся список исторических деятелей. В республиканской энциклопедии, в частности речь о Латвийской Советской энциклопедии (1981–1988), список местных революционных и военных деятелей был намного шире. Специальная историческая литература по прежнему обходилась без объёмных биографических справок ограничиваясь краткими штрихами в примечаниях. В публицистике есть всего несколько книг, в которых биографические данные поданы более подробно, чем в энциклопедиях. Все эти издания на латышском языке.

На латвийском уровне исторической печати большую роль сыграл объёмный труд историков по переизданию книг памяти латвийских революционеров. Первый том «Книги памяти революционных борцов Латвии» вышел в СССР в 1933 году, второй – в 1936 году. В изданиях, охватывающих борьбу периода Революции 1905-07 годов, помещены биографические очерки о революционерах, составленные и написанные тогда ещё живыми свидетелями событий. С 1976 года началось переиздание «Книги памяти революционных борцов Латвии» в расширенном и углублённом виде – очерков-биографий стало больше, был задействован собранный за прошедшие годы исторический материал, что позволило первый том о Революции 1905-07 годов издать в трёх книгах в 1976–1983 годах. Первый том переиздания содержит сведения разного объёма о более 3000 революционерах. Продолжая начатую работу, в 1987 году выпущен второй том о периоде Февральской революции 1917 года. Работа была остановлена по причине падения Советской власти в СССР. Иначе мы бы имели очень интересный материал в доступной широкой общественности форме. Все эти издания выходили только на латышском языке.

Насколько я могу судить о развитии латышской советской исторической науки, сбор информации, данных, воспоминаний был поставлен на большой качественный уровен. В латышском революционном движении состояло много образованных людей, что давало большой объём печатных изданий как в Латвии, так и в СССР. Выпускалось значительное количество периодических изданий, публицистики и литературы на латышском языке. Всё это способствовало сохранению памяти о революционных событиях и людях. В дальнейшем, в послевоенное время издано большое количество исторических материалов разного характера, освещая все этапы исторического развития Латвии первой половины XX века. На мой взгляд, Латвия имела уникальную концентрацию исторических событий на таком коротком отрезке времени на такой малой территории и хорошо проработанные исторические исследования по разным вопросам.

Взяв во внимание все нюансы предыдущих исследований, был выработан отличающийся формат подачи материалов.

Собраны биографические справки и сведения о более 960 лицах, участвовавших в революционной борьбе с конца XIX века, в том числе:

участники Революций 1905/1917 годов;

участники Гражданской войны и борьбы с Интервенцией (1918–1922);

участники революционного движения в период буржуазной Латвийской республики 1920-40 гг.;

советские, хозяйственные и партийные деятели Советской Латвии и СССР

военные деятели, сотрудники органов госбезопасности и разведки СССР;

70 участников Гражданской войны в Испании 1936-39 гг.;

участники ВОВ в рядах подпольных групп, партизанских отрядов, регулярных частей Красной Армии 1941-45 гг.;

27 Героев Советского Союза;

представлено почти 300 фото персоналий.

Для лучшего представления об исторической картине того времения в книгу помещён исторический очерк о революционном движении в Латвии.

Признавая интернациональность революционного и коммунистического движения, в справках сознательно не указана национальность. В современных биографических источниках национальность указывается на основе партийных и военных анкет и приказов. Акценту на национальной составляющей конкретных участников революционного движения в современной публицистике придаётся неподобающе высокое значение, часто с политическими целями очернения и демонизации той или иной национальной группы. В советских источниках национальность напрямую указывалась в основном в отдельных публицистических материалах, не выпячивая сам факт. Все персоны данного справочника являются латышами, независимо от места рождения, или латвийцами, независимо от национальности. Для меня они все – сыны и дочери латышского народа.

В ходе сбора материала были исследованы некоторые вопросы приписывания латышского происхождения известным историческим личностям. В частности, это касается Николая Берзарина, коменданта Берлина в 1945 году, латышское происхождение которого не доказано до сих пор, а сам себя латышом или латвийцем он не считал.

При составлении биографических справок использованы известные и доступные ранее издававшиеся общие и узкоспециализированные справочники, энциклопедии, историческая литература на русском и латышском языках. Использовались открытые биографические сведения из сети интернет, также информация из электронных библиотек РФ и Латвийской Республики, публицистические заметки и статьи, размещённые в сети. Данные сверялись и уточнялись по широкому кругу наиболее заслуживающих доверия источников. Фотографии взяты из открытых источников и использованной литературы.

К основным биографическим статьям прилагается справочный материал:

краткий очерк об упоминаемых населённых пунктах, административном и историко-этнографическом делении территории Латвии конца XIX – середины XX веков;

именной список;

список использованной литературы и интернет-источников;

сведения об упоминаемых органах печати;

список используемых сокращений.

При составлении биографической справки применено несколько нестандартных для такого типа публикаций решений.

Одной из трудно решаемых для исследователей проблем является особенность языка в написании имён и фамилий. Нередко, в отношении не таких известных лиц, на которых не имеются объёмные личные сведения, совершается невольная ошибка подмены фактов биографии. Также трудно опознать участие в событии того или иного человека, если упоминается только его фамилия. Нередки случаи, когда один и тот же человек выступает как участник событий под разными фамилиями. Не учитывались особенности написания того времени при «адаптации» латышских фамилий к русскому языку в разные исторические периоды. Например, латышская фамилия Kalňinš (Калниньш) в исторической литературе и официальных анкетах может фигурировать в нескольких видах, как: Калнин, Кальнин, Калнын, Калнынь, Калныньш. То же с фамилией Ozoliňš (Озолиньш). Очень хорошо это заметно с фамилией Ozols (Озолс), которая может быть записана как Озол, Озоль, Озолс и в то же время вобрать в себя черты фамилии Озолиньш. В контексте разного рода обезличенной публицистики это может быть не столь важным – какой именно «Озол» имеется ввиду… Тоже касается имён, например Ян – Янис. Поэтому в справках, после традиционно устоявшегося в справочных источниках русского написания фамилии, имени и отчества, имеется оригинальное латышское написание фамилии и имени. Также указаны псевдонимы и настоящие фамилия/имя, если таковые имеются.

Другой проблемой в современных публикациях является место рождения. Здесь у латвийцев есть своя особенность. Также как с фамилиями, место рождения не вызывает интереса у историков. Если указаны города, то с этим вопросом всё более-менее понятно. Но, при указании уездов, волостей, «хуторов», поместий, деревень и сёл начинается полная неразбериха. Очень удачно если название написано верно или близко к реальному. Тут основная проблема в том, что территория Курляндской и Лифляндской губерний имеет свой традиционный уклад крестьянских хозяйств и имений – тут нет сёл и деревень. Но, есть имения (муйжа, мыза) и отдельные крестьянские хозяйства, которые в латышском языке могут иметь разное название в зависимости от расположения или объёма хозяйства. Деревни на территории Латвии находились в восточной части (Латгалия), в составе Витебской губернии, где был совсем другой крестьянский уклад хозяйствования. Волости (волость по латышски – pagasts) в составе губерний формировались вокруг поместий, имений, церквей.

И, второй момент, – на разных исторических этапах территории будущих губерний были завоеваны поляками, шведами, немцами. Все топонимы имели в основном немецко-латышское происхождение от которого велось русское происхождение названий. В губернских справочниках по Прибалтике названия указывались на трёх языках. Нередко место рождения записывалось исходя из того откуда взята справка или как о нём указал заполнявший анкету. В этой части мне довелось прочитать русско-немецкие, русско-латышские, латышско-немецкие синтезированные названия. Попадались сочетания букв не имеющие отношения ни к каким правилам латышского языка. Такие «гибридные» справки нередко попадались в современных справочных сборниках на военных и партийных деятелей. То есть, такие данные записывались в официальные партийные анкеты, откуда переписывались в справочники и энциклопедии. Часть мест рождений удалось восстановить из имевшихся ошибочных написаний, часть найти в других источниках. Были случаи указания на место рождения в одном конце Латвии, а на самом деле родиной оказывалась волость в другом конце страны – случайные перестановки букв в названии творили «чудеса»!

Добавили загадок исторические метаморфозы государственности на территории нынешней Латвии. Волости и уезды частично кроились до Революции 1917 года, дегерманизировались в период Первой мировой войны, затем проходили административные реформы Латвийской республики. Человек мог родится в одной волости, учиться и работать в другой даже не покидая своего места жительства, а потом эта волость делилась между двумя соседними. При всём при этом место, где родился человек, не несло для читателя никакой информации, служило традиционной «абракадаброй». Большее значение это имело для латвийцев. Очень схожее положение с написанием фамилий.

В случае с Латвией положительное то, что практически все названия мест в разных формах сохранились и их можно найти на картах. Чтобы не склонять на русском языке далёкие для читателей латышские названия и не пускаться в очередную путаницу, место рождения записывалось в другом формате. Местом рождения указывалась волость в именительном падеже так как она записана на латышском на момент рождения персоны. То есть, достаточно записать русское название латинскими буквами, или самим проскланять и найти в Википедии, например, в которой не все волости на русском языке указаны. Пример: «вол. Видрижу» – по латышски: Vidriћu, в русском склонении обычно – Видрижская. Для рядового читателя данная информация не имеет критической важности, но для исследователя это облегчает нахождение топонимов. Для латвийских читателей, которым не надо восстанавливать название волости обратно (как в том же примере поиск Видрижской волости), данное написание имеет большее удобство. Некоторые названия достаточно самобытны, чтобы их склонять туда-обратно без ущерба.

Названия городов и крупных населённых пунктов записаны в современном варианте, пример город «Лиепая», который до 1917 года назывался Либава. Это сделано для ясности с деятельностью в разные периоды, чтобы исключить путаницу: человек родился в Либаве, а работал в Лиепае. В Приложении помещён краткий очерк об упоминаемых названиях, в том числе приведены старые и новые названия упоминаемых городов (к тому же эта информация общедоступна в интернете).

Основное «тело» справки по возможности «усушивалось», читателю далёкому от чтения подобной литературы придётся обратиться к списку сокращений. Исключены характеристики персон и описания событий, характерные для других сборников и энциклопедий, но допущено несколько исключений в этой части. Больший упор сделан на фиксирование революционной деятельности в Латвии. Из наград указываются звания, ордена, отдельные знаки отличий и медали. Родственники или супруги указываются под общей фамилией с указанием родственной связи, например: КАУПУЖ, братья.

Отдельным пунктом выделены репрессии. Дана дата ареста, приговор (высшая мера наказания – ВМН; исправительно-трудовые лагеря – ИТЛ) и год реабилитации.

Надеюсь, что такой нестандартный подход поможет обогатить уже имеющиеся биографические справки и добавит интереса исследователям и читателю.

Два года работы с источниками раскрыли интереснейший материал неизвестный современному читателю и исследователям истории. Латвийцы оставили свой след практически во всех сферах строительства социализма и революционной деятельности. Раскрытие фактов биографий, знакомство с воспоминаниями и описаниями событий оставило неизгладимое впечатление. За каждой строчкой целая жизнь полная смертельных опасностей и настоящей революционной страсти! Каждая персона заслуживает отдельного объёмного очерка, а то и целой книги!

Окунитесь в эти страницы и откройте для себя Мир Революции!

* * *

Большое спасибо всем авторам-исследователям истории, публицистам и издателям.

Большое спасибо локальным краеведам и журналистам за их интерес к часто забытым страницам истории.

Большая благодарность Александру Колпакиди за предложение поработать над этой темой.

Отдельное спасибо Л. за моральную поддержку и вдохновение…

От власти баронов к власти Советов

История революционного движения в Латвии во многом уникальное явление и имеет в своём арсенале ряд феноменов.

Формирование губерний в составе Российской империи, западно-европейское происхождение экономического уклада и опережающий промышленный рост дали почву для быстрого запуска капиталистических отношений. Революционное движение на территории Латвии в массе своей обрело зрелость и готовность к социалистическим преобразованиям гораздо раньше других отсталых районов России.

Окончательное господство Российской империи над Курляндским герцогством (этнографическая область Курземе) состоялось в 1795 году образованием губернии со столицей в Елгаве (тогда – Митава). Через год была образована Лифляндская губерния с центром в Риге, охватив этнографическую область Видземе и часть нынешних эстонских земель. Ранее вошедшая в состав России другая этнографическую область – Латгалия (бывшая Польская Лифляндия) в 1802 году присоединена к Витебской губернии.

Земли Курляндии и Лифляндии полностью принадлежали немецким баронам, власть, по существу, принадлежала им же – русский император, имея немецкое происхождение, не вмешивался в привычный политический уклад. Для этих губерний характерно поместное хозяйство, когда вся крестьянская хозяйственная жизнь формировалась и существовала только вокруг имения барона. Для Латгалии, как восточной части со славянскими корнями и польским владычеством, были типичны привычные для России деревни и общинные хозяйства. В Витебской губернии разрешалось селиться евреям – губерния входила в черту оседлости. В Лифляндии и Курляндии селиться евреям не разрешалось, со временем давались послабления на расселение евреям с высшим образованием и специально оговоренным категориям. Эти различия очень существенно сказывались на исторических событиях в Латвии в дальнейшем.

Неизбежный рост капиталистических отношений в Европе непосредственно сказывался на баронских хозяйствах. Крупный портовый город Рига становится и крупным промышленным центром региона. К началу XIX века в Латвии действуют более 500 мануфактур. Происходит быстрое «сращивание» крестьянского сырья и промышленного производства. Для увеличения объёмов производства появилась необходимость освободить крестьян. Частично это происходит после очередного крестьянского восстания в 1804 году. Каугурское восстание (1802) привело к «Положению о лифляндских крестьянах» по которому стали выделяться крупные крестьянские хозяйства в составе помещичьих земель. После Отечественной войны 1812 года по указам Александра I следует освобождения крестьян – в 1817 в Курляндии и в 1819 в Лифляндии. Латышские крестьяне стали получать при освобождении фамилии, частью – немецкие, по указанию баронов или немецкому названию поместий. В 1818 году было отменено ремесленное цеховое разделение в Риге. В Латгалии (Витебская губерния) крепостничество было отменено как и во всей России в 1861 году. Немецкие бароны видели недостатки малопроизводительного крепостного труда, да и революционные настроения Европы давали о себе знать. Под присмотром немецких баронов всё было готово для бурного капиталистического роста.

К середине XIX века с развитием капитализма происходит эмансипация латышского народа. Формируется первая интеллигенция – выходят первые латышские газеты, открываются первые учительские семинарии и приходские школы, нарастает движение перехода латышей в православную веру. Зарождается первое национальное движение «младолатышей». Образованные латыши создают прослойку прогрессивной интеллигенции, главным образом выступая против национального угнетения и привилегий баронства. Частично идеи младолатышей пересекались с русским народничеством. Основными деятелями движения становятся Кришьянис Валдемарс, Кришьянис Баронс, Юрис Алунанс, Петерис Балодис (Пётр Баллод), Петерис Миглиниекс. В 1862-65 годах младолатышами в Петербурге издавалась латышская газета «Pеterburgas Avîzes» («Петербургская газета»). Формируются первые латышские школы, общества, периодика, музеи и театры, складывается литературный латышский язык. В 1870 году основан Рижский латышский театр и открывается Прибалтийская учительская семинария, а в 1873 году прошёл первый Праздник песни.

В 1849 году помещичьи хозяйства начинают переходить на сдачу в аренду земли первым зажиточным крестьянам. Появляются арендаторы с которыми расчёт ведётся в денежном измерении – помещик получает живые деньги с хозяйств, не теряя прав на землю. Не все крестьяне могут позволить себе аренду, что вызывает расслоение крестьянства. Большинство крестьян остаются безземельными. Наиболее бедная часть подаётся в города, становясь пролетариатом. В Риге и других крупных городах осуществляется переход от мануфактур к крупно-фабричному производству. Ощущается острая нехватка рабочих и ими, частично, становятся русские крепостные крестьяне отданные в аренду фабрикантам помещиками соседних губерний.

К моменту отмены крепостного права в России две Прибалтийские губернии прошли путь начального накопления капитала и демонстрировали рост капиталистического хозяйства. Однако часть политических демократических преобразований до Прибалтики не дошла – властные функции держало в руках немецкое баронство, имея множество привилегий. Крестьянская масса Курляндии и Лифляндии уже была осведомлена о капиталистических порядках. Арендаторы получили право выкупать земли у помещиков – начала образовываться прослойка самостоятельного крестьянства. Изменения хозяйственного уклада, произвол баронов провоцировал крестьянские волнения, для подавления которых иногда привлекали войска. В 1866 году введено волостное общественное управление, где полноправное членство признавалось за дворохозяевами и арендаторами. Уездное управление по прежнему оставалось в руках помещиков-баронов. К 1877 году крестьянство владело 38,8 % земли, дворянство – 45,5 % земли.

В 1860-х годах Рига выходит на второе место после Петербурга по промышленному производству в России, уступив затем это место южному порту – Одессе. 1870-е годы становятся началом рабочего движения в Латвии. К 1859 году в Риге и Лифляндской губернии было занято около 9000 фабричных рабочих, в 1880 году в Риге было занято 12000 рабочих. За период 1895–1900 годов в Латвии количество предприятий и рабочих удвоилось. К 1900 году в Риге работало около 47000 рабочих.

В 1870 году состоялась стачка на паровой лесопильне «Верман и сын» в которой участвовало около 100 рабочих. В 1874 году бастовали на фарфоровом заводе Кузнецова в Риге, в 1880-х годов происходили рабочие волнения на железнодорожном транспорте.

В начале 1880-х годов многочисленные крестьянские волнения и поджоги имений вынудили баронов требовать (1882 г.) установления военного положения, на что центральные власти не пошли. В это же время крестьян вынуждали к переселению в отдалённые губернии России с целью освоения земель.

К 1890-м годам наметился разрыв революционной интеллигенции с народничеством. Появились первые марксистские кружки. На смену младолатышам пришло «Новое течение» (1886 г.). Базируясь на марксистских позициях, новотеченцы, объединили прогрессивную интеллигенцию, привнося действительно революционные идеи в общество.

Движение зародилось в студенческой среде, а идейными лидерами движения стали – Эдуард Вейденбаум (1867-92 гг.), Петерис Бисиниек, Янис Плиекшан (Райнис), Петерис Стучка. Трибуной латышских марксистов стала легальная газета «Dienas Lapa» («Ежедневный листок», 1886-97 гг.), редакторами которой были Бисиниек, Райнис и Стучка. В 1893 году Райнис участвовал в работе III конгресса Второго Интернационала, на котором выступал Энгельс. Новотеченцы имели связи с группой «Освобождение труда» и получали нелегальную литературу. Большая пропагандистская работа проводилась в легальных рабочих и ремесленных обществах, где преподавались основы политэкономии и материалистической диалектики.

В 1895 году на латышский язык переведён «Манифест Коммунистической партии», к этому же времени в пропаганде активно использовались труды Маркса, Энгельса, Плеханова, Бебеля, Либкнехта, Каутского. Были знакомы новотеченцы с первыми статьями Ленина. Новотеченцы не смогли привнести марксизм в рабочее движение, но они дали сильный толчок к изучению марксизма и породили костяк марксистов-революционеров Латвии, таких как Фриц Розинь, Паул Дауге, Стучка, Ян Янсон(-Браун). Движение также дало несколько деятелей «эволюционного» социал-демократического толка, прогрессивного на то время, как, например, Райнис.

Одним из городов-пионеров марксизма в Латвии наряду с Ригой оказалась Лиепая, также крупный промышленный центр и порт. В 1893 году в Лиепае отметили сходкой первый Первомай на территории Латвии. В Риге Первомай стали отмечать с 1896 года.

Параллельно новотеченцам возник первый марксисткий кружок в Рижском Политехническом институте, куда в 1887 году поступил высланный из Петербурга студент Виктор Курнатовский. Кружок имел связи со студенческими кружками Петербурга, Москвы, Харькова. Среди студентов-марксистов 1890-х отметились Степан Шаумян, Василий Ульрих (старший), Михаил Пришвин (будущий писатель), В.Горбачёв.

1904 г., лето, Швейцария. Политэмигранты-новотеченцы (cлева направо)

1-й ряд: Ф. Розинь, О. Ковалевская, Д. Стучка; 2-й ряд: М. Розиня, Е. Ковалевский, А. Рудзитис, П. Стучка

В 1897 году была закрыта газета «Dienas Lapa» (затем она открывается на более умеренных позициях и с другим составом редакции), арестовано около 100 человек. Арестовано также значительное число студентов Политехнического института. Арестованные содержались почти два года в тюрьме, в марте 1899 года 86 новотеченцев дождались приговоров. Всего было осуждено около 130 человек. Большинство, в том числе Стучка и Райнис, было сослано в Вятскую губернию, где на то время образовалось большое скопление политссыльных из Петербурга, Москвы, Харькова, Одессы, Риги и Баку, участников «Союза борьбы», «Рабочего союза» и прочих социал-демократических групп. Группами политссыльных руководили Бауман, Воровский, Дзержинский. Части новотеченцев удалось эмигрировать. Организации эмигрантов социал-демократов возникли в Европе (Германия, Бельгия, Швейцария) и США (Бостон). Европейскими организациями руководил Ф. Розинь, редактируя журнал «Социалдемократс». П. Дауге на момент арестов находился в Москве и организовывал нелегальные собрания и встречи со многими революционерами, затем, в 1904 году, выехал в Швейцарию, где познакомился с Лениным.

Деятельность «Нового течения» закончилось переходом от легального марксизма к настоящей нелегальной революционной борьбе.

В 1896 году в Латвии состоялись первые попытки проведения стачек – сначала на деревообрабатывающем предприятии в Лиепае, затем в Риге на пробочной фабрике. 1 мая 1897 года рабочие завода Р.Поле в Риге устроили стачку требуя сокращения рабочего дня.

1 мая 1899 года прошли грандиозные стачки в Лиепае и Риге, вылившиеся в массовые демонстрации трудящихся. В Риге произошёл так называемый «Рижский бунт». Более 700 работниц джутовой мануфактуры объявили забастовку, требуя повышения заработной платы. Во время шествия с петициями работницы были окружены солдатами в Александровском саду, после вмешательства рабочих окрестных фабрик и заводов произошло столкновение с полицией и солдатами. Погибло 9 человек. В следующие дни десятки тысяч рабочих вышли на улицы выражая протест расстрелом, состоялись стачки и забастовки с требованием повышения оплаты труда и сокращения рабочего дня. В город были введены около 3,5 тысяч солдат. В следствии стихийности и отсутствия общего руководства протестное движение пошло на спад и 18 мая бунт закончился. В период бунта убито 93 рабочих, много раненых.

Майские события показали, что нарастающее рабочее стихийное движение требует твёрдого централизованного марксистского руководства. Год стал началом бурного роста социал-демократических организаций в Риге, Лиепае, Вентспилсе, Талси. В августе 1899 года из 15 социал-демократических кружков создана единая Рижская социал-демократическая организация во главе с Рижским комитетом. В 1901 году возникли комитеты социал-демократов в Лиепае, Вентспилсе и Елгаве, в 1902 – в Талси.

В апреле 1900 года Ригу посетил Ленин, с помощью Михаила Сильвина была организована встреча с латышскими социал-демократами Янисом Озолсом и Карлисом Зутисом, на которой были намечены планы доставки через Латвию нелегальной печати, в том числе газеты «Искра». В 1900 году издан «Манифест Коммунистической партии» на латышском языке за переводом Янсона-Брауна. Осенью 1901 года состоялись многочисленные митинги студентов Политехнического института. Тогда же была образована Рижская группа Российской социал-демократической рабочей партии (РСДРП), объединившая кружки русских рабочих рижских предприятий и русских студентов Политехнического института. После размежевания русских социал-демократов на меньшевистское и большевистское крыло в образованной в 1903 году Рижской организацией РСДРП(б) руководил уполномоченный ЦК РСДРП по Северо-Западному краю Максим Литвинов.

В феврале 1902 года в Риге состоялся Всероссийский съезд студентов, призвавший к включению студенчества в борьбу за политические свободы под руководством социал-демократов. В апреле того же года социал-демократические организации Риги, Лиепаи, Вентспилса и Талси создали Прибалтийскую Латышскую Социал-демократическую рабочую организацию (ПЛСДРО). В организации состояло около 1000 членов, основное руководство осуществлял Центральный Комитет. Были налажены связи с зарубежными группами латышских социал-демократов, организована коллегия пропагандистов, нелегальная типография, а с марта 1904 года начала издаваться газета «Циня» («Cîňa»). В июне 1904 года прошёл первый съезд Латышской социал-демократической рабочей партии (ЛСДРП). Делегаты представляли 2500 членов партии. В качестве ближайшей политической задачи было выдвинуто свержение самодержавия и установления демократической республики. Среди основателей партии: Стучка, Розинь, Озолс, Янсон-Браун, Дауге, Бушевиц, Лутер, Кажмер, Трейман, Зандрейтер. Латышские социал-демократы в ЛСДРП и русские в РСДРП действовали параллельно придерживаясь ленинской позиции в социал-демократическом общем движении. В сентябре 1904 года был образован Федеративный комитет объединивший разные социал-демократические организации (ЛСДРП, РСДРП, Бунд и более мелкие местные комитеты).

В начале XX века Прибалтийские губернии оказались во власти мирового кризиса. В Риге остались без работы более 10 тысяч рабочих. Зимой 1901 года успешно прошла забастовка работниц Ильгуциемской текстильной фабрики в Риге. В 1902 году бастовали рабочие даугавпилсских кожевенных заводов. В 1903 году в Риге прошли первые демонстрации под лозунгом «Долой самодержавие!», забастовки рабочих в Риге и Лиепае, в Талсинском и Гробиньском уездах прошли первые забастовки сельхозрабочих. В 1903 году прошли демонстрации протеста против высылки социал-демократа Яна Ленцмана, против высылки в Сибирь 10 политзаключённых, в 1904 году прошла демонстрация в поддержку голодовки политзаключённых в Рижской губернской тюрьме. В том же году прошла длительная забастовка рабочих Рижской джутовой фабрики – около тысячи рабочих бастовали с перерывами два месяца. Первомай 1904 года отмечен демонстрацией 5000 рабочих в Риге и 2000 рабочих в Елгаве. В конце 1904 года прошли выступления против Русско-японской войны, в декабре в Задвинье в Риге состоялась демонстрация 3000 рабочих. В организации выступлений рабочих активно участвовала ЛСДРП. Всего за период 1900–1904 годов в Курляндии и Лифляндии бастовали суммарно 6000 человек.

После получения известий из Петербурга о расстреле рабочей демонстрации 9 января 1905 года («Кровавое воскресенье») комитетами ЛСДРП, РСДРП и другими было принято решение о всеобщей политической забастовке. 12 января забастовка охватила почти все крупные заводы и фабрики Риги, участвовало около 60 тысяч человек, состоялись три крупные демонстрации под лозунгами «Долой самодержавие!». В листовке РСДРП говорилось: «Довольно нам терпеть, довольно издеваться над нами капиталистам и правительству? Товарищи! Выходите на улицу! Долой самодержавие!». 13 января огромные потоки рабочих с разных концов Риги сливались в одну многотысячную демонстрацию. При подходе к центру города у Железного моста демонстранты были встречены ротой унтер-офицеров. По демонстрантам был открыт огонь. Погибло более 70 человек и около 200 получили ранения, часть демонстрантов во время бегства по льду Даугавы провалилось под лёд. Среди убитых был 31 член ЛСДРП. Во время демонстрации трудящихся 12 января в Даугавпилсе полицией был застрелен один человек. В Лиепае забастовка проходила с 13 по 28 января, в Вентспилсе с 17 по 26 января.

Весной прошли забастовки сельхозрабочих в Курляндской губернии, «церковные» демонстрации по всей Латвии, когда протестные выступления проходили в церквях и приходах во время воскресных собраний прихожан. В Лифляндской и Курляндской губерниях с 15 марта властями введено «усиленное охранение». 1 мая проведена всеобщая стачка рабочих Латвии.

В начале июня на II съезде ЛСДРП делегаты представлял 10 тыс. членов партии. Были решены вопросы тактики в вооружённом восстании, забастовках и агитации. Началась организация боевых дружин и заготовка оружия на заводах. К концу 1905 года в Риге насчитывалось около 200 боевиков, столько же суммарно в Лиепае и Даугавпилсе.

1905 г., март. Народный сход. Дундага

В конце июня, в знак солидарности с восставшими матросами броненосца «Потёмкин», в Рижской Усть-Двинской (Даугавгривской) крепости произошли революционные солдатские выступления. 9 июля была провозглашения генеральная забастовка, работа остановлена на 60 фабриках и заводах. В город ввели войска, участились боевые столкновения с рабочими. 6 августа введено военное положение в Курляндской губернии.

7 сентября 1905 года боевики ЛСДРП и РСДРП под руководством Яна Лутера и Екаба Дубельштейна совершили нападение на Рижскую центральную тюрьму. Событие было настолько громким, что о нём писали в зарубежной печати. Ленин отозвался на событие статьёй «От обороны к нападению»: «Привет героям революционного рижского отряда! Пусть послужит успех их ободрением и образчиком для социал-демократических рабочих во всей России. Да здравствуют застрельщики народной революционной армии! […]

К счастью, прошли те времена, когда за неимением революционного народа революцию «делали» революционные одиночки-террористы. Бомба перестала быть оружием одиночки-«бомбиста». Она становится необходимой принадлежностью народного вооружения. С изменениями военной техники изменяются и должны изменяться приемы и способы уличной борьбы. Мы все изучаем теперь (и хорошо делаем, что изучаем) постройку баррикад и искусство защиты их.» (В.И.Ленин, ПСС., 5-е изд., т.11, стр.268–271).

15 октября 1905 началась Всероссийская политическая стачка, в том числе в Риге и в Латвии бастовали десятки тысяч рабочих.

Одним из главных и важных отличий Революции 1905 года в Латвии является форма руководства и объединения масс в этот период. Всю полноту руководства революционным движением берёт на себя Федеральный комитет. В сельской местности создаются Распорядительные комитеты (Rоcоbas komitejas), которые действовали в 470 волостях Латвии из 501. Комитеты перенимают на себя все властные полномочия и функции, отменяются арендные и выкупные платежи за землю. В последующих революционных событиях 1917 года на смену им приходят Советы рабочих и безземельных депутатов. Единственный Совет рабочих депутатов на территории Латвии в 1905 году создан в Лиепае.

17 октября выпущен царский Манифест с обещанием демократических свобод и послаблений, учреждается Государственная дума и свобода политических партий. ЛСДРП бойкотировала Манифест. В среде латышской буржуазии стали предприниматься попытки создать сателлиты и филиалы российских буржуазных партий для участия в выборах в Государственную думу. Однако, крайняя малочисленность и покровительство немецкого дворянства не позволили проявить какую-то политическую активность. В 1906-14 годах в Курляндии отсутствовали члены российских парламентских партий кадетов, правомонархистов, октябристов и эсеров. В Лифляндии незначительное число партийцев в десятки человек зафиксировано в первые два года, затем зафиксированы единичные члены некоторых партий. Были созданы латышские буржуазные партии, малочисленные и сходные идеями с общероссийскими партиями.

Тем временем в Лифляндии зафиксировано 300 членов РСДРП, не считая ЛСДРП. Латышские рабочие и крестьяне не шли на поводу у буржуазных партий и были просоциалистически настроены с самого начала легальной политической активности. В своё время, крестьяне надеялись на улучшение своего положения наравне с остальной Россией, надеялись, что российский монарх приструнит немецкое баронство. Но, в Прибалтийском крае безраздельно хозяйничали остзейские немцы (10 % от всего населения губерний) и центральные власти не стремились изменить ситуацию. При передовом развитии капиталистического производства в крестьянском хозяйстве царил беспросветный феодализм, выходом из которого было только бегство за лучшей жизнью в глубь России, в Сибирь – там давали землю. Оставалось рассчитывать только на себя. Чем более жёстко встать в оппозицию существующему порядку, тем лучше услышат. Крестьян не надо было сильно агитировать – их экономическое положение сделало это за них. Сыграла свою роль историческая ненависть к немецким «псам-рыцарям», оккупировавшим землю и презрительно-жестоко относившимся к латышам.

Осень 1905 года явилась одним из пиков вооружённых выступлений и столкновения народа с властями и баронами. Началась открытая Гражданская война…

18 октября в Даугавпилсе демонстранты и отряды вооружённых рабочих вынудили казаков и полицию покинуть город. 19–20 октября митинги рабочих Риги в Гризинькалнсе собирают до100 тысяч человек.

10-14 ноября состоялся Съезд народных учителей Латвии в Риге, который потребовал демократизации образования. Делегат от Федеративного комитета Вилис Дерман в своей речи сказал: «Наука должна революционировать детей, чтобы они вступили в жизнь просвещенными». Одно из постановлений учительского съезда говорило об отправке в Москву 1000 рублей «для поддержки боровшегося там пролетариата».

19 ноября прошёл Съезд волостных представителей Лифляндской и Курляндской губерний в Риге. 22 ноября введено военное положение в Лифляндии, в ответ рижские рабочие 30 ноября провели всеобщую политическую стачку.

Повсеместно в губерниях идут вооружённые столкновения. Разгромлено 573 имения, местные административные аппараты парализованы или заменены Распорядительными комитетами. Местные жители формируют народную милицию, отряды «лесных братьев». 27 ноября восстание в Тукумсе – город захвачен восставшими. После окружения войсками и угрозы применения артиллерии 2 декабря город взят, погибло около 120 человек. Прочитав отчёт генерал-губернатора Курляндии Бекмана о боях за Тукумс и отсутствие необходимых причин к обстрелу из артиллерии, в частности о недостатке снарядов, Николай II начертал: «Что за дурацкая причина, он должен был разрушить город».

28 ноября отряды народной милиции разбивают драгун в районе Скривери. Около тысячи крестьян захватывают город Талси. Хоть на один день все уездные города побывали в руках восставших. Наибольший урон наносится в Курляндской губернии, от некоторых замков остаются, буквально, руины. После сожжения баронского замка Яунпилс среди опалённых останков найдена семейная реликвия баронов – мумифицированная кисть латышского мальчика-пастушка, отрубленная дедом барона за кражу яблок из сада.

Вследствие забастовок железных дорог, почты и телеграфа целые уезды, города, в том числе Рига, оставались вне досягаемости властей. Бароны скрываются в лесах и городах, нанимают людей для охраны своих имений, в основном это местные остзейские немцы, требуют войска от властей. По сообщению губернатора «в прилегающих к Витебской губернии местностях Лифляндии и Курляндии полная анархия… полиция бессильна остановить отлично вооруженных дальнобойным оружием многочисленные банды мятежников, перед которыми отступают регулярные войска. Земские начальники Двинского уезда, следователи не могут выехать в участки, где их никто не признает».

10 декабря введено военное положение в Эстляндской губернии.

4 декабря высочайшим указом назначен в Лифляндию новый генерал-губернатор Соллогуб. Отправленный сразу же эшелон с войсками из Вильно в Ригу пущен с рельс, войска вынужденно вернулись обратно. С середины декабря активность войск и карательных экспедиций давала о себе знать – крупные населённые пункты были освобождены от мятежников. Для усмирения волостей были задействованы три карательные экспедиции генералов Орлова, Мейнарда и Вендта в составе пехоты, кавалерии и артиллерии. Всего в 1905 году в Латвию был введён сорокатысячный воинский контингент, на случай более сильного сопротивления были приведены в готовность части в Петербурге, Вильно, донские казаки.

Федеративный комитет изо всех сил старался держать ситуацию под контролем, решения принимались всесторонним консенсусом партий и комитетов. 13–16 декабря назначена и проведена Генеральная забастовка в Риге в поддержку Московского вооружённого восстания. 16–19 декабря проходит «Айзпутская битва», череда боёвых столкновений, в которой народная милиция сражается с войсками в окрестностях Айзпуте.

20 декабря происходит нападение на драгун, вызванных для усмирения проходившей стачки на заводе «Проводник» в Риге, – убито 11 и 7 драгун ранено. Среди боевиков: Рудольф Делиньш, Янис Линтиньш, братья Чоке. После войсковой операции с применением артиллерии рабочие были рассеяны, и большая часть арестована. Из боевиков никто не пострадал. 26 декабря 1905 года в Риге объявлено военное положение.

17 января 1906 группа из 4-х боевиков под руководством Екаба Дубельштейна совершает нападение на Рижскую тайную полицию, убивает одного солдата и освобождает 6 товарищей. 13 февраля 1906 эта же группа латышских боевиков (Дубельштейн, братья Чокке, Лутер, Трейман и другие) провела экспроприацию банка в Гельсингфорсе. Пять боевиков были выслежены и арестованы, затем приговорены к длительным срокам каторги, остальные скрылись.

В этой войне никто ни с кем не считался и никого не считал. Крестьяне с топорами и вилами, и оружием отобранным у баронов и военных, с одной стороны, и воинские части в полной экипировки с артиллерией, баронские карательные отряды с другой. Сотни засечены насмерть, расстреляны, зарублены шашками, запытаны в имениях лично баронами, застрелены в «попытке к бегству» и свалены в придорожные канавы. Крестьянские хозяйства сжигались. Латыши, без того ненавидевшие своих немецких угнетателей, впитывали вместе с огнём и кровью ещё один «урок».

К концу января 1906 года боевые карательные действия с расстрелов на месте перешли к военным судам и трибуналам. По некоторым данным карательными экспедициями без суда было расстреляно более 1200 человек, сожжено более 300 крестьянских усадеб. С августа 1906 года по апрель 1907 года введены военно-полевые суды. По приговору военно-полевого трибунала расстреляно 773 человека. В 1906 году в тюрьмах находилось около 2500 политзаключённых. Большое количество революционеров было выслано на поселение и на каторгу в Сибирь. Из высланных по всей Российской империи за участие в Революции 1905–1907 годов 10–12 % составляли латыши. После силового подавления массовых выступлений в 1905-06 годах наступило «затишье», в котором не было громких боёв, но продолжались стачки и забастовки, и началось активное партийное размежевание, утверждение тех или иных позиций.

Течение революционных событий неизбежно вело к стремлению к объединению национальных соцдем организаций с общероссийской РСДРП. Весной 1906 года на конференции ЛСДРП было решено добиваться объединения с РСДРП, на IV съезде РСДРП принят «Проект условий объединения ЛСДРП с РСДРП». Окончательно этот вопрос решался на III съезде ЛСДРП в июле 1906 года. Тогда в партии было 11 тысяч членов, из них в Риге – 6 тысяч. Съезд принял решение влиться в ряды РСДРП на большевистских позициях. На правах автономной организации партия стала называться Социал-демократия Латышского края (СДЛК) и тут же провела свой I съезд. Кроме того, на съезде было решено вывезти партийный архив о революционных событиях из Латвии. Поручено это было Яну Зирнитису (Е. Жилинский) по кличке «Архивариус». Сохранено в общей сложности 3700 архивных единиц в тайных хранилищах в Лондоне, Берлине, Брюсселе, Берне и Петербурге. Благодаря этому своевременному решению латвийские историки имеют множество аутентичных документальных материалов.

Своими боевыми действиями партия заработала уважение российских социал-демократов, неоднократно отмеченное Лениным. На V съезде РСДРП в Лондоне были закреплены позиции СДЛК. Одновременно там же прошёл II съезд СДЛК с участием 30 делегатов с решающим и 10 с совещательным голосами. В съезде участвовал Ленин.

В 1907 году продолжился откат революции и усиление реакции. Вместе с тем, возможностью участвовать в выборах в Государственную думу воспользовалась СДЛК, сумев провести двух депутатов – Яниса Озолса во II и Андрея Приедкална в III думу. Депутатом Озолсом было собрано множество обличающих фактов расправ над крестьянами, пытками и жестокостью баронов и полицейских чинов в годы Революции 1905 года. В апреле 1906 года запрос депутата собрал 35 подписей и был направлен в комиссию думы. После слушаний в комиссии запрос был протоколирован и направлен в министерства внутренних дел, по военным и морским делам, и юстиции. Данный запрос не привёл ни к каким результатам – дума вскоре была распущена, но факт обращения остался. Это был первый случай такого обстоятельного публичного официального документального акта описания событий 1905 года в Латвии.

В частности, можно привести такой эпизод из депутатского запроса: «В Мемельгофской волости 5 февраля 1906 г. в усадьбу «Бекели» явилась карательная экспедиция – барон фон-Остен-Сакен с 15 драгунами при одном офицере, арестовали владельца усадьбы Петра Упмана и жестоко его избили; после этого отряд разграбил все, что только возможно было взять, и по распоряжению фон-Остен-Сакена усадьбу сожгли. Спасать что-либо не позволялось. Под открытым небом очутились все жители усадьбы с полуголыми детьми. Взяв Упмана с собой, барон фон-Остен-Сакен отправился к волостному правлению, где в то время происходило общеволостное собрание, созванное уездным начальником фон-Фогтом и комиссаром по крестьянским делам фон-Фитингоф-Шелем. Явившись туда, Остен-Сакен арестовал Жана Безайса и избил собственноручно нагайкой (уездный начальник и комиссар в это время находились в волостном доме). Отсюда, вместе с арестованными Упманом и Безайсом, Остен-Сакен отправился в Альт-Мемельсгоф. Здесь Упман снова был избит, и Остен-Сакен заставил его и купца Залковича уплатить себе по 50 р. за то, что Упман купил с аукциона быка, принадлежавшего брату фон-Остен-Сакена за 50 р. и перепродал его за столько же Залковичу (упомянутый бык был еще до этого Залковичем бесплатно возвращен по принадлежности Остен-Сакену). Из Мемельсгофа Остен-Сакен отправился в ус. «Огудрува», избил ее владельца Яна Берзиня, разграбил его имущество и приказал уплатить себе 50 р. За что, не сказал. Так как денег налицо не оказалось, то Берзинь должен был их отнести на другой день Остен-Сакену в имение. Это и было исполнено. Отсюда Остен-Сакен отправился в усадьбу отца Яна Безайса «Печули» и, разграбив ее, отправился в имение Герберген, где Жан Безайс вместе с другими семью лицами (Озолом, Гергалом, Бекером и другими) были подвергнуты жестоким истязаниям. На другой день, 7 января, по дороге обратно в Мемельсгоф Остен-Сакен нагайкой заставил Жана Безайса вылезть из повозки, и тут же расстрелял его. Тем же бароном фон-Остен-Сакеном были таким же образом расстреляны: усадьбовладелец Калькис за недозволенную охоту, учитель Пузаро в Курменской волости и учитель Юлий Девкоцин и Грос-Зальвенской волости; 13 февраля того же года в Лассенской и Штейнензеской волости подвергнуты истязаниям 20 человек, в том числе Эдуард Самол, И. Жив, Фр. Звейнек, Ян Бацалак, Густав Штрейкан должен был уплатить 500 р.».

Рассматривая этот и другие эпизоды карательных акций, напрашивается вывод: используя повод и силовую поддержку власти бароны стремились в первую очередь уничтожить сельскую интеллигенцию – учителей, как самых больших вдохновителей и агитаторов к беспорядкам, и… народившуюся сельскую буржуазию. Именно этим можно объяснить ту невероятную жёсткость по отношению к крестьянской собственности – самостоятельным крестьянским хозяйствам, часто находившимся в залогах и кредитах на выкуп у тех же баронов. Здесь борьба отживающих баронских феодальных отношений с конкурирующими капиталистическими в лице самостоятельного крестьянства – мелкой буржуазии на селе. В постреволюционный период латышское крестьянство понесло потери убитыми и сосланными, к тому же, революционный дух очень пугал остзейское баронство. Для выправления хозяйственной деятельности в имениях бароны прибегли к помощи немецких крестьян, переселяя их в свои имения в качестве рабочей силы. С другой стороны, в порядке либерального выравнивания, на рынок кредитов и доступных денег пришли банки и сберегательные общества из центральной части России – возможностей выкупать дома и землю стало больше. Прибалтика вынуждена была «открыться» остальной России. Могущество баронов и остатки феодализма доживали последние дни.

