Kitabı oxu: «Банкиры, которые изменили мир»

Правовую поддержку издательства обеспечивает юридическая фирма «Вегас-Лекс»

© Составление, оформление, ООО «Манн, Иванов и Фербер», 2015

* * *

Банк – это здравый смысл, трезвый подход к действительности, к партнерам.

Ж. Вриньо

Предисловие от партнера

Я никого не удивлю рассказом о том, что история возникновения банковского дела уводит нас в далекие времена, когда в качестве денег использовались меры серебра или золота, а за финансы отвечали купцы и торговцы, менялы и ростовщики. Они контролировали денежный оборот, взвешивали слитки, маркировали монеты и являлись, по сути, первыми банкирами в истории цивилизации. С развитием денежно-кредитных отношений стали появляться первые финансовые учреждения: кредитно-кассовые кооперативы, кредитные союзы, банки. Они осуществляли более сложные функции – безопасное хранение накоплений, выдачу ссуд и займов под залог имущества.

Независимо от эпохи во главе успешных кредитных учреждений всегда стояли предприимчивые и талантливые люди. Многие из них, благодаря своей исключительной неординарности, смогли навсегда вписать свои имена в мировую историю.

Не секрет, что финансам в современном мире отведена чрезвычайно важная роль. Наша жизнь просто немыслима без денежных купюр, кредитных карт, а также разнообразных банковских услуг. Именно поэтому я убежден, что каждому будет небезынтересно узнать больше о наиболее заметных банкирах своего времени. Кем они были? Как они жили? Что помогло им оставить столь заметный след? Каким образом достигли таких вершин сами и смогли привести свои финансовые компании к успеху?

С особой гордостью отмечу, что в этой книге вы сможете прочесть о жизни сразу двух людей, сыгравших чрезвычайно важную роль в появлении, становлении и расцвете Райффайзенбанка, к которому я сам имею непосредственное отношение.

В первую очередь речь идет об основателе банка, человеке, без которого Райффайзенбанк не мог бы появиться и состояться, – о Фридрихе Вильгельме Райффайзене. В 1862 году он создал первый банковский кооператив в Германии, поддерживающий крестьян во время голода и экономических трудностей. Именно он стал прообразом банков Райффайзен.

Первый Райффайзенбанк открылся в Австрии в 1886 году, и всего через десять лет число таких банков в Австрии уже превысило 600. В настоящее время банковская Группа Райффайзен является одной из крупнейших в Австрии, располагает наиболее разветвленной филиальной сетью в стране и представляет примерно четверть всего национального банковского бизнеса.

Заметную роль в современной истории банка сыграл доктор Герберт Степич, рассказ о котором также пойдет в книге. Именно под его дальновидным руководством Группа Райффайзен заняла прочное место на финансовом олимпе центральной и восточной Европы.

Уверен, что книга «Банкиры, которые изменили мир» окажется достойной вашего внимания. Желаю всем приятного чтения!

Сергей Монин,

председатель правления ЗАО «Райффайзенбанк»

Предисловие

Предшественниками современных банкиров были известные еще с библейских времен рабы-менялы. Шло время, и «презренные меновщики» углядели неплохую выгоду в операциях с деньгами: их стали не только менять, но и ссужать в долг под проценты, а также брать на хранение. Затем в обиход вошли вексельные операции. Особо расчетливым и предприимчивым удавалось сколотить состояния, но они еще не стали «профессиональными банкирами», подобные коммерсанты были скорее купцами – одновременно занимались торговлей и финансовыми операциями. Так, один из самых богатых людей средневековой Германии Якоб Фуггер торговал тканями, медью, новостями.

Первые банковские системы, отдаленно напоминающие современные, появились в средневековой Италии. Созданная Медичи модель «центрального» банка оказалась очень удачной, ее стали копировать и совершенствовать в других государствах. В России первым главой Государственного имперского банка стал банкир Александр Штиглиц.

К началу XX века банкиры накопили состояния, которые позволяли финансировать экономики стран и влиять на события во всем мире. Важными вехами создания современной мировой финансовой системы стали основание банкирами Якобом Шиффом и Полом Варбургом ФРС США и создание Всемирного банка и МВФ на Бреттон-Вудской конференции по проекту Гарри Декстера Уайта.

Сегодня на смену традиционным банкам приходят платежные системы, которые позволяют максимально приблизить сервисы к потребителям, сделать их моментальными и доступными всем в любое время. Например, PayPal, созданный программистом Максом Левчиным.

Билл Гейтс еще в 90-е годы прошлого столетия предсказал смерть традиционных банков в результате развития интернет-технологий: «Banks – no, banking – yes». На недавнем ежегодном собрании акционеров Сбербанка Герман Греф заявил, что в ближайшее время главными конкурентами лидирующих банков станут не другие банки, а крупные интернет-ресурсы: «Это ключевая угроза для нас. Мы будем конкурировать с Google, Amazon, Alibaba, с «Яндексом» и со всеми IT-платформами».

На наших глазах происходит очередная трансформация «менял». В недалеком будущем людям не нужны будут ни наличные деньги, ни пластиковые карты, достаточно будет телефона, чтобы оплатить любые покупки. А функции банкиров начнут реализовывать программисты.

Софья Морозова, МВА,

генеральный директор ООО «Аудитстрой»

Медичи

Знаменитый род банкиров, архитекторы банковской и финансовой систем итальянских государств эпохи Возрождения

Переоценить значение семьи Медичи для средневековой Европы невозможно. Потомственные купцы, создатели одной из крупнейших банковских сетей в Европе в XIV–XV веках, они контролировали государственную казну Флорентийской республики и влияли на все ключевые политические решения как духовных, так и светских властей.

Истоки

По преданию, род Медичи основал рыцарь Карла Великого по имени Аверардо, владевший небольшими землями в долине реки Муджелло. Во Флоренцию семья переселилась в XII веке, занимались Медичи ростовщичеством и торговлей, а к 1300 году входили не только в гильдию менял, но и в правительство.¹ К концу XIV века клан Медичи насчитывал более 50 представителей мужского рода, среди которых были как купцы и ростовщики, так и лавочники и ремесленники.

Члены семьи не раз участвовали в заговорах против высокопоставленных флорентийцев, в 1345 году они возглавили бунт чомпи (рабочих текстильных мануфактур). Восстание было подавлено, Медичи потерпели поражение в борьбе за власть с местной знатью, семьей Альбицци, и всему клану запретили заниматься общественной деятельностью. Тогда один из членов семьи, Вьери Медичи, отойдя от политических дел, сосредоточился на развитии банковского дома.

«В 1348 году он был записан в цех менял, но занимался также экспортом через пизанский порт. Вместе со своим компаньоном Джакомо Вентури Вьери основал филиал своей фирмы в Венеции. Он был связан с торговыми домами по всему побережью Далмации². Дела Вьери Медичи шли в гору благодаря соединению капиталов при создании новых торговых компаний».³

Основателем финансового и политического могущества Медичи стал племянник Вьери Медичи Джованни ди Биччи.

Джованни ди Биччи Медичи
(1360–1429)

Основатель банка Медичи, крупнейшего финансового учреждения своего времени

Родоначальник великой династии

Джованни ди Биччи Медичи прошел путь от успешного банкира до практически полновластного правителя Флоренции. Он был первым из Медичи, кто занимался больше банковским делом, чем торговлей, и хотя он начинал весьма скромно, в конце карьеры Джованни ди Биччи стал обладателем одного из самых больших капиталов во Флоренции.

Первый капитал

Джованни Медичи (итал. Giovanni di Medici) родился в 1360 году в семье итальянского ремесленника Аверардо по прозвищу ди Биччи в деревне Кафаджоло. Аверардо умер в 1363 году, оставив в наследство жене и пятерым сыновьям дом и небольшую текстильную фабрику. Ремеслом и хозяйством занимались старшие члены семьи, а Джованни и его брат Франческо (оба в дальнейшем часто именовавшиеся «ди Биччи» по прозвищу отца) были отправлены на воспитание к дальнему родственнику, Вьери Медичи, который впоследствии обучил их банковскому делу.

Джованни оказался способным учеником, в 1378 году, после очередного восстания чомпи его отправили на обучение в римский филиал конторы Медичи, где он добился серьезных успехов. В 1385 году, когда Джованни исполнилось 25 лет, он возглавил филиал.

Благодаря связям дяди Джованни познакомился с влиятельными людьми, определявшими в то время политическую жизнь Флоренции. Закрепившись в бизнесе, молодой банкир решил жениться, выбрав невесту с богатым приданым. Сочетавшись браком с 18-летней Пиккардой Буэри, он получил 1500 флоринов – по тем временам это было целое состояние: руководитель банка за год получал 100–200 флоринов. Так у Медичи появился первый капитал, который он внес в дело и стал младшим партнером римского филиала фирмы.

Папский банкир

В 1393 году 69-летний Вьери Медичи решил отойти от дел и продал свою долю племянникам, они стали полноправными хозяевами фирм, в которых прежде были акционерами⁴. В числе прочих в собственность Джованни Медичи перешел в качестве самостоятельного банка и римский филиал.

В 1397 году Джованни с двумя партнерами (Бенедетто Барди и Джентиле Буони) открыл головную контору своего банка во Флоренции, кроме уже хорошо зарекомендовавшего себя у клиентов римского филиала начали работу отделения в Венеции, Неаполе и Гаэте.

Дела быстро шли в гору – уже через год прибыль на капитал достигла 10 %. Вкладчиками банка Медичи были послы, паломники, чиновники, купцы и священнослужители. Хранить сбережения «под матрасом» было в те времена очень опасно, и богачи предпочитали доверить их солидной банковской конторе.

Одной из самых успешных инвестиций Джованни Медичи стала помощь Бальтазару Косса⁵. Банкир ссудил ему 12 тысяч флоринов на оплату должности кардинала. В 1410 году Косса стал папой римским, получив имя Иоанна XXIII. А Джованни ди Биччи был официально объявлен банкиром папского двора.

Финансовые потоки католической церкви, которые теперь обслуживал банк Медичи, были весьма внушительны. Кроме того, клиентами римского филиала банка стало множество кардиналов и других сановников Святого престола. Так продолжалось четыре года, до низложения Иоанна XXIII и предания его светскому суду. Однако через десять лет банк Джованни Медичи вновь получил в управление финансы римской курии с правом чеканки монеты.

Хорошие прибыли банку приносили и удачные вложения в суконные мануфактуры и венецианскую торговлю с Востоком.

В архиве Флоренции сохранились секретные книги банка Медичи, по которым можно составить представление о том, как работало финансовое учреждение, как распределялась прибыль между компаньонами, о суммах тайных вкладов на счетах – средневековых аналогах номерных счетов в швейцарских банках.

К 1420 году прибыль от отделений банка и мануфактур за вычетом долгов, различных убытков и процентов, выплачиваемых директорам отделений соответственно их вложениям, достигла 151 820 флоринов, из которых три четверти поступали Джованни ди Биччи, а четверть – его партнеру Бенедетто Барди (Джентиле Буони к тому времени уже вышел из бизнеса). При этом работало в банке всего 17 человек: пять служащих числилось во Флоренции, по два – в Неаполе и Гаэте, по четыре – в Риме и Венеции.

Самым высокодоходным был римский филиал банка, в котором прибыль на капитал составляла более 30 %. Такой результат достигался во многом благодаря услугам, оказываемым высокопоставленным духовным лицам. Основная прибыль вкладывалась в дело, но Джованни также сколачивал и личное состояние, покупая дома и земли во Флоренции.

Серый кардинал

«Глупец тот, кто ищет для себя опору в небе. Умный человек твердо стоит на земле».

Несмотря на успехи в бизнесе и богатство, Джованни долгое время старался оставаться в тени. За кажущейся внешней простотой и приветливостью Джованни ди Биччи скрывал проницательный ум, непреклонную волю и гениальные финансовые способности. Его доходы были больше, чем у правительства, и поэтому он держал в своих руках все политические инструменты власти.

Он постепенно сплотил вокруг себя недовольных горожан и занял высокий пост в буржуазной народной партии Флоренции. Несколько раз Джованни Медичи был избран приором⁶ флорентийской гильдии менял и банкиров, а в 1421 году занял пост гонфалоньера справедливости (gonfaloniere della giustizia)⁷, став практически единоличным руководителем Флоренции.

Умер Джованни ди Биччи 20 февраля 1429 года во Флоренции, оставив свое дело и богатство сыновьям.

Так началась история великих Медичи. От двух сыновей Джованни – Козимо и Лоренцо – пошли две ветви потомков, которые стали ключевыми фигурами эпохи Ренессанса: успешными банкирами, торговцами, кардиналами, правителями Флоренции. Дочери этой семьи породнились с королевскими семьями Европы, две из них – Мария⁸ и Катерина⁹ – стали королевами Франции и матерями будущих королей.

