Kitabı oxu: «Академия Девир»

Глава 1

— Чёрт, я опять опаздываю на работу! — кричу, вскакивая с кровати и несясь в ванную. — Ну почему каждый день одно и то же? Почему нельзя, как нормальный взрослый человек, спокойно встать, позавтракать и привести себя в порядок?

Пулей влетаю и вылетаю из ванной, натягиваю джинсы и футболку, хватаю расчёску и подхожу к зеркалу.

— И почему мои волосы всегда в таком хаосе?!

Я невысокого роста, даже кажется, что маленького, хотя меня это только радует. Телосложение нормальное (ладно, средненькое — где-то везде есть по лишнему килограмчику). На лице особенно выделяются большие глаза золотисто-карего цвета с длинными чёрными ресницами. Волосы густые, вьющиеся, средне-русого цвета — вот они как раз и представляют самую большую угрозу моему спокойствию. Полгода назад я имела глупость подстричься рваной короткой стрижкой, длиной еле достающей до лопаток, и чтобы выглядеть более-менее нормально, каждое утро приходится тратить хотя бы минут двадцать, чтобы из кикиморы превратиться в человека.

Глядя на часы и на себя в зеркало, понимаю: день не задался с самого начала. Стягиваю волосы в хвост, пытаюсь убрать подобие челки, хватаю сумку, глажу кошку — и бегом на работу.

С мыслями о том, как я ненавижу общественный транспорт, дожидаюсь хоть чего-нибудь. Простояв двадцать минут, вскидываю руку, ловлю такси и за неприятную сумму долетаю до работы. Влетаю в здание бегом и понимаю: несмотря на все старания, я всё равно опоздала. С поникшими плечами иду к лифту. Естественно, при открытии дверей натыкаюсь на своего шефа.

Мысленно чертыхнувшись, говорю:

— Доброе утро, мистер Тайлер.

С дуру решаю поднять на него глаза — и меня прямо холодом обдаёт от его взгляда. Он смотрит на меня с неприкрытой неприязнью, будто хочет сказать: тебе вообще повезло недостойная, что ты сюда устроилась, а ты ещё смеешь опаздывать.

— Доброе утро, Амелия. Зайдите ко мне в кабинет через двадцать минут, мне нужно с вами переговорить.

«Ну вот, началось». Всё-таки стоило этого ожидать от такого невезучего дня. Мне абсолютно не хочется идти к шефу. Сейчас он будет отчитывать меня как малое дитя, говорить, что я не дорожу своей работой, и что большая удача попасть в такую компанию и бла-бла-бла.

В принципе, я счастлива была получить работу здесь. Компания крупная, добывает нефть в разных уголках страны. Но даже несмотря на всю престижность, мне не очень хочется просиживать постоянно в офисе в свои сорок три года. Каждый день думаю написать заявление, но останавливают неуверенность в завтрашнем дне и отсутствие чёткого понимания, чем заниматься дальше.

Нетвёрдой походкой дохожу до своего кабинета, желаю всем доброго утра. Кто-то здоровается, кто-то нет, а некоторые просто не обращают на меня внимания. Коллектив, в общем, далеко не самый лучший. Кидаю вещи на своё место и иду к шефу.

Стучу в дверь, не спеша захожу в кабинет, сажусь на стул напротив стола и готовлюсь слушать долгую лекцию. Но, к моему удивлению, лекции не следует.

— Мистер Тайлер, о чём вы хотели поговорить? — спрашиваю, пытаясь скрыть неуверенность.

— Амелия, ты работаешь у нас уже третий месяц и, как мне кажется, не очень хорошо справляешься со своими обязанностями. Поэтому я даю тебе две недели, чтобы улучшить результаты. Если же у тебя не получится или ты ещё хоть раз опоздаешь — можешь попрощаться с этой работой.

«Ну вот, отлично. Только этого мне не хватало — опять искать работу В такие дни кажется, что хуже уже не будет», — бормочу я себе под нос, направляясь обратно. — И зачем мне это всё надо? Может, действительно поискать что-нибудь другое? Ну, в другой области. Вдруг найду действительно что-то своё?

Ровно в восемнадцать ноль-ноль, когда у меня заканчивается рабочий день, шеф даёт ещё пару заданий — по моим прикидкам, часа на три. Мои попытки уговорить его сделать эту работу завтра оказываются тщетными. Я печальными глазами наблюдаю, как все уходят, а мне ничего не остаётся, кроме как сидеть и делать отчёты до самой ночи.

Сделав небольшой перерыв, захожу в столовую, делаю кофе и радуюсь, что остался всего один отчёт. Бросаю взгляд на часы — и меня бросает в дрожь.

— Кажется, я не совсем рассчитала время, которое собиралась потратить на эти чёртовы отчёты.

Закончив все дела, выхожу из офиса в начале одиннадцатого, проклиная тётушку Судьбу за этот отвратительный день.

— Чёрт, ну почему именно я? Делать мне больше нечего, кроме как торчать тут до ночи?

Иду по улице к остановке и задумываюсь: как пойти? Либо по оживлённой улице, но тогда лишних три квартала, либо сократить и пойти через переулки и дворы.

Внутри меня будто что-то щёлкает. Тихо, на грани слышимого, шепчет: «Не ходи туда. Иди длинной дорогой».

Но ноги уже болят от неудобных рабочих туфель. Голова гудит от цифр и отчётов. А до дома ещё очень долгий путь.

— Глупости, — говорю сама себе. — Со мной ничего не случится. Район тихий и мирный!

Накопившаяся за день усталость не оставляет мне выбора. Сворачиваю в переулок. И сразу чувствую — что-то не так. Слишком тихо. Слишком пусто. Обычно здесь хоть мышка пробежит, хоть кошки зашуршат. А сейчас — ни звука.

— Да ладно, — уговариваю себя. — Это от переутомления глюки.

Проулок не очень широкий, метров пять, но хорошо освещён. По бокам стоят мусорные контейнеры. Я безумно рада, когда вижу, что до конца переулка осталось совсем чуть-чуть — скоро выйду во дворы. Но радость тут же сменяется беспокойством. Затылок холодеет. Волосы на руках встают дыбом. Чувствую, будто за мной кто-то наблюдает.

Резко поворачиваюсь — никого нет. Выдыхаю, решаю, что это разыгралось воображение, и собираюсь повернуться обратно, чтобы идти дальше, как вдруг вижу перед собой человека.

Подскакиваю от неожиданности: я не слышала, чтобы кто-то подходил. Это мужчина. Высокий, с широкими плечами и жёлто-золотыми глазами с вертикальным зрачком — как у кошки. Наверное, линзы, думается мне. Но больше я ничего не успеваю рассмотреть — незнакомец кидается на меня.

Не столько пугаюсь, сколько злюсь. Мало мне сегодня было проблем — так ещё и это! Все мои попытки отбиться оказались тщетны. Я пыталась его и оттолкнуть, и выскользнуть как-нибудь из его рук, но мужчина будто играл со мной, как кошка с мышкой.

В какой-то момент я просто перестала сопротивляться. Уставший организм сказал «хватит». Я повисла на нём мёртвым грузом, чувствуя, как слёзы сами текут по щекам — от бессилия, от злости на себя, от этого дурацкого дня. Мужчина прижимает меня к стене своим телом, не давая двигаться, наклоняет одной рукой мою голову, одновременно убирая волосы с плеч. Он начинает наклоняться к моей шее — и у меня перехватывает дыхание, когда в свете луны блестят его клыки.

Чувствую укол в шею. Думаю: всё, самое страшное уже позади. Кажется, пришёл конец моей жизни. Уже начинаю мысленно прощаться со всеми, как вдруг ощущаю резкую боль.

Чёртов кровосос выпускает меня из рук и смотрит на меня в немом удивлении и ужасе. Я с громким криком падаю на землю, не в силах удержаться на ногах и стерпеть боль. Чувствую, как глаза выедает, будто плеснули кислотой. Всё тело немеет, а изнутри его, похоже, плавят. Каждая мышца, каждая клеточка восстаёт против меня, причиняя неимоверную боль

В эту минуту безумно хочется умереть — боль такая нестерпимая, что смерть кажется самым лучшим выходом.

Сквозь затуманенные глаза я смотрю на этого, пусть будет вампира, так удружившего мне. Хочу спросить: какого чёрта он остановился? Лучше бы быстрее закончил это дело. Но слова застревают в горле, когда я вижу его бледное лицо и перепуганные глаза, смотрящие куда-то за мою спину.

Любопытство борется с болью во всём теле — и первое всё-таки берёт верх. Я кое-как пытаюсь перевернуться, чтобы увидеть, что же его так напугало. Наконец опираюсь на ладони, взглядываю туда, куда смотрел вампир — и чуть не теряю сознание.

За моей спиной стоит какая-то невероятная тень. Метра три в высоту, с огненно-золотистыми глазами. Понемногу тень начинает преобразовываться в существо — и буквально через пару секунд передо мной стоит огромный тигр. Чёрный, в красную полоску, с огромными клыками и длиннющими, как мне кажется, лапами.

Я чувствую холодный ужас, исходящий от вампира, укусившего меня. Пытаюсь повернуться, но боль тут же напоминает о себе, а я, кажется, начинаю терять сознание...

Глава 2

В себя я приходила урывками. Первым делом, не открывая глаз, пыталась вспомнить, что произошло. Часть воспоминаний больше походила на бред сумасшедшего: переулок, адская боль, какой-то кабинет, разговоры двух людей о перемещении из другого мира

Открыв глаза, я поняла, что лежу в каком-то лазарете. Вокруг пахнет травами. Нет никакого электронного оборудования. И нет никого рядом. На мне белая ночнушка с длинным рукавом — до самых пяток. Странновато для больницы нашего мира

Полежав ещё немного, чтобы хоть чуть-чуть прийти в себя и разложить кашу в голове по полочкам, я решаю встать и пойти на разведку.

В тот момент, когда мои ноги коснулись пола, в палату зашла миловидная девушка лет двадцати пяти с длинными светло-голубыми волосами. На ней был докторский пиджак. При приближении ко мне я заметила на её милом лице ярко-голубые глаза с лёгкой примесью ртути и вертикальным зрачком.

Почему-то её глаза нагнали на меня жуть. Воспоминания о вчерашнем приключении всколыхнулись в моей голове с новой силой. При её приближении я вцепилась в спинку больничной кровати и попыталась нащупать рукой хоть что-нибудь, чем можно защититься.

Увидев страх на моём лице, её улыбка начала меркнуть, и на лице всё больше начала проступать усталость.

— Как же с иномирцами сложно, — сказала она, присаживаясь рядом со мной на стул. — Давай начнём сначала. Меня зовут мадам Тара, я лекарь Академии Девир. Как тебя зовут и что ты последнее помнишь?

— Меня зовут Амелия Блейк. Последнее, что помню: на меня напал вампир, укусил, началась адская боль, потом был, кажется, чёрный тигр, потом провал. Если вы не против говорить откровенно, я хотела бы узнать: где я? что я тут делаю? и почему у вас и у нападавшего похожие глаза — с кошачьим зрачком? Как у Геральда, — добавила я, не удержавшись от отсылки к серии книг «Ведьмак».

— Ну что ж, можно и откровенно, — сказала она, широко улыбнувшись.

Я увидела у неё маленькие клыки, от которых мне стало дурно. Я ещё сильнее вжалась в спинку кровати и подтянула ноги к себе.

— Ты попала сюда из-за того, что один тип, который, так скажем, преступил закон, сбежал из нашего мира в твой, чтобы избежать казни, и решил тобой подкрепиться. Но он не ожидал, что в тебе пробудится кровь кого-то из высших, и ты начнёшь обращаться в одного из нас. И ещё больше не ожидал, что у тебя уже есть хранитель высшей категории — и убить тебя легко и просто не получится. Твой хранитель перенёс тебя в стадии обращения в нашу Академию и сказал, цитирую дословно: «всех спалит к чертям», если тебе не помогут.

— Подождите, — перебила я. — Ничего не понимаю. Какой хранитель? При чём тут академия? Какое обращение? В кого?

— Дело в том, — продолжила Тара, — что ты больше не человек. В тот момент, когда в тебе пробудилась высшая кровь, ты стала обращаться в одного из жителей нашего мира. Наша раса называется девиры. У нас есть определённая иерархия — по размеру силы и по силе хранителя. В основном, когда девир достигает пятидесяти лет, он отправляется на испытание в мир демонов. И его дальнейшая судьба зависит от того, какой демон — он же хранитель — выберет девира.

В нашем мире всегда существует максимум четыре, иногда меньше, князя. У них хранителями являются короли демонического мира. Далее идут графы и графини — их может быть сколько угодно. По силе они приближены к князьям, но даже десять графов не одолеют одного князя. У обычных девиров — среднестатистические хранители. А есть ещё те, кто вернулся из демонического мира без хранителя — что, кстати, маловероятно, но, тем не менее, таких немало. Они считаются низшими и больше не могут зваться девирами, а зовутся вампирами. Отличаются они от нас тем, что намного слабее физически и магически, не имеют боевой ипостаси и хранителя. А их глаза — чистого однородного цвета, без переливов.

У тебя стандартный путь обретения хранителя был нарушен. Ещё в момент обращения к тебе явился один из сильнейших хранителей демонического мира. Смею предположить, что ты очень сильная графиня. Но определить это наверняка получится только после прохождения тестирования в Академии.

Тут мы как раз плавно подходим к твоему следующему вопросу. В Академии ты оказалась не случайно. Все девиры после приобретения хранителя и закрепления с ним связи — у всех это происходит в разном возрасте и на разных этапах — должны пройти обучение в Академии для выявления способностей: управленцев, защитников, целителей и так далее. В среднем к нам поступают учиться от пятидесяти до ста пятидесяти лет. Хотя бывают и отклонения от нормы.

Услышав про возраст поступающих, меня слегка замутило.

— Простите, мадам Тара, а вам сколько лет? — спросила я, уже догадываясь об ответе.

— Ох, я ещё молода по меркам нашего мира. Мне триста семьдесят шесть лет.

Видимо, что-то отразилось на моём лице — наверное, брови уползли на лоб или дёрнулся глаз, — потому что она рассмеялась и пояснила:

— В нашем мире возраст зависит от силы. Чем сильнее девир, тем больше лет ему отведено. Среднестатистические живут тысячу — две тысячи лет. Графы — две с половиной — четыре тысячи. Князья же уходят из жизни по собственной воле, когда им надоест жить. Например, по летописям, один князь Земли ушёл в восемь тысяч четыреста тридцать два года.

Она посмотрела на моё лицо и улыбнулась:

— Думаю, информации для тебя пока достаточно. Возьми в тумбочке одежду — её подготовили для тебя, пока ты спала. И я отправлю тебя к ректору — пора начинать новую жизнь в Академии.

Глава 3

У меня оставалось ещё много вопросов, но с полученной информацией не помешало бы для начала разобраться. Поэтому я решила решать проблемы по мере их поступления. Рано или поздно во всём разберусь, а пока просто плывём по течению, а там видно будет.