На исходе Революции продолжались выступления трудящихся: в Видземе в 1905 году бастовало 268 тысяч рабочих, в 1906 – 91 тыс., в 1907 – 20 тыс. В Курземе в 1905 – 47 тыс., в 1906 – 12 тыс., в 1907 – 5 тыс. Продолжали проводится памятные мероприятия по жертвам 9 января и 13 января, неизменно отмечался день солидарности трудящихся 1 мая. Забастовки 1910-14 годов в Риге достигали 50–60 тысяч человек ежегодно, в 1914 году забастовка в память 9 января объединила 95 тысяч рабочих.

Рассматривая местные феномены, особо нужно отметить следующие. Латышские социал-демократы использовали все возможности для организации газет, журналов и бюллетеней. Тиражи и количество наименований газет и листовок исчислялись сотнями тысяч приблизившись к миллиону. Этому феномену есть одно объяснение. Это не только стремление к агитации и пропаганде, но и передовое место Прибалтики в Российской империи по грамотности населения – народ мог читать и читал! К 1915 году три Прибалтийские губернии обладали 75–80 % грамотным населением. Ближайшая по грамотности С.-Петербургская губерния обладал 65 % грамотных мужчин и 43 % женщин, в то же время в Прибалтийских губерниях грамотность мужская и женская практически не отличалась. В остальных губерниях Российской империи грамотность была у половины или менее половины населения. И, что самое удивительное, процентуально грамотность латышского населения превосходила грамотность немецкого населения Прибалтийских губерний! Латыши-крестьяне, экономические беженцы, в сибирских губерниях были в большинстве наполовину грамотные, но, даже эта «полуграмотность» выделялась среди местного населения.

В 1908-14 годах среди нерусских изданий книги на латышском языке занимали 3-е место, уступая изданиям на польском и немецком языках! Периодическая печать также занимала 3-е место среди не русских изданий. Рига была шестым издательским центром Российской империи. Начавшаяся национальная эмансипация латышей и освобождение крестьянства раньше, чем в российских губерниях, дала поток крестьянства в школы и затем в учительские семинарии. Народ в короткий срок сам себя научил грамотности и умело эту грамотность использовал. Это, конечно же, было на руку народившемуся промышленному капиталу, которому нужны квалифицированные образованные работники. Наряду с передовым развитием капитализма в Прибалтике имелось передовое по грамотности население.

Высокий уровень грамотности небольшого народа на компактной территории давал высокую концентрацию классовой сознательности масс и научного мировоззрения.

Другим феноменом Прибалтики, наряду с грамотностью, является язык. Основным языком всегда был немецкий, а в Латгалии – польский, латгальский и русский. Латышский был «народным» и значение стал приобретать в середине XIX века с освобождением крестьянства. Тогда же с ростом промышленности приобрело значение знания русского языка. Всё в совокупности приводило к тому, что латыши практически с рождения знали два языка – немецкий и латышский, и по необходимости приобретали знание русского языка. Это приводило к тому, что латышские революционеры владели несколькими языками, без проблем с общением могли выехать в Европу, выучивали другие языки. Основными местами эмиграции были Швейцария, Германия, Бельгия, Англия, а затем США. Этим объясняется последующая востребованность латышей в советской дипломатии и разведке – у них почти не было никаких языковых барьеров! Языковая развитость месте с высокой грамотностью населения на небольшой территории давали потрясающий эффект. Но, были и интересные казусы – следующее поколение революционеров периода начала 1920-х часто не знало русского языка. Когда их арестовывала буржуазная власть и по обмену высылала в Советскую Россию им приходилось изучать русский язык почти с нуля. Об этом немного дальше, пока же закрепим этот интересный феномен в нашей памяти…

Период между 1910-14 годами обозначен главным образом обострением внутрипартийной борьбы в СДЛК двух направлений – меньшевизма и большевизма. Основные события развернулись на IV съезде СДЛК в Брюсселе в феврале 1914 года. Делегаты съезда представляли 3500 членов партии. Непримиримые стороны поделились поровну и вся борьба развернулась за перетягивание голосов неопределившихся «ликвидаторов» и «примиренцев». В работе съезда участвовал Ленин, он написал «Проект платформы к IV съезду СДЛК» и выступал со своим докладом о позиции РСДРП по расколу фракции социал-демократов в IV Государственной думе. По итогам работы съезда победила большевистская позиция – в ЦК СДЛК и в редакцию газеты «Циня» были избраны только большевики.

Европейская эмиграция СДЛК объединяла 15 групп численностью в 270 членов. Европейские и американские группы объединяли эмигрировавших членов СДЛК, проводили пропагандистскую революционную работу, устанавливали связи с местными социалистами. Представитель Заграничного комитета СДЛК Ян Берзинь-Зиемелис участвовал в Циммервальдской конференции в 1915 году. В это же время в США широко развернулась латышская революционная эмиграция. С 1907 года в нескольких крупных городах США действовала Общая организация латышских социал-демократов. В 1909 году Общая организация латышей присоединилась к Социалистической партии Америки. Всего в партии насчитывалось 29 латышских социал-демократических групп общей численностью в 983 члена. В латышской социал-демократической американской газете «Страдниекс» под редакцией Ф. Розиня регулярно появлялись переведённые статьи Ленина. После революционных событий 1917 года эмиграция Европы и Америки устремилась в Латвию и Россию, и внесла свой неоценимый вклад в историю революционного движения. Оставшиеся эмигранты в США активно действовали в Социалистической партии Америки, усиливая большевистские позиции. Борьба с оппортунизмом в Соцпартии закончилась образованием Коммунистической партии США. На учредительном съезде компартии 1 сентября 1919 года участвовало 9 представителей Общей организации латышских социал-демократов. В состав ЦИК КПА избраны два члена латорганизации – Дирба и Шварц. Одним из интереснейших фактов является «эмиграция» Анса Калниня. Бежав из иркутской ссылки на восток в 1913 году, он оказался в Австралии, где присоединился к работе Австралийской Социалистической партии вместе с Артёмом-Сергеевым, вернувшись в Россию после Февральской революции. Феномен латышской революционности стал поистине трансконтинентальным.

К началу Первой мировой войны в СДЛК состояло около 3000 активных членов и около 2000 членов партии находились в ссылках, тюрьмах и эмиграции. В 1913 году в Рижской организации СДЛК состояло 89 % латышей, 6 % литовцев и 2,5 % русских.

С началом войны мобилизационные мероприятия, эвакуация населения и промышленности потребовали гибкости в организации партийных ячеек, комитетов. Главным агитационным содержанием стало разъяснение тактики большевиков в мировой войне. Выходили нелегальные газеты и листовки, суммарный тираж которых достигал около миллиона экземпляров. Эвакуированные члены партии создавали латышские секции при местных комитетах РСДРП, организовывали подпольную работу. Практически в каждом крупном городе и на каждом заводе, где появлялись эвакуированные латыши, существовали подпольные партийные секции и легальные латышские культурные общества. По разным подсчётам с 1915 года в 80 российских городов эвакуировано около 700 тысяч латвийцев. Это потом даст ещё один феномен, о котором предпочитают забывать.

К апрелю 1915 года фронт подошёл к Курляндии. С самого начала военных действий на фронт уже было послано около 20 000 латвийцев. В частях императорской армии действовали батальоны добровольцев Усть-Двинской крепости. В патриотическом порыве депутат Государственной думы Янис Голдманис обратился к Верховному Главнокомандующему с прошением учредить латышские военные части. 1 августа 1915 года командующий Северо-Западным фронтом генерал Алексеев подписывает указ об образовании латышских батальонов. Одновременно депутаты Голдманис и Залитис выпускают воззвание «Собирайтесь под латышскими флагами!». В Риге образуется оргкомитет и 12 августа начинается приём добровольцев в стрелковые батальоны. Всей организацией батальонов занимается местная латышская буржуазия. В поисках выхода из неудачных военных кампаний латышская буржуазия приняла единственно возможное решение – поднять латышей на борьбу с многовековыми угнетателями – немцами. Для этого много агитировать не пришлось – предстояла борьба на своей земле!

Это один из самых известных исторических феноменов в латышской латвийской истории. К тому времени, когда на фронт был послан первый латышский батальон немецкие войска стояли под Ригой. Батальоны выросли в восемь основных полков и один запасной, в ноябре 1916 образованы две бригады по четыре полка в каждой. Латышские стрелки своим бесстрашием и кровью держали фронт два года. Солдаты и офицеры испытали на себе все невзгоды фронтовой жизни – бестолковые приказы начальства, газовые атаки на Острове Смерти и невероятные потери. В результате неудачной Митавской операции («Рождественские бои») с конца декабря 1916 года по начало января 1917 года русская армия потеряла 27 000 человек, латышские полки потеряли убитыми и ранеными около 9000 человек – 37 % личного состава.

1917 г., январь. Латышские стрелки в Рождественских боях на позициях в противогазах в районе Пулемётной горки, Тирельские болота

1917 г., январь. Погибшие в Рождественских боях латышские стрелки в районе Тирельских болот

Война вырастила офицерский латышский кадровый состав. Большинство высших офицеров встали впоследствии на сторону буржуазной Латвии, кроме Иоакима Вациетиса, командира 5-го Земгальского полка. Все командиры красных латышских стрелков, известные по Гражданской войне, вышли из младшего офицерского состава во время революционных событий после февраля 1917 года. Им доверяла «солдатская демократия».

Выступив вначале против создания латышских полков, СДЛК разъясняла всю подлость войны и агитировала против самодержавия. Попавшие в полки члены СДЛК создавали подпольные группы, получившие название «Пелекие» («Серые»), по цвету солдатской шинели.

Февраль 1917 года перевернул всё! Открылись двери каторг и тюрем, ссыльные устремились на родину, вокруг Советы и комитеты. Это самое запутанное время латвийской истории – события следовали одно за другим, одновременно вспыхивая в разных местах. Революционное движение латвийцев и латышей вырвалось вместе с другими за пределы своих привычных мест и пошло по городам и весям бывшей Российской империи, порождая новые факты, мифы и легенды.

Можно выделить несколько направлений в период двух Революций и Гражданской войны:

события вокруг латышских стрелковых полков;

становление государственности Советской Латвии (ССРЛ);

участие латвийцев в становлении Советской власти в России;

участие латвийцев в органах ВЧК.

Каждое направление в той или иной степени рассматривается современными публицистами. И каждый раз, читая их, я вижу как эти направления разрываются и друг от друга, и от истории их возникновения.

Практически сразу после Февральской революции была образована Рижским комитетом СДЛК военная организация 12-й армии Северного фронта. Началось издание газеты «Окопная правда». После приказа № 1 Петросовета образовались солдатские комитеты. Комитеты в латышских полках сотрудничали с большевистскими комитетами в русских полках 12-й армии. Через неделю после Февральской революции был избран Рижский Совет рабочих депутатов, ещё через неделю открылся 1-й Съезд латышских стрелковых полков и образован Исполком объединённого Совета депутатов латышских стрелковых полков – Исколастрел. Исполком издавал газету «Бривайс Стрелниекс». Солдатские комитеты, бывшие в начале беспартийными, впоследствии активно принимали сторону СДЛК. Параллельно действовал Искосол – Исполком солдатских Советов 12-й армии, стоящий на меньшевистских и эсеровских позициях, но с меньшим влиянием на солдатскую массу.

17 мая второй Съезд латышских стрелковых полков провозглашает лозунг «Вся власть Советам!» и окончательно переходит на сторону СДЛК и большевиков. К июню 1917 года СДЛК объединяла более 1700 членов, в июле – 2000, в августе – 3000. Несмотря на разгул июльской реакции в Риге прошёл открыто V съезд СДЛК. На съезде СДЛК переименована в СДЛ (Социал-демократия Латвии). На съезде присутствовало 116 делегатов с решающим голосом, представлявших 7616 членов СДЛК, и 32 делегата с совещательным голосом, представлявших 6417 членов партии. Делегаты с решающим голосом представляли: Военную организацию 12-й армии, Рижскую, Малиенскую, Видиенскую, Валкско-Руиенскую организации; делегаты с совещательным голосом – латышские группы, входившие в местные организации РСДРП Архангельска, Брянска, Харькова, Екатеринослава, Коломны, Костромы, Курска, Лысьвы, Москвы, Минска, Нижнего Новгорода, Новгорода, Одессы, Оренбурга, Перми, Петрограда, Пскова, Подольска, Самары, Славянска, Тулы, Твери, Великих Лук, Выборга, Витебска, Воронежа и других. Был организован Левый блок 12-й армии, объединявший 28 полков. На состоявшемся VI съезде РСДРП(б) 14 делегатов представляли СДЛ, Ян Берзин был избран в ЦК РСДРП(б). Выступая на съезде представитель СДЛ и Левого блока Андрей Дижбит в частности отмечал: «Единение между латышскими и сибирскими стрелками полное… Если работа будет и в будущем идти таким же темпом, то, повторяю, мы не только латышские полки, но и 12-ю армию сделаем «красной армией»».

Назначенный летом 1917-го Верховным главнокомандующим России генерал Корнилов на волне реакции угрожал сдать Ригу и повести войска на подавление Советов в Петрограде. Начавшееся наступление немецкий войск на Ригу в августе сдерживали латышские и сибирские стрелки практически в одиночестве без высшего командования. В результате ожесточённых боёв и больших потерь была сдана Рига, но фронт был удержан севернее. Войска не пошли на поводу «корниловщины», 12-я армия обретала новых командиров-лидеров, из «старых» в авторитете оставался лишь Вациетис, чей полк стоял непосредственно на оборонительных рубежах Малой Юглы перед Ригой. В сентябре Исколастрел направил в Смольный телеграмму с призывом взять власть в свои руки. ЦК СДЛ назначил Семёна Нахимсона комиссаром всех латышских полков.

В середине октября 1917-го на чрезвычайной конференции СДЛ было сообщено о решении начать вооружённое восстание и о поручении латышским полкам взять под контроль район действия 12-й армии с целью недопущения отправления какой-либо военной помощи Временному правительству. Был образован Военно-революционный комитет (ВРК), стрелки нейтрализовали штаб 12-й армии в Валке, Иоаким Вациетис стал командующим. Поставленные задачи стрелками были выполнены.

С этого момента латышские стрелки начали завоёвывать тот авторитет среди руководства Советской России, который позволил опираться на латышей в самые трудные и ответственные моменты истории Революции и Гражданской войны.

После победы Октябрьской Революции в Петрограде состоялся II Всероссийский съезд Советов, на котором присутствовали делегаты от латышских полков, а в президиум съезда был избран делегат от СДЛ Пётр Стучка. Выступление делегата Карла Петерсона описал в своём произведении «10 дней, которые потрясли мир» американец Джон Рид. В состав ВЦИК вошли Стучка, Я. Петерс, Петерсон и Нахимсон.

В Москве Октябрьскую Революцию также поддержали латышские рабочие. В Московской латышской секции состояло 1100 членов, работала типография газеты «Социалдемократс». В результате эвакуации предприятий с началом ПМВ в Москве проживало около 80 тысяч латышей. В московской Рабочей Гвардии (около 30 тыс. чел.) состояло около 1500 латышей, из которых треть были членами партии. В состав Московского штаба Красной Гвардии входил Ян Пече, в районных штабах и непосредственно в боях участвовали Оскар Калнин, Ян Рудзутак, Иван Биксон, Роберт Викман, Андрей Лепин, Роберт Пельше, Роберт Баузе, Петр Межерауп и другие. В отличие от бескровного восстания в Петрограде, в Москве проходили настоящие уличные бои. В боях участвовали как революционеры-большевики так и рабочегвардейцы завода «Проводник». Улицы Москвы политы, в том числе, латышской революционной кровью. В боях погибли Ян Звейниек и Ольга Вевер. Они, в числе многих других участников московских боёв, похоронены у Кремлёвской стены…

После Революции все латышские полки перешли в распоряжение ВРК и приступили к установлению Советской власти на неоккупированной северной части Латвии, а в местных Советах была образована Красная Гвардия. На назначенных выборах во Всероссийское Учредительное собрание в ноябре 1917-го латышские стрелки подали 95 % голосов за большевиков, всего по неоккупированной Латвии большевики получили 72 % голосов. На съезде 12-й армии был избран новый Искосол, председателем избран комиссар латышских полков Семён Нахимсон.

После выхода 2 ноября «Декларации прав народов России» СДЛ и Исполком Совета рабочих, солдатских и безземельных депутатов (Исколат) высказались против отделения Латвии от социалистической России и за автономию. Состоявшийся II съезд Советов Латвии окончательно укрепил Советскую власть, избрав Исколат во главе с Ф.Розинем. Исколат взял на себя все функции институтов государственной власти на территории неоккупированной Латвии. На проходившем V Съезде латышских стрелков был избран новый состав Исколастрела. Было решено приступить к формированию латышского стрелкового корпуса. 17 декабря 1917 года верховный главнокомандующий Республики Крыленко подписал приказ о формировании Латышского стрелкового корпуса под командованием Вациетиса. Осенью 1917 года в латышских полках состояло 30 тысяч человек, на начало 1918 года в полках оставалось 20 тысяч. В неразберихе смены власти ряды латышских стрелков таяли – к времени расформирования старой армии весной 1918 года в полках оставалось 10 тысяч человек списочного состава. Стрелки рассеивались по неоккупированной части Латвии – кому-то надоела война, а кто-то устанавливал Советскую власть вне военных частей. Эти тенденции были характерны для всей русской армии. Часть латышских стрелков в составе революционных отрядов переходили в подчинение Советов и ВРК в других городах России.

Интересным забытым фактом деятельности Исколата оказался Декрет «Об употреблении латышского языка», изданный 4 января 1918 года, в котором провозглашался язык делопроизводства – латышский, а языкам других народов предоставлялись «равные права с латышским языком, там где это оказывается необходимым».

3-4 декабря в Резекне состоялся съезд представителей Латгалии, ранее входившей в состав Витебской губернии, где большевистское большинство делегатов проголосовало за отделение Латгалии от Витебской губернии и присоединение к остальной части Латвии. Была направлена делегация Совета депутатов Латгалии в Петроград для решения вопроса об отделении. Советское правительство признало присоединение Латгалии к Латвии.

Защита Революции является первоочередной задачей. В ноябре было решено послать в Петроград 6-й Тукумский Латышский стрелковый полк (ЛСП) и 17-й Сибирский. Дополнительно из латышских полков сформирована Сводная рота для охраны Смольного – по 40 стрелков и одному офицеру от каждого полка. Первоначально в Сводную роту избирались самими солдатами самые достойные стрелки. С расширением круга задач рота постепенно пополнялась и на март 1918 в ней состояло 540 стрелков.

С этого момента исторический феномен латышей-революционеров, подкреплённый дисциплинированными воинскими формированиями, вошёл в историю Революции – Революции поистине интернациональной и потрясшей Мир. Конечно, этому способствовала не только война и разруха, но и революционность небольшого народа, впитанная событиями 1905 года. На войну отправились молодые люди, которые будучи подростками видели, как унижали, пороли и убивали их родителей. Средний возраст стрелков в 1918 году составлял 22–23 года.

В январе 1918 года отряды из 6-го ЛСП участвовали вместе с петроградской Красной Гвардией и красными финнами в боях за Советскую Финляндию. В сложной политической обстановке Брестского мира 6-й полк оборонял форт Ино. Некоторые стрелки отказались идти на кораблях морем – они были изгнаны из полка с позором. Что ж, были и такие страницы! 525 стрелков 6-го полка 27 апреля прибыли в форт и держались там вместе с матросами-артиллеристами, финскими красногвардейцами и рабочими-красногвардейцами из Новгорода до оставления форта с подрывом батарей 14 мая 1918 года.

Тогда же в январе 1918 года в числе сводных частей Советских войск части 1-го и 4-го ЛСП успешно участвовали в подавлении мятежа генерала Довбор-Мусницкого, освободив часть Белоруссии от белополяков. Тогда же был послан 3-й ЛСП и красногвардейцы на помощь на калединский фронт на Дон, была установлена Советская власть в Таганроге, Ростове и Новочеркасске.

Широта охвата и рассеяние латышей порождало много мифов и слухов о том, что «в большевиках одни латыши и это не русская власть». Это очень широко и часто использовалось в белогвардейской пропаганде.

Практически в каждом губернском городе были латышские рабочие отряды, члены Советов и губчека, отправлялись на помощь в установлении Советской власти отряды в Пензу, Архангельск, Иркутск, Самару, Саратов, Нижний Новгород, Рыбинск, Омск, Кострому, Ярославль, Тамбов, Севастополь, Ялту и многие другие города. Ярко проявили себя командиры и ревкомовцы первых революционных месяцев: Ян Кришьян, Юрий Гавен, Рейнгольд Берзин, Жан Миллерс, Карл Зедин, Роберт Эйдеман и другие.

Бойцы латышской Сводной роты в Петрограде были поделены на отряды и кроме охраны занимались борьбой с контрреволюцией, охраной и сопровождением советских представителей и учреждений, грузов с деньгами и материальными ценностями. Всё это производилось в строгом соответствии с военной дисциплиной. Например, эвакуация Монетного двора из Петрограда в Пензу была доверена отряду латышских стрелков 6-го полка, затем перешедшего в местное подчинение. Не удивительно, что при образовании Чрезвычайной Комиссии (ЧК) в неё вошло столько латышей – дисциплинированность, честность и преданность делу Революции не вызывали сомнений. Принципы образования и работы ЧК показывали, что национальность не имела значения для Советской власти. Можно упомянуть такой расхожий миф о том, что «как только закрывались двери за выходящим Дзержинским все переходили на латышский язык». В нём нет ничего кроме злобы к Советской власти. Превалирование латышей в органах ВЧК значительно преувеличено, но для антисоветской агитации всякое лыко в строку. В первый состав Комиссии из 10 членов входили К. Петерсон и Я. Петерс, в Президиум ВЧК в составе 5 членов в декабре 1917 года входил Я. Петерс. В мае-июле 1918 года в ВЧК входил М.Лацис, с августа 1918 года зампредседателя ВЧК становится Я.Петерс. С марта 1919 года в Коллегии ВЧК из 14 человек состояли Петерс, Лацис и А.Эйдук. В 1920-21 годах Петерс, Лацис и Эйдук уходят на периферийную работу в Особые отделы, РВС и советские органы власти. Нередко работали латыши в Особых отделах, Секретных отделах и подобных структурах, но «национальную погоду» там не делали. Ян Фогель побывал на заре ВЧК адьютантом, а Вениамин Герсон личным секретарём Дзержинского с 1920 года до самой его смерти. В экипаже поезда наркомвоенмора Троцкого был отряд латышских стрелков, Фёдор Эйхман известен как комендант поезда, а Рудольф Петерсон как начальник связи, впоследствии комендант Московского Кремля. В начале января 1918 года роты 6-го Латышского полка прикрывали разгон Учредительного собрания. В марте 1918 года латышские стрелки сопровождали поезд Советского правительства при переезде из Петрограда в Москву, а затем охраняли Кремль. Легенды о «всесильных латышах» могли исходить из того, что они оказывались в значимых моментах событий того времени и всегда находились поблизости при крупных руководителях большевистской партии и правительства.

В том, что латыши между собой говорили на латышском, а не на не родном русском – ничего удивительного, а на каком языке они должны были разговаривать?! Советская власть несла в себе подлинный интернационализм, на что не способна другая власть. На этом, фактически всё – «проблема» высосана из пальца…

К разряду мифов относится обвинение латышей в расстреле семьи Романовых, бывшей царской, в июле 1918 года в Екатеринбурге. До сих пор прямых документальных доказательств этому представлено не было, кроме мнений и фальсификаций. Как «вероятное» историками указывается участие одного латыша в расстрельной команде.

Развенчивая очередные мифы о латышах нельзя не упомянуть о Легендах. Это не только известные революционеры и военные деятели. Это и рядовые, шагнувшие в историю Страны Советов. Женя Егорова, она же Элла Лиепиня, была в числе встречавших Ленина на Финляндском вокзале в апреле 1917 года и подписала ему партийный билет за № 600; Зельма Пиген своей боевой биографией вдохновила Михаила Светлова на «Песню о Каховке»; Якова Тимме 1917-й застал в Архангельске, где он своей энергией заслужил звание «Архангельского Ленина» и ушёл из жизни раньше Владимира Ильича… Можно сомневаться в стопроцентности некоторых утверждений, легенды на то и нужны, чтобы вдохновлять следующие поколения. Можно точно сказать, что тело военкома Генриха Звейниека по личному указанию Владимира Ильича Ленина перевезли из Луганска в Москву и захоронили к Кремлёвской стены, а место гибели командира 3-й латбригады Яна Юдина было переименовано в его честь специальным решением Совнаркома по инициативе Ленина, это было первое переименование географической точки в честь героя Гражданской войны. Не только о Мировой Революции думал Владимир Ильич Ленин, но и о рядовых бойцах за неё.

К концу февраля 1918 года Латвия полностью была оккупирована немецкими войсками. Но борьба за Советскую власть продолжалась. На оккупированной территории действовали партизанские отряды, подпольные комитеты СДЛ, в Риге были организованы забастовка и демонстрация рабочих, подавленная немцами.

13 апреля 1918 года образована Латышская Советская стрелковая дивизия. Демобилизация «старой армии» и организация советских полков проходила самым простым образом: стрелки заходили в комнату, где за одним столом ставили подпись под документом о демобилизации, а за соседним подписывали заявление о вступлении в Красную Армию. Первым командиром Латышской дивизии был назначен Вациетис. Списочный состав дивизии на момент основного этапа формирования в апреле 1918 года составлял 7 тысяч человек, к ноябрю – 17 тысяч. В дивизии были авиагруппа и артдивизион. Латышские полки стали одной из первых регулярных частей РККА и одними из самых идеологически стойких, с большим удельным весом членов партии. Стрелковые полки сохраняли свою структуру и стрелковые комитеты, которые имели право назначать командиров. Исколастрел назначил командиров полков, бригад и дивизии. Партийная организация и комитеты дивизии были настолько сильны, что институт комиссаров в 1918 году «не получил широкого развития». Комиссары дивизии Петерсон и Дозитис занимались в основном вопросами дисциплины. Командный состав был хорошо подготовлен и имел большой опыт сражений в Первой мировой войне. Коммунисты составляли в среднем 13–18 % численного состава полков, большинство коммунистов были рядовыми. В связи с ростом числа русских коммунистов были образованы русские секции в партячейках полков. Широко была представлена культурная жизнь. Как и во время войны, в латышских полках были библиотеки, театры, оркестры, художественные мастерские, общеобразовательные и партийные курсы и лекции.

Особую роль сыграли латыши на всех уровнях в подавлении мятежа левых эсеров в июле 1918 года. До этого были подавлены мелкие выступления анархистов-максималистов в Вологде, Ярославле, Рыбинске, Калуге и других городах. Левоэсеровский мятеж в Москве начался с убийства германского посла Мирбаха и захвата в заложники Феликса Дзержинского, Мартина Лациса и председателя Моссовета Смидовича. Кроме латышской дивизии на тот момент надёжных сил в городе не было. Лениным было поручено латышам подавить мятеж. По составленному плану при поддержке артиллерии под командованием Эдуарда Берзиня штаб левых эсеров был разгромлен. Латышскими полками также был подавлен мятеж в Петрограде, Симбирске. Мятежниками в Ярославле был убит Семён Нахимсон – председатель местного губисполкома. Ярославский мятеж был подавлен частями Красной армии, в которые входили 6-й и 8-й Латышские полки. При помощи того же Эдуарда Берзиня в августе 1918 года был раскрыт заговор Локкарта, британского консула в России, который пытался подкупить именно латышских стрелков, как организованную реальную военную силу. Операция ВЧК прошла успешно – латышские стрелки и чекисты «сыграли» свои роли противников Советской власти. В итоге 15 человек были осуждены, в их числе дипломаты и разведчики Великобритании и Франции. Латыши снова показали свою приверженность делу Реваолюции, а ВЧК пополнился новыми кадрами.

В марте 1921 года во время работы X съезда РКП(б) поднял восстание гарнизон Кронштадта. В подавлении восстания принимали участие делегаты съезда, в том числе латыши. Ян Фабрициус принял на себя временное командование Рогожским полком и умелым командованием, в числе других, занял достойное место в ряду защитников Революции. Фабрициус стал единственным латышом награждённым орденом Красного Знамени четыре раза и смог достичь наивысшего армейского чина, но трагическая смерть в авикатасрофе оборвала жизненный путь «Железного Мартына».

С восстанием Чехословацкого корпуса в мае 1918 года обстановка на полях Гражданской войны значительно усложнилась. Латышский батальон задержал чехословаков под Самарой, 5-й полк героически оборонял Казань. Вациетис назначен командующим Восточного фронта, военкомом Роберт Апин. В образованной 5-й армии командующим стал Петр Славен, помощником Ян Гайлит. Для борьбы с чехословаками в Сибири был образован Северо-Урало-Сибирский фронт с командующим Рейнгольдом Берзинем, членом РВС обоих фронтов был Ивар Смилга. Фронты наполнялись латышскими полками и отрядами. Дела на фронтах шли не так успешно, чехословаками были захвачены Самара, Казань, Омск, Челябинск, Екатеринбург.

В сентябре создан Реввоенсовет Республики по главе с Л.Д.Троцким, введена должность Главнокомандующего Вооружёнными Силами РСФСР, которым стал Вациетис. Карл-Юлий Данишевский стал членом РВС Республики. Красная Армия перешла в наступление, были отбиты Казань, Симбирск, Самара. В армиях Восточного фронта латышские части составляли около трети наличного состава.

Латышские полки и батальоны были призваны подавить Ижевское восстание в августе 1918 года. Латышскими стрелками и интернационалистами командовал Ян Рейнфельд, а сводной дивизией, впоследствии названной «Железной», командовал Владимир Азин. Часто в связи с подавлением восстания утверждается об особом участии латышей в «красном терроре» по отношению к побеждённым. Историки на основе документов это не подтверждают, латышские части практически сразу были переброшены на другой боевой участок фронта и в делах ижевского ЧК участия не принимали.

После Ноябрьской революции в Германии и в результате давления Антанты немецкие войска стали оставлять позиции в оккупированной Латвии. Появилась возможность для возвращения Советской власти. Но, немецкие военные политики стремились застолбить за собой место в Прибалтике и инициировали 18 ноября 1918 года буржуазное латвийское правительство во главе с Ульманисом.

17 декабря 1918 года Манифестом Временного рабоче-крестьянского правительства Латвии провозглашена Советская власть, а красные латыши стремительно двигались к Риге. 22 декабря Ленин, как Председатель Совета Народных Комиссаров Советской России, подписал «Декрет о признании независимости Советской Республики Латвии». 2–3 января 1919 года в Риге было подготовлено и проведено восстание рабочих и первые части Армии Советской Латвии вступали практически в свободный город. Правительство Ульманиса на немецких штыках бежало в Лиепаю. Армии Советской Латвии удалось освободить почти всю республику, за исключением части Курземе.

1919 г., январь. Слева направо: член РВСР А.Окулов, член РВС Армии Советской Латвии Я.Пиече, главком Армии Советской Латвии И.Вациетис в Даугавпилсе.

13 января 1919 года на съезде Советов рабочих, безземельных и стрелковых депутатов объединённой Латвии была провозглашена Социалистическая Советская Республика Латвия (ССРЛ). На съезде присутствовало 705 делегатов, был утверждён состав правительства: председатель – Стучка, члены правительства – Д.Бейка, Я.Берзин, Ю-К.Данишевский, Р.Эндруп, О.Карклин, К.Крастинь, Я.Ленцман, К.Петерсон, Ф.Розинь, Я.Шилф. На съезде присутствовали и выступали Яков Свердлов и Лев Каменев. 28 февраля состоялся I съезд Союза трудовой молодежи (СТМ), делегаты представляли свыше тысячи членов комсомола. 1–6 марта состоялся VI съезд СДЛ на котором было принято решение о перименовании партии в Коммунистическую партию Латвии (КПЛ). Делегаты съезда представляли более 7,5 тысяч членов партии. На состоявшемся затем VIII съезде РКП(б) в ЦК был избран Стучка, а кандидатом в члены ЦК – Данишевский.

Латвия в то время, в результате неоднократного движения линии фронта и непрерывных военных действий в последние четыре года, предсталяла собой кусок выжженой земли и разрушенной инфраструктуры с голодным и безработным населением. Первым делом Советское правительство принялось восстанавливать транспорт, промышленность, школы, сельское хозяйство. Были образованы Высшая школа (впоследствии – Латвийский университет), Академия художеств, Латвийская консерватория – все эти и многие другие начинания буржуазная власть затем приписала себе.

По договорённости с РСФСР были взяты займы на развитие хозяйства, из России и Украины шли эшелоны с товарами первой необходимости и продовольствием. СНК РСФСР создал комиссию по восстановлению промышленности Латвии, Литвы и Белоруссии. Шла подготовка по возврату учреждений и предприятий, эвакуированных из Латвии в годы войны. Что-то Латвия уже могла экспортировать – намечался взаимовыгодный товарообмен между советскими республиками…

Поучительным оказался опыт Советского правительства Латвии в сельском хозяйстве – ещё один феномен истории социализма. По декрету земля была полностью обоществлена, образованы советские хозяйства (совхозы). Пахотная земля свыше 100 десятин и брошенная владельцами «подвергалась советской обработке», а скот и инвентарь обобществлялись. То есть лишние и крупные земельные наделы не были розданы крестьянам в частную обработку. Было образовано 239 совхозов. Крестьяне считались сельхозрабочими с нормированным 8-часовым рабочим днём, социальными гарантиями и оплатой труда. В этом вопросе, латышские коммунисты оказались далеко впереди российских, раздавших землю крестьянам. Такое «опережение событий» вызвало некоторое недовольство среди части крестьян, стремившихся стать хозяевами на своей земле, независимо от величины наделов. Так же неопытность представителей советской власти сыграла свою роль. Впоследствии эта сверхпрогрессивная мера была признана КПЛ ошибочной, что немного странно. Часто на такой метод национализации земли ссылаются как на причину поражения Советской Латвии, но это не верно. Для такой малой территории, на которой после военных действий было практически разрушено крестьянское хозяйство, массы безземельных крестьян, создать крупные сельхозпредприятия было возможным и с течением времени работа наладилась бы. Об этом много писал в то время Стучка. Но, времени у Советской Латвии не было – всего пять месяцев было в запасе у республики и причиной была не земельная реформа, а Интервенция.

1919 г., январь, Рига. Правительство Советской Латвии.

Справа налево: К. Данишевский, К. Петерсон, П. И. Стучка, Я. Шилф, О. Карклиньш, Я. Ленцман, Д. Бейка

В начале марта 1919 года в Армии Советской Латвии состояло 22 тысячи человек. Большая часть армии сражалась на Северовидземском фронте против белоэстонских войск. На западе, в Курземе, дойдя почти до Лиепаи, латышские стрелки были остановлены немецкими войсками. Латвийская буржуазная республика представляла собой группу министров и Ульманиса на корабле «Саратов», стоящем в порту Лиепаи. Параллельно немцами было образовано новое правительство А.Ниедры. Ульманиса охраняли англичание. Всё время шло выяснение отношений между Англией, США и Германией, которую представлял фон дер Гольц. Это не означало откладывания подавления советской власти и 3 марта началось наступление немецких войск. Курземский фронт стремительно приближался к Риге. В этом не было ничего удивительного. На стороне Антанты были деньги, а на стороне немцев – люди – немецкая армия (около 20 тысяч челеловек), прибалтийский ландсвер, русские белогвардейцы и белолатыши (все суммарно около 50 тысяч). Вся эта армада троекратно превосходила Армию ССРЛ. Красные стрелки отступали также как в 1915 году, оставляя родину ненавистному врагу – немецким баронам и их латышским приспешникам. С севера усилилось наступление белоэстонских войск, среди которых были белофинны, русские белогвардейцы и Северолатвийская бригада под командованием Земитана. С юга наступали белополяки. Война на три фронта обречена закончится поражением и, как видно, земельная реформа тут не причём. Помощи ждать неоткуда – Советская Россия сама в кольце врагов – воевала с интервентами и белыми.

Наступающий ландсвер и многочисленные фрайкоры отличались особенно беспощадным террором. В Вентспилсе расстреляли 150 человек. В Кулдиге и окрестностях – около 500, в Елгаве – 600. Пленных практически не брали, всех заподозренных расстреливали без суда. Под Елгавой была попытка применить против красных латышей химическое оружие, но достигнуть результата помешала сырая погода. Там же был захвачен санитарный эшелон, расстреляно около 400 раненых и медперсонал. Из документальных кадров того периода известна кинохроника расстрела группы большевиков ландсвером под Елгавой, снятая американскими «инспекторами».

В этих условиях, дабы погасить волну террора, советское правительство было вынуждено прибегнуть к заложничеству из среды немецких буржуа и дворян. Кроме того, в обострившейся ситуации проводилась борьба с контрреволюционными заговорами и выступлениями. По решениям ревтрибуналов ССРЛ было расстреляно около 1000 человек. Это было время ответа Красным террором на Белый террор. 22 мая была оставлена Рига и в городе был устроен массовый террор в отношении всех подозреваемых в большевизме – расстреляно около 4500 человек. Против ландсвера и белолатышей действовали партизанский отряд Кретулиса, подпольные комсомольские ячейки. В декабре 1919 года в Валмиере было расстреляно 11 комсомольцев-подпольщиков. Деятельность немногочисленной буржуазной латвийской армии очень напоминала былые «подвиги» карательных экспедиций 1905–1906 годов. Крестьян пороли, расстреливали, содержали в тюрьме без суда. Об этом даже есть специальные сообщения меньшевистской фракции в Народном совете буржуазной Латвии, который начал заседать в июле 1919 года. Сообщалось также о расстреле солдат, арестах и тюремном содержании в латвийских частях. Открыто признавалось, что карательные экспедиции, действовавшие в Северной Латвии согласно приказу Земитана, «наделали таких дел, которых и при царе наверняка не было».

В июне 1919 года отступающая Армия ССРЛ была переименована в 15-ю армию РККА РСФСР и представляла собой Латышскую дивизию под командованием Антона Мартусевича. За Советской властью ещё оставалась часть Латгалии, когда встала необходимость ослабить фронт, равномерно отступая. Главным было сохранить завоевания Октября в Советской России. Латышская дивизия была отправлена на борьбу с армией Деникина. На IV партконференции латышских стрелков в июле 1919 года в ответ на ленинский призыв «Все на борьбу с Деникиным!» стрелки постановили: «в настоящий момент Латвийский фронт не стоит на первом месте по сравнению с другими фронтами Советской России… Основное внимание надо уделить Украине для нанесения последнего удара по Деникину».

Ударная группа Южного Фронта, состоящая в основе из 9-го Латышского полка и 1-й Латышской батареи великолепно проявила себя в Орловско-Кромской операции, взятии Белгорода и Харькова. Операции разрабатывались начальником штаба дивизии Карлом Шведе. В ходе операций были биты белые части «марковцев», «корниловцев», частями под командованием Роберта Эйдемана и Яна Элсиса уничтожены «дроздовцы». Частями под командование Яна Фабрициуса взят Воронеж. За эти операции 5-й и 6-й полки были награждены Красным Знаменем ВЦИК, а отличившиеся бойцы и командиры орденами Красного Знамени. В декабре 1919 года Латышская стрелковая дивизия была награждена Почётным знаменем Революции. Продвижение Красной Армии на Юг позволило запереть белогвардейцев в Крыму.

Осенью 1919 года 5-й Латышский полк был направлен на помощь в составе Ударной группы на Петроградский фронт против Юденича. Наступления Юденича было остановлено и отброшено в Эстонию. Западная граница была укреплена окончательно. Полк получил второе Красное знамя и «задержался» в Москве на охранении Советского правительства.

У руля Белой Армии вместо Деникина встал Врангель. Бои шли с переменным успехом, но к ноябрю 1920 года были очищены Таврия и Каховский плацдарм. Красной Армии предстояло взломать Перекопский перешеек и войти в Крым. Перейдя Сиваш 2-й, 3-й, 7-й и 8-й Латышские полки штурмом взяли Юшуньские укрепления врангелевцев и открыли путь в Крым. 13 ноября латышские части взяли Евпаторию, к 17 ноября 1920 года Красной Армией был занят весь Крымский полуостров. В руководящий состав Крымского ВРК наряду с Бела Куном вошёл Юрий Гавен. С окончанием боёв на юге России и по договору с Латвией Латышская дивизия была расформирована.

В середине 1919 года Красная Армия повела наступление на Восточном фронте на силы адмирала Колчака. В феврале 1920 года с Колчаком было покончено, но остались большие разрозненные группировки атамана Семёнова, генерала Войцеховского и опасность наступления японских интервентов. В этой ситуации нескольких районах Дальнего Востока была большевиками провозглашена буферная Дальневосточная Республика (ДВР). В правительство ДВР вошли министры по национальным делам Карл Лукс и внутренних дел Яков Янсон, Главнокомандующим Народно-революционной армией назначен Роберт Эйхе. В существовавшей до этого Советской Республике Дальнего Востока наркомом промышленности, труда и транспорта был Анс Калнин, а по иностранным делам – Арнольд Нейбут.

Большую часть времени правления Колчака и его последователей партийный и советский актив Сибири проводил в подпольной работе и партизанских отрядах. Латышские переселенцы и ссыльные активно включались в подпольную работу. В Канском уезде Екаб Трейманис входил в подпольную организацию, заведовал шифрованием в партизанских отрядах легендарной «Тасеевской партизанской республики». Находились на подпольной работе и партизанили Арвид Дубельштейн, Волдемар Бертин, Кристап Салнин, Карл Карлсон, Волдемар Бисенек, Август Берзин, Анна Короле-Вилюмсоне, Рудольф Лапинь, Карл Озолс, Леонид Папардэ, Дав Розит. Через колчаковские тюрьмы прошли Эдуард Вейсс и Мартин Зелтынь; расстреляны: Арнольд Нейбут, Карл Карлсон, Адольф Клеперс, Август Берзин. Будучи управляющим Госбанка в Красноярске Эрнест Шульц сумел эвакуировать часть ценностей, но был схвачен колчаковцами и после пыток расстрелян.

Отдельно нужно отметить деятельность бывшего ссыльного Карла Некундэ, взявшего впоследствии псевдоним «Байкалов». Вслед за Карлом в Сибирь приехали его мать и отец, братья и сёстры. И все так или иначе участвовали в установлении Советской власти, организовали «семйный» партизанский отряд. Карл успел повоевать затем в Монголии и был направлен в Якутию. Здесь были нанесены удары по последнему оплоту Белых – отрядам генерала Пепеляева.

Нельзя не упомянуть героический бой в марте 1923 года в деревне Сасыл-Сысыы, вошедший в историю как «Ледяная осада в Амге». Сводный отряд по командованием «якутского Чапаева» Ивана Строда 18 дней находился в осаде превосходящих сил генерала Пепеляева в условиях жестоких якутских морозов. Грамотная оборона и беспримерная стойкость бойцов позволили дождаться помощи Красной Армии. Отряды Пепеляева были разбиты. Последняя битва Гражданской войны была выиграна…

Латышские стрелки выполнили свой интернациональный долг по защите Революции. …и это ещё один исторический феномен, за который латыши удостаивались повышенного уважения и доверия Советской власти.

Навыки и опыт революционной борьбы и военных действий неоднократно применялись во время интернациональной помощи трудящимся других стран.

