Kitabı oxu: «Город Потерянных»

Глава Первая

«Новый Старт»

Середина октября. Деревья потеряли свой изумрудный окрас. Всюду бушуют, словно языки пламени, подхваченные ветром листья. Они тянутся к земле, кружась совсем рядом, казалось, секунда и остановятся, наконец-то закончат свой путь, но каждый раз вновь взлетают ввысь.

Среди всего разнообразия цветов в картинку осеннего дня никак не вписывалась лишь одинокая белая макушка. Её обладательница шла по тротуару, постоянно поглядывая на адреса строений.

Она шла в место, о котором не знала ничего, кроме названия, как и не знала ничего о самом городе. Ей не удалось ещё побывать на множестве улиц, посетить достопримечательности и парки, район её съёмной квартиры был ей ещё практически не знаком. В это раннее утро девушка покинула тусклые, серые стены своей временной квартиры, чтобы оказаться там. Кругом множество людей, спешащих куда-то по своим делам. Однако, кажется, словно все оглядываются на неё, признавая присутствие чужака. Изучающие взгляды прилетают то с одной стороны, то с другой. Её разглядывают как нового зверька в зоопарке, цепляются за золото глаз и шепчутся друг с другом, явно найдя в ней прекрасную персону для обсуждения. Они наверняка обращают внимание не только на стройное тело, привлекательную внешность, но и на стоическое выражение, застывшее на девичьем лице, а также чёрного цвета одежду, будто обсуждаемая ими особа была в трауре по прошедшим денькам, и ей одной сегодняшнее утро не казалось таким уж ясным.

Постоянный шёпот раздражал. Девушка просто не могла полностью сконцентрироваться на дороге, когда взгляды въедались под кожу, как иглы, в сопровождении невольных мурашек. Но стоит ей оглянуться на них, как все подобные чувства исчезают, словно это всё лишь её воображение и запредельное самомнение. Однако девушка знает лучше, они действительно смотрели, в этом она уверена.

Кто-то из прохожих собирался в группки, кто-то предпочитал свою собственную компанию. Отчего-то громкий шёпот слетал с чужих губ, находя сто и одну тему для утренней дискуссии. Все чем-то взволнованы, обеспокоены, огорчены, вероятно ранним подъёмом, но, чёрт возьми, почему-то они выглядят так, будто всю жизнь ждали сегодняшнего утра, словно оно точно должно принести им счастья.

Через десять минут, что в раздумьях показались лишь парой мгновений, девушка вышла на финишную прямую с мыслями, что для праздничной атмосферы им не хватает лишь цветов, воздушных шариков и улиц, украшенных так ярко, чтобы соответствовать самим людям. Не так она себе представляла это место. Вдоль дороги растёт множество деревьев, которые прячут в своей тени особенно уставших от слишком яркого солнца людей. Но, как назло, то всё равно слепило девушке глаза, делая её день ещё более неудачным.

Незнакомка останавливается в шаге от заветной линии, в сотый раз только за это утро думая о глупости своего решения. Может быть, ей стоило отказаться, остаться дома или уехать куда подальше, проигнорировав предложенный выход. Придумать любую отмазку и сбежать, поджав хвост, попутно заверяя, что «всё хорошо» и «мне не нужна помощь». Однако она уже здесь. Если уйдёт сейчас - будет жалеть всю оставшуюся жизнь. По крайней мере ей так чувствовалось.

Сейчас и без того массивное строение, казалось, увеличивалось в размерах, заставляя девушку на его фоне выглядеть маленькой, беспомощной букашкой. Ограда, что раньше вызывала тихое восхищение, теперь была похожа на ту, которой окружают тюрьмы, только без колючей проволоки. Ворота же, открытые в это время суток, стали напоминать клешни капкана, готовые закрыться, стоит только раненому зверю купиться на приманку, любезно поставленную в наиболее презентабельном виде. Хотя, возможно, ей стоит прекратить себя накручивать и просто идти вперёд, ведь само по себе здание выглядит очень даже хорошо. Чистое, опрятное и новое на вид. Оно должно было простоять здесь не одно десятилетие, однако теперь красуется перед народом, призывая подойти поближе и попасться. Строение тщательно выкрашено в градиент из жёлтого, оранжевого и красного, а сверху изрисован белыми узорами. И кто бы что ни говорил, оно прекрасно вписывается в атмосферу осени, а зимой наверняка выглядит чудесно.

Взгляд золотых глаз слегка панически метнулся на название, просто чтобы удостовериться, что её ноги привели куда надо. Надпись гласила «Университет Видалия». Девушка приехала в чёртову Джорджию, хотя изначально рассчитывала покинуть Штаты и найти место поспокойнее и поменьше, чтобы теперь стоять здесь перед университетом и волноваться, как первоклассница.

Всего шаг и назад пути уже не будет. Готова ли она принять протянутую руку и выложиться на полную, работать, не покладая рук? И она делает этот шаг.

Двор как двор, ничего необычного, по крайней мере она ничего не заметила. Идти вместе с толпой ко входу в здание было весьма волнительно. Она не уверена с кем будет учиться, но всё равно разглядывала всех прохожих.

Компания девчонок обсуждает каких-то «TwyLand». На перебой кричат, пытаясь убедить кого-то в том, что какой-то там Блэйд красавчик и вообще лучший парень. Этот разговор ей быстро наскучил. Она не знает о ком идёт речь. Однако сами девушки оказались ненамного интереснее. Походка от бедра, высоко поднятый подбородок, аккуратные ногти, крашеные волосы, дорогие, удобные сумки. Типичные девочки. У одной, казалось, самой скромно одетой девочки, была серебряная серьга, в которой буквы «TL», окружённые обручем, сияли красно-фиолетовыми камнями. Истинно дорогая вещь, которую не так легко достать. Сплетни сближают миры.

Парни, идущие справа, рассказывали о том, как недавно съездили в Колумбию. Это чудесное место, куда хотелось бы приехать снова. Но ребятам явно больше понравились бары, чем сам район, где они остановились. Кажется, один из них - начинающий гитарист, если судить по пальцам, тонущим в пластырях. Другой слишком громко и надменно смеётся, физическими характеристиками не наделён, но и не обделён, середнячок. Третий говорит тихо, с паузами, с расстановками. Глаза в пол, одна рука в кармане, а другая поправляет очки в тёмно-зелёной оправе, что занимали, казалось, пол лица, однако уши чуть ли не полностью проколоты, а ещё, если приглядеться, то можно увидеть на едва выглядывающей ключице чёрные и бордовые чернила, то же самое и с правым предплечьем, вероятно татуировка. Да и костяшки пальцев выглядят не лучше, чем его потрёпанные кроссовки.

Скучная серая масса - остальные учащиеся. Однако наученная опытом девушка всё равно их оглядывает пусть и мельком. Ничего интересного больше не нашлось.

Ступеньки у входа в здание были не высокими, что радовало большую часть студентов. Двери, как и весь университет, выглядят ухожено, стёкла не запачканы отпечатками чужих рук. Как девушка и предполагала внутри здание немного отличается: кто-то уже успел наследить, перевернуть парочку стульев, опрокинуть несколько железных ограждений, где-то на белой стене оставить чёрный след от ботинка.

Проход в университет сторожит охранник, смотрит за непутёвыми детьми, из раза в раз выслушивая слёзные истории и оправдания о потерянном пропуске. Его лицо было без эмоциональным, он и глазом не повёл, когда за шиворот оттащил зайца-студента от добропорядочного.

Пусть и на пару мгновений, но девушка остановилась, глубоко вдохнула и на выдохе добралась до мужчины. Тот в свою очередь слегка заинтересованно окинул её взглядом, из-за чего по коже пробежались мурашки. Может прийти сюда было действительно плохим решением.

— Новенькая, да? – спокойно уточнил охранник, ещё раз осмотрев её лицо.

— Нет, – девичий голос звучал хрипло и тихо. Лишь сейчас к ней пришло осознание, что она не дышала под изучающим взглядом. — То есть, да, – сразу же поправила себя девушка, заслужив неодобрительный взгляд. — Но мне нужно встретиться с дядей, тренером Фениксов.

— А, так вот про кого говорил старина, – кивнул сам себе мужчина, признав её слова правдой. — Но тебе всё равно придётся заполнить эти бумаги, таковы правила, — Проговорил, судя по бейджу, «Дейв», качнув головой в сторону своего места, будки охранника.

— На самом краю стола, с левой стороны от тебя, там же ручка. Читаешь, заполняешь, отдаёшь мне и проходишь, – монотонным, слегка уставшим голосом говорит мужчина, так словно на автомате, будто повторяет это уже в миллионный раз. — Эй, куда полез?! – прикрикнул очередному хулигану охранник, напоминая о том, что он всё-таки человек.

Разобраться с пропуском было не так сложно, девушка замешкалась лишь тогда, когда писала своё имя. Она ещё раз перечитала своё объяснение, после чего вернула ручку обратно и направилась к турникетам.

— Вот, я закончила. – стоило ей протянуть листок бумаги, как его сразу же забрали, вчитываясь в слова.

— Всё, можешь проходить, – с этими словами охранник отодвинул железную ограду, позволяя девушке окончательно погрузиться в жизнь внутри университета. — Тебе прямо и налево, идёшь вперёд по переходу между зданиями, поднимаешься на второй этаж, а затем немного проходишь вперёд, тебе нужно правое крыло, туда и поворачиваешь. – последовательно, с паузами и жестикуляциями Дейв пытал объяснить путь. — Если я правильно помню, то тебе нужна седьмая дверь слева, кабинет «743».

На это девушка кивнула, прокручивая дорогу в голове: много поворотов, подъём по лестнице. Разве кабинет тренера должен быть на втором этаже? По мнению девушки, это - странное решение.

— Передавай дяде привет. Смотри не заблудись, Грейс. – крикнул мужчина вдогонку удаляющейся девичьей спине.

В длинном коридоре уже скопилось огромное количество студентов, хотя пары должны начаться только через полчаса. Это должно быть удивительное явление, ведь никто обычно не хочет сидеть в универе больше необходимого времени. Может быть сегодня здесь проходит какой-то праздник. Однако эта мысль сразу была отброшена девушкой. Тренер сказал бы ей об этом.

Шум и гам. Со всех сторон сыплются громкие вопросы, возгласы или просто разговоры. Все кажутся счастливыми. И девушка начала задаваться вопросом: таковы ли все Фениксы? Навряд ли, конечно, но почему-то в это хотелось верить. Верить в то, что люди здесь не куклы и пустышки, умеющие улыбаться лишь на камеру. С этими надеждами Грейс свернула налево, не доходя до столовой, чьё открытие ещё не было объявлено, но уже вызывало у людей ажиотаж.

Стоило подойти к переходу между зданиями - учеников становилось всё меньше и меньше, пока Грейс не осталась единственной живой душой в этом месте. Со всех сторон девушку согревал яркий свет. Солнце касалось каждого уголка в этом помещении. Окна практически достигали пола, оставляя место лишь для низкого подоконника, выступающего в качестве маленьких диванов, куда скидывали подушки для удобства студентов.

Снаружи всё в мягких и тёплых цветах. Внутри же все цвета слились в один, породив выжигающий глаза белый. Теперь оставшись наедине с этими стенами, девушка чувствует себя не на своем месте, лишним элементом, которого здесь быть не должно было. Чёрное пятно, если не брать в расчёт крашеные волосы, на белом холсте, куда должны были попасть лишь яркие цвета.

Слишком светло, слишком легко, но невероятно пусто. Нет ощущения, будто тебя полностью окутывает серость либо чернота, поглощая, напоминая о твоём месте, нет никого рядом, кто мог бы ткнуть пальцев в твою ошибку, а затем громко рассмеяться, обсуждая то, как сильно ты здесь выделяешься. Это странно, непривычно, не вписывается в повседневность, которая была уже заучена.

«Они другие. Эти люди всегда были, есть и будут отличные от твоих ожиданий.» – ей вспоминаются слова и лёгкий смех тренера, когда он говорил: «Они умеют удивлять».

И Грейс поверила, всюду видя подтверждение этим словам. Понимающий и мягкий, несмотря на то что держит лицо кирпичом, добродушный охранник, говорящий со студентами так, будто они его непутёвые внуки, – удивительно. Яркая рыже-красная толпа, болтающая обо всём на свете, кроме предстоящих пар, смеющаяся, казалось, всем и каждому, – тоже удивительно.

Погружённая в свои мысли Грейс даже не заметила, как поднялась по лестнице и блуждала уже по второму этажу, пока перед ней не оказалась стена. На этом этаже оказывается просторно и также светло, как и в остальных его частях. Огромные окна, свет от которых всё так же заполняет пространство, придавали помещению некоторый уют и запах свободы. Оранжевые диваны, небольшой столик и огромный зеленый цветок в красном горшке встретили Грейс у той самой развилки.

Оглянувшись по сторонам, девушка помедлила. Правое крыло, логично, должно быть справа, поэтому она повернула туда. Прислушиваясь к эху, которое создавали её шаги, она сделала ещё один, затем другой.

Продолжая свой путь по зданию, Грейс думает о том, насколько белые стены оказались ослепляющими. Они должны были успокаивать, но теперь от их воздействия зарождается волнение где-то глубоко внутри. Хотя, возможно, это из-за подсчёта дверей с левой стороны коридора. Пятая, шестая и наконец седьмая. Заветный кабинет «743».

Короткий вздох - девушка встаёт прямо перед нужной дверью. Ещё один и заносится рука. Три коротких стука, сопровождаются лёгкой болью в костяшках.

Немного погодя, девушка кладёт руку на холодную ручку и отсчитывает в голове десять секунд. Правило десяти секунд гласит: досчитал - входи; ответили раньше - заходи; дверь запрета - иди прочь.

Небольшое усилие - дверь поддается. Значит, её действительно ждут.

Девушка всё ещё стоит на пороге, придерживая дверь рукой. Не проходит и минуты, как тренер поднимает тяжёлый взгляд на возможного игрока, отрываясь от разговора с кем-то. Он смотрит прямо, не отводит глаз, впиваясь в чужие, и от такого внимания хочется спрятаться, запереться в своей комнате, залезть под одеяло с головой и больше никогда не пересекаться с этим человеком, убежав на другой континент. Она и в первую их встречу отметила его грозный вид: широкие плечи, высокий рост, острый взгляд.

Однако Грейс напоминает себе, что пришла сюда не для того, чтобы прятаться, и уверенно смотрит в ответ. Пытаясь таким образом выразить твёрдость своего решения. Тишину никто в комнате нарушать будто и не собирался. Они просто смотрели друг на друга, пока мужчина не изогнул бровь в немом вопросе.

— Думаю мы оба знаем, зачем я здесь, – произносит девушка первой, на секунду прикрывая глаза. Ей не нравилось быть той, кто нарушает мир и спокойствие, но из раза в раз она остаётся крайней.

Тренер молчал, по всей видимости пытаясь прожечь в девушке дырку своими тёмно-карими как кофейные зёрна глазами. Однако эта игра в гляделки продолжалась не долго.

— Ты всё-таки решилась. – должно быть спросил тренер, откидываясь в кресле. Правда это прозвучало больше, как утверждение.

— Будь ответ отрицательным, – начала Грейс, оглядев полный бумаг стол, а затем вновь посмотрела на тренера. — Я бы здесь не стояла, Майкл Джеймс Уокер.

За считанные секунды чужой взгляд изменился: стал куда мягче. Он больше не жжёт чужую кожу. Чёрный кофе словно превратился в молочный шоколад, а на губах появилась улыбка. Он кивнул куда-то в сторону, пересекаясь с третьим человеком в комнате. Рыжеволосая девушка с малахитовыми глазами поставила стул перед рабочим столом тренера и подарила Грейс очаровательную улыбку, махнув рукой, призывала сесть.

У неё на красном пиджаке был бейдж, но солнечный свет не давал разглядеть и буквы. Безымянная отвернулась к кофе машине, когда Грейс оказалась за столом, напевая одной ей известную мелодию. По ещё раз смягчившемуся взгляду тренера можно было сказать, что это вполне нормальное явление.

— Ты ведь пьёшь кофе? – спросил бархатный голос, пока его владелец искал что-то в ящике.

Девушка кивнула, а в голове у неё крутилась одна единственная мысль: "Второй этаж — это не так уж и высоко. Если спрыгну, вероятнее всего выживу и смогу убежать." Окно было единственным выходом, который навряд ли станут преграждать.

— Эй, как к тебе стоит обращаться? – задал следующий вопрос тренер. — Я имею в виду...– не закончив мысль, мужчина был прерван незамедлительным ответом.

— Грейс.

— Что ж, Грейс, думаю мне не нужно напоминать тебе, – Уокер отодвинул стопки на столе и положил перед девушкой несколько листов бумаги. — Это твоё решение. И пока это так, беспокоится не о чём.

Грейс знала. Она знала и о убеждённости Майкла в том, что у любого есть возможность писать свою судьбу самостоятельно, что у всех есть крылья, которые ждут возможности помочь своим хозяевам взлететь; что все способны начать жить заново, даже потеряв все ориентиры.

Майкл Джеймс Уокер. Грейс редко с ним пересекалась, на самом деле только после матчей, когда её команда уже расходилась, а трибуны пустели. Они разговаривали лишь два раза, не считая тот день, когда он обратился к девушке с предложением. Однако она знает, что он всегда стоял горой за свою команду и выступал в их защиту до последнего. Он был их опорой, готовой выстоять всё, если это поможет его игрокам стоять с высоко поднятой головой. Спорт для этого человека значил много, но он также понимал, что у всех свои судьбы, и игра не должна становиться единственным смыслом. Когда он ушёл в отставку, после распада команды, никто не верил, что он вернётся. Ведь в тот-то день, его жизнь разрушилась и остановилась. Однако несколько месяцев назад он был объявлен тренером «Фениксов», возможно, именно это и заставило Грейс задуматься над его словами.

«Ты всегда можешь вернуться, ведь Фениксы восстают из пепла»

Майкл был хорошим тренером, знающим свое дело, об этом говорили на каждом углу. Однако из всех команд с одарёнными игроками, которые с радостью бы встали под его командование, он выбрал «Фениксов», что переживали полнейший крах, с обрезанными крыльями готовились к концу своего времени. Он пришёл к тем, кто уже потерял своё место на доске лидеров, несколько талантливых игроков и всякую мотивацию, к тем, кого прозвали отбросами среди остальных команд. Эта новость поставила всех на уши, ведь такого выбора не ожидал никто, даже Грейс не понимала его, хотя сейчас сидит перед ним и подписывает бумаги на вступление в ту самую команду.