Основные даты жизни и деятельности

1360 г. Родился во Флоренции

1378 г. Отправился на учебу в римский филиал банка Медичи

1385 г. Возглавил римский филиал

конец 1380-х гг. Стал младшим партнером римского филиала фирмы Вьери Медичи

1397 г. Открыл головной офис своего банка во Флоренции

1410 г. Назначен банкиром папского двора

1421 г. Занял пост гонфалоньера справедливости

1429 г. Умер во Флоренции

Козимо Медичи
(1389–1464)

Банкир, политик и благотворитель

«Отец Отечества»

Жесткий политик, предприниматель и банкир Козимо Медичи более чем успешно продолжил дело своего отца Джованни ди Биччи. Несмотря на изгнание из Флоренции после проигрыша в политической борьбе, ему удалось вернуться победителем и долгие годы управлять городом, приумножая богатства семьи.

Продолжатель семейных традиций

В 1420 году Джованни Медичи передал дело сыновьям – Козимо (итал. Cosimo di Giovanni) и Лоренцо (итал. Lorenzo di Giovanni). На тот момент бизнес оценивался в 31 500 флоринов. Эта сумма была скромной по сравнению с капиталом банка Перуцци, в период расцвета насчитывающим 103 тысячи флоринов¹⁰, но средства, вложенные Джованни ди Биччи Медичи в дело, были лишь малой частью состояния семьи. На 1429 год капитал Медичи оценивался в 180 тысяч флоринов.

Козимо приумножил капитал, доставшийся от отца, и вскоре стал богатейшим человеком в Европе. Его банк был первым не только по запасам золота, но и по вкладам и количеству векселей. За пределами Флоренции им были открыты отделения в Анконе, Антверпене, Болонье, Любеке, Лионе, Милане, Неаполе, Пизе, Риме и Венеции.

Банк предлагал клиентам большое разнообразие услуг, и не только финансовых. Медичи владел также торговыми представительствами, поставляя клиентам по всей Европе специи с Востока, оливковое масло из Средиземноморья, меха с Балтики, шерсть из Англии и текстиль из Италии.

Изгнание и возвращение

Козимо интересовал не только банковский и торговый бизнес, он имел и серьезные политические амбиции. Он открыто выступил со своей гражданской позицией, за что и поплатился. Козимо и его брат Лоренцо возглавляли партию пополанов (торговцев и ремесленников) и в свойственных клану Медичи традициях вступили в соперничество за власть с местной аристократией, во главе которой стояли представители семейства Альбицци.

Проиграв битву за власть, пополаны, как когда-то чомпи, были изгнаны из города, а Козимо обвинен в подстрекательстве к мятежу. В 1433 году он получил судебную повестку из приората с требованием явиться на допрос. Друзья советовали ему бежать, но Козимо не стал скрываться, его арестовали и обвинили в «возвеличивании себя выше других». Это преступление наказывалось смертной казнью.

Однако оказалось, что богатейшего в стране человека очень сложно казнить. Начальник тюрьмы и многие члены комиссии, которые должны были вынести приговор, сочувствовали Козимо, некоторых из них банкир подкупил. В итоге смертный приговор был заменен изгнанием на десять лет из Флорентийской республики.

Козимо отправился в Венецию, где был встречен с почетом, как правитель Флоренции. Через год стараниями соратников Козимо власть аристократов во Флоренции пала. Враги были преданы суду, семью Альбицци выслали из страны. Козимо торжественно вернулся домой, жители города вышли ему навстречу, приветствуя как триумфатора.

Так в 1434 году начался тридцатилетний период правления Козимо Медичи. Хотя внешне была сохранена видимость республиканского правления, Флоренция по сути стала монархией и подчинялась воле одного человека.

У Козимо было прозвище Иль Веккио, что означает «старый». Для Флорентийской республики он стал мудрым старейшиной. Благодаря финансовой деятельности Козимо государственная казна была заполнена до отказа, а сама Флоренция полностью избавлена от долгов. Страна в период правления Козимо жила в спокойствии и достатке.

Банковская империя

Козимо Медичи выбрал двух надежных людей из числа управляющих филиалами банка – Джованни Бенчи и Антонио Салютати – и сделал их своими партнерами, доверив управление банком. Они вошли в дело Медичи, вложив каждый по 4 тысячи флоринов. Партнеры расширили бизнес, сделав его международным. Были открыты филиалы банка в Базеле, Брюгге, Женеве, Авиньоне и Лондоне.

Самым прибыльным по-прежнему оставался римский филиал, который обслуживал папскую курию. С 1435 года его возглавлял Лоренцо Медичи, младший сын Джованни ди Биччи. Банк инкассировал все поступления от продажи индульгенций, сборы на Крестовые походы и аннаты¹¹.

Прибыль римского отделения составляла треть всех доходов банка Медичи. В 1435–1451 годах она достигла 88 610 флоринов (общая прибыль – 261 292 флорина).

Также большие доходы банк получал, выдавая священникам займы. Римско-католическая церковь не допускала взимания при возврате ссуды чего-либо сверх суммы самой ссуды. Получение процентного дохода считалось грехом. Поэтому финансовое учреждение возмещало «убытки», взимая доходы с епископств, аббатств и приходов. Банк практически управлял казначейством Святого престола. Папа даровал банку титул депозитария Апостолической палаты, и банкиры должны были быть всегда рядом с ним, куда бы он ни отправлялся. Если глава церкви выезжал из Рима, обязательно рядом с его временной резиденцией открывался филиал банка.

Кроме того, банк открывал специальные отделения во время заседаний Вселенских соборов. В 1439 году такой собор состоялся во Флоренции. Козимо Медичи принимал как личных гостей императора Восточной Римской империи Иоанна VIII Палеолога¹² и патриарха Константинопольского Иосифа II¹³.

Благодаря близким связям с папским престолом у Козимо Медичи было большое влияние на государственных лидеров по всей католической Европе, многие из которых стали клиентами банка. Для приобретения влиятельных друзей Козимо не жалел денег, он давал взаймы и не требовал возвращения долгов, а иногда дарил и доли в своих заграничных банковских предприятиях. С многих заемщиков в качестве процентов принимались товары или услуги, то есть все, что можно было быстро превратить во флорины, которые банк не мог просить прямо.

Наиболее успешной была торговая деятельность венецианского филиала. Прибыль (22 % от общего дохода банка) приносили торговля пряностями, шерстью и мехами, вексельные операции и страхование морских грузов. Высокодоходным оказался и женевский филиал, который быстро достиг процветания на сопровождении местных торговых ярмарок, проводившихся четыре раза в году. Доход на вложенный капитал филиала составлял до 30 %.

Миротворец и благодетель

Козимо стремился сделать Флоренцию интеллектуальным и культурным центром Италии. Он покровительствовал художникам, архитекторам, ученым и поэтам. В центре города в 1444 году по заказу Козимо архитектор Микелоццо ди Бартоломео возвел Дворец Медичи. Это одно из первых светских строений Флоренции эпохи раннего Возрождения.

Козимо не скупился тратить огромные суммы на благо народа. За раздачу хлеба в голодный год он получил прозвище Отец отечества. В 1454 году Козимо Медичи положил конец длившимся более полувека военным кампаниям, заключив Лодийский мирный договор¹⁴, и снял с простых флорентийцев тяжелое налоговое бремя. Вместо поголовного налога был введен подоходный.

Чувствуя потребность искупить грех ростовщичества, Козимо заключил сделку с папой Евгением IV¹⁵, по которой банкир восстановил Доминиканский монастырь Сан-Марко – одно из наиболее почитаемых строений Флоренции, а папа издал беспрецедентный церковный указ: ростовщик Козимо Медичи был впредь очищен от всех грехов. Стараниями Козимо была возрождена и церковь Сан-Лоренцо в приходе, где проживало его семейство, и монастырь Бадия в Фьезоле, неподалеку от Флоренции.

В конце жизни Козимо собрал большую коллекцию древних рукописей и начал строительство Платоновской академии, занимавшейся переводом работ мыслителя и продвижением его идей.

Умер Козимо Медичи в своей постели в 1464 году, похоронен, как хотел того сам, в церкви Сан-Лоренцо. По правительственному указу на надгробии было начертано «Отец отечества».

Дело Козимо унаследовали сыновья Пьеро и Джованни, которые не обладали его талантами. Всего лишь через три десятилетия после смерти Козимо великий банк Медичи исчез без следа. Король Франции Карл VIII¹⁶ оккупировал Флоренцию, семья Медичи была выслана из города, все их имущество конфисковано, а банк разграблен. Финансовая карьера семьи Медичи окончилась, и хотя им еще не раз удавалось захватить власть во Флоренции, вернуть былое финансовое могущество они больше не смогли.

Основные даты жизни и деятельности

1389 г. Родился во Флоренции

1420 г. Возглавил банковский дом Медичи

1429 г. Возглавил партию пополанов

1433 г. Изгнан из Флоренции

1434 г. Вернулся в родной город, стал правителем Флорентийской республики

1454 г. Заключил Лодийский мирный договор

1464 г. Умер во Флоренции

Якоб Фуггер
(1459–1525)

Глава аугсбургского торгово-банкирского дома, один из самых богатых и влиятельных людей средневековой Германии

Кредитор монархов

Предприимчивый аугсбургский купец и банкир, создатель первой частной службы новостей и первого в мировой истории социального поселения. За счет удачных кредитных операций Якоб Фуггер сумел добиться существенного политического влияния в Европе, его имя увековечено в зале славы Вальхалла¹⁷ в Баварии, а в Аугсбурге в его честь назван целый квартал.

Решающий поворот

Якоб Фуггер (нем. Jakob Fugger) по прозвищу Богатый родился 6 марта 1459 года в баварском городе Аугсбурге. Его отец, Якоб Фуггер-старший, владел несколькими ткацкими мастерскими и занимался торговлей тканями. Удачный брак с дочерью ювелира Барбарой Бесингер стал для него началом пути к успеху: к 1461 году Фуггер-старший был в числе богатейших людей Аугсбурга¹⁸.

У Якоба-старшего было одиннадцать детей. Однако из семерых сыновей только трое смогли серьезно приумножить благосостояние семьи: Ульрих (1441–1510), Георг (1453–1506) и, безусловно, Якоб. Несмотря на то что Якоб-младший был крайне набожным человеком, в 1473 году он отправился учиться бухгалтерскому делу в Венецию (по другой версии – в Геную), а затем, в 1482 году, начал свою карьеру в семейном бизнесе.

Долгое время основным занятием Фуггеров оставалась торговля тканями, но в связи с растущей конкуренцией в этом бизнесе братья решили взяться за кредитные операции. В 1488 году Фуггеры ссудили крупную сумму эрцгерцогу Сигизмунду Тирольскому¹⁹ под залог права дешевой покупки серебра Швацких копей (Северный Тироль). Это стало началом серьезного горного бизнеса: братья скупали добывающие предприятия в Тироле и Каринтии, начали разработку медных и серебряных залежей в Венгрии. Но горное дело требовало постоянных вливаний капитала, поэтому у семьи появился свой собственный кредитор в лице высокопоставленного католического сановника, кардинала Мельхиора фон Мекау. Церковь запрещала ростовщичество, и особенно жесткой ее позиция была по отношению к священнослужителям, поэтому сделки проходили тайно.

Торгово-банкирский дом Фуггеров

Создав солидный капитал, братья Фуггеры начали давать ссуды расточительным европейским правителям под немалые проценты (или же под залог права на разработку серебряных или медных месторождений). Деньги шли на финансирование роскошных королевских дворов и многочисленные войны. Большую прибыль приносило и кредитование папского двора – с 1499 года в Риме работала контора Фуггеров.

Горный бизнес также активно развивался, фактически семье принадлежала монополия на торговлю медью в Европе, они владели рудниками в Штирии, Тироле, Северной Венгрии и Испании. Для расширения рынков сбыта получаемого из рудников сырья братья создали торговый дом Фуггеров. Были открыты отделения по всей Европе, некоторые из них позже стали банковскими конторами.

Для успешного развития дела постоянно требовалась различная политическая и экономическая информация, поэтому Якоб создал службу сбора новостей дома Фуггеров. Многочисленные представительства в европейских странах собирали самые разные полезные сведения и передавали их в главную контору в Аугсбурге. На основании полученных фактов принимались стратегические решения. В дальнейшем информация распространялась среди клиентов дома Фуггеров.

В 1509 году, после внезапной смерти кардинала Мельхиора фон Мекау, среди его документов были обнаружены векселя Фуггеров. Папа римский Юлий II²⁰ потребовал немедленного возмещения долгов наследникам кардинала, и над семьей нависла угроза банкротства. Руку помощи протянул император Священной Римской империи Максимилиан I²¹, ранее неоднократно занимавший у Фуггеров крупные суммы и обещавший папе выступить в поход против Венецианской республики взамен списания долгов Фуггеров. На эту военную кампанию торгово-банкирский дом Фуггеров выплатил 170 тысяч гульденов.