Большая группа латышей участвовала в оказании интернациональной помощи в революционных событиях в Персии (Иран) в начале 1920-х. Участвовали специалисты всех уровней: разведка, военспецы, дипломатия, партийная работа. Такой эпизод есть в биографии Франциска Граудина, Милды Булле, Макса Думписа, Константина Юренева, Карла Подниека, Андрея Охтина. Тогда же была оказана помощь в установлении Народной республики в Монголии. Там мы заметим: Александра Аппена, Роберта Бродса, Эдуарда Васкиса, Яна Звирбула, Карла Зейтэ, Константина Неймана, Карла Некунде-Байкалова, Георгия Овчинникова, Андрея Охтина, Яна Райнберга. Некоторые военные специалисты работали в Монголии в 30-х годах. Часть специалистов работала южнее – в Китае, во время конфликта на КВЖД, в период Советско-японской войны. Евгений Шмидт работал связным в Харбине и Шанхае, помогал легендарному Рихарду Зорге. Генерал-лейтенант Альберт Штромберг заканчивал свою славную военную карьеру военспецом при Высшей военной академии Народно-освободительной армии Китая в конце 1950-х. В 1923 году в Германию для помощи немецким коммунистам в подготовке вооружённого восстания были направлены советские коммунисты владеющие немецким языком, среди них были, конечно, военспецы-латыши: И.Вациетис, А.Гайлис, Я.Жигур, В.Розе, К.Салнин. Милда Фос с 1918 года вела партийную работу в Германии и чудом совершила побег из «эшелона смерти» в 1945. Вильгельмина Хекерт прошла путь от боевика до партийного работника КПГ, познакомила своего мужа, немецкого революционера Фрица Хекерта, с Лениным. Оставили след латыши в послевоенной Германии – ГДР. Марта Крастиня и Марта Фишер работали в Институте Маркса-Энгельса-Ленина, переводили и издавали труды Ленина на немецкий язык. Все они получили признание в ГДР и были награждены государственными наградами. Отметились латвийцы-интернационалисты впоследствии участием в Гражданской войне в Испании…

1919 г., апрель. Бойцы 1-го полка Армии Советской Латвии

13 января 1920 года правительство Советской Латвии объявило о самороспуске и прекращении существования республики. История борьбы компартии и латышского народа за идеалы социализма продолжилась в новых условиях.

Антанта посадила правительство Ульманиса править в Риге. В начавшейся «войне за независимость» Латвии при помощи Антанты были повержены части Бермонта-Авалова, войска Гольца оказались биты объединёнными силами эстонской и латвийской армий под Цесисом. Латвийская армия, малочисленная поначалу, после мобилизации почти утроилась. В том числе в неё вошли военнопленные красноармейцы из Валмиерского концлагеря. Комитетами военнопленных было решено не отказываться от мобилизации, идти в бой с немцами на стороне буржуазной власти, в то же время добиться этим свободы и продолжать пропаганду в войсках. По мере роста армия всё больше становилась большевизированной и нелояльной. 5-й Цесисский полк отказывался идти воевать против Красной Армии на Латгальский фронт, после истязаний 9 солдат были расстреляны, 25 отправлены в крепость в Даугавгриву. В других частях также были зафиксированы бунты и уклонения от отправки на фронт – сотни солдат были арестованы, около сотни расстреляны. После войны была проведена властями большая работа по фильтрации армии на лояльные и нелояльные части – «учебные» батальоны. Польские войска, подойдя к границам Латвии, намеревались захватить Латгалию, планы такие были известны, но были «попрошены» Антантой этого не делать и остались у латвийской границы.

Укрепляя западные границы в ходе Советско-польской войны РСФСР заключило 30 января 1920 года перемирие с буржуазной Латвией, а 11 августа в Риге был заключён мир между буржуазной Латвией и Советской Россией.

Здесь встречаем следующий исторический феномен влияния красных латышских стрелков на становление власти Ульманиса и государственности буржуазной Латвии, который старательно обходится стороной буржуазными историками. Во всей этой передряге с латвийскими правительствами (Ульманиса и Ниедре), немецкими войсками фон дер Гольца, англо-французской Антантой, американцами и русским Белым движением выпадают действия красных латышских стрелков на Южном фронте…. Какая связь? Для Латвии – самая непосредственная! Когда на немецких штыках было создано марионеточное правительство Ульманиса никто не торопился его признавать и уходить из Латвии. Когда немецкий военный министр Носке вернулся из Лиепаи, он сказал, что «Германия, конечно, по условию с союзниками не обязана оставлять свои войска в Курляндии, но она вынуждена это делать, иначе эта немецкая земля подверглась бы нападению неприятеля и особенно грабежам большевиков». Латвия считалась немецкой землёй и точка!

Даже тогда, когда пала Советская власть в Латвии, когда немецкие войска с белогвардейцами при помощи Антанты были политически и военно нейтрализованы, эмиссары и министры буржуазного правительства Латвии не получали ожидаемого признания на Западе. «Без ведома России независимость балтийских государств не может быть признана», «Самостоятельность балтийским государствам теперь не будет дана, этот вопрос совершенной ясен», – отвечали представители Антанты осенью 1919 года. Чего ждала Антанта? Она ждала развязки Гражданской войны в России, потому что Антанта «ставила» на Белое движение: Юденича, Врангеля, Колчака, Деникина. В этой «ставке» государственности Латвии не существовало, была оговорена лишь государственность Польши и Финляндии, а Россия признавалась «единой и неделимой». Прибалтика гарантировала Гражданскую войну против РСФСР. Чтобы сохранить государственность Латвийской республики правительству Ульманиса оставалось лишь молиться на… Советскую Россию. Точнее – на Красную Армию 1920-го года, в рядах которой сражалась Латышская дивизия и разнообразные латышские региональные части. Неудивительно, что с этой целью были проведены секретные переговоры с Советской Россией по итогам которых была укреплена восточная граница Латвии и, соответственно, западная граница РСФСР. Прибалтика пообещала удерживать белогвардейцев на своей стороне и ждала того же от Советской России. Часто историки и журналисты пишут, что Ленин признал первым Латвию и поэтому латышам надо быть ему благодарными, пытаясь вызвать когнитивный диссонанс у современных обуржуазившихся латышей. Но, давайте уточним одну вещь: дело не в «признании Лениным» Латвийской республики. Советскому правительству был нужен мир на границах и выход на международную арену. «Самым важным мотивом, побудившим союзников признать де-юре прибалтийские государства, было окончательное поражение Врангеля и уверенность в неминуемом крахе всякой вооружённой интервенции в России» – говорил в Учредительном собрании Латвии министр иностранных дел Зигфрид Мейеровиц. Правительство Ленина первым признало Латвийскую буржуазную республику, а красные латышские стрелки помогли расправиться с врагами латышской буржуазной государственности… В то же время Латвийская буржуазная армия старалась обеспечить мир на Восточной границе. Латышские стрелки воевали за имперскую Россию в Первую мировую, за Советскую Латвию против немцев, за Советскую Россию против Белой армии и «помогли» созданию буржуазной Латвийской Республики. История не так проста, как кажется…

После поражения Белого движения Антанте ничего не оставалось как признать независимость прибалтийских государств и начать формировать пояс лимитрофных государств вокруг Страны Советов.

По условиям советско-латвийского договора Советская Россия обеспечивала беспрепятственное возвращение латышей на родину. В 1917-18 годах на территории России находилось около 700 тысяч латышей, к 1922 году по подсчётам Отдела по латышским национальным делам (Латотдела) Наркомата национальностей РСФСР в Советской России и других советских республиках находилось около 500 тысяч латышей. Часть латышей-беженцев отправилась на родину, надеясь получить обещанную правительством Латвии землю. В том числе латышские стрелки. Большинство, конечно, осело в России – членство в партии и идеологическая нелояльность не делали их желанными на своей родине – все «возвращенцы» на границе Латвии проходили обязательную фильтрацию.

По данным Латотдела на 1923 год латышей в Петрограде и губернии проживало 25000; на Дальнем Востоке – 50000; в Уфимской – 40000; в Витебской, Енисейской по 35000; в Омской, Томской, Барнаульской, Псковской губерниях по 30000; в Новгородской, Минской по 25000; в Смоленской, Гомельской по 20000; в Ставропольской, Кубанской, Харьковской по 10000; в других губерниях меньшее количество. Рабочие составляли 15 %, остальные были крестьяне-колонисты. В ноябре 1922 года на территории РСФСР существовало 30 латышских секций при губкомах РКП(б).

Экономика Латвии после всех военных действий пережила практически откат на десятилетия назад. На 37,5 % сократилась численность населения по сравнению с 1914 годом, до миллиона 600 тысяч человек. Численность рабочего класса по всей Латвии составляла чуть более 10 тысяч человек, половина из которых находились в Риге. Наблюдался высокий уровень безработицы. К концу 1920 года промышленность развивалась за счёт мелких мастерских, число рабочих увеличилось до 20 тысяч. В стране было всего 3 предприятия с количеством работников свыше 500 человек. Техническое оснащение предприятий и сельского хозяйства было на низком уровне. Урожайность злаковых в 1920 году упала на 35–40 %, поголовье скота составляло 16–19 % от довоенного. Главными статьями экспорта являлись сельхозпродукция и лесоматериалы. Осенью 1920 года была проведена аграрная реформа. Бывшие безземельные крестьяне получали мелкие и худшего качества наделы. Устанавливались выкупные платежи за отчуждённые земли у помещиков. Мелкое хозяйство не обеспечивало крестьян и главной оставалась работа на местного кулака – батрачество. Шло стремительное разорение бедноты и отход в города на заработки и проживание. К 1925 году, после возвращения латышей из-за рубежа население в Латвии выросло до 1 845 000 человек. С установлением финансовой системы и денежных единиц – латов (с 1923 года), правительство стало производить выплаты бывшим союзникам за продукцию военного и промышленного характера по завышенным ценам и с грабительскими процентами. Бывшая Антанта не упускала случая получить с Латвии «должок» за помощь в Гражданской войне, была выплачена определённая сумма и соседней Эстонии за военную помощь.

В этих условиях разворачивалась борьба КПЛ за интересы трудящихся. Партия и комсомол активизировали подпольную деятельность. В условиях «тесной» и малочисленной страны это было очень трудной задачей. Компартия постоянно теряла людей. Весной 1921 года была арестована большая группа коммунистов: члены ЦК КПЛ Август Берце и Янис Шилф-Яунзем, коммунисты Алкснис, Бергманис, Эглитис, Легздиньш, Лидумс, Куммерманис и Миеркалнс. В ночь на 11 июня они все были расстреляны. Большое число коммунистов томилось в тюрьмах, части из них по соглашению с РСФСР или путём обмена удавалось добиться высылки в Совесткую Россию. Практически все они после партийной учёбы возвращались на нелегальную работу в Латвию и неоднократно попадали в тюрьмы. Двадцать лет латышские коммунисты находились в таком «замкнутом круге»: подпольная работа – арест – тюрьма – освобождение – подпольная работа – снова арест – тюрьма… и так далее. Люди теряли здоровье, умирали от истязаний охранки, ужасных тюремных условий, как Эдуард Смилтенс и Фрицис Гайлис. Некоторые коммунисты-подпольщики набирали до 10 и больше лет тюремного стажа и каторги. Терявшие здоровье в застенках освобождались охранкой «по состоянию здоровья» и умирали в считанные дни и недели, но на свободе! Нередко похороны жертв полицейского террора сопровождались массовыми демонстрациями рабочих. Все годы буржуазной Латвии обозначены провалами и новым возрождением структур КПЛ, все члены ЦК успевали побывать в застенках, ЦК партии постоянно обновлялся и ротировался. Связь с Заграничным бюро КПЛ в СССР то налаживалась, то терялась. Коммунисты нелегально перебирались в СССР под угрозой провала, «переводили дух», оканчивали очередной заочный курс Коммунистического университета национальных меньшинств Запада имени Ю.Ю.Мархлевского (КУНМЗ), затем снова обратно. Выбывших товарищей замещали советские латыши, после подготовки выводившиеся на подпольную работу в Латвию. СССР подпитывал подпольную КПЛ латышскими кадрами. В период 1937-38 годов находившиеся в СССР часть бывших подпольщиков оказалась репрессированной.

В 1922 году была принята Конституция (Сатверсме) Латвии, образован парламент – Сейм Латвии. На территории Латвии действовали все законы принятые в России на 24 октября 1917 года, было принято только два новых закона. Этим объясняется упоминание политических преследований и наказаний «по закону Керенского» в биографиях латвийских революционеров. 15 мая 1924 года в Латвии отменено Чрезвычайное положение, в период которого действовали военно-полевые суды.

В 1920-е – начало 1930-х годов было проведено множество забастовок. В ранние двадцатые годы рабочих Риги редко поддерживали провинциальные рабочие в забастовочном движении. В 1923 году весенняя забастовка рижских портовиков (около 3700 бастующих) была поддержана в Вентспилсе и Лиепае. В 1924 году бастовали рижские деревообработчики, участвовало 3500–4500 рабочих. В 1925 году под руководством КПЛ бастовали рижские обувщики, деревообработчики, строители. В 1928 году состоялась всеобщая забастовка обувщиков в которой участвовало около 4000 работников. Забастовка продолжалась 3 месяца и принудила работодателей заключить коллективный трудовой договор и принять за норму 8-часовой рабочий день, также были учтены другие нужды.

Революционная деятельность КПЛ и нацеленность на крайние меры борьбы в рабочем движении породили раскол на легальном поле с социал-демократами. Единое профсоюзное движение в мае 1921 года раскололось на две крайних части: Центральное бюро профсоюзов Риги (левые, около 18 тысяч членов) и Центральное бюро профсоюзов Латвии (социал-демократы, около 25 тысяч членов). 22 августа 1928 года состоялась Вселатвийская забастовка в знак протеста против закрытия Рижского Центрального бюро профсоюзов. В Риге бастовало 15000 рабочих, в остальных городах Латвии ещё 8000 рабочих. Участвовала в забастовке и часть профсоюзных реформистов и социал-демократов. За время забастовки в Риге было арестовано около 1000 рабочих. После закрытия Центрального бюро был образован Союз латвийских профсоюзов, который проработал до июля 1931 года.

В октябре 1929 года такие же выступления прошли из-за реорганизации больничных касс и уменьшения выплат на соцстрахование. В результате управление больничными кассами было отдано в руки самих страхуемых. Затем в руководство больничных касс были введены работодатели, а после переворота 1934 года выборные органы больничных касс были упразднены.

В 1931 году было проведено 54 забастовки. Забастовки и стачки часто заканчивались успешно и для подавления активности рабочих 31 марта того же года был принят антизабастовочный закон. В июле были закрыты левые профсоюзы и другие левые легальные организации. В 1930-33 годах политзаключёнными стали более 6000 рижских рабочих.

В 1932 году было проведено 139 забастовок, в 1933 – 246.

В период острого экономического кризиса КПЛ возглавила борьбу безработных, организовала комитеты и конференции. Зимой 1933 года была организована демонстрация в Риге с участием около 3000 безработных.

На первых выборах в Сейм Латвии ведущую роль и победу завоевали социал-демократы, составившие коалицию с Крестьянским союзом Ульманиса. Это помогало в легальной печати размещать материалы марксистского содержания в меньшевистском изложении, что способствовало пропаганде марксизма в большевистском понимании. Коммунистические газеты были в подполье. Журналы и газеты левых организаций постоянно закрывались, тиражи арестовывались. «Дарбс ун майзе» («Труд и Хлеб») – печатный орган рабоче-крестьянской фракции в Сейме Латвии в период третьего Сейма 1928-31 годов закрывался 40 раз.

1933 г., февраль. Демонстрация безработных на улицах Риги

На выборах в третий Сейм Рабоче-крестьянский список получил 74 тысячи голосов и 7 мест в парламенте, на следующих выборах – 70 тысяч голосов и сохранил 7 депутатских мест. С 1922 года КПЛ через левые профсоюзние организации проводила в Рижскую городскую думу своих членов и сочуствующих. В разные годы фракция состояла из 7-13 депутатов, в том числе таких известных революционных писателей как Леон Паэгле и Линард Лайцен. В четвёртом Сейме, летом 1932 года, после ареста депутата Миезиса, четверо депутатов фракции были тайно «вывезены» по решению партии в СССР. Вставшие на их место депутаты были арестованы в составе всей фракции в ноябре 1933 года.

Первое появление левых депутатов в парламенте в 1928 году прошло под лозунгом: «Амнистия политзаключённым!», что посеяло панику в устоявшихся политических кругах буржуазии. Требование амнистии поддержали выступления рабочих в городах Латвии и массовая голодовка политзаключённых в тюрьмах. Заседания того времени стали впервые транслироваться по радио, всё привело к тому, что выступления левых стали «случайно» отключаться. Депутаты активно пользовались трибуной парламента и своими правами устраивая легальные левые организации и общества, участвуя в выступлениях рабочих, выступали за дружбу с СССР и пропагандировали достижения Советской власти. За пять лет депутаты выступили около 900 раз с трибуны, внесли 32 законопроекта, 99 запросов и 310 предложений. Хороший пример того как должны действовать большевики в парламенте!

Коммунисты участвовали в работе легальных профсоюзов, больничных касс, культурных и спортивных обществ. Всё время буржуазной республики действовала такая беспартийная подпольная профсоюзная организация как «Красная помощь».

Экономический кризис 1929-33 годов ударил по Латвии. Экспорт промышленных товаров сократился наполовину, число безработных выросло вдвое, огромное число мелких крестьянских хозяйств были разорены. Однако, это не мешало ввозить для батрачества в Латвию сельхозрабочих из соседних Литвы и Польши. С 1932 года зарегистрировано 30000 безработных. Объём промпроизводства в 1932 году сократился на 36 %, в сравнении с 1929 годом. За два года экспорт промтоваров упал на 50 %.

Экономический кризис в части Европы усилил фашистские тенденции. В начале ноября 1933 года премьер-министр Ульманис «лечится» в Германии и знакомится с опытом немецкого фюрера по установлению диктатуры. С Германией Ульманис был неплохо знаком – он изучал её сельское хозяйство перед Первой мировой войной. Экономический кризис угрожал привести политическую ситуацию в Латвии к революционным волнениям. Над Ульманисом повисла угроза потери власти – его Крестьянский союз стремительно терял популярность. 21 ноября 1933 года с одобрения Сейма арестованы все 7 депутатов рабоче-крестьянской фракции Сейма Латвии.

К тому времени вокруг Латвии уже установлены диктаторские режимы в Польше и Литве. В марте 1934 года происходит государственный переворот в Эстонии. В ночь с 15 на 16 мая 1934 года происходит государственный переворот в Латвии под руководством Ульманиса. Упразднена Конституция, распущен Сейм, запрещены все политические партии, президент формально остался на своём месте, вместо министерств установлена система отраслевых камер. Диктатура Ульманиса, в отличие от фашистской диктатуры в Германии, сохраняла определённую степень законности, не была направлена на террористическое уничтожение части населения, отсутствовала боевая партия, как НСДАП в Германии, политические репрессии не были кратно усилены, были запрещены как левые, так и правые националистические организации. Однако, в тот период исторических событий в Европе латвийская диктатура вполне укладывалась в общий фашистский тренд – вождизм, упразднение парламентских органов власти, выборов, конституции, экономическая политика под диктовку местного крупного капитала, обращение к национальному самосознанию народа. Ульманис шёл по пути Муссолини, без расизма. Авторитарную диктатуру Ульманиса вполне можно называть профашистской, учитывая вышеупомянутые особенности.

Ещё до переворота Ульманиса КПЛ выступила за создание антифашистского народного фронта. Стало происходить резкое политическое размежевание с социал-демократами (ЛСДРП). Впоследствии, создавая широкий Антифашистский фронт летом-осенью 1933 года КПЛ и ЛСДРП пришли к соглашению о совместных действиях. После переворота 1934 года социал-демократы ушли в подполье и объединились с коммунистами в борьбе. После установления Советской власти членов ЛСДРП индивидуально принимали в КПЛ, отказавшись от автоматического присвоения членства в КПЛ всем социал-демократам.

После переворота, в 1934-35 годах, в Риге работало 60–70 нелегальных групп по 4–5 человек на заводах и фабриках. В конце 1935 года после ряда провокаций властям удалось арестовать большое число руководителей и рядовых членов КПЛ. Все получили длительные сроки и вышли только после восстановления Советской власти летом 1940 года. В 1936-37 годах в Латвию на подпольную работу из СССР прибыли видные революционеры: Ян Калнберзинь, Жанис Спуре, Фрицис Деглавс.

Состав действительных членов КПЛ в 1920-е составлял 200–300 членов и постоянно рос, но в середине 1930-х количество членов упало до 65-100, к моменту легализации в КПЛ летом 1940 насчитывалось около 600 человек. Совместно с молодёжным крылом подпольной социал-демократической партии (Союз социалистической молодёжи Латвии) в конце 1936 года создан Союз трудовой молодёжи Латвии (СТМЛ), подавляющее большинство членов которого состояли ранее в Коммунистическом союзе молодёжи Латвии (КСМЛ). Союз действовал под руководством КПЛ и КИМ.

В период 1920-40 годов в разное время рижскими организациями КПЛ и КСМЛ издавалось около 100 наименований нелегальных газет и журналов, в Риге было оборудовано 95 подпольных типографий. В период 1920-36 годов в Риге действовало пять районных организаций, в следующий период включая 1940 год – 10 районных организаций. На VIII съезде КПЛ, проходившем в начале 1931 года в Москве, 29 делегатов представляли около 1000 членов партии.

1936 год обозначен как год окончания экономического кризиса и начало периода «жирных лет». Отчасти это обусловлено востребованностью продукции из Латвии на внешних рынка в странах, готовящихся к военным действиям в грядущей мировой войне. Отчасти это объясняется девальвацией лата, допущенной правительством Ульманиса. Население было обложено косвенными налогами, безработица сократилась за счёт открытия крупных строек, таких как Кегумская ГЭС, перестроение центральной части Риги, открытие новых железнодорожных линий и шоссе. Экспорт сельхозпродукции дотировался государством, сельская буржуазия получала доплаты и премии. Непрерывно рос государственный долг Латвии.

4 мая 1939 года правительством Ульманиса создан «Центр труда» («Дарба централе») для управления и распределения рабочих ресурсов в условиях массовой безработицы. Безработных регистрировали и отправляли в принудительном порядке на работы в сельское хозяйство, на лесозаготовки, торфоразработки взамен на пособие по безработице. Рабочая сила безработных использовалась государством с минимальными затратами. Реальная зарплата квалифицированных работников за 1939 год упала на 7 %, неквалифицированных на 4 %. В Риге закрылось 70 предприятий, у 10 % работников была сокращена рабочая неделя.

После начала Второй мировой войны экспорт практически прекратился – Балтийское море стало объектом военных действий и торговые связи с Великобританией оборвались. Швеции латвийская продукция была не нужна. Нейтралитет также обязывал не поддерживать Германию. Латвия оказалась в экономическом вакууме, прибалтийский триумвират (Литва, Латвия и Эстония) пытался активизировать внутреннюю торговлю. Но все эти страны были экономически слабы и неизбежно попадали в зону экономического влияния СССР.

5 октября 1939 года Латвией заключён договор о взаимопомощи с СССР. В ноябре 1939 года прошла репатриация немцев в Германию, всего Латвию покинуло, практически с «одним чемоданом», около 47 тысяч немцев. Впоследствии Германия безрезультатно требовала компенсацию за утерянную собственность.

31 мая 1940 года согласно новому закону в ведение «Центра труда» попали новые категории граждан, что вызвало большое недовольство.

16 июня 1940 года после ноты СССР по обеспечению договора о сотрудничестве в Латвию введены дополнительные контингенты Красной Армии. 17 июня население Латвии горячо встречает подразделения РККА с цветами и советскими лозунгами, что вызывает столкновения с полицией. В Риге после полицейского умиротворения демонстрантов ранено 29 человек, двое из которых скончались. Объявлено Чрезвычайное положение и комендантский час, Ульманис выступает по радио призывая оставаться на своих местах.

18 июня в Ригу прибывает представитель СССР Андрей Вышинский, 20 июня объявлено о формировании нового беспартийного правительства во главе с Августом Кирхенштейном. В Лиепае, после демонстраций рабочих и молчаливого наблюдения со стороны дислоцированных подразделений РККА, формируется Советская власть. Демонстрации проходят во всех крупных городах страны. 21 июня на первом заседании нового правительства принимается решение об освобождении политических заключённых. После переворота Ульманиса в тюрьмах находилось около 300 коммунистов, а на начало 1936 года в тюрьмах в общей сложности находилось около 800 политзаключённых. К лету 1940 года в заключении находились практически все члены ЦК КПЛ. По Риге проходит 70-тысячная демонстрация под руководством КПЛ, освобождаются сотни политзаключённых коммунистов из Рижской центральной тюрьмы и других тюрем страны. КПЛ берёт на себя права и обязанности выразителя интересов трудящихся Латвии. Компартия предъявляет правительству требования по устранению прежних органов буржуазной власти. На следующий день разоружаются айзсарги (силы самообороны), закрывается «Центр труда», выходит первый номер легальной газеты «Циня». С июля коммунисты входят в правительство, принято решение об организации выборов в Сейм Латвии. На 14–15 июля назначены первые за долгое время выборы в Народный сейм. 6 июля образован «Блок трудового народа» под руководством КПЛ и союзных организаций. Альтернативный «Демократический блок» не был допущен к выборам. «Блок трудового народа» получил на выборах 97,8 % голосов и занял все места сейма. После утверждения результатов выборов, 18 июля проходит огромная манифестация в Риге с лозунгами с призывами о присоединении к СССР.

21 июля на первой сессии Народного сейма была провозглашена Советская власть и образована Латвийская Советская Социалистическая Республика (ЛССР), принято решение обратиться в Верховному Совету СССР с просьбой о принятии в состав СССР. 22 июля сейм принял декларацию о национализации предприятий и земли. Образована комиссия по выработке Конституции.

1940 г., июнь. Освобождённые революционеры (слева направо): А.Зандманис, Р.Нейланд, Ж.Грунтал, А.Курпниек

5 августа 1940 года Латвия на сессии ВС СССР принята в состав СССР как равноправная республика. 24–25 августа состоялись последняя сессия Народного сейма и первая сессия Временного Верховного Совета ЛССР на которой председателем президиума ВС ЛССР был избран Август Кирхенштейн, а председателем Совета Народных Комиссаров ЛССР – писатель Вилис Лацис. 12 января 1941 года состоялись выборы в Верховный Совет ЛССР.

На проходящем в декабре 1940 года IX съезде КПЛ 165 делегатов с решающим голосом представляли 2800 членов партии. К июню 1941 года в КПЛ состояло более 5000 коммунистов. Комсомол Латвии также пережил преобразование. СТМЛ 2 августа 1940 года преобразован в Коммунистический союз молодёжи Латвии, а 18 октября принят в состав ВЛКСМ и стал именоваться – Ленинский Коммунистический союз молодёжи Латвии (ЛКСМ Латвии). К маю 1941 года в нём насчитывалось более 6000 членов и кандидатов в члены ВЛКСМ.

На время национализации и перехода властных функций 2 июля 1940 года была образована Рабочая Гвардия, по охране порядка и целостности предприятий. Она существовала как самостоятельная структура наравне с милицией. В других республиках Прибалтики подобного типа формирований не было. В рабочих батальонах состояло 9500 человек. В Риге было вооружено 12 батальонов, около 3500 человек. Начальником Штаба Рабочей Гвардии стал Август Страупе. После завершения национализации экономики в мае 1941 года гвардия была демобилизована.

За довоенный период Советской власти в Латвии были ликвидированы органы буржуазной власти, проведена национализация промышленности и сельского хозяйства. За лето 1940 года было национализировано 800 предприятий. До начала войны в Советской Латвии оставался частный промышленный сектор дающий 5–7% от всего объёма промпроизводства. Мелкие ремесленники были сведены в артели. В начале 1941 года безработица была почти ликвидирована.

1940 г., июль. Рига. Трудящиеся с плакатами о просьбе присоединения к СССР

Осенью 1940 года началась национализация жилого фонда. Земля была разделена между безземельными (52 000) и малоземельными (23 000) хозяйствами в «середняцком» размере. Частное землевладение допускалось для участков площадью до 30 га. На образование крупных сельхозпредприятий ушло 2,6 % земельного фонда. Созданы 33 совхоза и 3 колхоза. Началась усиленная механизация сельского хозяйства.

Здесь можно вернуться к вопросу о национализации земли в Советской Латвии 1919 года, завершить рассмотрение того феномена. Почему не были созданы повсеместно совхозы как в 1919 году? – В 1940 году Советская Латвия приняла буржуазное сельское хозяйство в устоявшейся форме и к коллективизации можно было перейти только через фазу раздела земли среди крестьянства. В 1919 году Советская власть получила практически уничтоженное войной хозяйство с безземельным крестьянством и имела все основания проявить смелость в коллективизации.

За событиями 1940 года скрыты очередные мифы и феномены. В советских документах нет упоминаний о насильственной «коммунизации» или об целенаправленном установлении Советской власти в Латвии в период 1939-40 годов. Намерением СССР было создать лояльный политический режим в период начавшейся мировой войны, создать блок лояльных прибалтийских государств с военными форпостами (базами), разбить союзничество с Германией, отсечь попытки приближения германской границы непосредственно к западной части СССР (Ленинград, Москва). Отчасти отсутствие намерений «коммунизировать», в частности Латвию, объясняется неуверенностью в силах КПЛ, неизвестностью ситуации с рабочим движением в Латвии, оторванностью части руководства КПЛ в СССР от руководства КПЛ в Латвии. Причинами были как репрессии в СССР, так и аресты, и репрессивная политика в Латвии. В 1936 году было упразднено Заграничное бюро КПЛ в Москве, упразднён ЦК. В 1939 году на XXVI конференции КПЛ в Москве избран новый ЦК.

1940 г., Рига. Демонстрация трудящихся

По моему мнению, именно в этот период эта неизвестность обрела свою крайнюю форму. И когда народ вывалил на улицы с красными флагами и лозунгами «За Советскую власть!» встречать советские войска, проявив самостоятельную революционную сознательность, начав революционное движение под руководством подпольной КПЛ, затем вытащив политзаключённых из тюрем и начав устанавливать Советскую власть… РККА и представители СССР могли только не мешать и искренне удивляться такому рвению масс. Из «центра» шли просьбы «притормозить», так как это мешало политическому договору СССР с правительством Латвии. Но, «тормозить» процесс было некому – члены ЦК КПЛ, в том числе первый секретарь Калнберзинь, вышли из тюрьмы 21 июня, а до этого повсеместно устанавливалась Советская власть и образовывались фабзавкомы самими трудящимися и рядовыми коммунистами. Лозунг о присоединении к СССР выдвигался с первых дней народных волнений. Можно сказать, что революционные массы убедили и вынудили СССР считаться и признать их волеизъявление. Расширение сферы влияния СССР в Прибалтике столкнулось с вызванной этим волной народного недовольства властью и революционного энтузиазма и в какой-то момент это логически соединилось. Верхи не могли, а массы не желали…

После внешнеполитического принуждения верхушек диктаторских режимов к демократическим формам правления, произошла бескровная Социалистическая Революция, в которой сопротивление буржуазии было парализовано внешним воздействием. Это обошлось без Гражданской войны и вооружённого противостояния. Всё это было бы невозможно без внутренней готовности страны принять такие перемены. Экономический кризис с момента начала Второй мировой войны вёл к упадку всех показателей, росла безработица и недовольство масс. Никаких перспектив и рычагов у буржуазной диктатуры Ульманиса к подъёму уровня экономического развития не было, впереди была только перспектива стать полем боя.

1940 г., Рига. Демонстрация 18 июля. На первом плане на транспорантах надписи на латышском языке: «Да здравствует Советская Латвия как 14 советская республика» и «Мы требуем Сталинскую Конституцию»

Революционное творчество масс привело к свержению существующего буржуазного строя и установлению диктатуры пролетариата во главе с КПЛ. Диктатуры, в ходе которой все законы и целесообразности диктуют пролетарские массы и их выразитель в лице компартии, поэтому современные отсылки на ту или иную буржуазную легитимность здесь абсолютно не к месту. В буржуазной Латвии давно не работали буржуазные демократические законы.

Бывшие подпольщики становились уполномоченными комиссарами по национализации фабрик и заводов, шли в управления и министерства, затем становились первыми «красными директорами». Антисоветские силы даже не пытались начать противостояние, видя нацеленность народных масс на движение к социализму. Националистические организации находились в подполье, на прикормке немецкой разведки и развернули свою деятельность чуть позже…

1938 г., Испания. Жан Грива и Леон Клейнман. Эстремадурский фронт

С установлением Советской власти стало возможным возвращение в Латвию воинов-интернационалистов – участников Гражданской войны в Испании. Пути латвийцев в Испанию были трудны и извилисты. С началом выступления генерала Франко страны Европы объявили о нейтралитете, но Германия и Италия фактически участвовали на стороне испанских фашистов. Латвия, объявив о нейтралитете в 1935 году, для его обеспечения образовала специальный Комитет по невмешательству. Был запрещен въезд в Испанию без специального разрешения, отдельно контролировалось пароходное сообщение. Профсоюзное и коммунистическое подполье активно собирало гуманитарную и денежную помощь. Например, денежные пожертвования оставлялись в камере хранения на Рижском вокзале, потом «багаж» забирал испанский посол. Если властями отслеживались пожертвования – жертвователи арестовывались. В 1939 году латвийскими властями была установлена примерная цифра латвийцев уехавших на войну в Испанию – около 60 человек (по современным подсчётам – около 200, в книге размещено 70 биографий). Отправка добровольцев проводилась по рекомендациям ЦК КПЛ и СТМЛ. Отправлялись как закалённые подпольщики, так и боевая молодёжь. Добровольцами могли быть и беспартийные – они затем вступали в компартию Испании. Очень ценилась реальная возможность пересечения латвийской границы легально. Для этого разными способами «доставались» разрешения на работу, заграничные паспорта, приглашения на учёбу в Европу. Часто революционеры устраивались работать на флот, захватывая с собой и контробандные грузы, также переправлялись нелегально на моторных лодках в Швецию, и уже оттуда в Испанию. Хочу отметить значительное число среди латвийских бойцов добровольцев еврейской национальности.

В боях в Испании принимали участие советские латыши из СССР, профессиональные военные специалисты, такие как А.Спрогис, П.Тылтынь (Поль Арман), Я.Берзинь, Д.Бейка, В.Кумелан, П.Пумпур, Я.Тыкин, А.Тылтынь, Г.Шпонберг.

Если латыши-спецы из СССР воевали по своему военному профилю, то латвийцам часто приходилось учиться, брать в руки «дефицитные» специальности в артиллерии, радиосвязи, разведке. Большая часть латвийцев становилась младшими командирами, быстро учась военному делу и необходимым навыкам. Латвийцы часто владели несколькими языками, но приходилось учить совсем непривычные языки – одни воевали с испанцами, другие с болгарами, третьи с норвежцами и шведами. Большие группы латвийских добровольцев входили в противотанковую батарею имени Леона Паэгле в составе 13-й интербригады имени Я.Домбровского, тяжёлую артбатарею имени Яниса Янсона-Брауна батареи имени Кларова 1-го Славянского дивизиона тяжёлой артиллерии, батальон имени Димитрова 15-й интербригады имени Линкольна, больше десятка работали в медицинской службе. Как во время Гражданской войны в России, в Испании латвийцы ещё раз показали себя универсальными революционерами.

С падением Испанской Республики в начале 1939 года к французской границе стягивались отступающие войска и беженцы. Они были размещены в концлагеря во Франции, где выяснялась их гражданская принадлежность. Воинов-интернационалистов ничего кроме тюрьмы на родине не ждало. Части заключённым удавалось бежать и нелегально возвращаться в свои страны. Много латвийцев находилось в концлагере в Гуре. Латвия лишила их гражданства, а латыши не проявляли желания сидеть в латвийской тюрьме. Выяснение личностей и переписка с государственными институтами занимали почти два года. Окончательно судьба латвийцев решилась только после установления Советской власти в Латвии в июне 1940 года. После присоединения Латвии к СССР латвийские граждане были признаны гражданами СССР и депортированы в СССР. В Латвию первые «испанцы» прибыли в мае 1941 года. Поезд из Москвы торжественно встречали на Центральном вокзале Риги. Среди известных латвийцев-«испанцев» – Я.Палкавниек, братья Цинисы, Э.Упеслея, Жан Фолманис (Грива), А.Липкин, А.Спалан, Ю.Климкан, Л.Клейнман, Б.Кур, брат и сёстры Рудины, Р.Лейбович, В.Озолс. Десятки латвийцев остались похоронены в Испании.

Бескровная революция в Латвии июня 1940 года позволила латышской буржуазии и националистам сгруппироваться, сберечь силы и отойти в сторону. Никаких репрессий первоначально не следовало – государственный аппарат был сменён без существенного сопротивления и вооружённых выступлений. С осени 1940 года националисты, бывшие айзсарги, бывшие корпоранты (члены студенческих корпораций), бывшие полицейские и армейские чины начали объединяться в разнообразные подпольные группы. Все группы имели связи с немецкой разведкой и по её плану должны были накапливать оружие, разведданные для последующей диверсионной поддержки при наступлении немецкой армии и воздерживаться от открытых выступлений. В свою очередь революционные рабочие спрашивали с власти: «почему классовые враги на свободе, несмотря на обилие прошлых грехов перед трудящимися Латвии?».

Репрессивная советская система работала преимущественно по открытым контрреволюционным выступлениям и шпионажу, которых было не так много. Буржуазию и их прислужников без причин не трогали. Это, в своём роде, следующий феномен, который можно обозначить так: КПЛ разъяснял, что если классовый враг отказывается от борьбы, то репрессировать его нет необходимости, а немецкая разведка сдерживала латвийскую агентуру от открытого выступления, сберегая силы. Накапливая сведения и силы две эти тенденции хронологически двигались к началу войны – июню 1941 года. Упреждающий удар по прослойке возможных коллаборантов нанесли НКВД и НКГБ СССР. В июне начались депортации подрывного элементы из приграничных советских республик. 14 июня были депортированы 15424 человека из Латвии и направлены в Красноярский край и Новосибирскую область. Относительно населения ЛССР количество депортированных составляло 0,74 % от всех жителей. По национальному составу больше всего депортации затронули латышей – 80 %, следующая по численности национальная группа – евреи, составляла 12 %. В современных исследованиях справедливо указывается на классовость подхода в депортациях, но не указывается классовая структура. По данным справки НКГБ СССР были учтены 15000 человек, из которых: 3800 – участники контрреволюционных партий и националистических организаций; 2380 – уголовники (в т. ч. 200 проституток); 919 – чиновники и капиталисты; 585 – жандармы, полицейские, тюремщики; 316 – бывшие офицеры русской армии и белогвардейцы; 6600 – члены семей; 250 – члены семей осуждённых к ВМН и скрывающихся контрреволюционных элементов; 150 – репатрианты из Германии и нерепатриировавшиеся немцы.

Репрессии не смогли вычистить националистическое подполье в Латвии, но в документах немецкой разведки СД указывалось, что депортации нанесли существенный урон подполью. Можно предположить, что действия Советской власти за неделю до начала военных действий нарушили шпионские связи и координацию действий подполья, что сыграло положительную роль в первые дни войны.

Оставим ненадолго события в Латвии и посмотрим, чем отметились латыши в СССР. Число латышей в СССР по переписи 1926 года составляла 150 тысяч, 1939 года – около 115 тысяч. Большая часть латышей и латвийцев связали себя с партийной, военной и хозяйственной деятельностью в СССР. Вчерашние красные командиры, чекисты, члены местных Советов активно участвовали в построении социализма.

Наивысших хозяйственных высот достигли Ян Рудзутак и Валерий Межлаук – заместители председателя Совета Народных Комиссаров (СНК) и Совета Труда и Обороны (СТО) СССР в конце 1920-х – начале 1930-х годов. Затем Межлаук стал председателем Госплана СССР, Ивар Смилга был заместителем председателя Госплана СССР. Артур Кактынь работал в Советах Народного Хозяйства (СНХ) разных районов и республик, участвовал в дискуссии вокруг создания Госплана в 1920 году, в 30-е занимал пост зампредседателя СНК Таджикской ССР, а Дав Розит был председателем Госплана Средней Азии пока не был направлен на индустриальные стройки Узбекистана. Зампредседателями СНК и наркомами были также Август Балтин, Август Калнин и Адольф Редерс в Белорусской ССР. Очень много можно встретить в биографиях должностей в Контрольных комиссиях и Рабоче-Крестьянской Инспекции.

Внесли свой вклад латвийцы в формирование юридической науки и практики СССР. Под руководством Петра Стучки закладывались основы советского правосудия, он был одним из авторов декрета о суде № 1, автором «Руководства для устройства революционных трибуналов». С марта 1918 года назначен наркомом юстиции РСФСР, с 1923 года председатель Верховного суда РСФСР, один из основателей и директор Института советского права, главный редактор 1-й советской «Энциклопедии государства и права». Немногие знают, что латвийцем был Василий Ульрих – с 1921 года председатель Военной коллегии Верховного суда РСФСР и СССР, заместитель председателя Верховного суда СССР. Эмилия Вейнберг с середины 20-х на советской работе в Туркмении, работу по освобождению женщин Востока вела на собственном примере – в 1928 году стала первой женщиной-судьёй в республике. Также стоит отметить Николая Круминя – члена Верховного суда СССР, Эрнеста Удриса – члена Верховного суда РСФСР и председателя Верховного суда Узбекской ССР, Яна Яновича Кронберга – зампредседателя Верховного суда РСФСР, Юрия Межина – председателя Транспортной коллегии Верховного суда СССР, Альфреда Сталгевича, отдавшего много лет академическим правовым дисциплинам, преподавателя Высшей школы милиции МВД СССР.

Из выдающихся людей «мирных» профессий стоит отметить Паула Дауге, выдающегося стоматолога, профессора, хорошо известного за рубежами СССР. Дауге стал фактически основателем советской стоматологии. В 1931 году по его проекту Наркомздрав РСФСР издал циркуляр № 25 «Об обязательной санации полости рта детей школьного возраста», так что именно ему мы обязаны появлению зубоврачебных кабинетов в учебных заведениях и обязательному осмотру и контролю за состоянием зубов с самого детства. Большой вклад в новую медицинскую науку о профессиональных болезнях внёс Эдуард Шурпе. Сначала возглавил Институт труда и профзаболеваний, затем Центральный НИИ санитарии и гигиены детей и подростков, автор множества научных работ. Не забудем целую плеяду латышских «энциклопедистов», входивших в редакции Малой и Большой Советских энциклопедий, Философской энциклопедии: Карла Ансона, Яна Стэна, Гаральда Крумина, Александра Спундэ, Йосела Хамбурга. Директором Центрального военно-исторического архива Красной Армии работал Михаил Юрцен, а директором Музея Революции в Ленинграде – Эрнест Эйзеншмидт. Затрагивая область искусств, нельзя не отметить двух художников – Густава Клуциса и Яна Бирзгала. Клуцис известен даже в мире как один из родоначальников новой революционной эстетики в искусстве, участвовал в оформлении съезда Советов, конгресса Коминтерна, праздничной Москвы и павильона СССР на Всемирной выставке в Париже. Бирзгал же, являлся более традиционным художником-соцреалистом, но он внёс большой вклад в сохранение и преумножение художественных ценностей Крыма, являлся директором Симферопольской картинной галереи и после Великой Отечественной войны практически заново восстанавливал крымские музейные фонды. Вернувшись в Латвию в 1949 году он снова стал директором музея.

На передовой технического прогресса 1920-30-х годов была авиация. Латвийцы активно включились в освоение новой техники. Некоторые пришли в авиацию в Гражданскую войну, другие сели в самолёт ближе к 1930-м, но сумели занять заметное место в советской военной структуре и внесли свой вклад в освоение воздушного пространства. Яков Алкснис совершил рекордный перелёт, стал начальником ВВС РККА и внёс предложение об учреждении Дня Авиации. Также был уважаем и известен, трагически погибший в 1931 году, военный лётчик-испытатель Петр Межерауп. Военлёт Вильгельм Каминский перешёл в гражданскую авиацию и стал начальником Московского Центрального аэропорта имени Фрунзе, затем при его активном участии был построен новый аэропорт, более известный как Внуково. Рекорды высоты взял на себя Кристап Зилле. Он стал командиром экипажа стратостата «СССР-1-бис», затем начальником опытного отряда. Его знания и опыт пригодились во время войны, когда Москва была прикрыта с воздуха сотнями аэростатов. Пятеро латвийцев-лётчиков стали Героями Советского Союза. Александр Груздин, Александр Добкевич и Арсений Чурилин получили свои звания Героев во время Великой Отечественной войны. Василий Клевцов удостоен чуть ранее – за финскую кампанию, а Петр Пумпур за выполнение интернационального долга в Испании.