В тумбочке действительно нашлись вещи: белая рубашка с вышитой серебряной эмблемой — видимо, академии (щит, на котором изображены элементы четырёх стихий), юбка чуть выше колен и плащ в пол, по типу тех, что носили в Гарри Поттере. При визуальном осмотре они показались мне абсолютно новыми, что вселило в меня маленькую радость — не люблю вещи с чужого плеча.

Пока переодевалась, заметила некоторые странности. Несмотря на то, что толстой я никогда не была, но и идеальной фигурой похвастаться не могла: немного выпуклый дряблый живот, чуть целлюлита и плотные ручки, которые при взмахе слегка трясутся. Одеваясь, я заметила абсолютно плоский, чуть рельефный животик, а на ногах и руках — ничего лишнего.

«Срочно нужно зеркало», — подумала я. И будто прочитав мои мысли, мадам Тара сказала:

— Загляни в ту дверь, там ванная комната и есть зеркало во весь рост.

Меня дважды просить не пришлось. Мне кажется, я на полной скорости влетела в дверь к долгожданному зеркалу. Увиденное в отражении меня сильно поразило.

Во-первых, мои волосы — средне-русого цвета, длиной до лопаток — стали чёрными с синим отливом, а длина у них стала до жо простите, до копчика. Во-вторых, лицо. Конечно, форма не сильно поменялась: как была овальной, так и осталась (не превратилось, к сожалению, в милую форму сердечка). Но черты немного заострились, стали более хищными и изящными. Горбинка на носу, которую я заработала когда-то в школе, исчезла. Ни одного прыщика или следа от акне не осталось — а ведь даже в своём возрасте я страдала от того, что остаюсь вечным подростком. И наконец, глаза: из болотно-зелёных стали ярко-синими с вкраплениями ртути или серебра. Ресницы стали как будто длиннее, чёрные с синим отливом — как и волосы. Губы у меня всегда были бантиком, так что тут перемен не случилось.

В общем, на меня из зеркала смотрела настоящая красавица. Вроде как я, но и не я.

Фигурка же, как я и думала, изменилась в лучшую сторону. Талия стала тоньше, лишних килограммов как не бывало. Но рост остался таким же маленьким — до этих приключений во мне было всего сто шестьдесят сантиметров.

В общем, подытожим: красивое тело и лицо — берём, не жалуемся и со спокойной душой идём в новые приключения, которые называются Академией.

Подождав, пока я насмотрюсь на себя в зеркало, мадам Тара позвала меня следовать за собой.

По дороге к ректорскому кабинету нам изредка встречались другие студенты. И, о боги, такого разнообразия в цветовой гамме волос я ни разу не видела: зелёные, красные, жёлтые, синие — как будто попала на слёт неформалов, ей-богу.

— Амелия, почему вы так удивлённо разглядываете всех, кого мы встречаем? — явно не понимая моего любопытства, спросила Тара.

— Дело в том, что в моём мире у всех достаточно стандартные цвета волос: блондины, брюнеты, русые. Есть, конечно, и разноцветные, но их мало, и это не естественный цвет, а краска. Таких людей у нас относят либо к неформалам, либо к очень творческим личностям. А тут каждый — каждый! — какого-нибудь цвета или оттенка. Непривычно и необычно. У вас мода такая — на крашеные волосы?

Она несколько минут смотрела на меня после моего монолога, а потом искренне, от всей души засмеялась. Я даже не думала, что серьёзная, на мой взгляд, Тара может так открыто и громко смеяться. И что не самое приятное — смеялась она надо мной.

— Прости, Амелия, мне тяжело принять и запомнить, что ты из другого мира и о нашем мире ничего не знаешь. Дело в том, что иномирцы у нас редкость. Бывают, конечно, но очень редко. Поэтому есть вещи, о которых сложно подумать, что их кто-то не знает. Цвет волос у нашей расы зависит от магического резерва и от стихийной предрасположенности. Например, я — маг воды, но не очень сильный, поэтому у меня светло-голубые волосы. Каждый из нас предрасположен к одной стихии: земля, вода, огонь, воздух. И в зависимости от того, какой стихией ты обладаешь, такой у тебя и цвет волос. Интенсивность окраса зависит от твоей силы и резерва. Резерв, конечно, можно немного раскачать, но с каким цветом родился — с таким и будешь жить до конца, он уже не изменится. Более того, если захочешь покраситься или магически изменить цвет волос, то не выйдет. Краска держится максимум четыре-пять часов и сходит на нет. Так же и с длиной волос: как часто не подстригай, отрастать будут очень быстро, и причёски как не бывало. И даже не спрашивай, почему так — точно этого никто понять не может. До сих пор есть особо отчаянные, кто пытается изобрести артефакт для стрижки или крепкую краску.

Так за разговорами мы дошли до крепкой деревянной двери. Зайдя, я увидела стол, заваленный бумагами, стеллажи с книгами и разной корреспонденцией, диванчик для гостей и девушку — видимо, секретаря. Она сидела за столом, перебирала документы, но когда мы вошли, приостановила работу и посмотрела на нас.

— Здравствуйте, мадам Тара, — сказала секретарь. — Как вижу, наша новенькая уже пришла в себя. Господин Нэйт ждёт вас.

— Спасибо, Софи, — ответила Тара, и мы вошли в кабинет к ректору.

Глава 4

Кабинет ректора оказался именно таким, каким я себе и представляла. Строгий, но изысканный. По всем стенам шли деревянные стеллажи с книгами. На дальней стене горел зажжённый камин. На окнах — тяжёлые бордовые портьеры. На тёмном паркетном полу лежал бордовый мягкий ковёр — если честно, на него жалко было наступать ногами в обуви. Посреди кабинета стоял массивный стол из тёмного дерева.

За столом сидел мужчина, по всей видимости владелец этого кабинета. Как по мне, ректор так выглядеть не должен: широкоплечий, раскачанный мужчина лет тридцати с бордовыми волосами — видимо, под них он цвет интерьера подбирал, хи-хи — и с оранжево-золотыми глазами.

Увидев, кто вошёл, он встал из-за стола, улыбнулся — и я чуть не забыла, зачем пришла.

Я села на край предложенного стула, всё ещё отходя от вибрирующего баритона хозяина. Интересно, у них у всех такие глубокие и бархатные голоса? Или это только у ректоров такая привилегия?

— Мадам Тара, вы можете идти, — кивнул он. — Дальше я сам.

Тара слегка поклонилась и вышла, бросив на меня короткий ободряющий взгляд. Дверь за ней закрылась с мягким стуком. И мы остались вдвоём.

— Тебе наверно успели рассказать, что ты теперь не человек, — начал Нэйт, складывая руки на столе. — И что самое необычное, у тебя уже есть хранитель. Теперь тебе предстоит научиться пользоваться своими новыми способностями, магией, ходить теневыми тропами и взаимодействовать со своим хранителем. У нас есть пять факультетов. И первым делом, нам надо понять, к какому факультету — а может, и факультетам — у тебя есть предрасположенность.

Я моргнула.

— Простите, то есть я могу учиться сразу на нескольких факультетах?

В голове уже нарисовалась картинка: я, заваленная книгами по самый нос, бегаю между лекциями и выгляжу как оживший кофеин.

— Может я всё-таки смогу выбрать, если, скажем, мы определим, что я подхожу на три? — продолжила я. — Всё-таки с такой нагрузкой, я думаю, не одно существо не справится.

Нэйт усмехнулся.

— Если студенту подходит несколько факультетов, он учится на них одновременно. Да, нагрузка чуть больше, но есть предметы, которые у всех факультетов совпадают. Так что нагрузка хоть и больше, но не критична. Если же так случится, что ты подходишь на три факультета и больше — тут уже будешь вольна выбрать два, которые тебе нравятся больше. А на остальные — ходить, как на факультативы или изучать информацию самостоятельно.

— Мда, — протянула я себе под нос. — Веселенькая жизнь мне предстоит.

— Скорее незабываемая, — поправил он, явно услышав мой бубнеж.

И то, с каким выражением он мне это сказал, мне не понравилось. Явно во время учёбы будет много специфических подвохов. Возможно, магистрам и будет весело, но вот мне, как студенту вряд ли.

— Итак, Амелия, — ректор достал из ящика стола какой-то кристалл. — Возьми кристал в руки. И смотри на него не отрываясь. В первую очередь проверим твой уровень магии.

Он сделал паузу и добавил:

— Хотя, глядя на тебя, и так понятно, что ты очень сильный маг стихии воды.

— Почему вы так решили? — поинтересовалась я. Тара вроде говорила что-то похожее, но хотелось бы услышать подробнее, из за чего все так думают.

— У тебя очень тёмные волосы. Я бы сказал — чёрные. Это отображает твой огромный резерв. Чем насыщеннее и темнее цвет, тем больше резерв. — Он кивнул на мою шевелюру. — А из-за синего отлива и синих глаз, можно сто процентов определить, что ты стопроцентный водный маг. Синий и голубой — маги воды. Зелёный и коричневый — земли. Красный и оранжевый — огня. Жёлтый и пепельный — воздуха.

Пока ректор пояснял эти тонкости, я вертела в руках прозрачный кристалл. Ромбовидная форма, множество граней и переливов. Размером примерно со стандартный гранёный стакан. Красивая безделушка. Если, конечно, она не взорвётся у меня в руках.

— Что-то мы отвлеклись, — заметил Нэйт. — Так, Амелия, бери кристалл в обе руки — как в лодочку. Чуть вытяни руки и внимательно смотри в его центр. Постарайся ни о чём не думать.

Ха! — мысленно фыркнула я. — Ни о чём не думать — это слишком сложно для существа в моём положении.

Примерно двадцать секунд у меня ушло на внутренние монологи с собой, чтобы хоть немного сосредоточиться. Ректор не торопил, спасибо ему за это. Он смотрел на кристалл так же внимательно, как и я, и явно чего-то ждал.

Прошла минута. Вторая. Ничего.

— Странно, — нахмурился господин Нэйт. — Я уверен, что ты не пуста. Отсутствие реакции у кристалла показывает полное отсутствие магии. Но это невозможно.

Он помолчал.

— Видимо, что-то мы делаем не так. Дай мне кристалл. Я покажу и опишу всё, что делаю. А ты повторишь.

Я кивнула и протянула ему кристалл. Но все же меня задело, а вдруг я и правда бездарь? Мысль оказалась очень неприятной.

Нэйт взял кристалл, но не лодочкой, а взялся за нижние и верхние грани — так, что его руки оказались в форме ромба.

— Я внимательно смотрю в глубину кристалла. В самый центр. Пытаюсь обнаружить там свой скрытый потенциал. Я чувствую, как из центра что-то тянется ко мне, и сам начинаю к этому тянуться.

Кристалл вспыхнул насыщенным бордово-красным цветом.

— Видишь? — он поднял на меня глаза. — Этот свет показывает, что держатель — не пустышка.

«Эх, — подумала я. — Надеюсь, эта чёртова стекляшка покажет что-то такое и у меня».

— Видишь, Амелия? Это совсем не сложно. Попробуй ещё раз.

Он передал мне опустевший кристалл.

— Значит так, — начала я вслух, чтобы не сбиться. — Берём его ромбиком. Чуть вытягиваем руки. Смотрим в самый центр. Пытаемся найти то, что откликнется или то, что ищет нас.

Я сосредоточилась как никогда. Вглядываясь в кристалл, я действительно услышала какой-то гул. Или нет, не гул. Песню. Которая меня зовёт. Надрывно. Сильно.

Я потянулась к ней всем нутром.

Кристалл начал наливаться сначала голубым, потом синим, а потом стал цветом штормового моря — почти чёрным, с синими переливами. Он завибрировал у меня в руках — и неожиданно треснул

Я замерла.

Кристалл превратился обратно в обычную треснувшую стекляшку.

Глядя на кристалл, у меня внутри спорили тараканы. Одна их часть в восторге подпрыгивала и кричала: «Магия! У меня и правда есть магия!» А другая — та, что поумнее — закрыла лапами голову и зашептала: «За порчу артефакта нам сейчас влетит...»

Глава 5

Обдумывая бурную реакцию моих тараканов, я как-то совсем забыла про ректора. Подняла на него взгляд и поняла: мужик в шоке. Он не моргал. Он, неотрывно смотрел на треснувший кристалл. И в добавок ко всему он слишком тихо молчал.

Немного напряжённая от шокированного ректора, я всё же решила заговорить и попробовать вывести мужчину из состояния аффекта.

— Господин Нэйт? Вы в порядке? — осторожно спросила я.

Он перевёл взгляд на меня. Уже хороший знак.

— И часто у вас кристаллы ломаются? Может он бракованный? — добавила я, чуть улыбнувшись.

Он прокашлялся.

— Ну как тебе сказать Таких кристаллов и так немного. Но, видимо, для тебя этот определитель сил слишком мал. Для более корректной оценки твоих сил нам понадобится Сфера Силы. — Он помолчал. — Вот только раздобыть её немного проблемнее. Сфер всего четыре, и все они находятся в Совете Высших. К ним так просто доступ не получить. Разве что мы скажем, что привели потенциального князя на проверку. Но боюсь, сейчас делать этого нельзя.

— Почему? — я насторожилась. — Получение доступа очень долгий процесс?

Мне казалось важным разобраться, где я в иерархии и на что потенциально способна.

— Нет, получить разрешение — дело быстрое. Но отправлять к ним необученного потенциального князя слишком рискованно. — Его голос стал серьёзнее. — Сейчас, возможно, жив последний князь — князь Земли. Но о нём много лет уже ничего не слышно, и есть вероятность, что он ушёл в Чертоги Богов.

Я молча слушала, стараясь не упустить ни слова.

— Так вот, — продолжил Нэйт, — князь Земли отошёл от управления Шиатаром — так называется наш мир — примерно две тысячи лет назад. Поскольку других князей уже не осталось, кто был бы готов перехватить бремя власти, на это с удовольствием пошли графы разных стихий. И красиво назвали это — Совет Высших.

Он сделал паузу и посмотрел на меня очень внимательно.

— Естественно, пропустить появление князя они теперь не могут. Иначе власть придётся передавать ему. А в их интересах, чтобы князья не появлялись. Поэтому они забрали себе, как они сказали, «на хранение и в безопасность» Сферы Истины. И теперь каждый претендент на князя строго проверяется. Ходили слухи, что появлялся князь воздуха и приходил к ним измерять силу. Но подтверждения этому нет — Совет сказал, что к ним никто не приходил. А девиры, которые были знакомы с тем воздушником, начали говорить, что не знают такого.

— Странная и страшная ситуация, — выдохнула я.

— Именно. Вывод напрашивается только один: необученному князю нельзя в Совет. Иначе уберут. А знающие, властям перечить побоятся.

У меня внутри похолодело.

— Но почему вы решили, что я князь? Может, я просто очень сильный граф?

— Нет, Амелия. Ты не граф. Даже на самых сильных графах кристалл не трескается. — Он покачал головой. — Так же я видел твоего хранителя. И, во-первых, ты не ходила за ним в мир демонов — он уже у тебя был. А во-вторых это Повелитель Огня демонического мира.

Я моргнула.