Придворный банкир

В 1510 году, после смерти старшего брата, Якоб Фуггер-младший возглавил бизнес. Прочно обосновавшись при дворе императора Максимилиана I, он был назначен придворным банкиром. С 1518 по 1556 год ставки по ссудам, выданным Габсбургам, составляли от 10 % до 14 %. Ставки по отдельным краткосрочным ссудам в тот же период могли достигать 24–52 %.

Согласно Золотой булле Карла IV Люксембургского от 1356 года, престол Священной Римской империи не мог переходить по наследству, император выбирался коллегией князей-избирателей. Всего выборщиков было семь: архиепископ Майнца, архиепископ Трира, архиепископ Кельна, король Чехии, пфальцграф Рейнский, курфюрст Саксонии и маркграф Бранденбурга.

В конце 1510-х годов на престол претендовали внук Максимилиана I Карл I Австрийский²² и король Франции Франциск I. Поддерживал последнего папа римский Лев X²³, опасавшийся усиления испанцев. Решающим фактором в этой политической борьбе стали деньги.

Император Максимилиан I, обеспокоенный тем, как передать империю внуку, обратился за помощью к торгово-банкирскому дому Фуггеров. В 1519 году Якоб возглавил консорциум немецких и итальянских банкиров и торговцев, предоставив внушительную ссуду Карлу V Габсбургу: 850 тысяч золотых флоринов, 543 тысячи из которых выделил лично. Фактически Фуггеры стали экономической опорой властей – Карл получил корону Римской империи, а дом Фуггеров, используя поддержку монарха, распространил влияние на Испанию и стал наиболее влиятельной финансовой структурой Европы.

Главный финансист Европы

В 1520-х годах Якоб Фуггер получал доходы от рыцарских орденов Испании, занимался добычей и торговлей стратегическими металлами, в то же время оставаясь главным поставщиком льняных тканей. Кроме того, дом Фуггеров принял участие в разработке ртутных россыпей в Альмадене²⁴ и серебряных рудников Гуадалканала²⁵, держал в руках производство артиллерии в Западной Европе.

Состояние Фуггеров в период между 1487 и 1511 годами удесятерилось и достигло 200 тысяч гульденов; в период между 1511 и 1528 годами оно уже составляло около 2 млн гульденов, то есть снова увеличилось в 10 раз.

В 1499 году Якоб женился на дочери респектабельного аугсбургского бюргера Сибилле Артц. Брак продлился более 25 лет, однако детей у Фуггеров не было. Вскоре после смерти Якоба Сибилла вышла замуж за его компаньона Конрада Релингера.

Якоб Фуггер не только приумножал состояние семьи, он занимался и благотворительностью, создав первое в своем роде социальное поселение для бедных горожан. На собственные деньги он купил землю в предместье Аугсбурга и построил целый квартал, получивший название Fuggerei. Кроме чрезвычайно низкой арендной платы от жильцов требовалось дважды в день читать молитвы за спасение души Якоба и членов его семьи. Оставаясь набожным человеком, он стремился искупить грех ростовщичества. Жилой комплекс существует и по сей день – в нем за символическую плату один евро в год с разрешения Фонда семьи Фуггеров селятся нуждающиеся.

Фуггер финансировал строительство церквей, в том числе принимал участие в возведении собора Святого Петра в Риме. Он покровительствовал наукам и искусствам, коллекционировал редкие и дорогостоящие предметы, его аугсбургский дом был средоточием раритетов и драгоценностей.

Якоб Фуггер умер в 1525 году, его дело успешно продолжил родной племянник Антон Фуггер. Похоронен банкир в Аугсбурге, в часовне Святой Анны, построенной на его же средства в 1508–1518 годах.

Основные даты жизни и деятельности

1459 г. Родился в Аугсбурге

1473 г. Отправился на учебу в Венецию (по другой версии – в Геную)

1482 г. Начал карьеру в семейном бизнесе

1488 г. Фуггеры ссудили крупную сумму эрцгерцогу Сигизмунду Тирольскому под залог права дешевой покупки серебра Швацких копей, что стало началом горного бизнеса семьи

1495 г. Открытие торгово-банкирского дома Фуггеров

1510 г. Стал главой фирмы

1519 г. Возглавил консорциум банкиров, который помог Карлу V стать императором

1525 г. Скончался в Аугсбурге

Уильям Патерсон
(1658–1719)

Шотландский коммерсант и банкир, один из основателей Банка Англии, автор разорительного проекта «Дарьен»²⁶, активный участник объединения Шотландии и Англии

Великий прожектер

Уильям Патерсон генерировал огромное количество идей, однако большинство проектов коммерсанта либо не были запущены, либо провалились. Главным же его достижением стало основание Банка Англии.

С фермы на Багамы

Уильям Патерсон (англ. William Paterson) родился в 1658 году на ферме Скипмайр в Шотландии в семье Джона и Элизабет Патерсон. Уильям получил традиционное для своего времени образование. Он изучал грамматику, арифметику, латынь, родители планировали, что сын станет служителем пресвитерианской церкви.

В 17 лет Патерсон эмигрировал в Англию²⁷, на юг страны, где обосновался в городе Бристоле. Однако вскоре он отправился на Багамские острова, где с середины XVII века стали появляться британские поселения, и занялся там торговлей (есть версия, что он активно сотрудничал с пиратами). В 1681 году он стал партнером торговой компании Merchant Taylors’ Company и за восемь лет работы скопил приличное состояние.

В середине 1680-х у Патерсона зародилась идея проекта «Дарьен». Он хотел основать в Панаме постоянную колонию и свободный порт²⁸, что позволило бы заниматься торговлей по всей территории Атлантического и Тихого океанов, значительно сократило бы затраты на грузоперевозки и увеличило производство в Европе, а также при взвешенном управлении дало бы возможность устанавливать свои правила в двух океанах. Будучи сторонником свободной торговли, он верил, что торговый путь через Панаму сможет поднять экономику Англии, если только власти поддержат эту идею.

Но английское правительство отнеслось к предложению отрицательно: Англия воевала против Франции и не хотела лишний раз раздражать Испанию, которая претендовала на территории в районе Панамского перешейка. Более того, какая бы страна ни занялась воплощением проекта, она неизбежно бы вступила в конфликт с Испанией. Патерсон безуспешно предлагал проект сначала Англии, потом Священной Римской Империи и Нидерландам²⁹.

Банк Англии

Вернувшись в Лондон после революции 1688 года в Англии³⁰, Патерсон воспользовался финансовыми затруднениями страны, к которым привело участие Вильгельма III³¹ в европейских войнах, и разбогател на подорванной инфляцией и военными действиями экономике государства. Около 1690 года коммерсант участвовал в реализации замысла компании Hampstead Water Company по водоснабжению Лондона, и ему даже удалось немного заработать.

В 1694 году, вдохновленный нидерландской моделью банковской системы, Патерсон издал эссе «Краткий доклад о необходимости создания Банка Англии»³². В соответствии с его планом, должен был быть учрежден центральный банк в помощь управлению государственными финансами. Правительство нуждалось в деньгах, а стране требовался банк. Король Вильгельм III поддержал идею, и 27 июля 1694 года был учрежден Банк Англии, который выдал первый заем английскому правительству. Уильям Патерсон стал одним из директоров банка, однако уже в следующем году был снят с этого поста. Бывшие коллеги Патерсона с недоверием относились к нему из-за нескончаемой череды всевозможных идей. Одной из них был план по созданию «сиротского»³³ банка, который стал бы опасным конкурентом для только что созданного Банка Англии.

Дарьенская катастрофа

После ухода из Банка Англии Патерсон посвятил себя работе над проектом «Дарьен». Он перебрался в Эдинбург, где успешно провел в шотландском парламенте «Акт о торговой компании в Африке, Ост-Индии и Вест-Индии»³⁴ для поддержания международной торговли. Утверждение акта привело к основанию в 1695 году Company of Scotland trading to Africa and the Indies, которая была создана для реализации проекта «Дарьен». А в 1696 году был организован Банк Шотландии, центральный банк королевства.

«Торговля увеличивает продажи, деньги делают деньги, и мир торговли больше не желает работать своими руками, но имеет потребность в рабочих руках».

Патерсон активно привлекал шотландцев к участию в проекте по созданию колонии. В то время у Шотландии и Англии был один король, но разный парламент. Парламент Шотландии запретил англичанам, которые в ту пору имели монополию на международные инвестиции, вкладывать деньги в проект, чтобы составить конкуренцию Английской Ост-Индской компании³⁵. Англичане в ответ вывели весь капитал из Шотландии, что ухудшило финансовое положение королевства. Тем не менее усилия Патерсона оправдались. По приблизительным подсчетам, от четверти до половины всего национального благосостояния страны было инвестировано в мечту под названием «Дарьен», несмотря на непростое для Шотландии время. Успех проекта обещал сделать очень бедную Шотландию одной из самых богатых стран мира.

Первые корабли покинули Эдинбург в июле 1698 года. В числе 1200 пассажиров был и Патерсон с женой и ребенком. В ноябре того же года они прибыли в залив Дарьен в Панаме, и переселенцы начали возведение поселения. Планы Патерсона были далеко идущими, однако он плохо представлял себе реальные трудности, с которыми предстояло столкнуться его экспедиции.

В поездке Патерсон потерял семью. Люди сотнями умирали от голода, лихорадки и стычек с испанцами, которые считали территорию шотландского поселения частью своей колонии Новая Гранада. Патерсон до последнего не желал оставлять Дарьен. Спустя несколько месяцев несчастий и лишений остатки выживших покинули колонию и в декабре 1699 года вернулись обратно в Эдинбург. Проект потерпел крах и стал разорительным как для Патерсона лично, так и для всей Шотландии.

Жизнь после неудачи

Несмотря на крах проекта «Дарьен», по возвращении в Шотландию Патерсон был избран в парламент королевства. В 1701 году он предложил правительству Шотландии использовать модель выкупного фонда для погашения национального долга. Регулярные депозиты банка использовались бы для постепенных выплат кредиторам. Однако предложение не было принято. Одновременно Патерсон начал деятельность, направленную на объединение Шотландии и Англии.

В 1701–1702 годах Патерсон предлагал Вильгельму III перед лицом надвигавшегося кризиса борьбы за испанское наследство³⁶ восстановить Дарьенскую колонию в противовес испанским поселениям в Америке. Но его предложение было отклонено.

В 1707 году при активном участии Патерсона произошло объединение Шотландии и Англии путем подписания Актов об унии. Объединение с Англией было выгодно для восстановления экономики Шотландии. Кроме того, новое правительство должно было возместить убытки всем участникам проекта «Дарьен». В 1708 году Уильям Патерсон был избран в новый парламент Соединенного Королевства, однако на заседаниях не появлялся и был лишен своего места.

Долгие годы Патерсон забрасывал парламент Англии петициями по возмещению убытков, которые он понес, будучи главой Company of Scotland, и в 1715 году сумел-таки получить компенсацию. Последние годы жизни Патерсона прошли в Лондоне, где он и скончался в 1719 году. Похоронен великий прожектер на исторической родине в Шотландии.

Патерсон был незаурядной личностью. Проект «Дарьен» потерпел неудачу, однако будь он реализован при участии Англии и Нидерландов, как изначально планировалось, Дарьен мог стать для Британии еще одной Индией. Патерсон был ревностным сторонником свободной торговли задолго до Адама Смита. Всего Патерсону приписывается 22 анонимные работы, в том числе по колонизации, банковской деятельности и финансам, внутренней и внешней торговле. Его труды замечательны по форме и содержанию и отражают живой ум автора.

Основные даты жизни и деятельности

1658 г. Родился в Шотландии

1675 г. Перебрался в Бристоль на юге Англии

1681 г. Стал партнером торговой компании Merchant Taylors’ Company

1689 г. Вышел из Merchant Taylors’ Company

1694 г. Учрежден Банк Англии, идеологом создания которого и одним из директоров был Патерсон

1695 г. Покинул Банк Англии, возглавил Company of Scotland trading to Africa and the Indies, созданную для осуществления Шотландией международной торговли и основания колонии «Дарьен»

1698 г. Экспедиция в Центральную Америку и начало строительства поселения

1699 г. Возвращение в Эдинбург после провала экспедиции

1707 г. Объединение Шотландии и Англии, в котором Патерсон принимал активное участие

1708 г. Избран в парламент Соединенного Королевства, однако вскоре был лишен места из-за неявок на заседания

1715 г. Получил компенсацию за понесенные в проекте «Дарьен» убытки

1719 г. Скончался в Лондоне

Роберт Моррис
(1734–1806)

Американский коммерсант и банкир, основатель первого национального банка

Финансист американской революции

Совладелец судоходной компании, не гнушавшийся работорговлей на заре предпринимательской деятельности, талантливый банкир и финансист и верный идеалам революции американец.