Множество латышей находилось на высших советских и партийных постах в автономных республиках, часто по линии ГПУ-НКВД. В Ленинграде и области работало несколько латышей на руководящих постах в органах милиции. Вспомним легендарную Паулину Онушонок – в прошлом отважная революционерка в 1929 году стала первой женщиной-начальником отделения милиции и успешно боролась с бандитизмом.

Активно латыши работали во Внешторге, Наркоминделе, в торгпредствах за рубежом и межгосударственных трестах. Военный сектор СССР также был наполнен латвийцами – в структурах Генерального штаба, Наркомата обороны, командующими военными округами и армиями.

Например, высокая оценка грамотности и опыта латышских командиров выражалась в доверии обучать новое поколение командиров РККА. Рассматривая двадцатилетний период до Великой Отечественной войны можно заметить множество латвийцев на постах руководителей и преподавателей высших военных учебных заведений и военных училищ СССР. Приведу небольшой список преподавателей и руководителей кафедр и подразделений только пяти высших военных академий:

Военная Академия механизации и моторизации РККА им. И.В.Сталина – Поль Арман, Жан Зонберг, Александр Пошкус;

Военная Академия имени М.В.Фрунзе – начальник и военком в 1925-32 годах Роберт Эйдеман; проподаватели: Иоаким Вациетис, Волдемар Дамберг, Карл Жигур, Константин Звонарёв, Фридрих Калниньш, Эрман Магон, Иван Паука, Генрих Паэгле, Ян Тыкин, Жан Ульман, Карл Упман;

Военно-воздушная Академия имени профессора Н.Е.Жуковского – Фриц Баузер, Ян Индриксон, Агуст Бергольц;

Военной Академии Генерального штаба РККА – Ян Алкснис, Ян Жигур, Август Бергольц, Ян Веикин, Ян Дзенит, Иван Паука, Альберт Штромберг;

Военно-политическая академия имени Н.Г.Толмачёва – Владимир Аронет, Фридрих Блументаль, Артур Кадикис-Грозный, Фридрих Калниньш, Николай Лагздин, Ян Ринг.

В этом списке нет фамилий, которые не упомянуты в данном сборнике, поэтому нужно иметь ввиду, что в составе академий латвийцев было немного больше. То же можно сказать о Курсах высшего комсостава «Выстрел», через которые проходили почти все командиры РККА.

Рассматривая историю советских латышей, нельзя обойти вопрос репрессий конца 1930-х годов. Будучи представленными во всех структурах государственного аппарата, латыши подвергались репрессия в числе многих других. В частности, можно выделить три периода в репрессиях затронувших латышей – это первая половина 1937 года, ноябрь-декабрь 1937 года и весна 1938 года.

Репрессии первой половины 1937 года связаны с Антисоветской троцкистской военной организацией – так называемым «делом Тухачевского». Непосредственно в группе обвиняемых на процессе находился Роберт Эйдеман, председатель Центрального совета Осовиахима. В числе Специального судебного присутствия Верховного Суда СССР, осудившего обвиняемых к высшей мере наказания, находились два латвийца – командарм Яков Алкснис и председатель суда – Василий Ульрих. В связи с «чисткой» в Красной Армии было арестовано много командиров разного уровня, в том числе большое количество латышей, таких как Апога, Венцов-Кранц, Гайлис, Кактынь, Лапин, Ошлей, Панцержанский, Р.Петерсон, Подниек, Строд. Время основных арестов – май-июнь 1937 года.

Второй и третий всплеск арестов латышей связан с так называемыми «национальными операциями» НКВД, начавшимися в ноябре 1937 года и получившими продолжение весной 1938 года.

«Западные» национальные меньшинства СССР часто имели собственные культурные общества, собственные издательства, печать на национальных языках, воскресные школы. Такое положение сохранили и латыши. Концентрируясь в некоторых губерниях, областях и городах поддерживать друг друга и национальную культуру было достаточно просто. В СССР существовали два издательства, издававшие книги и периодику (два журнала и две газеты) на латышском языке. Издательство Зарубежного бюро ЦК КПЛ «Спартакс» находилось сначала в Пскове, а затем в Москве. Издательство Латсекции Коминтерна «Прометейс» находилось в Москве. Кроме того, в Москве работал Латышский государственный театр «Скатуве», разнообразные общества ветеранов латышских стрелков. В результате «латышской операции» НКВД все издательства, культурные общества и театр были закрыты. Было сформировано дело «Латышского национального центра», к которому причисляли всех по национальному признаку. В этой национальной операции репрессии проводились без разделения на сферы деятельности – привлекались военные и сотрудники НКВД, партийные и советские деятели, члены культурных обществ. По некоторым данным было арестовано около 20 тысяч и расстреляно около 16 тысяч латышей. К высшей мере наказания были приговорены известные в своё время революционеры и красные командиры, такие как Аплок, Баузе, Р.Берзин, Я.Берзин, Вациетис, Данишевский, Заковский, О.Карклин, К.Карлсон, В.Кнорин, М.Лацис, братья Межлауки, Я.Петерс, К.Подниек, Д.Розит, Сомс, Тениссон, Я.Шмидт, А.Эйдук, Р.Эйхе, Юрцен, К.Янсон, Я.Янсон и многие другие…

Ещё раз возвращаясь к вопросу Революции 1940 года в Латвии. Придерживаясь версии, что руководство СССР не собиралось «насаждать» Советскую власть в Латвии: на тот момент не имелось чёткого представления о возможностях КПЛ, а возможный латышский военный резерв сильно пострадал в результате репрессий; на установление военной диктатуры у СССР не было человеческих ресурсов и сама такая идея противоречила коммунистической идеологии.

Не вдаваясь в лишние споры по обоснованности и причинам репрессий в СССР в 1930-е годы, хочу заметить, что со временем История «сама» разберётся, за что одни коммунсты репрессировали других коммунистов и кто из них был прав. И разобраться в этом должны сами коммунисты. Мы же примем, пока, это историческое явление как данность…

Великая Отечественная война пришла в Латвию в первые минуты её начала. Утром 22 июня 1941 года подверглась бомбардировке Лиепая и находящаяся там военно-морская база. Оборона города стала одной из самых значимых страниц истории войны в Латвии. Для обороны города партийно-комсомольский актив организует отряды Рабочей Гвардии (около 1000 человек). В основном это были рабочие металлургического завода «Сарканайс металургс», завода «Метал», судоремонтного завода «Тосмаре», партийный и комсомолский актив, сотрудники милиции и железнодорожники. Руководил отрядами штаб Гражданской обороны во главе с секретарём Лиепайского горкома ВКП(б) Микелисом Букой. Рабочим отрядом судоремонтного завода «Тосмаре» руководил А.Петерсон, комсомольцами руководили первый секретарь Лиепайского райкома ВЛКСМ Имант Судмалис и первый секретарь Лиепайского горкома ВЛКСМ Борис Пелнен. Положение города было таково, что он вскоре оказался в окружении. Советские стрелковые части, моряки, курсанты, части НКВД, рабочие отряды вели оборону каждый на своём рубеже. 27 июня остатки защитников города пошли на прорыв по направлению к Риге – в этот день к городу приблизились части деблокады со стороны Вентспилса и Риги. Курсанты Рижского пехотного училища завязали бои в районе Айзпуте и взяли город. До Лиепаи было совсем близко. Из Лиепаи смогли вырваться отдельные отряды и колонны, но кольцо окружения прорвать не удавалось. Войска получили приказ отступать к Риге.

Во главе сформированной Рабочей Гвардии в Елгаве были поставлены проректор сельхозакадемии Карл Улпе и преподаватель пединститута Кришьян Жубит. Оба прошли Гражданскую войну и были в прошлом профессиональными командирами РККА, Жубит воевал в Чапаевской дивизии. В Елгавском батальоне состояло 274 бойца.

В восточной части Латвии был взят Даугавпилс, боестолкновения распались на локальные направления и арьергардные бои. Отступающие части стягивались к Риге. Оборону по берегу Даугавы заняли три Рабочих батальона, роты полка НКВД, отряд пограничников.

Как часто справедливо отмечают историки, молодые советские республики не имели на то время достаточных военных сил и инфраструктуры для успешного отражения натиска противника. Национальные армии преобразованные в территориальные корпуса проходили череду переформирований и чисток, и не успели в военном плане стать более надёжными. Большую роль играли организованные местным активом партийно-комсомольские и рабочие отряды. Перед самой войной в июне 1941 была распущена Рабочая Гвардия в количестве 9500 человек. Собрать с началом войны такое же количество снова не представлялось возможным. В Риге было сформировано 3 батальона рабоче-гвардейцев, более 1000 человек. Командовали батальонами недавно вернувшиеся бывшие «испанцы». Всего с началом войны были собраны отряды в количестве 3500 человек. Особенностью этих отрядов было то, что это не было народным ополчением в привычном смысле слова. В той политической ситуации, когда прошёл всего год Советской власти, объявлять какую-либо мобилизацию среди всего населения было бесполезно и не имелось на это времени. В отрядах состояли именно рабочие фабрик и заводов, сознательные коммунисты и комсомольцы…

Одновременно с нападением немцев на СССР активизировались подпольные националистические группировки. Они нападали на отдельных солдат, обстреливали учреждения и военных, подавали сигналы немецкой авиации, в небольших населённых пунктах захватывали стратегические объекты. В немецких частях имелись инструкции не мешать местным «помощникам» в Литве, Латвии и Эстонии со всеми необходимыми паролями, что ещё раз говорит о том, что немецкая разведка имела обширную подготовленную диверсионную сеть в Прибалтике. Частично НКВД и истребительным батальонам Рабочей Гвардии удалось сдержать открытые выступления колаборантов в крупных городах.

В ночь с 27 на 28 июня Ригу покинуло правительство ЛССР и в руководство КПЛ. Утром 29 июня в границы Риги вошли передовые части вермахта, прорвавшиеся на правый берег 4 штурмовые самоходки были отрезаны взорванными мостами и уничтожены. Тогда же в тыл наступающим вышли отступающие советские части со стороны Елгавы. В этот же день оставшиеся в живых защитники Лиепаи дали последний бой агрессорам – за время осады города потери противника оцениваются примерно в 1500 человек.

Ко времени обороны Риги в городе остались батальоны Рабочей Гвардии и бойцы 10-й дивизии НКВД. Оборона города носила скорее арьергардный характер, нужно было позволить эвакуировать часть населения и дать время отступающим войскам занять новые позиции севернее Риги. Восточная часть Латвии была почти захвачена, отступать можно было только на север в Эстонию. Обороняющиеся взорвали мосты и удерживали правый берег. Немецкая авиация и артиллерия превратила древний центр Риги в сплошные руины. Сходу взять город не удалось, через день форсировав Даугаву выше по течению немцы вошли в пустой город. К 8 июля было оккупирована вся территория Латвии.

Батальоны Рабочей Гвардии отступили с боями в Эстонию, 6 июля из них был образован 1-й Латышский стрелковый полк, а в середине июля 2-й полк. Численность обоих полков составляла 2500 человек, отдельно действовал Елгавский истребительный батальон. Полки были влиты в состав 8-й армии и участвовали в оборонительных боях в Эстонии, а в боях в Ленинградской области они участвовали как регулярные части РККА. 1-й полк участвовал в обороне Таллина и был эвакуирован в Кронштадт с остальными частями. Из остатков полка был сформирован батальон в составе 237 бойцов, а командиром назначен Жан Фолманис (Грива), будущий известный латышский писатель, участник Гражданской войны в Испании. В боях в районе Петергофа батальон соединился с земляками из 76-го Латышского отдельного стрелкового полка, бывшего 2-го Латышского стрелкового полка.

К осени 1941 года правительство ЛССР и ЦК КПЛ, основные государственные учреждения и партийный аппарат окончательно закрепились в Кирове (ныне – Вятка). Было эвакуировано более 50 тысяч человек. Эвакуированные латвийцы вместе со всем советским народом трудились в тылу, укрепляя народное хозяйство и промышленность.

3 августа 1941 года в ответ на обращение правительства ЛССР Госкомитет обороны СССР принял решение начать формирование 201-й Латышской стрелковой дивизии. Славные традиции латышских стрелков получили своё продолжение в эти нелёгкие дни для Страны Советов. На формирование дивизии в Гороховецкие военные лагеря направлялись остатки полков Рабочей Гвардии, 24-го Латвийского территориального корпуса, призывники-латыши, служащие других частей РККА. 90 % бойцов и командиров составляли граждане Латвийской ССР, а половину численности дивизии составляли латыши. 12 сентября воины дивизии под командованием Яниса Веикина принесли присягу и получили боевое знамя. 3 декабря дивизия численностью 10 тысяч человек вошла в боевой резерв во время Битвы под Москвой. 20 декабря 1941 года части дивизии вступили в бои под Наро-Фоминском у Елагино. В ходе боёв раненного комдива Веикина сменил начштаба Генрих Паэгле, а убитого комиссара дивизии Бирзитиса Пётр Зутис. В начале января 1942 года полки дивизии наступали под Боровском. Бойцы дивизии проявили себя с лучшей стороны. Все понимали, что решали не просто военные задачи, но исторические, представляли латышский народ и продолжали героические традиции Гражданской войны.

Дивизия несла большие потери, пополнение в январе 1942 года добавило в состав дивизии 3600 жителей других республик СССР. Численность латвийцев в дивизии снизилась до 60 %, общая численность составляла 9000 человек.

Следующие боевые задачи выполнялись в составе ударной группы Северо-Западного фронта в районе Старой Руссы, по окружению Демянской группировки противника.

В тяжёлых и затяжных боях проявился снайперский талант Яна Вилхелма, в июле 1942 года ему было присвоено звание Героя Советского Союза. 24 августа было издан особый приказ командира дивизии о постановке снайперского движения. Вилхелмс стал преподавателем и инспектором снайперского дела, подготовил десятки снайперов. В числе других – легендарные Моника Мейкшане и Эрика Гайле сменили санитарные сумки на снайперские винтовки.

1942 г. Снайперы Максимов, Моника Мейкшане и Герой Советского Союза Янис Вилхелмс

5 октября 1942 года дивизия получила звание Гвардейской и стала именоваться 43-я гвардейская Латышская стрелковая дивизия. К началу 1943 года командиром дивизии назначен Детлав Бранткалн. Девизия была не в лучшем боевом состоянии – потери довели состав до 5000 человек, пополнение поступило в конце марта. Ожесточённые бои под Старой Руссой и ликвидация Демянской группировки противника сильно обескровили Латдивизию и в апреле 1943 года она была выведена на переформирование. Ряд командиров дивизии были переведены в другие военные части на другие фронты. В октябре 1943 года дивизия была сосредоточена в районе Великих Лук, откуда начался долгий путь к освобождению Латвии.

В 1942-43 годах латвийцы собрали средства на танковую колонну и авиаэскадрилью под названиями «Латышский стрелок». В июле 1943 года был сформирован 1-й Латышский ночной бомбардировочный авиаполк (32 самолёта ПО-2) – единственная авиционная национальная часть в Красной Армии.

Весной 1944 года в составе Прибалтийских фронтов Латдивизия участвовала в стратегической Ленинградско-Новгородской операции, осуществляя наступление в районе Насва-Новосокольники-Новоржев. 5 июня новообразованная 308-я Латдивизия под командованием генерал-майора Волдемара Дамберга и 43-я Гвардейская Латдивизия под командованием полковника Алфреда Калниня образовали 130-й Латышский стрелковый корпус численностью 16 тысяч человек. Командиром корпуса стал генерал-майор Детлав Бранткалн. 18 июля 1944 года в составе 2-го Прибалтийского фронта воины 130-го Латышского стрелкового корпуса ступили на латвийскую землю…

Начало немецкой оккупации Латвии ознаменовалось кровавой вакханалией местных националистов самостоятельно уничтожавших евреев, коммунистов и комсомольцев по заранее составленным спискам. Немцы вскоре упорядочили все «процедуры», и, попутно, объяснили, что никаких «латышских порядков» в германском рейхскомиссариате «Остланд» нет и не предвидится. Это немного отрезвило предполагавших воссоздание Латвийской республики или хотя бы автономии. Для жителей же наступили былые времена, когда любой немец был выше по положению, теперь неповиновение каралось более кроваво. Рига и окрестности пополнились концлагерями и гетто, местные полицейские батальоны прислуживали новым «баронам».

В этих условиях КПЛ снова потребовалось организовать подпольную работу, а в перспективе – партизанскую борьбу. Здесь мы обозначим ещё один исторический феномен – комсомольское подполье и его организатор – Имант Судмалис.

Судмалис находился на подпольном положении в Курземе со времени прорыва из окружения в Лиепае до осени 1942 года. Май и лето 1942 года Судмалис вел боевые действия в составе белорусского партизанского отряда, наполовину состоящего из латвийских бойцов, в Освейском районе. Судмалис пытался найти и организовать оставшихся в живых комсомольцев и сочувствующих, прошагал всю Латвию вдоль и поперёк. Положение было удручающим. Первые месяцы войны выкосили кадры – частично из-за прямых военных действий, частично по причине эвакуации комсостава, но большую опасность представляли местные коллаборанты. Они были хорошо знакомы с партактивом, составляли списки, хватали сочувствующих. Много комсомольцев было расстреляно и замучено в тюрьмах. Советское военное руководство не знало положения в Латвии в первый год войны, пока Судмалис не перешёл линию фронта и не представил обширные доклады о положении в республике. На их основе вырабатывались планы взаимодействия с подпольем.

Усилиями Судмалиса в Латвии было образовано подполье, в котором основную роль играли комсомольцы. Можно с полным правом сказать, что латвийская «Молодая Гвардия» целиком вынесла подпольную работу на своих плечах…

В Рижский Подпольный Центр под руководством Арвида Рендениекса входили: диверсионная группа Эрнеста Саулитиса, студенческая группа Виктории Мисы, группа рабочих завода «Вайрогс» Эрика Степиньша, группа Лигиты Рекшане. Организация занималась сбором данных, распространением листовок, укрытием евреев и военопленных, среди подпольщиков оказались два немецких распропагандированных солдата-дезертира. Осенью 1942 года организация антифашистов была разгромлена, а руководство и члены групп арестованы, впоследствии все были расстреляны. Тогда же в ноябре Судмалисом был создан Комитет Комсомола Латвии. Место в подполье занимали новые комсомольцы, всё более молодые, часто «вчерашние» школьники.

Общее политическое руководство партизанским и подпольным движением осуществлял первый секретарь ЦК КПЛ Ян Калнберзин, непосредственное руководство вела оперативная группа ЦК КПЛ. Руководителем штаба партизанского движения Латвии назначен полковник Артур Спрогис – начальник диверсионно-разведывательной школы, начальник разведотдела Западного фронта. Спрогис более известен участием в Гражданской войне в Испании и подготовкой диверсантов-комсомольцев, среди которых была Зоя Космодемьянская.

Отдельные разведгруппы проникали в Латвию с начала 1942 года, но продвинуться вглубь дальше восточных окраин не могли. Партизанские отряды действовали на стыке Латвии и Калининской области, Латвии и Белоруссии, но сама Латвия оставалась «терра инкогнита». Ближайшие белорусские леса были более надёжным прикрытием для партизан, имели достаточно сочувствующего населения.

В ноябре 1942 года Судмалис с Особым партизанским отрядом возвращается в Латвию, организует партизанские базы. Снова переходит линию фронта и снова назад – уполномоченным ЦК ВЛКСМ в Ригу. Снова организация подполья, групп и личное участие в операциях.

В тот же период была сформирована подпольная группа «Народные мстители» во главе с бежавшим из плена бывшим актёром ленинградского ТЮЗа Иваном Машировым. В неё вошли 170 человек: бежавшие советские военнопленные, латышские коммунисты и комсомольцы. В начале июля 1943 года гестапо раскрыло группу, все были расстреляны.

В 1942 году в Лиепае расстреляны подпольщики Борис Пелнен и Лина Янсоне, в октябре 1942 года попал в засаду в одном из домов Риги и отстреливался до последнего патрона Мартиньш Пога, в мае 1943 погиб в бою с полицаями организатор «Коммунистического Интернационала Молодёжи» Витольд Яунтиранс.

В феврале 1944 года Имант Судмалис и его соратники Малдис Скрейя (20 лет) и Джемс Банкович (19 лет) были схвачены латышской полицией. Через полтора месяца пыток Судмалис и Банкович были повешены, а Скрейя убит в машине-душегубке.

1943 г. Руководство Латвийской партизанской бригады (слева направо): командир Вильгельм Лайвиньш и комиссар Отомар Ошкалн

Постепенно с весны 1943 года закрепляются на территории Латвии партизанские бригады и отряды во главе с выдающимися командирами и комиссарами – Отомаром Ошкалном, Вилисом Самсоном, Вильгельмом Лайвинем, Андреем Мацпаном, Антоном Почем, Игнатом Кадаковским. С помощью Судмалиса было налажено активное взаимодействие с белорусскими партизанами. Отряды по необходимости делились бойцами, оказывали поддержку совместными действиями и вооружением. Успешные действия латвийских партизан способствовали привлечению населения восточной части Латвии в свои ряды.

Всего в Латвии в 1943 году действовало 1725, а в 1944 году – до 2700 советских партизан. Общее количество латвийских партизан и подпольщиков оценивается по разным советским источникам до 50 тысяч человек. В Латвийском партизанском штабе учтено 12 тысяч партизан, но не все партизанские отряды были в системе штаба.

За время оккупации партизаны и диверсионные группы в Латвии пустили под откос 279 воинских эшелонов, сбили шесть самолетов, взорвали 53 моста, уничтожили около 30000 солдат и офицеров вермахта и СС, а также коллаборантов. Партизаны и подпольщики в течение лета 1944 года обеспечивали безопасность 1500 семей, освободили и спасли от угона в Германию 3220 местных жителей и 278 советских военнопленных. Были сохранены от разрушения 428 промышленных предприятий. В ноябре 1944 года в «Курляндском котле» партизаны отряда «Красная стрела» приняли часть солдат мятежного батальона Роберта Рубениса, подготавливаемых к службе в Латышском легионе СС.

Чрезвычайная комиссия по расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков установила, что в Латвии существовало в разное время 48 тюрем, 23 концлагеря и 18 гетто. Комиссия установила, что фашистские оккупанты и их пособники убили в Риге и её окрестностях свыше 300 тысяч мирных граждан и советских военнопленных. Было убито и казнено более 6000 латвийских партизан и подпольщиков.

Свыше 1100 латвийских партизан были награждены орденами и медалями. За выдающуюся партизанскую деятельность Отомару Ошкалну и Вилису Самсону в 1945 году присвоено звание Героя Советского Союза. Путь к высочайшему признанию подпольной работы Судмалиса оказался очень долгим – посмертно звания Герой Советского Союза он был удостоен только в 1957 году.

С июля 1944 в ряды латышского корпуса и других частей Красной Армии по мобилизации было призвано 57 тысяч граждан Латвийской ССР. Латышский корпус на пути к Риге участвовал в Резекненско-Даугавпилсской, Крустпилсской, Мадонской операциях.

С сентября 1944 года в составе 22-й армии 2-го Прибалтийского фронта 130-й Латышский корпус участвовал в Рижской наступательной операции. Латышские стрелки двигались с востока южнее Риги, одновременно с взятием Риги перерезав шоссе и железную дорогу Рига-Елгава в районе станции Олайне. Здесь линии наступления советских латышских стрелков совпали с линией обороны латышских стрелков времён Первой мировой войны. Трудно представить чувства латышей, выходящих на позиции, где когда-то проходили жестокие Рождественские бои!

За освобождение Риги 43-й Гвардейской Латдивизии было присвоено наименование «Рижская», 308-я Латдивизия была награждена орденом Красного Знамени, а 130-й корпус – орденом Суворова II степени.

16 октября 1944 года части 130-го Латышского корпуса прошли торжественным маршем по освобождённой Риги. Воинам корпуса предстояло ещё освободить всю Латвию. В результате боёв немецкие силы удалось запереть в Курземе, в так называемый «Курляндский котёл». Линия фронта снова разделила Латвию на долгое время. С декабря 1944 года 130-й корпус участвовал в боях в Курземе. Плотность войск и вооружений была такова, что немецкие войска стояли «стеной» вплоть до подписания Акта о капитуляции 8 мая 1945 года. Мир на латвийскую землю пришёл одновременно с окончанием Второй мировой войны в Европе. Латвийцы заканчивали войну не только в родном Курземе, но и в Берлине, как это сделал Кришьян Жубит, оставивший свой автограф на стенах Рейхстага.

На протяжении Великой Отечественной войны 43-я Гвардейская Латышская стрелковая дивизия находилась в соприкосновением с противником 415 дней, 130-й корпус – 121 день, с момента создания летом 1944 года.

1944 г., октябрь. Гвардии капитан Э.Поленц водружает над Ригой Красное знамя, которое в 1941 г. унесли с собой бойцы Рабочей Гвардии, с боями покидавшие город

За освобождение Риги и Латвии тысячи солдат и офицеров корпуса были награждены. Всего бойцы и командиры 43-й Гвардейской Латдивизии удостоены 15341 награды, в сумме воины 130-го корпуса удостоились 17368 наград. Три офицера корпуса – Ян Вилхелмс, Михаил Орлов и Ян Райнберг стали Героями Советского Союза (двое последних – посмертно). Всего Героями Советского Союза стали 27 латвийцев. Кавалерами ордена Славы в составе корпуса стали Ян Розе, Леонид Блажевич, Павел Брок, Иван Паршутин. В боях за освобождение Латвии погибло около 150 тысяч советских солдат и офицеров, 95 из них посмертно удостоены звания Герой Советского Союза. В число безвозвратных потерь РККА в Великой Отечественной войне вошло 11600 латышей.

Воевали латвийцы в других частях Красной Армии.

В числе первых встретивших противника 22 июня 1941 года в Брестской крепости были Александр Дулькейт и Ян Лицит. Комполка Лицит, пройдя все войны своего времени, погиб в первый же день Великой Отечественной. Майор Дулькейт был захвачен в плен в окружении. Впоследствии, принятый за немца, содержался на выгодном положении по сравнению с другими в концлагере вместе с семьёй. Вскоре подпольная деятельность была раскрыта – жену и сына Дулькейта расстреляли, а сам он скончался через несколько месяцев после освобождения из шталага осенью 1945 года. Проходили концлагеря и другие латышские патриоты. Карл Фелдманис вместе с Яном Логиным организовал подполье в Саласпилском концлагере, впоследствии к ним присоединились арестованные подпольщики Арвид Рендениекс и Эрнест Саулиетис. В марте 1943 года все 76 членов Сопротивления были раскрыты провокатором и расстреляны. Майор авиации Карл Карлович Озолиньш попал в плен после воздушного боя в августе 1941 года, но в офицерских шталагах на территории Германии не сложил оружие антифашизма и готовил восстание заключённых. Здесь также провокатор остановил подпольщиков – Озолиньш был расстрелян в числе других героев.

В числе высших командиров: командующий фронтами, генерал-полковник Макс Рейтер; генерал-лейтенант Ян Дзенит; полковник танковых войск, Герой Советского Союза Николай Душак освобождал Дрезден; генерал-лейтенант артиллерии Вильгельм Кумелан освобождал Венгрию, Австрию, Чехию, участник войны с Японией; генерал-майор Эрман Магон погиб в оборонительных боях первых месяцев войны в Беларуссии; генерал-майор танковых войск Август Немме, командир танковых бригад на Брянском и Воронежском фронтах; генерал-майор ПВО Ян Тыкин; генерал-майор танковых войск Альберт Штромберг, участник войны с Японией; командир дивизиона торпедных катеров, Герой Советского Союза Сергей Осипов, последний покинувший Лиепайский порт в 1941 году и вернувшийся туда с победой в мае 1945 года; генерал-майор авиации, Герой Советского Союза Василий Клевцов; генерал-майор, Герой Советского Союза Антон Слиц. Иосиф Кукелис после ранения под Старой Руссой служил военспецом в дивизии имени Костюшко Войска Польского.

По некоторым данным в период Великой Отечественной войны в частях РККА служило до 80 тысяч латвийцев.

Послевоенная ситуация в мире была совсем не мирная. На смену «горячей» войне пришла Холодная. Среди биографических справок упоминаются эпизоды создания ядерного щита Советского Союза. Подполковник, Герой Советского Союза Игорь Андзауров участвовал в первых испытаниях атомной бомбы на Семипалатинском полигоне в 1949 году. Павел Пурин принимал участие в войсковых учениях с применением ядерного заряда на Тоцком полигоне в 1954 году. Капитан 1-го ранга Фёдор Трейман в 1957-58 годах был начальником политотдела ядерного полигона на Новой Земле. Мы знаем, что Вооружённые силы СССР обеспечили мирное небо над социалистическим блоком стран на долгие годы…

До начала освобождения Латвии по мере приближения к её границам были образованы оперативные группы ЦК КПЛ. В задачу групп входило восстановление административного управления, восстановление учреждений, выявление антисоветских элементов на освобождённых территориях. Было подготовлено более 600 партийных работников.

Послевоенное восстановление народного хозяйства столкнулось с теми же проблемами, как и 20 лет назад – разрушенная промышленность и инфраструктура, убыль населения. Из более тысячи довоенных предприятий могло работать только около ста. Пострадали все электростанции. Население Латвии составляло примерно миллион 300 тысяч человек, около 70 % от 1940 года.

Весь конец 1940-х годов отмечен восстановлением промышленности и хозяйства. В 1950 году уровень промышленного производства в 3 раза превысил показатели 1940 года. Была проведена административная реформа и упразднены уезды. В 1945 году восстановлены 41 совхоз, 50 МТС и 485 МКПП. 22 ноября 1946 года в Латвии был образован первый колхоз «Накотне». Сокращение числа сельских жителей не позволяло быстрыми темпами наращивать производительность сельского хозяйства. Наращивание механизации и организация колхозов шли по нарастающей – в 1947 году в МТС находилось около 500 тракторов. Если в 1947 году было 49 колхозов, то в 1948 – 893. До мая 1949 года коллективизация прошла в 300 волостях из 510. На ноябрь 1947 года по постановлению СНК ЛССР по установленным признакам 10942 хозяйства (4 % от общего числа) были признаны кулацкими.

Одновременно приходилось бороться с оставшимися в лесах бандами легионеров и националистов. Вооружённые антисоветские выступления не были столь кровавыми как в Литве, но всё же были ощутимыми. В 1944-52 годах бандитами совершено более 3000 преступлений, убито более 1500 человек. Для борьбы с ними были организованы истребительные батальоны комсомольцев и коммунистов, спецгруппы МГБ. Для окончательного решения проблемы бандитизма было решено ликвидировать его социальную базу. Бандиты имели обеспечение и укрытие среди местного населения, в частности среди своих родственников и близких, сочувствующих и бывших коллаборантов, закрепившихся на легальном положении. Саботаж, убийства партактива и прямое вредительство тормозили процесс коллективизации сельского хозяйства, запугивали население. В марте 1949 года была проведена операция по депортации ненадёжных элементов во всех «западных» республиках СССР. В Латвии высылке подлежали 13624 семьи (около 43 тысяч человек) или 2,3 % населения республики. Около 10 тысяч семей составляли кулаческую прослойку крестьянства, остальные были членами семей коллаборантов или легализовавшиеся пособники фашистов. 95 % высланных составляли латыши. После обращений высланных и их родственников в Совет Министров ЛССР, Верховный Совет ЛССР и ЦК КПЛ в течении полугода вернулись в Латвию более 50 семей. В период 1955-57 годов в Латвию вернулись почти все высланные. В современной латвийской печати часто указывается, что департация по составу была преимущественно женской (58 %). Это может указывать только на то, что мужская часть этих семей либо находилась в лесах, либо уже была осуждена за коллаборационизм.

После депортации сопротивление антисоветских элементов было полностью сломлено, отмечались лишь единичные случаи. В 1990-х в буржуазной Латвии прошли судебные процессы над исполнителями депортаций 1949 года. Несколько человек были приговорены к реальным срокам заключения, в том числе руководитель НКГБ ЛССР Альфонс Новик, который скончался в тюремной больнице в 1996 году.

1947 г. Колхозники колхоза «Селия» перед указателем расстояний до ближайших колхозов

Проводимая коллективизация принесла свои плоды. В 1950 году вне колхозов и совхозов оставалось 3,5 % крестьянских хозяйств, к 1960 году был достигнут довоенный уровень производстве сельхозпродукции. Большое значение приобрели рыболовецкие колхозы и рыбная промышленность.

В 1950-х годах начался бурный рост промышленности и укрупнение производственных предприятий: ВЭФ, РАФ, РЭЗ, Рижский вагоностроительный завод, «Радиотехника», фабрика «Большевичка» и другие. Металлообработка и машиностроение вышли на первое место по объёму производства и числу рабочих.

В 1950 году по оценочным данным в Латвии проживало 1943000 человек, из которых 880 тысяч составляли городское население и 1063000 – сельское. В 1959 году соотношение городского и сельского населения поменялось диаметрально, а численность населения перевалила за два миллиона человек, латыши составляли 62 % жителей.

Нехватка рабочих рук и рост промышленности к середине 1950-х пришли к неизбежному – встала необходимость набора кадров по всему СССР. Если в 1951-55 годах механический прирост населения составлял 16 тысяч человек, то в 1956-60-х – 58 тысяч. В этот же период проходила перестановка в центральных органах власти СССР и КПСС, слом прежнего идеологического направления, связанный с «десталинизацией» периода XX съезда КПСС. Практически все латвийские революционеры, репрессированные в 1930-е годы, были реабилитированы.

Новая политика в ЦК КПСС и проблемы демографического характера породили острую внутрипартийную борьбу в КПЛ с так называемыми «национал-коммунистами». Перед партийным руководством встали вопросы продвижения местных кадров, обучение латышскому языку приезжих, неконтролируемый рост нелатышского населения республики. В период Перестройки в середине 1980-х эти вопросы будут одним из таранов контрреволюции, а тогда, в 1959 году в результате вмешательства ЦК КПСС после июльского пленума ЦК КПЛ была сменена почти вся верхушка КПЛ, Верховного Совета и Совета министров ЛССР. Первая половина 1960-х обозначена годами зажима проявлений национальной культуры, до 1966 было запрещено несколько лет праздновать Лиго. Следующее противостояние тех же позиций произошло в 1971 году, когда было написано так называемое «Письмо 17 латышских коммунистов». Вернувшийся из ссылки Э.Берклавс, один из участников событий конца 1950-х, составил письмо с критикой компартии за политику ассимиляции. Письмо подписали известные в прошлом латышские революционеры, в том числе Э.Анкупе, Я.Густсон, О.Вавере, А.Зандманис. Письмо было направлено зарубежным компартиям и попало в западную печать. Это имело существенный резонанс в антисоветской пропаганде, а СССР назвал данное письмо фальшивкой.

Позднее все эти события ярко представлялись как проявления «великодержавного шовинизма». Более верным будет сказать, что это результат не внимательного и не чуткого отношения к проблемам республики со стороны центрального руководства КПСС и СССР. Такие же проблемы возникали в то же время в ряде других республик СССР.

В начале 1960-х годов в результате целенаправленной кадровой работы в руководящих органах ЛССР практически не осталось людей, связанных в прошлом с революционным движением. Можно сказать, что таким образом свершилась смена поколений. Латышские революционеры «закончили работу», вышли на пенсию и сосредоточились на воспитании подрастающего поколения…

* * *

В данном очерке я попытался хронологически рассмотреть основные события истории революционного движения в Латвии. Некоторые события лишь затронуты, некоторые рассмотрены более подробно. Даны разъяснения по событиям упомянутым в биографических справках. Приведены иллюстративные статистические экономические и демографические показатели. Мною предложены будущим исследователям несколько исторических феноменов. В советское время они в той или иной степени рассматривались, но сейчас подзабыты и редко упоминаются. Скоропалительные утверждения и яркие публицистические образы часто обходят глубинные причины, из-за чего делаются неверные выводы и не доносится понимание глубины исторических процессов того времени….

Будем внимательнее к Истории!

Упоминаемые насёленные пункты, административное и историко-этнографическое деление территории Латвии конца XIX – середины XX века

В обозреваемый период конца XIX – середины XX века территория нынешней Латвии претерпела ряд административных изменений.

В конце XIX века данная территория в составе Российской империи была разделена на три губернии: Курляндскую, Лифляндскую и Витебскую. Возникновение губерний происходило в разное время и по разным историческим причинам. Границы губерний часто совпадали с древними историко-культурными этнографическими областями. Губернии разделялись на уезды, уезды разделялись на волости. Переименования городов сваязаны в основном с периодом Первой мировой войны и Февральской революцией в 1917 году.

Волость – в Курляндской и Лифляндской губерниях волости введены после освобождения крестьян в 1817-19 годах, формировались вокруг крупных поместий и подчинялись им. С 1866 года волости стали самостоятельным административным образованием. В Витебской губернии волости введены после отмены крепостного права в 1861 году.

Курляндская губерния образована в 1797 году. Это западная и центральная части нынешней Латвии в которой расположены три исторические области Курземе (Курляндия) (западная часть), Земгале (центральная часть) и Селия (восточная часть вдоль левого берега Даугавы). Северо-восточные границы проходили по левому берегу Даугавы (Западная Двина) от Рижского залива, одновременно южная граница Лифляндской губернии, до нынешних границ Белоруссии на востоке. В южной и юго-западной части она ограничена территорией нынешней Литвы (ранее – Ковенская губернии). Небольшой отрезок границы вдоль Балтийского моря примыкал к Германии (Восточной Пруссия, район Мемеля (затем – Клайпеда)). На западе, северо-западе омывалась Балтийским морем. Губернский город – Митава (Елгава с 1917).

Леяскурземе – западная часть Курляндии, включает город Лиепая (до 1917 – Либава) и район. В период гражданской войны (1918-20) округ Леяскурземе охватывал всю западную часть Курземе, включая Тальсенский (город Тальсен, с 1917 – Талси), Гольдингенский (уездный город Гольдинген, с 1917 – Кулдига) и Виндавский (уездный город Виндава, с 1917 – Вентспилс) уезды.

Земгале включала в себя крупные уезды и города: Бауск (Бауска), Туккум (Тукумс), Доблен (затем – Добеле), Вецауце (затем – Ауце).

Селия включала в себя крупные уезды и города: Иллукст (затем – Илуксте), Фридрихштадт (затем – Яунелгава) и Якобштадт (затем – Екабпилс).

Лифляндская губерния образована в 1721 году. Включает в себя латвийскую историческую область – Видземе, также на севере большую часть нынешней Эстонии. Граничила с Эстляндской губернией на севере, с Витебской и Псковской губерниями в восточной части (граница почти совпадала с руслом притока Даугавы – рекой Айвиксте) и с Курляндской губернией по реке Даугава. Западная граница с Курляндской губернией проходила по границе с Тукумским уездом. Губернский город – Рига. Нынешняя эстонская часть Лифляндской губернии была передана Эстляндской губернии Временным правительством России в марте 1917 года.

Видземе – область расположена в центральной и северной частях Латвии. Основные города Видземе: Вольмар (затем – Валмиера), Венден (затем – Цесис), Смильтен (затем – Смилтене), Валк (с 1920 – Валка), Зегевольд (затем – Сигулда), Залисбург (затем – Мазсалаца), Руен (затем – Руиена), Мадона, Шваненбург (затем – Гулбене), Мариенбург (затем – Алуксне), Шлок (затем – Слока).

Витебская губерния образована в 1802 году. Расположена в центральной части России, северной части Белоруссии и восточной части Латвии. На территории Латвии губерния охватывала историческую область Латгалия. Губернский город – Витебск.

Латгалия – на западе граничит с Лифляндской губернией по реке Айвиксте, на юге по реке Даугава в составе Витебской губернии, на северо-востоке граничит с Псковской губернией. В декабре 1917 года Совет Народных Комиссаров РСФСР передал Двинский, Люцинский и Режецкий уезды в состав Лифляндской губернии. Позднее при региональном делении в состав Латгалии включался Илукстский уезд. С 1920 года по 1939 год Латгальский регион Латвии граничил с Польшей. Основные города Латгалии: Двинск (затем – Даугавпилс), Прейли, Дагда, Краслава, Режица (затем – Резекне), Люцин (затем – Лудза), Крейцбург (затем – Крустпилс, позже в составе Екабпилса), Абрене (затем – Пыталово, с 1945 года в составе РСФСР).

Этнографические области Видиена и Малиена упоминаются, в частности, как районы деятельности партийных организаций КПЛ.

Малиена – восточная часть Видземе, города: Мадона, Гулбене, Апе, Алуксне.

Видиена – северная часть Видземе, города: Валмиера, Сигулда, Цесис, Смилтене, Валка, Руиена.

Все этнографичесие районы имели собственные диалекты латышского языка, в Латгалии имел хождение отличный от латышского языка латгальский язык, ныне в Латвии признан в качестве диалекта латышского языка.

В период буржуазной республики 1920-40 годов территория Латвии была поделена на пять областей (Видземе, Курземе, Земгале, Латгале и Рига), уезды и волости. Границы и названия прежних волостей и уездов не всегда совпадали с дореволюционным периодом.

После восстановления Советской власти и образования Латвийской ССР в 1940 году деление на уезды сохранилось, были выделены пять городов республиканского подчинения: Рига, Даугавпилс, Елгава, Лиепая и Вентспилс.

В период немецкой оккупации 1941-44 территория Латвии входила в состав рейхскомиссариата «Остланд».

Административное деление территории Латвии в составе Российской империи

В послевоенный период деление на уезды и волости сохранялось, в волостях были образованы отдельные сельсоветы. Уезды укрупнялись и переформировывались. С 31 декабря 1949 года созданы сельские районы, упразднившие волости. С апреля 1952 года по апрель 1953 года ЛССР была поделена на три области: Рижскую, Лиепайскую и Даугавпилскую. Затем было возвращено районное административное деление с городами республиканского значения.

Список старых и новых названий некоторых городов, встречающихся в биографических справках:

Айзпуте – бывш. Газенпот

Вильнюс – бывш. Вильно

Салдус – бывш. Фрауэнбург

Тампере – бывш. Таммерфорс

Тарту – бывш. Юрьев

Хельсинки – бывш. Гельсингфорс.

Биографические справки

А (A)

АБАШ, Александр Петрович – наст.: Бунис (Abašs (Bűnis), Aleksandrs; 1893, Рига – н.д.) в компартии с 1918. Из семьи рабочего. В 1907–15 работал модельщиком по дереву на заводах Риги, Одессы, Николаева. В 1915–17 рядовой в армии РИ. В 1917–18 модельщик Одесских главных ж/д мастерских. В 1918 нач. красногвардейского отряда Одесских железных дорог, отступал от немцев до Севастополя, работал в подполье в Новороссийске, уп. по Темрюкскому и Славянскому отделениям Кубано-Черноморской ЧК, нач. военно-пропускного пункта Зерново, Унеча Брянской губ. Под именем Фогеля, выдавая себя за балтийского барона, находился на территории оккупированной немцами в развед. целях. В 1918–19 зампред. Стародубской ЧК. В 1919 инорг. Всеукраинской ЧК, председатель Николаевской ж/д ЧК, рук. оперчасти Одесской губЧК, ком. полка и ком. резерва 1-го сводного Красного полка 45-й дивизии. В 1919–20 зампред. Уфимской губЧК. В 1920 зампред. и нач. СОЧ Азерб. ЧК. В 1920–21 зав. политбюро Ганджинского уезда. В 1921 зампред. и нач. СОЧ Харьковской губЧК. В 1922 нач. ОО охраны границы (Житомир). В 1922–23 уп. Одесского губотдела ГПУ по Елизаветградскому уезду. В 1923–24 помначальника Донецкого губотдела ГПУ. В 1924–25 помнач. Черниговского губотдела, затем окротдела ГПУ. В 1925–27 нач. Изюмского окротдела ГПУ. В 1927–28 начальник Уманского окротдела ГПУ. В июне 1928 за необоснованные массовые аресты и создание сфальсифицированных дел отстранен от работы. В 1928–33 учился в Харьковском машиностроительном инст., окончил три курса. В 1933–34 ответсек. Драбовского райкома КП(б)У. В 1934–37 персек. Новоград-Волынского райкома, затем окружкома КП(б)У. В марте 1937 за прибавления себе партстажа снят с должности и исключен из партии. Затем арестован и осужден к заключению, реаб.

