Kitabı oxu: «Читаем перед сном малышам. Сборник сказок»

Красная ленточка

Жила-была девочка Танюшка — добрая душа, каких поискать. Всех она любила: и птичкам с утра крошек на блюдце насыплет, и кошке молочка нальет. А в лесу, собирая грибы, обязательно оставит парочку грибков на сучках — пусть белочка бельчатам гостинец унесет. Даже когда зайцы повадились бабушкин огород разорять, Танюшка не сердилась, а стала оставлять им морковку за забором. Подглядела она однажды, что это мама зайчиха с зайчонком за морковкой приходят. А как увидели, что им угощенье за калиткой приготовлено - огород трогать перестали.

Однажды утром, когда солнце заливало сад светом, а птицы затеяли звонкую перекличку, вышла Танюшка на крыльцо причесаться. Только заплела она косу и потянулась за красной ленточкой, как вдруг налетел озорной ветерок, подхватил её и унёс в сторону леса. Бросилась девочка вдогонку. Бежит по тропинке, коса расплетается, а ветерок словно дразнится: то опустит ленточку на ветку, то снова поднимет ввысь.

Так, сама того не заметив, забрела Танюшка в самую чащу. Глядь — а ленточка опустилась прямо у порога старой, вросшей в землю избушки, сплошь покрытой мхом. Вышла на крыльцо страшная старуха, заговорила глухим голосом:

— Ну, здравствуй, Танюшка! Это я тебя позвала. Нужны мне твои зоркие глазки да тонкие пальчики. Обронила я волшебное кольцо на дно сундука, помоги достать.

Старуха откинула тяжелую крышку огромного сундука. Темно, дна не видать. Танюшка, побоявшись, что ленточку ей не вернут, решилась помочь. Забралась она внутрь, стала в темноте колечко высматривать, а бабка — раз! — и захлопнула крышку.

Темнота в сундуке густая, пахнет в нём старыми сухими травами да пылью. Танюшка затаила дыхание, прислушиваясь к каждому шороху снаружи. Слышно было, как скрипнула половица, как тяжело зашаркали по полу старческие ноги, а потом раздался сухой, дребезжащий смех.

— Попалась, голубушка! — проскрипела бабка, довольно потирая руки. — Теперь-то ты у меня послужишь. Превращу тебя в волшебную метелку — будешь сама мне пол мести, мусор из углов выскребать. Давно я о такой помощнице мечтала.

Танюшка испугалась, слёзы застилали глаза, но девочка она была смелая и рассудительная. Стараясь унять дрожь, она начала ощупывать стенки сундука. Дерево было твёрдым и холодным, но вдруг под пальцами что-то блеснуло. Это была не драгоценность, а крошечная, едва заметная щель, через которую пробивался тонкий лучик света.

Девочка прильнула к отверстию. Она увидела, как старуха, прихрамывая, подошла к печи и достала из-за неё потрёпанную книгу. Бабка забормотала, и в воздухе вокруг неё заплясали зловещие искры. Танюшка похолодела: перед ней была настоящая ведьма, и она готовила колдовство. Неужели и вправду превратит её в веник? Никто не узнает, куда она пропала, и будет она стоять за печкой, забытая всеми, долгие годы…

Вдруг из глубины сундука, прямо под ногами, раздался тихий писк. Танюшка вздрогнула и нащупала в темноте что-то мягкое и пушистое. Это был маленький зайчонок — тот самый, что часто прибегал к ней за морковкой! Зверёк был напуган и дрожал всем тельцем.

— Не бойся, — прошептала Танюшка, прижимая его к себе. — Мы выберемся.

Она вспомнила, что всегда была добра к лесным жителям, и понадеялась на их помощь. Ведь мама-зайчиха наверняка ищет своего сыночка, а зайцы — народ пронырливый, везде пролезут. Девочка тихонько постучала по стенке сундука: раз-два-три, раз-два-три. Это был их условный знак, которым она звала зверей на кормежку.

Снаружи послышался шорох, а затем — скрежет когтей по дереву. Крышка сундука слегка приподнялась, и в щель просунулась мохнатая лапка. Это была белка!

— Танюшка, как же ты угодила в лапы к этой злюке? — прострекотала гостья.

— Заманила она меня, — всхлипнула девочка. — И ленточку мою не отдает…

— Вижу, и Серенький с тобой. Неужто ведьма ненасытная его съесть надумала? — огорченно зацокала белка. — Ладно, сидите тихо, не высовывайтесь. Побегу лесной народ на помощь звать!

Тем временем мама-зайчиха металась по лесу, отчаянно звала своего сыночка Серенького. Она спрашивала всех встречных, но никто его не видел. Собрав всю свою храбрость, зайчиха решилась на отчаянный шаг — отправилась прямо к логову Волка. Подойдя к самому входу, она тоненьким, дрожащим голосом крикнула:

— Выходи, волчище! Признавайся, не ты ли моего сыночка съел? Нет мне жизни без него, так ешь и меня!

Волк, который днем всегда спал, недовольно вылез наружу, протирая глаза:

— Чего раскричалась? Спать мешаешь! Не ем я мелких зайцев. Уходи подобру-поздорову, пока я добрый.