Ранние годы

Роберт Моррис (англ. Robert Morris, Jr) родился 20 января 1734 года в Ливерпуле. В 13 лет он эмигрировал в Америку в городок Оксфорд (Мэриленд) к отцу, который занимался торговлей табаком. Моррис-старший недолго думая отправил Роберта учиться в Филадельфию (Пенсильвания), где тот остановился у друга семьи Чарльза Гринуэя. Он устроил юношу в фирму коммерсанта из Филадельфии Чарльза Уиллинга, позже ставшего мэром. Роберт оказался способным и усердным учеником и после смерти Уиллинга в 1754 году стал бизнес-партнером его сына Томаса³⁷. В 1757 году амбициозные молодые люди основали в будущем ставшую знаменитой судоходную фирму Willing, Morris & Co. Их партнерство продлилось более 20 лет.

От работорговли к вершинам бизнеса

Моррис и Уиллинг создали торговую фирму, которая специализировалась на судоходстве, землевладении и других областях предпринимательства. В первой половине 1760-х годов партнеры занялись работорговлей. К этому их подтолкнула череда неудачных рейсов. В 1762 году они начали вести агентскую торговлю рабами и до 1765 года провели серию аукционов. Молодые люди старались заработать как можно больше и даже подписали петицию об отмене пошлины за ввоз рабов. Позже партнеры поддержали эмбарго на торговлю с Британией, в том числе на импорт рабов, и выступали за беспошлинную торговлю и снятие торговых ограничений, что дало толчок развитию их бизнеса. В последующие годы Моррис, ставший чиновником, пытался ввести налог на рабовладение и подушный налог, который бы уплачивали рабовладельцы, однако инициатива встретила активное противодействие со стороны южан. А в 1780 году в Филадельфии был принят закон о постепенной отмене рабства.

Willing, Morris & Co занималась торговлей с Индией, странами Ближнего Востока, Вест-Индией, Кубой, Испанией и Италией. Импортно-экспортные и агентские операции сделали предприятие самым процветающим в Пенсильвании. В 1784 году Моррис и Уиллис совместно с привлеченными инвесторами организовали рейс в Китай.

За годы коммерческой деятельности Моррис основал несколько компаний по строительству каналов, компанию по производству паровых двигателей. Его льдохранилище было взято за образец в поместье Джорджа Вашингтона³⁸. Он финансировал новый театр Chestnut Street Theater, основал Садоводческое общество Пенсильвании и разбил оранжерею, где выращивал тропические фрукты.

Начало политической карьеры

В 1765 году в Британии был принят Закон о гербовом сборе³⁹, согласно которому вся коммерческая деятельность, судебная документация, периодические издания и т. п. в колониях облагались налогом. Коммерсанты объединились против неконституционного сбора. В эту пору Моррис, которому было чуть больше тридцати, и начал свою публичную карьеру, выступая от имени протестующих. Несмотря на то что Роберт Моррис сохранял лояльность к Британии, он считал, что налоговое законодательство ущемляло права колонистов как подданных британской короны. Инициативы Морриса не увенчались успехом, и Британия увеличила гербовые сборы.

В 35 лет Роберт Моррис женился на 20-летней Мэри Уайт. Она была родом из знатной семьи в Мэриленде. За годы семейной жизни у четы родились пять сыновей и две дочери.

Континентальный конгресс

В 1775 году Морриса избрали в Совет безопасности и Провинциальную ассамблею Пенсильвании, эти посты он занимал до 1776 года, также политик входил в Комитет корреспонденции и в период с 1776 по 1778 год был членом законодательного собрания Пенсильвании. В течение трех лет с 1775 года Моррис оставался представителем от штата во Втором Континентальном конгрессе, выступая на стороне колонистов.

За год до принятия Декларации независимости он разработал систему поставки военной продукции из Франции. На плечах Морриса лежал груз ответственности за основной объем финансовых операций по ее импорту и покупке товаров для оплаты закупок. Также он входил в состав комитета, разработавшего типовой договор⁴⁰ для заключения торговых сделок, который в 1778 году лег в основу международного торгового договора с Францией.

Роберт Моррис служил в комитетах морского и военно-морского флотов и, будучи крупным судовладельцем, передал Континентальному Конгрессу лучшее судно, положившее начало Континентальному флоту.

Свою обширную международную торговую сеть Моррис использовал в разведцелях и собирал информацию о передвижении британских войск.

Во время службы в Ассамблее Пенсильвании он работал над Конституцией и законодательной базой, чтобы ввести в практику систему сдержек и противовесов и отменить ограничения по религиозному признаку, из-за которых 40 % граждан не имели права голоса.

В июле 1776 года была принята Декларация независимости, однако Моррис, который был не согласен с ее принципами, подписал ее лишь спустя месяц⁴¹. В том же году политик и предприниматель поддержал Джорджа Вашингтона и из личных средств длительное время финансировал Континентальные войска.

Как представитель от Пенсильвании в 1778 году Моррис подписал Статьи Конфедерации⁴² – договор об образовании конфедерации тринадцати штатов до принятия конституции США.

Финансирование войны

Во время войны с британцами каперы⁴³, со многими из которых Моррис сотрудничал, захватывали грузы британских судов. Фирма Морриса помогала продавать трофеи. Его обвинили в спекуляциях, а он тем временем в письме другу саркастично отмечал, что его фирма за время боевых действий потеряла 1900 судов или около того. Моррис лишился одного из крупнейших частных флотов в мире в то время, но никогда не требовал компенсаций от правительства молодой страны.

За время войны на его средства было куплено 80 % всех снарядов и покрыто около 75 % остальных расходов на содержание армии. Моррис и его сторонники практически полностью снабжали армию всем необходимым, когда в 1780 году Пенсильвания оказалась банкротом. В конечном счете штат обратился к Моррису за помощью в восстановлении экономики региона. И он вместе с другими согражданами основал в Филадельфии банк, через который армии оказывалась серьезная поддержка. Кроме этого, Моррис открыл порты для торговли и позволил установить рыночные курс валют и цены на товары.

«Долг каждого – выполнять посильную роль, где бы ни призвала его родина в часы трудностей, опасности или разрухи».

Суперинтендант финансов США

В 1781 году Конгресс на волне финансового кризиса принял решение отказаться от неэффективной системы комитетов, которая использовалась много лет, и основал первые исполнительные органы в американской истории. Моррис возглавил министерства финансов и морского флота. С 1781 по 1784 год он служил суперинтендантом финансов, фактически осуществляя контроль над всей экономикой недавно образованного государства. Уже через три дня на новой должности Моррис по настоянию Александра Гамильтона внес предложение об учреждении национального банка. Первым национальным финансовым институтом Соединенных Штатов стал основанный в 1782 году Банк Северной Америки⁴⁴. Его создание было в значительной степени профинансировано за счет займа, взятого Моррисом у Франции годом ранее. Основной ролью банка стало выделение средств на войну против Британии. В финансировании деятельности учреждения участвовали и граждане всех 13 колоний, и лично Роберт Моррис, взносы которого были колоссальны (около одного миллиарда долларов в переводе на современные деньги). Будучи центральной фигурой в правительстве, он находился в тесных отношениях с Джорджем Вашингтоном, самым влиятельным человеком Америки того времени.

В годы государственной службы Моррис во избежание критики обращался в Конгресс за разрешением продолжать предпринимательскую деятельность, оставаясь на публичном посту. Он не очень активно занимался коммерцией, однако оставался партнером в различных компаниях.

На посту суперинтенданта финансов он провел несколько реформ, включая уменьшение числа чиновников в гражданских ведомствах, содержание которых оплачивалось из бюджета, существенное сокращение государственных расходов за счет заключения контрактов на конкурсной основе, ужесточение требований к бухгалтерскому учету.

Вместе с другом, ассистентом и однофамильцем Говернером Моррисом, в 1782 году Роберт Моррис предложил создание национальной экономической системы, в том числе учреждение государственного монетного двора и введение десятичной денежной системы, что для того времени было прогрессивной идеей. Однако эти предложения не были поддержаны и только спустя 10 лет легли в основу экономического плана Гамильтона.

«Преимущества десятичной денежной системы в том, что все расчеты доходности, обменных курсов, страховых платежей и т. п. осуществляются намного проще и точнее, и само собой, большее число людей способны их производить. Когда такие операции требуют больших трудозатрат, времени и анализа, большее число тех, кто не умеет это делать, будут обмануты меньшим числом тех, кто умеет».

В 1782 году Роберт Моррис предложил схему финансирования публичного долга Соединенных Штатов и выплаты постоянных процентов по нему. Для этих целей он предложил ввести очень умеренный земельный налог, подушный налог и акциз на дистиллированный алкоголь, а также поднять импортные пошлины и использовать государственные земли в качестве обеспечения для новых займов в Европе. Это позволило бы создать доверие к молодому государству, однако его инициативы вновь были отклонены.

Моррис продолжал оказывать поддержку армии Джорджа Вашингтона, передавая на ее содержание огромные суммы. Позже он отмечал, что война перестала быть войной снарядов и стала войной финансов. Но Морриса интересовали не только дела армии, он активно участвовал в управлении финансовыми операциями по всей стране, используя свою репутацию на благо повышения репутации государства.

На склоне лет

В 1787 году Моррис был избран в Конституционный Конвент⁴⁵, однако его участие в нем осталось малозаметным. Единственной значимой инициативой Роберта Морриса было выдвижение его друга Джорджа Вашингтона на пост президента США.

Спустя два года Вашингтон, избранный президентом, хотел назначить старого товарища министром финансов, но тот не принял предложения.

В 1789 году Моррис занял пост сенатора США от штата Пенсильвания, став одним из первых сенаторов нового государства, и пребывал на этом посту до 1795 года. Он входил в 41 комитет Сената и выступал в большинстве из них. Моррис одобрял экономическую программу федералистов, которая включала строительство каналов и маяков в помощь коммерсантам. Он всячески поддерживал Федералистскую партию⁴⁶ и экономические инициативы Александра Гамильтона.

По завершении политической карьеры Моррис занялся инвестициями в земельные участки и стал самым крупным землевладельцем Америки того времени, однако на фоне политической нестабильности и военных действий в Европе, обрушивших рынки США, потерпел неудачу и разорился. В 1798 году он попал в долговую тюрьму, где провел три года. Конгресс США даже ввел закон о банкротстве⁴⁷, в том числе чтобы вызволить его из тюрьмы. После выхода из заключения Моррис жил в тишине и покое в скромном доме в Филадельфии. Слабый здоровьем, он находил поддержку в супруге, которая не оставляла его все непростые годы. Умер Роберт Моррис в 1806 году.

Крах Морриса уменьшил капиталы его политических единомышленников – федералистов, – которые инвестировали в его проекты, и пришелся на руку его политическим оппонентам, сумевшим увеличить свою власть.

Основные даты жизни и деятельности

1734 г. Родился в Ливерпуле

1747 г. Эмигрировал в Америку

1754 г. Стал бизнес-партнером Томаса Уиллинга

1757 г. Основал с партнером судоходно-банковскую фирму Willing, Morris & Co

1769 г. Женился на Мэри Уайт

1775 г. Избран в Совет безопасности Пенсильвании и Провинциальную ассамблею Пенсильвании, а также вошел во Второй Континентальный конгресс от Пенсильвании

1776 г. Стал одним из подписавших Декларацию независимости США. Принят в члены законодательного собрания Пенсильвании, где прослужил в течение двух лет

1780 г. Организовал банк в Филадельфии

1781 г. Занял пост суперинтенданта финансов, министра финансов и морского флота

1782 г. По инициативе Морриса основан Банк Северной Америки

1789 г. Занял пост сенатора США от штата Пенсильвания

1798 г. Посажен в долговую тюрьму, где провел три года

1806 г. Умер в Филадельфии

Майер Ротшильд
(1744–1812)

Основатель международной династии банкиров, владелец крупного банка во Франкфурте-на-Майне, общественный деятель

Финансовый гений из еврейского гетто

Сын менялы, сумевший выбраться из еврейского гетто, Майер Ротшильд создал банковскую империю и стал образцом для тех, кто мечтает научиться «делать деньги».

Сын менялы

Майер Амшель Ротшильд (нем. Mayer Amschel Rothschild) родился в 1744 году на задворках немецкого города Франкфурт-на-Майне, он был четвертым ребенком в семье. Отец будущего банкира Амшель Моисей Ротшильд зарабатывал на жизнь обменом денег. В то время Германия состояла из сотни княжеств, королевств и других государственных образований. Многие из них имели собственную валюту, поэтому деятельность менял была очень востребована.

Евреи жили в Германии с XIII века, но им было разрешено селиться только на специально выделенной территории, отдельно от местных жителей. Были и другие ограничения для обитателей гетто: фиксированное количество семей внутри поселения (таким образом власти боролись с перенаселением), необходимость получать разрешение властей на женитьбу, запрет на строительство новых домов. В обществе существовало стойкое предубеждение против евреев, и выбраться из гетто, то есть реализовать себя за его пределами, для большинства было невозможно. Ротшильд – один из немногих, кому это удалось в Германии XVIII века.