— Повелителей в демоническом мире так же четверо, как и в нашем. И так же по стихиям. Но есть одна странная особенность. У обычных девиров и у графов хранители той же стихии — например, огонь к огню, земля к земле. А вот у князей — он выдержал паузу, — хранители противоположной стихии. То есть у тебя водницы, хранитель — это Повелитель Огня.

Кажется, настал тот момент, когда мне нечего сказать.

«Дожила, как говорится»

— Соответственно, возвращаясь к моим наблюдениям, — продолжал Нэйт, — ты князь. Необученный князь, о котором если узнают, то захотят убить. Поэтому в наших интересах выдавать тебя за сильного графа. Про твоего хранителя пока ничего говорить не будем. Скажем, что ты прошла со мной через мир Тинерей — так называется демонический мир — и обрела там своего хранителя.

— Угу, — только и выдавила я, всё ещё пребывая в ступоре от навалившейся информации и перспектив.

«Вот тебе и волшебный мир, вот тебе и магия Очень захотелось побыть одной и разложить всё по полочкам».

— С уровнем твоей силы мы примерно разобрались, — Нэйт откинулся на спинку кресла. — Контроль тебе понадобится жёсткий. Потому что по магии ты сейчас — как перегруженный грузовик без тормозов.

Я промолчала. Звучало не очень обнадёживающе.

— Теперь о факультетах, — продолжил он. — Тут, скажем так, тебе повезло. Отборы в Академию как раз начинаются, так что ты не опоздала. Новый учебный год — через неделю.

— В нашей Академии есть обязательные факультеты и необязательные факультативы.

Факультеты: боевой — там обучаются будущие воины и, скажем так, силовики нашего мира. Лекарский — несмотря на хорошую регенерацию нашего вида, есть болезни и недуги, которые лекарь вылечит намного быстрее, чем они пройдут сами. Плюс в нашем мире живут и другие расы, которым мы оказываем лекарскую помощь.

Я кивала, стараясь запомнить.

— Факультет артефакторики — там учатся изобретатели и инженеры. Факультет политики и управления — тут, я думаю, всё понятно. На этот факультет пытается попасть элита нашего мира, чтобы пробиться в Совет Высших или в иные, более мелкие сферы управления. И факультет аналитики — здесь обучают менталистике, расследованиям, считыванию окружающего мира и существ. Вкратце: после окончания отсюда выходят лучшие следователи, а также, как бы ни было странно, управленцы.

— А факультативы? — уточнила я.

— К факультативам относится развитие магических способностей. У каждого стихийника своя особенность. У водников, например, помимо прямого управления водой — управление льдом и паром, преобразование одной материи в другую, лекарство. Огневики, как я — сновидения, предсказания, иллюзии и, разумеется, сама сила огня. Воздушники — лучшие менталисты, управляют воздухом, могут создавать воздушные подушки и летать на них. Маги земли — помимо управления землёй, могут не прямо разговаривать, но очень успешно взаимодействовать с животными. Из них выходят лучшие земледельцы — от их присутствия растения чуть ли не мурлыкают. — Он улыбнулся. — Плюс есть общие факультативы: взаимодействие с хранителем, хождение теневыми тропами и так далее.

— И что мне рекомендуется? — спросила я, уже догадываясь.

— В твоём случае, — Нэйт посмотрел на меня очень серьёзно, — тебе точно надо на боевой и на политику. Ну и, конечно, водный факультатив. Весь. Без разделения на что-то одно. Не только магия, но и лекарство.

— Минутку, — я подняла руку. — По поводу боевого — согласна. Мне самой это направление импонирует. Ещё с детства мечтала заниматься единоборствами, но, к сожалению, не было денег, да и залов по борьбе рядом никогда не водилось. А тут — такой шанс!

Нэйт одобрительно кивнул.

— А вот в политику не пойду. — Я посмотрела ему прямо в глаза. — С учётом того, что Совет Высших крепко захватил власть, и на этом факультете, скорее всего, обучаются детки этой же знати обучение будет весьма однобоким. По смысловому содержанию — мне абсолютно не подходит. А вот факультет следователей — это уже интереснее. Особенно если соединить его с боевым. Остроте моего ума можно будет позавидовать. И с Советом разобраться, имея аналитический ум, намного проще.

Ректор несколько секунд смотрел на меня с удивлением, а потом улыбнулся.

— Слишком взрослое мышление для такого ребёнка, как ты.

Я фыркнула.

— Для моего мира я не ребёнок, а достаточно взрослый человек, который прожил уже половину своей жизни. А когда жизнь короткая — учиться и осваиваться приходится намного быстрее. — Я вздохнула. — Хотя, услышав, сколько вы живёте, мне стало и дурно, и радостно. Дурно — потому что такие цифры просто не укладываются в голове. Радостно — потому что теперь можно не переживать про старость и морщины.

Я вернула ему улыбку.

— Сколько тебе лет? — спросил господин Нэйт.

— Сорок три.

Из-за ректорского стола раздался смех.

— Я же говорю — ребёнок! — сквозь смех ответил он. — В нашем мире в Академию идут в промежутке между пятьюдесятью и ста годами.

Я нахмурилась, но он заметил это и с улыбкой продолжил:

— Ладно, прости-прости. Ты большая и взрослая. — Он махнул рукой. — Я согласен с твоим выбором факультетов. Но на водный факультатив я тебя тоже запишу.

— Спасибо, — выдохнула я.

— Поселим тебя в общежитие боевиков. На боевом много студентов совмещают факультативы. Я сейчас вызову кого-нибудь из студентов — тебя проводят до общежития. Вечером на доске в твоей комнате появится расписание. Весь необходимый инвентарь и форму получишь у кастеляна — к твоему приходу у него уже будет вся информация. Академия обеспечивает всем необходимым. Но если будешь хорошо учиться — будешь получать стипендию на всякие приятные мелочи.

Я кивнула, мысленно уже представляя себе форму.

— Ну что ж, — Нэйт встал. — Подожди пока в моей приёмной, у Софи. В ближайшие пять-десять минут за тобой придут.

Он посмотрел на меня — тепло, но с выражением какой-то надежды что-ли.

— Добро пожаловать, князь, — сказал он и, прижав правую руку к груди, поклонился.

Глава 6

Я вышла в приёмную и села на диванчик, стараясь не смотреть на Софи. Секретарша стрельнула в меня любопытным взглядом, но вопросов задавать не стала — за что ей отдельное спасибо.

Ждать пришлось не десять минут, как обещал ректор, а от силы пять. Дверь открылась, и на пороге стоял высокий парень с волосами цвета мокрого песка и жёлто-зелёными глазами. На вид — лет двадцать, но я уже начинала понимать, что с возрастом в этом мире всё сложно. Он был одет в чёрную форму с серебряной эмблемой Академии на груди. И выглядел так, будто только что с тренировки: лёгкий беспорядок в волосах, рукава рубашки закатаны до локтей.

— Амелия? — спросил он, окинув меня быстрым взглядом и дождавшись моего кивка, продолжил. — Меня зовут Дарен. Господин Нэйт попросил проводить тебя до общежития и по пути показать Академию.

— Очень приятно, — кивнула я, поднимаясь. — Я Амелия. Та самая, которая ничего не знает.

Дарен усмехнулся.

— Слышал. Иномирцы у нас — редкость. Так что готовься к куче вопросов от всех студентов.

— Ух, — я вздохнула, — обожаю быть экзотическим зверьком.

Он хмыкнул и жестом пригласил меня следовать за ним.

Мы вышли из ректорского крыла, и Дарен повёл меня по широкой каменной галерее.

— Наша академия делится на не по зданиям, а по блокам обучения, — начал он, явно входя в роль экскурсовода. — Вот это — теоретический блок, — он показал куда-то влево. — Там лекционные залы, — махнул рукой он вправо, — а ещё библиотека и аудитории для общих предметов.

Экскурсовод, скажем так, из него получился так себе. Я заглянула в окно одной из аудиторий: длинные ряды парт, огромная доска с какими-то рунами и потолки высотой метра четыре.

— Выглядит внушительно, — признала я.

— Подожди, дальше будет интереснее.

Мы свернули в другой коридор, и Дарен толкнул высокую дверь.

— Блок практической магии. Здесь работают с заклинаниями, стихиями и артефактами.

Внутри оказался огромный зал с разметкой на полу. Вдоль стен висели мишени — одни из дерева, другие из металла, третьи светились слабым голубоватым светом. Несколько студентов что-то сосредоточенно выводили руками в воздухе. У одного из них между ладонями искрился маленький огненный шарик.

— Ух ты, — вырвалось у меня.

— Ух ты, — передразнил Дарен с улыбкой. — Это ты ещё полигоны не видела.

Мы вышли на улицу и подошли к большому пустырю, разделённому на странные сектора или полигоны, которые по размерам были с небольшое футбольное поле. Рядом с пустырем даже воздух изменился. Стал плотнее, что ли, или наоборот — в общем, по ощущениям, как перед грозой.

— Полигон магии, — Дарен обвёл рукой открытое поле. — Здесь проводят практические занятия по стихиям. Видишь разметку?

Я кивнула. В одном секторе горел огонь — настоящий, живой, но он не распространялся дальше невидимой границы. В другом из земли торчали каменные шипы. В третьем по воздуху летали острые льдинки.

— Каждый сектор подстроен под свою стихию. Иногда ученики тренируются со своими стихиями, но чаще всего нас ставят в неудобные условия, чтобы учились взаимодействовать и противостоять чужим стихиям. Есть еще и общие полигоны, но это вам уже магистры покажут.

— А можно нам зайти на территорию, где сейчас занимаются те ребята? — я ткнула в дальний полигон, где занимались четверо.

— Не рекомендую без приглашения. Когда на полигон кто-то заходит, последний зашедший должен активировать защиту, чтобы никто снаружи от тренировок не пострадал, — просто ответил Дарен. — Защита полигонов настроена так, чтобы защищать и себя, и тех, кто снаружи. А заодно и студентов учит уважать чужие границы.

«Практичненько», — подумала я.

Мы пошли дальше, и звуки стали другими. Где-то вдалеке слышались удары — глухие, ритмичные.

— Полигон боевиков, — объявил Дарен, когда мы подошли к площадке, обнесённой высоким забором. — Сюда я тебя сейчас не пущу — без формы и допуска заходить нельзя. Но заглянуть можно.

Я заглянула в щель между досками. На площадке несколько парней отрабатывали удары. Но не обычные — их кулаки светились, а у некоторых магия буквально стекала с рук на пол. Один из них с размаху врезал по каменной плите, и та треснула.

— Ничего себе! — крякнула я, отлипая от забора.

— Боевики используют магию для усиления физической силы. В реальном бою эти приемы могут спасти жизнь. — Дарен пожал плечами. — Я сам на боевом учусь и с самого начала нам вдалбливают в голову, что помимо магии нам надо в совершенстве владеть как магией и телом, так и тандемом тела и магии. Ты, как я понимаю, тоже к нам попала?

— То есть мы на парах друг друга лупить будем?

Он засмеялся.

— Не только вы друг друга, но и другие курсы и магистры.

Отлично, — мысленно вздохнула я. — Будущее окрашивается в кровожадные краски...

Мы обошли полигоны и по тропинке направились к одноэтажному зданию с массивной пиковидной крышей. Забавное здание, на мой взгляд крыша как будто больше самого здания. Но черт их знает — может, там живёт большая летучая мышь.

— Амелия, — Дарен остановился у массивной двери с табличкой «Кастелян», — нам сюда. Форму и пропуск получить надо. Без них тебе ни в общежитие, ни на лекции не пройти.

Мы вошли внутрь. Помещение оказалось огромной мастерской: вдоль стен тянулись ряды с мантиями, плащами, рубашками и сапогами. В воздухе пахло кожей, тканью и чем-то неуловимо магическим.

За прилавком стояла женщина. Высокая, с бледной кожей, пепельными волосами, собранными в тугой пучок, острыми ушками — как у эльфа — и красными глазами. Она окинула меня прищуренным взглядом.

— Новенькая? — спросила она без лишних предисловий.

— Да, — кивнула я немного заторможено.

— Факультет?

— Боевой и аналитика.

Женщина подняла бровь, но ничего не сказала. Вместо этого она щёлкнула пальцами, и из-за прилавка вылетели несколько свёртков, а так же из под стола она достала коробочку с кольцом.

— А зачем кольцо? Поинтересовалась я.

— Это не кольцо, а допуск, карта питания, экстренный телепорт, связник, будильник и так делее, все в одном артефакте, иди уже примеряй форму, — велела она, указав на ширму в углу.

Я послушно скрылась за ширмой. Пока примеряла, поняла, что у эльфийки прекрасный глазомер — точно угадала со всеми размерами, даже с обувью. Когда я вышла, Дарен присвистнул.

— Красавица.

Я посмотрела на себя в зеркало. Чёрные брюки, чёрная рубашка, чёрный жилет с серебряной вышивкой на груди — эмблема Академии (щит с четырьмя стихиями). Поверх — чёрный плащ с серебряным кантом по краю и такой же эмблемой на левой стороне груди.

— Немного мрачненько, — признала я.

— Боевики и не должны выглядеть светло и приветливо, мы должны внушать страх, — усмехнулся Дарен. — Ну или хотя бы выглядеть внушительно.

Кастелянша одобрительно кивнула.

— Боевой факультет: чёрный цвет — цвет силы и дисциплины. Серебряный кант — знак того, что ты готова защищать. — Она протянула мне ещё один свёрток. — А это для аналитики. Переоденься.

Я снова скрылась за ширмой и вышла уже в другом обличье. Тёмно-синий костюм: брюки, рубашка и жилет с серебряной вышивкой. Плащ — такого же тёмно-синего цвета, с серебряным кантом, но кант был тоньше, а эмблема располагалась не на груди, а на левом плече.

— У аналитиков форма тоже тёмная, но не чёрная, — пояснил Дарен. — Синий цвет — цвет мудрости и хладнокровия. Им положено быть незаметнее боевиков, но не сливаться с толпой.

Кастелянша поджала губы.

— На аналитическом факультете плащи носят с эмблемой на плече, чтобы не путать с боевиками в бою. А серебряный кант — общий для всех факультетов Академии.

— А остальные факультеты? — не удержалась я. — У них какие цвета?

Кастелянша посмотрела на меня так, будто я спросила «а почему небо голубое?», но всё же ответила:

— Лекарский факультет — белые мантии с серебряной вышивкой. Белый цвет — чистота, исцеление. Их плащи короткие, чтобы не мешали при работе. Артефакторика — коричневый цвет, как дерево и металл. У них форма с множеством карманов и петель — для инструментов. Плащи до колен. Политика и управление — тёмно-бордовый. Цвет власти и крови, как говорят. Их плащи длинные, с широкими рукавами — для торжественных выходов. Факультет аналитики — ты уже видела. Тёмно-синий. Боевой — чёрный с серебряным кантом.

— А есть ещё факультет Теней, — добавил Дарен негромко. — Их форма серая, почти незаметная в сумерках. Но этот дополнительный факультет только для старшеков или выпускников.

