Kitabı oxu: «Любовь — это… Серия «Номинализации»»

© Avi Hohma, 2026

ISBN 978-5-0071-1269-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Книг о любви написано столько, что появление ещё одной требует объяснения.

Моё довольно простое.

Я много лет задавал людям вопрос:

— Что такое любовь?

Не для исследования.

Не для статистики.

И не для того, чтобы поймать человека на незнании.

Мне действительно было интересно.

Потому что любовь — одно из тех слов, которыми мы объясняем огромные решения собственной жизни.

— Почему женился?

— Любил.

— Почему осталась?

— Любила.

— Почему простил?

— Потому что люблю.

— Почему ушёл?

— Перестал любить.

Одним словом можно объяснить брак, развод, переезд, годы ожидания, прощение, уход.

Слово очень мощное.

Но если после этого спросить:

— А что именно ты называешь любовью?

становится значительно сложнее.

Мне это противоречие всегда казалось интересным.

Мы способны построить вокруг любви значительную часть жизни — и довольно смутно понимать, что именно называем этим словом.

Эта книга появилась из желания разобраться.

Не во всей любви.

Это было бы слишком самонадеянно.

Хотя бы в одной её части.

О какой любви эта книга

Я не собираюсь здесь определять любовь:

к детям;

родителям;

друзьям;

Богу;

Родине;

своему делу.

Все эти связи мы называем одним словом.

Но они явно устроены по-разному.

Меня интересует более узкая территория:

партнёрская любовь мужчины и женщины, которые могут быть сексуальными партнёрами.

Та, где хочется:

прикоснуться;

говорить;

узнавать;

быть рядом;

иногда заниматься совершенно обычными вещами, которые именно рядом с этим человеком почему-то перестают быть обычными.

Для этой любви у меня много лет существовала короткая формула.

Ей около тридцати пяти лет.

Когда-то она казалась мне почти законченной.

Теперь — уже нет.

С неё и начнётся первая глава.

А дальше я буду проверять:

выдержала ли она жизнь?

Это не научная теория любви

В книге много разговоров о:

психике;

теле;

сексуальности;

привязанности;

доверии;

влечении.

Но перед вами не учебник психологии.

Я не исследовал десять тысяч пар.

Не собирал контрольную группу.

Не измерял любовь приборами.

Вообще не уверен, что самую важную её часть можно нормально измерить.

Это книга наблюдений и размышлений.

За годы передо мной прошло много чужих историй.

Люди:

любили;

влюблялись;

расставались;

возвращались;

предавали;

прощали;

оставались там, откуда, казалось бы, нужно немедленно уходить;

и уходили из отношений, которые со стороны выглядели совершенно благополучными.

Но я не хочу превращать чужие жизни в литературный аттракцион с условными Машей и Петей.

Мне интереснее другое:

какие закономерности становятся видны, если достаточно долго смотреть на очень разные человеческие связи?

Выводы в этой книге мои.

Жизни, из которых они выросли, принадлежали другим людям.

Иногда — и собственному опыту.

Но эта книга не автобиография.

Карта — не территория

Я не знаю окончательного ответа на вопрос:

— Что такое любовь?

И подозреваю, что ответа, который полностью описывал бы всё, называемое любовью, вообще не существует.

Слон слишком большой.

Мне нравится старая история о людях, которые трогали слона с разных сторон.

Один нашёл хобот.

Другой — ногу.

Третий — ухо.

И каждый способен вполне убедительно объяснить:

— Вот что такое слон.

Проблема начинается, когда часть объявляют целым животным.

Я не хочу этого делать.

Эта книга — карта той территории, до которой сегодня удалось дотянуться мне.

Через несколько лет я, возможно, увидел бы что-то иначе.

Что-то уточнил.

От чего-то отказался.

Нормально.

Рабочая карта ценна не тем, что является вечной истиной.

А тем, что помогает ориентироваться, пока не появилась карта лучше.

Поэтому вам совершенно не обязательно со мной соглашаться.

Иногда хорошим результатом чтения будет:

— Нет. У меня иначе.

Значит, появился собственный ответ.

Тоже неплохо.

Но ответ всё-таки будет

Есть очень безопасный способ написать книгу о любви.

Долго рассуждать.

А в конце сказать:

— У каждого своя любовь.

Формально не придерёшься.

Практической пользы немного.

Если человек открыл книгу под названием «Любовь — это…», он вправе ожидать, что автор всё-таки попробует закончить предложение.

Я попробую.

Причём довольно рано.

В первой главе появится определение, с которым я жил много лет.

А дальше мы начнём его ломать.

Проверять.

Разбирать на части.

Собирать снова.

И смотреть, выдерживает ли оно реальных людей.

Не идеальную пару.

Не красивую историю.

Жизнь.