Кроме обменной лавки Амшель владел небольшим магазинчиком, где торговал антиквариатом, шелком и другими товарами. Майер с раннего детства помогал родителям и не понаслышке знал, что такое торговое дело. Однако отец с матерью мечтали, чтобы Майер Амшель стал раввином, и даже отдали его учиться в иешиву – иудейское религиозное учебное заведение. Но жизнь распорядилась по-другому.

В 1755 году во франкфуртском гетто вспыхнула эпидемия оспы. Глава семьи не перенес тяжелой болезни и умер в возрасте 45 лет. Его жена скончалась год спустя. Дети остались одни.

Майер Амшель попал на воспитание к родственникам, которые приняли решение отправить его обучаться банковскому делу. Мальчик поехал в Ганновер к банкиру Шимону Вольфу Оппенгеймеру, владевшему банковским учреждением. Первоначально Ротшильд работал разносчиком депеш, затем мелким клерком. Со временем он освоил все тонкости профессии и быстро поднялся по карьерной лестнице, став правой рукой Оппенгеймера. Вскоре после того как Шимон Вольф стал во главе городской еврейской общины, Ротшильду предложили занять пост управляющего банком, но Майеру Амшелю хотелось работать на родине, и в 1763 году он вернулся во Франкфурт.

Сначала юноша продолжил дело отца – восстановил антикварную лавку, поскольку сам был страстным коллекционером и любителем древностей. А в 1766 году Ротшильд открыл свою банковскую контору, которая быстро стала популярной в городе благодаря хорошей репутации, чутью и солидному опыту ее владельца. Банкиры Франкфурта и других городов Германии обращались к Ротшильду по различным вопросам, постепенно он стал сотрудничать со многими из них, некоторые сделали его своим представителем.

Ротшильд – ненастоящая фамилия предков Амшеля Моисея, это прозвище, в переводе с немецкого языка означающее «красная вывеска». Над входом в дом, где жили представители рода, много лет висела табличка красного цвета с изображением герба, и по ней стали называть обитателей дома.

Франкфурт в то время активно развивался как один из крупнейших немецких торговых центров. Все большую роль в европейской экономике стал играть финансовый капитал: если ранее богатства просто накапливали и держали «под замком», то теперь средства начали пускать в оборот. Банковские учреждения стали главными посредниками в этом виде деятельности.

Поставщик двора Его Величества

В 1769 году Ротшильд познакомился с Карлом Будериусом, министром финансов княжества Гессен-Кассель. С его помощью банкиру удалось попасть на прием к наследнику престола кронпринцу Вильгельму. Тот был страстным нумизматом, и Майер Амшель подарил ему свою коллекцию старинных монет. Такая щедрость восхитила наследника, поэтому Ротшильду было позволено стать официальным поставщиком ценностей для княжеского двора. Со временем сфера сотрудничества расширилась, банкир помогал придворным казначеям осуществлять сделки с драгоценными металлами и валютой. На фасаде конторы Ротшильда появилась вывеска «Официальный поставщик двора Его Величества». Это способствовало упрочению статуса банкира, увеличению доходов и улучшению его дел в целом.

В 1775 году скончался ландграф Фридрих, и Вильгельм вступил на престол. Ротшильд по-прежнему пользовался его доверием и всегда оправдывал ожидания правителя. Банкир стал принимать участие в международных торговых операциях. Через него проходили векселя и облигации Великобритании, которыми Лондон расплачивался с гессенским княжеством за предоставление наемной армии. Чтобы не провозить ценные бумаги через границу наличными, Ротшильд закупал в Англии чай, кофе, табак и ткани и продавал их дороже в Германии. Ландграф получал свой капитал, банкир – солидный процент.

Капиталами монарха управляли одновременно несколько банковских учреждений. Деньги инвестировали в развитие предприятий, давали в кредит. Однажды Швеции потребовалась финансовая помощь, и правительство страны попросило ее у главы княжества Гессен-Кассель. Министры Вильгельма полагали, что по политическим соображениям ландграф не должен помогать Швеции, но правитель был намерен выделить средства. Он предложил шведам обратиться к Ротшильду, и от имени его банка сделка все-таки состоялась.

С годами доверие Вильгельма к Ротшильду только возрастало. Банкиру помогало еще и то обстоятельство, что у правителя не было предубеждения против представителей еврейского народа. В 1802 году он назначил сыновей Майера Амшеля казначеями, а спустя год глава семьи Ротшильдов стал главным придворным агентом Касселя.

В 1806 году в Германию вторглись войска Наполеона Бонапарта. Со многими германскими правителями французский император заключил договора о протекторате. Однако гессенского курфюрста (с 1803 года ландграфство было преобразовано в курфюршество) он считал своим злейшим врагом, поскольку тот обеспечивал Великобританию наемной армией. Вильгельм был вынужден бежать за границу и несколько лет скрываться. Перед отъездом он успел перевести в иностранные банки только часть своих средств, основной капитал в виде наличных денег и ювелирных изделий остался во Франкфурте. Ротшильд и тут сумел помочь монарху. Часть ценностей он передал в Лондон через сына Натана, часть спрятал в винных бочках в собственном подвале. Наполеон назначил во Франкфурт наместника, а Ротшильд и тут пришелся ко двору – вел его финансовые дела. Но капитал Вильгельма банкир не только не присвоил, но и вернул обладателю через несколько лет в целости и сохранности. Курфюрст оценил этот великодушный поступок. О честности и порядочности Ротшильда узнали все монархи Европы.

Основатель банковской династии

В 1770 году Ротшильд женился на дочери ростовщика Гутле Шнаппер. Их брак оказался прочным и счастливым. Жена горячо поддерживала Майера во всех его начинаниях.

Майер Амшель Ротшильд всегда вел замкнутый образ жизни – на публике не выступал, с газетчиками не общался, книг не писал. Свободное время проводил с семьей, среди детей и многочисленных внуков. Всю работу выполнял самостоятельно, не прибегая к посредникам, а если их приходилось нанимать, то деятельность их тщательно контролировалась.

Дело отца продолжили пять его сыновей (всего в семье Ротшильда родилось десять детей). Когда Майер Амшель стал стареть, в деловых поездках его нередко заменяли сыновья. Детали финансовых операций и другие аспекты деятельности фирмы никогда не разглашались. Вся информация оставалась внутри семьи. На публику Ротшильды выносили только то, что сами хотели обнародовать. Сохранились сведения, что Ротшильд вел двойную бухгалтерию. Одна книга предназначалась для представителей власти и чиновников из налоговых служб, а вторая – для внутреннего пользования, где записывалась информация об особо приоритетных и прибыльных сделках. Размер его состояния так и остался неизвестен.

Осенью 1810 года банкир основал фирму «Майер Амшель Ротшильд и сыновья»⁴⁸, сделав пятерых сыновей ее совладельцами. Перед смертью он попросил их в дальнейшей карьере действовать всегда сообща, любые важные решения обсуждать вместе и обязательно советоваться с матерью.

«Соблюдайте это, и в скором времени вы станете богачами среди богачей».

Основатель династии умер в 1812 году. Его супруга Гутле Шнаппер пережила Майера на много лет. Все эти годы братья Ротшильды регулярно съезжались в дом престарелой матери, устраивали совещания в ее присутствии. Она же, благословляя детей, напоминала им заветы покойного отца. Вдова главы семейства скончалась в 1849 году в возрасте 96 лет.

Как и сам Ротшильд, его сыновья сумели пробиться в высшее общество Европы, не изменив иудейской вере, хотя большинство евреев в те времена, чтобы чего-то достигнуть, вынуждены были обращаться в христианство. Братья успешно разделили сферы влияния и разъехались по разным европейским городам, каждый из них добился успеха. Старший, Амшель Майер, стал главой банка во Франкфурте-на-Майне. Соломон Майер основал банк в Вене, Натан Майер – в Лондоне, Калман Майер – в Неаполе, а младший брат Джеймс Майер – в Париже.

В XIX веке была распространена фраза: «В мире всего шесть великих империй: Великобритания, Россия, Франция, Австро-Венгрия, Пруссия и Ротшильды».

Основные даты жизни и деятельности

1744 г. Родился в Франкфурте-на-Майне

1757 г. Отправился в Ганновер учиться банковскому делу у Шимона Вольфа Оппенгеймера

1763 г. Вернулся во Франкфурт, занялся торговлей антиквариатом и обменом денег

1766 г. Открыл банковскую контору

1769 г. Получил покровительство кронпринца гессенского Вильгельма

1770 г. Женился на дочери ростовщика Гутле Шнаппер

1803 г. Назначен придворным агентом ландграфства Гессен, сумел спасти казну кронпринца во время захвата армией Наполеона территории Германии

1810 г. Основал фирму «Майер Амшель Ротшильд и сыновья»

1812 г. Умер во Франкфурте

Александр Гамильтон
(1755 или 1757–1804)

Выдающийся государственный деятель, первый министр финансов и один из отцов-основателей США

Лицо с банкноты

Человек, которого знает в лицо каждый американец и еще половина земного шара, прожил яркую и насыщенную жизнь, полную великих свершений. Простой клерк сделал головокружительную военную карьеру в годы Войны за независимость США и встал у истоков одного из могущественнейших государств мира, заложив основы его банковской системы. Умер Гамильтон, как герой романа, – после тяжелого ранения, полученного на дуэли.

Детство на Карибах

Жизнь Александра Гамильтона (англ. Alexander Hamilton) началась в крошечном городе Чарлстауне на острове Невис в Карибском море, который в те времена был частью Британской Вест-Индии. Точная дата появления на свет будущего великого американца доподлинно неизвестна. Сам Гамильтон говорил, что родился в 1757 году, однако в документах после смерти матери, которая скончалась в 1768 году, Александр Гамильтон был записан 13-летним, что означает, что он родился в 1755 году. Возможно, возраст специально увеличили, чтобы мальчик имел возможность работать, оставшись сиротой.

Мать Александра, Рахиль Фосетт Лайон, была дочерью французского врача-гугенота, отец, Джеймс Гамильтон, происходил из знатной шотландской семьи, но ребенок был рожден вне брака и, кроме фамилии отца, ничего больше не унаследовал. В раннем детстве Гамильтон и его родители перебрались в город Кристианстед на острове Санта-Крус (Виргинские острова). Будучи незаконнорожденным, мальчик не мог посещать школу при англиканской церкви. Поэтому он получал частные уроки и ходил в еврейскую школу. Юный Александр с удовольствием читал книги из многотомной семейной библиотеки, в том числе сочинения греческих и римских классиков.

В 1765 году отец бросил семью, а спустя три года Рахиль умерла от лихорадки. Подростку пришлось устраиваться на работу. Он стал клерком в небольшой торговой фирме. В свободное время Александр продолжал заниматься самообразованием и даже пробовал писать. В 1772 году он опубликовал небольшую заметку об урагане на Санта-Крус в городской газете. Местные плантаторы оценили его журналистский талант и собрали средства на то, чтобы Гамильтон получил образование в Новой Англии.

Покорение Америки

Осенью того же года юноша отправился покорять Америку, которая в те времена еще не была независимым государством. Прибыв в Тринадцать колоний, он поступил в среднюю школу в Элизабеттауне (Нью-Джерси) и уже через год выпустился из нее с дипломом бакалавра искусств. В Колледж Нью-Джерси (ныне – Принстонский университет) его не приняли, и молодой человек продолжил обучение в Королевском колледже (ныне – Колумбийский университет) в Нью-Йорке. Очень быстро о нем заговорили как о прилежном и честолюбивом студенте.

В студенческую пору Гамильтон в полной мере раскрыл талант политического публициста. В работах Гамильтона, напечатанных в 1774–1775 годах, в момент обострения борьбы североамериканских колоний за независимость, в полемической манере отстаивалось право колонистов на защиту от притязаний Великобритании. Остроумные памфлеты молодого публициста стали важным вкладом в литературу Американской революции.

«Уравновешенный человек – тот, кто не теряет спокойствия, даже совершив одну и ту же ошибку дважды».

Завершить учебу в Королевском колледже Гамильтону было не суждено. В 1776 году произошло Бостонское чаепитие – поворотное событие в американской истории: колонисты утопили у берегов Бостона груз чая в знак протеста против британского чаевого налога. Вслед за этим вспыхнуло восстание против Соединенного Королевства, которое переросло в Войну за независимость США. Александр оставил студенческую скамью и с головой погрузился в гущу событий. Он вступил в отряд народного ополчения, а вскоре ему поручили сформировать и возглавить артиллерийскую роту. В 1777 году капитан Гамильтон отличился в битве при Трентоне, и его заметил генерал Натаниэль Грин⁴⁹. Он представил храброго офицера главнокомандующему североамериканскими войсками Джорджу Вашингтону, и тот назначил Гамильтона своим адъютантом и личным секретарем. Кроме того, ему присвоили звание подполковника.

Отец-основатель

На протяжении четырех лет Гамильтон был правой рукой человека, который позже станет первым президентом Соединенных Штатов Америки. За это время Александр дослужился до генерала и стал доверенным лицом Вашингтона. Великолепное знание французского языка, живой ум и литературные способности Гамильтона сделали его незаменимым человеком для главнокомандующего. В 1781 году Александр решил покончить со штабной работой и перевелся в действующую армию. Он участвовал в осаде Йорктауна, командовал штурмовой группой.