Я кивнула, стараясь запомнить всю эту цветовую гамму. Взяла оба комплекта — мне выдали по два на каждый факультет, на смену и стирку. Помимо штанов, мне так же выделили и плиссированные юбки факультетов. Ещё мне выдали аналог спортивного костюма, пижамные и банные принадлежности, сумку с канцелярией. Я сложила всё в специальную сумку — по виду наша обычная сумка-мешок — которую кастелянша выдала вместе с формой.

— Спасибо, — сказала я, попутно удивляясь кольцу-артефакту: как только я его надела, оно само подстроилось по размеру под мою фалангу, подмигивая мне своим фиолетовым камушком. Магия

— Удачи, — коротко бросила женщина и удалилась по своим делам.

— Дарен, а кастелянша — эльф? — спросила я, вспоминая длинные уши и все еще разглядывая кольцо.

— Нет, она дроу. Они относятся к одной расе, но к разным подклассам. Как бы это объяснить Эльфы — дети леса, природы. Любят леса и поля. Они в основном загорелые, светлоглазые и обладают весёлым нравом. Дроу же — замкнутые одиночки, признают только право сильного. Они любят тёмные пространства, поэтому все города дроу находятся под горами и состоят из огромных цепей пещер. Из-за отсутствия солнца они почти все бледные. Их главное отличие от эльфов — красные глаза и бледно-серая кожа. Еще, дроу физически очень сильные, намного сильнее своих наземных длинноухих братьев.

— А теперь — самое главное, — Дарен свернул на аллею, обсаженную кустами с синими цветами. — Пора показать тебе наше общежитие. Место, где ты будешь жить шесть лет.

Здание оказалось внушительным — семь этажей из тёмно-серого камня, с большими пикообразными окнами и коваными решётками на балконах. Если сюда добавить горгулий, получится мини-готический замок графа Дракулы.

— Это наше здание, боевиков. Дальше находятся и другие общежития. Внешне они очень похожи, разве что отличаются цветом кирпича. Все общежития расположены полукругом к главному корпусу Академии, где находится столовая, зал собраний, бальный зал и часть лекционных аудиторий.

— Я живу на четвёртом. У тебя комната на втором. Тут нет разделения по курсам и этажам — все живут вперемешку. Это сделано для того, чтобы старшие помогали новичкам. — Он помолчал. — Конечно, это не всегда работает, особенно если к сыночку какого-нибудь графа подселяют обычного девира. Но в основном все живут дружно.

Он улыбнулся, но в его глазах я увидела печаль. Видимо, не всё тут так гладко, как он рассказывает.

Мы вошли внутрь. В холле было чисто. У стен — бархатные тёмные диваны, доска объявлений. Рядом с доской находилась дверь с надписью «Комендант». После стука к нам вышла строгая женщина лет пятидесяти.

— Новенькая? — спросила она, глядя на меня поверх очков.

— Да, — ответила я.

— Второй этаж, комната двенадцать. Соседка уже там.

— Слушай, а комендант кто? Спросила я Дарена, когда мы отошли уже на приличное растояние от комнаты коменданта.

— В смысле — раса? — уточнил он. Увидев мой кивок, продолжил: — Человек, с небольшими магическими способностями. Как тебе, наверное, уже говорил ректор, в нашем мире много рас и существ. Некоторые в большом количестве, некоторые — как вымирающие виды. В общем, на лекциях всё узнаешь.

Пока Дарен рассказывал, мы прошли мимо факультетской гостиной. Большое помещение рядом с лестницей на второй этаж. Тут было всё: мягкие на вид тёмно-серые диваны и кресла, пуфики и камин с потрескивающим огнём. У стены стояли полки и стеллажи с книгами. Красота! Проходя мимо, я чуть не запнулась о лестницу — засмотрелась на гостевую.

Мы поднялись на второй этаж, прошли немного вперёд, и Дарен остановился у двери с номером «12».

— Дальше сама. Расписание придёт вечером на доску в комнате. — Он чуть склонил голову. — Если что — спрашивай. Меня легко найти: я либо на полигоне, либо в столовой.

— Спасибо, Дарен, — искренне сказала я.

Он кивнул и ушёл, оставив меня одну-одинёшеньку перед дверью.

Я вздохнула, толкнула дверь и вошла.

Комната оказалась на удивление уютной. Две кровати, застеленные толстыми тёмно-серыми покрывалами, два добротных письменных стола и два шкафа. Вся мебель была в цвет и сочеталась друг с другом, создавая визуальный комфорт. Правда, сюда очень просятся шторы и тёплый ковёр, но с этим мы что-нибудь придумаем.

Из большого окна открывался вид на полигон магии — вдалеке видно было, как кто-то запускает огненные шары в мишень.

На правой кровати, поджав под себя ноги, сидела симпатичная блондинка с серыми глазами и книгой в руках. Видимо, воздушница, подумала я. Как только я вошла, она царственно поднялась и медленной походкой молча направилась ко мне.

Сгрузив свои вещи на кровать, я успела сказать только «Привет», прежде чем обернулась и почувствовала достаточно сильный удар в живот.

Я устояла на ногах, но от боли немного свернулась в клубок. В моих глазах сразу заплясало непонимание и красный туман убийства. А эта ненормальная ещё и начала себя закапывать:

— Ой, кого я вижу, деревенщина! Не думала, что мне посмеют подселить какую то оборванку. — абсолютно спокойным и издевающимся голосом начала эта сумасшедшая. — Это моя комната, а значит, и мои правила. Если хочешь тут жить — будешь делать все, что я скажу и будешь паинькой, челядь должна не забывать свое место. А не то мигом окажешься в больничном крыле. Или лучше в сточной канаве — где тебя явно заждались.

Ну всё. После её слов у меня даже болеть перестало. Я молча взяла патлы этой дряни, поцеловала пару раз со своей коленкой, потом заломала руку, уткнув эту стерлядь мордой в дощатый пол, еще придавила спину сверху коленом и мысленно надеялась, что дрянь соберёт все занозы, которые у нас тут есть.

— А теперь послушай меня, дрянь, — сказала я, внутри кипя, но на лице — сумасшедшая улыбка, которая, как я знаю, всех либо пугает, либо ещё больше бесит. — Теперь это моя комната. И либо ты мне будешь тапочки в зубах носить, либо тебя найдут в канаве, про которую ты слишком много знаешь, для такой благородной. Варианта с лазаретом, прости, нет в моём списке предложений.

Во мне с такой силой кипели гнев и адреналин, что я не заметила, как под моей рукой начал расползаться лёд, потихоньку поглощая руку этой ненормальной.

— А-а-а! — завопила она. — Что ты делаешь, ненормальная?!

Я всё ещё находилась в шоке от собственной магии и автоматически её отпустила, глядя на свои руки.

— Сказала бы сразу, что ты, как и я, относишься не к этим слабакам, а к графам. Зачем же нападать? Я смотрю, волосы еле синие, вот и подумала, что ты не из нашего круга.

Мда, с учетом того, что мадам Тара и Ректор говорили, что по моим волосам сразу видно мой потенциал, у этой стерляди не только волосы блондинистые, но и мозги.

— И это, по-твоему, повод? — я была мягко говоря в шоке. — Ты между прочим первая напала на меня, потом еще оскорбляла и даже приказывать мне удумала!

— Так все же так делают, — она, кажется, действительно думала, что это нормально. — Сначала надо проверить, кто перед тобой. И если ты сильнее, то надо пользоваться этим существом, как захочется.

— Значит так, дорогая. Наши с тобой взгляды изначально не совпали. Ты, как я понимаю, уже поняла, что я сильнее. А значит — и правила мои, так? Ты на втором курсе?

Блондинка кивнула. Я продолжила:

— Собираешь свои вещички и ищешь себе новую комнату. Меряйтесь там письками, а я хочу, заходя в свою комнату, видеть либо тишину и покой, либо человека, который близок мне по духу и который, возможно, станет мне другом.

— Ты ненормальная! Я живу тут уже второй год — начала она визжать, но, увидев, что я приближаюсь, сдулась. — Ладно, ладно, твоя взяла. Хочешь — живи. Но ты ещё не знаешь, чья я дочь. Ты пожалеешь!

— Нет, крошка. Это ты пожалеешь, если не угомонишься. Мне плевать, чья ты дочь. Если не ошибаюсь, тут действует право сильного. Так вот — я сильнее. И я приказываю тебе заткнуться, съезжать и забыть про меня, как про страшный сон. Поняла?

Лицо девчонки сначала покраснело, потом побелело. Видимо, приняв безысходность ситуации, в которую сама себя поставила, она кивнула и начала молча собирать вещи.

Не прошло и получаса, как я раскладывала свои вещи и думала обо всем, а блондинка с вещами покинула теперь уже МОЮ комнату.

Ну вот, — уныло подумалось мне. — И кто мне теперь покажет, где столовая?

Пока я размышляла, решила устроить экскурсию по своим апартаментам. Комната небольшая, но и не маленькая. Чуть стараний — и будет даже уютная. Главное, чтобы с соседкой повезло.

Из комнаты вели две двери. Одна — в коридор, вторая, как оказалось — в ванную. Тут, слава всем богам, я обнаружила нормальный современный туалет и достаточно большую ванну. Ура! Кажется, можно будет тут нежиться по вечерам. Всегда любила воду, видимо, не зря я водный маг.

Пока бродила по комнате неприкаянным духом, аппетит и любопытство в моей душе возрастали с геометрической прогрессией. Но, если честно, выходить куда-то одной после приключения с соседкой не хотелось. Не то чтобы я боялась, но ещё парочки таких приключений в один день моя мирная психика не переживёт. Я всегда пыталась не давать в обиду себя и своих друзей, но никогда не лезла на рожон и не была задирой. Возможно, я даже где-то побаивалась людей...

Распределив все свои немногочисленные вещи, я поняла, что не хватает книг. А значит, к поиску столовой можно приписать ещё и библиотеку.

Я как могла тянула время, заставляя себя выйти из комнаты. Пока уговаривала сама себя, прошёл, наверное, час. И вот когда я собралась и подошла к двери, произошла весьма комичная ситуация: я тянусь открыть дверь, и в это время кто-то другой открывает её с другой стороны. Естественно, меня немного покачнуло, но равновесие, слава богам, я удержала.

С другой стороны порога, на меня с серьезным выражением лица, смотрела красноволосая девушка. Судя по вещам в руках — моя новая соседка. Она была примерно на пол головы выше меня. Волосы бордово-красные, а глаза — золотисто-жёлтые.

Я посторонилась, приглашая её войти.

Вошла она молча, только мазнула по мне прищуренным взглядом, и я поняла — сейчас будет второй раунд...

Положив вещи на пустующую правую кровать, она развернулась ко мне. Мы пару минут играли в гляделки: обе молчали и обе были напряжены.

Тараканы в моей голове подумали, что это уже слишком, и решили начать сближение, ну вдруг хоть эта нормальная? Я подумала, что и правда, ведь ничего не теряю, и потом, кто я такая, чтобы тараканам запрещать?

— Привет, — сказала я, делая шаг вперёд и протягивая руку для рукопожатия. — Ты моя новая соседка? Я Амелия. Новенькая, заселилась буквально час назад.

Красноволосая напряглась. На каждый мой шаг вперёд делала два назад. В какой-то момент я остановилась, опустила руку, не понимая: они что, все тут дикие?

— Прости, если напугала, — сказала я мягче. — Я хотела просто пожать тебе руку. В моём мире при знакомстве это проявление открытости и доверия.

— О боги! — выдохнула она с облегчением и улыбнулась. — Так ты та самая новенькая, которая перенеслась из другого мира? — Она подошла ближе. — Я Милиса. Для друзей просто Мили.

— Очень приятно, — кивнула я.

— Прости, что так напряжённо к тебе отнеслась. Просто когда я спросила у коменданта, куда меня поселят, она сказала: «К девушке, которая вышвырнула второкурсницу». Вот я и подумала, что ты одна из местных стерв, которые упиваются своей безнаказанностью.

— Нет, что ты! — я даже замахала руками. — Я как пришла — эта стервь на меня сразу напала. Ну у меня забрало сразу и упало, — чуть смутившись, призналась я.

Мили засмеялась.

— Амелия, мы с тобой точно подружимся. Я, как и ты, на первом курсе. Хоть я только и поступила, но про Академию знаю почти всё. У меня три старших брата: один из них сейчас учится на аналитика на пятом курсе, а ещё один тут работает. Так что если что-то непонятно или нужно — говори.

— Это ты вовремя предложила! — обрадовалась я. — Я очень хочу есть, но не знаю, где тут столовая. А идти одной как-то боязно — я ведь никого тут не знаю. Ой, а ещё надо зайти в библиотеку и получить книги. Да и для общего развития надо что-то взять почитать, ведь о вашем мире я ничего не знаю.

— Проблема понятна, — Мили кивнула. — Подожди пару минут, ейчас везде сходим. Мне ведь тоже надо книги получить. Только вещи разберу. — Она начала раскладывать вещи по шкафу. — Ты только на боевом или совмещаешь?

— Боевой и аналитика, — ответила я, присаживаясь на кровать. — Плюс полный водный факультатив.

Мили присвистнула.

— Ого. Не завидую, чую, ждут тебя безсонные будни. — Она окинула меня оценивающим взглядом. — Но ничего, первый месяц будет хотеться умереть, ну а потом втянешься.

— Обнадёживающе, — усмехнулась я.

— Ничего, — она улыбнулась в ответ. — Мой второй брат был тоже на двух факультетах. И живой. А сейчас так вообще зазнайка и царственный индюк. Так что и ты справишься.

— А ты только на боевом? — спросила я.

— Ага. Боевой и факультативы. Хочу научиться видеть и правильно трактовать увиденное. Никогда не знаешь, когда дар предсказателя сможет тебе помочь.

— Это да, — улыбнулась я. — Как минимум, в лотерею можно с выгодой для себя играть. Может, тебе помочь с вещами?

— Нет, не надо, я уже заканчиваю. Кстати, лотерей у нас нет, это организаторам было бы не выгодно. — Мили уложила последние вещи в шкаф и закрыла дверцу. — Ну что, пойдём покорять этот мир?

На такой позитивной ноте мы и вышли из комнаты. Настроение из минусового стало отличным. Приятно, когда ты уже не одинок в этом мире.

Глава 7

Мы вышли из общежития, и Мили уверенно зашагала по каменной дорожке в сторону главного корпуса.

— Столовая на первом этаже центрального здания, — пояснила она на ходу. — Так что далеко идти не придётся. И готовься: в это время там всегда толпа.

Мы вошли в главный корпус с другой стороны, и я сразу поняла, о чём она говорила. Коридор упирался в массивные двойные двери из тёмного дерева с коваными ручками. Из-за них доносился приглушённый гул голосов и звон посуды.

— Ну, — Мили толкнула дверь, — добро пожаловать в столовую Академии Девир.

Я замерла на пороге.

Зал оказался огромным. Высокие стрельчатые потолки терялись где-то в полумраке, а огромные окна с цветными витражами отбрасывали на пол разноцветные блики. Вдоль стен висели тяжёлые гобелены с гербами факультетов, а под ногами был каменный пол, местами прикрытый тёмно-бордовыми дорожками.