С ним на самом деле было приятно поговорить. Словно вдохнуть глоток свежего воздуха, после нескольких лет взаперти. Его взгляд на жизнь был странным, нет, необычным. Возможно, именно поэтому здесь Уокер и обосновался. Без статьи про Фениксов, казалось, не могла выйти ни одна газета или статья. Они всегда попадали в неприятности, из-за чего некоторые имена ей уже известны.

Из раздумий девушку вырвал звук, который издала кружка, коснувшись стола. Терпкий запах кофе ударил в нос. Вдруг зазвонил телефон. Тренер запереживал, спешно вытаскивая гаджет из кармана. Посмотрев на дисплей, мужчина тут же ответил на вызов.

— Что такое, Джесс? – спросил Майкл, кинув взгляд на безымянную в немом вопросе, та лишь пожала плечами. Похоже между ними есть какое-то невероятное понимание, ведь девушка даже не посмотрела на Уокера, но была уверена, что вопрос был ей задан. Через пару мгновений она отстранилась от машинки, направившись к столу.

— И Вам, тренер, – поставив кружку и для Майкла, безымянная начала разбирать залежи бумаг, скопившихся на столе, те самые, которые были откинуты мужчиной при звонке. Кофе, что был так любезно налит девушкой, издаёт какой-то другой, отличный от того, который был предоставлен для Грейс, аромат. Вместе с паром комнату наполнил запах карамели или чего-то похожего, но никого, кроме новоприбывшей, это не волновало.

Девичий, казалось, красный цвет волос отливал рыжим оттенком, стоило солнцу коснуться этих кудряшек. На её губах оставалась лёгкая и мягкая улыбка. Она по-прежнему напевала какую-то по ощущениям приятную мелодию себе под нос, пока её бледные пальцы перебирали лист за листом так, словно уже давно привыкли к этому. Вероятно, она помощник тренера. Иначе ей не было бы смысла носить бейдж, даже если сегодня здесь проходило какое-то мероприятие.

— Я понял, сейчас буду, попридержи их. – кинул в трубку тренер, отвлекая внимание Грейс, прежде чем завершить вызов. Мужчина какое-то непродолжительное время смотрел в окно, а затем потёр переносицу. — Боже, за что мне это!? Тебя нельзя забирать с поля, пока там Тёрнеры.

Уокер тяжело вздохнул, глянув на девушку, на лице которой не было ни капли сожаления, только понимание и непонятно откуда взявшаяся радость, а затем на Грейс, что сидела всё там же, предпочитая лишний раз не двигаться и быть как можно тише. Будто что-то вспомнив, тренер попросил безымянную подойти к нему поближе, после чего, махнув в её сторону, вновь посмотрел на новенькую.

— Это Март Фостер. – усмехнувшись проговорил Майкл, словно дочь свою представлял. — Она наш третий номер и в этот раз ответственная за тебя и ещё одного игрока.

Чужие теперь изумрудные под лучами безжалостного солнца глаза встретились с золотом напротив. В них сияла жизнь во всей её красе. Зелёный цвет, всегда означающий безопасность, отчаянно сражался за первенство с красновато-рыжими прядями, что так и норовили перекрыть обзор при любом движении. А в её отчего-то ослепительно яркую, но, казалось, искреннюю улыбку хотелось верить.

— Рада знакомству, Грейс.

Чужой мягкий голос звучал, как колыбельная, успокаивающе. То, как просто и нежно подобные слова слетали с её губ, казалось до боли правильным. Словно всю жизнь она должна была быть здесь, рядом с Майклом и Март. Было ощущение, что она «дома».

Наконец-то, словно к нему пришло озарение, солнце заставило свои лучи отстать от милой девушки. Оно позволило взглянуть на бейдж, где аккуратными витиеватыми буквами было выведено теперь уже знакомое имя.

«Март»

Весна посреди осени. Такая же другая, как и Грейс. Только её здесь почему-то принимали за свою.

Глава Вторая

«Первичная социализация»

Стоило на миг выпасть из реальности, изучая нового знакомого, как тренер резко вскакивает и, похлопав Март по плечу, покидает кабинет, скрывая свою громадную спину за дверью.

— Грейс, если тебе будет что-то не понятно или ты не будешь уверена в том, что пишешь - просто спроси меня, – её голос прозвучал снисходительно, будто она говорила с ребёнком, едва понимающий этот мир. Хотя это не так далеко от правды, как хотелось бы. Эту часть мира девушка ещё не изучила.

Просто кивнув на её предложение, Грейс начала заполнять документы, предусмотрительно пропуская некоторые строки. Помощь Март ей не была нужна, ведь она уже знает, что делать. У девушки не такой аккуратный и красивый почерк, как на бейдже Фостер, но она считает, что этого достаточно.

Когда с бумагами - частично - было покончено, новичок отложила ручку и откинулась на спинку кресла. Её взгляд зацепился за ещё два бейджа, бесцеремонно кинутые на стол. Они были оформлены уже по-другому. В одном с надписью «Майкл Уокер» Грейс признала почерк тренера, второй же, «Кристиан Мёрфи», ничем особенным не отличался, он был абсолютно обычным. Но здесь было три бейджа, их бейджа. У остальных людей в этом здании, она уверена, их не было. Это могло значить лишь то, что тренер, Март и этот Кристиан где-то участвовали.

— Вы организаторы какого-то мероприятия? – спросила Грейс, проиграв в войне с любопытством. Она снова посмотрела на Март, которая уже успела заварить себе чай.

Фостер пребывала в растерянности из-за вопроса, что немного напрягло задавшую его девушку.

— Что-то вроде того, – её голос звучал немного неуверенно. — Как ты наверняка уже знаешь, от команды хотя-бы раз в месяц обязательно требуется участие в штатских мероприятиях.

— Да, знаю, – просто кивнула Грейс, подтверждая свою осведомлённость. — Но с прошлого раза ещё не прошёл месяц, чуть больше недели. – подметила девушка, вспомнив, что их с тренером прошлая встреча состоялась не так давно.

— Ага, – промычала Март, что-то написав на одном из отложенных в сторону листов бумаги. — Просто на нас пала участь появляться на них три раза в месяц, – проговорила она, когда взяла в руки следующий лист. Девушка остановились ненадолго, ровно настолько, сколько ей было необходимо для обработки информации, а затем продолжила, как ни в чём не бывало, раскидывать документы по стопкам, изредка поднимая взгляд на собеседника. — Мы обычно сразу выбираем день и мероприятие. Однако в этот раз были некоторые трудности, поэтому пришлось приехать туда под самое открытие и освободиться к началу пар, – Март говорила осторожно, сделав едва заметную паузу, когда говорила «некоторые трудности». Не в её интересах новеньких запугивать или нагружать ненужной информацией.

— А где и когда вы бываете? – Грейс была заинтересована этой темой, ей нужно было знать об этом всё. По крайней мере именно так прозвучал вопрос.

— Дело случая, Грейс, дело случая, – покачала головой девушка и, тяжело вздохнув, принялась что-то чиркать на листке в одной ей известном порядке. — На этот месяц мы закрыли два из трёх, но насчёт последнего ещё не решились.

— А какие варианты? – сразу же попыталась разузнать новенькая, с лёгким интересом поглядывая на стопки. Ведь почему-то тренер доверил документы студенту.

— Ну. Ещё рано, Грейс, – уже было начала разъяснения Март, но быстро среагировала и помотала головой. Взгляд, которым она подарила собеседницу так и говорил: " Я не одобряю подобные действия". — Тебе пока рановато об этом думать. Тренер тебе всё объяснит, когда пройдёт «испытательный срок», – закатив глаза и жестом изобразив кавычки, девушка закончила.

— За месяц ездит одна пара? – всё же решилась уточнить Грейс, пока рыжеволосое чудо не перестало быть таким добрым и разговорчивым. Кто знает, как сложатся их отношения в будущем.

— Одна пара? – прервав свою работу, переспросила девушка. Она в очередной раз за последние двадцать минут смотрит на Грейс с лёгкой растерянностью. Словно та повторно ошиблась с адресом своей квартиры и попросила ещё экземпляр. — Нет. Не всегда, но бывает. – Настало время Март переходить в наступление. Она слегка склонила голову в совиной манере. — Почему так много вопросов, Грейс?

— Я была на подобных мероприятиях только раз, – честно призналась девушка, глядя будущей сокоманднице в глаза. Она понимала, что что-то не так, её не покидало это чувство, однако точная причине не была ей известна.

Подобное заявления не на шутку удивило Март. Судя по шоку, что так чётко отразился на чужом лице. Широко раскрытые глаза, поднятые брови и рот, что то открывался, то закрывался на манер рыбки, пропавшей на сушу – было прямым тому доказательством. Девушка забыла обо всех документах, которые откладывала, чтобы потом передать тренеру, и сосредоточила всё своё внимание на Грейс, что явно так же ожидала ответов.

— Как так? – сказала Март, несмотря на множество ожиданий, её эмоции оказались неожиданностью. Девичье лицо исказилось в неком подобии жалости. Что тут же вызвало реакцию собеседницы. Грейс была готова рычать и огрызаться, но мгновенно была прервана и успокоена. — Ты же там больше полугода - должна была как минимум два раз поучаствовать, – девушка начала что-то высчитывать, пока злость не заняла лидирующую позицию. Она была в ярости, когда перевела на собеседницу взгляд, поднимая в воздух руку, показывая всю пятерню, как бы говоря, что именно столько девушка должна была бы поучаствовать, если бы на неё не забили.

Грейс лишь пожала плечами, явно намекая, что и сама без понятия, почему так вышло. Разговоры о распределении на что-либо были весьма редкими. Златоглазую девушку, вероятно, считали опасным для работы с прессой человеком, потому и оставили сидеть в сторонке, нарушая правила. По крайней мере, это единственное объяснение, которое она может найти, и в то же время, сомневается в нём не меньше. Грейс взяли на мероприятие только через три месяца после присоединения к команде, хотя принято натаскивать новеньких пораньше.

— Что ж, – протянула девушка, пройдясь ладонью о ладонь. Она взяла маленький настольный календарь, о чём-то думая. — Тогда надо будет попросить Джесс освободить тебе место рядом с ней для поездки, – в её руке, как по волшебству, появилась красная ручка. Она что-то чёркала, пока не оказалась удовлетворена результатом. Календарь был поставлен на своё законное место. — Если уж начинать, то только под присмотром капитана.

— Так Джессика всё-таки капитан, – констатировала факт Грейс, не отрывая взгляда от модифицированной вещицы.

— Она тебе не сказала? – немного неуверенно проговорила Март, её выражение лица застыло в удивление, словно та, о ком они говорят, никогда бы так себя не вела.

— Она сказала, что её зовут Джессика Кэмпбелл, – вспомнила девушка. Март же смотрела, ожидая продолжения. — На этом всё.

А ведь и правда. В тот день Кэмпбелл не произнесла ничего, кроме собственного имени. На той встрече говорил только тренер, пока девушка следила за временем, словно оставила кого-то ненадолго, а Грейс своим существованием усложняла ей жизнь. Она лишь трижды взглянула на незнакомку, всё остальное время её внимание было полностью посвящено своему тренеру. А если Март так удивляется поведению капитана, значит такое явление у них редкость. Складывается ощущение, будто Кэмпбелл была против присоединения Грейс в команду.

— Пошли, Грейс, - позвала Фостер, каким-то чудом оказавшись у двери. Когда она успела туда дойти, и почему они сейчас куда-то направляются? Тренер вышел, оставив новенькую на Март, может ли это значить, что девушку стоит слушать? Спорный вопрос. Но она всё ещё ждёт, пока Грейс решится.

И она идёт, поднимается со стула, выходит из-за стола и уже более уверенно сокращает между ними расстояние. На часах уже почти девять, хотя Грейс уверена, что, когда тренер покидал кабинет минутная стрелка часов еле достигала тридцати. Выйдя из кабинета, они направились дальше по коридору, в противоположную сторону от той, откуда пришла новенькая. Грейс с интересом наблюдала за тем, как числа становились всё меньше и меньше по мере их продвижения. Пусть здание и было большим, но в наличие на одной стороне более чем пятидесяти трёх кабинетов верилось с трудом. Взяв на заметку, что позже придётся спросить об устройстве этого учебного заведения, девушка взглянула вперёд. Там, на достаточно большом расстоянии, ей удалось разглядеть тренера.

Мужчина стоял перед парой деревянных дверей на другом конце коридора. Он держит в руках телефон и тяжко вздыхает, слегка дёрнув своими широкими плечами, словно готовится к выходу на гладиаторскую арену. Возможно, они прямо сейчас собираются зайти в клетку к голодным тиграм, которые разорвут их в клочья за лишний вздох. Фениксы мифические существа, поэтому говорить об их территориальности сложновато, но Грейс что-то подсказывает, что они и друг друга еле терпят.

— По именам? – вдруг поинтересовалась Фостер, даже не оглянувшись на девушку, стоило подойти к тренеру поближе. Суть вопроса была кристально чиста.

— Фамилиям, - резко ответила Грейс, не долго раздумывая. Другого варианта быть и не могло. Они часть её команды, да, но это не значит, что они друзья или хорошие знакомые. Эти ребята практически люди с улицы, которых она видит первый раз в жизни. Грейс достаточно слышала о «Фениксах», чтобы примерно понимать, какие люди здесь собрались.

— Близнецы – Тёрнеры, самый высокий игрок – Брукс, - без лишних вопросов начала объяснение Март. Девушка сделала упор на те детали, что выделяли их, нечто, что бросается в глаза при первом же взгляде. Возможно, так запомнить всех будет действительно проще. — У капитана фамилия Кэмпбелл, ребята с блондинистыми волосами и голубыми глазами – Освальд, девушка, и Гарсиа, парень, - она продолжила, загибая палец при упоминании каждой новой фамилии. Фостер не отрывалась от разглядывания неба, словно там была какая-то подсказка. При этом в оттенках голубого не было ни капли белого, облака будто испарились, олицетворяя чистый ум. А может быть они намекали на начало чего-то нового. — Меня ты знаешь, ну, а кто Крис, не сложно догадаться, - усмехнулась она, обернувшись к новенькой. Ей казалось было только в радость рассказать о собственной команде. Абсолютный энтузиазм, который Грейс не могла достойно оценить. Слабо вериться, что все Фениксы именно такие, особенно после сотен случаев, где они упоминались.

— Сначала заходим мы, потом ты, держись ближе к двери, - проговорил тренер, когда девушки оказались рядом. Он посмотрел на Грейс, а после подошёл к двери поближе. — И постарайся не поддаваться на провокации.

Это было последним, что посоветовал ей Майкл, прежде чем коснуться ручки одной из дверей и распахнуть её. Тренер сделал уверенный шаг внутрь, а Март не отставала, что заставило Грейс действовать быстрее, чем думать. В комнате стоял шум. Ребята перекрикивались с одного конца комнаты в другой, совершенно не думая о том, чтобы подойти к собеседнику поближе. Они даже не обратили внимания на пришедшего тренера. А может просто сделали вид, что не заметили, желая закончить свой спор. Они некоторое время что-то бурно обсуждали, но понять суть их разговора было той ещё задачей. Ни Майкл, ни Март не спешили их прерывать, поэтому Грейс просто предпочла проигнорировать их.

— Да ты нарываешься, - чуть ли не шипит блондин, резко оборачиваясь в сторону парня, сидящего на подоконнике, совсем позабыв о предыдущем обсуждении. Улыбка на его лице лишь стала шире, когда он поймал на себе испепеляющий взгляд. Для него это был будто детский лепет. От чужой ухмылки блондин, предположительно Гарсиа, чуть ли не подпрыгнул, порываясь встать с диванчика, где успел устроиться. На лбу вздулась вена, когда мальчишка с жёлто-зелёными глазами продолжил самодовольно улыбаться, наверняка зная, что агрессия парня, навредит только самому Гарсиа и больше никому. От попытки врезать блондина удерживала лишь рука его сокомандника, цепляющаяся за чёрную футболку.

— Хватит тявкать, как злобная собачонка, - со смешком выдал парень с русыми волосами, закинув ногу на ногу. Весь его вид словно говорил о том, что перед ним сейчас прыгал выше головы не товарищ по команде, а действительно какой-то буйный чихуахуа. Что ж, если бы взгляд мог убить, этого парня точно объявили бы в розыск, но на его собеседника это явно не действовало, что заставляло ещё сильнее раздражаться.

— Томас, успокой своего брата, пока они снова не начали драться, - прикрикнула голубоглазая девушка, оторвавшись от своих ногтей, когда заметила, что темноволосый парень, всё это время держащий блондина, начал сдавать позиции, прогибаясь под чужим рвением. Она определённо не хотела участвовать в этом представлении ещё раз. Но обратилась Освальд почему-то к третьему лицу.

— Захлопнись, Рейчел, - глухо отозвался парниша, вероятно Томас, сидящий на диване рядом с тем, на кого похож был до жути. Что волосы, что глаза, что черты лица – всё одно и то же, не будь они в разной одежде, можно было бы подумать, что в собственных глазах начало двоиться. Тёрнеры, и этим всё сказано. Он даже не оторвался от книги, которую держал в руках, но любезно скомандовал девушке не вмешиваться. На что получил злобный взгляд, но отделался простым фырканьем с её стороны. — Они сами разберутся. Лучше займись своими ноготками.

— А ты вообще молчи, ублюдок, - никак не унимался Гарсиа. Эти близнецы были для него как катализатор: одной фразы хватало, чтобы зарядиться негативной энергией. Блондин уже было начал рычать, вспоминая то, после чего долго пытался успокоиться, но выходило у него, мягко говоря, не очень. При этом вместо драки парень всё же предпочёл простую угрозу, которую наверняка не воспримут всерьёз. — Я тебе ещё припомню эти грёбанные пассы.

— Ставлю сотку, что на сегодняшней тренировке, наш Рик не сможет сделать ни одной хорошей подачи, - самоуверенно заявила девушка, перевязывая второй пучок своих волос тканевой резинкой. Её глаза цвета карамели выражали радость и предвкушение, словно она определённо собирается поучаствовать в осуществлении этого предположения. На шее красуется белый чокер, что резко контрастирует с кожей тёмного оттенка. Девушка была одета в футболку с весёлой рожицей, что автоматически цепляло и прибавляло ей баллов дружелюбия. Её имя вспомнить никак не получалось.