После завершения боевых действий Гамильтон хотел вернуться к мирной жизни и заняться юридической практикой в Нью-Йорке. Но большая политика не отпускала его. Все еще молодой и энергичный ветеран войны стал активным участником Аннаполийского (1786) и Конституционного конвентов (1787), сторонником и пропагандистом единой американской конституции и сильного центрального правительства. Он опубликовал в ведущих американских изданиях серию статей в пользу конституции, поскольку был уверен, что без нее страну ожидает «раскол, анархия и страдания». Позже эти публикации совместно с работами двух других публицистов – Джеймса Мэдисона⁵⁰ и Джона Джея⁵¹ – легли в основу сборника «Федералист», который и по сей день считается классическим трудом политической науки.

Гамильтону принадлежит ключевая роль в ратификации Конституции США штатом Нью-Йорк. Около двух третей делегатов конвента в Покипси, прошедшего в июне 1788 года, были настроены против основного закона страны. Шансы на принятие документа были призрачными, но исключительное ораторское искусство Гамильтона помогло склонить на свою сторону часть делегатов. В итоге документ был ратифицирован с перевесом всего в три голоса. Именно благодаря деятельности по созданию и утверждению американской конституции Гамильтон причислен к отцам-основателям США.

Министр финансов

В апреле 1789 года состоялась инаугурация первого президента США Джорджа Вашингтона. Федеральная конституция вступила в силу. 34-летнему Александру Гамильтону предложили стать министром финансов в первом правительстве независимой Америки. Он согласился, поскольку «считал себя обязанным помочь в запуске механизма правительственной власти». В новой стране глава финансового ведомства фактически обладал премьерскими полномочиями, хотя это и не нравилось госсекретарю Томасу Джефферсону⁵², впоследствии ставшему третьим президентом США. Между двумя политиками были разногласия и по поводу внешнеполитических приоритетов Америки: Гамильтон выступал за союз с Великобританией, тогда как Джефферсон был убежденным франкофилом.

В должности министра финансов Гамильтон первым делом ликвидировал валютный хаос, царивший в бывших британских колониях. Доллар стал главной денежной единицей государства, а казначейство начало чеканку золотых и серебряных монет. Гамильтон убедил Конгресс взять на себя ответственность за выплату колониальных долгов, общая сумма которых оценивалась в 75 млн долларов. Казалось, что молодой Америке справиться с этим не под силу, но министр настоял на том, что выполнение долговых обязательств обеспечит доверие федеральному правительству.

«Национальный долг в разумных пределах был бы благословением для нашей страны».

В 1791 году при деятельном участии Гамильтона был учрежден Центральный банк США, который стал финансовой базой для быстрорастущей экономики. Банк, имевший первоначальный капитал в 10 млн долларов, принимал вклады и выдавал кредиты. Финансовое предприятие получило внушительный успех: его билеты имели хождение по номиналу, а размер дивидендов составлял 8 %.

В декабре того же года Гамильтон сделал знаменитый доклад о промышленных товарах, в котором предложил установить тарифы на импорт. Эта протекционистская мера была предназначена для защиты интересов молодой американской промышленности. Финансист был уверен, что именно индустриальный сектор, а не сельское хозяйство послужит основой процветания страны. Конгрессмены отклонили его программу, но история подтвердила правоту Гамильтона.

Вскоре министру пришлось принимать экстренные меры в связи с банковской паникой 1792 года, когда ценные бумаги подешевели примерно на четверть. Благодаря умелым действиям Гамильтона страна вышла из первого серьезного финансового кризиса в своей истории с минимальными потерями. Его решения впоследствии стали стандартом мер, которые должен принимать Центробанк в подобных ситуациях.

«Настоящий характер всегда полезен, самодовольная напыщенность всегда бесполезна».

В том же году Александр Гамильтон основал первую политическую партию США, собрав вокруг себя сторонников сильной централизованной власти. Партия получила название Федералистской и в течение почти трех десятилетий играла заметную роль в политической жизни страны. Гамильтон пробыл на министерском посту более пяти лет и ушел в отставку в январе 1795 года.

Последние годы и посмертная слава

После ухода из правительства Александр возвратился в Нью-Йорк и посвятил себя семье, в которой было семеро детей. Он занимался юриспруденцией, помогал своему старому другу Джорджу Вашингтону в составлении политического завещания, а в 1798 году ненадолго вернулся в действующую армию, где ему присвоили чин генерал-майора. Америке угрожала война с Францией, но в конечном счете она так и не была объявлена.

На президентских выборах 1800 года за победу сражались однопартиец Гамильтона Аарон Берр⁵³ и его давний политический оппонент Томас Джефферсон. Голосование завершилось вничью, и решение об избрании нового главы государства должны были принять члены палаты представителей Конгресса. К Берру Гамильтон питал глубокую личную неприязнь, называл его «болезнью» и «ядом» для демократии и считал, что его избрание будет «позором» всей нации. К тому же между двумя политиками чуть ранее разгорелась борьба за лидерство в Федералистской партии. Выбирая между двух зол, бывший министр финансов отдал предпочтение Джефферсону, поспособствовав его избранию на президентский пост. Отношения с федералистами были порваны окончательно, а Берр затаил на Гамильтона нешуточную обиду.

Тлевший огонь этой ссоры ждал только повода, чтобы вырваться наружу и вспыхнуть с новой силой. В 1804 году Берр, занявший при Джефферсоне пост вице-президента, баллотировался в губернаторы штата Нью-Йорк. Острый на язык Гамильтон выпустил немало оскорбительных памфлетов в адрес Берра. Кроме того, «доброжелатели» поставили кандидата в губернаторы в известность о том, в каких выражениях отзывается о нем Гамильтон в частной переписке. Берр потребовал от экс-министра сатисфакции или публичного извинения. Гамильтон не сумел поступиться гордостью и извиниться и принял вызов Берра на дуэль.

Она состоялась ранним утром 11 июля 1804 года на берегу реки Гудзон в Уихокене. По команде Гамильтон не стал стрелять. Пуля, выпущенная Берром, попала в печень и прошла через позвоночник его противника. Спустя полтора дня Гамильтон скончался. Похоронили его на кладбище церкви Троицы на Манхэттене в Нью-Йорке. Карьера Берра на этом закончилась.

В XX веке соотечественники Гамильтона воздали должное его заслугам перед страной. В 1915 году государственного деятеля избрали в национальную Галерею славы. Его портрет поместили на десятидолларовой банкноте. Из исторических деятелей, не бывших президентами США, только он и Бенджамин Франклин⁵⁴ удостоились подобной чести. В Соединенных Штатах установлено несколько памятников Александру Гамильтону. Один из них стоит напротив его детища – Департамента казначейства США.

Основные даты жизни и деятельности

1755 или 1757 гг. Родился в Чарлстауне, Британская Вест-Индия

1768 г. Начал работать клерком в торговой фирме

1772 г. Прибыл на учебу в Новую Англию

1774–1775 гг. Завоевал славу выдающегося публициста

1776 г. Ушел в армию в ходе Войны за независимость

1777–1781 гг. Служил адъютантом и советником Джорджа Вашингтона

1786–1787 гг. Написал статьи для сборника «Федералист»

1789 г. Занял пост министра финансов США

1791 г. Основал Центральный банк США

1792 г. Основал Федералистскую партию

1795 г. Вышел в отставку

1804 г. Убит на дуэли

Штиглицы

Династия знаменитых предпринимателей и банкиров, служивших при дворе и оказывавших банковские услуги российским императорам

Семья Штиглицей – один из самых ярких примеров того, как выходцы из Европы отправлялись в Россию в поисках финансового успеха, а в итоге обретали вторую родину, служение которой стало для них главным делом жизни. На протяжении десятилетий сначала Людвиг Штиглиц, а затем его сын Александр были личными банкирами августейших особ и управляли государственными финансами.

Путь в Россию

В конце XVIII века в Россию из небольшого германского городка Арольсен княжества Вальдек один за другим перебрались три брата – Николай, Бернард и Людвиг Штиглицы. Они получили на родине блестящее образование, но вскоре после смерти отца, придворного еврея князя Вальдекского, Лазаруса Штиглица, решили перехать в Российскую империю.

Николай и Бернард обосновались на юге империи, первый – в Одессе, второй – в Кременчуге. Бернард разводил овец-мериносов. Кроме того, оба брата занимались винными откупами.

Торговый дом Николая Штиглица, головная контора которого находилась в Херсоне, а филиалы – во многих крупных городах Новоросии, в том числе и в Одессе, поставлял вина и в Москву, и в Петербург, и за рубеж, наряду с другими товарами⁵⁵. В 1801 году Николай получил чин коллежского асессора, в том же году переехал в Петербург, где также открыл торговый дом.

Накопив достаточно средств, Николай начал постепенно делать упор на развитие банковской деятельности своего торгового дома, переводя и гарантируя переводы денег, давая кредиты. Во время войны с Наполеоном Николай Штиглиц занимался поставкой продовольствия для русской армии, за что получил дворянское звание. В 1817 году он был назначен директором Генеральной комиссии погашения долгов, которая занималась привлечением средств из-за границы; в 1818 году Штиглиц получил чин надворного советника, а в 1819 году – орден Владимира IV степени.

И все же самым успешным из братьев оказался младший Штиглиц – Людвиг.

Людвиг Штиглиц
(1778–1843)

Банкир, успешный предприниматель, меценат и благотворитель

Личный банкир императора

Еще в юности переехав в Российскую империю из Германии, Людвиг Штиглиц сумел сделать блестящую финансовую карьеру и стать личным банкиром императора. Он основал свой банкирский дом, сменил вероисповедание, стал бароном, богатейшим человеком в стране и большим патриотом России.

Новая родина

В историю российского предпринимательства Людвиг Штиглиц вошел как одаренный бизнесмен и финансист. Приехав в Петербург по приглашению старшего брата Николая он начал свое дело, взяв в долг 100 тысяч рублей. Но бизнес не заладился, и молодой человек очень быстро разорился. Штиглиц вновь занял деньги и вскоре благодаря усердию, настойчивости и личным контактам с графами Нессельроде⁵⁶ и Бенкендорфом⁵⁷ он сумел получить должность придворного банкира и вернул долги.

В 1803 году Людвиг Штиглиц записался в Санкт-Петербургское купечество первой гильдии и основал торгово-банкирский дом «Штиглиц и К», который занимался экспортом и импортом: из Российской империи вывозились за границу зерно и лес, а ввозились разные дефицитные товары. Кроме того, он занимался торговлей продовольствием, оружием и фуражом для армии – Россия вела войну с Наполеоном (в составе Третьей коалиции; 1805 год). Этот бизнес принес Людвигу колоссальные деньги. Когда в 1807 году Россия в числе других стран объявила Англии континентальную блокаду, многие экспортеры пострадали, но не Штиглиц, пользовавшийся особым императорским расположением.

«Официальная российская власть закрывала глаза на действия некоторых крупных торговцев, имевших связи при дворе. К последним относился и Людвиг Штиглиц, часто в качестве личного одолжения ссужавший наличными деньгами высокопоставленных российских чиновников, – пишет историк Дмитрий Корнейчук. – Корабли торгового дома, нагруженные российским зерном, продолжали курсировать в сторону Британских островов, возвращаясь обратно с традиционной английской продукцией (сукно, чай)».

В том же году Александр I издал манифест, запрещающий иностранцам состоять в купеческой гильдии, после чего Штиглиц решил вступить в «вечное Российской державы подданство».

Отечественная война 1812 года произвела на молодого финансиста очень сильное впечатление. Он проникся к России любовью и уважением и как истинный патриот жертвовал крупные суммы на военные нужды, за что был удостоен бронзовой медали на Аннинской ленте. В это же время Людвиг отказался от иудаизма и принял лютеранство, чтобы избежать юридических ограничений, которые распространялись на евреев. Тогда же Штиглиц женился на Ангелике Готшальк-Дюссельдорф.

Банкир всея Руси

В 1819 году младший из братьев стал личным банкиром императора Александра I и занялся организацией внешних займов страны у западных банкиров, с которыми наладил хорошие связи.

«Людвиг Штиглиц оказался предпринимателем от Бога и самым удачливым из братьев. Свойственная ему сметливость, оборотистость и точный расчет вкупе с самообладанием и железной выдержкой определили его надежный и быстрый коммерческий успех. Кроме того (это отмечали даже его недруги), Людвига отличали трудолюбие и непоколебимая честность, ставшая своего рода визитной карточкой его банкирского дома».⁵⁸

Уже к 20-м годам XIX века Людвиг Штиглиц считался одним из самых влиятельных лиц на Петербургской бирже. Среди клиентов его банка были самые влиятельные люди того времени: граф Аракчеев⁵⁹, сенатор Новосильцев⁶⁰, граф Киселев⁶¹. «Вексель Штиглица являлся как бы его наличными деньгами, а слово ценилось выше векселя», – писала про него «Северная пчела» в 1843 году.

