Kitabı oxu: «Чёрный кролик»

Глава первая

В этой книге будет много разных глав, и некоторые из них будут весёлые, а некоторые грустные. Но чтобы не печалиться, ты, пожалуйста, помни, что даже после прочтения самой-самой грустной главы ты можешь заглянуть в конец этой книги, где так и написано, что всё будет хорошо. И у тебя, и у кролика!

Теперь точно: глава первая (довольно грустная, но и немного смешная)

Маленький кролик родился в тёплой норке вместе со своими братиками и сестричками и получил своё имя за особенный окрас шубки, которой он был очень доволен. Звали кролика Футынута. Да-да, не удивляйся. Мама-крольчиха так и назвала его — Футынутой! Дело всё в том, что, когда крольчиха выбирала себе норку с тётушкой Раей, которая, к твоему сведению, была учёным кроликом и самой старшей в семье, они наткнулись на какую-то очень красивую, по мнению мамы-крольчихи, чёрную тряпочку с пятью хвостиками и норкой посередине. Маме Футынуты тряпочка очень понравилась, и она даже хотела забрать её себе, а вот тётя Рая, принюхавшись, воскликнула почему-то: «Футынуты!» — и ускакала прочь. Молодая крольчиха подумала, что тряпочка так называется, и принялась догонять тётю Раю, не осмелившись спросить, почему они эту тряпочку не взяли с собой. Она целиком и полностью доверяла вкусу тёти Раи и уж точно не хотела хоть как-то показать, что не знает, что такое Футынута.

Но Футынута очень запомнился ей, и, когда на свет появился необычного окраса крольчонок, она решила, что у такого малыша имя должно быть необычное. Вот мама-крольчиха и решила назвать своего чёрного ушастика Футынутой. Конечно, малыш, ты понимаешь, что всяких разных кроликов по всему миру рождается очень много: и жёлтых, и красных, и чёрных… Ой! Жёлтых, наверное, не рождается. (Только если белого, только что родившегося кролика покрасить жёлтой гуашью! Вряд ли ему это понравилось бы…) Да-да, и красных тоже не рождается. Зато есть серые, рыжие, белые и чёрные. Наш малыш как раз был чёрного цвета. Но мама-крольчиха в первый раз стала мамой и думала, что все кролики должны быть, как она, серо-белого цвета. Подумала она тогда, что, может быть, это из-за того случая, когда она объелась черникой. Не знала она и того, что в лесу с тётей Раей они нашли обыкновенную кожаную перчатку, а не футынуту. И получается, что имя малыша должно было стать Перчатка. Но что вышло, то вышло, не будем судить строго молодую маму-крольчиху, ведь глава этой книги немного грустная именно из-за неё.

Наши кролики подрастали, и мама-крольчиха стала бегать кормиться подальше, на другие полянки. И вот в один день она не пришла домой. Маленькие крольчатки остались совсем одни. Тут начинается самое грустное, ты, пожалуйста, немного приготовься.

Крольчатки очень ждали маму, но она не приходила. Наши крошки остались совсем одни. Они были напуганы и, прижавшись друг к другу, ждали, что же с ними будет. А Футынута неотрывно смотрел на вход их норки, до последнего надеясь, что мама всё же прибежит. К сожалению, малыш, этого не случилось. Когда наш чёрненький хвостик это понял, ему стало так грустно, что, будучи самым стойким из крольчат, и он заплакал. А потом он опять смотрел на вход в норку и ещё надеялся, надеялся, надеялся. Наконец Футынута понял, что нужно что-то делать, иначе он и его братья и сёстры погибнут здесь в одиночестве.

Футынута аккуратно вылез из норки и принюхался. Никогда ещё в своей маленькой жизни он не испытывал столько эмоций. Ему было и страшно, и интересно одновременно. Крольчонок скатился клубочком с уступочка вниз и оказался на широкой поляне среди чего-то красивого и ароматного. Это был, как ты понимаешь, клевер. Розовые цветочки пощекотали нос Футынуте, и тот принялся с аппетитом жевать. А потом и в норку принёс, чтобы его ослабевшие братья и сёстры тоже подкрепились.

Когда крольчата набрались сил, они сами вылезли из норки и клубочками скатились на поляну, где росла такая сочная и мягкая травка, которой было вдоволь для них для всех. Крольчата наелись и стали похожи на разноцветные помпоны. Некоторые из них даже не могли сомкнуть собственные лапки, потому что толстые пузики не позволяли им этого сделать. Так они и лежали мягкими пушистыми шариками, пока не прискакала тётя Рая.