АБЕЛЕ, братья.

АБЕЛЕ, Андрей Андреевич – псевд.: Андрейс, Кадикис (Âbele, Andrejs; 02.10.1905, вол. Юмправас – 24.04.1973, Рига) в компартии с 1924. В время ПМВ эвакуирован с семьёй в Сибирь. Сек. Латбюро РКСМ Томской губ. (1921). В 1922–24 учился в Высшей Латышской совпартшколе в Ленинграде и КУНМЗ в Москве. На нелегальной работе в бурж. Латвии с 1924. Работал в КИМ, Зарубежном бюро ЦК КПЛ, исполкоме Коминтерна (1931–35). Делегат IV съезда КСМЛ в Москве (1931), член ЦК КСМЛ, чл. ЦК КПЛ (с 1931). Арестовывался, осуждён на 8 лет принудительных работ (1937), после восстановления Соввласти в Латвии освобождён. 1940–41 помпрокурора ЛССР. Участник ВОВ в 201-й ЛСД, был тяжело ранен. После ВОВ пред. Елгавского уездкома, с июля 1947 пред. уездкома Тукумса, с 1952 в Латгосиздате, радиокомитете и ТАСС ЛССР. С 1962 на пенсии.

АБЕЛЕ, Артур Андреевич – псевд.: Зибенс, Папарде, Межс (Âbele, Arturs; 15.02.1903 вол. Лиелвардес – 30.10.1926, Рига) в компартии с 1920. В время ПМВ эвакуирован с семьёй в Сибирь. Работал в Латсекции РКСМ в Омске. В Москве с 1922 учится в Ком. высшей школе, журналист. Работник Латсекции ЦК РКСМ. На нелегальной работе в Латвии в Лиепае (весна 1924 – август 1925). Орг. ячеек КПЛ и КСМЛ в Курземе. Чл. ЦК КПЛ, ред. Лиепайской газеты «Коммунист». Арестован в августе 1925, весной 1926 переведён из Лиепаи в Рижскую Центральную тюрьму. Подвергался пыткам и жестоким условиям содержания, был доведён до крайней степени невменяемости, заболел воспалением лёгких, скончался в тюрьме.

АБЕЛЬ, Эдуард Карлович (Abels, Eduards (?); 1892 – н.д.). Окончил шесть классов Рижского реального уч. экстерном. 19 января 1914 призван в армию РИ по жребию, с сентября 1914 прапорщик арт… 3 декабря 1917 назначен предст в штаб Воронежской Красной Гвардии, с 20 января 1918 нач. четырехротного комотряда в Павловске, одновременно ком. войсками Южного района Воронежской губ. С 16 августа 1918 ком. 1-го бат. 2-го продовольственного полка, с 1 января 1919 ком. 1-го бат. 106-го СП и политком. того же полка, с 20 марта 1919 врид. ком. 106-го (потом Богучарского) полка. Зав. школой высшего комсостава и курсов по допризывной подготовке и спорту Воронежского терр. полка (с 19.05.1920). 11 июня 1921 убыл в 8-й ОН Воронежский бат. на должность ком. роты ЧОН Воронежского уезда, с 8 июля 1922 ком. 8-го ОН Воронежского бат., с 21 август 1922 врид. комд. частями ОН Воронежской губ. В боях был контужен, частично потерял слух, был тяжело ранен в левую ногу. Нагр.: Георгиевский крест IV и III ст., Георгиевская медаль IV ст.; орден Красного Знамени (1919, 1920).

АБЕЛЬ, Ян Карлович (Abels, Jânis; 1895–1988, н.д.) в компартии с 1905. В 1917-28 на парт., проф., сов. работе. Чл. ЦКК (1924–27). В 1928–29 сек. ЦК МОПР, в 1929 зампред. ЦК МОПР, в 1930–32 в торгпредставе СССР в Германии. В январе 1932 – апреле 1934 торгпред. СССР в Польше. Пред. ЦК Союза работников внешней торговли (1935–37). Чл. ЦИК СССР 3-го созыва, канд. в чл. ЦИК СССР 1–2 созывов.

АБОЛ, Ян (Âbols, Jânis; 1911, Лиепая – 06.1941, Ница) в компартии с 1940. Из рабочей семьи, работал слесарем в ж/д мастерских, с 1932 чл. Лиепайского комитета КСМЛ. В 1933 арестован и осужден к 2,5 годам тюрьмы. В декабре 1936 отправился в Испанию, пройдя пешком несколько стран. На ГВ в Испании с февраля 1937, боец 1-й роты Интербригады им. Димитрова, связист. Участвовал в боях на реке Хараме и под Брунете, был тяжело ранен, лишился ноги. По выходе из госпитали работал на базе Интербригад и Альбасете. Чл. КПИ. В мае 1938 уехал во Францию, оттуда в Швецию. После восстановления Соввласти вернулся в Латвию (с июля 1940), с августа 1940 нач. Лиепайской тюрьмы. С началом ВОВ в июне 1941 среди защитников Лиепаи, схвачен в Нице и расстрелян.

АБОЛИНЬШ, Эрнест (Âboliňš, Ernests; 18.04.1911 вол. Попес – 28.05.1970, Талси) чл. компартии. Из батрацкой семьи. После восстановления Соввласти в 1940 избран пред. волсовета Попе. В 1941 рук. земотдела Вентспилского уездкома. С началом ВОВ в истребительном бат., в оборонительных боях в Латвии, Эстонии и Ленинградской обл. В сентябре 1943 десантирован на оккупированные территорию Вентспилского уезда для разведки и организации подполья, организовывал партиз. отряды «Булта» и «Вайрогс», майор. С 1946 рук. земотдела Вентспилского уездкома, с 1949 на рук. постах в сельском хозяйстве в Талси. С 1963 до смерти начальник штаба Гражданской обороны Талсинского района. Нагр. орденами Красного Знамени (дважды) и «Знак Почёта».

АБОЛИНЬШ, Карл Эрнестович (Âboliňš, Kârlis; 27.05.1914, Яунгулбене – 17.03.1987, Лимбажи) в компартии с 1940. Из крестьянской семьи, батрачил. С 1933 в нелегальной комс. организации. В 1934–37 в заключении. Сначала во Временной тюрьме для несовершеннолетних, затем в Рижской Центральной тюрьме. После освобождения призван на военную службу. После восстановления Соввласти в 1940 оперативный уп. милиции в Мадоне и Гулбене. С началом ВОВ в эвакуации, затем рук. политотдела 191-го ЛСП 201-й ЛСД. Ранен в феврале 1942, после госпиталя рук. политотдела 1-го Резервного ЛСП. В феврале 1943 вызван в Москву для подготовки к подпольной работе, кооптирован в ЦК ВЛКСМ сек. по военным вопросам, с лета 1943 в Латвийской партиз. бригаде, рук. опергруппой ВЛКСМ на оккупированной территории Латвии. В январе 1944 вернулся в Москву. После ВОВ на парт. и сов. работе в Мадонском, Салдусском райкомах КПЛ. Окончил Высшую школу ЦК КПСС в 1959. В 1958–63 зампред. исполкома Лимбажского района. Затем на пенсии и на общественной работе, пред. райкома ДОСААФ. Нагр. орденами Трудового Красного Знамени (1950) и Великой Отечественной войны.

АБОЛТИН, Владимир Яковлевич

АБОЛТИН, Владимир Яковлевич – псевд.: Аварин (Âboltiňš, Vladimirs; 01.10.1899, Руйена – 08.11.1978, Москва) в компартии с 1917. Из крестьянской семьи, окончил 4 класса духовной семинарии. Сек. Наукшенского волисполкома Лифляндской губ., сек. проф. торгово-промышленных служащих в Риге, корректор в ред. газеты «Рабоче-крестьянский листок» в Нижнем Новгороде (март 1917 – июнь 1918). На нелегальной партработе в Северной Латвии в период немецкой оккупации, орг. боевой дружины, комиссар бат. (июнь 1918 – апрель 1919). Участник ГВ на Дону и Кубани, в районе Петрограда. Окончил 1-е пехотные курсы комсостава (апрель 1919 – март 1920), затем служил в 9-й армии: ком. роты, нач. организационно-осведомительного отдела политотдела армии, уп. РВС в 9-м ударном отряде (март-сентябрь 1920). Окончил развед. курсы (сентябрь 1920 – март 1921). С апреля 1921 сотрудник военной разведки. Зав. информацией, нач. РО штаба дивизии. В специальной командировке в Турции по линии РУ штаба РККА (август 1921 – июнь 1922). Окончил Восточное отделение (турецкий класс) Военной академии РККА (июнь 1922 – август 1924). В резерве назначений НКИД по должности сек. консульства, сек. делегации пограничной комиссии СССР и Турции (август-декабрь 1924). Пред. Полномочной комиссии ЦИК по приему Северного Сахалина, агент НКИД на Сахалине в Александровске (январь 1925 – июль 1926), в резерве НКИД. Консул Генконсульства СССР в Харбине, Китай (апрель 1927 – июнь 1928). Проректор Института востоковедения, старший научный сотрудник Института мирового хозяйства и мировой политики (январь 1929 – апрель 1935). Доктор экономических наук (1935). Корреспондент ТАСС в Китае (апрель 1935 – декабрь 1937), в резерве ЦК ВКП(б). Директор Учительского инст. иностранных языков в Иваново (октябрь 1938 – сентябрь 1939). Репрессирован (1943, н.д.), реабилитирован в 1946 (н.д.). В АН СССР: старший научный сотрудник Института мирового хозяйства (сентябрь 1939 – декабрь 1947), Института экономики (декабрь 1947 – декабрь 1952), зав. сектором ИЭ (декабрь 1952 – июль 1956), зам. директора, потом зав. сектором ИМЭМО (июль 1956 – ноябрь 1978). И.о. директора ИМЭМО (1965-66). Профессор (1955). Нагр. орденами Ленина и Октябрьской Революции.

АБОЛТИН, Емельян Яковлевич – псевд.: Андроникс, Цыган (Âboltiňš, Jemeďjans; 20.07.1878, Руйена – 14.06.1938, Москва) в компартии с 1902. Учился в ветеринарном инст. в Тарту, состоял в с/д организациях, арестован, в заключении 8 месяцев. Исключён из инст. Участник Рев. 1905–07 на севере Видземе, в 1906–08 руководил боевыми группами СДЛК в Риге и Лиепае. В 1906 арестован, в заключении 6 месяцев, выслан из Лиепаи. Затем в Риге. С 1908 в заключении, в конце 1913 признан больным и освобождён под попечение отца. В 1914–17 работал в Риге в проф. организациях и больничной кассе. В 1917 чл. Исполкома Рижского Совета рабочих депутатов, пред. проф. Торгово-промышленных рабочих. В 1917–18 в период оккупации Латвии немецкими войсками в заключении в концлагере в Кримуне. В 1919 на сов. работе в Советской Латвии. Затем на парт. работе в РСФСР. С 1924 в Крымском обкоме ВКП(б) в КК. Затем ответсек. парт. коллегии Крымского обкома ВКП(б) (с 1927). Окончил ИКП в Москве в 1936. В 1936–38 работал в Наркомземе. Репр.: арестован 28 февраля 1938, приговорён к ВМН, реаб. в 1956.

АБОЛТИН, Емельян Яковлевич

АБОЛТЫНЬ, Луция Екабовна – псевд.: Кресла (Âboltiňa, Lűcija; 15.02.1896, вол. Дрейленю – 20.01.1959, Рига) в компартии с 1917. Родилась в семье служащих. В 1917–18 работала учителем и одновременно в Рижской организации СДЛК в комитетах и ЦК Красного Креста, одна из орг. кружков СТМ СДЛК. Активная участница восстания в Риге в январе 1919. Делегат VI съезда КПЛ и I съезда СТМ КПЛ. С осени 1919 на нелегальной работе в Латвии, орг. и проп. ЦК КПЛ. В 1922 арестована и путём обмена заключёнными выслана в РСФСР. На рук. хоз. постах в Москве (с 1923), в Риге (1940–41) и Слободске (1941–43). После освобождения Риги работала дир. текстильной фабрики «Большевичка» (1944–50), швейной фабрики «Ригас апгербс» (1950–56) и Рижского Дома моделей (1956–59).

АВДЮКЕВИЧ, Лонгин Иванович

АВДЮКЕВИЧ, Лонгин Иванович (Avdjukevičs, Longins; 01.11.1916, Витебск – 08.01.1988, Рига) в компартии с октября 1940. Из семьи ж/д рабочего, в 1921 отец стал инвалидом, и семья переехала на родину отца в Латвию. С 1923 батрачил, пастух в Индравской вол. Даугавпилсского уезда. В 1931–38 разнорабочий в Елгавском, Тукумсском уездах. В феврале 1938 – октябре 1939 служба в Латвийской армии, затем до июля 1940 кузнец. После восстановления Соввласти с августа 1940 по март 1941 инстр. Даугавпилсского уездкома КПЛ, комиссар на национализированных предприятиях. С марта 1941 дир. Даугавпилсского уездного промкомбината. С началом ВОВ в эвакуации в Горьком, кузнец завода «Красный кирпичник». В феврале-мае 1942 слушатель спецкурсов при Политическом управлении Северо-Западного фронта (Валдай). С мая 1942 старший сержант, боец, а с июля 1942 комиссар 2-го отряда Латышского партиз. полка «За Советскую Латвию», действующего в Ленинградской и Калининской обл., в июле-августе 1942 участник рейда в восточной Латвии. С сентября 1942 на лечении в доме отдыха «Удельная» (Раменский район, Московская обл.). В апреле 1943 – марте 1944 сек. подпольного Латгальского окружкома КПЛ, одновременно в октябре 1943 – марте 1944 замкомиссара и и.о. комиссара 1-й Латвийской партиз. бригады. С января 1944 в распоряжении ЦК КП(б) Латвии, слушатель 3-х месячных курсов при Высшей шк. партийных организаторов при ЦК ВКП(б). С июля 1944 сек. Даугавпилсского уездкома КПЛ, затем персек. Резекненского уездкома/райкома КПЛ (август 1949 – сентябрь 1951). Слушатель Респ. партшк. при ЦК КПЛ (август 1947 – август 1949). С ноября 1951 по сентябрь 1953 завотделом ЦК КПЛ. Окончил ВПШ в Москве (1953-55). С сентября 1955 направлен в КГБ ЛССР.: зампред. КГБ при СМ ЛССР (сентябрь 1955–1963), полковник (1955). С января 1963 по 21 ноября 1980 пред. КГБ ЛССР, генерал-майор (1963). Затем в отставке, советник СМ ЛССР, на пенсии. Жил в Риге, похоронен на Братском кладбище. Депутат ВС ЛССР 3, 6 созывов, ВС СССР 7-10 созывов, член Президиума СМ ЛССР (1963). Канд. в чл. ЦК КПЛ (1956-61), чл. ЦК КПЛ (1963), делегат XXIII–XXV съездов КПСС. Нагр. орденами: Ленина (07.1950), Красного Знамени (10.1967; 08.1971), Трудового Красного Знамени (10.1965), Октябрьской Революции (12.1977), Отечественной войны I ст. (01.1944; 1985).

АВОТИНЬ, Ян (Avotiňš, Jânis; 01.07.1898, вол. Унгурмуйжас – 04.09.1986, Москва) в компартии с 1918. Родился в крестьянской семье, окончил 4 класса Плявиньской шк. (1915). В 1916 призван в армию РИ, зачислен в 7-ю роту 5-го ЛСП. 30 мая 1917 избран делегатом в Латгальскую секцию Исколатстрела, затем её пред., зампред Латгальского исполкома. В январе 1918 делегат III Всероссийского съезда Советов. В феврале 1918 демобилизован. Затем в ВЧК в Москве, участник подавления мятежа левых эсеров. В 1919 в Советской Латвии в ЧК Стукманского уезда, эмиссар исполкома в Вилянах. После падения Соввласти в Латвии в политотделе 40-й СД в Красноярске, в боях с колчаковщиной. С 1921 начал обучение в КУНМЗ (окончил в 1926). С 1924 сек. Латсекции ВКП(б) по Сибирскому округу, затем рук. группы проп. ЦК ВКП(б) в Смоленске, Улан-Уде и Уфе. Окончил ИКП (1930–33). В 1933–40 на пед. работе в высших шк. Ленинграда и Москвы. С июля 1940 в Риге, рук. отдела ЦК КПЛ (1940–44, 1953–57). После ВОВ замминистра иностранных дел ЛССР (1945–47). Сек. Рижского горкома КПЛ (1947–52), сек. Рижского обкома КПЛ (1952–53). Рук. отдела Пропаганды и агитации ЦК КПЛ (1953–57). Чл. ЦК КПЛ (1940–59, 1960–63), депутат ВС ЛССР (1951-59). После выхода на пенсию работал дир. Музея Революции ЛССР (1957-63), затем в НК ЛССР (1963–71). Последние годы жил в Москве, похоронен на Котляровском кладбище. Нагр. орденами: Ленина, Трудового Красного Знамени, «Знак Почёта».

АГАФОНОВ, Василий Иванович (Agafonovs, Vasilijs; 07.10.1910 – 04.05.1944, н.д.) в компартии с 1928. С ранних лет участвовал в рев. событиях в Резекненском округе. С 1929 орг. в КПЛ Берзгальского района. В 1932 арестован и приговорён к каторге. После восстановления Соввласти в 1940 политрук в арт. полку, затем замполит в Рижском аэроклубе. С началом ВОВ эвакуировался и вступил добровольцем в РККА. С ноября 1941 сек. партбюро Отдельного Резервного ЛСП, старший лейтенант. Скончался после ранения. Нагр. орденом «Знак Почёта» (1943).

АДАМСОН, Ян Симанович (Âdamsons, Jânis; 05.10.1892, вол. Ниграндас – 11.11.1968, Рига) в компартии с 1912. Начальное образование получил в волостном уч. Ниграндской волости, в 1908 сдал экзамен за 3-х классное городское уч… Трудовую деятельность начал в 9 лет пастухом, затем работал на стройке, чернорабочим, учеником, а потом каменщиком. В 1912 принимал активное участие в забастовке строителей в Лиепае. С октября 1913 призван в армию РИ и направлен в 17-й Сибирский СП в Забайкальской обл. В августе 1914 направлен с полком в действующую армию, фельдфебель. Участник ПМВ: ком. отделения и ком. взвода на Западном и Северном фронтах. В ноябре 1917 демобилизован. С 25 декабря 1917 рядовой боец Брянского боевого отряда Красной Гвардии, с января 1918 в боях против войск генерала Каледина. С февраля 1918 в РККА: с апреля 1918 ком. роты Особого ЛСП. Принимает участие в подавлении восстания анархистов в Саратове, участвует в боях против войск генерала Дутова в районе Поворино. С января по сентябрь 1919 ком. бат., затем помком. 10-го и 3-го ЛСП, участвовал в боях за Советскую Латвию. В период с октября 1919 по декабрь 1920 в боях против войск генералов Деникина и Врангеля на Южном фронте. С декабря 1920 ком. бат. 459-го СП. С июня 1922 и.д. помкома 153-го СП по строевой, затем по хозяйственной части 42-й СД. В 1924 курсант Харьковских высших повторных курсов ком. состава РККА. С 1926 по 1927 слушатель вечерней совпартшк. при Одесском Доме Красной Армии и Флота. С 1 июля 1927 командир 298-го СП 100-й СД Украинского ВО (Фастов). В 1929 окончил КУВКС «Выстрел» в Москве. С 1930 по 1931 курсант шестимесячных курсов партийно-политической подготовки командиров-единоначальников при ВПА РККА им. Толмачева в Ленинграде. С ноября 1932 врид помкома по строевой части 100-й СД Киевского ВО. С 1933 ком. и воен. комиссар 2-й военно-строительной бригады строительных частей НКТП Особого строительного корпуса Особой Краснознамённой Дальневосточной армии. Комбриг (17.02.1936). В составе бригады вел строительство на Дальнем Востоке. С ноября 1937 ком. Особого строительного корпуса Особой Краснознамённой Дальневосточной армии. В мае 1938 отстранён от должности и зачислен в распоряжение Военного Совета Особой Краснознамённой Дальневосточной армии. Репр.: арестован 10 июня 1938 в Комсомольске-на-Амуре, освобождён и реаб. 31 января 1940. С марта 1940 нач. пехоты, с 17 ноября 1940 врио. ком. 112-й СД Уральского ВО. С началом ВОВ с 26 июня 1941 в составе 112-й СД 51-го СК 22-й армии Западного фронта в боях в районе Краслава – Дрисса. С 8 июля 1941 командир 22-й запасной лыжной стрелковой бригады (Пермь), одновременно с 28 июля и.д. нач. Молотовского гарнизона. За это время в бригаде было подготовлено и направлено на фронт 288 формирований (более 156 000 человек), в том числе 43 отдельных лыжных бат… С декабря 1942 ком. 4-го отдельного учебного СП Уральского ВО (Ирбит). Полковник (27.10.1943). С 22 сентября 1945 и.д. нач. отдела всевобуча штаба Воронежского ВО. С февраля 1946 замком. 38-й Гвардейской СД. С августа 1946 в запасе. Жил в Риге. Депутат Пролетарского районного Совета депутатов трудящихся Риги пяти созывов, чл. райкомов партии, депутат Рижского городского Совета депутатов трудящихся, член Советов различных общественных организаций. Нагр. орденами Ленина (1945; 1967) и Красного Знамени (1921; 1944).

АЗИН, Владимир Михайлович (Вольдемар Мартынович) (Âziňš, Voldemârs; 26.09.1895, д. Марьяново, Полоцкий уезд, Витебская губерния – 18.02.1920, Тихорецк) в компартии с 1918. Родился в крестьянской семье. Окончил Полоцкое городское уч., работал счетоводом на фабрике в Риге. В 1916 мобилизован в армию РИ, участник ПМВ, рядовой. После Окт. революции организует отряды Красной Гвардии. В январе 1918 назначен ком. Латышского комм. отряда; затем в Вятке формировал отряды Красной Гвардии. Назначен ком. бат. 19-го Уральского полка. В составе 2-й армии 19-й Уральский полк вёл бои на Казанском направлении. После первых боёв назначен ком. Арской группы, которая во взаимодействии с частями 5-й армии 10 сентября 1918 года взяла Казань. Затем назначен ком. 2-й сводной дивизии. За взятие Ижевска первым из красных комдивов удостоен ордена Красного Знамени. В конце ноября 1918 дивизии присвоен номер 28, в составе 2-й армии. В начале 1919 на Восточном фронте, 28-я дивизия получает неофициальное название «Железной». В мае 1919 28-я дивизия взяла города Сарапул, Агрыз и Елабуга. 15 июля 1919 28-я дивизия соместно с другими частями 2-й армии овладела Екатеринбургом. С начала августа 1919 дивизия в составе 10-й армии находится на Южном, Юго-Восточном и Кавказских фронтах. Азин ранен в руку, но в госпитале не долечился и вернулся в дивизию. 17 февраля 1920, во время осмотра местности произошло столкновение с группой белоказаков. Уходя от погони, Азин отстреливался из револьвера, но при прыжке через небольшой овражек у коня лопнула подпруга, Азин упал и был взят в плен. После пыток казнён в станице Тихорецкой (ныне Фастовецкой), где был похоронен на местном кладбище. Нагр. орденом Красного Знамени (№ 12; 1919).

АКИС, Адольф (Âíis, Âdolfs; 08.02.1904–1937, Испания). Окончил 3 класса коммерческого уч., с 1924 до 1926 служил в Добельском ПП Латвийской армии. Затем рабочий Рижской телефонной сети, в 1929 вступил в профсоюз почтовых и телеграфных работников, участвовал в Рабочем театре. Был на связи с ревдвижением, содержал конспиративную квартиру, распространял нелегальные издания. В январе 1937 с товарищами нелегально уехал из Латвии в Испанию, участник ГВ. После обучения в Альбасете зачислен в бат. им. Димитрова. С февраля 1937 на Мадридском фронте, погиб у реки Харам.

АЛКСНИС, Яков Иванович (Alksnis, Jеkabs; 26.01.1897, вол. Наукшеню – 29.07.1938, Москва) в компартии с 1916. Из батраков, окончил волостную шк., в 1913 поступил в Валмиерскую учительскую семинарию. С марта 1917 в армии РИ. После окончания Одесской шк. прапорщиков на Западном фронте. Вёл ревработу в воинских частях. После демобилизации в январе-феврале 1918 работал в исполкоме Валмиерского Совета. С марта 1918 по май 1919 в исполкоме Брянского Совета зав. финотделом, пред. «Пленбежа», рук. РКИ. С мая 1919 в РККА: воен. комиссар Орловской губ., чл. Военного совета Орловского УР. Комиссар 55-й стрелковой дивизии, военком Донской обл., в 1920 пом. комд. Орловского ВО. С апреля 1921 в инспекции РККА. С августа 1921 по август 1924 слушатель Военной академии РККА им. М.В.Фрунзе, с апреля 1924 помнач. Организационного упр. Штаба РККА. С ноября 1924 помнач. Организационно-мобилизационного упр. Штаба РККА, с декабря 1924 нач. и комиссар отдела устройства войск Штаба РККА. С марта 1925 нач. Упр. устройства войск Главного управления РККА. С августа 1926 замнач. ВВС РККА. В 1929 прошел курс обучения в авиашк. и получил звание военного летчика. В июле 1929 вместе с летчиком В. Писаренко совершил рекордный перелет по маршруту Москва – Севастополь. С июня 1931 нач. ВВС РККА, с января 1937 зам. наркома обороны СССР по авиации. В ноябре 1932 внёс предложение об учреждении Дня авиации, СНК СССР постановил проводить празднование Дня авиации ежегодно 18 августа. Командарм 2-го ранга (1935). В январе 1937 назначен на должность зам. народного комиссара обороны по авиации. Депутат Верховного Совета СССР 1-го созыва (1937). Входил в состав Специального судебного присутствия по делу Тухачевского (июнь 1937). Репрессирован: арестован 23 ноября 1937, приговорён к ВМН, реаб. в 1956. Нагр. орденами: Ленина (1933), Красного Знамени (1928), Красной Звезды (1936), Красного Знамени (Монголия, 1935).

АЛКСНИС, Ян Янович

АЛКСНИС, Ян Янович (Alksnis, Jânis; 02.10.1895, вол. Озолу – 22.12.1943, Устьвымлаг) в компартии с 1913. Окончил Валмиерскую учительскую семинарию, работал учителем. Окончил ускоренный курс Владимирского военного уч. (05.1917), зачислен прапорщиком в Запасной ЛСП. Демобилизован. В начале 1918 начальник милиции Валмиеры. После оккупации немецкими войсками Латвии ком. отряда Красной Гвардии в Москве. В РККА с апреля 1918. Нач. Маршевого отряда при военкомате, затем зав. инструкторским отделом, затем чл. коллегии мобилизационного отдела (1918). В 1919 командирован на Западный фронт, младший помощник начштаба Двинского укрепрайона. Затем в составе 2-й Конной армии на Юго-Западном и Южном фронтах: помнач. штаба бригады, затем нач. развед. отдела штаба 2-й Конной, затем нач. штаба Отдельной кав. бригады. В 1921 окончил Военную академию РККА. С 11 декабря 1921 нач. мобилизационного Упр. штаба ПВО (реорганизованного 1 сентября 1922 в отдел штаба ПВО). В 1928 возглавлял Упр. по войсковой мобилизации и укомплектованию Главного Упр. РККА. Командир 11-го Туркестанского СП (Ленинград) 4-й Туркестанской СД, Ленинградский ВО (с 03.1930). Начальник 9-го управления Штаба РККА (с 30.04.1931). Командир 5-й Витебской Краснознаменной СД им. Чехословацкого пролетариата (Полоцк), Белорусский ВО (с 01.02.1933). Помощник начальника кафедры организации и мобилизации Военной академии Генерального штаба РККА (с 12.09.1936). Начальник кафедры подготовки страны к обороне Военной академии Генерального штаба РККА (с 1937). Профессор. Комдив (26.11.1935). В 1936 возглавил кафедру в Академии Генерального штаба РККА. Репрессирован: арестован 17 сентября 1938, осуждён к 15 годам ИТЛ, отбывал в Устьвымлаге. В 1940 дело было пересмотрено, но приговор оставлен в силе. В декабре 1943 дело опротестовано, 6 января 1944 отменен приговор и направлено дело на новое расследование. 21 марта 1944 дело было прекращено за смертью обвиняемого. Реабилитирован в 1956. Нагрждён орденами: Красного Знамени (1928), Красной Звезды (1936).

АЛЛЕНС, Николай – псевд.: Петеритис (Allens, Nikolajs; 22.08.1892, вол. Бартас – 22.05.1919, Рига) в компартии с 1912. Работал в Рижской СДЛК, в 1916-17 в заключении в Сибири, затем в 1917 в тюрьме в Новгороде. После Фев. революции проп. и агитатор Совета рабочих депутатов на фронте в 12-й армии, после Окт. революции чл. Исколата. В 1918 комиссар по особым поручениям Московского воен. комиссариата, чл. Брянского исполкома. Чл. президиума исполкома Рижского совета рабочих депутатов, зам. комиссара труда Советской Латвии (1919). Погиб при обороне Риги.

АЛЬФ, Василий Карлович (1885, Новгород – 1942, н.д.) в компартии с 1905. Работал учеником слесаря, слесарем на заводах в Риге и Петербурге. Участник забастовок и демонстраций рабочих в Петербурге, организовывает стачки (1905-17). С осени 1917 орг. отряда Красной Гвардии на заводе «Сименс и Гальске» в Петрограде, участник Окт. революции, в боях с войсками Керенского – Краснова под Пулково. В 1918 чл. Петросовета и исполкома Василеостровского райсовета, чл. комиссии по набору в Красную Армию. В 1919 избран пред. Василеостровского райисполкома, нач. Василеостровского УР затем комиссар полка и комиссар бригады в 6-й и 56-й дивизиях. С 1920 на парт. и хоз. работе. В июне 1925 – 1927 ответсек. Череповецкого губкома РКП(б) – ВКП(б). Делегат XIII и XIV съездов РКП(б), XIV и XV конференций РКП(б), Всероссийских и Всесоюзных съездов Советов. Репр., реаб. (н.д.). По некоторым данным скончался в период блокады Ленинграда.

АМЕРИКС, Эрнест Янович

АМЕРИКС, Эрнест Янович (Ameriks, Ernests; 29.06.1897, вол. Коню – 24.03.1977, Рига) в компартии с 1919. Родился в крестьянской семье, окончил волостную, затем городскую, в 1911 поступил в Руйенскую торговую шк. С 1915 работал в аптеках Латвии и России (Коломна, Петроград). В 1919 вернулся в Латвию, избран в Совет рабочих и крестьянских депутатов в Апе. Участвовал в ГВ с 1919 в 5-й ЛСД. В 1922 поступил в КУНМЗ, работал нелегально в Латвии, закончил КУНМЗ в 1928. В 1931–32 работал в Коминтерне, затем снова на нелегальной работе в Латвии. Орг. Земгальской и Рижской организаций КПЛ. Арестован в апреле 1933, приговорён к тюремному заключению в Рижской Центральной тюрьме. После восстановления Соввласти в Латвии летом 1940 освобождён, сек. Центрального района Рижского горсовета КПЛ. Затем замсек. ЦК КПЛ по строительству и стройматериалам. В ВОВ сек. ЦК КПЛ, один из организаторов партиз. движения в Латвии. В 1944–46 министр здравоохранения ЛССР, в 1946–53 министр кинематографии. В 1953–63 чл. президиума ВС ЛССР. Чл. ЦК КПЛ (1931–54, 1958–60), депутат ВС ЛССР (1947–51, 1953–63). Нагр. орденами: Красного Знамени, Трудового Красного Знамени (дважды), Красной Звезды и Знак Почёта.

АНДЗАУРОВ, Игорь Евгеньевич (Andzaurovs, Igors; 29.03.1911, Рига – 24.03.1988, Днепропетровск) в компартии с 1941. Родился в дворянской семье мирового судьи, действительного статского советника. До августа 1915 семья проживала в Риге. С конца 1917 отец работал чл. Рижского окружного суда в Тарту, в 1920 проживал в Ялте. В декабре 1920 отец расстрелян большевиками в Крыму. В 1924–27 работал в Белоруссии, в 1925 разнорабочим на Московском монетном дворе. В 1927 поступил в шк. кустарного ученичества на столяра, в 1929 окончил 7 классов в шк. Звенигорода, в 1931 окончил пед. техникум в Москве (данные об обучении разнятся). В ноябре 1933 призван в РККА. В 1937 окончил Ленинградское военно-инженерное уч… Участник Советско-финской войны (1939–40), в январе 1940 контужен. С марта 1941 командует 40-м Отдельным понтонно-мостовым бат. (ОПМБ) на Карельском перешейке. Весной 1943 в составе 40-го ОПМБ переведён в состав Степного фронта, под Воронеж, майор. 26 октября 1943 за успешное форсирование реки Днепр присвоено звание Героя Советского Союза. В конце 1943 замком. 1-й понтонно-мостовой бригады и участвует в Корсунь-Шевченковской операции, подполковник. В 1944 ком. 8-го тяжёлого моторизованного понтонно-мостового полка. Участник Будапештской операции, Братиславско-Брновской операции. В мае 1945 в Праге, а затем передислоцировался с частью в Калофад (Румыния) в Южную группу войск. 2 августа 1945 назначен ком. понтонного полка в составе войск Забайкальского фронта, Харбин (Китай). Участник Советско-японской войны. После ВОВ ком. 16-го моторизованного Верхне-Днепровского ПМП в Киеве. В 1948 ком. отдельного бат. 52-го Отдельного инженерно-строительного Новосокольнического Краснознамённого ордена Кутузова полка, дислоцировавшегося под Семипалатинском. Принимал активное участие в подготовке защитных сооружений для испытания на полигоне первой атомной бомбы и участвовал непосредственно при её испытании в 1949. С 1950 в Сибирском ВО в Томске, в пехотном уч. на цикле инженерной подготовки. С 1950 на цикле инженерной подготовки в воен. автомобильном уч. в Северо-Кавказском ВО в Дзауджикау (Орджоникидзе). В декабре 1955 уволен в запас по состоянию здоровья и вместе с семьёй переехал в Днепропетровск. Нагр.: медаль «Золотая Звезда» Героя Советского Союза (26.10.1943); ордена: Ленина (26.10.1943), Красного Знамени (1940, 1950, 1954), Александра Невского (25.02.1945), Отечественной войны I ст. (08.10.1944, 06.04.1985), Красной Звезды (03.09.1943, 1948).

АНКУП, Армин Александрович

АНКУП, супруги.

АНКУП, Армин Александрович – псевд.: Мисиньш, Клавс (Ankupe, Armîns; 03.07.1908, Вентспилс – 22.12.1942, Ленинградская обл.) в компартии с 1928. Родился в семье рабочего, работал в Вентспилсе на лесозаготовках, в порту. Ревдеятельность начал в 1925 в Вентспилсской, а затем Рижской КПЛ. Чл. ЦК КСМЛ (1935–40). Несколько раз был арестован (1927, 1928) и в заключёни (1929–32, 1933–35). В 1936 призван в Латвийскую армию, служил в Даугавпилсской трудовой роте, затем с 1937 работал сварщиком. 11 апреля 1940 снова арестован. После восстановления Соввласти освобождён, с 27 июня 1940 назначен нач. милиции Вентспилского уезда. С начала ВОВ обеспечивал эвакуацию, затем политрук 6-го Ракверского истребительного бат. в оборонительных боях в Эстонии, был контужен. Затем политрук 92-го СП 201-й ЛСД, далее сек. партбюро 121-го ЛСП 43-й ГЛСД, капитан. Умер в результате несчастного случая у деревни Сельцо Полавского района Ленинградской обл… Нагр. орденом Красной Звезды (1942).

АНКУПЕ, Элла Фрицевна

АНКУПЕ, Элла Фрицевна – псевд.: Экс, Нитра (Ankupe, Ella; 18.09.1908, вол. Угалес – 06.09.1986, Рига) в компартии с 1930. Из семьи сельхозработников. С 1927 работала в КСМЛ в Вентспилсе. Инстр. ЦК КСМЛ по сельским организициям (1934). Чл. коллегии пропагандистов ЦК КПЛ (1930). Многократно подвергалась тюремному заключению, в сумме провела в заключении 9 лет (1928, 1930–33, 1934–39, 1940). Персек. Вентспилского окружкома СТМЛ (1940). Сек. ЦК ЛКСМ Латвии (1942–44). Закончила ВПШ ЦК КПСС (1948). Рук. отдела ЦК КПЛ (1949–56). Канд. в чл. ЦК КПЛ (1949-59). Депутат ВС ЛССР (1951–63). С 1957 до пенсии работала рук. культурного отдела Рижского Исполкома. В 1971 была среди подписантов «письма 17 коммунистов Латвии» против политики ассимиляции Латвии со стороны центральной власти СССР. Нагр. орденом Ленина (1958).

АНСВЕСУЛ, Вильгельм Карлович (1896, Рига – 08.08.1938, Свердловск) в компартии с июля 1917. Родился в рабочей семье. С 1915 работает слесарем на заводе «Саламандра» в Риге. С началом ПМВ вместе с предприятием эвакуируется сначала в Самару, а потом в Миасс. В 1918 ком. части Красной Гвардии Троицко-Кустанайской дивизии, затем ком. отряда на Алтае. В 1919 назначен комендантом Алтайского губЧК. В 1920 зав. юридическим отделом Горно-Алтайского бюро, в 1920–21 ком. кавдивизии (Ишим, Ялуторовск, Тюмень). В 1921–22 особоуполномоченный Тюменской губЧК. В 1922–23 уполномоченный СОЧ в Минске, Бобруйске, Полоцке. В 1923–24 ком. эскадрона штаба 14-й Майкопской кав. дивизии. В 1924–25 ответсек. парт. ячейки фабрики «Красная Березина» (Борисов), в 1925 инспектор наркомата РКИ Белоруссии. В 1925–26 зав. латбюро и чл. Наркомпроса Белорусской ССР, чл. президиума Института белорусской культуры. В 1926–28 заведующий окрполитпросвета Ишимского окружного отдела народного образования Уральской обл. В 1928–30 преподаватель, зав. профтехшк. в Ишиме. В 1930 поступил в аспирантуру Уральского комм. вуза в Свердловске, в 1932 назначен завкафедрой истории, затем преподавал в Высшей комм. с/х шк. С сентября 1932 старший научный сотрудник ИМЛ. В 1934 назначен деканом историко-экономического факультета Свердловского пед. инст. Репр.: арестован 3 февраля 1938, приговорен к ВМН, реаб. в 1955.

АНСКИН, Адольф Яковлевич

АНСКИН, Адольф Яковлевич – псевд.: Скуетис (Anskins, Âdolfs; 09.10.1894, вол. Вецпиебалгас – 31.01.1939, Москва) в компартии с 1912. Окончил Вецпиебалгскую приходскую шклу (1910), учительскую семинарию в Валмиере (1912). Работал учителем в Кулдигском уезде. Чл. нелегального кружка СДЛК «Лачплесис», комитетов СДЛК Валмиеры и Видземе. В 1915 призван в армию РИ, служил в Резервном ЛСП. В 1916 один из орг. нелегального кружка СДЛК «Пелекие». Пред. организации СДЛК Резервного ЛСП (1917–18). Активно работал в организации СДЛК в Видземе, газетах «Циня» и «Бривайс Стрелниекс». Работник комиссариата по национальным делам Латвии в Москве (1918). С сентября 1918 в РККА. Следователь воен. трибунала в Серпухове. Чл. и зампред. Рев. воен. трибунала в Москве (1920-21). С 1922 чл. РВС и пред. Политуправления Каспийского военного флота, затем Черноморского военного флота. 1925–27 пом. пред. РВС СССР по вопросам флота. В 1927 демобилизован. В 1927–29 проректор Комм. ун. им. Я.Свердлова в Москве. В 1929–33 инстр. ЦКК ВКП(б), следователь парт. коллегии. Делегат X, XII, XIII съездов РКП(б) и XIV, XVI съездов ВКП(б). С 1934 персональный пенсионер, жил в Москве, похоронен на Новодевичьем кладбище.

АНСОН, Карл Карлович (Ansons, Kârlis; 22.12.1887 – 24.01.1966, Рига) в компартии с 1911. Начал деятельность в Рижской СДЛК, чл. коллегии пропагандистов 3-го района. Арестован в 1911, приговорён к году тюрьмы. В 1913 чл. кружка «Яунатне» 2-го района Риги. Повторно арестован в 1914 и выслан в Нарымский край. После Фев. революции чл. горкома РСДРП(б) Томска, работник губернских ВРК Перми и Уфы, орг. отрядов Красной Гвардии. Участник ГВ на Восточном фронте. В 1929 окончил Московский инст. психологии, затем там же на преподавательской работе. С 1929 на научной работе и в редакции БСЭ. В 1944–57 дир. Рижского учительского инст., затем преподаватель психологии в Рижском пед. инст. С 1957 персональный пенсионер.

АПЕТЕР, Иван Андреевич (1890, Лифляндская губ. – 22.08.1938, Москва) в компартии с 1906. Из крестьян. Участник ПМВ: с августа 1914 в 26-м Сибирском СП. С 1906 чл. СДЛК, с 1917 чл. РСДРП(б). С марта 1917 пред. солдатского комитета 3-го Сибирского корпуса. Делегат VI съезда РСДРП(б). С февраля 1918 комиссар Ставки Верховного Главного командования в Могилеве. С 1918 в органах ВЧК. В 1918 нач. отдела воен. контроля Брянского района, в 1919 нач. ОО ВУЧК, затем нач. ОО 12-й армии, в 1920 нач. ОО Западного фронта. С декабря 1920 нач. АОУ ВЧК. С июля 1921 нач. АОУ ОО Западного фронта. С декабря 1921 по март 1922 замнач. ИНО ВЧК. В 1922–24 нач. ОО полпредства, одновременно с 1923 полпред ОГПУ по Западному краю. С 24 ноября 1924 полпред ОГПУ СССР по Уралу, с ноября 1926 полпред по Крыму, нач. ОО Морских сил Черного и Азовского морей. С августа 1928 полпред ОГПУ по Центрально-Черноземной обл., с февраля 1930 замполпреда ОГПУ по Московской обл… С 21 января 1931 нач. ГУИТУ Наркомюста РСФСР, одновременно с февраля 1931 замнаркома юстиции РСФСР. В феврале-ноябре 1934 прокурор Саратовского края. С ноября 1934 по февраль 1937 нач. Санитарно-курортного отдела АХУ НКВД СССР. Старший майор ГБ (19.07.1936). С июня 1937 нач. Соловецкой тюрьмы особого назначения ГУГБ НКВД СССР. Репр.: арестован 11 декабря 1937, приговорен к ВМН, признан не подлежащим реаб. (2014). Нагр.: орден Красного Знамени (1923), знак «Почетный работник ВЧК-ГПУ (V)» (1923).