Штиглиц не просто умел удовлетворить прихоти двора, он действительно был очень честным банкиром: в отличие от иностранных банкирских контор и отечественных ростовщиков, брал самые умеренные проценты за кредиты (10–12 % вместо традиционных 30–40 %)

Людвиг Штиглиц постоянно расширял бизнес: открывал бумагопрядильные мануфактуры, сахарные и свечные заводы, создал первое в России страховое предприятие, помогал созданию первой в стране пароходной компании, финансировал строительство железных дорог.

За заслуги в деле развития отечественной торговли Штиглиц был возведен в потомственное баронское достоинство Российской империи и записан в Санкт-Петербургское первостатейное купечество в 1828 году.

В 1829 году, после смерти старшего брата Николая, Людвиг получил в наследство 100 тысяч десятин земли (более 100 тысяч га) с заводами овец испанской породы.

Попечитель сирот и студентов

Барон любил окружать себя образованными людьми, следил за книжными новинками, получая книги со всего света. Он отличался безукоризненным вкусом – балы и рауты у Штиглица вызывали восторг петербургской богемы и аристократии.

Штиглиц постоянно занимался благотворительностью, поощряя прежде всего распространение просвещения. Он жертвовал огромные суммы на содержание двух училищ в Петербурге – Коммерческого и Торгово-мореплавательного. В 1838 году значительные суммы были пожертвованы приюту для бедных и в 1840 году – детской больнице. На пожертвования Штиглица в Петербурге был учрежден приют на 150 сирот.

«За труды и усердие на пользу отечественной торговли и промышленности» барон удостоен орденов Анны II степени и Владимира III степени.

Умер Людвиг Штиглиц от удара в 1843 году. В день его похорон в знак траура по просьбе купечества была закрыта Петербургская биржа – случай беспрецедентный. На церемонию прощания пришли иностранные послы, министры, видные чиновники и купцы. Улицы были полны петербуржцев, которые решили проводить в последний путь талантливого финансиста и щедрого мецената.

Последний наказ Людвига Штиглица сыну Александру был: «Люби Россию, и она будет любить тебя».

Основные даты жизни и деятельности

1778 г. Родился в Вальдеке

1790-е гг. Переехал в Россию

1803 г. Записался в Санкт-Петербургское купечество первой гильдии

1819 г. Стал личным банкиром Александра I

1828 г. Возведен в баронское достоинство

1843 г. Умер в Санкт-Петербурге

Александр Штиглиц
(1814–1884)

Крупнейший российский финансист, промышленник, управляющий Государственным имперским банком, меценат

Российский Ротшильд

Александр Штиглиц стал достойным продолжателем дела своего отца. Фирма, основанная Людвигом, при Александре монополизировала почти весь экспортно-импортный рынок России. Штиглиц-младший организовывал чрезвычайно нужные и выгодные для страны займы, а вершиной его карьеры стало назначение на пост главы Государственного имперского банка.

Наследник поневоле

Александр родился осенью 1814 года. Мальчик рос в творческой интеллектуальной среде, отец сумел привить ему любовь к музыке, литературе и театру. Образование Штиглиц-младший получил в Дерптском университете, где проявил большие способности к науке. Он увлекался древними языками, живописью, литературой.

В 1840 году Александр Штиглиц поступил на государственную службу в Министерство финансов на должность члена Мануфактурного совета, а после смерти Людвига Штиглица 30-летнему «пылкому поклоннику Гете и Шиллера» пришлось возглавить торгово-банкирский дом «Штиглиц и К» и стать придворным банкиром вместо отца.

Начиналось строительство Николаевской железной дороги, стране нужны были новые финансовые вливания. Александр в течение семи лет организовал получение шести крупных займов за рубежом под очень выгодные 4 % годовых.

Сын ни в чем не уступал отцу: ни в деловой хватке, ни в честности в сделках. В 1846 году столичное биржевое купечество выбрало его на должность председателя Биржевого комитета Санкт-Петербурга. Он возглавлял его бессменно до 1860 года.

Даже во времена Крымской войны, когда от России отвернулась вся Европа, Штиглицу, благодаря безукоризненной репутации и связям, удалось добиться для страны займов под щадящие 5,5 %. В это же время барон получил чин статского советника, а вскоре стал действительным статским советником.

«Имя его пользуется такой же всемирной известностью, как и имя Ротшильда, – писал в 1859 году «Вестник промышленности», – с векселями его, с чистыми деньгами можно было объехать всю Европу, побывать в Америке и Азии».

Штиглиц демонстративно отказался хранить свои сбережения в зарубежных банках, хотя война расстроила финансовую систему Российской империи и нарушила стабильность экономики.

«Мой отец и я заработали свое состояние в России. И я готов потерять с ней все свое состояние, если она окажется несостоятельной».

Таким образом Штиглицу удалось привлечь в свой банк многих министров и вельмож, которые последовали его примеру и держали свои капиталы в России, в банке Штиглица.

Штиглиц имел колоссальное влияние на деловую жизнь Санкт-Петербурга. Ходили слухи, что он сам назначал котировки по векселям, и в его отсутствие биржа замирала. Все переводы за границу проводились только через банковские дома, которые одобрял Штиглиц.

Торговец, концессионер, биржевик

Фирма «Штиглиц и К» практически монополизировала все экспортно-импортные операции. Компания закупала за границей огромные партии хлопка, и Штиглиц лично устанавливал цену на сбыт.

А в Европу его фирма поставляла традиционные экспортные товары – сало, лес, пеньку, – выбирая для себя самые выгодные сделки. Прочие, менее интересные контракты, уже доставались другим игрокам. Благодаря этим операциям к 1860-м годам полученное Штиглицем от отца состояние увеличилось в четыре раза.

Барон был одним из учредителей Московского купеческого банка, владел металлургическими заводами и золотыми приисками. В середине 1850-х он увлекся железнодорожным строительством. Вместе с давним партнером бароном Фелейзеном⁶² Александр Людвигович на свои средства начал строить пути, соединяющие Петербург с Петергофом и Гатчину с Лугой, позже вошедшие в состав Балтийской железной дороги.

Летом 1857 года дорога Санкт-Петербург – Новый Петергоф была торжественно открыта. Чуть позднее была сдана ветка, соединяющая Петергоф и Красное Село, и дорога между Петергофом и Ориенбаумом. Здание Балтийского вокзала было тоже построено на средства барона по образцу Парижского Восточного вокзала.

В 1857 году Штиглиц учредил «Главное общество российских железных дорог». Целью этой организации стало создание в России сети железных дорог общей протяженностью 4 тысячи верст, которые бы протянулись через 26 губерний и соединили Санкт-Петербург, Москву, Нижний Новгород, Курск, Орел с портами Балтийского и Черного морей.

При учреждении общества было выпущено 600 тысяч акций на сумму 75 млн рублей, по 125 рублей за штуку. Акции выпускались с правительственной гарантией 5-процентного годового дохода, что делало их весьма привлекательными для публики. В итоге они разошлись мгновенно в первые десять дней подписки. Акции железнодорожной компании стали самой популярной бумагой на Петербургской бирже. По воспоминаниям современников, «для участия в биржевых торгах собиралась такая толпа, что начиналась теснота, давка, были и такие, которым делалось дурно, другие были принуждены вылезать в окно, потому что назад протиснуться было решительно невозможно».

Министры и другие сановники, чиновники всех рангов бросились играть на бирже: помещики стали продавать имения, домовладельцы – дома, купцы оставили торговлю, вкладчики в правительственных банках начали выбирать оттуда вклады, чтобы вложить в акции, впервые гарантированные правительством. Но средств все равно было недостаточно. Через год сделали второй выпуск – 70 тысяч облигаций по 500 рублей каждая, всего на сумму 85 млн рублей. Но и этих денег оказалось мало. Не сбылись надежды разместить облигационные займы на европейских финансовых рынках. Биржевой курс акций начал резко падать, и вскоре они уже продавались по бросовым ценам, на 45 % ниже номинала.

В это же время у Штиглица начались проблемы на бирже. Сказывалось влияние международного финансового кризиса и тяжелых экономических последствий Крымской войны для России. Кроме того, в финансовых кругах у него образовалась сильная оппозиция, недовольная монопольным положением барона.

В итоге Штиглиц оставил коммерческую деятельность, вышел из пула инвесторов, удалился от строительства железных дорог, отказался от поста председателя Биржевого комитета и всех своих частных банковских интересов. Он даже собирался уехать из России. Но такого влиятельного финансиста нельзя было отпустить из страны. И Штиглицу предложили пост управляющего новой создаваемой государственной банковской структурой.

Во главе Государственного банка

В России в те времена существовали только казенные банки, заложенные еще Екатериной II. Они принадлежали государству, но реального госуправления и единой банковской системы не было.

Весной 1860 года старые казенные банки были упразднены, и Александр II подписал указ о создании Государственного имперского банка для финансирования стремительно развивающейся в стране промышленности. Возглавил его Александр Штиглиц.

Главной задачей было реформирование финансово-кредитной системы страны. Создавались новые коммерческие акционерные банки, призванные обеспечивать промышленное развитие России. Главную роль в их формировании сыграли Госбанк и лично Александр Людвигович Штиглиц. Кроме того, к новой структуре должны были перейти функции «придворного банкира» по ведению международных расчетов, получению внешних займов.

В 1862 году в России планировалось введение золотого стандарта. Для этого Государственный банк под управлением Штиглица занял у лондонских и парижских Ротшильдов 15 млн фунтов стерлингов. Однако в январе 1863 года началось восстание в Польше. Оно подорвало финансовое положение страны, усилило спрос на золото и спровоцировало биржевую панику. В итоге переход к золотому обращению произошел только 30 лет спустя, во время денежной реформы графа Витте⁶³.

Государственный банк также занимался подкреплением бюджета и пополнением казны. В 1863 году были выпущены 5-процентные банковские билеты на сумму 10 млн рублей. В 1884 году был взят первый англо-голландский заем на сумму 47,9 млн гульденов и 1,9 млн фунтов стерлингов. В этом же году проведен внутренний 5-процентный выигрышный заем на 100 млн рублей. Полученные деньги предполагалось направить на финансирование строительства дороги из Москвы к Черному морю.

В начале 1866 года был выпущен второй 5-процентный внутренний выигрышный заем на 100 млн рублей для развития в России сети железных дорог. Наконец, в ноябре 1866 года получен второй англо-голландский заем на 31,4 млн гульденов и 33 млн фунтов стерлингов для обеспечения заграничных платежей Государственного казначейства.

После этого Штиглиц в возрасте 52 лет вышел в отставку, но по просьбе императора остался членом комитета финансов, где отвечал за иностранное отделение канцелярии Министерства финансов.

Барон стал вести жизнь рантье, получая годовой доход свыше 3 млн рублей. Теперь он мог посвятить жизнь искусствам. Большую любовь Штиглиц питал к театру и не пропускал ни одной премьеры.

Подвиг просвещенной благотворительности

Александр Людвигович продолжил семейные традиции благотворителей и меценатов. Петербург обязан ему созданием Центрального училища технического рисования с уникальным музеем. Про новое училище Александр II говорил, что Штиглиц совершил «подвиг просвещенной благотворительности».

Барон обустраивал быт своих рабочих в Нарве на Ивангородских мануфактурах. Недалеко от фабрик были построены жилые поселки, школа и больница. В усадьбе неподалеку он возвел двухэтажный дом, вокруг него разбил великолепный парк, на окраине которого построил храм во имя Святой Троицы. Церковь предназначалась не только для его семьи, но и «для духовных нужд местного населения».

Умер Александр Людвигович в 1884 году от воспаления легких. В последний путь его провожали с особыми почестями. Отпевали в лютеранской церкви Петра и Павла на Невском, затем отвезли в Нарву, где похоронили в семейной усыпальнице – в церкви Святой Троицы.

До конца жизни Александр Людвигович оставался одним из самых влиятельных и богатых людей России. За заслуги перед страной он был произведен в действительные тайные советники, награжден орденом Святого Владимира II степени, получил от президента Франции орден Почетного легиона за заслуги по организации Всемирной выставки в Париже.

Прямых наследников у барона не было. Значительная часть состояния Штиглица перешла к его приемной дочери Надежде, которая была подкинута младенцем в дом и воспитана Штиглицем и его женой. Немалые суммы Александр Людвигович завещал Коммерческому училищу для бедных при лютеранской церкви Святых Петра и Павла, Елизаветинской больнице, Глазной лечебнице, Детскому приюту его имени в Петербурге, Петербургскому биржевому комитету и др.

Своему любимому детищу, училищу технического рисования барона Штиглица, Александр Людвигович оставил 5 млн рублей на создание художественного музея и библиотеки. Музей декоративно-прикладного искусства при училище был возведен в 1885–1895 годах и носил имя банкира вплоть до 1917 года. В 1990-е годы училище переименовали в государственную художественно-промышленную академию, и, наконец, в 2006 году академии было присвоено имя основателя – Александра Людвиговича Штиглица.