Тётя Рая всё откуда-то знала про маму, она долго-долго обнимала и гладила малышей. Футынута наблюдал за этим из-за кустика черники и радовался за своих братиков и сестричек.

— Ах вы маленькие, ах вы бедненькие. Ну, теперь всё будет хорошо! Теперь всё будет в порядке, — приговаривала тётя Рая.

Долго целовала и обнимала малышей добрая крольчиха, а потом спросила:

— Ну что, все тут?

Крольчата ответили:

— Все! — и помчались за тётей Раей в норку.

«Как это все? А я? — думал Футынута. — Обо мне забыли!» И маленькие чёрные ушки кролика грустно опустились. Футынута посмотрел в лес, который манил его неизведанным и захватывающим, и на дверь своего родного дома, которая начала закрываться, впуская последнего крольчонка внутрь. Так Футынута понял, что есть дни, когда приходится решать что-то очень взрослое. «Если я пойду домой, то буду жить с тётей Раей, а если в лес, то я смогу посмотреть, что растёт за теми деревьями, и что прячется за теми холмами, и что это так звонко и непрерывно журчит там за камнем». Малыш думал об этом, пока солнышко не начало садиться. Искать его никто не выходил, а со стороны леса так удивительно мелькали красные лучи, что Футынута развернулся и направился в противоположную от дома сторону, в загадочный лес, где его ждало много приключений, опасностей и радостных сюрпризов.

Интересно тебе, малыш, что стало с Футынутой?

Если да, то давай будем читать вторую главу. Тут ты узнаешь о том, как Футынута больно ударился на счастье и нашел себе домик. Эта глава самая короткая.

Глава вторая

Как ты помнишь, Футынута остался один в большом лесу. Сначала он гулял по разным тропинкам и кочкам, потом ел траву и думал, какой замечательный мир этот лес. Он даже немножко подумал о том, что его братья и сёстры заблудились, так сказать. Ну, то есть выбрали неправильно: остались с тётей Раей, хотя могли бродить тут с ним и объедаться вкуснятиной.

Так думал Футынута, пока не услышал: «Ух! Ух!» Крольчонок остановился и прислушался. Вдруг опять: «Ух! Ух!» И только тут он понял, что всё вокруг стало жутковатым и мрачным. Вместо ярко-зелёных деревьев вокруг него росли непонятные страшилища, а небо стало низким и серым, цвета застарелого мха. Малышу стало не по себе. Футынута затих и стал озираться по сторонам, широко раскрыв свои чёрные глазки. Он почти не дышал, подозрительный ух-ух тоже замолчал. Так крольчонок посидел ещё минутку, но слюны у него во рту скопилось так много, что пришлось её проглотить, и получился довольно странный громкий звук. Попробуй так сделать, и ты поймёшь, о чём я говорю.

В эту же секунду что-то сорвалось с ветки высокого дерева. Футынута та-а-а-а-ак испугался, что заметался туда-сюда, не зная, куда бежать. (Попроси взрослого, который читает тебе эту книгу, сильно-сильно растянуть звук А в слове «так» в предыдущем предложении, чтобы ты понял, как же всё-таки сильно испугался ушастик.) Он был просто в ужасе и ничего не понимал! А ведь ты, наверное, догадался, что крольчонок оказался в смертельной опасности.

На счастье, Футынута в своих метаниях споткнулся и кувыркнулся в какую-то глубокую яму. И, конечно, больно-пребольно ударился. Как можно больно-пребольно удариться на счастье, спросишь ты? А вот так! Нашему малышу чудом удалось ускользнуть от огромного безжалостного филина, который уже давно наблюдал за ним с ветки могучего дуба. Кролик оказался на самом дне ямки, и филину теперь было никак до него не добраться. В этот самый момент Футынута подумал о том, что, скорее всего, это он заблудился и нужно было сидеть с тётей Раей дома. Но делать было нечего. По крайней мере, у него появилась собственная норка. Тёмная, тесная, но своя.

Он ещё долго дрожал от страха и прислушивался, так что даже сам не заметил, как глазки его сомкнулись, и он вдруг оказался у себя дома. Рядом играли его братья и сёстры, а в самом центре пещерки лежала мама, такая родная и тёплая. Хороший сон, да? Спи спокойно, Футынута. Завтра будет новый день. Как здорово, что с тобой всё хорошо.