— Ставлю на то, что ему просто не дадут забить, - поддержал идею парень с чёрными, как смоль, глазами после того, как сумел усадить сокомандника обратно, достаточно сильно надавив на чужие не особо широкие плечи. Он выглядел так, словно разнимал этих двоих, когда они в прошлый раз начали драться.

— Вам пора бы завязывать со ставками, - наконец-то подала голос капитан, она выглядела так, будто всё происходящее здесь было обычным явлением, не достойным внимания. Хотя те двоя могли бы навредить друг другу. — Арче, прекрати выводить Рика, - обратилась она к парнише, из-за которого до сих пор подоконник оставался оккупирован. Он на это лишь закатил глаза, явно предпочитая игнорировать чужие приказы, однако больше в сторону блондина ничего не сказал. — Ну а тебе, Маверик, стоило бы уже прекратить вестись на очевидные провокации, - строго проговорила девушка, смерив члена команды неодобрительным взглядом, на что получила тихое шипение. С его стороны ещё некоторое время слышались возмущения, однако они быстро перекрывались очередным обсуждение на этот раз последнего «дружеского» матча, который им чудом удалось выиграть.

— Что ж, думаю вы уже вдоволь поговорили и теперь готовы меня слушать, - озвучил своё предположение тренер, пройдясь по ребятам взглядом под, казалось, бурные дебаты. Но не прошло и пары минут, как игроки затихли, вероятно, решив, что больше игнорировать мужчину и ещё двух девушек не получится. Майкл намёк понял, поэтому перешёл сразу к делу. — Как я объявлял ранее, в этом сезоне у нас будет пара новичков, – кто-то хотел было уже возразить, но тренер, словно читая их мысли, быстро прервал образовавшуюся паузу. — Я тоже устал повторять, что для игры в команде «обычно» должны быть хотя бы: два нападающих, два защитника, полузащитник и вратарь – то есть 6 человек, - устало произнёс Майкл. Кажется, эта тема поднималась более тысячи раз, но они всегда приходили к одному и тому же исходу. К ещё большим ссорам и возмущениям. — Я помню, что вас 8, НО для полноценной, безопасной игры с учётом замен должно быть как минимум 12 игроков, - строго заметил мужчина, мигом потушив все загорающиеся огоньки протеста. Ни для кого не было секретом, что тренер в этом вопросе абсолютно прав.

Особым вниманием Майкл наградил паренька, устроившегося на подоконнике, и того вечно агрессивного игрока. Гарсия взгляд отвёл, видимо, понимая в чём будет суть будущего замечания. Тёрнер же зрительный контакт не разрывал. Он прекрасно знал обо всём, что ему хотят высказать, но уже давно успел получить за это выговоры. Сразу обозначились самые проблемные игроки, однако набрасываться на них и что-то требовать тренер не спешил. Вместо этого он предпочёл продолжить обсуждение.

— А если вспомнить некоторых Фениксов, то у вас сейчас вообще замен нет, заработаете карточку на матче – вылетит вся команда, – любезно напоминает тренер, одаривая теперь всех и каждого тяжёлым взглядом. Они не раз были на этой грани, они уже ходили на лезвии ножа и еле придумали, как выйти из этой сложной ситуации. И всё это явно не для того, чтобы вылететь в ближайшем будущем. Пусть за ними и закреплено последнее место в таблице, но они там есть. Фениксы вгрызлись в свою позицию и не позволяют себя сместить.

— У нас ещё ни разу не было с этим проблем, тренер, - всё-таки возражает Брукс, аккуратно отодвигая от себя наконец-то успокоившегося блондина. Он начал осторожно зачёсывать пальцами волосы назад.

— У вас да, - охотно соглашается Майкл, вспомнив их линию защиты, что крепко держалась под напором более опытных и многочисленных команд. Грейс о Фениксах слышала не так много, если не считать очередные скандалы или происшествия, где эти ребята участвовали, но даже она знает, что эти крылатые существа яростно защищают свои ворота. — Но пожалейте хоть бедную Кристиан. Её вообще заменить, даже при огромном желании, некем, – слегка разочарованно потребовал тренер. Казалось, он был уже готов взвыть из-за несговорчивости собственных игроков в этом плане.

— Было некем, верно? – вдруг подала голос девушка, выглядя при этом чересчур заинтересованной. Хотя до этого была невероятно занята своими синими ногтями. На голове укладка, будто они не только недавно закончили тренировку, а с показа мод приехали. Остаётся вопрос, это она так в машине нашла чем себя занять или предпочла пропустить утреннее занятие, раз тренера на нём всё равно не было. Тогда становилось ясно, почему в её руках до сих пор была пилка, на большее времени просто не хватило.

Объявление о возможном появлении второго вратаря заставило всех посмотреть на тренера. Но уже через несколько секунд ребята сели немного кучнее, шёпотом переговариваясь на не таком большом, как хотелось бы, диванчике. Арчер, спрыгнув с подоконника, опустился рядом с братом. Они тоже были заняты предположениями о том, кем же будет тот новенький-вратарь. Рейчел, откуда-то зная игрока и его имя, уже во всю делилась информацией, выкидывая факт за фактом. Даже капитан, всё это время сидевшая отдельно, подключилась к обсуждению. Складывалось ощущение, что они вечность ждали одобрение нового вратаря для команды.

— Верно, но нашему новому вратарю нужно время, чтобы со всем разобраться и приехать сюда, - согласно кивнул Уокер, впервые за этот разговор, выглядя довольным их реакцией. Игроки, способные стоять на воротах, у них действительно в дефиците. — А пока, - быстро оборвав довольные перешёптывания, продолжил тренер, но пусть «фоновый шум» и стих, никто не придал дополнению должного значения. — Я бы сказал «прошу любить и жаловать», но знаю, что вы на это не способны, так что знакомьтесь, - обречённо вздохнув, Майкл махнул рукой в сторону новой девушки в их коллективе. Однако затем уже более уверенно представил её. — Грейс – наша новенькая, будет 13 номером.

Её персона вызвала несколько взглядов, большая часть которых не была намерена задерживаться. Доброжелательно на неё смотрели лишь девушка, чьё имя, как кажется Грейс, Фостер не упоминала, и Брукс, который одобрительно улыбался. Блондинам она почти сразу же перестала быть интересной, а капитан была просто спокойна, она не выражала ни радости, ни презрения или ненависти, что в принципе можно засчитать за хороший результат. Тёрнеры даже не посмотрели на неё, им было вполне комфортно на своём двухместном диванчике в тишине и игнорировании происходящего, видимо, уже вдоволь наговорившись. Тренер на подобную реакцию лишь покачал головой, вероятно, с самого начала ожидая именно такого.

— Будьте аккуратнее, если не хотите оказаться на скамейке запасных, - напоследок решил предупредить их Уокер, оставив остальное на их номер три. Мужчина наконец-то позволил себе опуститься на диван, что стоял прямо рядом с тем местом, где их трио стояло.

— Как подло, тренер, - слегка расстроенно пробубнила Март, будто видела Майкла и его планы насквозь. Но быстро вернула своему голосу яркости и звонкости, вероятно, вспомнив, что новенькая теперь её забота. — Грейс будет представлена в качестве нашего нового нападающего, - стоило ей закончить мысль, как Рейчел и Маверик, что до сих пор предпочитали игнорировать присутствие нового феникса в команде, мгновенно обернулись, уделив своё драгоценное внимание девушке. Гарсиа с явным недоверием оглядывал её, предполагая, что это была неудачная шутка, но подтверждать это никто не спешил. Освальд же смотрела с лёгким пренебрежением, то и дело поглядывая на Март, которая всё ещё стояла рядом с Грейс, в некоторой степени, отгораживая её от нападений. Из этих реакций девушка сделала вывод: Освальд и Гарсия – нападающие, грозно опекающие своё место в игре. Пока в сторону новенькой не было агрессии, но и на стадионе они с ней ещё не были. — При возможности, она, конечно, возьмёт на себя ещё одну позицию, а пока место нападающего будет за ней закреплено.

Закончив говорить, Фостер кивнула Джессике. Капитан сразу же поднялась со своего места и прошла к Грейс. Девичьи руки аккуратно легли на плечи новенькой, после чего направили на диван к тренеру. Там вполне хватало места для них троих, но девушка не спешила садиться. Сейчас на отдельный островок спокойствия усаживалась девушка, которую Брукс туда направил. Как выяснилось, по тихому бормотанию: «Крис, там свободно», это и есть Кристиан Мёрфи – единственный вратарь Фениксов. Пока ещё единственный. На попытку Брукса встать, тем самым освободив девушке место, Рейчел ответила рычанием. В конечном итоге, Освальд заняла один из подлокотников, подальше от Мёрфи, возможно, не желая конфликтовать, но иметь возможность слышать все возмущения. Брукс и Гарсиа, соответственно, остались на диване. Единственным, удивительным для Грейс, было то, что Блейз предложил своё место только Рейчел, хотя Март всё ещё была на ногах. Однако вопрос по этому поводу быстро исчез. Один из Тёрнеров подогнул к себе ноги, и новенькая бы решила, что таким образом он пытается дать ей понять, что здесь место занято. Однако тот факт, что оба брата пристально смотрели на девушку, а та незамедлительно направилась к ним, говорил о многом. Арчер поднялся с подогнутых ног и устроился на спинке дивана, тем самым освобождая место для Март. Кажется, никого это не заботило, даже саму Фостер. Она просто села рядом с близнецами, после чего Майкл кивнул сам себе.

— Главный вопрос на повестке дня: сдвиг расписания, - громко огласил тренер, когда посчитал, что все готовы его выслушать. В этот раз его тон был ровным и не терпящим возражений. Однако по глазам было видно, что новость игроков явно не обрадует. — Со следующей недели ваше расписание изменится. Мы с Джесс всё просмотрели и пришли к выводу, что утренние тренировки придётся начинать на час раньше, а вечерние на час позже.

На несколько мгновений в комнате повисла тишина. Но так же быстро, как образовалась, она исчезла за воплями и полными возмущений криками. Их всего семь человек, из которых взрывались от злости лишь четверо, а шуму как от полноценной команды. Разочарованные лица и начавшееся нытьё со стороны блондина было ответом на объявление. Через время они стали тише и снова перешёптывались между собой, а их главной темой стало будущее расписание.

— Ребята, - позвала Джессика громко и чётко, привлекая внимание всех к своим словам. Ну, почти всех. Тёрнеры и Рейчел, как были заняты своими делами, так и продолжают. По всей комнате проносились шелест, очередной перевёрнутой страницы, и настойчивое трение о шершавую поверхность. Попутно с этим девушка пододвинула пуфик к Бруксу и устроилась на нём, явно предпочитая оставаться поближе к собственной команде. — У некоторых из команды пары будут во время наших нынешних тренировок, из-за чего и было принято такое решение.

— Вау, какая забота поднять нас на час раньше, – в притворном изумлении проговорила Мёрфи, определённо пребывая в бешенстве из-за мысли о том, что эти двое обсудили всё это между собой, а теперь просто вываливают на остальных.

— Либо так, либо придётся устроить дополнительные тренировки, - спохватилась Кэмпбелл, прекрасно зная своих сокомандников и ненависть к «потере времени» на корте.

— То есть вместо того, чтобы попытаться облегчить нам жизнь, вы дружно захотели её испортить? – с наездом решил уточнить Гарсиа. Он сразу же кинул взгляд на лево, на другой диван, где располагалось трио, после чего уже с насмешкой поспешил напомнить тренеру и капитану, чем это может быть чревато. — Мы и так предпочитаем послать друг друга, а тут ещё дополнительные часы рассматриваются.

— Серьёзно, тренер, капитан, я впервые согласен с Мавериком, - с привычной улыбкой перехватил инициативу Тёрнер и, махнув ногой, заставил Март и Томаса, между которыми сидел, прекратить перешёптываться. — Ещё больше времени в его компании явно приведёт к тому, что большая часть команды застрелится, - закончив предложение смешком, Тёрнер встретился взглядом с блондином, определённо заметив кивки со стороны Брукса и Рейчел. Кристиан предпочла воздержаться от поддержки подобного предположения, но и неодобрения к Арче не выказывала.

— Кто бы говорил, - протянул Маверик, уже начиная скалиться на оппонента, будто не понимая, что тому лишь в радость его раздражать. — Кажется, в этом деле ты действительно занял бы первенство.

— Да, вы оба в этом хороши, - в непринуждённом тоне встряла в перепалку Освальд, вновь напоминая о себе.

— Рейчел, помолчи, будь умнее, - дала девушке «дружеский совет» Кристиан, предпочитая теперь листать что-то в телефоне, нежели разбираться в ситуации.

— Крис, не начинай, - сразу же пресёк нападки со стороны вратаря Брукс, стараясь закрыть эту тему поскорее. — Полагаю нам придётся смириться со сдвигом, - пожав плечами, предположил брюнет. Однако в его глазах горело сомнение, когда он оглядел товарищей по команде. — Но не все, в силу своей будущей специальности, готовы спать ещё меньше, - выразил свои опасения парень, стараясь говорить как можно аккуратнее, не желая в очередной раз кого-то задеть.

— За собой следи, Блейз, - мгновенно рявкнул Томас, прекрасно понимая, что речь идёт именно о нём и его ночных посиделках со всеми своими записями на их общей кухне.

— Именно, Блейз, сам-то всё успеваешь? – с наигранным беспокойством поинтересовался Арчер. Нападки в сторону Томаса парнишка не терпел, сразу же был готов глотку перегрызть. Тёрнеры уже достаточно взрослые парни, чтобы самим решать, что им можно делать, а что нельзя.

— И всё по новой, - тяжко вздохнул тренер, потирая переносицу. Такие спектакли в их заведении уже давно – обычное дело, но те довольно быстро заканчивались.

— Арче, Томас, - позвала Март, оглянувшись на близнецов. Девушка стукнула по тыльной стороне ладони одного из Тёрнеров, который уже доставал свою пачку сигарет из внутреннего кармана, а после обратилась к брюнету. — Мы-то как-нибудь разберёмся, спасибо за беспокойство.

— Да не за что, - заглянув в чужие зелёные глаза, ответил Брукс, уже не в первый раз спасённый этим рыжим чудом. Он мгновенно остыл, стараясь быть как можно собраннее. — И я думаю, что тоже справлюсь с новым расписанием.

— Я предложила, так что будет странно, если откажусь, - поддержала сокомандников Джессика, зачем-то подняв руку. Её примеру незамедлительно последовали Март, что отвечала за весь их диван, и Брукс, покосившись на оставшихся девушек, почему-то уже уверенный в согласии Маверика.

— Ну вот, большая часть команды согласна, - объявил Майкл, не желая больше говорить об этом. Будут пропускать тренировки – будут получать по шапке, это он может им гарантировать. — Но, если есть возражения – милости просим на дополнительные тренировки.

— У меня с этим всё в порядке, можете не ждать, - заметив на себе чужие взгляды, решила Освальд.

— Ну да, твой корпус же ближе всех к стадиону, - закатив глаз, измученно пробормотала Крис, прежде чем присоединилась к своей команде в этом вопросе. Она не хотела бы просыпаться раньше, а потом нестись сломя голову со стадиона в свой корпус, но ещё меньше она хотела мотаться и на дополнительные тренировки. — Я тоже согласна с новым расписанием.

— Конечно согласна, у тебя же с парами проблем нет, да, будущий тренер? – что-то похожее на змеиное шипение покинуло рот Рейчел. Жалобу вратаря она засчитала за наезд, который просто не могла уже проигнорировать. Эти двое не сводили с друг друга глаз, надеясь проделать в оппоненте дыру, либо найти отголоски совести, которая, возможно, взяла отпуск.

— Девочки, прекращайте, - потребовала Джессика. Её совершенно не привлекала перспектива оказаться со злой и вымученной Мёрфи в одной комнате, при этом слыша крики ненависти из-за соседней стены. Они всегда с этим как-то справлялись, но каждый раз проходить через подобное, не казалось здравой идеей. — Нам с вами потом в общаге тесниться.

— Вау, как вам, наверное, сложно уживаться под одной крышей, - выпрямился на своём месте Гарсиа, задев капитана локтем. Конечно же, за подобную выходку он тут же получил ответный удар посильнее. Никто в Фениксах не был готов дать себя в обиду. Однако парень просто шикнул и пододвинулся к спинке.

— Ты вообще мой сосед по комнате, так что молчи, - слабо возмутился брюнет, выслушивая нападки со стороны неугомонного блондина. Его рутина с самого начала была испорчена чужим присутствием в комнате их общежития. Доподлинно не известно действительно ли Гарсиа такой невыносимый сосед. Однако все в любом случае были готовы ему посочувствовать. — Я единственный, кому действительно стоило бы пожаловаться.

— Ну как сказать, - тихо не то возразил, не то просто высказал своё сомнение Томас. Он всё ещё предпочитал не отрывать взгляда от учебника. Сразу видно по чью душу грядёт скорая сессия.

— Эй, слышал? – поинтересовался Маверик, в сотый раз обернувшись в сторону близнецов. Его вздёрнутый подбородок говорил, нет, кричал о том, что тот сейчас попытается задеть Тёрнера. — Твой братишка считает, что жить с тобой ужасно, - сведя брови к переносице и нарисовав на своём лице гаденькую улыбочку, с неким вызовом бросил блондин. Томас от такого внимания к собственным словам вздрогнул, но, поёжившись, продолжил игнорировать окружающий мир. Его брат, до этого раскачивающий ногу назад-вперёд, остановился, вдавив ту в обивку дивана. Он оглянулся на брата, прежде чем вернулся к Гарсиа.

— Конечно, - хмыкнул Арчер. На этот раз на его лице не было ни единой эмоции. Ну, разве что апатия имела место быть. — Ведь он живёт со мной, а не с тобой. - его неподвижный взор был устремлённый на Маверика из полуприкрытых глаз. Он даже не удосужился повернуть на оппонента голову полностью, просто слегка откинул, оставив ту в пол оборота.

— Ну и славно, такого ботана я бы не пережил, - нахмурив брови и сморщив нос, как это бывает при неприятном запахе или отвратительной шутке, проговорил Маверик и показательно отвернулся от игроков на той стороне.

— Он всегда такой раздражающий? – наклонившись к Майклу, поинтересовалась Грейс, не особо заботясь о том, как это прозвучало.

— Эй, я тебя вообще-то слышу! – сразу же отозвался Гарсиа, готовый вновь вскочить с дивана и кинутся, только уже на девушку. Однако широкоплечая фигура тренера, что сидел рядом, хоть и немного, но остужала чужой пыл.