АПИН, Роберт Августович

АПИН, Роберт Августович (Apinis, Roberts; 22.08.1892, вол. Яунгулбенес – 10.03.1938, Москва) в компартии с 1912. Родился в семье крестьянина. Во время ПМВ призван в 1915 в армию РИ, после обучения в Запасном ЛСП в звании старшего унтер-офицера командовал 2-й ротой 5-го Земгальского ЛСП. После Фев. революции избран пред. полкового комитета. Во время Окт. революции входил в ревком полка. Участник боёв за Советскую Латвию. В августе 1918 в Казани назначен военкомом штаба Восточного фронта, в декабре 1918 комиссар 2-й ЛСБ. В 1919 комиссар ЛСД. После ГВ летом 1921 работал в Москве воен. комиссаром Мобилизационного упр. штаба РККА. Работал в Латсекции Коминтерна, чл. правления Латышского клуба в Москве, руководил секцией бывших латышских стрелков, принимал участие в работе Осоавиахим. Занимался литературной исторической деятельностью. В 1927 окончил экономическое отделение факультета советского права 1-го Московского Гос. Ун… С 1935 проживал в Магадане, работал ответственным редактором газеты «Советская Колыма» и газеты «Верный путь». Автор воспоминаний о латышских стрелках, в 1935 совместно с К.Йокумом написал пьесу «Авантюра» (о деле Локкарта). Репр.: арестован 7 декабря 1937, приговорён к ВМН, реаб. в 1956. Нагр. Георгиевским крестом 4-й ст. (1917), орденом Красного Знамени.

АПИН, Эдгар Петрович

АПИН, Эдгар Петрович (Apinis, Edgars; 05.04.1902, Рига – 30.03.1957, Рига) в компартии с 1919. Родился в рабочей семье, окончил основную шк. в 1915 и начал работать учеником слесаря в Рыбинске. В 1918 вступил к РКСМ. В 1919–26 политработник и ком. в Красной Армии. С 1926 на сов. и парт. работе. С 1931 по 1933 учился в Ленинградском инст. стали, затем в Промышленной академии. Далее на парт. и проф. работе в Сталинградской обл. В январе-августе 1941 сек. окружкома КПЛ в Валке. В ВОВ комиссар, помнач. оперотдела штаба 43-й ГЛСД, гвардии майор. В 1945–51 сек. горкома КПЛ Риги, в 1951–52 председатель исполкома Риги. Член ЦК КПЛ (с 1956), депутат ВС ЛССР (с 1951), пред. ВС ЛССР (1955). Нагр. орденами: Красного Знамени (1944), Трудового Красного Знамени, Красной Звезды (1944, 1944).

АПИНЕ, Эмилия – псевд.: Соня (Apîne, Emîlija; 18.10.1885, вол. Палес – 24.09.1938) в компартии с 1907. Родилась в крестьянской семье. В 1907–15 работала в Рижской СДЛК, член пропагандистской коллегии, в Рижском профсоюзе металлистов и профсоюзе химической промышленности. Дважды арестована. В 1915–17 на временных работах в Самаре, Петрограде, городах Сибири. После Окт. революции на парт. работе в Томске, Омске, Тбилиси (1918–24), затем на хоз. работе в Москве. Окончила КУНМЗ (1932). В 1933–35 на нелегальной работе в Латвии: член ЦК КПЛ, рук. организаций Красной Помощи. С 1935 работала в Зарубежном бюро ЦК КПЛ. В 1936 чл. Временного секретариата КПЛ. Репр., реаб. (н.д.).

АПИНИС, Ян (Apinis, Jânis; 1892–1938, н.д.) в компартии с 1919. Участник ПМВ. Закончил шк. младших командиров, в 1918 добровольно вступил в 6-й ЛСП, помком. полка (1919). Затем ком. 4-го ЛСП, комиссар 2-й ЛСБ. После ГВ продолжил служить в Красной Армии. Нагр. орденом Красного Знамени (1920).

АПЛОК, Юрий Юрьевич

АПЛОК, Юрий Юрьевич (Aploks, Juris; 23.04.1891, вол. Ранкас – 13.08.1941) в компартии с августа 1918. Из крестьянской семьи. В 1914 призван в армию РИ, в 1915 окончил шк. прапорщиков Западного фронта в Пскове, прапорщик. Младший офицер 3-й роты Запасного Латышского стрелкового бат. (Цесис), на Северном фронте с 1 апреля 1916. С 7 июля 1916 ком. 32-й маршевой роты. Затем младший офицер 5-й роты 2-го ЛСП (с 18 июля 1916). В боях был отравлен газами (25.09.1916), ранен (24.12.1916) и контужен (05.03/04.1917). Подпоручик (31.07.1917). И.д. нач. (с 03.10.1917) и нач. (с 24.11.1917) нестроевой команды 2-го ЛСП, штабс-капитан. В РККА с 1918, участник ГВ: в 1918 нач. команды связи 9-го ЛСП, нач. оперативного отделения штаба дивизии, начштаба группы войск, нач. штаба 3-й армии (июль-август 1918), комд. войсками особого назначения 3-й армии (август-ноябрь 1918). Участник подавления Ижевско-Воткинского восстания. Зачислен слушателем Академии Генштаба РККА. С 27 июня по 25 июля 1919 помнач. штаба 6-й СД, с 1 сентября 1919 по 18 марта 1920 помнач. Восточного сектора Войск внутренней охраны Респ. (ВОХР) и чл. коллегии Уфимской ГубЧК (одновременно, с 6 по 22 сентября 1919 командир Особой группы, с 11 по 28 октября 1919 врид начальника войск Восточного сектора, с 28 октября 1919 по 3 марта 1920 комд. войсками Уфимской губ. на правах начдива), с 16 марта по 9 апреля 1920 врид нач. Приамурского сектора ВОХР, с 17 мая по 5 октября 1920 нач. войск Орловского сектора ВОХР и чл. коллегии Орловской ГубЧК. Одновременно, с 10 сентября по 5 октября 1920 комд. всеми вооружёнными силами Тамбовской губ., участвует в подавлении Тамбовского восстания. После окончания ГВ, с 29 января по 24 июня 1921 комд. войсками ВЧК Украины и Крыма, с 17 августа по 30 сентября 1921 нач. Инспекторского Отдела Управления войск ВЧК Респ., с 14 февраля по 19 июня 1922 помнач. штаба войск ГПУ, с 19 июня 1922 года по 1 мая 1923 комд. и военком войск ГПУ Московского ВО. 25 сентября 1922 года окончил Военную академию. С апреля 1924 помком. 14-й Московской СД, с октября 1924 ком. 14-й СД, одновременно, в 1928 окончил КУВНАС при Военной Академии им. Фрунзе. В мае 1930 назначен зам. начштаба Северо-Кавказского ВО, с 1932 зам. начштаба Московского ВО, с 1936 пом. комд. МВО по материальному обеспечению. Комдив (20.11.1935). Репр.: арестован 18 декабря 1937, приговорен к ВМН, реаб. в 1958. Нагр. орденами: Св. Станислава III ст. (1917), Красного Знамени (1928), Красной Звезды.

АПОГА, Эрнест Фрицевич

АПОГА, Эрнест Фрицевич (Apoga, Ernests; 1898, вол. Приекулес – 28.11.1937, Москва) в компартии с 1917. Из крестьянской семьи, отец в компартии с 1902. В 1900 с родителями переехал в Лиепаю, окончил начальную шк., ученик электромонтера фабрики, рабочий на стройке (1911-12), окончил технические курсы. В 1914 с родителями переехал в Петроград. Рабочий завода Эриксон (1914–15), уволен за призыв к забастовке. Рабочий завода (1915–16), уволен. Рабочий-шлифовальщик механического завода в Лысьве, Пермская губ. (1916–17), чл. фабзавкома механического завода. Рядовой Красной Гвардии Лысьвы 1917–18, чл. Лысьвенского Совета рабочих депутатов, чл. продкомиссии. Рядовой Лысьвенского рабочего отряда (Чердынь, 01.18–02.18). В 1918 пред. Чердынского УК-ГК РСДРП(б), комиссар Чердынского края, ком. Чердынского красногвардейского отряда. В РККА с 1918: военком штаба Уральского ВО, военком Донецкого СП, 38-я СД (1919), военком 1-й СБ, 38-я СД (1919 – февраль 1920). В феврале-марте 1920 военком штаба 10-й армии, с апреля 1920 начальник-военком адм. Упр. 10-й армии. Нач. отдела штаба 11-й армии (1920). Делегат VI Всероссийского съезда Советов (1921). Нач. адм. Упр. штаба Северо-Кавказского ВО (1920–21). Помнач. штаба Северо-Кавказского ВО (1921), нач. штаба 37-й СД (1921–22). Военком 37-й СД (1922–23), помкомдива 9-й Донской СД (1923), и.о. комдива 9-й Донской СД (1923–24). Окончил Высшие академические курсы при Военной академии РККА (1925). Нач. отдела Упр. боевой подготовки РККА (январь 1925 – март 1925). В марте-апреле 1925 нач. Упр. Московского ВО. В 1927 кончил Военную академии РККА им. Фрунзе. Сек. распорядительных заседаний СТО СССР (апрель 1928 – июль 1930). Нач. 3-го Упр. (УВОСО) штаба РККА. С марта 1933 по совместительству исполнял обязанности нач. кафедры военных сообщений Военно-транспортной академии РККА. Чл. Военного совета при Наркоме обороны СССР. Комкор (1935). Репр.: арестован 22 мая 1937, приговорён к ВМН, реаб. в 1956. Нагр. орденами Красного Знамени (1928) и Красной Звезды (1936).

АППЕН, Александр Петрович (Appens, Aleksandrs; 15.08.1893, д. Аксеново, Торопецкий уезд, Псковская губ. (по другим данным: Аннас Муйжа, Лифляндская губ.) – 11.11.1937, Калининская обл.) в компартии с 1919. Из крестьянской семьи, учился в цпш (1906–08). Сдал экзамены на звание сельского учителя, учитель цпш (1908–09), учился в Псковской учительской семинарии, отчислен, работал в хозяйстве отца (1909–11). Десятник землемерной компании в Томске (1911–12), межевой техник Томского округа путей сообщения (1912–15). Участник ПМВ: рядовой санитарного отряда (с января 1915), рядовой пулеметной команды (1915–16), рядовой команды связи 45-го Сибирского СП (1916). Окончил 2-ю шк. прапорщиков в Омске (1917), прапорщик. Помощник курсового офицера 2-й шк. прапорщиков, затем младший офицер 37-го запасного полка (1917–18). После демобилизации зав. советскими театрами, сек. профсоюза в городе Торопец (февраль-июнь 1918). В РККА с июня 1918, воевал на Западном и Северном фронтах. Ком. взвода пулеметной команды Торопецкого бат., нач. команды связи, полковой адъютант 5-го Псковского СП (август 1918 – январь 1919), помнач., нач. оперативного отделения (январь-ноябрь 1919), помнач., нач. оперативного управления (ноябрь 1919 – март 1920) штаба Армии Советской Латвии (15-й армии). Нагр. золотыми часами от ВЦИК (01.01.1920). Начальник оперативного отделения, отдела Региструпра ПШ РВС Респ. (март-декабрь 1920), РО РВС Кавказского фронта, РУ штаба 11-й армии (январь 1921 – май 1922). Военный атташе при полпредстве РСФСР в Персии (май 1922 – март 1923). Нач. РО 5-й Краснознаменной армии (март 1923 – июнь 1924), и.д. нач. Управления штаба 5-й Краснознаменной армии, в резерве при ГУ РККА (июнь-сентябрь 1924). В распоряжении РУ штаба РККА (сентябрь 1924 – март 1930). Работал в Монголии (1924). Консул СССР в Хайларе, Китай (1925-26) под фамилией Хмелев. С сентября 1926 рук. нелегальной военной организацией КПК, рук. тремя восстаниями шанхайских рабочих. Вернулся в Москву в начале 1927. Помнач. 2-го (агентурного) отдела (март 1930 – октябрь 1931), замнач. 3-го (информационно-статистического) отдела (май 1932 – январь 1934) того же управления. Окончил Вечерние курсы усовершенствования высшего и старшего начсостава при РУ штаба РККА (1930), основной факультет Военной академии им. М.В.Фрунзе (1931–32). Начальник РО Белорусского ВО (январь 1934 – июнь 1937). Полковник (22.12.1935). Зачислен в распоряжение Управления по начсоставу РККА (07.06.1937). Репр.: арестован 10 августа 1937, приговорён к ВМН, реаб. в 1956. Нагр. орденом Красного Знамени (1928).

АПСЕ, Мартын Янович (Apse, Mârtiňš; 1893, Рига – 11.01.1942) в компартии с 1912. Из служащих, окончил начальную шк., стал работать. В 1915 арестован, судим и выслан в Сибирь. Из ссылки освобожден после Фев. революции 1917. В мае 1917 уехал в Петроград, работал сапожником, одновременно участвовал в работе профсоюза кожевников. В июне 1918 направлен в Уральскую обл. зав. политпросветотделом Коллегии помощи военнопленным и беженцам. С 1919 в РККА, участник ГВ: на парт. работе, в том числе в должности военкома полка в 47-й и 58-й СД. После войны до 1925 исполнял обязанности военкома 19-й СБ, помнач. политотдела 7-й СД, военкома 21-го СП. После окончания в 1925 КУВПС при ВПА им. Н.Г.Толмачева назначен замнач. политотдела 1-й Туркестанской СД. Затем до октября 1928 нач. политотдела 2-й Туркестанской СД. С октября 1928 помком. по политической части и нач. политотдела 20-й СД. Чл. ЦКК ВКП(б) (1930-34). С сентября 1930 военком и нач. политотдела 1-й авиабригады. С ноября 1931 помком. 1-го СК по политической части. В начале 1935 помком. по политической части в 19-й СК. Корпусный комиссар (1935). С августа 1937 чл. Военного совета Закавказского ВО. С декабря 1937 в распоряжении Управления по командно-начальствующему составу РККА. Репр.: арестован 20 декабря 1937, приговорен к 25 годам заключения в ИТЛ, скончался в лагере 11 января 1942; реаб. в 1956. Нагр. орденом Трудового Красного Знамени Узбекской ССР (1928).

АПСИТ, Ян Петрович – псевд.:Дукатс, Андрейс (Apsîtis, Jânis; 07.10.1880 – 02.08.1938, Москва) в компартии с 1904. В 1905-06 работал в нелегальной типографии газеты «Циня». Ред. – издатель легальной газеты ЛСДРП «Атбалсс» (1906). В 1907–21 эмигрировал в США, где участвовал в рабочем движении. В 1921–28 рук. типографий Латсекции Коминтерна в Пскове и Москве. С 1928 на рук. постах в ряде издательств СССР. Затем на пенсии, старший инспектор Главлита (1937). Репр.: арестован 12 декабря 1937, приговорён к ВМН, реаб. в 1956.

АРЕНД, Август Ансонович

АРЕНД, Август Ансонович (Ârends, Augusts; 28.10.1903, вол. Тукумская – 29.03.1958, Воронеж) в компартии с 1924. В РККА с 1921. Окончил Московскую объединённую военную шк. (1923). С июня 1944 по май 1946 ком. 319-го СП 308-й ЛСД. В 1946–47 ком. 123-го СП 43-й ГЛСД, затем замком. 43-й ГЛСД. Нагр. орденами: Ленина (1947), Красного Знамени (1944, 1953), Кутузова III ст. (1944), Отечественной войны I ст. (1945).

АРМАН, Поль Матисович – наст.: Тылтынь, Паул (Tiltiňš, Pеteris Pauls; 04.04.1903, вол. Сесавас – 07.08.1943, Ленинградская обл.) в компартии с 1920. Брат Альфреда Тылтыня. Из крестьянской семьи. В 1919 вступил в подпольный комсомол, затем в компартию. Проп. Земгальской организации КПЛ. Окончил реальное уч. в Елгаве, в 1923 поступил на учёбу в ЛУ. В феврале 1924 призван в Латвийскую армию, рядовой в электротехническом дивизионе в Риге. В августе 1925 демобилизован. В 1925–26 жил во Франции, получил удостоверение личности на имя Поль Арман. Учился в Политех. шк. в Париже. В 1926 эмигрировал в СССР, вступил в РККА. С июля 1926 по сентябрь 1928 курсант Московского пехотного уч… В 1928–30 ком. взвода в 59-м СП Ленинградского ВО. Затем переведён в Московский ВО ком. взвода разведки первой опытной мех. бригады. С февраля 1931 состоял в должности для поручний при комд. Кавказкой краснознаменной армии (Тифлис). С июля 1931 командир 1-го автоброневого дивизиона. С мая 1932 рук. моторизации в Закавказской пехотной шк. С декабря 1932 ком. танкового бат. в 5-й мотоброневой бригаде в Борисове, с весны 1935 ком. танкового бат. в 4-й мех. бригаде (Белорусский ВО). В 1935 окончил курсы усовершенствования технического состава при Военной академии механизации и моторизации РККА им. И.В.Сталина. С 1936 на ГВ в Испании. Командовал танковой ротой под фамилией Грейзе (Greiser), капитан, затем майор. Участвовал в первом танковом бою с участием советских танкистов 26 октября 1936. Указом Президиума Верховного Совета СССР присвоено звание Героя Советского Союза (1936). В январе 1937 вернулся из Испании в СССР, майор (1937), ком. 5-й мех. бригады. Репр.: арестован 2 февраля 1937, 21 июня 1939 освобождён. С сентября 1939 по май 1941 учится в Военной академии им. М.Фрунзе. Полковник (16.07.1940). С 7 мая 1941 замком. 51-й танковой дивизии (Брянск, Орловский ВО), затем переформирована в 110-ю танковую дивизию. С 9 сентября 1941 младший преподаватель кафедры тактики Военной академии механизации и моторизации РККА им. И.В.Сталина. С весны 1942 поступил в распоряжение Военного совета Западного фронта. 29 мая 1942 назначен ком. 11-й танковой бригады. С 18 июня 1942 возвращен в академию преподавателем кафедры тактики. В конце июля – августе 1942 принимал участие в первой Ржевско-Сычёвской операции. В период с 4 по 9 августа 1942 командовал танковой группой из трёх бригад, затем вновь командовал 11-й танковой бригадой. С 17 марта 1943 командующий бронетанковыми и мехвойсками 4-й армии Волховского фронта. С 6 августа 1943 врио ком. 122-й танковой бригады 8-й армии. Погиб от пули снайпера в бою у села Поречье Кировского района Ленинградской обл., похоронен в Волхове. Нагр.: медаль «Золотая Звезда» Героя Советского Союза (№ 27; 1936); ордена: Ленина (1936), Отечественной войны I ст. (1943, посмертно).

АРОНЕТ, Владимир Андреевич (Aronietis, Voldemârs; 29.08.1896, вол. Гростонас – 1938). Из крестьян, окончил цпш. В 1912–15 учился в Псковской учительской семинарии, народный учитель. В январе 1916 вступил в службу в армию РИ охотником на правах вольноопределяющегося, 21-й Сибирский СП 6-й Сибирской СД. Участник ПМВ на Западном фронте. В июне 1916 кончил ускоренный курс по 1-му разряду Алексеевского военного уч., прапорщик 128-го Запасного ПП (Златоуст). С октября 1916 в 12-й армии Северного фронта, комроты 1-го ЛСП. Затем переведен в 39-й Туркестанский СП 10-й Туркестанской СД, ком. роты и бат., штабс-капитан. В боях дважды ранен и контужен. Нагр. орденами Св. Станислава III ст. и Св. Анны III ст… После Фев. революции избирался чл. полкового комитета, после введения в армии выборного начала в ноябре 1917 избран ком. бат. 39-го Туркестанского СП. В декабре 1917 после увольнения в бессрочный отпуск уехал в Псков. В РККА с июля 1918, участник ГВ на Восточном и Южном фронтах. Стрелок (июль-август 1918), письмоводитель и пред. ротного комитета 2-й роты (август-октябрь 1918), чл. следственной комиссии (октябрь 1918 – февраль 1919), 1-го ЛСП ЛСД. Помнач. (февраль-март 1919) и нач. (март-май 1919) команды военных комиссаров при 30-й СД. Командир бат. 1-го Советского полка (май 1919) и ком. 1-го Советского полка (май-июнь 1919) Уржумского боевого участка. В августе-октябре 1919 для поручений при штабе 3-й бригады 51-й СД. С октября 1919 комбат и помком. 264-го СП 30-й СД. Ком. 266-го (Краснознаменного) СП 30-й Иркутской им. ВЦИК СД. В боях был ранен. Врид ком. 89-й бригады 30-й Иркутской им. ВЦИК СД в составе Вооруженных сил Украины и Крыма). С июля 1922 ком. 90-го СП 30-й Иркутской им. ВЦИК СД, Украинский ВО. Слушатель отделения старшего комсостава Высшей тактико-стрелковой шк. РККА им. Коминтерна (1922–23). С августа 1923 ком. 90-го Уральского СП 30-й Иркутской им. ВЦИК СД, Украинский ВО. С сентября 1925 слушатель основного факультета Военной академии РККА им. М.В.Фрунзе. С июля 1928 помком. 34-й СД, Приволжский ВО. Преподаватель (с февраля 1931) и старший рук. (с июля 1933) кафедры боевой подготовки ВПА РККА им. Н.Г.Толмачева. В 1931–33 канд. в чл. ВКП(б). С февраля 1935 рук. военных дисциплин Стрелково-тактического института РККА. С января 1936 преподаватель тактики курсов «Выстрел», комбриг (26.04.1936). С января 1937 нач. штаба корпуса военно-учебных заведений Киевского ВО. Репр.: арестован 11 декабря 1937, приговорен к ИТЛ, скончался в лагере; реаб. в 1956. Нагр. орденом Красного Знамени (1922).

АРТМАН, Ян Вильгельмович (Artmanis, Jânis; 1897, Рига – 09.09.1962, Рига) в компартии с 1917. Родился в рабочей семье. Участник ПМВ в составе 3-го ЛСП. Участник ГВ в РККА. Затем окончил Высшую военно-химическую академию, служил в Упр. противохимической обороны РККА и в воинских частях. С 1930 на хоз. и сов. работе. Участник ГВ в Испании с 1937, нач. противохимической обороны Интербригад, капитан, под именем «Рудольф Теллер». Чл. КПИ. С февраля 1939 находился в концлагере во Франции, вернулся в СССР (1939). Работал в Москве в госучреждениях, с 1945 в аппарате ЦК КПЛ. С 1957 на пенсии.

АСАР, семья: супруги Индрикис и Лавиза, и их дети: Аустра и Милда.

АСАР, Индрикис (Asars, Indriíis; 02.03.1864, Рига – 13.01.1914, Рига) в компартии с 1902. Один из первых организаторов марксистских кружков в Риге. Организовал в 1902 нелегальный кружок «Бривдоматаи» («Вольнодумцы»). Работал в Торнякалнском подрайоне Рижской ЛСДРП. Участник Рев. 1905–07, в 1906 осуждён на пожизненную каторгу, затем сниженную до 15 лет заключения. Содержался в кандалах, скончался в Рижской Центральной тюрьме. Похороны обратились в большую демонстрацию рабочих против царизма.

АСАРЕ, Лавиза – псевд.: Зиемельмате (Asare, Lavîze; 18.01.1871, Рига – 22.01.1922, Москва) в компартии с 1902. Участница Рев. 1905-07. Участвовала в работе кружка «Бривдоматаи». Чл. Пардаугавского райкома Рижской СДЛК, Рижского райкома СДЛК, делегат V съезда СДЛК. В 1906 осуждена на 6 лет каторги. В Рижской тюрьме вместе с ней были малолетние дети (один годовалый, второй родился в тюрьме). В 1915–17 повторно арестована и вместе с дочерьми (Аустрой и Милдой) выслана в Иркутскую губ. В 1917–18 во время оккупации Латвии германскими войсками на нелегальной работе в Риге, участница восстания рабочих в Риге в январе 1919. В 1919–22 на сов. работе в Москве.

АСАРЕ, Аустра (Asare, Austra; 10.01.1891, Рига – 20.01.1973, Рига) в компартии с 1909. Чл. комитета 1-го района Рижской СДЛК (1914). В 1916 арестована и выслана в Иркутскую губ. После Фев. революции работает во 2-м районе Рижской СДЛК. Во время немецкой оккупации (1917–18) на нелегальной работе в Риге. Участвовала в подготовке восстания трудящихся Риги в январе 1919. Затем на сов. работе в Латвии, в политотделе 14-й армии, военном комиссариате в Москве, Наркомфине СССР (одновременно заочно училась в Московском финансово-экономическом инст.). С 1947 работала в финансовых учреждениях ЛССР, с 1954 на персональной пенсии.

АСАРЕ, Аустра

АСАРЕ, Милда (Asare, Milda; 23.02.1892. Рига – 12.04.1970, Рига) в компартии с 1909. В 1913 окончила прогимназию в Риге. С 1909 состояла в 1-м районе Рижской СДЛК в кружке «Амурс-1». Работала в канторщицей в книжном магазине, откуда была уволена после Первомайской демонстрации в 1913. В 1914–15 работала в 51-й Рижской больничной кассе. В 1915 арестована и, после заключения в Тартусской тюрьме, выслана в Иркутскую губ. После Фев. революции на парт. работе в Риге. Участвовала в организации выборов в Советы в Видземе. Во время немецкой оккупации (1917-18) на нелегальной работе в Риге, дважды арестовывалась и бежала. Участвовала в подготовке восстания трудящихся Риги в январе 1919. Затем на сов. работе в Латвии (1919), в мае со всей семьёй перебралась в РСФСР. На фронте участвовала в боях с Деникиным (1919). Работала в Госконтроле, в Латсекции Коминтерна (1920–30) техническим секретарём. В 1930-31 секретарь отдела в СНК РСФСР. В 1931 тяжело заболела и ушла из активной деятельности, подрабатывала в издательстве «Прометей» в Москве. С 1947 в Латвии, на персональной пенсии. Нагр. орденом Трудового Красного Знамени.

АУГУЛ, Альфред Иванович

АУГУЛ, Альфред Иванович (Augulis, Alfrеds; 1898, Цесисский уезд – 25.08.1938, Москва) в компартии с 1917. В 1915 окончил Рижское реальное уч., с 1916 жил в Петрограде, работал на заводе и преподавал в Петроградском реальном уч… Участник двух революций, работал в редакции латышской большевистской газеты «Пролетариата циня». С 1918 работал в Москве техническим работником ВСНХ. В начале 1918 в составе отряда Красной Гвардии воевал под Гдовом. С 1918 на командно-политической работе в 12-й СД. В 1921–22 нач. политсекретариата войск ВЧК Петроградского ВО. С 1922 нач. политотделов погранохраны и войск ОГПУ в ряде округов. Помнач. Упр. погранохраны и войск ОГПУ Северо-Кавказского края (1924), нач. командного отдела ГУПВО НКВД СССР (1934–37). Чл. КПК при ЦК ВКП(б). Бригадный комиссар (1935). Репр.: арестован 20 декабря 1937, приговорен к ВМН, реаб. в 1956. Нагр. орденом Красной Звезды (1936), и знаком «Почетный работник ВЧК-ГПУ (V)» (1932).

АУГУСТЕ, Ольга Мартыновна (Auguste, Olga; 02.08.1896, вол. Вискалю – 29.06.1973, Рига) в компартии с 1925. Родилась в семье волостного учителя, окончила пятилетнюю женскую прогимназию. В 1913 начала работать в конторе фабрики «Унион» в Риге, в 1915 вместе с фабрикой была эвакуирована в Харьков, где работала с 1925 в парт. организациях. Закончила КУНМЗ (1934), на налегальной работе в Латвии с 1935. На XXVI конференции КПЛ избрана в ЦК. В июле 1939 арестована, в заключении до лета 1940. После восстановления Соввласти (июнь 1940) секретарь ЦК КПЛ, депутат Народного Сейма и ВС ЛССР. В августе 1940 в составе делегации, отправившейся в Москву с просьбой о принятии Латвии в состав СССР. На историческое заседание Верховного Совета СССР женщины латвийской делегации пришли в народных костюмах, но Аугусте, по свидетельству историков, принципиально отказалась его надеть. 13 марта 1941 назначена указом Президиума ВС ЛССР наркомом Гос. контроля (до 29 апреля 1941), первая женщина на министерском посту в Латвии. В ВОВ в Оперативной группе ЦК КПЛ на Северо-западном фронте. После войны зампред ВС ЛССР (1947–59). В 1947 возглавляла комиссию по созданию нового флага ЛССР. Депутат ВС ЛССР (1940–59). С 1957 на пенсии. Нагр. орденами Красной Звезды (1946) и Трудового Красного Знамени.

АУГШКАП, Ян Петрович (Augškâps,Jânis; 1894, Цесисский уезд – 02.01.1964, Рига) в компартии с марта 1917. Из крестьян, в 1907–15 работал пастухом, батраком, дровосеком, плотником. Учился в вечерней шк. в Риге. В 1915 призван в армию РИ, рядовой в 1-м Запасном ПП, 8-м Вольмарском ЛСП. После Фев. революции делегат полкового солдатского съезда. С 15 апреля 1918 в ВЧК. Комиссар отдела по борьбе с к/р, сотрудник для поручений ВЧК, нач. оперчасти МЧК. С января 1919 в Советской Латвии: пред. Следственной комиссии и чл. трибунала. В 1919 помнач. отряда добровольцев, нач. разведки 97-го СП. В 1920 работал в Центральном Управлении ЧК Украины (Харьков). В 1921–23 чл. коллегии, помпред. и нач. адм. отдела Донецкой губЧК. В 1923–28 работал в Химугле. В 1928-32 учился в Харьковском химико-технологическом инст. Работал в лабораториях химтреста и на химических заводах. После восстановления Соввласти в Латвии рук. Химтреста ЛССР. С октября 1945 замминистра местной промышленности ЛССР. Депутат ВС ЛССР с 1947, чл. ЦК КПЛ. С апреля 1946 министр Промышленности строительных материалов ЛССР. Пред. Госкомитета по строительству и архитектуре при СМ ЛССР (с 1955). В 1957–60 зампред. СНК. Затем на пенсии. Нагр. орденом Трудового Красного Знамени.

АУЗИНЯ, Амалия Яновна

АУЗИНЯ, Амалия Яновна – псевд.: Тайга (Auziňa, Amâlija; 30.04.1890, Рига – 14.04.1943, Акмолинск) в компартии с 1905. Родилась в семье кузнеца, окончила двухклассное уч. им. Рейниса, пятиклассную женскую гимназию в Балдоне, 4-х классные общеобразовательные курсы Латышского Задвинского вспомогательного общества. В 1905 поступила работать фальцовщицей и накладчицей в типографии «Плате», где проработала 1,5 года. С 1905 работала в ЛСДРП Риги во 2-м и 5-м районах, делегат IX–XI конференций СДЛК. В 1909–13 работала продавщицей в аптекарском магазине, а с 1913 до ареста в 1915 сотрудницей в больничной кассе Русско-Балтийского вагоностроительного завода в Риге. 15 марта 1915 арестована и в заключении в Риге, Петрограде, в феврале 1916 приговорена к ссылке в Иркутскую губ., Верхоленский уезд. После Фев. революции работала в Петрограде в РСДРП(б) Латышского района «Прометейс», в Петроградском комитете РСДРП(б), в Путиловской и общегородской страховых кассах. Делегат II Всероссийского съезда Советов (1917), затем член воен. рев. трибунала на Южном фронте. С декабря 1918 по май 1920 работала сек. НКВД Советской Латвии (Рига, Резекне, Великие Луки). С мая 1920 по май 1922 управделами и ответсек. крайбюро Латсекции ЦК КП Туркестана в Ташкенте. С мая 1922 по сентябрь 1923 на подпольной работе в Латвии. Затем вернувшись в Россию, 4 месяца лечилась и с 26 января 1924 по 26 мая 1924 работала информатором Орграспреда ЦК ВКП(б) в Москве. С июля 1924 по май 1926 работала в Народном комиссариате юстиции зав. учета личного состава и сек. старшего помощника прокурора Респ. Крыленко. С июня 1926 по июнь 1931 зав. частью личного состава Госстроя. С ноября 1931 на персональной пенсии. Больна туберкулезом легких. Работала с ноября 1931 по март 1932 во Всесоюзном НИИ лекарственных и ароматических растений «Вилар» зав. канцелярией, и с апреля по август 1934 в АО «Продукт» зав. кадровым отделом. Репр.: осуждена 2 февраля 1938 к 10 годам ИТЛ, скончалась в Акмолинском лагере (т. н. «АЛЖИР»).

АУСТРИН, Рудольф Янович – псевд.: Розалия, Заулс (Austriňš, Rűdolfs; 25.08.1891, Валмиера – 15.11.1937, Москва) в компартии с 1907. Сын плотника, окончил 2 класса цпш (1906). Участник с/д кружка «Дарбс» («Труд»). С 1912 работал в типографии в Валмиере и организовал профсоюз наборщиков. Арестован, в августе-ноябре 1912 в заключении. В 1913 избран в комитет СДЛК Видземе. В июне 1914 арестован, 7 суток пробыл в заключении. В июле 1915 снова арестован, осужден на 3 года, заключение отбывал в тюрьмах в Валмиере и в «Крестах» в Петрограде. После Фев. революции городской глава Валмиеры и чл. Совета безземельных депутатов Валмиеры, активно работал в Валмиерском Совете рабочих, солдатских и безземельных депутатов. С 1918 в РККА, в Петрограде, затем ком. одной из частей Красной Гвардии в Пензе. В апреле-мае 1918 чл. коллегии ВЧК Пензенской губернии, в апреле-июне 1918 комиссар социального обеспечения Пензенской губернии, в июне-августе 1918 комиссар Пензенской губЧК. С августа 1918 по октябрь 1921 пред. Пензенской губЧК, с марта 1920 председатель Пензенского губ. ревтрибунала. С октября 1921 в СО ВЧК при СНК РСФСР, с ноября 1921 пом. уполномоченного III отделения СО ВЧК при СНК РСФСР. С декабря 1921 по июнь 1922 нач. IX отделения СО ВЧК при СНК – ГПУ НКВД РСФСР. В мае-июне 1922 врио нач. II отделения СО ГПУ НКВД РСФСР, в июне-декабре 1922 нач. II отделения СО ГПУ НКВД РСФСР. С января 1923 по ноябрь 1925 нач. Саратовского губ. отдела ГПУ. С декабря 1925 по март 1929 нач. III-го отделения Секретного отдела ОГПУ при СНК СССР. С марта 1929 по июль 1934 полномочный представитель ОГПУ по Северному краю, с июля 1934 по март 1937 нач. Упр. НКВД по Северному краю (обл.). Комиссар ГБ 3-го ранга (1935). С 14 марта по 22 июля 1937 нач. УНКВД по Кировской обл. Делегат XVI и XVII съездов ВКП(б). Репр.: арестован 22 июля 1937, приговорён к ВМН, реаб. в 1956. Нагр. знаками «Почётный работник ВЧК-ГПУ (V)» (1924) и «Почётный работник ВЧК-ГПУ (XV)» (1932).

АУСТРИНЯ, Эмилия (Austriňa, Emîlija; 15.05.1919, вол. Малтас – 23.09.1942, Лиепнас) в КСМЛ с лета 1940. Из крестьянской семьи, работница «Юглас мануфактура» (1934–41), во время ВОВ участница рейдов партиз. полка «За Советскую Латвию» в Ленинградской обл. и Латвии (май-июль 1942). В сентябре 1942 десантирована с парашютом на оккупированную территорию (волость Лиепнас), обнаружена противником и героически погибла. В 1959 найдены останки и захоронены на Братском кладбище в Риге.

АШНЕВИЦ, Ян Каспарович (Ašnevics, Jânis; 01.05.1895, Вентспилс – 25.08.1938, Москва) в компартии с 1919. Из рабочих, окончил городское уч. е в Вентспилсе (1913). С 1915 в армии РИ, участник ПМВ на Северном фронте в составе учебной команды 174-го ПП. Окончил шк. прапорщиков в Гатчине (1916), прапорщик. С 1917 уп. Комитета внутренних дел Союза коммун Северной обл., в Политуправлении Петроградского ВО (май 1918 – январь 1919). Зав. оперчастью РО штаба Петроградского ВО (январь-октябрь 1919). Окончил Военную академию РККА (1919–22), в период учебы командировался на Кубань для инспектирования частей Всевобуча (июнь-октябрь 1920). Работал за рубежом в качестве пом. военного атташе при полпредстве РСФСР в Финляндии (июнь 1921 – апрель 1922). Нач. войсковой разведки штаба Петроградского ВО (август-декабрь 1922), ком. роты 32-го СП (декабрь 1922 – август 1923), бат. 60-го СП (август-октябрь 1923); помнач., нач. мобилизационного отдела, организационно-мобилизационного отдела, 2-го отдела (октябрь 1923 – сентябрь 1928) штаба Петроградского (Ленинградского) ВО. Окончил общевойсковое отделение КУВНАС РККА (1928-29). Нач. штаба 1-го СК (сентябрь 1928 – ноябрь 1930), в резерве с откомандированием в военизированную охрану ВСНХ СССР (ноябрь 1930 – август 1931), инсп. при нач. штаба РККА (август 1931 – январь 1935). Окончил оперативный факультет Военной академии им. М.В. Фрунзе (1934). В распоряжении РУ штаба РККА (январь 1935 – февраль 1938). Полковник (17.01.1936). Репр.: арестован 6 февраля 1938, приговорён к ВМН, реаб. в 1957.

Б (B)

БААР, Густав Иванович (Bârs, Gustavs; 27.06.1892, Слока – 03.10.1938, Москва) в компартии с 1917. Из рабочей семьи, окончил городское уч. (1909). С 1915 в армии РИ: окончил курсы подготовки учебной команды пехотного бат. и конно-подрывной команды разведчиков (1915–16), младший унтер-офицер. После Фев. революции пред. Петроградского отдела Исколатстрела. Зампред. исполкома Валкского уезда (1918–19). Помком. взвода 7-го ЛСП, сек. агитационно-вербовочной секции, зав. агитационно-вербовочного отдела Новгородского губисполкома и губвоенкомата (март-декабрь 1918). Участник установления Соввласти в Латвии (декабрь 1918 – май 1919), уполномоченный РВС 15-й армии по ведению агитационной работы (май 1919 – июнь 1920). Окончил развед. курсы при РУ штаба РККА (1921). Начальник РО штаба 4-й армии (июнь 1920 – февраль 1921), инспектор РУ штаба РККА, зам. нач. РО штаба 16-й армии, заведующий румынским сектором информационно-статистического отдела РУ штаба всех Вооруженных сил Украины и Крыма (февраль-октябрь 1921). Орг. партиз. отрядов (1920–22). Нач. РО штаба Харьковского ВО (октябрь 1921 – июнь 1922), уполномоченный РУ штаба всех Вооруженных сил Украины и Крыма, нач. приграничного развед. пункта № 3 того же РУ (июнь 1922 – май 1923), нач. РО штаба Украинского ВО (май 1923 – ноябрь 1933). Окончил штабное отделение Курсов усовершенствования высшего комсостава при Военной академии им. М.В.Фрунзе (1926–27) и особый факультет Военной академии им. М.В.Фрунзе (1933–35). Один из руководителей подготовки в УВО партизан и разведчиков на случай войны (1929–33). Полковник (17.01.1936). В распоряжении РУ РККА (декабрь 1935 – январь 1938). Репр.: арестован 27 января 1938, приговорён к ВМН, реаб. в 1957.

БАГАТС, Таливалдис

БАГАТС, Таливалдис – псевд.: Жанис, Лаймонис (Bagâts, Tâlivaldis; 01.08.1910, Рига – 03.1943, Старая Русса) чл. компартии. Из семьи портового рабочего. Учился в основной шк. им. Домбровского и работал в грузчиком в Рижском порту. В 1929 поступил в морскую шк. на отделение механиков. Вступил в комсомольскую портовую ячейку, затем в 3-м районе Рижской КСМЛ, затем чл. комитета 3-го района. В 1930 и 1931 работал на кораблях дальнего плавания, нелегально провозил литературу. В 1931–33 работал в отделении СТМЛ Милгрависа, в 1932–33 чл. Рижского комитета, орг. Осенью 1933 назначен рук. комитета Леяскурземе. 14 марта 1934 арестован, в 1935 приговорён к 4 годам принудительных работ. Отбывал в Рижской Центральной тюрьме и на Калнициемских каменоломнях. 17 августа 1938 освобождён и призван на обязательную воен. службу. После восстановления Соввласти в 1940 работал в политотделе эскадрильи. После демобилизации инстр. промышленного отдела Рижской КПЛ. С началом ВОВ в 201-й ЛСД, в январе 1942 ранен, после выздоровления бат. комиссар. Погиб в боях у Старой Руссы.

БАГРАД, Иван (Bagrads, Ivans; 12.09.1906 – 21.06.1942, н.д.) в компартии с 1938. Рев. деятельность начал в 1934 в Абренской КПЛ, затем в Упмальской волостной КПЛ. После восстановления Соввласти с лета 1940 пред. Упмальского волисполкома, затем прокурор Абренского уезда. С начала ВОВ доброволец в ЛСД, участвовал в боях под Москвой и у Старой Руссы. В 1942 воевал в партиз. отряде «За Советскую Латвию», комиссар соединения, погиб в бою у реки Судомы.

БАЛИНЬШ, Павел (Bâliňš, Pauls; 25.11.1916, Харьков – 25.07.1942, Валмиера) в ВЛКСМ с 1940. Закончил Рижскую 2-ю гимназию, учился в ЛУ на химическом факультете (1935). После гос. переворота 1934 чл. подпольного Рижского комитета СТМЛ, с 1935 чл. ЦК. В 1936–38 арестован и на принудительных работах. С лета 1940 рук. отдела ЦК СТМЛ, орг. комитета ЛУ, член ЦК ВЛКСМ Латвии. С началом ВОВ в эвакуации в Ярославской обл., с августа 1941 на спецподготовке. В феврале 1942 в распоряжении штаба Северо-Западного фронта, с мая заброшен в тыл врага, ком. разведгруппы в Валмиерском округе. Погиб в бою в Валмиере.

БАЛИНЬШ, Павел

БАЛЛОД (Балодис), Пётр Давыдович (Balodis, Pеteris; 01.12.1839, Рига – 22.01.1918, Благовещанск). Из крестьянской семьи, отец был духовным православным лидером латышского крестьянства, один из основателей Рижской православной духовной семинарии. Учился, но не окончил Рижскую духовную семинарию. Учился в Петербургской медицинской и хирургической академии 1856–58, затем в 1858 в Петербургском Ун. на физико-математическом факультете. За участие в студенческих беспорядках 5 декабря 1861 исключён с третьего курса. Организовал в Петербурге нелегальную типографию, выпускал прокламации (1862). В июне 1862 арестован, в ноябре 1864 подвергнут гражданской казни и осуждён на 7 лет каторги, и на навечное поселение в Верхоленский округ. Несколько лет каторги провел вместе с Н.Г.Чернышевским на Александровском заводе. После каторги работал на золотых приисках в Сибири, добился возвращения части прав. С 1887 главный управляющий акционерной Ниманской золотопромышленной компанией, стал известным золотопромышленником. Участвовал в создании прогрессивной газеты «Амурский край» (1899), легальной и нелегальной типографий. Активно помогал ссыльным и революционной печати деньгами. Путешествовал в Японии, Китае, Египте. В 1905–06 в Благовещенске руководил кружком по изучению «Капитала» К.Маркса.

БАЛОДИС, Артур (Balodis, Arturs; 22.04.1909, Рига – 05.06.1944, Латвия). В 17 лет начал трудовую деятельность на фабрике «Вайрогс» в Риге. С началом ВОВ в Рабочей Гвардии, затем в эвакуации в Чувашской АССР. С августа 1941 сержант, ком. отделения пулемётной роты 92-го СП 201-й ЛСД, ранен в декабре в боях под Москвой (1941). С весны 1942 на спецкурсах, с июня 1942 ком. 2-го взвода, 2-й роты 3-го отряда партиз. полка «За Советскую Латвию», с июля ком. 2-го отряда. Работал в антифашистском подполье в Тильжском крае. С ноября 1943 ком. 1-го отряда особого назначения 1-й Латвийской партиз. бригады. Погиб в бою в Гривских лесах. Похоронен на Братском кладбище в Риге.