— Готика чистой воды, — пробормотала я. — Как в Хогвартсе, только без летающих свечей.

— Не поняла, — Мили наклонила голову.

— Долго объяснять. Как-нибудь потом расскажу.

По всему залу стояли столы из тёмного дерева — разные по размеру: от небольших, рассчитанных на четыре-шесть человек, до огромных, которые вместили бы человек двадцать. Стулья были из того же дерева, с резными спинками и бордовыми мягкими сиденьями. Над столами свисали тяжёлые кованые люстры с десятками свечей. Не электрических, а самых настоящих, живых. Они горели ровно и не капали воском — наверное, магия. Чуть в отдалении стояли столы, отделённые низким парапетом и накрытые бордовыми скатертями — видимо, для магистров.

— Красиво, — признала я.

— Ага, — Мили потянула меня вперёд. — Я, когда первый раз сюда приехала к брату на экскурсию, тоже впечатлилась. Но давай поторопимся, пока будем любоваться, всё вкусное разберут.

С правой стороны зала тянулась длинная стойка, похожая на наш шведский стол. Соседка не соврала: перед ней выстроилась очередь. Мы пристроились в конец, и я вытянула шею, пытаясь разглядеть, что там предлагают.

Продвигались мы достаточно быстро, и вскоре мне удалось лицезреть меню.

Мясо, рыба, овощи, сыры, фрукты, выпечка, супы, рагу — всё выглядело так, будто только что снято с плиты. Аппетитные запахи ударили в нос, и желудок предательски заурчал.

— Бери тарелку, приложи кольцо к этой статуэтке, и как она мигнёт — накладывай что хочешь, — Мили уже вооружилась подносом. — Можно возвращаться несколько раз, главное — доедать. В академии не принято выбрасывать еду.

Я взяла тарелку, приложила кольцо к статуэтке в виде домовёнка с поварёшкой и увидела, как та мигнула белым. Странные у них тут технологии, конечно, но что есть, то есть. Я наложила немного мяса, немного овощей, кусок какого-то пирога — потом разберусь, что это. Набрала так, что тарелка стала тяжёлой.

— Ты уверена, что съешь? — усмехнулась Мили.

— Обижаешь! поспорим? — парировала я.

Она засмеялась и двинулась на поиски свободного стола.

Я уже собралась идти за ней, как вдруг заметила в самом конце стойки отдельный ряд. Там стояли высокие стеклянные сосуды — изящные, с узкими горлышками. Внутри была жидкость. Тёмно-красная. Густая.

Я замерла.

— А это — начала я, хотя уже догадалась.

— Кровь, — спокойно ответила Мили, заметив, что я отстала. — Тебя это смущает?

— Нет да. Наверное.

— Не бойся. Это не как у вампиров из твоих страшилок. Кровь берут у добровольцев — людей, девиров и некоторых рас, которые могут её сдавать без вреда для себя. Перед подачей ее тчательно проверяют. Некоторые пьют просто так, некоторые добавляют в еду. — Она пожала плечами. — Мы же девиры, Амелия. Рано или поздно ты поймёшь, что никакая обычная еда не может насытить по-настоящему или утолить жажду. У всех по-разному: кому-то достаточно одного стакана в день, кому-то хватает на несколько дней, а есть такие, кто пьёт по пять стаканов — и им всё равно мало. Таких, конечно, немного, и лично я им не завидую. Но что есть, то есть.

Я сглотнула и почувствовала небольшое жжение в горле. Глядя на меня, соседка вздохнула и направилась к стойке с кровью. Мили взяла два стакана, один из которых протянула мне.

— Что, прямо сейчас? — спросила я, морщась и забирая у неё стакан, будто лягушку, честное слово.

Но когда моего носа коснулся запах крови, мысли о лягушках ушли на второй план. Никогда не думала, что у крови может быть такой медовый запах — но будто со специями. Ммм

— Пойдём поищем стол, — немного нервно сказала соседка. — А то глядя на тебя, у меня чувство, что ты сейчас опустошишь весь кровавый бар.

Покружив немного по залу, мы достаточно быстро нашли небольшой столик на четверых. Как только сели, я решила первым делом расправиться со стаканом — чтобы, во-первых, не мозолил глаза, во-вторых, потому что его запах меня просто дурманил, а в-третьих, чем больше я его чуяла, тем сильнее у меня что-то начинало давить на верхнюю губу, видимо и правда, я теперь как вампирюга, с клыкми

Сделав небольшой глоток, я почувствовала, как приятная, слегка терпкая жидкость прокатилась по горлу, даря заряд силы и бодрости моей бедной тушке. Пока смаковала это чувство, не заметила, как опустошила весь стакан. Когда в нём не осталось ни капельки, из меня непроизвольно вырвался вздох разочарования.

— Я вижу, вкусняшка тебе понравилась, — улыбнулась Мили. — Держи мой, я пока не хочу. А по тебе видно, что ещё от одного ты бы не отказалась.

— Спасибо, — сказала я, принимая стакан. — Вкус действительно оказался неожиданно приятным. Я такого не ожидала.

Я поднесла стакан к губам и уже хотела сделать большой глоток, но когда языка коснулся вкус этой гадости, я сразу выплюнула её обратно.

— Мили, блин, — скривилась я. — По-моему, этот стакан испортился. Вкус отвратительный, брр Как будто грязных носков поела.

Мили взяла у меня стакан, понюхала.

— Да нет, не испорченная. Нормальная кровь. Странно — Она задумалась. — Так, погоди. Та, которую ты пила, была кровь девира. А у меня — то ли эльфа, то ли гнома. Может, тебе просто не по вкусу кровь этой расы?

— Все может быть, — согласилась я. — Тебе, наверное, лучше знать. Я в вашем мире от силы один день, и кровь для меня в новинку.

Я помолчала, прислушиваясь к себе.

— Слушай, когда я только учуяла запах крови, то почувствовала, как клыки начинают расти. Это всегда так? Есть ещё какие-то метаморфозы? А то в моём мире киношники понапридумывали всякого, и вот теперь я думаю: вдруг у меня нос, ну не знаю, зеленеет?

Мили расхохоталась.

— Надо будет побывать в твоём мире! Я много слышала о Земле и о ваших театрах на экране, но о зелёных носах — ни от кого. — Она вытерла выступившие слёзы. — Помимо клыков начинают, как бы это правильно сказать пылать глаза. Их цвет становится чуть ярче, а серебро в них начинает как будто оживать. Короче, лучше в зеркало потом посмотришь — так нагляднее будет.

— Логично, — кивнула я. — Ладно, пора попробовать нормальную еду.

Сначала я взялась за неизвестное мясо — оно оказалось нежным и таяло во рту. Овощи были свежими, а пирог — с какой-то сладкой ягодной начинкой.

Пока жевала, я оглядела зал. За соседними столами сидели девиры в форме разных цветов. Чёрные — боевики, синие — аналитики, белые — лекари, коричневые — артефакторы, бордовые — политики. Кто-то ел молча, кто-то оживлённо обсуждал что-то с соседями.

— А почему ребят с факультета Теней не видно? — спросила я.

— Они редко в столовой бывают. Предпочитают есть отдельно или в другое время. — Мили понизила голос. — Их вообще мало кто видит. Ходят слухи, что они даже спят не в отдельном крыле, а где-то в подвале.

— Жутковато, — признала я.

— Зато как загадочно! — улыбнулась соседка.

Мы ели ещё минут двадцать. Я успела сходить за добавкой — не только еды, но и за одним стаканчиком, на всякий случай взяла опять отданную каким то девиром. После того, что со мной случилось за последние сутки, стесняться еды было уже как-то глупо.

— Ну что, наелась? — спросила Мили, отодвигая пустую тарелку.

— Кажется, да, — я откинулась на спинку стула и сыто улыбнулась. — Про библиотеку помнишь?

— Конечно. Но всё-таки мне интересно: куда в тебя столько влезло? Вроде такая маленькая.

— Маленькие — для любви, — отшутилась я. — А вот тебе с твоим ростом — в модели.

Мили была выше меня почти на полголовы.

— Не исключено, — сказала она, вставая и откидывая волосы назад, пытаясь повторить позу модели. Но чуть не перевернула стул, и мы обе засмеялись. — Ладно, долг зовёт. Пора в хранилище знаний.

Библиотека оказалась в этом же здании, но на втором этаже. Зайдя в широкие деревянные двери, я ахнула. Никогда не видела столько книг. Книжные ряды тянулись до самой крыши, которая была сделана из стекла. Несколько узких проёмов вели на верхние ярусы — шириной от силы метра два, чтобы не скрывать величие этого хранилища знаний.

Почти у входа стояла стойка с лампой, книгами и какими-то свитками. За стойкой сидел как мне кажется, гном. Старый гном. Он был маленького роста, примерно мне по пояс. Его борода терялась где-то далеко за пределами видимости — уходила под стойку. Увидев нас, он улыбнулся в свои усы и попросил приложить кольцо к мордочке статуэтки в виде дракончика на его столе.

Посмотрев, видимо, информацию обо мне в своей большой книге, он сказал:

— Так-с, Амелия, иномирец, первый курс, боевой и аналитика, и еще полный водный факультатив. Сейчас я подготовлю вам литературу.

Он хлопнул в ладоши — и с разных концов библиотеки к нему начали слетаться книги.

— Вау! — не смогла я сдержать восхищённый вопль. — Магия!

Полностью занятый своим делом, библиотекарь не обращал на меня внимания. Одна книга с заднего стеллажа, видимо, не хотела сама лететь в руки.

— Ах ты ж зараза, — проворчал он. — Видимо, слишком плотно поставил.

И он полетел за ней. Буквально полетел! Правда, полёт получился без единого шага или взмаха — он левитировал на своей книге, на которой стоял. Долетел до стеллажа, достал книгу и вернулся к нам.

Видимо, мой открытый от удивления рот, красноречиво ему рассказал степень моего удивления.

— Не удивляйтесь так, Амелия. В нашем мире левитация — достаточно обыденная вещь для существ, которые обладают магией. Если захотите — вы тоже так научитесь. — Он указал на стопку. — Вот ваши книги. Я положил всё, что касается двух ваших факультетов, плюс дополнительные материалы по водному факультативу. И с вашего позволения добавил немного книг по устройству и истории нашего мира.

Передо мной выстроилась стопка книг в двадцать пять — тридцать штук, которая опасно покачивалась из стороны в сторону. Пока я думала, как её донести, библиотекарь попросил Мили приложить кольцо к дракончику — и магия повторилась. Только у Мили, в отличие от меня, книг было от силы пятнадцать.

«Ох, — кольнула зависть. — Сколько же я свои-то читать буду»

— Я сейчас наложу на них левитационные чары, — сказал библиотекорь. — Продержатся минут десять-пятнадцать. Надеюсь, этого времени вам хватит, чтобы дойти. Вам не надо будет их держать или толкать — они просто поплывут за вами.

— Спасибо вам большое, мистер

— Хопкинс, девочки. Мистер Хопкинс.

— Спасибо вам большое, мистер Хопкинс! — сказали мы хором.

— Всё, бегите. Левитационные чары не вечны.

Ну что делать — мы с Мили на всех парах понеслись в нашу комнату, чтобы не дай боги потом эти леса книг не тащить на себе.

Глава 8

Дотащили мы наши книжные стопки до комнаты почти без приключений — левитационные чары мистера Хопкинса продержались ровно до порога общежития, а дальше пришлось тащить самостоятельно. К счастью, до комнаты было не так уж далеко, и неожиданно приятный бонус — увеличенная сила девира — сделала эту задачу максимально простой.

— Я сейчас завалюсь и не встану, — простонала Мили, сгружая книги на свой стол. — Сто кругов ада на поступлении, потом стресс с заселением, потом библиотека Надеюсь, дальше будет всё более размеренно и не так напряжённо.

— Хм, а у меня не было никаких ста кругов, — ответила я, разбирая свою стопку. — Просто уровень магии измерили — и всё.

Книги оказались массивными, с кожаными переплётами и тиснёными корешками. Некоторые были на незнакомом языке, но когда я открыла одну, буквы сами сложились в понятные слова — магия, не иначе.

— Повезло — Мили вздохнула. — Меня гоняли по полигону, заставляли показывать всё, что я умею с магией. Потом текстовые экзамены на знание мира, рас, политики и так далее. В общем, ты ничего не потеряла. Но всё-таки интересно, почему тебе не выпала честь быть выжатой, как я?

— Не знаю, — я улыбнулась. — Возможно, потому что я из другого мира и моё обращение заканчивалось тут.

— Возможно, возможно. Но чёрт с ним, можно, у брата потом выяснить

— Слушай, а твой брат, который работает в Академии он кем работает?

Мили замялась.

— Давай завтра, а? Я уже ничего не соображаю. День был слишком перенасыщен.

— Ладно, — не стала настаивать я. Как говорится в моём мире: утро вечера мудренее.

Мы быстро разобрали вещи, я стащила с себя дневную одежду и натянула пижаму — ту самую, которую выдал кастелян. Она оказалась удивительно мягкой и тёплой, штаны и кофта по ощущениям были из велюра или плюша.

— Спокойной ночи, — зевнула Мили, забираясь под одеяло.

— И тебе, — ответила я, выключая свет.

В комнате стало тихо. Где-то за окном ветер гулял по полигону, и я слышала, как далеко-далеко всё ещё кто-то запускал огненные шары в мишени. Я лежала с открытыми глазами, переваривая события этого безумного дня. Переулок, вампир, тигр, Эш, новый мир, Академия, ректор, князь, разные рассы

— Слишком много для одного дня, — прошептала я в потолок.

Потолок не ответил. Зато организм решил, что с него хватит, и я отключилась.

Утро наступило слишком быстро.

Мерзкий, пронзительный звук ворвался в мой сон как раз в тот момент, когда мне снилось, что я греюсь на пляже. Я приподняла голову и обнаружила, что противный писк исходит от маленькой стеклянной сферы на тумбочке между кроватями.

— Выключи это! — простонала Мили, зарываясь лицом в подушку.

Я протянула руку и нажала на сферу. Она замолчала. Тишина длилась три секунды, а потом сфера завела свою песню заново.

— Да чтоб тебя! — я нажала снова. На этот раз сильнее.

— Надо приложить кольцо, — прохрипела Мили из-под подушки.

Я приложила кольцо к сфере. Та мигнула синим и наконец-то заткнулась.

— Кто придумал это орудие пыток?! — простонала я, садясь на кровати.

— Не знаю, но я хочу его убить, — Мили села, растрёпанная и злая, поправляя волосы, которые теперь торчали как у воробья, подравшегося с ветром.

Со всеми этими событиями я совсем забыла посмотреть на расписание, которое должно было появиться на доске в нашей комнате. Подошла — и рвано выдохнула. Сегодня девять занятий, плюс сдвоенная боевка. Кажется я умру. Даже не так — я точно умру!