— Ну со слухом у него проблем точно нет, – со смехом заметил тренер. И это почему-то смогло слегка разрядить атмосферу между игроками.

— Маве, хватит уже кудахтать, - резковато прервала продолжающиеся нелестные высказывания со стороны блондина Март. Будь между ними меньшее расстояние, Грейс более чем уверена, что девушке вполне хватило бы духу врезать ему.

— И ты туда же?! – завопил парень, в ярости оглядываясь на сокомандницу. Он начал скалиться, но почти мгновенно пошёл на попятную. Его губы сжались в тонкую полосу. Арчер в это время постукивал пальцами по спинке дивана, где-то рядом с головой Фостер. Его глаза цвета моря бешено прыгали с одной персоны на другую, а грудь вздымалась, но через мгновение уже опускалась, яростно втягивал воздух, чуть ли не задыхаясь от возмущения.

— Маве, бросай курить, – совершенно спокойно посоветовала девушка, она почему-то была уверена, что блондин на неё не сунется. И что-то подсказывало Грейс, что дело было далеко не в Тёрнерах. Март говорила как-то непринуждённо, открыто и прямо, хотя не кажется человеком, который так просто наезжает на кого-либо. — Твоя дыхалка тебя уже подводит.

— Ага, – кивнул названный, закатив глаза. — В следующий раз попробую вишнёвые. Они же не влияют на дыхательную систему так пагубно, да? – выгнув бровь «уточнил» парень. Он смотрел, не отрывая глаз, однако теперь на его лице светилась лёгкая улыбка, с которой он ткнул в Освальд.

— Рик, если ты сейчас не закроешь свой рот, я тебе эти сигареты, всю пачку, в рот запихаю и сожрать заставлю, - прорычала Рейчел, ткнув в него пилкой в ответ. Девушка закинула ногу на ногу, а затем перекинула волосы через плечо, заставляя блондина отвернуться. Он получил копной блондинистых волос по лицу и начал отплёвываться. Парень филигранно был выведен из строя и соответственно спора.

— Сначала разберись со своими ногтями, а потом уже думай и о других возможностях, – вместо Маверика ответила Грейс, наверное, поняв суть разговоров между Фениксами. Как говориться: «В конфликтах рождается истина». Это было чудесной возможностью что-то узнать про ребят, при этом не виляя перед ними хвостиком и не вынюхивая ничего.

— Грейс, - сразу же вмешалась Джессика, чувствуя вновь назревающий конфликт. Она с неодобрением глянула на новенькую.

— Да ладно, капитан, - с улыбкой проговорил Тёрнер, будто собирался вступиться за игрока. Он выглядел уже более расслабленно, чем пару реплик назад, но что-то упорно твердило, что в это верить в это не стоит. — Пусть радуется, к концу недели всё равно свалит.

— Не свалю, - сказала Грейс с невероятной твёрдостью в голосе. Она не собиралась уходить, но теперь было чувство, что ей бросили вызов, а она была не в силах отказаться. Не любит проигрывать. — Просто чтобы вас побесить.

— Какая честь, - скрепив ладони вместе и направив свой взгляд куда-то вверх, медленно произнесла Рейчел.

— Всё никак не успокоишься, да? – поинтересовалась Грейс, действительно раздражённая чужими постоянными вмешательствами в тот или иной разговор. Девушка, ну, не могла не вставить свой комментарий, по крайней мере так казалось.

— Слушай, милая, не будь у меня хорошее настроение, вы бы все сейчас были похоронены на заднем дворе, - её тон звучал снисходительно, что резко триггерило новенькую, заставляя хмуриться. Но Освальд смотрела уверенно, будто так на самом деле и было бы. Она пыталась показать, что с ней не стоит шутить, но Грейс считала, что получалось не очень.

— Не смеши, - отмахнулся Гарсиа, с вызовом наблюдая за девичьим выражением лица. — Ноготки бы сломала.

— Я сейчас этими ноготками тебе глаза выцарапаю, если ещё раз мне что-нибудь скажешь, - прошипела девушка, резко развернувшись и схватив парня за щёки. Она говорила максимально серьёзно, вгрызаясь в чужие голубые глаза, и параллельно двигала пальцами, то приближая, то отдаляя те самые ногти. — Если я молчу не значит, что я вам этого не припомню, - продолжила огрызаться Рейчел, когда уже отпустила слегка растерянного блондина. — Стоило разочек другой промолчать, так вы все, власть почувствовали – затыкать начали.

— Конечно – конечно, - кивнув, согласилась Крис, но в голосе её сквозило фальшью.

— А ты вообще молчи, - приподняв голову и посмотрев на вратаря, скомандовала Освальд, каждое её слово было пропитано превосходством и презрением. Кажется, не получится им сегодня ужиться. Надежды Кэмпбелл рушатся у неё же на глазах. Она неодобрительно покачала головой, но предпочла промолчать. — Вернись в свой угол и не вылезай, мышь.

Девушки стали шипеть друг на друга, а парни с опаской глядеть, встревать никто не хотел, ведь: «Они же ещё не дерутся». Так могло бы долго продолжаться, если бы Джесс не вмешалась. Их ярость прошла, но теперь они начали возмущаться, затягивая в конфликт и самого капитана. Понаблюдав за ними некоторое время, тренер покашлял, привлекая к себе внимание. Все затихли, но, очевидно, не успокоились.

— Ну, раз с этим разобрались, - первым заговорил Брукс, пытаясь разрядить искрящуюся от ярости атмосферу, что окутала комнату. Он нервно сглотнул и вцепился в тренера взглядом, как в спасательный круг. — Что-то ещё тренер?

— Да, тебя выгоняют из команды, не знал? – склонив голову вбок поинтересовался Тёрнер, тот который Арчер. Парень определённо был расстроен, что девичий конфликт прервали, кажется, он был готов делать ставку.

— Не нарывайся, - несколько строго попросил Блейз. Сегодня он не был намерен действительно ругаться с кем-то, но судьба была не на его стороне.

— А то что? Сестрёнок своих на меня натравишь? – говорит Тёрнер откровенно насмехаясь над Бруксом и всей ситуацией в целом. Он всё так же непринуждённо мотал ногой, сощурив глаза.

— Кстати, Блейз, будь добор, прекрати их таскать на стадион, - прервав перепалку попросила Джесс. На самом деле, эта тема поднималась уже давно, но, не смотря на свой характер, Фениксы не были готовы отправлять домой детей одних, чтобы они ждали там позднего прихода матери, а затем и брата. Однако все были вынуждены признать, что в некоторой степени каждого раздражало чужое присутствие на их стадионе. — Это мешает.

— Да что вам дети сделали? – непонимающе спросила Грейс. Она могла понять ненависть и наезды ребят друг на друга, но не ожидала, что те накинутся на детей. — У вас в семье проблемы?

— А ведь и правда. Почему же, ты всегда про них вспоминаешь, а? – спросил Блейз, подключив все свои навыки актёрского мастерства. Он сделал максимально задумчивый вид, а после в его взгляде появилось некоторое осознание, вылившееся в следующий вопрос. — Неужели, тебя так плохо воспитывали, что даже на детей кидаешься? – он не прерывал зрительного контакта, выплёвывая каждое новое слово. Его речь насквозь была пропитана ядом. А следующее предложение и вовсе несло в себе что-то смертельное. Разговоры про семьи и прошлое у них как табу. — Наверняка же был шёлковым, а потом получил наследство и всё, нахер всех посылать стал.

— Ему просто отцовского внимания не хватило, вот и лезет к тебе, - под боком злорадствовал Гарсиа, как чёрт, нашёптывая что-то Бруксу.

— А сам-то? – вдруг подал голос Томас. На Блейза и его младших сестёр парень предпочёл не наезжать, да и фразы, пусть и были отвратительными, являлись частью защиты, которую он пытался возвести вокруг своей семьи. Томас понимал, пусть прощать такое и не станет. А вот Маверика был готов закатать в пол. — Мамочки с папочкой так не хватает, что на стены уже лезешь, лишь бы выпить? – сразу ударив по больному, прорычал парень. Книга была ему уже не интересна. Гораздо веселее было наблюдать за искажением чужого лица.

— Так, на этом мы закончим, - вскочив с места и хлопнув в ладоши, объявил тренер. Он понимал, что дальше хуже, а эти уже успели перейти на обсуждение чьих-то родных. Его голос производил на игроков огромный эффект. Пусть те до сих пор выглядели злыми и готовыми загрызть друг друга заживо, они молчали и внимательно слушали, будто, кроме Майкла, в комнате никого нет. — О предстоящей игре значит будем говорить после вечерней тренировки, - подобное заявление заставило команду напрячься, от осознания. Они потратили всё обсуждение на выяснение отношений, а на совсем скоро придётся провести матч против какой-то команды. Их место на доске может пошатнуться. — А теперь марш домой.

Слегка нехотя игроки стали подниматься со своих мест. Проходя мимо, они не забывали скалиться. И после парочки таких махинаций один за одним пулей начали покидать помещение. Март подойдя к тренеру извинилась, но на долго не задержалась, скрывшись за дверью вслед за Тёрнерами. Комната пустела, пока в ней не остались лишь Грейс и Уокер.

— Тренер, а вы уверены, что это нормально, - всё же спросила девушка, оглядев уже пустое помещение. Ей казалось, что всё должно было быть не так.

— Грейс, Грейс, Грейс, - покачал головой вышеупомянутый. В его глазах не было разочарования или упрёка, только бесконечное понимание и усталость. — Я же их не первый день знаю.

— Но всё же, отложить обсуждение будущей игры, - тихо отвечала Грейс. Ей казалось дикостью, подобное отношение команды к чему-то столь важному. Они и так на дне, но, если перестанут работать, смогут его пробить. Выбраться с низов не легко, однако подняться из самой преисподней ещё сложнее.

— Я изначально так и планировал, - будничным тоном сказал Майкл, лишь пожав плечами. — Утром они ещё никакие, ну, если не считать агрессии ко всему, что движется.

Тренер начал распинаться о том какие они настырные, умные, где не надо, вечно кричащие, нахальные и просто невоспитанные большую часть времени. Однако рассказывал он об этом с таким трепетом, что Грейс перестала понимать его позицию. Майкл не лез в их разборки без надобности, но был против насилия. Он позволял им самим решить вопросы и поставить все точки.

— У меня вопрос, - прервала его Грейс. Нет, ей было, пусть и чуть-чуть, но интересно послушать про членов свой команды, однако было что-то, что заставляло шестерёнки в голове скрипеть. Уокер кивнул ей, как бы говоря: «Валяй». — Почему у вас так мало игроков? Квиз – известная и достаточно популярная игра.

— Не так много подходящих людей, - просто ответил мужчина, ни секунды не раздумывая над ответом. У него действительно были причины отклонять запросы. — Кандидатур горы, но для них игра – не более, чем развлечение

— Мне как-то очень слабо верится, что за всё это время не нашлось никого дельного, - с долей подозрения высказалась Грейс, отчего-то чувствуя себя уверенной и бодрой. Фениксам нужны были новые игроки, однако тренер просто отвергал их?

— Дельные может и были, - кивнул мужчина, явно вспомнив парочку, после чего слегка обречённо вздохнул. — Просто с командой не уживались и уходили.

Теперь слова Тёрнера про неделю не казались вызовом. Видимо, это был максимальный срок, который новые игроки выдерживали, пока не сбегали, поджав хвост. Девушке остаётся только гадать, сколько же таких храбрецов команда успела пережить до её прихода.

— Я надеюсь, что ты здесь задержишься.

Доброжелательно уточнил тренер. Грейс на это ответила лишь что-то расплывчатое, но с положительным окрасом. Она приехала сюда не для того, чтобы уехать при первой возможности. Побег – одно из распространённых решений, однако вечно убегать не получится, в конце концов придётся столкнуться с трудностями лицом к лицу. Мужчина направился к двери и махнул головой, призывая их наконец-то покинуть комнату. Девушка противиться не стала и пошла следом. За дверью стояла капитан, вероятно, дожидаясь Майкла. Она предусмотрительно покинула комнату, понимая, что у этих двоих может быть разговор и предпочла подождать за дверью. На прощание она кивнула Грейс, а та, отзеркалив действия Кэмпбелл и простившись с Уокером, пошла прочь, надеясь поскорее оказаться дома.

Стоило новенькой исчезнуть из поля зрения, капитан тут же перехватила тренера.

— Грейс не поладит с командой, – сказала, как отрезала, Джессика. Её точка зрения была понятна, но тренер явно был другого мнения, несмотря на конфликты, которые уже успели произойти из-за парочки подначиваний их новенькой, а это только первый день, нет, это даже была не первая тренировка, простое обсуждение расписания с командой.

Майкл почему-то всегда уверен в шумных, конфликтных и своенравных личностях, будто видит в них свет, рвение и жажду двигаться вперёд. Маверик, Тёрнеры, Рэйчел, Март, а теперь и Грейс. Это до невозможности глупое решение, однако сказать тренеру что-то подобное в лицо совестно. Кэмпбелл всё ещё считает, что была права. Подбитой вороне или голубю не место среди фениксов, они - птицы разного полёта, не способные понять друг друга. Да и девушка к этому не особо-то и стремится.

— Вы тоже не сразу все поладили, Джесс, – напомнил ей тренер. Те времена девушка никогда не забудет, но тогда у них был человек, способный совладать со столь агрессивной командой. У Майкла это тоже хорошо получается, но тогда это был игрок, тот, кто виделся с ними чаще. — И как капитан, ты должна была понять, что это будет очень не просто, раньше остальных.

И это было правдой. Джессика всё прекрасно понимала, но каждый раз надежды на лучшее разбивались, а сердце кололо от осколков, что остались незамеченными, пока не начали кровоточить. Девушка знал, что у Фениксов свой нрав, сложны характер и длинный язык, но ничего не могла с собой поделать, глядя на наглых новеньких. Её злость редко касалась их игроков.

— Я понимаю ваше беспокойство, но это не значит, что я одобряю ваше отношение к новичкам. – уточнил тренер, кивнув собственным мыслям. Кажется, они уже не раз проходили через это, но никак не могли успокоиться. — Да и говоришь ты это, только из-за того, что уже давно привыкла к такому поведению ребят, - быстро произнёс Майкл, попадая точно в цель. Ему самому не нравились подобные ситуации, но в тот момент, когда он объявил себя их тренером, путь назад был отрезан. Да и сам Уокер не хотел их оставлять. Он считал, что этим детям нужен взрослый, на которого они могли бы опереться, тот, глядя на которого приняли бы верное решение. Он не мог быть уверен делает ли всё правильно, однако очень на это надеялся. — Грейс не виновата в том, что им так сильно хотелось что-то высказать друг другу. Ты знаешь, у них это обычное дело.

Глава Третья

«Очередное знакомство»

Пользуясь возможностью, а именно свободным временем, девушка направилась на ранее обговорённую встречу. От университета идти туда было не долго, минут пятнадцать пешком. На пути ей встречались всё те же виды: деревья, отчаянно пытающиеся всех спасти; люди, всё ещё куда-то спешащие; аллея, по которой она сегодня уже ходила; галька, рассыпанная чуть дальше на дороге. Но вместо того, чтобы продолжать подступать всё ближе и ближе к «дому», она на перекрёстке свернула направо. Уже отсюда можно было увидеть нужное ей здание. Подходя к нему шаг за шагом, Грейс начала немного паниковать. Вся необходимая информация у неё есть, документы на руках не нужны. Она должна просто зайти всё заполнить, побеседовать с кем-то и быть свободна. Подобные мысли должны были успокаивать, ведь это не что-то настолько серьёзное. Однако подрагивающие кончики пальцев, напряжённость в плечах, слегка пружинистая походка, стиснутые грудь и рёбра – всё это говорило об обратном.

Остановившись в трёх метрах от здания, девушка достала телефон. На часах без пяти минут десять. Прийти на пять минут раньше – хорошие манеры ведь. Опаздывать было бы ужасно, а раньше до этого места добраться не получилось бы. Сделав глубокий вдох и поборов навязчивое желание написать о том, где сейчас находится, девушка в заключительный раз проходится по списку контактов, в котором их было всего шесть, а затем отключает и убирает в карман. Чем раньше она с этим разберётся, тем лучше.

Когда Грейс открыла дверь, над её головой раздался колокольный звон, оповещая всех в помещении о госте. Сотрудники сразу обратили на неё внимание и улыбнулись, однако быстро ушли в своё рабочее помещение. Её пальцы вновь нащупали телефон, однако подобная мысль была вновь откинута. Девичий взгляд быстро пробежался по посетителям и их обители. Всё кругом было в нежных бежевых тонах, кроме диванчиков, они были красными. Столы из тёмного дерева были хорошо покрыты сверху эпоксидной смолой. Людей было мало, но это гораздо больше, чем она ожидала. И выглядят они все, как студенты, хотя в их университете уже должны были начаться пары. Конечно, ученики университета «Фениксов» не единственные студенты в округе, однако здесь их явно было как-то неправильно много. Грейс повторно втянула воздух в лёгкие и после нескольких подходов подошла к кассе. Сотрудник практически материализовался перед ней, ожидая первых действий.

— Здравствуйте, - начала Грейс, попутно терпя неудачу в попытке взять себя в руки. Ей остаётся лишь молиться, чтобы голос не дрожал. — Я здесь по поводу работы, - сотрудница испустила понимающий вздох.

— Так вы на собеседование? – с приветливой улыбкой спросила девушка, оглядывая гостью с ног до головы. Получив в качестве ответа кивок, та незамедлительно скрылась за стеной. Однако её крик был более чем слышен. — Линда, тут девчонка твоя пришла, знакомь, - ей явно что-то сказали, но чужой голос звучал тише, а его обладательница дальше. — Ладно-ладно, - сотрудница закатила глаза, а затем вернулась к Грейс. — И так, милая. Вон там есть анкета. Всё что тебе нужно – заполнить её. Удачки! – помахав ей рукой, сотрудница вновь скрылась, оставив после себя лишь ручку. Грейс взяла её в руки и направилась к стойке, где должна была быть анкета. Она достала одну с полочки для журналов, повертев её в руках, девушка решила занять столик.

Грейс с трудом смогла понятно написать свои имя и фамилию.