Глава третья

Проснувшись, наш крольчонок сначала не понял, где находится. Так бывает, когда спишь на новом месте. Разлепил глазки Футынута, и так ему стало тоскливо от одиночества, что он заплакал. Бедный Футынута! Не было никого, кто мог бы его утешить. Ему так хотелось обнять маму или прижаться к своим братикам и сестричкам, что слёзы просто хлынули наружу. И знаешь, малыш, нет ничего плохого, чтобы грустить и плакать. Даже взрослые люди иногда плачут, если им одиноко. Что уж говорить о маленьких кроликах.

— Не мешайте нам распеваться! — послышался вдруг тоню-у-у-усенький голосок (думаю, твой взрослый догадался, как нужно было прочитать слово тонюсенький).

Футынута остолбенел от неожиданности.

— Давайте ещё раз! — пропищал кто-то.

И вдруг несколько высоких голосков запели:

— Мы веселые ребята!

Нам медведя маловато.

Мы танцуем и поём,

Вот так! Вот так!

Беззаботно мы живём,

Тра-ля-ля.

Футынута не выдержал и крикнул, ещё продолжая шмыгать бархатным носиком:

— Кто здесь?

— Это мы, твои друзья! Мы здесь!

— Где здесь?

Голоса казались Футынуте очень близкими, но он никак не мог понять, откуда они слышны.

— Мы здесь, у тебя на спине. Мы твои верные друзья!

Футынута изловчился и посмотрел назад, на горбик своей чёрной спинки. На самом верху весело прыгали три маленьких коричневых жучка, хлопая в ладоши и делая в воздухе сложные сальто.

— Кто вы такие? — в недоумении спросил Футынута, с интересом разглядывая трюки малюсеньких акробатов.

— Мы театральная труппа «В гостях у чёрного кролика», — ответил один жучок, снял крошечную шляпку и поклонился. — Меня зовут Граф Блохула, я художественный руководитель и постановщик этого ансамбля. А это мои коллеги!

Один из жучков, самый толстый, на время перестал прыгать. Он схватил волосинку шерсти кролика, пожал её, как жмут руки друг другу при встрече:

— Шевролет! Очень приятно, мистер… эээ…

— Футынута! — представился крольчонок.

— Ну, вот и познакомились. Ах, как приятно встретить такого доброго, умного и красивого кролика, — просвистел Граф Блохула и очень широко улыбнулся.

— Очень п-п-приятно, — неуверенно промямлил ушастик, потому что ещё не понимал, приятно ему или нет. Он не сводил глаз с третьего жучка, который не переставал прыгать вверх-вниз.

— А это кто? — удивленно спросил кролик.

— Это наша местная звезда! Шпагат Под Спутником, — заявил Шевролет, с завистью посматривая на своего друга.

— Шпагат что? — изумился кролик.

— Шпа-гат Под Спут-ни-ком, — медленно проговорил Граф Блохула, продолжая улыбаться. — Имя такое. Дано за выдающуюся гибкость и высоту полета.

Футынута подумал, что спутник — это, наверное, птица такая, которая летает выше всех. А что такое шпагат, он не смог догадаться. Забегая вперед, скажу, что однажды Футынута увидел этот самый шпагат. Но это будет немного позже.

Прыгающая букашка продолжала прыгать и в качестве приветствия отдала честь чёрному кролику, приложив ногу к голове прямо на лету. Обычно так делают солдаты, которые встречают генералов. И не ногами, а руками, и не на лету, а просто стоя. Но об этом никто тогда не задумывался.

Знаешь ли ты, малыш, что это были за жучки такие? Даю подсказку: первая буква Б. Если ты подумал про блинчики, то нет, не угадал. И мне кажется, что тебе нужно перекусить. А жучки были обыкновенными блохами. Спроси у своего взрослого, были ли у него когда-нибудь блохи и как он к ним относится. Если он относится к ним отрицательно, то я с ним полностью согласна.

Но нашему ушастику вдруг стало так весело. Его новые друзья показывали ему акробатические номера, рассказывали истории своих путешествий, пели песни и хвалили его за то, что он с ними дружит. Так наш малыш попал в плохую компанию. Вернее, плохая компания прыгала по нему и чувствовала себя как дома.

Футынута очень полюбил своих друзей, ведь теперь он не был таким одиноким. Только вот с этого времени у него начало чесаться за ушком, подмышкой и с бочков. Хуже всего было, когда чесалось внизу спины, куда Футынута не мог добраться, чтобы как следует почесать. Это было ужасно неприятно. Именно тогда прыгучая троица улыбалась больше всего и была так добра к Футынуте, что он понял: вот они, настоящие друзья! Можно сказать, семья.

Привет от старых штиблет! Это