Увидев, что я сокрушаюсь, Мили тоже решила поинтересоваться своим расписанием. У неё стояло всего пять занятий. Везучая, блин

Мы кое-как привели себя в порядок — умылись, причесались, натянули форму, взяли сумку с блокнотом — вдруг будет информация, которую надо записать. Учебники брать не стали, сегодня день вступительных лекций. С учётом того, что по аналитике была только одна лекция, я решила сегодня одеваться в цвета боевого факультета — то есть в чёрное. Выбрала комплект из рубашки и брюк, сверху накинула мантию с серебряным кантом и эмблемой Академии. Мили выбрала себе такой же комплект.

— Так, первая лекция общая для всех первокурсников, — Мили поправила воротник, глядя на расписание. — Предлагаю сначала позавтракать, времени у нас хватает. А уже потом пойдём на лекцию.

— Поддерживаю, — сказала я, и мой урчащий живот идею тоже одобрил.

Мы вышли из комнаты и двинулись по коридору. Утро было прохладным, но ясным. Солнце заглядывало в высокие окна и ложилось разноцветными пятнами на каменный пол.

Уже подходя к столовой, мы встретили у дверей мою бывшую соседку. Она глянула на нас, зашипела и прошмыгнула со своими подружками перед нашим носом внутрь.

— Как змея, — заметила Мили. — Видимо, это и есть твоя бывшая соседка?

— Она самая. Но хорошо, что хоть бывшая. Мне кажется, я не выдержала бы с такой соседкой жить все шесть лет.

— Это да. Повезло же нам, что мы у друг друга такие лапушки, — сказала Мили, открывая дверь в столовую.

Мы быстро выбрали себе завтрак, я прихватила ещё стаканчик своего любимого — кто бы ожидал, да? — и пошли устраиваться за приглянувшийся столик. Во время завтрака ничего специфического, слава богам, не приключилось, и мы, сытые и вполне счастливые, отправились на первую лекцию.

Большой лекционный зал оказался в этом же здании, на первом этаже, где и столовая, но практически у самого входа. Это был огромный амфитеатр. Каменные ступени поднимались вверх, а внизу находилась массивная кафедра из тёмного дерева. Доска за ней была не обычной, а светящейся — какие-то руны медленно переливались на её поверхности.

Пока мы дошли, народу набилось уже неимоверно — все ближние ряды были заняты. Мы поднялись к задним, где ещё оставались свободные места, и начали ждать начала лекции.

Постепенно зал заполнился почти полностью. Первокурсники в форме разных цветов сидели вперемешку: чёрные, синие, белые, коричневые, бордовые. Гул стоял такой, будто в аудитории поселился огромный улей.

С перезвоном загробного колокола — иначе я назвать этот странный звонок просто не могу — в зал вошёл ректор Нэйт. Он поднялся на кафедру и обвёл зал взглядом. Бордовые волосы сегодня были аккуратно зачёсаны назад, а оранжево-золотые глаза сверкнули в свете магических рун.

Тишина наступила мгновенно.

— Блин, могла бы и догадаться, что брат будет вести у нас вводную лекцию, — прошептала Мили.

Я присмотрелась к ректору, потом к соседке — и почувствовала себя максимальной дурой. Как можно было не заметить сходства? Одинаковые волосы, похожие черты лица Мда, на аналитическом я, похоже, буду аутсайдером с моей дедукцией и внимательностью.

Всё то время, пока в моей голове шли мыслительные процессы, я смотрела на Мили.

— Что? — выпалила она шёпотом, заметив мой взгляд. — Да, ректор Нэйт — мой старший брат. Я не специально не сказала. Просто боялась, что если кто-то узнает, ко мне начинают относиться по-другому. Либо подлизываются, либо боятся. А я хочу спокойно учиться и хочу нормалых друзей.

Я моргнула.

— Нэйт — твой брат?

— Ну да. — Мили отвела взгляд. — Только ты никому не говори, ладно?

— Ага, — сказала я, всё ещё переваривая информацию. — Значит ты поэтому так много знаешь об Академии? Потому что брат часто тебя сюда брал?

— Частично, — призналась Мили. — Он меня ещё до поступления водил на экскурсии по академии, но я сама пыталась все о ней разузнать. Переодически сбегала от него и гуляла там, куда он мне заходить не разрешал, ох и влетало же мне

— А почему ректор ведёт лекции для первокурсников?

— Он ведёт только вводный курс, — так же тихо ответила Мили. — Говорит, что должен знать всех студентов в лицо. И чтобы они знали его.

— Похвально, — кивнула я. — Ладно, молчок. Давай послушаем уже, что говорит твой брат, а то на первой же лекции станем нелюбимчиками.

Мили улыбнулась — с облегчением — и мы начали слушать.

— Доброе утро, первокурсники, — сказал ректор, и его голос без микрофона разнёсся по всей аудитории. — Меня зовут господин Нэйт. Я ректор Академии Девир. И вашу первую лекцию буду вести я.

Он выдержал паузу.

— Не потому, что я спешу показаться вам во всей красе, или мечтаю со всеми познакомиться, — уголок его губ дёрнулся в улыбку. — А потому, что есть важная информация, которую вы должны узнать уже в первый же день и желательно от меня. Без нее ваше обучение может закончиться, так и не начавшись.

Мили сидела рядом, глядя на брата с лёгкой улыбкой. Я покосилась на неё — видно было, что брата она любит и, очивидно, гордится им.

— Итак, — Нэйт опёрся руками о кафедру. — Добро пожаловать в Академию. Здесь вы проведёте шесть лет своей жизни. Некоторые — меньше, если не будут лениться или филонить на занятиях. Некоторые — больше, если захотят углубиться в науку или пойти еще на другие факультеты. Но в любом случае время, проведённое здесь, определит всю вашу дальнейшую жизнь.

Он обвёл зал взглядом.

— Вы уже выбрали себе факультеты. Вы уже знаете про факультативы и почти владеете теми или иными знаниями о своей стихии. У большинства из вас уже есть хранители. Сегодня я расскажу вам о том, как всё это будет работать вместе в этой академии.

Нэйт щёлкнул пальцами, и за его спиной на доске появилась карта.

— Академические занятия делятся на три основные части: теоретические занятия, практические на полигонах и факультативы. — Он ткнул пальцем в карту. — Теория — это лекции, книги, экзамены. Скучно, но необходимо. Практика — это полигоны магии и боевые полигоны. Там вы будете учиться применять свои способности на практике.

— А что на факультативах? — крикнул кто-то с задних рядов.

Нэйт не рассердился.

— На факультативах вы будете развивать свои уникальные навыки. Маги воды — учиться управлять льдом и паром, превращать одну материю в другую, лечить. Маги огня — видеть сны, предсказывать будущее, создавать иллюзии. Маги воздуха — становиться лучшими менталистами и летать. Маги земли — взаимодействовать с животными и растениями. — Он поднял палец. — Плюс общие факультативы: хождение теневыми тропами, взаимодействие с хранителем, история мира и многое другое.

— А как понять, к чему у нас способности? — спросила девушка с первого ряда.

— Постепенно обучаясь, узнаете. Магистры будут за вами наблюдать, тестировать, давать задания. — Нэйт усмехнулся. — И поверьте, скрыть или изменить свои таланты не получится. Магия неприменно сама найдёт выход, так что не советую подтасовывать магические способности.

Он выпрямился.

— Теперь о тренировках. На полигонах вы будете заниматься каждый день, кроме выходных. Утром — теория, днём — практика. Вечером — факультативы или самостоятельная подготовка. Тем, кто обучается на боевом, повезло вдвойне, занятий на полигонах у вас будет в сто крат больше, чем у остальных.

Ректор неприятненько улыбался, а мне поплохело

— А если мы не будем успевать? — спросил кто-то из первого ряда.

— Значит, вы неправильно распределяете свое время, — жёстко ответил Нэйт. — В Академии нет ни для кого поблажек. Вы все знали, что идёте учиться в лучшую академию Шиатара. Тот, кто не будет успевать, будет отчислен и сможет попытать счастье в других, менее трудных и элитных академиях.

В аудитории стало совсем тихо.

— Но, — его голос смягчился, — если у вас будут реальные проблемы — приходите к кураторам. К деканам факультетов. Ко мне. Мы здесь не для того, чтобы вас стращать, или над вами издеваться. Мы здесь для того, чтобы сделать из вас сильных и достойных девиров, опору нашего общества.

Он замолчал, давая словам осесть.

— Вопросы?

Руки поднялись десятками. Нэйт кивнул парню с первого ряда.

— Что будет, если мы не найдём общий язык с хранителем?

— Тогда вы будете слабы и недостойны тут учиться, — ответил Нэйт без колебаний. — Хранитель — это половина вашей силы. Если вы с ним не в ладах, вы никогда не станете по-настоящему сильными. Поэтому работайте над отношениями. Факультативы по взаимодействию с хранителем обязательны для всех начиная со второго курса.

— А если хранитель неприятен, можно его сменить? — спросила девушка сбоку.

— Нет. — Голос Нэйта стал твёрже. — Хранитель обретается раз и навсегда. Это не игрушка. Это союз на всю жизнь. Запомните: не только вы выбираете хранителя, но и он вас.

Я поёжилась, вспомнив Эша — огромного чёрно-красного тигра, которого пока видела лишь один раз. Союз на всю жизнь. Надеюсь, мы с ним поладим и проблем не возникнет...

— Ещё вопросы?

— А правда, что на старших курсах есть доступ к закрытым полигонам с тёмными тварями? — спросил парень с коричневой формой — артефактор.

— Правда. Но доступ получают только лучшие. — Нэйт усмехнулся. — Так что учитесь. Старайтесь. Показывайте результат.

Он взглянул на часы — большие, песочные, висящие на стене.

— После вводной лекции вы разойдётесь на профильные занятия, которые проведут для вас ваши кураторы. Расписание для каждого подбирается индивидуально, поэтому каждый вечер проверяйте доски с расписанием в ваших комнатах. Надеюсь, все успели получить книги и ознакомиться с Академией. Если нет — поторопитесь, учёба уже началась.

— Так же напоминаю: выход из Академии разрешён только в выходные дни и только со второго курса. По будням выходить за пределы территории запрещено! — он сделал паузу. — В Академии нет комендантского часа, так что лектории, библиотека и полигоны в вашем распоряжении круглые сутки. На сегодня всё. Учитесь хорошо, адепты. Не заставляйте магистров придумывать вам дополнительные развлечения.

После этой фразы опять прозвенел «адский звонок». Может, когда-нибудь и привыкну.

Зал взорвался шумом. Студенты зашевелились, заговорили, начали подниматься с мест.

Мили повернулась ко мне.

— Ну как тебе речь?

— Впечатляет, — честно сказала я. — Твой брат умеет держать аудиторию.

— Он вообще много чего умеет, — вздохнула Мили. — Ладно, пошли. Следующая лекция у нас профильная — с куратором по боевке.

Взяв свои сумки, мы вслед за остальными адептами пошли на выход из аудитории. Пока мы стояли в очереди, соседку окликнул ректор.

— Адептка Рубинис, задержитесь, пожалуйста.

Я посмотрела на соседку, не понимая, к кому он обращается. Со скрипом, но до меня начало доходить, что это фамилия Мили. Кстати, первая фамилия, которую я услышала в этом мире — я уже начала думать, что они все чисто по именам друг к другу обращаются. А нет.

Схватив меня за руку, Мили потащила меня к кафедре, к своему брату.

— Привет, Нэйт. Или мне называть тебя господин ректор? — спросила Мили.

— Ты как ребёнок, — тяжело вздохнул ректор. — Наедине я всё так же твой брат. Но при других называй либо господин Нэйт, либо господин ректор.

— Кто бы сомневался, ваше величество, — надувшись, сказала моя соседка. — Знакомься, моя соседка — Амелия, — она выдвинула меня вперёд.

— Здравствуйте, господин Нэйт. Интересная лекция, — я улыбнулась. — Признайтесь, это вы мне помогли с нормальной соседкой?

— Не поверишь, Амелия, но это удачное стечение обстоятельств, — ответил Нэйт, возвращая улыбку. — Надеюсь, сестра тебе попьёт меньше крови, чем в своё время мне. Большей болтушки не сыщешь во всём Шиатаре.

— Так вы знакомы! — выпалила Мили.

— Конечно знакомы. Амелия — иномирка, плюс она не рождена девиром и заканчивала свой оборот на территории Академии. Кто, по-твоему, измерял её магию и принимал в Академию?

— Логично, конечно, но пара вопросов всё равно появилась.

— Идите-ка вы выяснять свои вопросы на лекции, потому что ещё чуть-чуть — и вы умудритесь нарваться на отработки в первый же день, — сказал Нэйт и рукой указал на часы.

Посмотрев на которые, мы пулей вылетели из аудитории и понеслись на водную лекцию по боевке.

Успели мы буквально за две секунды до звонка. Когда мы влетели в аудиторию, за нами захлопнулась дверь.

Аудитория была похожа на предыдущую, но раз в пять меньше. Внизу — кафедра магистра со столом и магической доской, а от кафедры полукругом поднимались столы в виде лестницы, чтобы даже с задних парт было всё видно.

Со всеми этими осмотрами мы не заметили магистра, который стоял у стены и с каким-то нехорошим прищуром на нас смотрел.

— Студентки, вы, как я понимаю, хотите простоять так всю эту лекцию и все остальные?

— Нет, сэр, извините. Мы сейчас найдём место, — сказала Мили.

— Если бы вы не пришли за считаные секунды до начала лекции, то место успели бы найти вовремя. А теперь марш искать, куда примостить свои пятые точки, и чтоб больше никогда не опаздывали на мои уроки! — гаркнул на нас этот жуткий тип.

Нас дважды уговаривать не пришлось. Взяв ноги в руки, мы разлетелись по аудитории. К сожалению, мест рядом нам найти не удалось. Мили села куда-то к окну, мне же досталось место на втором ряду рядом с каким-то синеволосым парнем.

— Привет, меня зовут Мэт, — сказал мой сосед.

— Амелия, — сказала я и машинально протянула руку для приветствия.

Мэт странно на меня посмотрел и пожал предплечье, не ладонь. Как в «Геракле», ёпрст

Дальше нам продолжить знакомство не дали. Не знаю как, но магистр каким-то образом умудрился нависнуть над нашими бреными тушами с кафедры, и стало уже не до разговоров.

— Адептка! — гаркнул он, глядя на меня. — Вы только зашли, а уже мешаете мне вести лекцию!

«Не подружимся», — подумала я, глядя на него.

— Простите, профессор, — сказала я, мило опуская ресницы и плечи, всем своим видом показывая, какая я бедная и несчастная.

Обычно с мужским полом такое прокатывает, но, видимо, не в этом случае. Почуяв что-то явно недоброе, я решила осторожненько оторвать свой взор от пола и проследить за магистром. И пожалела. Магистр смотрел на меня с кровожадной и предвкушающей улыбкой — мне сразу захотелось проглотить ком в горле и спрятаться за Мэтом. Но мы люди — тьфу, девиры — гордые. Я резко подняла голову, выпрямила спину и прямо посмотрела профессору в глаза.

Моя реакция ему, видимо, очень понравилась — кровожадная улыбка стала только шире.