«Тренер сказал, что ты хотела сменить её, чтобы быть свободной от этого всего. Тогда почему бы и нет?» - написанные символы сопровождаются чьим-то мягким смешком. Если бы этот человек знал, как сильно девушке понравилась эта идея, он бы прыгал от счастья. Она в этом уверена.

Год рождения, электронная почта, тип работы – все эти ячейки ей с горем пополам удалось заполнить, но проблема теперь была не в дрожащих руках, что держали ручку, а в следующей строке. Она дословно учила своё место регистрации, однако сейчас не могла записать ни буквы. Пришлось открыть телефон и зайти в заметки. Повезло, что она перестраховалась и скопировала туда всю важную информацию. Правда чувствовала себя так, будто экзамен какой-то списывала. А девушка ведь готовилась, вся информация отскакивала у неё от зубов. Строчка с удобным временем была самой лёгкой, не требующей от неё никаких усилий.

Потом она заполнила ещё два поля и остановилась. Никого не было ни на пункте выдачи, ни на кассе. Грейс просто смотрела на анкету, затем снова разглядывала анкету и так раз семь, пока Линда не высунулась из-за двери и не попросила её немного подождать. Чем дольше она сидела без дела, тем неуютнее ей становилось. Её жизнь – движение. Бегать, прыгать, отдавать всю себя игре. Она с радостью встаёт в пять утра и идёт на пробежку. Грейс после неё чувствует себя лучше. Если она не может действовать – она говорит, занимает пространство, вклинивается, кричит так громко, чтобы её точно услышали. А сейчас девушка была вынуждена просто сидеть и ждать. В конце концов она даже не поняла, когда телефон оказался у неё в руках, а нужный номер был “набран”. Они ведь сами сказали, что Грейс может им звонить, когда захочет. Значит она может сделать это сейчас и больше не думать об окружающем её пространстве. Девушка даже не успела услышать гудки, как трубку подняли.

— Я Вас слушаю, – из динамика донёсся усталый грубый голос мужчины. Он только добрался до дома, как его уже кто-то ищет, звонит.

— Это я, Грейс, – поспешила уточнить девушка, прежде чем тренер сбросит её номер за излишне долгое молчание. Она прекрасно помнит зачем позвонила. Проблема была лишь в том, что она не хотела объяснятся перед Майклом.

— Что-то случилось? – поняв, кто ему звонит, сразу же спросил тренер. По его голосу можно было понять, что он был готов собрать и поднять на уши всех и вся, лишь бы всё обошлось. Девушка не очень поняла его реакцию. Возможно, Фениксы настолько часто попадают в неприятности, что подобные вопросы уже давно стали нормой. Хотя ничего хорошего в этом нет. — Только недавно же виделись.

— Нет, всё в порядке, - зачем-то замотав головой, начала отрицать девушка. Всё в порядке, но она не уверена, что это именно то, что под этим словом подразумевают. Она жива, здорова – это хорошо, это в порядке. Но она еле дышит, обильно потеет, хотя в помещении прохладно, а ещё не чувствует себя в безопасности. Нет уверенности в людях, которые сидят своими компаниями, нет доверия к окнам, которые не выглядят прочными, нет доверия к сотрудникам, которые совершенно спокойно могли бы отравить тебя, засунуть лезвие или осколки тебе в еду, как будто ты собака, что им не по нраву. Если раньше была мысль о том, чтобы перекусить здесь, то теперь от неё не осталось ничего. Но конечно же тренеру знать все эти подробности было не обязательно. Однако даже это не отменяет того факта, что она в порядке. Молчание с той стороны убивало. Нет, она не ожидала от Майкла эмоциональности или излишней болтливости, просто ей хотелось, чтобы кто-то говорил. Это был для неё единственный способ убедиться в действительности собственных мыслей. Молчание, кажется, затянулось и начало напрягать не только Грейс. Девушка, судорожно бегая по поверхности столика взглядом, пыталась найти причину, что-то, что могло бы оправдать этот звонок. Взгляд невольно пал на всё ту же анкету. В голову сразу пришла идея. — Я хотела сказать по поводу бланков.

— Март уже рассказала мне, - осознав в чём была просьба, постарался убедить девушку Майкл. — Так что не волнуйся, я возьму тот.

— Где есть фамилия, - уточнила Грейс, не позволив тренеру высказать свою версию. Её брови нахмурились, когда к ней пришло полное осознание своих слов и действий. Она просто приняла фамилию, что была придумана даже не ей самой. Но почему-то именно это предположение казалось правильным. — Я хочу, чтобы вы оставили тот вариант.

Такая резкая смена решения поставила мужчину в ступор. Он точно помнил, как Март позвонила ему, спросив про копию контракта. Уокер точно помнит отголоски паники и разочарования в словах помощницы.

— Хорошо. В остальные документы мне вписывать то же самое? – всё же поинтересовался Майкл. В его голосе можно было услышать нотки чего-то, что люди привыкли называть радостью. Хотя для Грейс это было странным. Она просто сообщила ему о том, что определилась с фамилией. Здесь нечему было радоваться. Но, возможно, это был своеобразный жест поддержки, который девушка была бы не против принять.

— Да, думаю, да, - просто кивнула она, позабыв, что человек по ту сторону не мог этого увидеть.

Боковым зрением Грейс заметила приближающийся силуэт. Обернувшись в его сторону, она поняла, что это Линда. Несколько минут назад, пребывая в стрессе, гостья не успела осмотреть работодательницу. Она выглядела необычно, если иметь в виду, что ей «сорок с хвостиком»: её волосы до лопаток выкрашены в мятный, однако Грейс могла наблюдать и скрытое окрашивание в пастельный розовый; карие глаза, чей оттенок перебивался голубыми линзами; маленький носик, по которому явно прошлись скульптором; тонкие губы, которые были покрыты слоем блеска; белую рубашку расстегнули на три пуговицы сверху, подобных выкрутасов девушка не одобряла, но была возможность, что Линде просто так комфортнее; юбка-баллон чёрного цвета была чуть выше колена; передник хвойного цвета, завязанный на талии; на ногах белые то ли чулки, то ли колготки, и, конечно же, чёрные лакированные туфли.

— Ладно, спасибо и до свидания, тренер, - поспешила попрощаться Грейс, когда девушка оказалась ещё ближе к ней. Заканчивать разговор не хотелось, но было необходимо.

— Не пропусти тренировку, - напомнил Майкл, совершенно не смущённый таким резким завершением. Чем больше Грейс с ним разговаривает, тем больше ей кажется, что того совершенно не удивляют её выходки. Вполне возможно, фениксы успели поднять эту планку невероятно высоко. Однако то, что он сказал потом, заставило её задуматься. — Я хочу, чтобы они поняли.

— Грейс, милая, ещё раз привет, - улыбнулась ей Линда, сев напротив. Она говорила что-то ещё, не замечая замешательства Грейс, которая не могла выкинуть из головы слова тренера. Он хотел, чтобы они что-то поняли, но не уточнил, и это заставляло её волноваться. Однако голос Линды оказался громче её собственных мыслей. — Давай её сюда.

Грейс позволила сотруднице забрать заполненную анкету из собственных рук, отодвинувшись немного от стала и прижавшись к спинке стула. Линда некоторое время молчала, погрузившись в изучение предоставленной информации, а после кивнула собственной мысли, отложив листок. Её пальцы барабанили по столу, пока взгляд бродил по собеседнице. Чем больше Грейс смотрела ей в глаза, тем больше убеждалась в своей теории по поводу линз. Цвет её глаз был грязно-голубым, но не было серости.

— Так, значит мы тебя поставим на кассу. Пока что. Я надеюсь, что ты не против. Просто у нас недавно с этой позиции уволился сотрудник, - быстро проговаривает Линда, размахивая руками. Девушке казалось, что если бы она опустила взгляд, то увидела бы дёргающуюся ногу директора кафе. Затем, словно поняв, что слишком активна, сцепила руки в замок. — Твоя задача проста – принимать и отдавать заказы. Коллектив у нас весёлый, так что не пропадёшь.

Грейс на подобные слова лишь кивнула. Для неё было более увлекательным занятием наблюдение за чужими волосами. Линда перестала размахивать руками, но всё ещё взволнованно крутила головой. Мятный перемешивался с розовым после каждого не очень удачного движения. Сотрудница, ничего больше не сказав, встала из-за стола и ушла в свою коморку. Однако успела вернуться раньше, чем Грейс начала волноваться. И только после того, как Линда села обратно, обладательница золотых глаз заметила, что та принесла с собой что-то.

— Я тебе сейчас выдаю направление на медосмотр, - сказав это, девушка протянула Грейс какую-то бумагу в файлике. «Направление на медосмотр» - гласил заголовок. На листке было написано множество пунктов, значение которых было не очень понятно. Ведь необходимые действия и документы были выделены и записаны в самом конце. Предложенная бумага была убрана в небольшой рюкзак после недолгой проверки. — Когда получишь медкнижку, напиши мне. Телефон мой у тебя уже есть.

На этом они и закончили, не прошло и получаса. Линда, помахав девушке рукой, убежала в помещение для персонала. Грейс ждать не стала и, поднявшись из-за стола, пошла на выход. Было необходимо пройти медосмотр, не только для подработки, но и как члену команды, который собирается участвовать в соревнованиях, матчах. Значит ли это, что она может обратиться к тренеру по этому вопросу. Ездить по поликлиникам или другим учреждениям из раза в раз и рассказывать им одну и ту же историю весьма утомительно. Этим людям не обязательно знать, что у неё в жизни было. Видя любое маленькое отклонение от нормы, они лезут под кожу, пытаются выведать у тебя твоё же прошлое. Грейс это ненавидит. К тренеру она обратится, вопрос лишь в том, стоит ли ей первой об этом заговорить? Она бы предпочла подождать, но все же знают, что, если хочешь сделать что-то - сделай это сам.

Именно поэтому остановившись недалеко от кафе, куда собиралась устроиться, девушка достала телефон. Звонить, а потом отвечать на вопросы, казалось слишком раздражающим. Так что она решила просто написать тренеру. Простенькое сообщение с вопросом о возможности пройти медосмотр и всё. Грейс присела на скамейку оглядывая проходящих мимо людей. Ей всегда было интересно, почему в это время на улицах достаточно много народа. Неужели у стольких работа начинается в одиннадцать или двенадцать, а не в восемь-девять. Но даже так, эти люди выглядят встревоженными, словно уже опаздывают. Кто-то идёт в тёплых куртках или худи, а кто-то до сих пор носит простые кофты. Привычных для осени луж нигде не было видно, возможно, именно поэтому люди отдали предпочтение обычным кроссовкам. Эта пора для Грейс всегда была серой, скучной и тяжёлой, как для аллергика весна, однако сейчас осень казалась более живой и красочной. Самой девушке ненужно было никуда спешить, время не поджимало, от неё ничего не требовали, условий как таковых не ставили, кислород не перекрывали. Она сделала глубокий вдох, позволив свежему воздуху наполнить лёгкие, а после, закрыв глаза, сидела на месте, пока телефон не завибрировал. Майкл не задал ни единого вопроса. Он просто написал, что ей нужно вернуться обратно в университет и пройти в тот же корпус, там он должен будет её ждать.

К стойке охраны девушка практически подбежала. Дейв ещё не успел её забыть поэтому позволил пройти зайцем, ведь она всё равно написала бы то же самое. Студентов не было видно, пока она не подошла к столовой, где расположились учащиеся, чьи пары ещё не начались. Грейс быстро миновала ненужные ей кабинеты и коридоры, дойдя наконец-то до лестницы. Майкл не написал куда именно ей нужно идти, потому она осталась стоять там, на лестнице. Из-за угла, словно чувствуя, что о нём думали, показался тренер. Он выглядел уставшим, хотя с фениксами расстался чуть меньше часа назад. Его широкие плечи были опущены, голова наклонена, а его карие глаза с осторожностью осматривали девушку. Убедившись, что она в порядке, он кивнул ей в сторону прохода на первый этаж. Вопросов задавать тренер не стал, наверное, привык к такому.

Они вновь оказались в правом крыле, но на нижнем этаже. Кабинеты здесь начинались с цифры пять, рядом не было ни одной надписи «аудитория». Грейс решила поинтересоваться, узнать, что с этим корпусом не так. Как сказал Уокер, этот корпус был сделан для более комфортной работы «персонала». Здесь были расположены кабинеты, помещения для профессоров, небольшая обеденная комната, чтобы не мешать студентам общаться; комнаты отдыха и несколько клубных комнат. В этом корпусе, но в левом крыле были отдельные помещения для более удобного проведения практик, лабораторных и тому подобного. Аудиторий, как таковых, здесь практически не было, всего пять штук, расположенные, соответственно, в левом крыле.

Идти им пришлось недолго, нужный кабинет находился за вторым поворотом. «Кабинет 547» гласила надпись, а рядом с ней висела табличка «медпункт». Тренер остановился у двери, вынуждая спутницу сделать то же самое, будто вслушиваясь в окружающие звуки. Но через несколько секунд уже положил ладонь на ручку, готовый дёрнуть её на себя. Только тогда девушка услышала шаги, приближающиеся к двери и какой-то шум.

Грейс всё также стоит на месте, когда дверь распахивается под напором Уокера, а на пороге чудесным образом появляется блондин. Он перевёл скучающий взгляд с тренера на девушку, что казалось странным, учитывая то, как парень вёл себя ранее. Гарсиа просто цокает, когда никто из пришедших не порывается пройти в кабинет, ожидая пока он уйдёт.

—…просто относится к собственному здоровью серьёзно, больше ничего, – из-за его спины, из глубины комнаты, слышится такой же усталый, как и у тренера, но все равно мягкий голос. К концу предложения послышался тяжёлый вздох. Блондин игнорирует адресованные, по всей видимости, ему слова и с появившимся интересом начал разглядывать не пойми откуда взявшуюся девушку. Конечно, он её узнал, но вот причина визита для него оставалась загадкой. Парень нахально ухмыляется и с вызовом смотрит в глаза. Грейс не отрывает взгляда, не желая проигрывать. Никто не шевелился ещё несколько секунд, пока Гарсиа на такую реакцию лишь хмыкнул и, видимо, наигравшись в гляделки, бросает через плечо фразу, а после уходит: — К вам тут подбитых принесло. Будьте осторожнее тренер.

Девушка опешила от такого представления. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы опомниться и все-таки войти в кабинет, дверь которого так любезно держал открытой тренер. Оказавшись внутри, Грейс бегло осматривала помещение, когда заметила, что кроме неё, тренера и, предположительно, врача в кабинете находится женщина, расположившаяся на диване в углу комнаты. Женщина не выглядела старо, но точно не была студенткой. Она была одета в белый халат, что намекало на её должность медсестры, а её светлые волосы были собраны в низкий хвост. Темноволосый мужчина, что скорее всего разговаривал с Гарсиа, тоже был в белом, но что-то усердно вытыкивал на компьютере, сверяясь с записями на столе, пока женщина складывала у себя на коленях белую ткань.

— Эм, – Грейс сбивается, пытаясь прийти в себя. Это - новые люди, которых придётся запомнить. А Майкл, закрыв дверь за собой, спокойно прошёл вглубь комнаты, словно это также было его территорией. – Добрый день, – игрок неловко приподняла уголки губ в попытке улыбнуться. В конце концов было бы лучше, будь у неё возможность приходить сюда и не думать, что сказанное ей куда-нибудь утечёт. Все присутствующие недоуменно посмотрели на неё. Возможно, студенты здесь ещё менее благодарные люди, чем она ожидала.

— Грейс? – мужчина не мало удивился её приходу, но во взгляде не было ничего отталкивающего, что позволило девушке немного расслабиться. Хотя мысль о том, что она пришла без предупреждения достаточно сильно подкосило былую уверенность. – А ты здесь как оказалась? Ты ведь только через неделю…, - но он замолкает, не договаривает, оглядываясь на тренера. Тот в свою очередь лишь пожимает плечами, мол: «Ничего не могу с этим поделать». И этого, кажется, достаточно.

— Мне нужно пройти медосмотр, – всё же решает объявить Грейс, махнув рукой, когда начинает чувствовать неловкость. – Поэтому я здесь.

— Что ж, тогда ты по адресу, – вставая из-за стола, мужчина приглашающе покосился на женщину, что так же присутствовала в комнате, и подошёл ближе к игроку. Женщина же поняла намек и тоже встала. Она в считаные секунды оказывается около Грейс, обгоняя брюнета.

— Мы, кажется, лично не знакомы, – с улыбкой протягивает ей руку женщина, напоминая. Её голос был достаточно ярким и привычным для девушек, но в нём проскакивала хрипотца. – Я Габриэль Уайт, но можешь звать меня просто Габи или Эли. Ребята ко мне только так и обращаются, - со смехом отзывается Габриэль, только теперь в её голосе столько нежности и любви, что Грейс кажется, словно она может утонуть, если женщина направит это всё в её сторону.

— Грейс Фриман, – кивает новенькая, неумело пожимая руку женщины в ответ. Та отпускать не спешит, водя по тыльной стороне чужой ладони пальцами.

— Я – Бенджамин Томпсон, «Бен», ответственный за здоровье вашей команды, - быстро представился мужчина, также протянув девушке руку. — Габи – медсестра и моя помощница, - уточняет Бен, вторую руку положив Уайт на плечо, пока Грейс неуверенно ответила на рукопожатие. — Если тебе будет некомфортно со мной – говори об этом сразу, Габи возьмёт тебя под свою юрисдикцию.

На сказанное девушка кивнула. Они хотя бы дают выбор и думают о комфорте игроков. По крайней мере они заставляют в это верить. В комнате образовалась некая приятная атмосфера. Эти люди чётко дали девушке понять, что ей не нужно переживать за собственную жизнь, она может просто доверить её им, и та будет в сохранности, хотя они ещё не успели ничего сделать. Она смотрела в их глаза и просто выпадала из реальности. Они были такими настоящими и искренними, казались по-детски простыми. А всё это время Майкл был рядом, не отгораживал или закрывал, скорее, наоборот, показывал, прося осмотреть, починить, если необходимо, и вернуть обратно в целости.

— Ну, оставляю её на вас, - сказала тренер, направившись в соседнее помещение, которое было объединено с этим посредством двери, что красовалась в стене. Она быстро поддалась, и мужчина исчез на ней. Однако там он явно был чем-то занят, судя по шуму, который доносится оттуда.