Основные даты жизни и деятельности

1814 г. Родился в Санкт-Петербурге

1840 г. Поступил на государственную службу в Министерство финансов

1843 г. Вступил в наследство, занял должность придворного банкира

1846 г. Избран председателем Биржевого комитета

1840–1850-е гг. Привлек иностранные займы для строительства железных дорог

1857 г. Учредил Главное общество российских железных дорог

1860 г. Вышел из биржевой торговли; назначен руководителем Государственного банка

1866 г. Вышел в отставку, занялся благотворительностью

1884 г. Умер в Санкт-Петербурге

Джордж Пибоди
(1795–1869)

Выходец из бедной американской семьи, ставший крупнейшим международным банкиром XIX века и большую часть своего состояния пожертвовавший на благотворительные нужды

Банкир и филантроп

История жизни этого человека в очередной раз доказывает, что в деловом мире незаурядные способности ценятся гораздо выше, чем происхождение, образование и даже наличие капитала. Освоив науку продаж еще в юном возрасте, Джордж Пибоди создал процветающую компанию, затем занялся инвестициями, которые принесли ему огромный доход, и в конце концов сосредоточился на банковском бизнесе.

Успешный торговец

Джордж Пибоди (англ. George Peabody) родился 18 февраля 1795 года на северо-востоке США, в городке Южный Денверс. Предками Пибоди были пуритане – протестанты-кальвинисты из Англии, поселившиеся на этой территории еще в XVII веке. Жили Пибоди бедно, Джордж был третьим ребенком в семье, где росли еще семь детей. Он был смышленым и активным мальчиком, к 11 годам умел хорошо писать и считать. Из-за сложной финансовой ситуации в семье, окончив 4 класса школы, он пошел работать: на сообразительного подростка обратил внимание владелец местного магазина, предложив стать его учеником, а впоследствии помощником⁶⁴. За несколько лет Пибоди изучил азы коммерции, немало пригодившиеся ему в дальнейшем.

«Доверие – это симпатический нерв торговли. Есть люди, не доверяющие тем, у кого покупают, таких осталось мало. Другие не доверяют тем, кому продают, но это ненадолго. Чтобы твердо стать на ноги, нужно иметь безупречную репутацию и стараться сделать другом каждого своего покупателя».

В мае 1811 года умер глава семейства, мальчика отправили на воспитание к дяде в Джорджтаун, где он стал работать в одном из его магазинов.

В 17 лет Джордж отправился добровольцем на войну: в 1812–1815 годах между США и Великобританией велись боевые действия. На фронте его товарищем по оружию оказался Элайша Риггс, мелкий торговец текстилем. Он предложил Пибоди партнерство, и уже в 1814 году, отслужив, Джордж переехал в город Балтимор, где вместе с Риггсом основал фирму Riggs, Peabody & Co. Предприятие занималось продажей одежды и тканей, ввозимых из Великобритании.

Дело успешно развивалось, в 1822 году партнеры открыли филиалы в Нью-Йорке и Филадельфии. Через семь лет Риггс ушел на пенсию, Пибоди занял его место, а компанию переименовали в Peabody, Riggs & Co.

В деловом мире США того времени преуспевающие торговцы имели значительно больший вес, нежели производители товаров или банкиры-финансисты. Производственные предприятия были обособленными и почти не имели путей доставки товаров к потребителям. Ситуация стала меняться с развитием транспортной сферы. Появилось много желающих вкладывать деньги в промышленность и транспорт, причем среди тех же торговцев, обладавших необходимыми средствами. Пибоди был одним из первых, кто почувствовал веяние времени, – он вкладывал средства в строительство Eastern Railroad, железной дороги протяженностью 60 миль, открытой в 1836 году. Позже, активно инвестируя деньги в развитие железнодорожного транспорта, продавая ценные бумаги предприятий путей сообщения, Пибоди убедился в прибыльности такого бизнеса.

«Вы не сможете продать кому-либо то, что ему не нужно, так же, как не сможете продать это дороже реальной стоимости».

Международный банкир

В 1827 году Пибоди приехал в Соединенное Королевство, чтобы закупить товар. В последующие несколько лет Пибоди совершил еще четыре путешествия в Великобританию и основал филиал компании в Ливерпуле. В это время Пибоди впервые задумался об инвестициях в ценные бумаги, а работа на фондовой бирже показала: финансовые операции более выгодны, чем торговые.

В 1835 году (по другой версии – в 1838 году) Джордж основал в Лондоне банковское учреждение Peabody & Co. Фирма занималась международными операциями с американскими ценными бумагами. С 1843 года Пибоди полностью сосредоточился на банковском деле, закрыв все торговые предприятия. Следующие двадцать лет его жизни были временем невероятного успеха, именно тогда он заработал огромное состояние.

«Все, к чему я прикасался в те годы, похоже, само превращалось в золото».

В 1836 году Пибоди занялся торговлей облигациями крупных железных дорог, выпущенными федеральным правительством и властями штатов. В составе группы агентов он отправился в Англию продавать облигации британским инвесторам.

В конце 1830-х – начале 1840-х годов из-за американского финансового кризиса значительно вырос госдолг США, некоторые штаты даже отказались выполнять долговые обязательства. Европейские инвесторы были потрясены, нависла угроза над всей международной банковской деятельностью. Пибоди неоднократно выступал в прессе с призывами урегулировать ситуацию. А его личный вклад заключался в том, что банкир скупил наиболее обесценившиеся государственные облигации по долговым обязательствам. Это восстановило доверие к Соединенным Штатам, а когда международные отношения укрепились, Пибоди сумел выгодно продать ценные бумаги, получив доход.

В 1840-х – 1860-х годах в США стала стремительно развиваться транспортная сфера, в том числе и железные дороги. Это происходило во многом благодаря притоку капитала из Европы. Инвесторы Старого Света охотно приобретали ценные бумаги американских железных дорог, видя в них чрезвычайно выгодный способ вложения средств. Банк Пибоди был активным участником этого процесса, размещая многочисленные эмиссии акций и облигаций, будучи посредником между предприятиями и инвесторами.

«Великие дела на благо человечества должны совершать единицы – большинство людей никогда не будет делать этого».

Постоянно проживая в Лондоне (с 1837 года), Джордж Пибоди никогда не забывал о своей стране и по возможности оказывал помощь в различных сферах. В 1851 году он финансировал участие представителей американских предприятий в Лондонской промышленной выставке. Конгресс США не выделил ни цента на это мероприятие. Между тем американская продукция вызвала огромный интерес у британцев. В США работало огромное количество изобретателей, совершенствовались технологии изготовления различного оборудования, вооружения, приборов, тяжелой техники.

Деятельность Джорджа Пибоди сыграла значительную роль в укреплении экономических отношений и снятии напряженности между Великобританией и США. Королева Великобритании Виктория предлагала Джорджу Пибоди получить титул баронета, но американец отказался.

Несмотря на явный прогресс, периоды процветания в экономике США сменялись кризисами и депрессиями. Причины крылись в неэффективном управлении финансами, спекуляции землями, стихийном развитии промышленности без какого-то плана. В 1857 году очередной кризис чуть не разорил Пибоди. Представители его банковского учреждения не имели возможности перечислять деньги в Лондон, и получить средства можно было только у Английского банка. Этот банк не только не спешил давать кредит Пибоди, но и попытался выдавить его с британского рынка.

«Банк выдаст этот заем при условии, что Peabody & Co прекратит свою деятельность в Лондоне после 1858 года» – такой ответ Джордж получил от Английского банка.

Несмотря на происки недоброжелателей, Пибоди все-таки сумел выйти победителем из сложившейся непростой ситуации. Благодаря связям в Британии ему удалось заручиться мощной поддержкой местных предпринимателей, и в итоге Английский банк выдал его компании 800 тысяч фунтов, что помогло успешно пережить кризис.

Меж двух огней

В начале 1860-х годов североамериканский континент охватила Гражданская война между Севером и Югом. Фирма Пибоди находилась в сложном положении: симпатии британской правящей верхушки были на стороне южан, а население и либерально настроенные политики сочувствовали северянам (Союзу северных штатов). Их поддерживал и сам Пибоди, хотя и не имел возможности открыто выражать свою позицию. В годы войны его банк работал в обычном режиме, занимался обменом валюты и перепродажей американских ценных бумаг. Однако обвинения в адрес банкира все равно звучали.

В 1866 году газета New York Post писала: «Что творит этот господин Пибоди? Он делает деньги на войне, он следит за взлетами и падениями денежного рынка, за колебаниями общественного доверия и приумножает свои прибыли. Во время войны, особенно такой ужасной войны, в какой мы участвуем сейчас, войны, в которой крупные коммерческие интересы подвергаются большим и неожиданным изменениям, хитроумный дилер, имеющий дело с ценными бумагами, получает широкие возможности. Именно таким образом господину Пибоди удалось значительно увеличить свое состояние».

На самом деле в те годы 70-летний Джордж уже отошел от дел. Начиная с 1864 года фирмой руководил Джуниус Морган⁶⁵, который в 1854 году стал младшим партнером (и впоследствии преемником) Пибоди. Успешный банкир и предприниматель не имел семьи и наследников не оставил.

В 1868 году, за год до смерти, Пибоди заявил: «Я хотел бы публично признаться в том, что во время ужасного испытания, через которое прошла наша страна, мои симпатии всегда были и остаются с Союзом, которому я всегда стремился помогать и ни в коей мере не навредить престижу союзного правительства».

Другой позиции у гуманиста и либерала Пибоди, очевидно, и быть не могло. Он был противником рабовладельческой системы, после окончания войны даже пожертвовал на образование темнокожих американцев 3,5 млн долларов. Около 5 млн он выделил на развитие учебно-воспитательных учреждений во многих городах Северной Америки. На его деньги было создано несколько библиотек и музеев, различные фонды для поддержки научных исследований. В Лондоне Джордж основал Peabody Donation Fund – организацию, способствовавшую улучшению жилищных условий малоимущих жителей города. На это он пожертвовал около 500 тысяч фунтов.

Умер Джордж Пибоди в 1869 году в Лондоне. Он вошел в историю как первый филантроп в США в частности и в мире в целом. Пибоди заложил в среде крупнейших финансистов Америки традиции благотворительности, которые продолжают жить и в наши дни.

Основные даты жизни и деятельности

1795 г. Родился в городе Южный Денверс

1812 г. Отправился добровольцем на войну

1816 г. Переехал в Балтимор, основал фирму Riggs, Peabody & Co

1827 г. Впервые побывал в Великобритании

1835 г. Учредил в Лондоне банк Peabody & Co

1854 г. Начал работать вместе с Джуниусом Морганом

1864 г. Вышел в отставку

1869 г. Умер в Лондоне

Фридрих Райффайзен
(1818–1888)

Немецкий финансист и общественный деятель, организатор первых в мире кредитных кооперативов

Первый кооператор

Имя Фридриха Райффайзена можно встретить на вывесках банковских учреждений во всех уголках Земли. Так деловой мир увековечил память создателя особого типа банковских объединений, основанных на принципах кредитной кооперации. Скромный мэр прусской деревни стал основоположником и теоретиком кооперативов подобного рода, посвятив этому свою жизнь.

Трудные первые годы

Фридрих Райффайзен (нем. Friedrich Raiffeisen) родился 30 марта 1818 года в прусской провинции Вестфалия, в городке Хамме (Зиг). Его отец Готфрид в 1817–1820 годах был бургомистром и вместе с женой Амалией владел небольшим фермерским хозяйством. В семье было девять детей, Фридрих родился седьмым. Несмотря на высокий пост отца, жили они в бедности. И в семье, и в сельской округе царила нищета. Для развития фермерам нужны были деньги, а взять их было неоткуда. Государство поддержки не оказывало, а частные кредиторы давали ссуды под чрезвычайно высокие проценты.

В детстве на Фридриха большое влияние оказал его крестный отец, священник Георг Вильгельм Зиппель, который занимался начальным образованием мальчика. Он не раз рассказывал юному Райффайзену о своем участии в создании организации, помогавшей беднякам во время голода 1817 года. Жизненный путь крестного отца стал примером для молодого человека.

Когда Фридриху Райффайзену исполнилось 17 лет, он поступил на службу в прусскую армию. Семь лет служил в разных городах – Зайне, Кобленце, Кельне, но в 1842 году тяжело заболел. После этого службу пришлось оставить. Вскоре Фридрих устроился работать в администрацию города Кобленца. Трудился он довольно успешно и в 1845 году был назначен бургомистром города Вайербуша. С 1848 года он возглавлял администрацию города Фламмерсфельда.

Быстрому карьерному росту способствовало особое усердие, с которым Райффайзен исполнял свои обязанности. На протяжении всей жизни Фридрих оставался горячо верующим евангельским христианином, для которого трудолюбие являлось высшей благодетелью. Вера и Библия наставляли его на путь служения людям, признавался он.