Kitabı oxu: «Гнев Чернобогини»

Глава

«ребенок, которого не обнимала деревня, сожжет ее дотла, чтобы почувствовать тепло»

Каждое слово сказки лилось красивым сказом от бабушки. Она с жадностью вслушивалась в ее рассказ, рассматривая красочные и жестокие картинки в голове. В такое позднее время всем детям деревни полагалось спать, но только у одной внимательной слушательницы сна не было ни в одном глазу. Воображение разыгралось, а своей монотонной интонацией бабушка только подогревала интерес к необычной сказке на ночь.

— Спать пора, засиделись, — она встала и схватилась за спину стула.

— Нет! Расскажи еще. Расскажи-расскажи, что с хранительницей стало? Как равновесие нарушила? Почему тьму получила?

— Больно-больно кричать. Ночь уж давно на дворе. Время духов, а не наше с тобой. Нам спать полагается. В камине вся правда сокрыта, там продолжение увидеть сможешь. Коль захочешь.

Половицы заскрипели от шаркающих тяжелых шагов, которые удалялись всё дальше и дальше. Не хотелось спать и отпускать бабушку просто так. Разочарованно вздохнув, она взбила перьевую подушку и устроилась поудобнее на кровати, в попытках рассмотреть продолжение легенды в огне. Языки пламени переливались, сменяя друг друга, чем напоминали гармоничный, но опасный танец. И вот уже веки тяжелели, навевая сон, но девочка в упор старалась рассмотреть то самое нечто, которое бабушка отказалась дорассказывать. В камине, среди потрескивающих дров, перед ней развернулась картина: девушка с тонким и прямым станом всё ходила и ходила меж елей и сосен. По левую и по правую руки от нее простирался лес, пока тьма не поглотила ее силуэт окончательно.

Бабушка рассказывала всё больше легенд и о Хранительнице Тьмы, и о духах леса, а когда дошла до Яви и Нави, внучка стала слушать все легенды с открытым ртом. Она всегда заходила к ней в комнату перед сном и рассказывала то, что сама слышала еще от своей бабушки. Девочка верила в эти легенды, и относилась к ним не как к сказкам, а как к реальности и сокровенным сказаниям. В один из вечеров, она сильно сжала в руках подушку, а от нетерпения стала покачиваться вперед и назад, погружаясь в рассказ. Бабушка сидела напротив на своем деревянном резном стуле и продолжала заговорчески шептать продолжение легенд. Ее мелодичный, тихий и низкий голос обволакивал не только внучку, но и саму комнату. Полный месяц светил в окно, а холодные лучи падали на изголовье кровати. Стены в комнате были сделаны из бревен, которые ограждали от любых злых духов блуждающих во вне.

— Навь — мир загробный, темный и холодный, но не злой. Как в нашем мире существует добро и зло, так и в том. Лес — это наша главная сила и граница между мирами. Мы с тобой в Яви, потому что живые, а вот, когда я умру, то стану духом и попаду в Навь — к предкам и прародителям.

— А живым туда можно?

— Можно, но с дарами. Ты же в гости не ходишь как к себе домой, — улыбка создала морщинки у глаз, — Вот и тут будь готова. Мертвым дары нужны от мира живых, чтобы чувствовали, что они не одиноки.

— Мы сходим к ним? — воодушевилась внучка.

— Не-ет, нечего туда просто так ходить. Пока маленькая — нельзя. Вот подрастешь и пойдем. Всему свое время, не тревожь мертвых раньше времени. Лучше спать ложись.

— Лягу честно-честно. Только расскажи что в Нави есть? Такого особенного.

— Особенного? — бабушка потерла подбородок, — Озеро Забвения. Никто не знает как оно выглядит, но это деление миров. Кто сможет пройти по воде и не потонуть, тот сможет между мирами ходить.

Бабушка встала и потянулась рукой к дровам, но у нее защемило спину, от чего она охая села обратно. Девочка спрыгнула с высокой перины на пол и босыми ножками протопала до камина. Взяв в руки подсохшее дерево, она поднесла его к огню. В местах, где ее маленькие пальчики прикасались к белоснежной древесине, появилась обугленность и гниль. Взвизгнув от удивления, девочка попятилась назад и в ужасе посмотрела на свои руки.

— Бабушка, у меня... что-то не так.

— Что такое, вороненок?

Медленно привстав и боясь сделать резкое движение, она подошла и встала за спину внучки. Бабушка задумчиво промычала и взяла ее за руку. Сев перед ней на корточки, она принялась всматриваться в черные карие глаза, в которых плясал оранжево-красный огонь из камина. Девочка не понимала, что всё это значит, а спросить побоялась.

— Всё хорошо. Ложись спать. Утро вечера мудренее.

На утро девочка вышла на улицу. Деревня только-только просыпалась, а бабушка уже послала принести воды из колодца. Деревянное ведерко болталось из стороны в сторону, пока она осторожно ступала по дороге. Вчерашний случай напугал ее, от чего девочка изредка поглядывала на свои ладони, как на неподконтрольную ей силу и опасность. По пути она приветствовала всех кур, желала доброго утра просыпающимся петухам, лающим собакам и кошкам на заборах.

Из окна на нее смотрел соседский мальчик ее возраста. Каждое утро он махал ей рукой, привлекая ее внимание. Она еле заметно улыбнулась и махнула в ответ, засеменив к колодцу.