Когда «посторонний» покинул кабинет, врачи начали действовать. Габриэль усадила Грейс на диван, а сама села перед ней на стул. Вопросы были обычными, без подвохов, по крайней мере так казалось. Выяснение точных роста и веса было не менее лёгким. Её рост составлял сто шестьдесят восемь сантиметров, это, примерно, 5'6'' футов. Бенджамин сказал, что это чуть больше среднего роста в команде. Ребята не казались ей такими высоким, честно говоря, но если вспомнить Брукса, чей рост не меньше 6'5'' футов точно, то всё возможно. Весы показали нечто приближённое к пятидесяти трём килограммам. Как сказала Уайт, такой вес в пределах нормы, так что переживать не придётся.

С зубами всё было в порядке, зрение тоже её не подводило, нервная система всё ещё жива. Каверзной просьбой стало закатывание рукавов, а затем и приспускание штанов. Конечно же, этим занялась Габриэль сама, отослав мужчину в соседнюю комнату. Они искали шрамы от неудачных попыток суицида. Проблема была лишь в том, что там их никогда и не было. Девушка не пыталась покончить с жизнью, ей хотелось её прожить, хотелось прочувствовать и попробовать всё, что можно. Даже в самых сложных моментах своего существования она никогда не брала оружие с целью навредить себе. Поэтому она не боялась показать свои запястья. Однако Уайт просила больше, а Грейс не была в состоянии дать ей больше и оправдать ожидания. Дальше по её рукам струились белёсые полосы, что переплетались и создавали какой-то незамысловатый узор. Объяснять что-то женщине не было смысла, её взгляд сразу наполнился ненавистью, не к самой девушке, конечно, но это всё ещё было отталкивающе. Полос было настолько много, что сама Грейс еле могла вспомнить точную последовательность их появления. На ногах было не сильно лучше, ведь чем ниже спускаются, тем больше ран выставляются на всеобщее обозрение. Пришлось сказать, что увлекалась экстримом и не очень заботилась о своём здоровье. Габриэль навряд ли поверила, но спрашивать перестала.

Через несколько минут в кабинет вернулся хозяин. Бенджамин уже подготовил всё, что посчитал нужным. Мужчина сразу нашёл вену, что позволило провести сдачу крови максимально быстро. Он отдал что-то Уайт, после чего та удалилась, выйдя уже в коридор, но успела настоять на рентгене. Томпсон сел рядом с подопечной, задавая вопросы. Удивительным было то, что два медика не повторяли друг друга, несмотря на то, что темы поднимались схожие. Они ждали Габриэль, чтобы пойти в ближайшую поликлинику. Дружно отсидев очередь, к счастью, не живую, старшие взяли Грейс под руки и зашли в нужный кабинет. Рентген сделали быстрее, чем когда-либо в жизни девушки. Два врача работали максимально оперативно. Поэтому через чуть больше, чем полчаса группа из трёх человек вернулась в свой корпус. По историям медиков Грейс поняла, что обратиться к тренеру было хорошим решением. Приехав в нужное отделение, девушка бы бегала по этажам и торчала в очереди. В общем потратила бы много времени и нервов в компании не очень дружелюбных врачей. Хотя по тем же рассказам их коллеги весьма улыбчивые и разговорчивые люди. Грейс, правда, не уверена, что это именно то, чего она от них ожидает в первую очередь. Большая часть врачей, которых девушка когда-либо видела, были агрессивными. Возможно, ей просто не повезло.

Грейс оказалась в том же медпункте, ожидая своей медкнижки. Конечно, она знала, что результаты по крови придут дней через пять, но это ни капли её не волновало. Девушку позвали в соседнее помещение, где до сих пор хозяйничал тренер. «12:15» - гласили часы, с тихо тикая. Уайт на его попытки найти что-то «нужное» лишь хмыкала, всё громче и веселее с каждым открытым ящиком. Бенджамин зашёл последним, но это не помешало ему с улыбкой наблюдать за двумя другими взрослыми. В какой-то момент медсестра не выдержала и, вскочив со своего места, быстренько добралась до шкафчика. Габриэль с некой гордостью открыла дверцу, но перед этим кинула взгляд на Майкла. На самом деле было весело наблюдать за тем, как чужие плечи опустились, улыбка сползла, а брови нахмурились. Женщина была так уверена в том, что знала, где находится потерянный предмет, что не допустила даже мысли о том, что он может быть где-то в другом месте. Блондинка медленно закрыла дверцу, и теперь они с Уокером на пару обыскивали комнату. Грейс и Бенджамин просто наблюдали за их тщетными поисками, даже не переговариваясь, чтобы не сбивать нервных людей.

После множества попыток, когда двое взрослых перерыли половину комнаты, Уайт со вздохом плюхнулась обратно на стул, а Майкл с некой долей отчаяния смотрел на шкафчики, которые они по глупости закрыли после проверки. Теперь мужчина не был уверен, что снова не начнёт просматривать полки, которые уже успел проверить. С тихим смехом Бен оттолкнулся от стены, на которую всё это время облокачивался, и осторожно зашагал к угловому шкафчику. Он протянул руку куда-то вглубь. И будто одного его желания хватило, чтобы вещь магическим образом материализовалась прямо там. Коробочка с чаем была любезно опущена на стол, откуда её сразу забрал тренер, вытаскивая пакетики. На секунду Майкл остановился, а затем обернулся на Грейс, показывая их ассортимент. Девушка быстро ткнула на понравившийся и отодвинула свой стул, предполагая, что Томпсон сядет рядом. Так и получилось, мужчина притащил из угла комнаты стул без спинки и поставил недалеко от подопечной. Грейс уже слышала, как тренер покрывает кого-то или что-то проклятьями, пока пытался налить чай из, как он говорит, нового чайника. Уайт тут же его отчитала за подобное поведение при игроке на что мужчина вполне резонно ответил, что он девушку сюда на чай не звал.

— М-да, гостеприимство и дружелюбие так и прут, Майкл, - покачала головой Габриэль на такое заявление.

— Я вызвался заварить нам чай, - недовольно пробурчал Уокер.

— Конечно, это многого стоит, - с важным видом кивнул Бен, заставив остальных почему-то расслабиться.

— Не стоит такое поощрять, Бенджамин, - строго посоветовала Уайт, забирая чашку из чужих рук. Чай был красного оттенка, что сочеталось с розовато-сиреневой окраской кружки, на ней были белые витиеватые узоры и малиновая надпись «Весна».

— Знаешь, я был бы невероятно счастлив, если бы кто-то из тех же Тёрнеров налил мне чаю, однако будь это любой другой игрок, я всё ещё был бы рад, - вдруг заявил врач, достав из-за прозрачной дверцы верхнего шкафа сахарницу.

— Да, это редкое явление, - кивнула Габриэль, закинув в свою чашку кусочек сахара, а затем мечтательно вздохнула. Грейс чувствовала себя немного не в своей тарелке, она не понимала, как и зачем взрослые вышли на подобную тему. Однако молча слушала, ведь кто знает, может они так помогают ей узнать ребят немного лучше. В конце концов, ей придётся играть с ними в команде. — Не всем же так везёт, как Майклу.

— Оказаться опекуном не самых спокойных подростков – не то, чего я хотел. Мне бы кого-то вроде Крис.

С этими словами мужчина опустил на стол две кружки. Одна, поставленная перед Грейс, была белой с золотыми завитками, возможно старшие руководствовались цветом её волос и глаз, когда выбирали ей кружку. На секундочку девушке даже стало интересно, сколько чашек на «всякий случай» есть у пары медиков. Себе же тренер взял обычную чёрную кружку, именно она была последней поставлена на стол. Комната, в которой они находились, была не большой, но и маленькой её назвать было сложно. Здесь разместилось множество шкафчиков, содержимое которых очень разнообразно; столик, за которым они расположились, персон так на шесть был сделан из тёмного дерева и покрыт лаком, прямоугольной формы; в одном из углов стоял маленький, круглый столик из стекла; диванчик, стоящий к стене впритык, а перед ним коврик; раковина и плита, конечно же, тоже присутствовали.

— Я был бы не против взять к себе Маверика, но он, как вы знаете, весьма упрямый парень, - произнёс Бенджамин, останавливаясь для глотка из своей тёмно-синей кружки. Выглядел мужчина так, словно уже давно поднимал эту тему, но, видимо, каждый раз получал отворот поворот от парня. Грейс, честно, не понимала его рвения, ведь считала, что Гарсиа – один из самых проблемных в команде. Пусть она и видела его только на обсуждении, но он уже зарекомендовал себя, как не очень стабильного и дружелюбного человека.

— Я говорил тебе, что он странный, - будто услышав её мысли, кинул Майкл, оглянувшись на Уайт.

— Он просто нашёл кого-то, кто оказался крепче него самого, - хрипло посмеялась Габриэль, успокаивающе похлопывая мужчину по плечу. — Но, если продолжать в том же духе, - начала женщина, задумавшись, и протянула игроку сахарницу, а так как Грейс не из сладкоежек, та была отодвинута обратно. Смешным для девушки показалось то, что Томпсон, в отличии от остальных, закинул к себе в чай порядка трёх кубиков сладких кристаллов. Его серые глаза с интересом смотрели на женщину, которая протянула ему ложку. — Я бы с радостью взяла к себе Джессику, но была бы рада, будь у меня такой сын, как Блейз.

— Каждый ищет себе того, кто будет подходить его собственным требованиям, - вдруг заговорила Грейс, опустив взгляд в собственную кружку, в отражении тёмного чая, девушка видела уже не себя, а ребёнка, которым была ещё несколько лет назад. Сердце больше не ёкает при воспоминаниях, но от чего-то те продолжают всплывать в памяти. — А если ваши дети не будут такими, как вы хотите?

— У меня всё равно детей не будет, - с уверенностью сказал тренер, откидываясь на спинку стула. А затем тяжело вздохнул, но улыбка, появившаяся на лице, безбожно его выдавала. — Да и есть у меня уже те, за кем присматривать надо. Их скоро будет уже десять.

— Да, ты у нас прям многодетный отец, Майкл, - усмехнулся Бенджамин, решив добавить ещё один кусочек сахара.

— Неважно, - махнув головой к правому уху, словно стряхивая воду, закрыл тему тренер. — А ты, младшенькая? Поедешь с нами ко мне? Перед вечерней тренировкой, а затем и обсуждением, было бы неплохо посмотреть парочку игр Фениксов.

— С нами? – резко подняла голову Грейс, встречаясь с горячим кофе во взгляде напротив.

— Да, мы с Беном и Майклом собирались пообедать вместе, а заодно и пересмотреть игру ребят, - объяснила Габриэль, мягко улыбаясь собственным словам.

— Только я присутствовать не смогу, - сразу же уточнил Бен, на что получил слегка огорчённые взгляды. Мужчина поспешил объясниться, чтобы не напрягать Грейс и остальных. — Дела.

— Так ты в деле? – спросил Майкл, возвращая внимание к игроку.

Вот так Грейс и оказалась здесь, на заднем сидении чёрной, перламутровой Тойоты Камри под боком рядом с Уайт, пока мужская половина оказалась впереди. В машине звучала какая-то песня по радио, явно знакомая женщине, раз та с радостью подпевала. Сидения были светло-бежевыми, салон машины сам по себе был светлее его внешней оболочки. Умеренно-быстрое вождение и тихие проклятья в сторону других водителей в купе с мелодией и приятным ощущением мягкости убаюкивали девушку. Однако засыпать было плохой затеей, ведь, пока ты в сознании, ты защищён. И только эта мысль, крутящаяся где-то в черепной коробке, не давала закрыть глаза.

По пути они сделали лишь две остановки, на одной Габриэль зашла в магазин, минут на десять не более, а на другой высадили Бенджамина. Всего до дома тренера ехать пришлось где-то полчаса плюс-минус десять минут, что не казалось чем-то обнадёживающим, ведь, если вдруг что, им придётся топать туда ещё дольше. Оставалось лишь надеяться, что общежитие находится ближе к тому корпусу, где она будет проводить большую часть занятий. Грейс взяла себе на заметку необходимость просмотреть карту университета. Было бы хорошо будь у неё знания о расположении всех корпусов и дополнительных строений.

Как выяснилось мужчина жил в квартире десятиэтажного здания. Лифт был в пригодном состоянии, в нём не было даже маленькой надписи, зато воняло стойкими духами какой-то дамы. Соседей по лестничной клетке у него не было. По словам самого тренера, люди, что жили здесь раньше, были либо преклонного возраста, либо приключенцами и экстремистами, что оставили всё дома и отправились в далёкий путь на встречу опасности и неизведанности. Звучало, конечно, интересно, но на практике было печально, хотя, если до сих про их квартиры пустуют, велика вероятность, что те ещё живы. Удивительным, однако, было то, что он до сих пор здесь один, старики, как говорит Уайт, уже в лучшем месте, но наследники не рвутся продавать или переезжать в освободившуюся квартиру. Всего на этаже шесть дверей, вторая из которых вела в обитель тренера.

Жилплощадь у Майкла была не большая: всего две комнаты, одну из которых он использует как кабинет, пока другая пустует; раздельный санузел, что слегка странно для мужчины, живущего в одиночку. Или не в одиночку. Возможно, Грейс что-то упустила, не заметила за шутками старших. Однако место всё равно выглядело так, словно чьё-то присутствие ему и не было необходимым. В квартире была прихожая и небольшой коридорчик метр-два, наверное. Он вёл в достаточно просторную гостиную, объединённую с кухней. Разделительной чертой стала стойка с барными стульями совсем рядом с кухонным гарнитуром. В гостиной стояли круглый стол, угловой диван, ещё два кресла, большой телевизор, книжный шкаф, практически полностью покрытый внутри пылью, лишь пара книг казалась незабытой, и комод, куда вероятно скинули всё барахло. Здесь точно убирались, учитывая чистые полы и протёртую мебель, но шкаф был исключением, что ставило в тупик. Если человек убрался в квартире, то в чём была проблема протереть полки и книги, ведь сам по себе шкаф не был в пыли.

Мужчина быстро прошёл на кухню, покинув прихожую практически сразу же. Уайт повесила свою куртку и куртку Грейс на свободные крючки, которых было большинство, а затем прошла вслед за Майклом, но уже в гостиную. Она махнула рукой, подзывая Фриман, что, разувшись, продолжала стоять на входе, пройти внутрь. Девушка устроилась на большом диване, пользуясь чужим гостеприимством. Пока Майкл ставил чайник для Уайт, Габриэль включила телевизор и подключила его к ноутбуку, что был любезно оставлен на столе, внутри сумки. Первой была поставлена запись игры трёхмесячной давности, судя по дате, объявленной диктором. Приятный голос комментатора отвлекал от разборов одних косяков, но в то же время заставлял взглянуть на другие. И если в самом начале мужчина раздражал на столько, что хотелось вырубить звук, оставив лишь картинку, то ближе к середине стало легче.

Ни Габриэль, ни Майкл, ни даже сама Грейс ничего не комментировали. Они просто смотрели игру, а когда та заканчивалась, включали следующую. Периодически были слышны тяжёлые вздохи со стороны тренера, который не раз видел запись. Уайт иногда дёргалась, практически подпрыгивая на месте, когда кто-то был близок к голу, и облегчённо выдыхала, стоило Фениксам защититься. Грейс ограничилась тихими проклятьями для всех игроков. Примерно так и прошёл просмотр четырёх последних игр команды.

Когда заключительная запись была закончена, в комнате повисла тишина, что прерывалась гудением кофе машины, которая с радостью работала для тренера. Мужчина покинул гостиную чуть раньше, чем был объявлен победитель, до того, как был забит решающий гол. Сейчас девушка и сама бы не отказалась от кофе. Она уже минут пять просто сидела и вглядывалась в телепередачу, что оказалась включённой после отключения от ноутбука. Грейс просто смотрела в одну точку, переваривая то, что увидела.

— Ну как? – осторожно и тихо спросила Габриэль, с некой надеждой смотря на девушку.

— Это, - начала было Грейс, но сразу же оступилась. Ей было сложно охарактеризовать увиденное в нескольких словах. — Это было ужасно!

Её восклицание услышал даже тренер, что заинтересовался их разговором и покинул «кухню». Перед игроком стояла новая кружка с какао, который так любезно купила Уайт, услышав одобрение в сторону напитка от Грейс. Майкл устроился на диванчике неподалёку. Мужчина, казалось, был готов выслушать всё, что девушка способна ему сказать. А медсестра, наверняка, прощупывала почву и пыталась подружиться.

— Даже так? – удивлённо спросила Габриэль, вероятно, не ожидая столь честного ответа. — Ну, рассказывай, - кивнула она девушке, явно заинтересованная, и устроилась поудобнее на своём месте.

— Во-первых, что не так с нападающими? Почему у команды такой большой акцент на защиту, если она и так лучшее, что есть в их игре? – вопрошала Грейс, перекидывая взгляд с медсестры на тренера и обратно. — Гарсиа носится с мячом, как курица-наседка, а Освальд бьёт так, словно вообще мяча не видит. Но если наш номер десять играет аккуратно, зарабатывая команде очки, то шестой перебарщивает с агрессией, ему энергии не хватает, а он бежит вперёд мяч перехватывать У СВОИХ ЖЕ.

Девушка шумно выдохнула и дала себе немного времени, чтобы отдышаться, явно готовясь ко второму заходу. Казалось, что Грейс могла начать вырывать собственные волосы. Во время просмотра можно было услышать только редкие проклятья, поэтому такая реакция была немного неожиданной. Она хотела обсудить сразу всё, просто вывалить то, что скопилось внутри, но не могла подобрать правильных слов, которые могли бы максимально чётко выразить её точку зрения, поэтому пришлось использовать что-то более доступное.

— Во-вторых, линия защиты. Они хорошо держатся, но Брукс играет так, будто боится даже просто клюшкой замахнуться. Да, есть риск попасть по игроку, но он есть всегда и в любой игре. Капитан и Мёрфи тоже этого бояться, но в критических ситуациях просто делают удар слабее, Брукс же не бьёт даже в пол силы, он слишком переживает за играющих и в конечном итоге упускает мяч. Про Кэмпбелл сказать нечего, она не так плоха, как некоторые, однако и не отличилась, стабильность – это хорошо, но, если вся твоя игра идёт в ноль, какой смысл? – спросила девушка, заглянув в чужие карие глаза и вскинув руками. Несколько секунд в комнате висела пауза, старшие выжидающе смотрели, что же ещё выкинет им новенькая. А та была только рада стараться. Следующий пункт обсуждения был неизбежен, раз та пошла по позициям.