БАЛОДИС, Ян Петрович – псевд.: Каучук, Кукаинис (Balodis, Jânis; 19.10.1901, вол. Поциема – 03.08.1937, Москва) в компартии с 1926. Участник ГВ. В 1924–27 рук. нелегальным пунктом хранения литературы Видиенской организации КПЛ. С 1925 работал в левых рижских профсоюзах, зампред. Центрального бюро профсоюзов. Член Рижского комитета КПЛ (1928–29), пред. правления Объединённых Латвийских профсоюзов. Депутат Латвийского Сейма (1928–31) от Рабоче-крестьянской фракции. В Центральном Совете Профсоюзного Интернационала с 1930. После окончания полномочий Сейма, опасаясь преследований, переехал в СССР (1931). Работал в Профинтерне, затем в Латсекции Коминтерна. Чл. ЦК КПЛ 1931–36. Репр.: арестован 29 ноября 1936, приговорён к ВМН, реаб. в 1956.

БАЛТИН, Август Янович – наст.: Блум, Теодор (Baltiňš, Augusts (Blűms, Teodors); 17.01.1894, Айзпуте – 23.06.1953, н.д.) в компартии с 1909. На парт. работе в Лиепае, Петербурге, Риге, Харькове, Баку. Неоднократно арестовывался. С 1917 рук. кооперативными организациями в Закавказье, Москве. С 1929 в Белоруссии. Нарком БССР по торговле (1930–31), по снабжению (1931–33), лёгкой промышленности (1934), местной промышленности (1934–37). Зампред. СНК БССР в 1933–34. Чл. ЦК КПБ(б) в 1930–37. Чл. ЦИК СССР (1935–37), чл. Президиума ЦИК (1935–37). Репр.: арестован 4 сентября 1937, приговорён к 10 годам ИТЛ, отбыл срок и освобождён, реаб. в 1956.

БАНКОВИЧ, Джем (Bankovičs, Dћems; 23.03.1925, Рига – 25.05.1944, Рига) в ВЛКСМ с 1940. Из рабочей семьи, во время фашистской оккупации учился в Рижской 6-й гимназии, сек. подпольного Рижского комитета ВЛКСМ. Участвовал в антифашистской акции во время митинга 13 ноября 1943 в Риге на Домской площади. Арестован фашистами 18 февраля 1944, казнён в Рижской Центральной тюрьме.

БАНКОВИЧ, Джем

БАНКОВИЧ, Ян Мартынович – псевд.: Юрис, Богданович (05.11.1883, вол. Ледманес – 20.11.1938, Воронеж) в компартии с 1902. Из семьи каменщика, в 1899 с семьёй переехал в Ригу. Рабочий Рижского машиностроительного завода Рихарда Поля, учился в ремесленной вечерней шк. С 1903 вёл нелегальный рабочий кружок ЛСДРП, затем рук. кружковой деятельностью Саркандаугавского района Риги, представитель района в Рижском комитете ПЛСДРО (1904). В 1904 арестован, освобождён осенью 1905 после царского манифеста. Проп., чл. Рижского комитета и Федеративного комитета СДЛК (1905–06). В начале 1906 избран сек. Профсоюза работников резиновой промышленности Риги. В апреле 1906 арестован, в мае 1908 приговорён к 8 годам каторги, которую отбывал в Риге и Пскове, в 1915 выслан в Енисейскую губернию. После амнистии переехал в Красноярск и поступил в губернский союз потребительских обществ старшим счетоводом, где проработал до июня 1917. С лета 1917 чл. ЦК Рижского комитета СДЛК, один из орг. групп «Спартак». В 1919 пред. комитета КПЛ Даугавпилского округа, чл. воен. трибунала Армии Советской Латвии. Уп. ВСНХ РСФСР (1919). С 1920 зампред. Енисейской губ. ЧК, заведующий Отделом Енисейского губ. ревкома, зампред. Исполкома Енисейского губ. Совета. С 1924 зампред. Сибирской краевой КК РКП(б) – ВКП(б). Пред. исполкома Иркутского окружного Совета (1928–30). Зам. торгпреда СССР в Турции (1930–32). В 1932–34 в КПК ВКП(б) в Одесской обл., канд. в чл. ЦК КП(б) Украины (1934-37). Чл. ЦК МОПР (1934–37). Сек. Воронежской обл. КК ВКП(б), зав. приёмной по жалобам Воронежского обл. земельного управления (1937–38). Делегат XV и XVI съездов ВКП(б). Репр.: арестован 8 января 1938, приговорён к ВМН, репр. в 1956.

БАРБАН, Виктор – псевд.: Цыганский барон, Ванагс, Залитис (Barbans, Viktors; 1878, Пралиена, – 21.09.1906). Рев. деятельность начал в конце 19-го века во время учёбы в Балтийской шк. семинарии в Кулдиге, затем работал учителем в Руйене, организовывал там же марксистские кружки учителей и школьной молодёжи. В 1902 получил запрет на учительскую деятельность. Учился в Псковской измерительной шк.

БАРБАН, Виктор

В 1905 был одним из основателей и руководителей ЛСДРП в Малиене. В июне 1905 арестован, но после Манифеста 15 октября освобождён. В Малиену вернулся как полноправный представитель ЦК ЛСДРП. В период развернувшейся Рев. 1905–07 за его голову власти предлагали 1000 рублей. От преследований скрывался в Пскове и Новгороде, но в мае 1906 вернулся в Латвию и участвовал в III съезде ЛСДРП и I съезде СДЛК, затем орг. СДЛК в Вентспилсе и отрядов «лесных братьев» в Вентспилсском уезде. В Дундаге предательски выдан карательной экспедиции, расстрелян по дороге из Дундаги.

БАРБАР, Ян Мартынович (03.12.1894, Рижский уезд – 28.02.1938, Москва) в компартии с 1912. Отец работал извочиком на пивоваренном заводе. Окончил городское уч. (1910). В 1911 работал на заводе «Атлас» учеником токаря, был уволен за неподчинение, попал в «черные списки», работал на случайных работах. В 1913 арестован на 3 месяца, за организацию стачки. Пред. кружка 4-го района Риги. Работал на заводе «Герца», в 1914 арестован. Затем работал токарем на заводе «Саламандра», где проработал с перерывом на 4 месяца, был взят на воен. службу, до эвакуации Риги. Затем до Фев. революции работал в Петрограде на заводе «Феникс», «Новый Леснер» и «Русский Рено». В октябре 1917 ком. Красной Гвардии (около 700 человек) завода «Русский Рено», на караульной службе по охране Смольного. В декабре 1917 чл. Главного штаба Красной Гвардии. Участник ГВ на Восточном фронте (1918–20), комиссар батареи артдивизиона и комиссар штаба арт. 27-й СД. Ком. 252-го СП 84-й СД. С 1920 по 1921 учился в Высшей воен. шк. Сибири, в Омске. Затем в Военной академии, окончил в 1926. Затем в штабе Московского ВО нач. воен. сообщений. Репр.: арестован 12 декабря 1937, приговорен к ВМН, реаб. в 1957.

БАРБАР, Ян Мартынович

БАРДА, Пётр Андреевич

БАРДА, Пётр Андреевич (Bârda, Pеteris; 11.01.1887, Лудзенский уезд – 17.02.1938, Москва) в компартии с 1906. Из крестьян. В 1905 организовал боевой отряд в Елгаве. С июля 1914 мобилизован в Армию РИ, участник ПМВ. В составе 23-й Олонецкой дружины ополчения, контужен в 1915, после госпиталя в Запасном бат. ЛСП (с февраля 1916), с ноября 1916 в 3-м ЛСП. В марте 1917 избран делегатом на I съезд Исколастрела, избран помпред. Исколастрела. На II съезде избран зампред. Исколастрела, затем пред. Исколастрела (до апреля 1918). Чл. ВРК 12-й армии, орг. Красной Гвардии в районе 12-й армии, в боях за Советскую Латвию в 1918. В 1918-23 работал в ВЧК, после ГВ в комиссариате Текстильной промышленности. Дир. чулочно-носочной фабрики им. Ногина в Москве (1933), затем упр. конторой коммунального хозяйства Киевского райсовета Москвы (1937). Репр.: арестован 1 декабря 1937, приговорён к ВМН, реаб. в 1955.

БАРОН, Абрам – псевд.: Абраша, Алоиз, Карличек (Barons, Âbrams; 27.07.1912, Даугавпилс – 1938, Испания) в компартии с 1931. До 1929 учился в Даугавпилсской средней шк. В школьные годы примкнул к местному комсомолу, в выпускном классе был арестован на 8 месяцев, но по разрешению сдал выпускные экзамены. Осенью 1930 с разрешения комитета комсомола уехал учиться в Брно (Чехословакия). В 1931 стал чл. КП Чехословакии (КПЧ) и под партийной кличкой «Карличек» работал в партийном аппарате округа Брно. В 1933 работал в аппарате нелегальной прессы КПЧ и одновременно инстр. окружной парт. организации Брно. В 1934 прибыл в Латвию для прохождения обязательной воен. службы, как нелояльный направлен в рабочий бат. Даугавпилсской крепости. Затем вернулся в Брно, в 1935 окончил Политех. инст. Работал на заводе в Витковичах, а затем полностью перешел на парт. работу в КПЧ. В декабре 1936 добровольцем из Чехословакии отправился на ГВ в Испанию, работал в организации почтовой связи. Осенью 1937 по заданию КПЧ участвовал в организации бат. им. Масарика, затем 129-й Интербригады. Весной 1938 принял на себя обязанности политического комиссара 4-й пулеметной роты в бат. им. Масарика 129-й бригады. Погиб в боях на Арагонском фронте, в десяти километрах к северу от Морельи.

БАСОВ, Константин Михайлович

БАСОВ, Константин Михайлович – наст.: Абелтынь, Ян Янович; псевд.: Рихард (Âboltiňš, Jânis; 25.09.1895, Рига (по другим данным: 25.09.1896, вол. Эрглю, Цесисского уезда) –15.03.1938, Москва) в компартии с 1919. Из семьи сапожника, окончил высшее начальное уч. (1914). С 1915 в армии РИ, участник ПМВ. Стрелок 1-го ЛСП. Окончил курс учебной команды Запасного ЛСП(1916), ком. отделения, старший унтер-офицер. Учился в шк. прапорщиков в Гатчине (сентябрь-декабрь 1917), 25 октября 1917 в составе шк. был в Зимнем дворце, но отказался воевать против рабочих. В декабре 1917 демобилизован. Зведующий делопроизводством комиссариата статистики Советской Латвии (январь-май 1919), статистик, сек. СОО ОО ВЧК (январь 1919 – февраль 1920). В РО – РУ помглавкома по Сибири: инстр. (февраль 1920 – январь 1921), нач. организационно-инспекторского отделения (январь – май 1921), помнач., врид нач. агентурного отдела (май-сентябрь 1921), нач. агентурного отделения того же отдела (сентябрь 1921 – июль 1922). Находился в служебной командировке в Москве (декабрь 1920 – март 1921). Нач. 1-го отделения, зав. сектором 1-го отделения, в резерве (июль 1922 – июнь 1925), нач. 2-й части (июнь 1925 – сентябрь 1926) 2-го (агентурного) отдела РУ штаба РККА. Помнач. того же отдела (сентябрь 1926 – октябрь 1927). В распоряжении РУ штаба РККА (октябрь 1927 – октябрь 1930), нелегальный резидент в Германии, где по его рекомендации был привлечен в разведку Рихард Зорге. Помнач. 2-го отдела РУ (октябрь 1930 – апрель 1931), в распоряжении того же Управления (апрель 1931 – октябрь 1932), нелегальный резидент в Австрии. Помнач. 2-го (агентурного) отдела (октябрь-декабрь 1932), учился на командном факультете Военной академии механизации и моторизации им. И.В.Сталина (декабрь 1932 – март 1934), на академических курсах технического усовершенствования комсостава при той же академии (март-октябрь 1934), на основном факультете Военной академии им. М.В.Фрунзе (октябрь 1934 – июль 1935). Полковой комиссар (13.12.1935). В распоряжении РУ РККА (июль 1935 – февраль 1936), помнач. по кадрам 1-го (западного) отдела (февраль-октябрь 1936), в распоряжении (октябрь 1936 – сентябрь 1937) РУ РККА. 23 сентября 1937 уволен в запас РККА. Репр.: арестован 2 декабря 1937, приговорён к ВМН, реаб. в 1956. Нагр. орденом Красного Знамени (1931).

БАТИС, Эрнест Иванович (Baíis, Ernests; 08.08.1892, Сипеле, вол. Добелес – 29.08.1937, Ленинград) в компартии с 1913. Из батраков, окончил Александровскую городскую шк. в Елгаве (1910), параллельно путём самоубучения получил права учителя (1911). В поисках работы эмигрировал сначала в Англию, где работал плотником, вступил в Социалистическую партию (1913), переехал в США (1914), в Бостоне окончил курсы плотников-строителей, плотник на судах судоверфи, матрос. Чл. Американской Социалистической партии (1914–17). В январе 1918 вступил в отряд моряков в Нью-Йорке, с которым в марте 1918 прибыл в Петроград. С апреля 1918 направлен на продовольственную работу во 2-й Александро-Невский продрайон; 1 августа назначен в распоряжение военкома Вологды, 20 августа назначен орг. продотрядов на Севере. Комиссар 2-х Северо-Двинских курсов младшего комсостава Красной Армии в Великом Устюге (ноябрь 1918 – февраль 1919), запасного бат. (февраль-март 1919). С апреля 1919 на политработе Северо-Двинской военно-речной флотилии. Агитатор, врид заведующего политотделом (май-июнь 1919), политком. штаба, нач. политотдела (июнь-ноябрь 1919), комиссар (ноябрь 1919 – февраль 1920) флотилии. Делегат IX съезда РКП(б) и VIII съезда Советов (1920). Чл. комиссии по обследованию боеспособности Северного морского воздушного дивизиона. Нач. политотдела Беломорской флотилии (март-апрель, затем реорганизована в Морские силы Северного моря. Нач. Политуправления Балтийского флота (сентябрь 1920 – апрель 1921). С июля 1921 чл. Центральной фильтрационной комиссии. Помнач. Морских Сил по политчасти (ноябрь 1922 – июль 1924), комиссар Морских Сил Дальнего Востока и Владивостокского военного порта (июль 1924 – май 1926), одновременно нач. политотдела (ноябрь 1922 – октябрь 1923, октябрь 1925 – октябрь 1926), комиссар и нач. политотдела Морских Сил Дальнего Востока и Амурской речной военной флотилии (май-сентябрь 1926), комиссар и нач. политотдела флотилии (сентябрь 1926 – июнь 1927, фактически до 16.10.1926). Окончил КУВНАС (1926–27). Нач. 4-го (командного) отдела Учебно-строевого управления ВМС РККА (1927–30). Военно-морской атташе при полпредстве СССР в Турции (1930–32). Окончил Особый курс (1933–35) при Военно-морской академии им. К.Е. Ворошилова. Помнач. штаба Черноморского флота (апрель 1935 – ноябрь 1936). Капитан 2-го ранга (16.03.1936). Нач. штаба отдельного дивизиона миноносцев и сторожевых кораблей Северной военной флотилии (ноябрь 1936 – март 1937). Репр.: арестован 23 марта 1937, приговорён к ВМН, реаб. (н.д.). Нагр. орденом Красного Знамени (1928 (за боевую деятельность в 1919)).

БАУЗЕ, Роберт Петрович

БАУЗЕ, Роберт Петрович (Bauze, Roberts; 08.01.1895, вол. Раунас – 27.01.1938, Ленинград) в компартии с 1910. Из крестьянской семьи, в 1900 семья переехала в Ригу. Обучался в в прогимназии Корти, потом в реальном училище Кенина в Риге, в 1913 арестован на несколько дней и исключён из реального училища. В 1912–13 вел в районе пропагандистскую работу и избирался членом подрайонного комитета швейников, членом подрайонной, районной и рижской конференций. В 1914 работает в 4-м районе Рижской СДЛК, член Рижского ЦК СДЛК. Осенью 1914 арестован и в 1915 выслан в Нарымский края. Весной 1916 вместе с А.Дижбитом бежал из ссылки в Екатеринбург, затем в Самаре. В январе 1917 арестован в Самаре, освобождён после Фев. революции. Редактор газеты «Приволжская правда». Участник Окт. революции в Москве, командир латышского отряда. Затем вернулся в Латвию, член Исколата, член ЦК СДЛК. Редактор газет «Социалдемократс» и «Циня». С апреля 1918 в ЛСП, принимал активное участие в боях у Казани и Свияжска. В ноябре 1918 назначен комиссаром 2-й ЛСБ, в боях за Советскую Латвию. После установления Советской власти в Риге замнаркома труда. С 15 марта по 31 мая 1919 член РВС Армии Советской Латвии, член ЦК КПЛ. Демобилизован с 1921. Редактор газеты «Криевияс Циня» и других латышских изданий, лектор в КУНМЗ. Осенью 1926. ЦК был переброшен в Ленинград. До конца 1928 работал в Ленинградском обкоме заведующим подотделом национальных меньшинств. С декабря 1928 по октябрь 1929 ответственный секретарь Псковского окружкома ВКП(б). С 1932 состоял в Ленинградском отделении Всесоюзного общества старых большевиков. Делегат 1-го съезда Союза писателей СССР в 1934 с правом решающего голоса. Председатель Ленинградского обл. радиокомитета, корреспондентом немецкой газеты «Rote Zeitung» издательства ЦК ВКП(б). Делегат VI Всероссийского Чрезвычайного съезда Советов (ноябрь 1918), XVI конференции ВКП(б) (апрель 1929), XVI съезда ВКП(б) (1930). Репрессирован: арестован 5 ноября 1937, приговорён к ВМН.

БАУЗЕР, Фриц Давидович (Bauzers, Fricis; 05.08.1888, Салдус – 29.07.1938, Москва) в компартии с 1907. Из семьи печника. Окончил четырехклассное городское уч., с одиннадцати лет стал работать самостоятельно. В 1903 поступил в Риге на машиностроительный завод Ланге учеником слесаря. Принимал участие в революционных событиях 1905 и восстании в Айзпуте в декабре 1905. Арестован в декабре 1905, из-под ареста бежал. Весной 1906 снова арестован, пробыл под следствием 8 месяцев. За недостатком улик в начале 1907 освобожден и отправлен под негласный надзор полиции. Работал в Салдусе на заводе паровых молотилок. В конце 1909 призван в армию. Служил на Дальнем Востоке в 6-м Сибирском СП. В 1910 окончил учебную команду. За агитацию арестован в августе 1910 и осужден на 2,5 года тюремного заключения с последующей ссылкой на 3 года. Тюремный срок отбывал во Владивостоке, ссылку в Минусинском уезде. После освобождения работал машинистом на угольной шахте. В феврале 1916 вновь призван в армию и отправлен на Западный фронт. Служил в 166-м ПП, унтер-офицер. После Фев. революции 1917 избран чл. полкового и дивизионного комитетов 42-й ПД, старший унтер-офицер. Один из орг. Красной Гвардии на Западном фронте. В январе-феврале 1918 ком. взвода, пред. партячейки латышской роты, военком штаба Нарвского партиз. отряда. В РККА с февраля 1918, участник ГВ. В январе 1919 окончил Петергофские пехотные командные курсы. Участвовал в боях, пом. ком. роты. С июня 1919 нач. и военком Петергофских пехотных командных курсов. В качестве военкома полка и бригады курсантов участвовал в боях с войсками генералов Юденича, Деникина и Врангеля. В 1921–24 нач. и военком 76-х Ораниенбаумских пехотных командных курсов, старший инстр. политического отдела Управления военноучебных заведений РККА, военком 5-х Петергофских командных курсов, помнач. шк. отдела Управления военно-учебных заведений РККА по нормальным шк. В 1924 окончил Высшие академические курсы при Военной академии РККА. С августа 1924 военком Военно-воздушной академии им. проф. Н.Е.Жуковского. В 1926–28 ответсек. парткомиссии Московского ВО. С октября 1928 ответсек. конфликтной комиссии Политуправления РККА. С сентября 1929 находился в резерве РККА, будучи откомандирован на курсы марксизма при Комм. академии. С марта 1931 замнач. политического управления Средне-Азиатского ВО. Дивизионный комиссар (1935). С мая 1937 нач. политуправления, с августа 1937 чл. Военного совета Средне-Азиатского ВО. Жил в Ташкенте. Чл. ЦК Компартии Узбекистана. Депутат ВС СССР 1-го созыва. Репр.: арестован 8 января 1938, приговорен к ВМН, реаб. в 1957.

БАУМАН, Карл Янович (Baumanis, Kârlis; 29 авг.1892, вол. Вилькенес – 14.10.1937, Москва) в компартии с 1907. Из крестьянской семьи, окончил класс сельской шк. и три класса городской шк. в Лимбажи. Состоял в ученических кружках. С 1907 по февраль 1908 учится в с/х уч. в Пскове. В 1907 руководит с/д ученическим кружком. В 1908 арестован и после 7 месяцев заключения выслан под надзор полиции на поселение в Лимбажи, где стал одним из орг. местной СДЛК. С мая 1909 по май 1910 арестован и в заключении год в тюрьме Валмиеры. С февраля 1911 по апрель 1912 в заключении в тюрьмах Риги и Вентспилса. С августа 1912 по май 1913 готовился для сдачи экстерном экзаменов в Петербурге. С сентября 1913 по октябрь 1915 студент Киевского коммерческого инст. С октября 1915 по июнь 1916 коммерческий инст. переведён в Саратов. С июня 1916 по февраль 1918 конторщик Киевского учетного банка в Киеве. В 1917 один из организаторов Киевской Латсекции РСДРП(б). Избран на Всероссийский съезд банковских служащих, состоявшийся в июне 1917 в Петрограде. Участник Окт. революции в Киеве. Затем в феврале 1918 комиссар по национализации банков комиссариата финансов в Киеве. Весной и летом 1918 болел, скрывался от белых в деревне Юрьево Путивльского уезда Курской губ. С августа 1918 по февраль 1919 секретарь правления Союза банковских служащих в Киеве. В феврале-августе 1919 управляющий отделением Народного банка в Киеве. В сентябре-декабре 1919 стариший инсп. НКФ РСФСР в Москве. В январе-апреле 1920 зав. уОНО, в апреле-августе 1920 пред. Путивльского уисполкома, Курской губ. В августе-октябре 1920 пред. Грайворонского уисполкома, Курской губ. В октябре-ноябре 1920 пред. Курского губсовпрофа, с ноября 1920 по июль 1923 секретарь Курского губкома ВКП(б). Затем в Москве: с августа 1923 по август 1924 зам. зав. Орграспредотделом ЦК ВКП(б). С августа 1924 по февраль 1928 зав. орграспредотделом МК ВКП(б). В феврале-октябре 1928 зав. Отделом по работе в деревне ЦК ВКП(б). С октября 1928 по апрель 1930 секретарь МК ВКП(б). С октября 1930 по февраль 1931 уполн. ЦК ВКП(б), с февраля 1931 по август 1934 персек. бюро ЦК ВКП(б) Средней Азии в Ташкенте. С августа 1934 по октябрь 1937 зав. Планфинторготделом ЦК ВКП(б), с мая 1935 по октябрь 1937 зав. Отделом науки ЦК ВКП(б) в Москве. На XIV–XVII съездах ВКП(б) избран чл. ЦК ВКП(б). С апреля 1928 по апрель 1929 канд. в чл. Секретариата ЦК ВКП(б). С апреля 1928 по февраль 1932 чл. Оргбюро ЦК ВКП(б). В мае-октябре 1932 сек. ЦК ВКП(б). С апреля 1929 по июнь 1930 кан. в чл. Политбюро ЦК ВКП(б). Чл. ЦИК СССР (1929-36), делегат X–XIII съездов РКП(б) и XIV–XVII съездов ВКП(б). Репр.: арестован 12 октября 1937, умер в Лефортовской тюрьме во время следствия, реаб. в 1955.

БАУМАН, Мартын Янович – наст.: Сокис, Жан (Baumanis, Mârtiňš (Soíis, Ћanis); 07.06.1893 – 01.04.1970, Рига) в компартии с 1913. Из рабочей семьи, работал столяром. Состоял в Рижской СДЛК, в 1915 арестован и сослан в Иркутскую губ. Бежал в январе 1917 и работал подпольно в Иркутске и Архангельске. Затем в Петрограде в Красной Гвардии, с 1918 в РККА комиссар первого лёгкого арт. дивизиона ЛСД. С 1922 демобилизован по состоянию здоровья, работал на парт. и хоз. работе в УССР (Харьков) и РСФСР. С 1945 парторг ЦК КПЛ в Вентспилсском районе, затем на хоз. работе в Риге. В 1952 вышел на пенсию. Нагр. орденами Красного Знамени и «Знак Почёта».

БАУМАН, Пётр Оскарович (Baumanis, Pеteris; 25.05.1903, Рига – 19.10.1968, Рига) в компартии с 1927. В 1919 закончил среднюю шк., учился в арт. воен. шк., участвовал в ГВ против Врангеля (1920). Адьютант комендата Одессы. Затем на работе в электрохозяйстве фабрик в Одессе и Харькове (на эвакуированной из Риги фабрике «Унион»). С 1925 призван в РККА, закончил шк. младших командиров, с 1926 ком. взвода в пограничных войсках ОГПУ-НКВД. С начала 1930-х замнач. оперотдела Киевского ВО. Окончил Военную Академию им. М.Фрунзе (1934–37). Нач. штаба в пограничных войсках на Дальнем Востоке. Нач. штаба 26-й СД войск НКВД по охране ж/д, подполковник. С ноября 1942 нач. штаба 140-й Сибирской СД Отдельной армии войск НКВД. В июле 1943 ранен. Затем замнач. по ВПУ штаба 70-й армии, и.о. нач. Оперативного отдела и замнач. штаба 70-й армии. В 1944 нач. штаба 160-й СД 70-й армии 1-го Белорусского фронта, с июля нач. штаба 130-го ЛСК, генерал-майор (11.07.1945). С 1947 нач. военной кафедры Латвийской с/х академии. С 1961 на пенсии, пред. Военно-исторической секции Военно-научного общества и нач. Респ. штаба похода по местам боевой славы. Чл. редколлегии книги «Борьба Латышского народа в Великую Отечественную войну» (1966), Малой энциклопедии ЛССР и других изданий. Удостоин Гос. премии ЛССР в 1967. Нагр. орденами: Ленина (1950), Красного Знамени (1944, 1945, 1945, 1956), Отечественной войны I ст. (1944), Красной Звезды (1944).

БАУЭР, Екаб (Яков Янович) (Bauers, Jеkabs; 1885, вол. Вецсаулес – 03.03.1958, Рига) в компартии с 1905. Родился в семье безземельного крестьянина, окончил 4-классную цпш в Бауске. С марта 1898 по январь 1906 сезонный рабочий в Бауске и Елгавском уезде. С января 1906 по декабрь 1909 заключенный в тюрьме, с октября 1909 по октябрь 1911 рабочий кирпичного завода в Елгаве. С ноября 1911 по ноябрь 1912 рабочий в Рижском порту. С ноября 1912 по октябрь 1913 рабочий резинотехнического завода «Проводиник», с ноября 1913 по январь 1914 рабочий вагоностроительного завода АО «Феникс». В январе-мае 1914 заключенный в тюрьме. С мая 1914 по август 1915 контролер больничной кассы завода «Проводник». С августа 1915 по ноябрь 1916 рабочий Самарского трубочного завода, с ноября 1916 по февраль 1917 заключенный в тюрьме в Самаре. С февраля 1917 по июль 1918 чл. завкома и правления Самарского трубочного завода. В июле-октябре 1918 боец особого комотряда против Чехословацкого корпуса, уездный продкомиссар в Мелекессе Самарской губернии. С октября 1918 по июль 1919 зав. жилой частью коммунального отдела в Самаре. С июля 1919 по ноябрь 1922 уездный продкомиссар в Багульминском и Ставропольском уездах Самарской губернии. С ноября 1922 по май 1924 ответсек. Бугурусланского укома РКП(б). С июня 1924 по февраль 1926 пред. Самарской губКК и зав. губРКИ. С февраля 1926 по октябрь 1930 чл. ЦКК РКП(б) – ВКП(б), чл. коллегии, рук. торговой группы НК РКИ РСФСР, чл. Экспертного совещания при Экономическом совещании (ЭКОСО) РСФСР в Москве. С октября 1930 по февраль 1934 пред. Западной обл. КК ВКП(б) в Смоленске. На XIV–XVI съездах ВКП(б) избран чл. ЦКК ВКП(б), на XVII съезде ВКП(б) чл. КСК при СНК СССР. С февраля 1934 по сентябрь 1936 уполномоченный КСК при СНК СССР по Саратовскому краю. 16 сентября 1936 «за допущение засоренности троцкистами аппарата уполномоченного» снят с работы и откомандирован в Москву. С сентября 1936 по июнь 1937 зав. Бюро жалоб при Уполн. КСК при СНК СССР по Ленинграду, Ленинградской обл. и КАССР. С июля 1937 (по др. данным, с сентября 1937) и.о. рук. группы местной промышленности, промкооперации и жилищно-коммунального хозяйства КСК при СНК СССР в Москве. Решением КСК при СНК СССР 23 февраля 1938 «за бездеятельность и как не за-служивающий полного политического доверия» освобожден от работы и выведен из состава КСК при СНК СССР. Решением парторганизации КСК при СНК СССР 9 мая 1938 «за защиту брата Бауэра Ж.Я., арестованного органами НКВД, и за скрытие от парторганизации факта связи его жены с заграницей» исключен из ВКП(б). Брат, Ж.Я. Бауэр, член РСДРП с 1913, замдир. Смоленского завода дорожных машин им. М.И.Калинина арестован в Смоленске 18 января 1938, расстрелян 13 августа 1938. Другой брат, А.Я. Бауэр, работавший в IX отделе Арт. Упр. РККА, в апреле 1938 исключен из ВКП(б) за недоносительство. С марта 1938 по 1939 инсп. жилотдела Свердловского райисполкома. С 1939 по март 1942 слесарь-механик 8-го Московского механического завода промкооперации. С марта 1942 по октябрь 1944 пенсионер респ. значения, пчеловод совхоза «1-е Мая» в Аркадакском районе Саратовской обл. С 1944 работал в ЛССР: с октября 1944 по сентябрь 1947 упр. домами Сельхозбанка на станции Приедайне Бабитской волости. Решениями ПК КПК при ЦК ВКП(б) по ходатайству Саратовского обкома ВКП(б) 31 мая и 30 ноября 1944 отказано в восстановлении в ВКП(б). По рекомендации КПК при ЦК ВКП(б) в 1945 вступил в канд. в чл. ВКП(б), в феврале 1947 принят в чл. ВКП(б). С сентября 1947 по ноябрь 1949 проп. Бабитского волкома КПЛ в Саласской вол. С ноября 1949 по январь 1950 проп. Саласского волкома КПЛ. В феврале-марте 1950 не работал по болезни, проживал на территории Бабитского сельсовета. С апреля 1950 по январь 1955 пред. колхозов «Спилве» и им. Я.Райниса в Рижском районе. По ходатайству ЦК КПЛ решением КПК при ЦК КПСС 31 декабря 1954 восстановлен партстаж с 1905 с перерывом в 1938–47. С января 1955 на пенсии в Бабитском сельсовете Рижского района, сек. парторганизации колхоза «Спилве». Персональный пенсионер с марта 1955. Нагр. орденом Ленина

БАЯРС, супруги.

БАЯРЕ, Елизавета – псевд.: Крустмате (Bajâre, Elizabete; 1878, вол. Иецавас – 17.10.1967, Москва) в компартии с 1904. Из крестьян. Состояла во 2-м районе Рижского СДЛК. С 1912 держала конспиративную квартиру, хранила нелегальную литературу и оружие. Во время немецкой оккупации в подполье в Риге (1917-18). В декабре 1919 арестована с супругом, с трудом удалось освободиться, имея на руках двух малолетних детей. Летом 1920 сдана провокатором, арестована и по обмену выдана в РСФСР. Работала в Зарубежном бюро КПЛ в Пскове, с 1922 в Москве в Латсекции Коминтерна. Нагр. орденом Ленина.

БАЯРС, Фриц – псевд.: Крусттевс (Bajârs, Fricis; 28.10.1882 – 31.12.1919) в компартии с 1908. Фабричный рабочий, состоял в 2-м районе Рижского СДЛК. Во время немецкой оккупации в подполье в Риге (1917–18). Активный участник восстания в январе 1919. Далее на советской работе в Риге, Тукумсе, Елгаве, Резекне. После падения Соввласти снова в подполье. В декабре 1919 арестован с супругой властями буржуазной Латвии и расстрелян.

БЕГЕ, Карл

БЕГЕ (Бегге), Карл Микельевич (Bege, Kârlis; 09.11.1884, Лиепая – 10.01.1938, Москва) в компартии с 1902. Из семьи портового рабочего, окончил 2 класса городского уч. В 1904 вошёл в ЛСДРП Лиепаи, в 1904 арестован, переехал в Ригу. Работал на фабрике «Этна», среди рук. рабочих выступлений и боевой группы. Участник нападения на Рижскую Центральную тюрьму, на драгун на фабрике «Проводник». В 1906 снова арестован, вернулся в Лиепаю. 1906 чл. Лиепайского комитета ЛСДРП, 1907 чл. комитета СДЛК 2-го района Риги, чл. коллегии пропагандистов. Затем в Ковно, потом вернулся в Ригу. 17 февраля 1908 арестован во время II конференции СДЛК Риги и в марте 1909 осуждён на 4 года каторги. Отбывал в Центральной тюрьме Риги, с 1911 в Орловском централе. В 1913 на поселении в Преображенской волости Иркутской губ. В 1914 бежал, эмигрировал в Германию, затем во Францию. В 1915–17 чл. Зарубежного бюро СДЛК. После Фев. революции вернулся в Петроград. Уполн. Наркомвнешторга по Северо-Западной обл., первый пред. президиума Северо-Западной обл. торговой палаты (1921). В 1925–30 торгпред СССР в Германии, затем зам. нач. Главгеологии Наркомата тяжелой промышленности СССР (1937). Репр.: арестован 25 октября 1937, приговорён к ВМН, реаб. в 1956.

БЕЙКА, Давид Самуилович (Beika, Dâvids; 30.08.1885, вол. Залиниеку – 06.02.1946, Коми АССР) в компартии с 1903. Из батраков, окончил вол. начальную шк., а затем сдал экзамены на звание народного учителя в Риге, после чего работал учителем в Добеле (1903–05). Один из рук. «лесных братьев» Добельского уезда в период Рев. 1905–07. В 1907 эмигрировал в США, работал столяром в Бостоне на вагоноремонтном заводе. Один из рук. латышских с/д организаций в Американской Социалистической партии. После Фев. революции вернулся в Ригу, рук. Центральным бюро профсоюзов. Делегат VI съезда РСДРП(б). После оккупации Риги немцами арестован и заключён в тюрьму, освобождён после Ноябрьской революции в Германии. В 1919 наpком пpомышленности Советской Латвии. После падения Риги зампред. правительства Советской Латвии в Резекне. С 1919 по 1923 чл. ЦК КПЛ. Делегат VIII съезда РКП(б). С февраля 1920 на партийной работе в РСФСР, начинал работу пред. Псковского губсовнархоза. Участник II и III конгрессов Коминтерна, упр. делами и зав. отделом международных связей ИККИ. Затем в Смоленской губ.: в 1922-23 ответсек. Вяземского уездкома РКП(б), в 1923–24 ответсек. Ярцевского уездкома РКП(б), в 1924–26 ответсек. Смоленского губкома РКП(б) – ВКП(б). Создатель коммун «Саpканайс стpелниекс» и «Даpбс» из бывших латышских кpасных стpелков в Вяземском уезде. С июля 1926 по май 1927 ответсек. Архангельского губкома ВКП(б). В 1927–32 пред. Всесоюзного Совета промышленной кооперации, в 1932–35 уполн. Народного комиссариата тяжелой промышленности СССР в СНК РСФСР, чл. коллегии Народного комиссариата тяжёлой промышленности СССР. В 1936–37 участник ГВ в Испании, затем выполнял задания ИККИ в США (1937–38). Репр.: арестован 20 апреля 1938, приговорён к 20 годам ИТЛ, умер в Устьвымлаге Коми АССР. 22 февраля 1956 года посмертно реаб.

БЕЙКА, Ян Самуилович

БЕЙКА, Ян Самуилович (Beika, Jânis; 13.09.1889, вол. Ауру – 1941, н.д.) в компартии с 1905. Брат Давида Бейки. Из батраков, окончил начальные классы шк. в Добеле. В период Рев. 1905–07 в партиз. движении вместе с братом. Затем вынужден скрываться в Псковской губ., после устроенной забастовки сельхорабочих арестован и выслан в Добеле для выяснения личности, содержался в Елгавской тюрьме 2 года, но за неимением улик освобождён. Работал на временных работах, прошёл обязательную военную службу в армии РИ. С началом ПМВ снова в армии РИ. Участник революций 1917. С апреля 1918 комиссар Саратовского Особого Латышского полка. Участвовал в подавлении к/р выступления в Саратове и Тамбове. В мае 1919 комиссар 3-й бригады Армии Советской Латвии в оборонительных боях. Замком. бат. особого назначения 15-й армии (Резекне, июль 1919). С начала 1930-х работает в Наркоминделе СССР, дипкурьер под фамилией Шкурин. Репр. (н.д.). Нагр. орденом Красного Знамени (1920).

БЕНИКИС, Ян

БЕНИКИС, Ян (Bеniíis, Jânis; 1907, Рижский уезд – 02.05.1943, Старая Русса) в компартии с 1938. Учился в театральном инст. в Риге, с 1936 состоял в нелегальном Объединении революционных писателей, художников и журналистов Латвии. На ГВ в Испании с июня 1937. Наблюдатель батареи, затем ком. 1-го Славянского дивизиона тяжелой арт., старший лейтенант. Чл. КПИ. С февраля 1939 до марта 1941 находился и концлагерях во Франции. По возвращении в Латвию пом. дир. по политчасти Рижского передвижного театра. В начале ВОВ нач. штаба 3-го бат. Рабочей Гвардии, затем ком. батареи артполка 201-й ЛСД, старший лейтенант. Умер от ранений под Старой Руссой.

БЕРЕЗИН, Александр (Berezins, Aleksandrs; 1906, Елгава – 02.04.1970, н.д.) в компартии с 1930. В 1915 эвакуирован с семьёй в Москву. Чл. ВЛКСМ с 1920, делегат III Всероссийского съезда комсомола (1920). Учился в Высшей советско-партийной шк., работал фрезеровщиком и мастером на автозаводе. На ГВ в Испании с мая 1937 под именем Клаудиус Чиспа, ком. 6-й Славянской батареи противотанковой арт., капитан. Участвовал в боях на многих участках Центрального, Восточного и Южного фронтов. С февраля 1939 в концлагерях во Франции, в апреле вернулся в СССР. Работал инженером на автозаводе им. Лихачева.

БЕРГ, Фриц – псевд.: Фрицис, Гросвальд, Алциньш (Bergs, Fricis; 07.06.1890, вол. Салдус – 27.09.1925) в компартии. Окончил вол. шк., с 1907 состоял в Лиепайской СДЛК, активно участвовал в Рев. 1905–07 в Салдусе. В 1910 арестован и в 1911 выслан в Сибирь. Бежал, сначала в Риге, затем эмигрировал в Германию и Францию. Работал на фабриках и заводах. С началом ПМВ выступал с агитацией среди русских войск во Франции. Был задержан и выдворен из Франции в Бельгию. После Окт. революции через Швецию и Финляндию вернулся в Петроград, на парт. работе. С начала 1923 на нелегальном положении в буржуазной Латвии, чл. комитета КПЛ Леяскурземского края, ред. Лиепайской газеты «Коммунист». Арестован 18 ноября 1923, заключён в Лиепайскую тюрьму, в мае 1925 приговорён к 5 годам каторги. После вынесенных истязаний и болезни скончался в Рижской Центральной тюрьме.

БЕРГ, Фриц Янович

БЕРГ, Фриц Янович (Bergs, Fricis; 08.04.1900, Мерсрагс – 12.1994, Рига) в компартии с 1920. В Рижской КПЛ (1920–23), неоднократно арестовывался. Ред. нелегальной газеты «Мусу Земе», депутат рабоче-крестьянской фракции Сейма Латвии (1931–33). В октябре 1933 с трибуны назвал министра внутренних дел Готфрида Мелбардиса «предателем, агентом царской охранки и провокатором» после чего был отсранён от заседаний, 22 ноября депутатов рабоче-крестьянской фракции в полном составе арестовывают, осуждён к 8 годам принудительных работ. После восстановления Соввласти в Латвии с лета 1940 персек. КПЛ Валкского уезда, депутат Народного Сейма Латвии и ВС ЛССР. В ВОВ разведчик Нарвского истребительного полка в Эстонии и на Ленинградском фронте, тяжело ранен под Ораниенбаумом. В 1942 закончил курсы партийных и советских работников ЛССР, работал в Калинине. В 1943–44 персек. ЦК КПЛ в партиз. соединениях Северной Латвии, в Валкском округе, в Видземе, ред. нелегальной газеты «Мусу Земе». В 1946–53 пред. Латвийского Респ. Союза рыболовецких колхозов, в 1953–63 дир. Дома работников искусств (Рига), нач. Отдела Министерства социального обеспечения ЛССР. С 1962 персональный пенсионер, активно участвовал в ветеранских организациях. После к/р пришествия буржуазии к власти в Латвии в 1990-х поддерживал про-коммунистические силы, похоронен как последний депутат предыдущего буржуазного Сейма. Нагр. орденами: Красной Звезды, Отечественной войны I ст. (1985), Трудового Красного Знамени, Октябрьской Революции (1980), «Дружбы Народов» (1991).

БЕРГ, Эйжен Августович (Bergs, Eiћens; 03.02.1892, Рига – 20.09.1918, Закаспийск, похоронен в Баку) в компартии с 1917. Родился в семье рыбака, работал слесарем. Во время Рев. 1905–07 боец рабочей дружины. Во время ПМВ машинист на линкоре «Севастополь». После Фев. революции избран в судовой комитет, в числе других был арестован, затем освобождён по требованию матросов. В августе 1917 1-й бригадой линкоров избран чл. Центрального комитета Всероссийского военного флота. Во главе отряда матросов из 2-го Балтийского экипажа участвовал в штурме Зимнего дворца 25 октября 1917. Чл. Военно-Морского ревкома. Комиссар штаба отряда Балтийских матросов. Летом 1918 направлен в Каспийскую флотилию. В июле 1918 чл. ВРК и нач. связи Кавказской Красной Армии. После падения Баку арестован и расстрелян в числе 26-ти Бакинских комиссаров.

БЕРГИС (Берг), Симан (Семён) Адамович

БЕРГИС (Берг), Симан (Семён) Адамович (Berěis, Sîmanis; 29.09.1887, вол. Ранкю – 28.02.1938, Москва) в компартии с 1903. Из крестьян, окончил Айзпутскую городскую шк. (1904), состоял в ЛСДРП Айзпуте. Активный участник Рев. 1905–07 в Айзпуте, в окрестностях Лиепаи и Скрунды. С 1907 эмигрировал в США, работал лесником, токарем в Бостоне, окончил вечерний технический инст. Вошёл в с/д организации Американских латышей, член ЦК. В профсоюзе «Всемирные Индустриальные Трудящиеся», организовывал забастовки. В 1917 вернулся в Латвию, чл. ЦК Рижского комитета СДЛК. В период немецкой оккупации на нелегальном положении (1918), пред. Рижского комитета СДЛК. Затем в РСФСР, комиссар 5-го ЛСП, участвовал в подавлении мятежа в Ярославле, затем работал там же пред. губкома ВКП(б). С 1919 в Советской Латвии. Пред. Рижского Совета и горкома КПЛ. Фактически первый советский градоначальник Риги. Затем нарком образования, защиты здоровья и социального обеспечения Советской Латвии, член ЦК КПЛ. С 1920 в РСФСР, работал в Коминтерне (1920–21), Совете Труда и Обороны СССР, Объединённом союзе промышленности и кооперации (1923–27), в комиссариате Внешней торговли (1930–37), рук. оперативной группы в Союзтехноимпорте (1937). Чл. редколлегии журнала «Целтне» (1929–31, 1934). С 1934 в Союзе писателей СССР, делегат I Всесоюзного съезда советских писателей. Автор пьес, статей, рассказов и романа «Пионеры Севера», переводчик, в частности переводил произведения М.Горького, Дж. Лондона. Респр.: арестован 12 декабря 1937, приговорён к ВМН, реаб.