Любовь и отношения — не одно и то же

Это различие окажется для книги очень важным.

Можно очень сильно любить человека — и построить с ним ужасные отношения.

Можно создать устойчивую, удобную и уважительную совместную жизнь — и не испытывать большой партнёрской любви.

Связь между этими вещами очевидна.

Тождество — нет.

Отношения требуют:

договорённостей;

совместимости;

границ;

надёжности;

решений о деньгах;

быте;

сексе;

верности;

отдельности;

общей жизни.

Любовь сама по себе не выполняет всю эту работу.

И, кажется, не стоит назначать её руководителем целого отдела.

Поэтому эта книга не будет инструкцией:

«Как построить правильную пару».

Меня интересует другое:

что именно происходит между двумя людьми, когда они называют происходящее любовью?

И ещё:

что любовь делает с их жизнью?

Можно любить плохо

Это один из неприятных тезисов книги.

Мы привыкли давать любви высокий моральный статус.

Если любит — значит, уже хорошо.

Но человек способен любить и одновременно:

лгать;

контролировать;

унижать;

изменять;

манипулировать;

быть ненадёжным;

причинять огромную боль.

Любовь не превращает человека автоматически в хорошего партнёра.

Поэтому вопрос:

— Он меня любит?

иногда оказывается не самым важным.

Допустим:

— Да.

Дальше?

Подходит ли вам такая любовь?

Можно ли в ней жить?

Что происходит рядом с человеком, который любит именно так?

И ещё один вопрос, который будет возвращаться:

каким я становлюсь рядом с тобой?

Больше ли во мне жизни?

Или меньше?

«Должен» и «выбираю»

Эти два слова будут встречаться часто.

— Если любишь, должен…

— Раз люблю — обязан…

Любовь действительно способна привести человека к очень дорогим решениям.

Переехать.

Отказаться от возможности.

Ухаживать за больным.

Поменять собственную жизнь.

Иногда это огромная цена.

Но мне важно различать:

— Я выбираю эту цену.

И:

— Я обязан её заплатить, иначе моя любовь ненастоящая.

Снаружи действия могут выглядеть одинаково.

Внутри это совершенно разные конструкции.

То же самое касается второго человека.

Если он не может сказать:

— Нет,

что тогда означает его:

— Да?

Поэтому любовь и свобода в этой книге будут стоять рядом.

Не как противоположности.

Наоборот.

Для той любви, которую мы рассматриваем, нужны двое.

Не две половинки.

Каждый способен отойти.

Отказать.

Не ответить взаимностью.

И именно поэтому его движение навстречу вообще что-то значит.

Любовь делает уязвимым

Чем важнее человек, тем больше его способность причинить боль.

Не право.

Именно способность.

Полностью убрать эту возможность, похоже, нельзя.

Можно построить хорошую защиту.

Не открываться.

Не доверять.

Не зависеть.

Всегда держать запасной выход.

Часть рисков уменьшится.

Вместе с ними может уменьшиться и глубина близости.

Поэтому я не обещаю рассказать:

как любить безопасно.

Такого способа я не знаю.

Мне значительно интереснее другой вопрос:

как любить очень глубоко и всё-таки не исчезнуть внутри этой любви?

Как оставить:

свою жизнь;

своё тело;

свой ум;

своих людей;

свою способность стоять на ногах.

Не для того, чтобы меньше любить.

Возможно, именно чтобы любить лучше.

И любовь может закончиться

Настоящая.

Большая.

Взаимная.

Может.

Человек способен однажды перестать любить.

Отношения могут закончиться раньше чувства.

Чувство — пережить отношения.

Иногда даже пережить самого человека.

Это плохо соединяется с красивым:

— Если настоящая — навсегда.

Но меня в этой книге вообще больше интересует реальность, чем красота формулы.

Конец не делает прожитое фальшивым.

Лето не становится выдумкой, когда приходит осень.

И, возможно, конечность вообще является одной из причин ценности любви.

Время рядом не бесконечно.

Поэтому иногда важнее не вопрос:

— Как удержать тебя навсегда?

А:

— Как не пропустить тебя, пока ты здесь?

Для кого эта книга

Наверное, для человека, который хоть раз спрашивал:

— Я действительно люблю?

— А меня?

— Почему я люблю и хочу уйти?

— Почему меня так тянет к человеку, рядом с которым плохо?

— Почему вроде всё хорошо, а внутри пусто?

— Это спокойная любовь или мы просто привыкли?

— Можно ли снова открыть сердце после того, как однажды было очень больно?

И в конце концов:

— Что вообще должно происходить между двумя людьми, чтобы я мог честно сказать: это любовь?

Возраст здесь не особенно важен.

В двадцать эти вопросы звучат одним образом.

Позже — немного иначе.