— Раз вам так нравится привлекать к себе внимание, — сказал он, — то предлагаю провести это занятие стоя.

Из разных концов аудитории понеслись смешки.

Я знала, что ни в коем случае в новом социуме нельзя показывать себя слабой или давать возможность над собой насмехаться. Я лишь пожала плечами, улыбнулась своей самой широкой улыбкой и, всё так же глядя на магистра, сказала:

— Как скажете, профессор. Вы здесь босс.

Что такое «босс», он, видимо, не понял, но зато перевёл свой недовольный взгляд с меня на аудиторию и начал вещать.

— Итак, птенцы. Меня зовут господин Рэм Стэйн. Я магистр боевых искусств, а так же ваш куратор и личный ад на все последующие шесть лет обучения, — сказал он, и при словах «личный ад» перевёл глаза на меня.

Я всё так же, стоя, постаралась незаметно сглотнуть все неприятности, которые сулил мне его зверский взгляд. Кстати, взгляд у мистера Рэма был достаточно привлекательным. И вообще, я заметила, что все на боевом — типичные шкафы. Высокие, накачанные. Вот и наш куратор был таким — метра два ростом, широкий, синеволосый, с голубыми глазами с серебром. На мой вкус — загляденье. Ему бы ещё рот заклеить — и мечта, а не мужик.

— В ближайшие шесть лет в этой аудитории мы будем проводить все наши собрания и теоретические лекции. Их будет немного. Основную часть теории и свою практику мы с вами будем изучать на полигонах. Вы, как будущие боевые маги, должны стать ловкими, сильными, бесстрашными и очень везучими.

— Почему везучими, сэр? — спросил кто-то из зала.

— Во-первых, вы не выкрикиваете на моём занятии вопросы без разрешения, — рявкнул наш куратор. — На первый раз прощаю. На второй раз станете манекеном на отработках. Это понятно? — спросил он у адепта, который задал вопрос. Но, не дождавшись ответа, мистер Рэм продолжил: — А во-вторых, если доживёте до конца обучения и практики, то ваша следующая проблема — найти место работы, в котором вас не прихлопнут в первый же месяц. Напоминаю: мы — боевые маги. Мы всегда там, где жарко. Мы всегда на передовой. Мы всегда ставим жизни мирных жителей выше своей. Это понятно?

Ответом ему стала гробовая тишина в зале.

«Как-то я опрометчиво решила пойти на боевой, даже ничего о нём не зная, — подумала я. — Думала, ну там, научусь за себя постоять, и всё такое А тут целая самоубийственная психология получается».

— Сейчас у нас с вами просто водная лекция. После у нас сдвоенная боевка, где я посмотрю, кто из вас на что способен. Что у вас там дальше и насколько вы загружены — меня мало волнует. Поэтому рекомендую не прогуливать и не опаздывать на мои уроки. Пренебрежения к своему предмету я не потерплю. Если кто-то из вас уже сейчас понимает, что боевка — это не его, что я слишком груб и так далее — вон дверь. Вперёд. Сегодня последний день, когда вы можете поменять факультет и перейти на другой. Если же вы решите, что вам не подходит, через неделю или месяц, то вы просто-напросто будете отчислены из Академии и сможете попробовать поступить на другой факультет только в следующем году, ну или в другую Академию.

— А теперь я предлагаю нам не терять времени в аудитории. Приглашаю на полигон. Посмотрим, кто из вас чего стоит.

Ну и «водная» лекция у нас на этом закончилась. Мы гуськом пошли за магистром — прямо как утята за мамой уткой, подумалось мне.

Глава 9

Никогда бы не подумала, что ассоциация с уточками отпадёт так быстро...

Полигон боевиков встретил нас запахом сырой земли и чем-то неуловимо тревожным. Вблизи он казался ещё больше, чем когда я смотрела на него через щель в заборе. Металлические стойки с магическими куполами по краям, разметка на земле, а в центре — пустое пространство размером с небольшое футбольное поле.

Мы выстроились полукругом. Господин Рэм встал напротив, скрестив руки на груди, и принялся нас разглядывать. Медленно, внимательно — как перед расправой.

— Итак, птенцы, — начал он, и его голос разнёсся по полигону без всякой магии — видимо, от природы такой мощный, ну или усилил магией. — Давайте познакомимся ближе. Я должен знать, кого мне предстоит учить, — он скривился, — все эти годы. Сегодня без формы, но со следующего занятия жду вас тут уже переодевшимися и готовыми к тренировке. Раздевалки и душевые там, — он махнул рукой куда-то себе за спину.

Он прошёлся вдоль строя.

— Я по одному буду вас вызывать, а вы — выходить на середину. Оцениваю базовую физическую форму, способность к магии и силу резерва. Заодно посмотрю, как реагируете под давлением. — Его глаза остановились на мне. — Начнём с крайней.

Я вздохнула. «Крайняя» — это я. Потому что стояла с краю. Вот спасибо.

— Адептка...

— Амелия, — подсказала я, выходя в центр.

— Адептка Амелия, — повторил Рэм, и его взгляд стал ещё более пристальным. — Слышал о вас. Иномирянка, недавно обращённая. Интересно, что вы нам покажете.

Я встала напротив него. Он был выше меня на полторы головы и шире в плечах раза в два. На полигоне повисла тишина — все смотрели на нас.

— Начнём с простого, — сказал Рэм. — Попробуйте меня ударить.

Я моргнула.

— Простите, что?

— Вы глухая? — он усмехнулся. — Ударьте меня. Рукой, ногой, магией — чем угодно. Просто попробуйте достать.

— Я не умею драться, — честно призналась я.

— Это заметно. — Он даже не пытался скрыть сарказм. — Но бить вы пробовали хоть раз в жизни?

Я вспомнила вчерашнюю выходку с соседкой.

— Ну да.

— Тогда чего ждёте?

Я сделала шаг вперёд и неуклюже замахнулась. Кулак прошёл мимо — Рэм даже не шелохнулся, просто чуть отклонил голову. Второй удар — тоже мимо. Третий — он перехватил мою руку на полпути и удержал, как будто я ничего не весила. Дальше я пробовала достать его ногами, пробовала ещё раз кулаком. Честно, я даже пыталась вспомнить приёмы из фильмов с Джеки Чаном или с Чаком Норисом — но и это мне никак не помогло.

— Слабовато, — прокомментировал он, отпуская меня. — Техники ноль. Физическая форма... — он задумался, подбирая слова, — оставляет желать лучшего. Но это поправимо. Дальше.

— Что дальше?

— Магия. — Он отошёл на пару шагов и развёл руки. — Встаньте на расстоянии. Попробуйте использовать свою стихию.

Я растерянно оглянулась на Мили. Та сидела на скамейке в стороне и показывала мне какой-то странный жест. Кажется, «не волнуйся»? Или «бей его»? Я не разобрала.

— Я не знаю, как — начала я.

— Просто представьте, — перебил Рэм. — Вы же воду чувствуете? Она внутри вас, вокруг вас. Тяните её.

Уже порядком злая, я закрыла глаза. Внутри и правда что-то было — тёплое, текучее. Как будто маленькое море заперто где-то в груди. Я потянулась к нему, как учил ректор с кристаллом. Позвала.

Вода отозвалась.

Я открыла глаза и обнаружила, что преподавателя снесло к границе защитного купола, он весь мокрый, но на ногах устоял, а перед ним — щит. Видимо, злость во мне нашла выход. Весьма специфический. Но одного взгляда на магистра мне хватило, чтобы почувствовать себя не такой ущербной и чуточку отомщённой.

— Хм, — сказал Рэм, высушивая себя магией и убирая щит, он разглядывл мокрый след на песке. — Стихию чувствуете плохо. Управления никакого. Но отзывается она хорошо. И дальность отличная. — Он поднял глаза на меня. — Интересно...

И замолчал, а его лицо стало задумчивым.

— Интересно что? — спросила я.

— У вас много силы. — Он обошёл меня вокруг, как зверь вокруг добычи. — Очень много. Гораздо больше, чем у любого первокурсника. Даже больше, чем у некоторых старшекурсников.

— Это ненормально?

— Это необычно, — ответил Рэм. — Вопрос в том, научитесь ли вы своей силой пользоваться. Или, — он сверкнул глазами, — она будет использовать вас. А может просто уничтожет всех вокруг.

Я сглотнула.

— А теперь — резерв, — продолжил он, подходя ко мне и кладя руку на плечо. — Закройте глаза. Сосредоточьтесь на себе и своей силе. Ищите свой источник внутри. И покажите мне, что вы видите.

Я закрыла глаза, думая, что бы значило это «покажите». Как будто я умею

Поначалу ничего не происходило. Но постепенно темнота в моей голове начала рассеиваться, и я увидела... свет. Много света. Он был везде — в груди, в руках, в ногах. Яркий, почти ослепительный, с синим отливом. Как лагуна в солнечный день.

— Показывайте, — голос Рэма прозвучал издалека.

Я постаралась сосредоточиться на этом свете и перенаправить его в магистра. Условно представила зеркальце и попыталась пустить «солнечного зайчика». В моём случае — слона в магистра.

Магистр рвано вздохнул. И ещё секунд пятнадцать ничего не происходило — он просто молчал.

Тишина затянулась. Я открыла глаза и увидела, что Рэм смотрит на меня с выражением, которое я не смогла прочитать. Удивление? Шок? Беспокойство?

— Всё? — спросила я.

— Всё, — кивнул он. — Можете вернуться на место.

Я отошла в сторону, чувствуя на себе взгляды однокурсников. Некоторые смотрели с любопытством, некоторые — с недоумением. Но были и те, кто сверлил меня недовольным взглядом. Странно, чем они недовольны-то?

— Следующий! — рявкнул Рэм, и я выдохнула с облегчением — внимание переключилось на других.

Мы с Мили переглянулись. Она показала большой палец вверх и добавила:

— Вот это ты его протащила! И это только на сырой силе. Молодец!

— Я немножко разозлилась, — призналась я. — Но да ладно, давай смотреть, что там у других.

Остальные адепты выходили по очереди. Кто-то бил сильнее, кто-то слабее. У кого-то магия работала лучше, у кого-то хуже. Я присматривалась, пыталась понять, как они это делают. Один парень — здоровяк с чёрными волосами — одной рукой отправил учебный манекен в полёт. Девушка с другой стороны создала вокруг себя кокон из воды, который лопнул через секунду, но народ всё равно восхищённо охнул.

— Так, плюс-минус понимаю теперь, кто из вас что представляет, — подытожил Рэм. — Для многих из вас введу дополнительные занятия по боевке, чтобы вы подтянулись до уровня остальных. Сегодня вечером сможете посмотреть расписание допзанятий на досках в своей комнате.

Терзает меня плохое предчувствие, что у меня появится ещё одно допзанятие Боги, за что-о-о-о?

— А теперь, птенчики, поиграем, — его голос стал почти ласковым, от чего мне стало ещё страшнее, сделайте построение «круг». Я размещусь в середине и буду атаковать случайным образом. А вы соответственно защищаться. Увернуться, поставить блок, убежать — не важно. Ваша задача выжить. Я не буду бить сильно, но больно будет. По кому попадёт хоть раз — выбывает из круга. Для пятёрки победителей от меня будет приятный бонус. Так что рекомендую постараться.

Закончив эту радостную речь, он встал в центр круга. Мы окружили его, создав кольцо радиусом метров двадцать. Кто-то стоял напряжённо, кто-то с куражом. Я лично была в шоке. Что за «Голодные игры» в этой Академии?

— Начинаем.

Он атаковал внезапно. Первый удар пришёлся на парня слева от меня — тот выставил руки и создал каменный щит. Рэм пробил его с лёгкостью, но в последний момент сменил траекторию и задел только плечо.

— Хорошо, — бросил он. — Увидел слабость щита — исправил. Быстро. Но тебе не повезло — ты выбыл.

Потом началось месиво. Рэм перемещался как ураган — удары сыпались со всех сторон. Студенты выбывали. Кто-то сильно ругался, а какая-то девченка даже плакала. Я пыталась уклоняться — и у меня получалось пока что.

— Адептка Амелия! — гаркнул он, появляясь передо мной. — Долго собираетесь прятаться?

Он замахнулся — я пригнулась. Снова замах — отшатнулась назад. Третий удар, но уже с магией — я испугалась, выставила руки вперёд и мысленно закричала: «НЕТ!»

И вода отозвалась. Прямо из воздуха передо мной выросла стена — тонкая, полупрозрачная, но она выдержала удар. Рэм впечатался в неё кулаком — вода вздрогнула, но не разлетелась.

Он убрал руку и уставился на меня.

— Интересно... — протянул он, разглядывая стену, которая уже начала оседать лужицей на землю.

С этими словами он отвернулся и продолжил атаковать других.

Я стояла посреди полигона, тяжело дыша, и смотрела на свои руки. Это сделала я? Сама?

Пока я выходила из шокированного состояния, оказалось, что из примерно тридцати двух — тридцати пяти девиров нас осталось в круге пятеро: я, Мили и ещё трое парней.

— Ну что, адепты, молодцы. Меньшего я от вас и не ждал, — Рэм прошёлся взглядом по победителям. — Победители получают от меня по личной тренировке, где мы обсудим вашу технику, сильные и слабые стороны и как её можно усовершенствовать на данном этапе. А проигравшим я хочу сказать: не отчаивайтесь. Раз в месяц мы будем проводить мини-игры, где у вас будет возможность получить личную тренировку со мной. Свободны!

Мили подскочила ко мне, когда занятия закончились.

— Ты как это сделала?! Ты хоть поняла, что произошло? — затараторила она. — Ты поставила ахренеть какой сильный блок!

— Это был блок? — все еще шокированно спросила я.

— Ага, ты что неосознанно его сделала?! — Мили схватила меня за плечи. — Ты создала стену из воды, Амелия! Стену!

— Я просто испугалась, — ответила я. — Увидела, что в меня летит удар с магией и вот...

— Афигеть! — Мили светилась от восторга. — Правду говорят, что инстинкт самосохранения, самый лучший учитель!

Мы пошли к выходу с полигона. Рэм стоял у ворот, переговариваясь с каким-то преподавателем, и проводил нас внимательным, изучающим взглядом.

— Мили, а почему личное занятие с магистром Рэмом так ценится? Он кто?

Соседка посмотрела на меня квадратными глазами, а потом, видимо вспомнив, что я из другого мира, хлопнула себя ладошкой по лбу.

— Точно, никак не привыкну, что ты не здешняя. Магистр Рэм, а точнее граф Рэм Стэйн — один из самых великих воинов нашего времени. Он раньше руководил теневой структурой, которая занималась чисткой всех подпольных и чёрных рынков. А ещё он один из немногих, кто выжил в Тёмных Землях, в войне с нечистью и тёмными тварями. В общем, он уже легендарная личность.

— А как тогда такого легендарного в Академию занесло? — спросила я.

— Вот придёте ко мне на индивидуальное занятие, я вам всё расскажу, адептка, — прозвучало сбоку от меня.

Я как в мультиках, медленно-о-о повернула голову налево. Магистр Рэм стоял в двух шагах и смотрел на меня с лёгкой усмешкой.