— Полузащитники. О, о них можно говорить вечно, - тихо посмеялась девушка, на её губах появилась нервная улыбка, уголки губ непроизвольно подрагивали. — Особенно отличился основной полузащитник – Томас Тёрнер. Играет не плохо, но берёт на себя роль смежную между полузащитником и нападающим, в плане он редко оглядывается на ворота, его больше волнует игра на линии противника, нежели проблемы на своей. А защита нуждается в его присутствии и заинтересованности!

— А что на счёт оставшихся? – неуверенно поинтересовалась Габриэль, наблюдая за состоянием новенькой. Она мало что смыслила в спорте, но ребята периодически делились с ней впечатлениями от своих игр и тех, что просмотрели. Уайт не могла полноценно подержать разговор, но старалась изо всех сил. Сейчас она понимала Грейс, ведь та говорила намеренно просто, чтобы понять смог практически любой человек. После чужих возмущений в голове всплывали образы двух человек, которых ещё не затронула волна праведного гнева. — Арчера и Март?

— Арчер – ходячая катастрофа, - практически прорычала Грейс, запрокидывая голову. — Я не смогла понять, это ему так везёт периодически или он способный парень, который уже давно забил на игру и лишь изредка, когда команда в полной жопе, вытягивает Фениксов. В его игре множество косяков, но он через время их перекрывает, а потом снова на те же грабли, и так постоянно, пока он на поле. Тёрнер просто позволяет противникам гулять там, где вздумается. А Март, Фостер играет так, словно мяча боится. При этом её игра за полузащитника противоположна игре Томаса. Она следит за воротами и территорией, которая находится вне зоны противников. Фостер сосредоточена только на своей команде и мяче, остальные игроки её не волнуют, хотя на них стоило бы обратить внимание.

— Прям так? – весело спросил Майкл, на что получил потерянный взгляд Габриэль, которая, кажется, не разделяла того же веселья. Однако мужчина с некой гордостью продолжал. Продолжал смотреть, выжидать и слушать. — Мне уже показалось, что ты сейчас рецензию на нашу команду запишешь.

— Вот именно, что говорить о них, как о команде, не представляется возможным! – подскакивает со своего места девушка, с огнём в глазах пытаясь донести собственные мысли. В последний раз она с таким рвение обсуждала игру «Соколов», которые не смогли пробраться в топ-20. Кажется тогда они с Майклом и познакомились. Грейс тогда была в недоумении, как такая команда вообще могла претендовать на какие-то места выше пятидесятого. У Фениксов была похожая ситуация, но из-за небольшого количества игроков ребята остались на нижней строчке, пока те, в чей команде полно народу, пробивались вверх. Однако «Соколы» действовали как команда, чем Фениксы не могли бы похвастаться. — Они как будто разделились на пары и играют только в своей связке. Но даже в них они умудряются играть в одиночку. Единственная адекватная связка – это Тёрнеры, как защитник и полузащитник. Всё! Ладно, связки Фостер и Освальд, Кэмпбелл и Брукс не плохи, однако в их игре тоже много дыр. Гарсиа и Тёрнеры упорно игнорируют друг друга на поле, будто будет лучше проиграть, нежели отдать другому пасс. Брукс обращает большее внимание на женскую часть команды, словно мальчишки его заживо съедят, если он на них посмотрит, за беспокойство, спасибо, конечно, но это ужасно раздражает, когда из-за него команда теряет мяч. Капитан вроде со всеми играет, однако в то же время, она играет сама за себя. Про Фостер здесь сказать нечего за командой она следит, со всеми играет, да толку от этого, если противника не видит. Гарсиа действует по велению левой пятки, то пасует, то посылает собственную команду. Освальд никак не может сыграться с линией защиты. У неё всё вроде нормально, но стоит ей оказаться у ворот противников с мячом, начинает действовать ужасно опрометчиво. Тёрнеры играют квадратом – Арчер, Томас, Март, Рейчел. На этом их взаимодействия с командой заканчиваются. Единственный командный игрок, который по возможности выполняет все свои обязанности, это Мёрфи. Ей многое можно простить, учитывая, что замены у неё нет, и она вынуждена весь час стоять на воротах. Однако промахов у неё и в первом тайме достаточно.

После девичьих возмущений последовал смех. Грейс совершенно не могла понять подобную реакцию со стороны тренера, потому испепеляла его взглядом, потягивая какао из кружки. Он смеялся, хотя в их ситуации стоило плакать. Сказать, что в их команде одни бездарности, было нельзя, но и хорошими игроками назвать язык не поворачивался. Девушка уже чувствовала злость и раздражение. Что будет, когда она станет официальной частью команды и выйдет с ними на поле, неизвестно. Понятно было только одно: с этим надо что-то делать. Хорошо, что они держатся на доске лидеров, но плохо, что они на последнем месте, хотя вполне способнее некоторых команд, стоящих выше в таблице.

По истечению ещё десяти минут, проведёнными за более повседневными разговорами, трио оказывается в прихожей и покидает квартиру Уокера. Грейс позволили сесть на переднее сидение, поэтому всю дорогу она расслаблялась благодаря открытому окну. До стадиона они ехали явно меньше, чем от корпуса к квартире. В общей сложности семнадцать минут. Пятый, судя по надписи, корпус был соединён с кортом. И Грейс была бы не против учиться именно в нём. Оставив игрока у входа, тренер лишь кинул фразу о том, что её заберёт Март, всё покажет и объяснит. Так она и стояла, глядя в спину удаляющимся взрослым, пока те не исчезли из поля зрения. Минут через шесть на парковку заехал ягуар глубокого сине-зелёного цвета. Из передней двери машины выскочила уже знакомая девушка с рыжими кудрями. У неё через плечо висела объёмная сумка, где та, вероятно, держала всё необходимое для тренировок.

Тёрнер поспешно вышел в след за ней, случайно, чересчур громко хлопнув дверью. В тишине полупустой парковки университета этот удар показался оглушающим. Грейс выжидающе за ними наблюдала. Она не могла сказать точно, кем из братьев был тот парень, но предполагала, что это Арчер, учитывая улыбку, две пряди, которые были не распущенны, а завязаны резинками; шорты по колено, пару побрякушек и перчатку.

— Дверь, – прошипела Март, сощурив глаза, а после, выдохнув, добавила с привычной лёгкой улыбкой, — Я не давлю, это просто мысли в слух. Мы ведь можем выговариваться, верно?

Утвердительный ответ поступил уже от другого брата, что вышел с заднего сидения машины и кинул сумку, практически идентичную той, что была у самого, Тёрнеру, который без проблем её поймал. Томас был в красной рубашке и светлых джинсах, его волосы были распущены, но уложены более аккуратно нежели у Арчера. Грейс сделала правильный вывод и праздновала маленькую победу. У неё не получалось различать близнецов на записях, не всматриваясь в надписи на футболке, зато здесь они были разными.

Девушка даже не сразу заметила, как к ней подошла Март и приветливо улыбнулась, попутно прощаясь с братьями, спешащими скрыться в коридорах корпуса. Просто поприветствовав друг друга, девушки зашли внутрь, поздоровавшись с охраной, и последовали за Тёрнерами. Однако их пути разошлись на одном из поворотов.

Глава Четвёртая

«Чуточку ближе»

— Почему мы должны были прийти раньше официального начал тренировки? – поинтересовалась Грейс, пока шла за девушкой по пятам. Она дёрнулась, сделав расстояние между ними чуть больше, когда в чужих руках что-то зазвенело. Однако Грейс успела заметить, что это были просто ключи, которые необходимы для открытия входа на стадион, и немного успокоилась. Здесь должны быть камеры, так что, если вдруг Тёрнеры откажутся подтверждать присутствие Март рядом с Грейс, те сделают своё дело. Ну или она надеялась на это.

— Ты ведь ещё не играла за университетскую команду, верно? – почему-то вместо ответа Март решила сама задать вопрос, попутно проворачивая ключи в замке.

— Квиз, начиная с университетского, становится всё больше похож на лакросс, - отсутствие ответа девушка засчитала за «да». Видимо, привыкла к подобным выходкам, хотя Фениксы весьма громкие особы. — Например, теперь ворота располагаются не на линии, как в футболе, а посредине вратарской зоны.

Преодолев дверь, два игрока ступили внутрь. Перед ними открылся взор на стадион, что, как поняла Фриман, в пользовании команды. Трибуны простирались далеко вверх и немного вниз, состоя рядов из стони, вероятно, а может и более. Сидения были красного цвета, под стать сказочным птицам, в честь которых была названа команда. Всё ухожено, полы чистые, сидения тоже. Этот стадион выглядел так, словно его только-только купили. На одном из ограждений висел плакат, посвящённый их университетской команде, всполохи огня на чёрном фоне. Так и не скажешь, что Фениксы – аутсайдеры.

— Количество игроков на поле сокращается, но здесь существуют два понятия, - сказав это, Март выкинула два пальца в знаке «V». Спускаясь всё ниже, девушка оглядывала сидения, поправила плакат, сделала парочку остановок, что-то проверяя. В конечном итоге они дошли до самого поля. — Минимальное и максимальное количество игроков на поле.

— Это причина, по которой вы ещё не выбыли? – с усмешкой спросила Грейс вспоминая, что в команде их сейчас лишь девять. И тут в чужой голове назрел вопрос: «А как они играют, если числа разные?».

— Минимальное количество равно шести игрокам на поле, - невозмутимо продолжила красноволосая, напрочь игнорируя чужое поведение. Она и бровью не повела, переходя на поле.

— А максимальное – одиннадцать, да? – уточнила Фриман, что успела немного отстать, постоянно оглядываясь назад на трибуны. В её команде игроков было чуть больше пятнадцати, когда она пришла, что разительно отличается от ситуации Фениксов. Девушке это только на руку, ведь из своей прошлой команды она запомнила по фамилиям лишь одиннадцать и то, не сразу. А в обращении к остальным использовала отличительные черты, они изначально, конечно, обижались на это, а потом привыкли. Но у Фениксов явные проблемы, если судить по их игре и вечно стоящих на поле игрокам.

— Десять, - поправила Март и остановилась, ожидая, пока Грейс её нагонит. Раньше она не замечала за собой такой медлительности, предпочитая находится рядом с другими игроками, это придавало ей уверенности в том, что она способна затеряться среди них или перебросить внимание на чужие плечи. Хотя даже на тренировки она приходила в компании. — Перед игрой выбирается число между минимумом и максимумом.

Фостер словно прочитала её мысли и ответила на незаданный вопрос. Либо она освоила телепатию, что невозможно, либо это рассказывается всем новеньким перед первой тренировкой, что логично, но немного обидно, ведь это значит, что Грейс ничем не отличается от остальных «уже несуществующих» игроков. Оказавшись почти на траве, Фриман остановилась и через пару секунд сняла ботинки, уже более уверенно нагоняя собеседницу. Март на подобные действия глянула удивлённо, затихла, позабыв о лекции, опустила взгляд на собственную обувь и решила поступить так же.

— А если в команде общее число игроков, способных находиться на поле, меньше максимума, то выбирается среднее возможное, - вернулась к прошлому обсуждению Март, поглядывая на новоиспечённую сокомандницу, не желая снова потерять на полпути. — Однако некоторые команды требуют противников выставить на поле всех игроков.

Несмотря на то, что Фриман слушала девушку, её мысли были заполнены полем, на территорию которого они вышли. Она даже не сразу заметила, что её действия не были проигнорированы. Мягкое, щекочущее ощущение практически полностью забрало её в свои объятия. Она не была на поле чуть меньше двух недель, а создавалось такое чувство будто лет. Появилось назойливое желание опуститься на чудесное покрытие, будто после особо сильных тренировок, когда уже и дышишь еле-еле, едва вбирая воздух в лёгкие. Сейчас она могла ощущать необходимый ей кислород совершенно спокойно. Однако таких порывов слиться с полем Март навряд ли бы поняла, поэтому, скорее всего, сдала бы её тренеру, требуя записать к психологу, что и так обязательная, но редкая процедура.

— Это требование рассматривается? – спрашивает скорее для галочки, чем из заинтересованности, Грейс, всё ещё отдавая себя шорохам и приятным чувствам, что растекается по телу при каждом новом шаге.

— Да, и в большинстве случаев неполная команда вынуждена играть без замен, - быстро разъясняет Март, а в голосе её на краткий миг проскакивает грусть. За собственную команду или за чужую, но достойную - не понятно.

— А как вы этого избегаете? – вопрошала Фриман, вернув внимание сокоманднице.

— Помнишь, на обсуждении я сказала, что ты в будущем возьмёшь на себя ещё одну роль, - отчего-то решила спросить девушка. Её рука коснулась ограждения, что так упорно защищало болельщиков от возможных попаданий в больницу, и, идя прямо, продолжила вести по нему пальцами. Вскоре в нём оказалась серьёзная вмятина, которая могла, вероятно, кого-то убить. И это было единственным напоминанием, что стадион действительно не новый, а просто ухоженный старый. — Пока ты будешь считаться исключительно игроком «нападающим». В игре, по правилам, от команды на поле может быть не более трёх нападающих.

Вот здесь то интерес и вернулся в чужие сердце и ум. Они на последней строчке лидеров, всё ещё живые и здоровые, многие команды, что оказались за её пределами, имеют в арсенале и побольше игроков, однако всё ещё ниже плинтуса, даже если там действительно есть парочка талантов. У Фениксов проблемы в командной работе между игроками, проблемы в линии нападения, в самой, индивидуальной, игре каждого, так ещё и в числе играющих. Единственное, чем они действительно могли бы похвастаться – это их тренер и медперсонал, ну, может быть, пара относительно стабильных игроков. Всё. Просматривая записи, Грейс удивлялась, что они вообще ещё живы с такой игрой и разборками внутри команды. Эти люди постоянно во что-то вляпываются, дерутся, кричат, травмируются, но Майкл их, почему-то не оставляет.

— В нашей команде у некоторых ребят есть «вторая» позиция, - объясняет Фостер, находясь в неведении того, что Фриман уже видела их игру и успела заметить перебежчиков, одним из которых была девушка перед ней. Она с интересом слушает, потому что банально хочет знать. — Например, теперь мы можем вывести на поле тебя, меня и Рейчел, при этом Маверика, который тоже должен занимать эту позицию, не имеют права заставить выйти на поле.

Это действительно было бы неплохим решением проблемы, но долго такой трюк навряд ли будет действовать. К тому же, другие команды могут начать делать нечто подобное. Тогда в Квиз появится дополнение к правилам. Но, если вспомнить записи, в команде перебежчиков всего трое: Март, Рейчел, Арчер. У всех есть одна замена, кроме Кристиан, второго вратаря нет, причём меняются всю игру лишь двое из них, третий играет в качестве основного на той или иной линии.

— Но у вас не так много универсальных игроков.

— Именно поэтому их и не много, - пожав плечами, произнесла девушка. — На самом деле в нашей команде каждый игрок способен стоять на двух позициях, просто выгоднее выделить нескольких и дать другим остаться на скамейке в качестве замены.

— Начиная с университетских игр, мяч утяжеляется, становится больше. Соответственно и клюшки видоизменяются, - говорила Фостер, размахивая руками в воздухе. Вдруг она разворачивается, удерживаясь на одной ноге, сцепляет руки за спиной, смотря Грейс в глаза, и продолжает идти, но уже спиной. — Через неделю мы поедем в магазин, за всем необходимым.

Подобное объявление было слегка неожиданным. Тренеру она говорила о том, что клюшку с собой не привезла, та была безвозвратно сломана. Однако такого чудесного приветствия в честь вступления в команду, она не ожидала. А если вспомнить к чему приводит долгое нахождение восьми человек в одном помещении, на расстоянии меньше десяти метров, идея съездить с ними куда-то за покупками начала казаться невероятно опасной для нервной системы, психического и физического здоровья. К тому же, выбор новой клюшки займёт не пять минут, это точно.

— Зачем другим ехать, если нужного инвентаря нет только у меня, - возмутилась было девушка, но сразу получила ответ.

— Не только у тебя, пара клюшек были сломаны, поэтому используются запасные, - протараторила Фостер, бегая взглядом с одного предмета на другой, лишь под конец взглянув на собеседницу. — А запасные не всем подходят.

Она искала поддержки во взгляде золотых глаз напротив. И Грейс могла ей это дать. В памяти ещё свежи воспоминания об ужасной клюшке, которую ей отдали в пользование, та с которой пришлось прожить большую часть своей спортивной жизни за неимением другого варианта. Клюшка была слишком длинной для неё, да со временем Фриман и сама выросла, но это было отвратительным чувством, когда инструмент был практически размером с твой рост. У неё было неудобное покрытие, которое Грейс возненавидела, просто увидев, и была права. Она помнит множество пропущенных мячей из-за неудачной хватки, синяки, ссадины, редкие занозы, иногда порезы – это всё было последствиями. И всем было плевать, ведь у тебя есть всё необходимое для игры, а значит ты должен играть и выкладываться на все сто двадцать процентов. Если упустил мяч, не смог сделать какой-либо финт или банально поранил сам себя – виноват во всём лишь ты и твои кривые руки. Однако стоит только той самой клюшке попасть в твои руки, всё меняется, и Грейс прекрасно это помнит. Тот кайф от свободной и лёгкой игры после стольких мучений она, вероятно, никогда не сможет забыть.

— Но одно из главных изменений – уменьшение времени матча. Теперь игра длится час, а не полтора, - получив необходимое, Март развернулась, продолжая идти и глядя вперёд. Фриман теперь оказалась вынуждена вновь смотреть в чужую спину. — То есть вместо девяноста минут у нас шестьдесят.

Сокращение времени было встречено Грейс двояко. С одной стороны, она была готова рвать и метать из-за потерянных тридцати минут, получаса, одной трети от прошлых временных рамок. Меньше игра – меньше ощущений от неё, меньше голов, меньше времени, чтобы отыграться, есть возможность не успеть войти в нужное состояние, оказаться на скамейке, не успеть разыграть хорошую «карту» и многое другое. С другой стороны, уменьшение времени может снизить нагрузку, свалившуюся на плечи игроков, чья выдержка оставляет желать лучшего. Справедливо сказать, что не все готовы бегать по полю весь матч. А если взглянуть на Фениксов, то можно и праздновать, особенно вратарю, что ни на секунду не покидала поля. Чем меньше времени, тем меньше мыслей по типу: «Ещё успею забить, разыграться, провести удачную атаку, взяться за мозг, а не бегать на одном адреналине».

— Тайм по тридцать минут? – с грустью уточняет Фриман.