Потому что за теми же словами уже стоит прожитая история.

Как читать эту книгу

Не как инструкцию.

Скорее как разговор.

Я предложу гипотезу.

Потом сам же попробую найти место, где она ломается.

Где-то старая формула выдержит.

Где-то потребуется уточнение.

Где-то выяснится, что два явления, которые мы привычно называем одним словом, устроены совсем по-разному.

А где-то красивую границу провести вообще не получится.

Нормально.

Задача не в том, чтобы к последней странице построить идеальную классификацию человеческих чувств.

Задача скромнее:

увидеть немного больше.

Различить там, где раньше всё называлось одним словом.

И после этого сделать собственный выбор немного более осознанно.

Итак

Я пришёл к этой книге с определением, которому около тридцати пяти лет.

Мне хотелось проверить:

выдержало ли оно жизнь?

Не сохранить его любой ценой.

И не доказать собственную давнюю правоту.

Посмотреть ещё раз.

Что я тогда увидел?

Чего не заметил?

Что теперь требует другого слова?

И что вообще осталось от короткой формулы после десятилетий чужой и собственной жизни?

Ответ оказался одновременно сложнее и проще, чем я ожидал.

Но до него нужно дойти.

Поэтому оставим предисловие.

И начнём.

ЧАСТЬ I. ЧТО МЫ НАЗЫВАЕМ ЛЮБОВЬЮ

Глава 1. Что такое любовь?

Территорию мы уже ограничили: партнёрская любовь мужчины и женщины, которые могут быть сексуальными партнёрами.

Теперь можно предложить первый рабочий ответ.

Примерно с 1990 года у меня есть определение, которым я пользуюсь до сих пор.

Ему около тридцати пяти лет.

Любовь — это сплетение трёх влечений:

влечение двух тел порождает страсть,

влечение двух умов порождает уважение,

влечение двух сердец порождает дружбу.

Тело.

Ум.

Сердце.

Три линии между двумя людьми.

Эта формула много лет была для меня рабочей.

Но рабочее определение не означает истинное.

Поэтому одна из задач этой книги — проверить его ещё раз.

Что в нём осталось верным?

Что оказалось слишком простым?

Что я тогда не увидел?

И что изменилось в моём понимании любви за эти десятилетия?

Для начала разберём, что вообще скрывается внутри этих трёх строк.

Тело

Тело иногда принимает решение раньше головы.

Можно увидеть женщину и почувствовать:

— Хочу.

При этом ещё совершенно не знать, что это за человек.

Можно через пять минут обнаружить, что говорить особенно не о чем.

Через неделю — что характер совершенно не подходит.

Через месяц — что вместе жить вы бы точно не смогли.

Но тело уже отреагировало.

Почему именно эта женщина?

Запах.

Голос.

Движение.

Лицо.

Взгляд.

Фигура.

Манера смеяться.

Какая-то смесь физиологии, прошлого опыта и вещей, которые человек вообще не способен осознанно перечислить.

Можно потом придумать красивое объяснение.

Но тело выбрало раньше объяснения.

Это страсть.

Она может быть невероятно сильной.

Иногда настолько, что её сразу называют любовью.

Но страсть сама по себе ещё не любовь.

Можно отчаянно хотеть женщину, с которой совершенно не хочется разговаривать после секса.

Можно заниматься великолепным сексом и не доверять друг другу.

Можно хотеть тело — и совершенно не хотеть самого человека в своей жизни.

Это не плохо.

Просто это другое.

В моей старой формуле телесное влечение — один из трёх элементов.

Один.

Не весь ответ.

Ум

С другим человеком может произойти совсем другая история.

Хочется разговаривать.

Ты бросил мысль — человек поймал.

Продолжил.

И ты вдруг увидел ещё один поворот, которого сам не заметил.

Можно спорить.

Не соглашаться.

Иногда раздражаться.

Но интересно:

— А ты как это видишь?

Мне вообще кажется, что интеллектуальное притяжение совершенно не требует одинаковости.

Иногда наоборот.

Человек интересен именно потому, что думает иначе.

Он расширяет мою картину мира.

Рядом с ним собственная голова начинает работать лучше.

Из этого, по моей старой формуле, рождается уважение.

Не обязательно восхищение.

Не признание:

— Ты умнее меня.

И точно не подчинение.

Скорее:

— Для меня важно, что ты думаешь.

Само по себе это тоже ещё не та любовь, которую мы рассматриваем.

Можно очень уважать человека.

Разговаривать часами.

И совершенно не хотеть его тела.

Сильная связь?

Да.

Любовь мужчины и женщины в нашем смысле?

Пока нет одного из каналов.

Сердце

Слово «сердце» ненаучное.

Но пока я не нашёл слова, которое мне нравится больше.