Я нервно посмеялась.

— Ловлю на слове, магистр.

А что? Наглость — наше всё. Лучшая защита — это нападение. Хотя по ощущениям, вроде бы я ничего и не сделала, но чувство, что в чём-то виновата, во мне поселилось.

Магистр лишь понимающе усмехнулся и прошёл мимо нас по своим делам.

— Теперь вопрос: давно он рядом стоял? — решила поинтересоваться я у соседки.

— Без понятия. Я его увидела только после того, как услышала, — сказала Мили. — Ну да ладно. У тебя следующая — аналитика?

— Ага. Хотя сил уже нет вообще.

— Крепись. У меня базовый по огненной магии. Встретимся после лекции на обеде?

— Согласна. Смотри, не обожги там кого-нибудь. Но в обиду себя не давай.

— Обижаешь, — Мили гордо вскинула голову. — Пусть они меня боятся.

С этими словами она пританцовывая пошла в противоположную от меня сторону.

— Эх, — вздохнула я. — Ну а я потопала на базовый по аналитике. Надеюсь, там не будет таких отличительных карательных процедур.

Глава 10

Аналитический корпус оказался в другом здании. Здесь не пахло магией и потом, как на полигоне. Здесь пахло старой бумагой и, почему-то, кожей. А атмосфера как в кабинете у следователя из старых детективных фильмов.

Я шла по коридору, сверяясь с расписанием, и чувствовала себя чужачкой. Форма боевика — чёрная с серебром — выделялась на фоне тёмно-синих мантий аналитиков, которые неторопливо перемещались по коридору, поглядывая на меня с лёгким недоумением.

— Нашла, — пробормотала я, останавливаясь у двери с табличкой «Аналитика. Вводный курс. Ауд. 47».

Дверь была тяжёлой, деревянной. Я толкнула её и вошла.

Внутри оказалась небольшая аудитория — не амфитеатр, а обычная комната со столами, расставленными полукругом. В центре, у доски, стояла кафедра. Освещение было холодным, сухим, чем-то похожим на больничное. На стенах висели какие-то схемы, портреты и несколько старинных карт.

За столами сидело человек пятнадцать-двадцать — и все в синей форме. Я окинула их взглядом и чуть не присвистнула.

Чёрных мантий — боевиков — было всего двое. Так же была ещё одна белая мантия у какой-то беловолосой девушки, которая, видимо, совмещала этот курс с лекарским.

Я прошла к свободному месту в третьем ряду и села. Сосед слева — худощавый парень с пепельными волосами — покосился на мою чёрную форму и чуть заметно закатил глаза.

— Привет, — шепнула я.

Он ничего не ответил, только отвернулся.

«Ну и ладно, — подумала я. — Не очень-то и хотелось».

Но атмосфера в аудитории ощутимо давила. Аналитики смотрели на меня так, будто я букашка под микроскопом. Оценивали. Сканировали. Я чувствовала себя экспонатом в музее — «Боевик в естественной среде обитания».

— Не обращай внимания, — раздался справа тихий голос.

Я повернулась. Девушка с каштановыми волосами и зелёными глазами улыбнулась мне. На ней была тёмно-синяя мантия аналитика.

— Они просто удивлены, — продолжила она. — Боевики редко выбирают аналитику. Слишком много теории и слишком мало драк.

— А ты?

— А я — чисто аналитик, — она пожала плечами. — У меня брат боевик, так что твоя братия для меня не в новинку. Я, кстати, Елена.

— Амелия.

— Знаю, — улыбнулась она ещё шире. — Тут уже все знают. Иномирка, боевик и аналитик в одном флаконе. Ты ходячая сенсация.

Я вздохнула.

— Да уж, чувствую себя слишком заметной.

— Это пройдёт, — Елена махнула рукой. — Как только покажешь себя на занятиях. Аналитики — народ скептический, но справедливый. Они не верят словам, только фактам и действиям.

— Спасибо за попытку поддержать, — поблагодарила я соседку за участие.

Дверь открылась, и в аудиторию вошёл мужчина. Он был не похож на преподавателя в моём понимании. Не старый, но и не молодой — подтянутый, лет сорок пять, на вид. Седые виски, волосы цвета тёмного шоколада, собранные в низкий хвост. Острые черты лица, внимательные тёмно-зелёные глаза с вертикальным зрачком — земляной, без вариантов. Одет в тёмно-синий костюм аналитика, без мантии.

Он подошёл к кафедре, положил на неё тонкую папку и медленно обвёл аудиторию взглядом. Когда его глаза дошли до меня, задержались на секунду дольше. Ни удивления, ни скепсиса — только спокойное, профессиональное любопытство.

— Доброе утро, — сказал он. Голос был ровным, без эмоций. — Меня зовут магистр Логан Бримейн. Я ваш декан и буду вести у вас основные предметы по аналитике ближайшие шесть лет.

Он сделал паузу.

— Некоторые из вас, — его взгляд снова скользнул по аудитории, — возможно, думают, что аналитика — это просто «умение замечать детали и грамотно перебирать бумажки». Мол, немного внимательности — и нет проблем.

Он замолчал.

— Но это не так, — его голос стал чуть твёрже. — Вы будете учиться замечать то, что обычный глаз не видит. Вы будете запоминать лица, голоса, походки, запахи. Вы научитесь анализировать людей, места, поведение. Читать между строк. Определять мысли существа по его походке. Видеть ложь там, где другие видят правду.

Со стола взлетела стеклянная сфера.

— И всё это — не только с помощью наблюдательности, но и с помощью магии, — Бримейн щёлкнул пальцами, и сфера засветилась. — Вы будете использовать заклинания поиска, сканирования, ментальной разведки. Вам откроются тайны, о которых другие даже не мечтают.

Сфера погасла.

— И да, — он усмехнулся, — с этого факультета выходят лучшие детективы, следователи и аналитики в Шиатаре. Если, конечно, доучитесь.

Он обвёл аудиторию взглядом.

— Я не терплю лени и лжи, — продолжил Бримейн. — Не терплю отговорок и пустых обещаний. Вы будете писать отчёты, проводить расследования, разбирать реальные и вымышленные дела. Вас будут проверять, тестировать, засылать на задания под прикрытием. И если вы провалитесь, — он улыбнулся, но улыбка была недоброй, — вы не просто потеряете баллы и окажетесь на грани отчисления. Вы так же можете подставить тех, кто будет с вами в связке.

Тишина в аудитории достигла пика.

— Сейчас я расскажу вам о предмете подробнее. Вопросы можно задавать по ходу, — Бримейн опёрся руками о кафедру. — Итак, программа первого курса включает в себя несколько ключевых блоков.

Он щёлкнул пальцами — на доске за его спиной загорелись слова.

— Блок первый: Базовая наблюдательность. Вы будете учиться подмечать детали: запоминать лица, особенности одежды, поведения, речи. Без основ никуда.

— Блок второй: Анализ места происшествия. Как отличить следы магии от обычного разрушения. Что может рассказать вам клочок ткани или царапина на стене.

— Блок третий: Ментальная разведка. Чтение эмоций, распознавание лжи, магическое сканирование. Вы научитесь видеть то, что скрыто за подготовленной для всех картинкой.

— Блок четвёртый: Работа с памятью и архивными данными. Как связать разрозненные факты и сделать правильный вывод.

— Блок пятый: Полевая работа. Расследования в реальных условиях. Вы будете выезжать в город, работать с свидетелями, искать улики.

Он замолчал и снова обвёл аудиторию взглядом.

— Это основная база, — сказал он. — На старших курсах будет сложнее. Но для начала достаточно. Вопросы?

— Много студентов отсеивается? — спросил парень с первого ряда.

— Много, — Бримейн не стал смягчать правду. — Аналитика — подходит не для всех. Некоторые уходят сами, поняв, что не справляются. Некоторых отчисляют за неуспеваемость.

— А боевики часто к вам приходят? — спросил кто-то сбоку.

Бримейн посмотрел в мою сторону.

— Редко, — ответил он. — Но если приходят — значит, им это нужно. — Он слегка наклонил голову. — Не так ли, адептка Амелия?

Все головы повернулись ко мне.

— Возможно, — ответила я. — Пока решилв уйти от прямого ответа.

— Правильно, вам не нужно отвечать сейчас. Вы покажете себя на практике. Задания покажут, есть ли у вас талант к аналитике.

Я кивнула.

Бримейн продолжил лекцию, и я старательно записывала, пытаясь не думать о том, что синие мантии вокруг меня, кажется, приобрели оттенок недоверия. Или любопытства. Или того и другого вместе.

Когда лекция закончилась, я собирала свои вещи, чувствуя на себе изучающие взгляды. Елена рядом собралась быстро и шепнула:

— Ты молодец, не растерялась. Бримейн специально тебя подковырнул. Он так всех новеньких проверяет: выбирает из аудитории кого-нибудь поинтереснее и старается завязать пикировку. Так что тебе ещё повезло.

— Спасибо, — выдохнула я. — Приятно знать, что могло быть хуже.

— Дай боги, — улыбнулась Елена. — Но если не будешь учиться, то хуже будет сто процентов. — Она подмигнула мне и вышла.

Я выдохнула, закинула сумку на плечо и направилась к выходу. У двери меня нагнал тот самый парень — второй боевик, который сидел в углу и читал книгу. У него были тёмные волосы, почти чёрные, но с красным отливом, и бордово-красные глаза с переливами ртути. Он был тоже ооочень высокий — метра два, не меньше — и, как и все боевики, накачанный шкаф. И где на них только форму шьют?

— Привет, — сказал он. — Ты новенькая?

— Угу, — я кивнула. — Амелия.

— Сэт, — он коротко кивнул. — Я тоже на боевом и аналитике. Только постарше — четвёртый курс.

— А почему ты на вводном, если четвёртый?

— Решил поменять специализацию, — он пожал плечами. — Раньше был ещё на факультете политики и управления, но за четыре года понял, что достали и политика не моё. Теперь вот аналитика — не очень хочется, но надо. А ты?

— Мне ректор посоветовал. Сказал, что аналитический склад ума пригодится.

Сэт усмехнулся.

— Может и так, — сказал он и, не прощаясь, просто ушёл.

Я осталась стоять посреди коридора, глядя ему в след.

— Странный какой-то, — подумала я вслух. — Но хорош, стервец.

После того как Сэт скрылся за поворотом, шестерёнки в моём мозгу снова заработали, и я двинулась в столовую.

Мой путь в столовую пролегал через улицу к основному зданию. Погода на улице начинала портиться. По моим ощущениям, здесь была середина осени. Надо будет поинтересоваться, как у них обстоят дела с временами года, климатом, материками и так далее.

За своими размышлениями я не заметила, как пересекла внутренние дворы и аллеи и дошла до главного корпуса. Войдя в столовую, сначала огляделась — не пришла ли ещё соседка. Но беглый взгляд её в зале не обнаружил.

Пожав плечами, двинулась к раздаче. Взяла себе мясо — по виду наш стейк, какой-то салат, пару сдобных булочек и стакан с кровью. В этот раз решила провести эксперимент и взяла не девира, а человеческую. Надо расширять горизонты, так сказать.

Уже садясь за столик, увидела впорхнувшую Мили. Она помахала мне рукой от раздачи. Я помахала ей в ответ и начала неспешно поедать обед, ожидая соседку.

— Фух, думала, что уже не успею, — сказала Мили, ставя поднос на стол и садясь на соседний стул.

— Вас поздно отпустили?

— Не-е-ет. Просто упражнение, которое мы делали, требовало такой концентрации, что хотелось его доделать, а не бросать на полпути. Я его, правда, в итоге всё равно не сделала, но что поделать — первый день, не всё даётся легко и просто, — беззаботно жуя, прокомментировала соседка. — А как твоя лекция у аналитиков?

— Ну, помимо того, что я чувствовала себя там лишней, неплохо. На этом курсе одна лекарша и, помимо меня, ещё один боевик. Но он как будто с тараканами.

— Кто такие тараканы? — спросил этот самый боевик, улыбаясь и присаживаясь со своим подносом к нам за стол.

— Откуда столько нагло ауч! — это соседка оборвала меня ударом ногой, пресекая мою несостоявшуюся отповедь наглецу, который без приглашения решил лезть в девичий обед.

— Видимо, это какие-то зверята в мире Амелии, — приветливо мурлыкнула ему Мили. Она заправила волосы за ухо и протянула руку для знакомства. — Меня зовут Милиса.

— Сэт, — ответил он, взяв её тонкие пальчики и поцеловав их.

О боги, снимите номер, подумала я, но вслух не сказала. Видно же, что соседке этот огневик понравился.

— Мы с Амелией теперь будем вместе ходить на аналитику, — сказал он. — Вот и решил поближе познакомиться. Оба и боевики, и аналитики.

— А почему я тебя не видела на водном по боевке? — спросила тот же вопрос, что и я, соседка.

— Я на четвёртом курсе, — с улыбкой сказал он.

Так у нас за столом пошла непринуждённая беседа, где в основном болтали эти двое, а я была просто жующим фоном. Но вот еда закончилась, и пришла пора кровавых экспериментов.

Я поднесла бокал к носу — уже по запаху мне как-то не очень понравилось. Но я всё же решила сделать маленький глоток — и меня чуть не вырвало.

— Ты чего кривишься? Опять не пошло? — участливо спросила соседка, подавая мне ломтик какого-то фрукта — видимо, чтобы закусить гадость.

— Ага. Сегодня в эксперименте участвовала человеческая. Может, попробуешь? Вдруг не со мной, а с этим стаканом что-то не так? — попросила я соседку.

Она забрала у меня стакан, повела носом, потом попробовала.

— Нет, всё с ним нормально. Видимо, ты гурман, Амелия. Но не сдавайся — там ещё видов шесть неопробованных осталось. Вдруг что-то понравится.

— Мда, может быть, — вздохнула я. — Или плюну на эксперименты и буду пить вашу кровь, — решила пошутить я.

Если лицо соседки улыбалось, мол, «ну с кем не бывает», то лицо Сэт было серьёзным и очень внимательным.

— Что? — спросила я у него.

Он взял мой стакан, понюхал и поставил обратно, потом слегка прищурился.

— Сколько тебе видов уже не подошло? — спросил он.

— Пока два, — ответила автоматически, не понимая, зачем ему эта информация.

— А кровь девиров для тебя деликатес? — продолжил он сыпать странными вопросами.

— Ну, пока да. Остальные виды я ещё не пробовала.

— Интересно, — сказал он, продолжая меня разглядывать.

Не выдержав уже такого пристального внимания к моей персоне, я решила позорно сбежать.

— Так, что-то мы заболтались. Мили, мы опаздываем на всемирную историю. Ноги в руки — и побежали, — скомандовала я.

— А я да приятно было познакомиться, Сэт, — сказала Мили, перед тем как мы поднялись из-за стола.

— И мне, — ответил Сэт, пристально смотря только на меня.

Мы вышли из столовой, направляясь в аудиторию, где должна была проходить лекция по истории. Пока шли, Мили сказала:

— Немного не от мира сего твой новый знакомый, но такой хорошенький.