Kitabı oxu: «Когда цирк уехал. Военная часть встречает гостей»

Глава 1. Два дня до начала

Где-то в Ростовской области, военная часть

— Майор, зайди.

Голос полковника Бережного не терпел возражений. Островский Глеб Сергеевич, он же просто Глеб для своих и «Артист» для тех, кто знал его поближе, вздохнул и толкнул дверь кабинета.

— Товарищ полковник…

— Садись, майор. Разговор есть.

Бережной был старый служака. Лет под шестьдесят, седой, лицо покрыто морщинами, как старая карта. Он не любил болтовни, не любил рапортов и терпеть не мог, когда подчинённые умничали. Глеб это знал. Поэтому просто сел и ждал.

— Задание особой важности, — Бережной подвинул по столу запечатанный конверт. — Секретка. Точки «А» и «Б» внутри. Выезжаешь сегодня. Своими ребятами. Работаете быстро, тихо, осторожно.

Глеб взял конверт, повертел в руках.

— А вскрывать когда?

— Когда за ворота выедешь. И запомни, майор: груз очень важный. Очень. Если что-то пойдёт не так — стреляй себе в голову сразу, чтоб я не тратил пулю.

Глеб хмыкнул. Полковник шутил редко, но когда шутил — шутки у него были специфические.

— Понял, товарищ полковник. Самоуничтожусь при малейшей угрозе. Разрешите идти?

— Иди. И… Островский.

Глеб обернулся в дверях.

— Будь там аккуратнее. Груз того… специфический.

— В смысле?

— Увидишь.

— --

Час спустя. УАЗик, выезжающий за ворота части

В машине было тесно, шумно и привычно. За рулём сидел Рыжий — прапорщик, замкомвзвода, друг детства и просто человек, которого Глеб терпел больше остальных. Рядом с ним — Шмель, снайпер, вечно молчаливый и вечно смотрящий куда-то вдаль, даже когда вокруг были только степи и редкие деревца. Сзади, кроме самого Глеба, сидел Кузя, молодой связист, который вечно что-то настраивал в своей рации и заикался от волнения.

— Рыжий, не гони. Нам не в казино, — Глеб откинулся на сиденье и наконец вскрыл конверт. — Так… точка «А»… Это ж тот старый НИИ под Ростовом? Который ещё в девяностых закрыли?

— Ага, — кивнул Рыжий, не отрываясь от дороги. — Там сейчас какие-то коммерсанты арендуют. Говорят, что-то производят.

— Производят, значит… А точка «Б» — наш полигон. Логично. Берём груз из пункта А, везём в пункт Б. Что за груз-то?

Глеб перевернул лист. И присвистнул.

— Вирусолог. Алиса Евгеньевна… фамилия засекречена. Мать моя женщина. Они что, решили чуму к нам на полигон завезти?

— Не чуму, — подал голос Шмель. — Говорят, вакцины какие-то разрабатывают. Для армии.

— Вакцины? — Глеб посмотрел на него с подозрением. — От чего?

Шмель пожал плечами. Он больше ничего не знал, а если и знал, то молчал. Молчун, блин.

— --

Час сорок спустя. Территория старого НИИ

Место было мрачное. Заброшенные корпуса, выбитые окна, ржавые заборы. Но один корпус — трёхэтажный, с новыми пластиковыми окнами — явно был обитаем. Охрана на входе, камеры по углам. Всё серьёзно.

Глеб вышел из машины, размял затёкшие ноги.

— Кузя, остаёшься на связи. Шмель — на вышку, осмотрись. Рыжий — со мной.

Они подошли к проходной. Охранник, здоровенный детина с автоматом, проверил документы, кивнул и пропустил.

Внутри пахло больницей. Стерильно, чисто, холодно. Белые стены, белый пол, белые лампы. Глеб даже поёжился.

— Прямо морг какой-то, — пробормотал он. — Не хватало только, чтоб нам покойника выдали.

— Не каркай, — тихо сказал Рыжий.

Их встретил молодой человек в очках, весь из себя интеллигентный, в белом халате.

— Майор Островский? Пройдёмте. Алиса Евгеньевна уже готова.

Они прошли по длинному коридору, мимо закрытых дверей с табличками «Посторонним вход воспрещён». Из-за одной двери слышался гул, похожий на работу мощных вентиляторов. Из другой — тихий, ритмичный писк приборов.

— У вас тут прямо космос, — усмехнулся Глеб. — Инопланетян не прячете?

— Шутить изволите, — сухо ответил очкарик.

— Изволю. Работа такая.

Они остановились перед массивной металлической дверью. Очкарик приложил карточку, дверь щёлкнула и открылась.

— Алиса Евгеньевна, за вами приехали.

Женщина, которая поднялась им навстречу, выглядела… странно. На вид лет тридцать пять. Светлые волосы собраны в аккуратный пучок. Белый халат, белая блузка, белые туфли.

Всё стерильное, как и весь этот корпус. Но глаза…

Глаза у неё были тёплые. Ласковые. Материнские. Она смотрела на Глеба и Рыжего так, будто они были её детьми, которых она давно не видела и очень соскучилась.

— Здравствуйте, мальчики, — сказала она мягко, почти пропела. — Ну что, готовы?

Глеб переглянулся с Рыжим.

— Так точно, товарищ… э-э… Алиса Евгеньевна. Документы готовы, машина ждёт. Прошу следовать за нами.

— Конечно, конечно, — она взяла небольшую сумку, оглянулась на очкарика. — Я скоро вернусь, Сергей Иванович. Присмотрите тут без меня.

— Конечно, Алиса Евгеньевна.

Она пошла к выходу, и Глеб заметил, как очкарик смотрит ей вслед. С обожанием. Как на икону.

— Странные тут у вас порядки, — пробормотал Глеб, когда они вышли в коридор. — Прямо секта какая-то.

— Что вы, майор, — Алиса обернулась и ласково улыбнулась. — Мы просто учёные. Мы хотим сделать мир лучше. Сильнее. Чище.

— Ну-ну, — только и сказал Глеб.

— --

В машине

Алиса села на заднее сиденье, рядом с Кузей. Тот сразу застеснялся, покраснел и уткнулся в рацию.

— Ой, какой молоденький, — Алиса посмотрела на Кузю с умилением. — Сколько тебе, мальчик? Двадцать? Двадцать один?

— Д-двадцать два, — выдавил Кузя.

— А на вид — совсем ребёнок. И такой серьёзный. Ты, наверное, очень устаёшь, да? Всё время на связи, всё время в дороге…

— Н-ну, бывает…

— Хочешь, я сделаю тебе укольчик? Витамины. Просто витамины. Ты сразу станешь бодрее, веселее. Спать лучше будешь.

Кузя побелел.

— Я… я… не надо… спасибо…

Глеб, сидевший спереди, обернулся.

— Алиса Евгеньевна, а давайте без уколов в дороге. А то у меня водитель нервный, ещё в столб въедет.