Это место, где возникает:

— Мне с тобой тепло.

Мне важно, что с тобой происходит.

Мне хочется рассказать тебе то, что я не рассказываю каждому.

Я могу увидеть твою слабость и не использовать её против тебя.

Мне хорошо, когда хорошо тебе.

Не потому, что прямо сейчас получу что-то взамен.

А потому, что ты мне дорог.

Когда-то результат этого влечения я назвал дружбой.

Сейчас уже вижу, что слово несколько узкое.

Здесь есть и дружба.

И нежность.

И доверие.

И забота.

И очень трудно определимое ощущение:

— Ты свой.

Не «ты принадлежишь мне».

Совсем другое.

Ты мой близкий человек.

Можно очень глубоко дружить десятилетиями и не испытывать никакого сексуального желания.

И это тоже любовь.

Но другой её вид.

Мы же пытаемся понять, что происходит, когда соединяются все три линии.

Когда открыты три канала

Тело тянется к телу.

Уму интересен другой ум.

Сердцу тепло рядом с другим сердцем.

Можно записать:

тело ↔ тело;

ум ↔ ум;

сердце ↔ сердце.

И вот здесь я сейчас замечаю в своей старой формуле вещь, которой долго отдельно не придавал значения.

Там всё время было слово «двух».

Двух тел.

Двух умов.

Двух сердец.

То есть речь изначально шла не просто о том, что внутри одного человека одновременно возникли три чувства.

Есть две стороны.

И между ними что-то происходит.

Это не означает, что двое любят одинаково.

Я вообще не представляю, как это можно измерить.

— Я люблю тебя на 83 процента, а ты меня всего на 71.

Люди разные.

Один много говорит.

Другой почти ничего не говорит, но приезжает ночью через весь город, если нужно.

Один чаще ищет прикосновения.

Другой сильнее проявляет заботу.

Не об одинаковом количестве речь.

А о движении навстречу.

Но здесь сразу возникает проблема.

Допустим, я хочу женщину.

Мне невероятно интересно с ней разговаривать.

Она мне дорога.

Я скучаю.

Думаю о ней.

Представляю совместную жизнь.

В голове уже стоит дом, бегают дети и лежит собака.

Только сама женщина всего этого не испытывает.

Или вообще пока плохо понимает, что является участницей такой большой внутренней истории.

Что это?

Любовь?

Мой сегодняшний первый ответ:

по крайней мере это не та взаимная партнёрская любовь, которую я пытаюсь описать этой формулой.

Здесь нет встречного контура.

Есть сильное чувство одного человека.

Страсть.

Нежность.

Интерес.

Фантазия.

Возможно, влюблённость.

Возможно, что-то ещё.

Но здесь я уже не хочу торопиться.

Потому что как только начинаешь разбираться во влюблённости, простая схема быстро начинает трещать.

Например, а если всё это происходит одновременно у обоих?

Двое потеряли голову.

Оба хотят.

Обоим интересно.

Оба ждут сообщения.

Оба уверены, что встретили именно того человека.

Есть встречность.

Значит, это уже любовь?

Не обязательно.

Мы пока слишком мало знаем.

Именно поэтому влюблённость придётся рассмотреть отдельно.

Но сейчас важно другое.

Сплетение

Я много лет говорил:

сплетение трёх влечений.

Не сумма.

И сегодня это слово кажется мне даже более важным, чем раньше.

Пока мы только обозначили три канала.

Дальше придётся посмотреть на каждый значительно внимательнее.

Что происходит с телом со временем?

Что именно я называю уважением?

Достаточно ли дружбы для сердечной связи?

Могут ли каналы существовать независимо?

Что происходит, если один исчезает?

Если два остались?

Если любовь есть, а жить вместе невозможно?

Если человек любит — что из этого вообще следует?

Должен ли он быть верным?

Должен ли прощать?

Должен ли остаться?

Можно ли любить и уйти?

Можно ли любить человека, которого больше не уважаешь?

Можно ли любить и не хотеть секса?

Где любовь, а где зависимость?

И почему иногда рядом с одним человеком жизнь становится больше, а рядом с другим — постепенно сжимается почти до одного человека?

На эти вопросы у меня есть ответы.

На некоторые — достаточно устойчивые.

В каких-то я не уверен.

Что-то, возможно, изменится прямо по ходу книги.

И это нормально.

Если определение нельзя проверить, оно мало чем отличается от веры.

Поэтому пока у нас есть исходная карта:

Любовь — это сплетение трёх влечений:

влечение двух тел порождает страсть,

влечение двух умов порождает уважение,

влечение двух сердец порождает дружбу.

И важная пометка на полях:

движение должно быть встречным.

Пока этого достаточно.

Карта — не территория.

Слон большой.

Начнём с того места, до которого можем дотянуться.