БЕРГОЛЬЦ, Август Иванович (Bergholcs, Augusts; 06.1897, Лиепая – 29.07.1938, Москва) в компартии с 1919. Родился в семье рабочего-железнодорожника, окончил шесть классов Лиепайского реального уч. (1915). Затем на службе в армии РИ, юнкер Виленского военного уч., прапорщик (1916). Участник ПМВ. Воевал в составе Отряда Особой важности штаба Северного фронта атамана Пунина, поручик. Во время Окт. революции 1917 в составе 1-го ЛСП в Цесисе. В РККА с 1918, участник ГВ. С февраля 1918 на Западном фронте в составе латышского взвода в Пскове. Начал осваивать авиацию. Лётчик, лётчик-наблюдатель. В 1920 командир авиаотряда. При аварии самолета получил контузию. С марта 1922 начальник технической части 1-й отдельной истребительной авиаэскадрильи. В 1922–25 слушатель основного факультета Военной академии РККА. Одновременно с учебой в 1923 окончил Севастопольскую авиашк., в 1924 курсы при гидрошк… После окончания академии командир 7-го корпусного развед. и 30-го отдельного авиаотрядов. С ноября 1926 командир 20-й авиаэскадрильи. С декабря 1928 командир и военком 7-й авиабригады. В1931–32 слушатель оперативного факультета Военной академии им. М.В.Фрунзе. Затем ком. 15-й тяжелобомбардировочной авиабригады. С декабря 1933 нач. командного факультета Военно-воздушной академии им. проф. Н.Жуковского. С апреля 1935 пом. комд. войсками Московского ВО по авиации. Комдив (1935). С августа 1936 участник ГВ в Испании, советник командующего ВВС. В январе 1937 вернулся в СССР, работал старшим преподавателем Академии Генерального штаба РККА. Репр.: арестован 13 декабря 1937, приговорен к ВМН, реаб. в 1956. Нагр. орденом Ленина (1936).

БЕРЗИН, Август Мартынович (Bеrziňš, Augusts; 08.01.1899, Цесис – 07.02.1920, Чукотка). Из рабочей семьи, С 9 до 13 лет работал в батраках, затем был учеником парикмахера. В ПМВ воевал в ЛСП. В 1918–19 воевал за Советскую власть на Дальнем Востоке, ком. роты Красных латышских стрелков, затем комиссар станции Хабаровска. Затем в подполье, по заданию крайкома РСДРП(б) вместе с М.С.Мандриковым выехать в Анадырь, 16 декабря 1919 после свержения власти колчаковцев Анадырским Советом назначен комиссаром охраны Ревкома Чукотки. Орг. милиции на Чукотском полуострове. Расстрелян участниками к/р переворота.

БЕРЗИН, Август Мартынович

БЕРЗИН, Оскар Михайлович (Bеrziňš, Oskars; 14.051894, вол. Каздангас – 10.09.1938, Москва) в компартии с 1917. Учился в Московском коммерческом инст. В период ПМВ окончил Одесскую воен. шк., прапорщик. В период Окт. революции в Московском Арсенале, Кремле, в ноябре 1918 комендант Москвы и комиссар Московского Кремля. Организовал охрану Кремля и гос. ценностей. В ГВ член РВС 4-й армии, комиссар 44-й дивизии. С 1920 работал в Наркомате внешней торговли СССР. Репр.: арестован 10 июня 1938, приговорён к ВМН, реаб. в 1957.

БЕРЗИН, Рейнгольд Иосифович

БЕРЗИН, Рейнгольд Иосифович (Bеrziňš, Reinholds; 16.07.1888, вол. Коню, Валмиерский уезд – 19.03.1938, Москва) в компартии с 1905. Родился в семье батрака, работал пастухом, рабочим, с 1909 учитель. В 1911 арестован за распространение нелегальной литературы, более года в заключении. В 1912 закончил Цесисскую с/х шк. С 1914 в армии РИ, участник ПМВ. Окончил Псковскую шк. прапорщиков, поручик (1916). В 1917 пред. исполкома 40-го армейского корпуса, чл. ВРК Западного фронта. Делегат II Всероссийского съезда Советов. В конце 1917 – начале 1918 командовал советскими войсками при ликвидации к/р ставки в Могилёве, в боях с частями украинской Центральной рады и мятежного польского корпуса Довбор Мусницкого. Затем главком Западным фронтом по борьбе с к/р, ком. Северо-УралоСибирским фронтом, 3-й армией, инсп. Армии Советской Латвии (1919), чл. РВС Западного (1919), Южного (1919–20), Юго-Западного (1920) и Туркестанского (1920–21, 1923–24) фронтов. В 1924 комд. Западным ВО. После демобилизации (1924) работал в военной промышленности, позже в Наркомземе РСФСР, упр. трестом «Агротехзнание» (1937). Репр.: арестован 10 декабря 1937, приговорён к ВМН, реаб. в 1955. Нагр. орденами: Красного Знамени (1922), Красного Знамени Хорезмской Народной Респ. (1924), Красного Знамени Бухарской Народной Респ. (1924).

БЕРЗИН, Эдуард Петрович (Bеrziňš, Eduards; 07.02.1894, Вецпиебалга – 01.08.1938, Москва) в компартии с 1918. Из крестьянской семьи, окончил Цесисскую городскую шк… Затем в Германии учился в Фрейбургской художественной шк., с 1912 по 1914 учился в Берлинской художественной Академии. Перед началом ПМВ вернулся в Ригу. Участник ПМВ, сначала в 179 пехотном резервном бат., с сентября 1915 в составе 4-го Видземского ЛСП, прапорщик 5-й роты. Нагр. серебряной нагрудной медалью на Станиславской ленте с надписью «За усердие», Георгиевским крестом IV ст… В РККА с 1918. Ком. 1-го лёгкого артдивизиона ЛСД. Летом 1918 сыграл решающую роль в подавлении левоэсеровского мятежа в Москве и разоблачении заговора Локкарта. С декабря 1918 на Западном, Юго-Западном и Восточном фронтах. С января 1919 в составе Армии Советской Латвии. С октября 1919 нач. снабжения ЛСД. С ноября 1920 сотрудник РУ полевого штаба РККА. С февраля 1921 сотрудник Спецотдела ВЧК, затем ОГПУ. С 1927 орг. и нач. (1931) строительства Вишерского целлюлозно-бумажного комбината, нач. Вишерлага. 14 ноября 1931 назначен дир. треста «Дальстрой». Позднее совмещал должности уполн. коллегии ОГПУ-НКВД, Далькрайкома ВКП(б), Далькрайисполкома и нач. Нагаево-Магаданского гарнизона Охотско-Колымского района. Дивинтендант (10.04.1937). Репр.: арестован 19 декабря 1937, приговорён к ВМН, реаб. в 1956. В 1988 в центре Магадана поставлен памятник. Нагр. знаком «Почетный работник ВЧК-ГПУ(XV)» (1932), орденом Ленина (1935).

БЕРЗИН, Ян (Андерсон)

БЕРЗИН, Ян – псевд.: Андерсон (Bеrziňš, Jânis; 24.10.1875, вол. Долес – 13.07.1934, Москва) в компартии с 1904. Из крестьянской семьи, рано остался без отца, батрачил, работал якорником в Рижском порту. В период Рев. 1905–07 один из основателей с/д организаций Доле-Катлакална, руководителей воен. комитета и основателей народной милиции. В 1906–12 в эмиграции в Германии. В 1912–15 проп. в 4-м районе Рижской СДЛК, в 1914 редактировал газеты ЦК СДЛК «Биедрис» и «Зинётайс». Избран в ревизионную комиссию IV съезда СДЛК, чл. ЦК СДЛК (1914). Многократно арестовывался, в 1915 выслан в Иркутскую губ. В 1917 чл. Исколата и Рижского Совета рабочих депутатов. В 1918 во время немецкой оккупации заключён в концлагерь. В 1919 в Советской Латвии чл. ЦИК и зам. комиссара земледелия. В 1920, 1922-23 работал в издательстве КПЛ «Спартак» в Пскове, журнале «Красный сеятель», газетах «Эхо борьбы», «Пролетарская борьба». Участвовал во II съезде Коминтерна. В 1921 представлял Заграничное бюро КПЛ в Германии. В 1923–27 на нелегальном положении в Латвии, сек. ЦК КПЛ, ред. газеты «Циня», сотрудник легальных газет «Виениба» и «Лайкметс». Арестован и заключён в Рижскую Центральную тюрьму (1927–34). Был соавтором газеты заключённых «Айз Рестем». В заключении подорвал здоровье, после освобождения выехал в СССР и вскоре скончался, в 1967 перезахоронен на кладбище Райниса.

БЕРЗИН, Ян Андреевич (Bеrziňš, Jânis; 09.09.1901, Рижский уезд – 03.06.1956, Киев) в компартии с 1918. Из батрацкой семьи, во время ПМВ эвакуирован с семьёй в Рыбинск. В РККА с сентября 1918, участник ГВ в Сибири. В 1923 окончил Казанскую военно-инженерную шк., в 1936 курсы при Военно-инженерной академии. В 1941 как ком. строительного бат. укреплял новые границы Советского Союза на Западной Украине. С началом ВОВ на фронте. Как ком. 37-го Отдельного понтонно-мостового бат. участвовал в обороне Киева, обороне Сталинграда, а затем освобождении Крыма. В июле-августе 1944 ком. 6-й понтонно-мостовой бригады 1-го Украинского фронта форсировал реки Западный Буг, Сан, Висла. Личными усилиями и умелым командованием справился с задачей. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 23 сентября 1944 присвоено звание Героя Советского Союза. В 1951 окончил Высшие академические курсы при Военно-инженерной академии. В 1947–56 ком. 16-го орденов Богдана Хмельницкого и Красной Звезды понтонно-мостового полка, полковник. Жил в Киеве, похоронен на Лукьяновском военном кладбище. Нагр.: медалью «Золотая Звезда» Героя Советского Союза; орденами: Ленина (дважды), Красного Знамени (четырежды), Отечественной войны I ст., Красной Звезды; орденами Польской Респ..

БЕРЗИН, Ян Антонович – псевд.: Зиемелис, Павел Васильевич Павлов, Винтерс (Bеrziňš, Jânis; 11.10.1881, вол. Веявас – 29.08.1938, Москва) в компартии с 1902. Из крестьянской семьи, окончил Цирстенскую вол. шк. (1894), Вецпиебалгскую приходскую шк. (1898), учительскую семинарию в Валке (находилась в Риге, 1901). Работал учителем в Цирстенской волости (1901–03). В 1903 арестован, в 1904 сослан в Олонецкую губ., летом 1905 бежал в Берлин, затем вернулся в Латвию, участник Рев. 1905–07, рук. забастовкой железнодорожников Валки. Осенью 1905 арестован с поддельным паспортом, но не опознан, в августе 1906 освобождён. Затем чл. Петербургского комитета РСДРП, жил в посёлке Куоккала на «Вилле Ваза» с Лениным. Делегат V съезда РСДРП (1907). Зимой 1907–08 эмигрировал в Европу и США. Член бюро заграничных групп СДЛК, редактор газеты «Билетенс», замредактора газеты «Страдниекс» (Бостон). С 1914 секретарь Заграничного комитета ЦК СДЛК, член редколлегии газеты «Циня», представитель СДЛК в Международном социалистическом бюро, делегат VI съезда СДЛК. Принимал участие в международных конференциях и совещаниях социалистов в Брюсселе (1914), Лондоне, Циммервальде (1915), где последовательно защищал идеи В.И.Ленина. Чл. ЦК КПЛ (1917–23). После Фев. революции вернулся в Петроград, на VI съезде РСДРП(б) избран членом ЦК РСДРП(б), на II Всероссийском съезде Советов избран чл. ВЦИК. Избран во Всероссийское Учредительное собрание по Лифляндскому округу список № 3. Полпред РСФСР в Швейцарии (апрель-ноябрь 1918). Комиссар просвещения Советской Латвии (декабрь 1918 – январь 1920). Сек. Исполкома Коминтерна (1919–20), затем полномочный представитель РСФСР в Финляндии (1921), зам. дипломатического представителя РСФСР и СССР в Великобритании (1921–24), советник Полномочного представительства СССР в Великобритании (1924-25), Австрии (1925–27). С 1927 уполн. Наркомата иностранных дел СССР при СНК Украинской ССР (1927–29), одновременно чл. ЦК КП(б) Украины (1927–30). С 1932 нач. Архивного управления РСФСР и СССР, ред. журнала «Красный архив». Чл. ЦИК и ВЦИК СССР. Репр.: арестован 24 декабря 1937, приговорён к ВМН, реаб. в 1956.

БЕРЗИН, Ян Карлович – наст.: Кюзис, Петер Янович; псевд. Вецайс, Павулс, Павел Иванович Берзин, Гришин, Доницетти (Bеrziňš, Jânis (Íuzis, Pеteris); 25.11.1889, вол. Яунпилс – 29.07.1938, Москва) в компартии с 1905. Из семьи батрак, учился в Балтийской учительской семинарии в Кулдиге (1902–04). Активный участник Рев. 1905-07. В 1905 исключён из семинарии, состоял в Мадлиенской ЛСДРП, в кружке «Спригулис» и боевой организации, участвовал в нападении на карательные экспедиции. В 1907 схвачен карательной экспедицией, приговорён к 8 годам каторги, но ввиду несовершеннолетия срок сокращён до 2 лет. Чл. комитета 4-го района Рижской СДЛК. В 1911 арестован, в 1912 сослан в Иркутскую губ., бежал в 1914 в Ригу под именем Яна Карловича Берзина. Во время ПМВ в армии РИ (1915–16), занимался партийной агитационной работой на Северо-Западном фронте. Рабочий-слесарь и партийный работник в Петрограде (1916–17). Активно участвовал в Фев. революции. Летом 1917 ред. латышской газеты «Пролетариата Циня». Во время Окт. революции чл. партийного комитета в Выборгском районе и чл. Петроградского комитета, участник взятия Зимнего дворца. С декабря 1917 в аппарате ВЧК РСФСР, в Наркомате внутренних дел РСФСР сек. местного отдела Упр. делами, чл. редколлегии «Вестника НКВД РСФСР» (1917–19). Участник подавления к/р выступлений в Москве и Ярославле. Зам. наркома внутренних дел Советской Латвии (март – май 1919), нач. политотдела 11-й Петроградской СД, затем нач. ОО ВЧК Армии Советской Латвии (позднее 15-я армия) (август 1919 – ноябрь 1920). В декабре 1920 переведён в Развед. Упр. РККА. В марте 1924 – апреле 1935 нач. 4-го Развед. Упр. штаба РККА. С апреля 1935 по июнь 1936 зам. командующего войсками ОКДВА. Участник ГВ в Испании в 1936–37, главный воен. советник под именем «генерала Доницетти». В конце мая 1937 года вернулся в СССР и вновь занял пост нач. Развед. Упр… Армейский комиссар 2-го ранга (27.06.1937). 1 августа 1937 снят с поста нач. Развед. Упр. с направлением в распоряжение Наркома обороны СССР. Репр.: арестован 27 ноября 1937, приговорён к ВМН, реаб. в 1956. Нагр. орденами: Ленина (1937), Красного Знамени (19… 1928), Красной Звезды. Сын – Берзин, Андрей Янович; в ВОВ воевал в составе 201-й ЛСД, погиб на фронте.

БЕРЗИН, Ян Карлович

БЕРНШТАМ, Пейсах

БЕРНШТАМ, Пейсах (Павел) (Bernštams, Peisaks (Pauls); 22.12.1907, Бауска – н.д.). Жил в Риге, в 1914 с семьёй эвакуировался в Россию, в 1920 вернулся в Латвию. В 1926 уехал изучать медицину в Ун. Вены и Парижа. Вернулся в Латвию в 1934. Работал врачом в больнице в Риге, состоял в подпольном антифашистском кружке. На ГВ в Испании с мая 1937, главврач в казармах Интербригад в Альбасете, с октября 1937 батальонный врач 15-й Интербригады. Капитан медицинской службы. С февраля 1939 находился в концлагере во Франции. После восстановления Соввласти в Латвии получает советское гражданство и в марте 1941 вернулся в СССР, жил в Латвии. Во время ВОВ врач СЭС в Караганде. С 1946 работает врачом в 4-й поликлинике Риге. По некоторым данным эмигрировал в Испанию, по другим в Израиль (1980–90-е).

БЕРТИН, Волдемар Петрович

БЕРТИН, Волдемар Петрович (Bеrtiňš, Voldemârs; 23.01.1888, Курляндская губерния – 12.10.1964, Москва) в компартии с 1917. Из семьи рабочего-ж/д. В 1896 семья переехала в Сибирь. Учился в цпш. В 1905, работая слесарем в депо ст. Тайга Томской ж/д, принимал участие в забастовке рабочих. С 1908 старатель на Бодайбинских золотых приисках Иркутской губернии. Участвовал в Ленских событиях 1912. За уклонение от мобилизации был арестован, провел 7 месяцев в тюрьме Бодайбо. После освобождения (весна 1915) работал на прииске Фогельмана (Охотские золотые прииски). В 1916 мобилизован в армию РИ: слесарь 3-й ж/д батареи 1-й запасной артбригады 5-й армии Северного фронта (Даугавпилс). За проведение антивоенной агитации арестован (май 1917) и помещен в тюрьму Даугавпилса, затем в Витебской тюрьме и в Бутырской тюрьме (Москва). После коллективной голодовки был освобожден вместе с другими арестованными солдатами Двинского полка. Лечился в Озерковском госпитале (Москва). Вступил в Красную Гвардию. Участник боев с юнкерами в Москве в Октябре 1917. В декабре 1917 выехал в Сибирь, затем в Благовещенск и на прииске Фогельмана, с 1918 в Охотске, член Охотского Совета (1919). После захвата Охотска белогвардейцами (1919) взят в плен и в «поезде смерти» отправлен в Хабаровск. Бежал и принимал участие в партизанском движении в Приамурье. С апреля 1919 в Якутске заведующий артскладами и оружейной мастерской штаба войск Якутии, чл. Якутского горсовета (1921), чл. президиума Якутского губбюро РКП(б) (с 1922). С апреля 1923 орг. и пред. 1-й трудовой артели по добыче золота в верховьях реки Алдан. После открытия прииска «Незаметный» с августа 1923 уполн. Наркомата торговли и промышленности Якутской АССР на прииске. С апреля 1924 зам. дир. Гос. золотопромышленного треста «Якутзолото» и политкомиссар треста. В 1925–26 упр. Союзным трестом «Алданзолото», в 1927–28 контролер-инсп. разведочных работ в Алданском районе. Золотодобыча на Алдане составляла 25 % золотодобывающей промышленности СССР в конце 1920-х. В 1928–29 нач. экспедиции треста «Союззолото» на Чукотке. В 1930–32 нач. Тыркандинского Упр., в 1932–33 уполн. Иркутской конторой «Якутзолото». С 1933 нач. Якутской конторы «Золоторазведка» (Алдан, Джугжур). С 1938 зав. старательным сектором Ленинского приискового Упр. (Алдан). Репр.: арестован 7 апреля 1939, 14 июля 1939 дело прекращено, освобожден. С 1940 работал по освоению Янских приисков, в годы ВОВ руководил приисками Астах, Бургавли; замнач. фабрики № 418. С 1945 в Забайкальской конторе «Золоторазведка». С 1949 нач. Дорвенской экспедиции Таджикской ССР. С 1951 нач. Буреинских приисков (Амур). С 1953 на пенсии. Умер и похоронен в Москве; в Алдане установлен памятник. Нагр. значком «Стахановец золотой промышленности» (1935).

БЕРЦЕ, супруги.

БЕРЦЕ (Арайс-Берце), Август Юрьевич – псевд.: Арайс, Мелнайс, Максис (Bеrce, Augusts; 01.04.1890, вол. Брамбергес – 10.06.1921, Рига) в компартии с 1905. Супруг Анны Берце. Из батрацкой семьи, работал учеником слесаря на фабрике в Елгаве. Участник Рев. 1905-07 в Елгаве. В 1908 арестован, в конце 1908 эмигрировал в Великобританию, работал кочегаром на судах, затем в шахтах. В 1911 вернулся в Ригу, работал в Рижской СДЛК, снова арестован, в заключении организовал выпуск нелегального тюремного журнала. После освобождения организует нелегальную типографию. Осенью 1912 в с/д организации в Баку, в 1913 арестован, содержался в Бакинской тюрьме. Затем в 1914 сослан, в 1915 по этапу прибывает в Енисейскую губ. В 1916 бежит из ссылки в Иркутск. После Фев. революции чл. Исполкома Иркутска, затем в Москве и Риге. Участник V конгресса СДЛК, чл. Рижского комитета СДЛК, проп. Во время немецкой оккупации (1917–18) на нелегальной работе, чл. ЦК СДЛК. В 1918 арестован оккупационными властями и заключён в концлагерь в Кримуне, совершает побег в Валку. Участвовал в вооружённом восстании на севере Видземе, пред. Cовета рабочих депутатов Валки. В 1919 чл. ЦК КПЛ и нарком социального обеспечения Советской Латвии. Ред. газеты «Циня». После падения Соввласти эвакуируется в Псков. В марте 1920 нелегально вернулся в Ригу. 13 мая 1921 арестован, полиции не удалось узнать настоящего имени, расстрелян в Рижской Центральной тюрьме под именем Стобринь. Посмертно выпущены сборники рассказов и стихов.

БЕРЦЕ, Анна Яновна (Bеrce (Râcene), Anna; 11.1894, Рига – 13.05.1983, Рига) в компартии с 1911. Урождённая Анна Рацене. Из рабочей многодетной семьи, отец скончался когда ей было 6 лет. С 7 лет работала пастухом, с 13 лет на фабрике. С 1912 работала в подпольной типографии, затем в Елгавской подпольной СДЛК. В 1913 поступила в Московский народный Ун… В 1914 арестована и заключена в Центральную тюрьму Риги, затем в Пскове и губ. тюрьме Ярославля. Выслана на вечное поселение в Енисейскую губ., в ссылке воссоеденилась с Августом Берце. В марте 1916 семья Берце получила разрешение на пребывание в Иркутске, в октябре 1916 родился сын (Визбулис Берце (1916-71) участник ВОВ в составе 201-й ЛСД, латышский писатель). После Фев. революции вернулась в Латвию. В период немецкой оккупации работала техником в подпольной типографии «Спартакс», проп. ЦК КПЛ и рук. секретариата ЦК. С июня по ноябрь 1918 жила в Валке, работала проп. СДЛК под именем Йоханна Зоммер. В феврале-марте 1919 участвовала в I съезде СТМЛ. Во время ГВ комиссар санитарного поезда на Западном фронте. С 1921 три года на подпольной работе в Латвии, неоднократно арестована. В 1930 окончила Комм. Ун. им. Свердлова в Москве, на парт. и сов. работе. После ВОВ работала в системе комиссариата здравоохранения Риги, затем рук. кабинета марксизма-ленинизма ЛУ. С 1949 на пенсии. Нагр. орденом Ленина.

БИЕЗАЙС, Ян Янович – псевд.: Саулитис (Biezais, Jânis; 15.05.1896, вол. Галгаускас – 10.01.1975, Рига) в компартии с 1913. Из крестьян, работал помощником писаря. Состоял в Малиенской организации СДЛК. С осени 1916 в группе СДЛК «Зиемельниеки» в Москве. После Фев. революции технический сек. группы СДЛК «Зиемельниеки» и сек. Латсекции Лефортовского комитета РСДРП(б). Сек. Лубанского волостного Совета, чл. Малиенского комитета СДЛК (июль 1917 – февраль 1918), контролер Адм. отдела Моссовета (апрель-июль 1918), заместитель заведующего иногородним отделом Пермской губЧК (июль-декабрь 1918). Затем в Советской Латвии чл. Гулбенского ревтрибунала, зав. адм. отделом и сек. Валкского уисполкома (декабрь 1918 – апрель 1919). Чл. редколлегии газеты «Кревияс Циня» (Москва) (апрель-декабрь 1919), пред. Латсекции Уфимского губкома РКП(б) (декабрь 1919 – июль 1920), ред. газеты «Сибирияс Циня» (Омск, Новосибирск) (июль 1920 – сентябрь 1922), чл. и сек. Латсекции Сибирского бюро ЦК РКП(б) (с октября 1920). Студент Гос. инст. журналистики (Москва), чл. партбюро и пред. профкома (сентябрь 1922 – июнь 1925), зав. отделом парт. работы, зам. редактора газеты «Красное Знамя» (Владивосток), чл. РК ВКП(б) (июль 1925 – декабрь 1928). В декабре 1928 – сентябре 1929 на подпольной работе в Харбине. С октября 1929 ред. газеты «Амурская правда», чл. бюро Амурского окружкома ВКП(б) Дальневосточного края (Благовещенск). Зав. отделом редакции газеты «Рабочая Москва» (март-октябрь 1931), ответсек. Комиссии исполнения при Моссовета (октябрь 1931 – сентябрь 1932), слушатель историко-партийного ИКП (сентябрь 1932 – апрель 1933), ответственный инстр. по печати Политуправления МТС Наркомзема СССР (апрель 1933 – август 1934), студент Историко-партийного ИКП (сентябрь 1934 – июль 1936). С июля 1936 дир. и зав. кафедрой марксизма-ленинизма Горьковского ИМЛ. Репр.: арестован 3 декабря 1937, в 1940 приговорен к 5 годам ИТЛ, освобожден в ноябре 1945. Жил в Горьком. С сентября 1947 преподаватель, декан истфака и факультета истории языка и литературы Даугавпилского Гос. учительского инст… Репр.: арестован 28 июля 1949, приговорен к ссылке в Красноярский край. Освобожден в 1954, реаб. в 2003. Автор многих исторических очерков и трудов. Нагр. орденом Трудового Красного Знамени.

БИКСОН, Иван Михайлович

БИКСОН, Иван Михайлович (Biksons, Jânis; 20.11.1885, вол. Эдолес – 10.02.1939, Минск) в компартии с 1904. Из крестьянской семьи, окончил двуклассное министерское уч. (1895), в дальнейшем (с 1896) подмастерья по строительным подрядам, ученик слесаря-кустаря. Окончил 4 класса Лиепайского городского уч. и экстерном сдал экзамен за реальное уч. (1906). С 1903 слесарь Лиепайского судостроительного завода Бекера. В 1906 по настоянию полиции был уволен с завода, затем безработный. Одновременно с 1905 казначей района (по сбору членских взносов) заводского совета Лиепайского судостроительного завода Бекера, с 1906 чл. Лиепайского городского подпольного исполкома, старшина и заведующий оружием района Лиепайского городского подпольного исполкома Совета рабочих депутатов. Участвовал в нападении на Рижскую Центральную тюрьму (сентябрь 1905). В 1906 арестован и в 1908 (по другим данным в 1909) приговорен временным военным судом в Риге к смертной казни с заменой на бессрочную каторгу. В 1908–09 отбывал наказание в тюремах Лиепаи, Елгавы и Риги, затем в одиночной камере Орловской каторжной тюрьмы. После Фев. революции освобожден из заключения. С марта 1917 чл. Орловского городского Совета рабочих и солдатских депутатов, с апреля 1917 слесарь гранатного отделения завода Циндаля (Москва), затем чл. завкома и сотник (командир сотни) отряда Красной Гвардии при заводе Циндаля, секретарь и чл. «тройки» Замоскворецкого районного штаба Красной Гвардии. С февраля 1918 казначей, зам. нач. и нач. снабжения Замоскворецкого районного военного комиссариата. С ноября 1918 на работе в ВЧК: зав. отделом по борьбе с к/р Замоскворецкой районной ЧК, одновременно чл. Замоскворецкого райкома РКП(б). В 1919 пред. следственной комиссии, одновременно нач. адм. отдела и нач. милиции Замоскворецкого районного исполкома Москвы. С ноября 1919 нач. СОО и зампред. Полтавской губЧК. В 1920–21 пред. и врид пред. Донецкой губЧК, затем (с февраля 1921) пред. Черниговской губЧК, с февраля 1922 нач. Волынской губЧК. С марта 1922 нач. Волынского губотдела ГПУ, затем (с апреля 1922) нач. СОО и зам. полпреда ГПУ по Правобережной Украине. В марте 1923 – ноябре 1924 нач. Ферганского облотдела ГПУ и нач. ОО ГПУ войск Ферганской обл. С декабря 1924 пред. ГПУ Узбекской ССР, в феврале 1927 откомандирован в распоряжение ОГПУ СССР, затем (с марта 1927) нач. Тамбовского губотдела ОГПУ. В августе 1928 – октябре 1930 нач. Тамбовского окротдела ОГПУ, затем (с ноября 1930) нач. Чувашского облотдела ОГПУ. С января 1931 нач. Упр. милиции и уголовного розыска Нижегородского крайисполкома, одновременно с марта 1931 пом. полпреда ОГПУ по Нижегородскому краю (по милиции и уголовному розыску). С августа 1931 зам. нач. Управления Среднеазиатских ИТЛ ОГПУ, затем помнач. Управления Сибирских ИТЛ ОГПУ. В октябре 1931 – августе 1932 нач. Управления Сибирских ИТЛ ОГПУ. С октября 1932 нач. Могилевского оперсектора/сектора ОГПУ – НКВД и ОО ОГПУ – ГУГБ НКВД 16-го СК и 33-й СД. В октябре 1934 уволен из органов НКВД, с зачислением в особый резерв НКВД, в дальнейшем пред. специальной коллегии Верховного Суда Белорусской ССР, затем до ноября 1938 зампред. Верховного Суда Белорусской ССР. В дальнейшем пенсионер, проживал в Минске. Репр.: арестован 29 января 1939, скончался в Минской тюрьме, реаб. в 1967. Нагр.: орден Красного Знамени (1923), знак «Почетный работник ВЧК-ГПУ (V)» (1928).

БИРЗГАЙЛИС, Пётр – псевд.: Антиньш, Густ (Birzgailis, Pеteris; 20.10.1874, Вецате – 07.03.1957, Рига) в компартии с 1906. Сельхозработник, участник Рев. 1905-07, в 1906 организовал с товарищами с/д кружок. Представитель Мазсалацкой СДЛК в Видиенской СДЛК (1912), позже чл. комитета Видиенской СДЛК. После Фев. революции руководил Мазсалацкой СДЛК, делегат V съезда СДЛК, чл. Латышского Совета рабочих, солдатских и безземельных депутатов. В период немецкой оккупации (1918) работал в Пскове налаживал связь нелегальной организации КПЛ в Латвии и ЦК КПЛ в Москве. В 1919 чл. Видиенского комитета КПЛ и пред. Мазсалацкого Совета рабочих и безземельных депутатов. После падения Соввласти в Латвии (1920) работал на хоз. постах в СССР. После ВОВ в 1945–46 работал в Музее Революции ЛССР. С 1946 персональный пенсионер.

БИРЗГАЛ, Ян Петрович (Birzgalis, Jânis; 06.02.1898, Валмиера – 15.12.1968, Рига) в компартии с 1914. Из рабочих, учился в студии художника Т.Удерса, в 1916–18 учился в художественном уч. им. Штиглица в Петрограде. В марте 1914 принят в чл. Виденской СДЛК. Специалист по изготовлению и подделке документов. С апреля 1917 чл. исполкома Валмиерского Совета рабочих, батрацких и стрелковых депутатов. Делегат I и II Всероссийского съездов Советов, участвовал в работе ВЦИК и ВРК. Комиссар сводного отряда на Пулковских высотах для защиты Петрограда от Краснова, в боях с белофиннами. Работал в Следственной комиссии. В 1918 в учебном отделе Министерства торговли и промышленности. Участник ГВ, воевал с белофиннами, затем в августе 1918 направлен на Восточный фронт в качестве комиссара сводного отряда Азина, был тяжело ранен и контужен. В ноябре 1918 назначен пред. Уржумской уездЧК, затем пред. окружной ЧК южных уездов Вятской губ. В 1920–21 чл. коллегии Вятской губЧК, пред. выездных сессий губ. Военно-революционного трибунала. В январе 1921 направлен в Крым. Чл. коллегии Крымской обл. ЧК, пред. Евпаторийской окружной ЧК, пред. Чрезвычайной Тройки. В 1922 переведен в Симферополь, где назначен на должность нач. адм. органов Управления ГПУ, а затем нач. ОО и зам. пред. ГПУ Крыма. Уволен в 1923 по болезни. С 1923 работал в Крымском Наркомпросе, зам. зав. КрымОХРИС, представитель КрымЦИК. В 1923–24 дир. Севастопольского музейного объединения. С 1925 возглавил Крымское отделение Ассоциации художников революционной России. С декабря 1927 по сентябрь 1939 дир. Алупкинского Дворца-музея, пред. общества по изучению Крыма (Алупкинского отделения), рук. художественной студии в Алупке. Репр.: арестован в 1938, в 1939 дело прекращено. В сентябре 1939 назначен дир. Симферопольской картинной галереи. С началом ВОВ в эвакуации в Ереване, заведовал художественной реставрационной Мастерской художественного музея Армении. После ВОВ работает на восстановлении музеев в Крыму. Заслуженный деятель искусств Крымской АССР (1945). С января 1949 по 1952 работал директором Музея Западноевропейского искусства ЛССР в Риге. Нагр. орденом Ленина.

БИРЗИТ, Эдгар Адамович

БИРЗИТ, Эдгар Адамович (Birzîtis, Edgars; 04.02.1902, Рига – 22.12.1941, Московская обл.) в компартии с 1922. Из семьи рабочего. В 1915 семья была эвакуирована в Харьков, работал в типографии. С 27 февраля 1918 в Красной Гвардии. С мая 1918 в Латышском полку особого назначения. После ГВ в 5-й Перекопской дивизии (1923) в отдельном кав. эскадроне 51-й СД. С 10 октября 1924 пом. политрука роты в 152-й СП 51-й СД, с 19 февраля 1926 пом. военкома ОКЭ 51-й СД. С 19 сентября 1927 курсант Киевской объединенной шк. Командиров РККА. С 1928 политрук эскадрона, военкома отдельного артдивизиона бригады им. Калиновского. Батальонный комиссар (1936). В 1938 окончил Военно-политическую академию им. Ленина в Москве. С лета 1940 в распоряжении Прибалтийского особого ВО в ЛССР. Нач. политотдела 181-й СД 24-го терр. СК (ЛССР). С началом ВОВ в оборонительных боях, выходил из окружения. С 17 августа 1941 полковой комиссар 201-й ЛСД. Убит в бою у Елагино под Наро-Фоминском осколком мины. Перезахоронен на Братском кладбище в Риге.

БИРЗИНИЕК, Ян

БИРЗИНИЕК, Ян – псевд.: Миезис (Birzinieks, Jânis; 27.03.1881, вол. Гробиняс – 31.07.1954, Ленинград). Из крестьян, работал на фабрике Бекера в Лиепае, участник фабричного с/д кружка. Арестован в 1902 и 1904. С марта 1905 в Риге, работал на фабрике «Этна». Участник Рев. 1905–07. Состоял в ЛСДРП 4-го района Риги, участник боевых групп. С начала 1906 по весну 1907 арестован. Делегат II съезда СДЛК и IV съезда РСДРП в Лондоне. По возвращении был вскоре арестован и выслан в Смоленск откуда бежал в Германию. В 1908 вернулся в Петербург, работал на фабрике Аристова, состоял в Петербургской РСДРП. В 1911 снова арестован и выслан в Архангельскую губ., после освобождения (1913) работал в Лиепае, с началом ПМВ снова в Петербурге, работает на фабрике Аристова. Участник ГВ. В 1920-50 работал в Ленинграде на Невском металлическом заводе (бывшая фабрика Аристова). С 1950 пенсионер, похоронен в Ленинграде.

БИРКЕНФЕЛЬД, Ян Христианович

БИРКЕНФЕЛЬД, Ян Христианович (Кришевич) – псевд.: Жанис (Birkenfelds, Jânis; 29.12.1894, вол. Скулбергас – 09.02.1967, Рига) в компартии с 1912. Закончил Валмиерскую шк. семинарию (1916). Чл. комитета Видиенской СДЛК (1915-16). Работал учителем в приходском училище Трикаты (август 1916 – май 1917), чл. Видземского Совета безземельных (апрель 1917), пред. Валкской уездной земской управы (май – декабрь 1917), учитель Мазсалацкого приходского училища (декабрь 1917 – февраль 1918). Чл. Видземского центра СДЛК и чл. ЦК СДЛК, в исполкоме Валкского Совета и пред. земсовета уезда (февраль – декабрь 1918), чл. Лиепайского комитета КПЛ (декабрь 1918 – август 1919), чл. ЦИК Советской Латвии (с января 1919). Сотрудник советской военной разведки с 1919. На нелегальной работе в Латвии, ред. нелегальной газеты «Коммунист», арестован и в заключении в Рижской Центральной тюрьме (август 1919 – март 1920), в порядке обмена депортирован в РСФСР. Сек. Заграничного бюро КПЛ в Пскове (март – сентябрь 1920). В резерве Агентурного отдела РУ штаба РККА (октябрь 1920 – сентябрь 1922), нач. 1-го отделения Агентурного отдела (части) РУ – РО штаба РККА (1922–24), в распоряжении РУ, работал в Италии (1924–29), пом. нач. 2-го (агентурного) отдела РУ (апрель 1929 – март 1930), в распоряжении РУ штаба РККА (март 1930 – июнь 1938), работал в Италии, Франции. Полковой комиссар (17.01.1936). Уволен в запас РККА 24 июня 1938. Репр.: в заключении (сентябрь 1938 – ноябрь 1950) в Северо-Восточных лагерях, Хабаровский край. Содержался в доме инвалидов в Магадане, позднее проживал в Иолотань в Туркмении (на иждивении жены), в Инчукалнсе Сигулдского района ЛССР (на иждивении сына) (ноябрь 1950 – август 1952). С августа 1952 нормировщик научно-опытного хозяйства «Кримулда» АН ЛССР в Саулкрастском районе ЛССР. Сек. Ленинского райкома КПЛ Риги. Пенсионер (1954), персональный пенсионер (1955). Реаб. в 1955, уволен в запас в звании полковника (06.03.1956). Похоронен в Риге на 1-м Лесном кладбище.

БИРН, Иоганн Генрихович

БИРН, Иоганн Генрихович – псевд.:Антонс (Birnis, Johans; 27.09.1891, Елгава – 14.04.1939, Москва) в компартии с 1909. Из семьи кузнеца, в 1905 окончил трехклассную начальную шк. в Платонской вол. С апреля 1902 по сентябрь 1905 пастух хутора Игауна. Ученик токаря, токарь по металлу на заводах «Оскар Задэ» (с 1906), «Христиан Апсит» (с 1907), «Крамер» (с 1910) в Елгаве. Состоял в Елгавской организации СДЛК, затем в Рижской СДЛК (1911–12, 1914). Арестован, в январе – марте 1911 в заключении в тюрьме Елгавы. В марте 1911 – январе 1912 слесарь-механик на заводах Степпе и Линденберга в Елгаве и Риге. В январе – марте 1912 в заключении в Риге. В марте – октябре 1912 слесарь, техник завода Ракузина в Риге. С октября 1912 по май 1913 рядовой 205-го СП Армии РИ на Северном Кавказе и в Казвине (Персия). В 1913 вернулся в Ригу и продолжил работу в нелегальной типографии. С июня 1913 по июнь 1916 в заключении в Риге, Двинске, Пскове и Курске. В июле – октябре 1916 токарь завода Коршунова в с. Сорочинское Самарской губ. С октября 1916 по июнь 1918 жил и работал в Самаре. В октябре 1916 – марте 1917 в заключении в Самарской губ. тюрьме. С марта 1917 по февраль 1918 токарь, сек. завкома трубочного завода. В феврале – июне 1918 пред. Латышского райкома РКП(б). С июня 1918 по февраль 1919 красногвардеец, пред. ЧК 4-й армии РККА в Самаре, Симбирске, Казани и Покровске. С марта 1919 по май 1920 зав. городским и уездным отделами управы в Самаре. В мае – декабре 1920 чл. укома и ревкома в Бузулуке. С декабря 1920 по сентябрь 1921 зав. губотделом управы, пред. губЧК в Самаре. С сентября 1921 по декабрь 1925 зав. ОРГО, ответсек. Самарского губкома РКП(б). Ответсек. Тамбовского губкома РКП(б) – ВКП(б) (29.10.1922–1926). С декабря 1925 по февраль 1926 слушатель курсов марксизма-ленинизма в Москве. С февраля 1926 по июль 1928 ответсек. Воронежского губкома ВКП(б), с августа 1928 по декабрь 1930 2-й сек. Центрально-Чернозёмного обкома ВКП(б). Затем в Москве: с декабря 1930 по январь 1932 зам. народного комиссара земледелия СССР, с января по июль 1932 зам. зав. Сельхозотделом ЦК ВКП(б). В июле 1932 – январе 1934 нач. Политсектора МТС Урала в Свердловске. С января 1934 по октябрь 1935 2-й сек. Челябинского обкома ВКП(б). С октября 1935 работал в Москве. В октябре 1935 – ноябре 1937 ответинстр. ЦК ВКП(б). С ноября 1937 по январь 1938 зав. Сельхозотделом ЦК ВКП(б). С марта 1938 по декабрь 1938 дир. Московского инст. землеустройства НКЗ СССР. Репр.: арестован 19 декабря 1938, приговорён к ВМН, реаб. в 1956.

БИСЕНЕК (Бисениек), Волдемар Иванович

БИСЕНЕК (Бисениек), Волдемар Иванович – псевд.: Волдис, Бисмарк (Bisenieks, Voldemârs; 27.12.1884, Иецава – 06.09.1938, Ленинград) в компартии с 1904. Из крестьян, в 8 лет остался без отца, окончил 5 классов Вирцавской вол. шк., затем 2 года Елгавской реальной шк. Работал в Бауском уезде в вол. канцелярии. Состоял в с/д кружках, в 1904 перехал в Елгаву, работал на разных временных работах. Один из орг. демонстрации 1 Мая. Участник Рев. 1905–07, орг. забастовок и выступлений в Свете, Иецаве, Бауске, Сесаве. С августа 1905 в Риге, рук. забастовками на пробочной фабрике и других. Снова работал в уездных организациях в Елгаве, Свете, Бауске, в Вирцаве и Сесаве. В 1906 чл. коллегии пропагандистов Рижского комитета РСДРП, держал в квартире нелегальную типографию, участвовал в издании газеты «Циня», чл. Военного комитета социалистических организаций Риги. В ноябре 1906 краткосрочно арестован, 17 июня 1907 вновь арестован и в 1909 приговорён к 6 годам каторги, отбывал в Рижской Центральной тюрьме, после устроенной массовой политической голодовки этапирован в Саратовскую тюрьму. В декабре 1914 сослан в Верхоленский уезд Иркутской губ. Работал бухгалтером в местных потребительских обществах и кооперативах. Освобождён после Фев. революции, чл. Тулунского комитета РСДРП. С марта 1918 по декабрь 1922 на парт. работе в Иркутске, в период колчаковщины на нелегальном положении. С декабря 1922 в Москве в орготделе Центрального союза кооператоров, с 1924 чл. правления Кооперативного банка. С 1930 в зарубежных представительствах Наркомвнешторга СССР в Англии. С 1934 персональный пенсионер. Репр.: арестован 20 марта 1938, приговорён к ВМН, реаб. в 1957.

Pulsuz fraqment bitdi.