— Тайм по пятнадцать минут, - незамедлительно поправляет её Март, оглядываясь. И, видя бурю непонимания, полное смятение и искру сомнения в собственных умственных способностях, спешит объяснить в прикол. — Их теперь не два, а четыре.

— Мне всё больше и больше кажется, что я играю в совершенно другую игру, - вздыхает Грейс, немного страдальчески. Из раза в раз ей приходится учиться играть заново, сначала одни правила, потом другие, затем первые заменяют третьими и где-то там появляются ещё и четвёртые. Играть «по старинке» не получится, ведь резко помолодеть и уменьшить числа в паспорте не получится.

— Сначала все так думают, но не пройдёт и месяца, как ты уже привыкнешь.

Да, ведь именно так всё и заканчивалось. Заново всё запоминаешь, вливаешься в игру, практически с нуля учишься дышать. Когда игра приравнивается к жизни, ты подстраиваешься под правила и её изменения, в конечном итоге ничего не стоит на месте. А если ты будешь тем, кто остановиться, то с огромной вероятностью окажешься обречён, исчезнешь, умрёшь. Грейс играла в Квиз достаточно, чтобы видеть многие метаморфозы и продолжает до сих пор. Сложно не заметить, когда твой отец обожал эту игру, как практически дело всей своей жизни, и был невероятно счастлив, видя интерес к этому в глазах своего ребёнка. К новому когда-нибудь привыкнешь, а если умеешь адаптироваться – не пропадёшь.

— Так с остальным по ходу разберёшься, если что я всегда здесь, - закончила Март, похлопав себя по груди. И вот они дошли до середины поля. Грейс уже примерно понимала, куда они идут, но уточнять не стала. Фостер шла перед ней пружинистой, лёгкой походкой, изредка оборачиваясь.

— Можно переходить к главному, - вновь заговорила девушка, поправляя свою зелёную кофту и на пару секунд установив зрительный контакт. — Тренировки у нас проходят по-разному, но общие элементы присутствуют. Первое, начинается тренировка со слов капитана, не тренера. Он может прийти к концу разминки, такое редко, но происходит, - серьёзно произнесла Фостер, показывая один палец для наглядности. — Второе, то, что ты новенькая, не освобождает тебя ото всех элементов разминки. Единственное, что в твоём случае меняется, — это количество кругов, которое тебе придётся пробежать, но лучше делать столько, сколько скажет капитан.

Капитан и тренер советуются по поводу разминки и остального, по крайней мере так принято, так что это само собой разумеющееся. Капитан даёт команде ту нагрузку, которая ей нужна, но при этом для неё посильна. Поэтому если капитан сказал бежать столько, значит надо бежать столько. Без нормальной разминки можно даже не выходить на поле. Медпункт в лучшем случае. К этому приучила себя Грейс. Она долго рычала и злилась на своего бывшего капитана, когда тот давал мало, но позже поняла, что в их команде уже такое количество кругов спокойно осилят единицы. При желании можно сделать больше, но только с разрешения и в том случае, если команде не придётся тебя ждать, чтобы идти дальше по плану.

— Третье, к концу тренировки устраивается игра команда на команду, - выкидывая из кулака уже третий палец, продолжает Март, мгновенно отвечая на незаданный вопрос. — Да, с нашим количеством игроков это немного неудобно, но тут ничего не поделаешь. Кстати, есть шанс, что тебя посадят на скамейку, поэтому постарайся не конфликтовать с ребятами и не получать штрафы.

Систему штрафов Грейс не одобрила, звучало как-то слишком странно для тренировок. Однако было интересно узнать, как здесь это оформлено. Она уже видела подобное, даже проходила через это, но легче от такого понимания не становилось. Но раньше она не видела, чтобы за штрафы отстраняли от игры, она помнит долгие выговоры, из которых сочился яд, бег до изнеможения, увеличение подходов, игра при температуре и плохом самочувствие, помощь с уборкой. Она всегда была в движении, скамейка запасных была комнатой отдыха, из которой могли вырвать в любую секунду.

— В спорных ситуациях тренер смотрит на количество штрафов и замечаний, сделанных игрокам, - говорит Фостер, желая что-то уточнить, после наблюдения за Грейс. — Пока что нас нечётное количество, поэтому тот, у кого их больше, будет сидеть с Майклом.

— Что за штрафы? – всё же спрашивает Фриман, надеясь на нечто адекватное.

— В некоторых ситуациях тренер или другой уполномоченный объявляет о штрафных кругах вокруг поля, их мы и называем штрафами, - проясняет Март, вновь взмахнув руками. Система: «замечание от тренера – штраф» всегда была действенной. Они выбрали бег. Девушка оглядела поле, что они уже почти преодолели, предполагая, что жалеть их никто не станет, а значит полный круг по несколько подходов.

— Не конфликтовать, - кивнула собственным мыслям Грейс, слегка хмурясь.

— Просто находись в компании Крис или Блейза, они новеньких не обижают, - посмеиваясь, посоветовала Фостер, вскинула голову к небу, прикрыв глаза.

— А Кэмпбэлл? – зачем-то спросила девушка, вспомнив про Джессику. В её же интересах усмирять пыл команды, чтобы те играли, а не спорили. — Она же капитан.

Смех прекратился, между двумя девушками повисло молчание. Грейс не было стыдно за вопрос, но почувствовала некую неловкость. Остановились они лишь на секунду, словно запнулись, но тут же продолжили движение.

— Джессика, - начала, но тут же закончила Март. Она обернулась на сокомандницу и натянула на лицо улыбку, что резко контрастировала с той, которую Грейс видела ранее. — Скорее встанет на сторону старого члена команды, нежели новенького.

Разговоров больше не было. Они добрались до противоположной стороны поля и повернули к левому краю. Теперь Фриман могла чётко видеть дверь в помещение, которое им сейчас нужно посетить. Пройдя дугу, они оказались на пороге. Ключи поворачиваются и дверь отворяется. Серое помещение при включившейся лампе превращается в бело-оранжевую комнату. Три шкафчика, один из которых горизонтальный; груда стульев, держащихся на честном слове; десяток матов, которые, видимо, из спортзала стащили; две стойки с клюшками разных размеров и тумбочка, возле которой расположились конусы. Девушки прошли внутрь, предпочитая оставить дверь открытой.

— Так, - поставив руки на бока, задумалась Март. Вдруг она кинулась к одному из маленьких шкафчиков. Внутри на вешалках висели части комплектов одежды. — Пока твоя форма ещё не пришла, будешь ходить в этой, она новая не волнуйся, - усмехнулась Фостер, протягивая Грейс один из комплектов, что казался самым чистым: пятен не было, а запах был такой, словно недавно постирали.

— Почему номер 5? – поинтересовалась Фриман, вспоминая, что номер у неё тринадцатый, и глядя на красные спортивные штаны и жёлтую, хотя скорее шафранового оттенка, футболку.

Из приоткрытой дверцы, Грейс могла сказать, что в шкафу были второй, пятый и одиннадцатый номера. Ей дали пятый, хотя к ней ближе последний. Какой логикой эти люди руководствовались, она не знает, мысли читать не умеет, а ей ничего не объясняют.

— Не знаю. Спроси у тренера, - просто отмахнулась Март. Девушка ещё долго смотрела на форму в руках сокомандницы, вероятно, пытаясь найти ответ на недавний вопрос. Однако с тихим вздохом сдалась, закрыв уже ненужный шкаф.

— Форма есть, - хлопнула в ладоши Фостер и начала осматриваться, что-то ища. — Клюшка. Вот они, - девушка махнула рукой в сторону стоек с теми самыми клюшками. — Выбирай с какой комфортнее играть.

Неуверенной поступью Грейс подобралась к железной бандуре, сдерживающей деревянную прелесть. Она аккуратно достала первую сразу же пропуская ту, что посчитала слишком короткой. Отец говорил, что нужно выбирать сердцем, а крёстный – умом. Покрытие было приятным, таким, которое полюбилось с детства, длинна – идеальная, но сидела в руке ужасно из-за нестандартного хвата. Простое сжимание в руке отдавалось неприятным ощущением, что хотелось бросить её в стену. Конечно же, клюшка была возвращена на место. Следующая оказалась коротковата и при вытягивании или сгибании руки норовила покалечить. Третья с ненавистным покрытием, но чудесными параметрами. Она перебрала штук десять, пока не замерла, держа очередную в руках. По всем фронтам была великолепной, словно для неё сделанной. Однако и эта была откинута. Ведь что-то с ужасом сжалось где-то внутри, когда в руках оказалась чёрная с блёклыми зелёными разводами клюшка, чья текстура казалась ребристой, но на деле была невероятно гладкой, подходящая под её хват и не приносящая дискомфорт при замахе, нужной длины. В общем была бы идеальна, чтобы быть ею избитой, как когда-то. Одна из последних клюшек была взята в руки с мыслью о том, что неделю придётся таскаться с неудобным инструментом, что оказалось, зря, ведь та ей подходила.

— Эта, - одобрительно почти проурчала Грейс, вертя клюшку и изучая со всех сторон своего нового спутника.

— Хорошо, - с улыбкой отозвалась Март, энергично кивнув головой и ткнув чем-то в грудь новенькой. — Вот экипировка, не забудь про неё.

Посмотрев вниз, девушка сразу поняла, что это, аккуратно забирая себе и надеясь, что ничего не выпадет. Это был комплект защитного снаряжения, состоящий из шлема, наплечники, наколенники, перчатки, чтобы спасти руки от повреждений. В общем всё, что могло понадобиться.

— Всё взяла? – поинтересовалась Фостер, уже держа руку на выключателе.

Помещение было оставлено, дверь благополучно закрыта. Девочки шли обратно, проходя сквозь всё поле. Март не раз предлагала помочь и понести что-нибудь, но Грейс мёртвой хваткой держалась за клюку и форму, обёрнутую на снаряжении. Как она ещё не уронила обувь, было загадкой даже для самой Фриман, однако отступать она не была намерена.

Возвращались в коридор они тем же путём каким и уходили на стадион. Теперь девушки держали курс в ту сторону, в которой растворились Тёрнеры некоторое время назад. Они прошли поворот, выйдя в новый коридор. Там сразу можно было заметить две двери с табличками, которые прочитать с того места, где стояла Грейс, было невозможно. Однако стоило подойти ближе, как всё стало понятно. «Раздевалка» - гласила надпись. Девушки зашли в ближайшую дверь.

Дверь легко поддалась под небольшим давлением. Внутри оказалась комната приличных размеров со множеством шкафчиков и скамеек. Как и всё остальное, раздевалка была выполнена в тёплых цвета с периодическим добавлением белого и чёрного. Посреди комнаты расположена перегородка из тех же шкафчиков, что прилегают и к стене. Небольшой сдвиг раздевалки вправо, обеспечивающий большее пространство. А также проход в другую комнату. По светлой плитке и видным очертаниям кабинок, Грейс предположила, что это – душевая. Радовало наличие у половины кабинок полноценный стен и дверей.

— Это раздевалка, - махнула рукой Март, как бы представляя новое место, предназначение которого и так понятно. — Ну, для девочек, а там для мальчиков, - указывая вправо пальцем, вероятно намекая на соседнее помещение.

— Кстати, три раза в неделю мы вместо утренней тренировки идём в спорт зал, - вдруг вспомнила Фостер идя вглубь раздевалки. — Да, он здесь тоже есть. Если что, эти дни обговариваются заранее. Не знаю, есть ли у тебя спортивная форма, но пока ты можешь заниматься и в той, что ты забрала.

Дойдя до стены, Март скинула с плеча сумку, удачно расположив ту на скамье. Она жестом подозвала Фриман, ожидая, пока та окажется рядом, чтобы указать на один конкретный шкафчик, в замке которого уже висел ключ. Грейс неуверенно подошла к нему и открыла дверцу. Внутри большими буквами было написано её имя, оставляя место для фамилии. Внутри были три вешалки, два ящичка, один из которых предназначался для обуви, другой для сумки или рюкзака. Девушка взяла на заметку, что брать надо минимум необходимого.

Фриман быстро разложила инвентарь на скамье под своим шкафчиком. Она аккуратно подцепила края собственной кофты, скрестив руки. За рекордное время, будто со скоростью света, Грейс стащила с себя один элемент одежды и заменила на другой – спортивный. Ненужный атрибут был повешен в шкафчик, хоть как-то заполняя пространство. Кожаный ремень следующим отправился обживать новое пристанище, как и обувь. Любимые, свободные штаны тоже были убраны, позволяя шортам по колено оказаться на их месте, новые длинные гольфы закрывали ноги достаточно, чтобы девушка чувствовала себя комфортно. Белые кроссовки, сразу видно, старые, стояли под скамьёй и, по словам Март, пока будут принадлежать ей. До похода в магазин, очевидно. Обувь, кстати, выглядела так, будто ею пользовались лишь пару раз, а потом оставили, не разносив по нормальному, она всё ещё была деревянная.

Закончив с переодеванием, Фриман глянула в сторону Март. Та не расторопно достала нужные ей вещи, сразу же сняла обувь и натянула на ноги сменную пару носок. Аккуратно скинула с плеч зелёную кофту, наряжая свободную вешалку. Красная в чёрную клеточку футболка легко заменилась жёлтой частью формы. Она плавно поднялась со скамьи и потянулась, вытягиваясь так, словно желала достать до потолка, как грациозная кошка, а не сказочная птица. Простые спортивные чёрные штаны тоже не были для неё проблемой. Последним штрихом стали малиновые кроссовки с белыми полосами. Она совершенно никуда не спешила, будто хотела растянуть момент на столько, на сколько это было возможно. Может быть, конечно, дело в том, что в раздевалке были только они, а достаточно нейтральных тем для разговора не так много.

— Знаешь, я бы показала тебе общежитие, но тренер сказал, что пока ты будешь жить у себя, - поделилась с новенькой Фостер, складывая всё в шкафу в одной ей известном порядке. Защитное снаряжение на быстрой готовности.

— Да, пока не получу документы.

Грейс повторила за игроком, понимая, что такие привычки не приходят просто так. Больше тишина между ними не нарушалась. Ну, если не считать звука, издаваемого ручкой, которой так чудесно манипулирует Фостер. В какой-то момент девушка просто достала тетрадь, телефон и начала что-то строчить. Периодически в бой шли даже маркеры и цветные ручки. Позже, Фриман даже не уверена, когда именно, Март заменила ручку на карандаш и стала что-то старательно вырисовывать, не забывая про ластик и его магические свойства оставлять либо грязь, либо чистый кусочек листа.

В комнате появился ещё один человек, которого выдавали лишь достаточно громкие шаги. Взглянув на дверь, Грейс увидела Джессику. Девушка на ходу расплетала русые косы, которые раньше, странным образом, в форме овала держались на её голове, как свисающие ушки. Её карие глаза выглядели уставшими, а когда та оказалась рядом, Фриман могла разглядеть под ними синяки, что очень активно пытались скрыть тональным кремом. Горчичная кофта сразу была брошена на скамью, расположенную в том же углу, но в другой стороне, теперь всё внимание было на бежевой рубашке. Звон ключей оповестил об ещё одном открытом шкафчике.

— Здравствуйте, капитан, - запоздало, но поприветствовала девушку Грейс, когда поняла, что Март тоже промолчала.

— Зови меня «Джесс» либо по фамилии, - безэмоционально попросила Кэмпбэлл, а после сделав глубокий, шумный вдох, с грохотом приземлилась на сидение. — Мы не на поле.

— Хэй, Джесс, как пары? – втесалась в разговор Фостер, наконец-то отрываясь от тетради.

— Ничего необычного, - устало потерев переносицу, ответила капитан, встретившись с чужим взглядом. Март закинула свой прошлый объект внимания в шкафчик и, закрыв его, подсела к сокоманднице. Та сдалась без промедлений. — Ладно, в этот раз мне действительно хотелось врезать тому философу.

Следующие минут пять точно, с лица капитана не исчезала улыбка, пока та старалась как можно подробнее описать беспокоящий её момент. Март не перебивала, но вопросы задавала, как только наступали паузы, стараясь показать свою заинтересованность жизнью капитана. На секунду Грейс стало тошно, но потом пришло осознание, что её это волновать не должно и стало как-то приятнее. Джессика тоже переодевалась не быстро, постоянно отвечая на наводящие вопросы, возмущаясь и активно жестикулируя, но минут через семь была полностью готова. «01» гордо находилось на футболке команды.

— Ой, да ладно, быть такого не может! – удивлённо воскликнула Март. Фриман уже давно не слушала их диалог, поэтому вздрогнула от резко повышенной громкости чужого голоса.

— Ага, я тоже так думала, пока сама не увидела, - кивнула Кэмпбэлл, выглядя уже более живой и бодрой нежели минут пять назад. Капитан завязала себе высокий хвост и подняла подбородок, видимо, чувствуя себя более чем комфортно.

Дверь со скрипом открывается и в помещение заходит ещё одна девушка, методом исключения понять, кто эта шатенка, не было сложно. Вратарь команды в той же зелёной кофте с весёлой рожицей аккуратно закрыла дверь и заглянула вглубь комнаты на уже пришедших. С сумкой наперевес девушка направилась к остальным. Увлечённые Кэмпбэлл и Фостер за разговором не заметили сокомандницу, а может быть просто проигнорировали.

— Привет, Крис, - первой всё же обратилась Март, улыбнувшись девушке, чей шкафчик оказался на той же стороне. Они словно выстроились полукругом в раздевалке.

— Привет, Март, - махнула рукой в знак приветствия Мёрфи. Её губы растянулись в усталой, но одобрительной улыбке. — И вам, Джесс, Грейс, тоже привет, - переведя взгляд с одной на другую, добавила девушка и вымученно съехала вниз по шкафчику.

Кристиан потянулась так, что был слышен хруст костей. Девушка выглядела как выжатый лимон, но лёгкой улыбкой начала рассказывать о своём дне. Грейс узнала много интересного о сокоманднице. Мёрфи подрабатывает в спортзале, осматривает оборудование, периодически помогает приходящим с упражнениями, а также на занятиях выступает помощником мероприятия. Дети, взрослые – не важно, она работает со всеми и очень с этого бесится, говоря, что не умеет общаться с детьми. Кристиан может вытерпеть нудных взрослых, которые пытаются навязать своё мнение и показать, что знают лучше, но подростков называет исчадиями ада, почему-то прося у Март сил и терпения. Единственным отвлечением от истории был громкий стук из-за стены, на который все дружно забили, хоть раз действительно поступив как команда.