Kitabı oxu: «(Не)фиктивный брак. Любовь случается»

Глава 1

– Что здесь происходит?! – вопрос, заданный громогласно, заставляет меня замолчать. – Ксения Витальевна, почему в вашем отделе средь бела дня рыдает сотрудница? Почему в рабочее время?

Я старательно пытаюсь удержать следующий всхлип. Босс. Биг босс. Сам Вадим Алексеевич спустился к нам. В самый разгар моих рыданий.

– Это не запрещено правилами компании, – моя начальница поднимается.

Смотрит мне за спину. А я боюсь обернуться.

– Ксения Витальевна! – рявкает босс.

– Хорошо, я доведу до сведения отдела, что рыдать можно только в нерабочее время, – спокойно произносит начальница.

Вот это у нее выдержка! Я, наоборот, втягиваю голову в плечи. И мечтаю испариться из кабинета.

Ну почему босс не зашел на час позже? Я бы успела выплакаться и приступила бы к своим обязанностям.

– Прекрасно, – чеканит Вадим Алексеевич. – Так в чем причина этого... этой... трагедии?

– Это личное, Вадим Алексеевич, – пытается уйти от ответа Ксения Витальевна.

Но босс решил вытрясти из нас души.

– Рабочий день в разгаре, – жестко произносит он. В его голосе звенит металл. – Личное нужно оставлять дома, а на работе работают. А вы тут устроили девичник какой-то. Посиделки!

– Вадим Алексеевич, работа вся будет сделана, уверяю вас, – мягко заверяет его Ксения Витальевна. – Злате нужно еще минут пять, чтобы прийти в себя. И мы все продолжим работу.

– А зачем Злата из себя вышла? – не понимает босс. – Рабочий день закончится, и идите куда хотите.

За моей спиной раздаются твердые шаги. Я спиной чувствую его недовольный взгляд. Босс проходит по кабинету и останавливается передо мной. Нас разделяет только мой небольшой стол.

В этой компании я работаю три года. За все три года видела босса или издалека, или на корпоративах. Но в основном – на фото. Наш отдел просто совмещает в себе кучу всего – маркетинг, продвижение, связи с общественностью, сайт, страницы в соцсетях. Все это в нашем ведении.

В общем, босса я знаю хорошо. Но в основном заочно.

И уж чего точно не ожидала, что он к нам зайдет. Обычно к нему на ковер ходила Ксения Витальевна. А тут он чего-то сам приперся. И я вот. Красотка зареванная.

А босс как всегда с иголочки. Знаю, даже смотреть на него необязательно.

Я могу назвать его рост, вес, цвет глаз. Глаза у него светло-карие, с темной окантовкой радужки. Шатен. Всегда стильно подстрижен. Босс вообще мужчина ухоженный.

Ага, еще бы он выглядел как попало!

И костюмы ему очень идут.

Даже я, безумно влюбленная в своего парня, подпала под обаяние босса. Мне нравится наблюдать за ним. Очень харизматичный. А какой голос! Когда говорит речь, то ты веришь, что все так и будет.

Подруги в один голос утверждают – шикарный мужик!

Собственная компания, хорошая квартира, крутая тачки и самое важное – не женат. Наш босс в свои тридцать семь не женат и никогда не был.

И вот этот небожитель сегодня заглянул в наш кабинет. Зачем-то. А тут я. Мне уже дышать нечем, а при нем прочистить нос я стесняюсь.

Так и комкаю салфетку, пытаясь дышать ртом.

– Злата, почему вы в таком виде? – спрашивает у меня лично. И такой тон у него строгий!

Молчу, и взгляд на него не поднимаю. Смотрю на скомканную салфетку в моих руках.

– Злата, я жду ответа, – чеканит Вадим Алексеевич. – Что такого могло произойти, что вы позволяете такое на работе?

– Падень бдосил, – гундошу я.

– Простите, что? – переспрашивает с нажимом.

Ааа, да блин! Сморкаюсь в салфетку от души. Ну невозможно дышать уже совсем. А задохнуться я не хочу.

– Ы-ых, – делаю вдох, а то легкие уже горят от нехватки кислорода. – Парень, – всхлип, – бросил, – повторяю уже понятнее.

– Я полагал, что случилось нечто страшное, – озадаченно произносит Вадим Алексеевич. – А у вас тут... Нет, вы серьезно?! – в его голосе неподдельное удивление. – Вы правда считаете, что это повод вот так реветь, срывая рабочий процесс?

Ууу, сухарь бесчувственный!

Два года отношений! Мы пожениться собирались, а он меня бросил. Променял на воблу какую-то. Ну чем она лучше меня?

Поднимаю на босса взгляд. Он смотрит на меня так, словно у меня вторая голова выросла. Весь такой идеальный! А у меня уже глаза сто процентов стали как щелки, и нос покраснел. Опять высмаркиваюсь. Босс кривится.

Ну а что мне делать? Дышать-то очень хочется. Не знаю, может, девушки его круга так вульгарно не делают. Но я не его девушка. И вообще в тот круг мне никогда не попасть. Так что... я опять сморкаюсь. Чем вызываю еще более офигевшее выражение лица босса.

– Ясно все с вами, – обреченно вздыхает он. – Но все равно не понимаю, почему вы срываете рабочий процесс. Вы молоды, красивы, найдете себе другого.

– Ыыыы, – прорывает меня опять на рыдания. – Не найдууууу.

– Глупости какие, – бормочет босс. – И почему девушки все излишне драматизируют? Злата, успокаивайтесь. Это далеко не трагедия.

– Трагед..ик..я, – упрямлюсь я. Мне двадцать семь! Конечно, это трагедия. Мы же свадьбу планировали. – Но вам не поня-аать, – я прикусываю язык, но уже поздно.

Ну все, меня теперь уволят. Меня бросил парень, променяв на девицу помоложе, я сорвала рабочий процесс, нахамила биг боссу. И теперь у меня не будет денег на съем квартиры. Придется возвращаться к родителям. И все вокруг будут тыкать пальцем и говорить, какая я неудачница.

Волна жалости затапливает меня. Я уже мысленно прощаюсь и с работой. Уронив голову на сложенные на столе руки, рыдаю еще сильнее.

– Да что же это такое, – шипит босс. – Бред какой.

А потом я слышу хлопок двери.

Уволит. Сто процентов. Я неудачница.

У меня прорывается новая плотина слез.

– Злата, все будет хорошо, – мягко говорит начальница, кладет руки мне на плечи.

– Н-не бу-удет, – я пытаюсь покачать головой, но только стукаюсь лбом об стол. – Меня уво-оля-аат, – рыдаю я.

– Не уволят, – пытается утешить меня Ксения Витальевна. – Ну с чего ты взяла?

– Злат, ну мы не позволит тебя уволить! – запальчиво произносит Света. – Ну что за бред, увольнять из-за этого. И из-за козла своего не переживай. Пусть катится к своей этой!

– Ты у нас умница и красавица, – подключается Катя. – Найдешь себе нормального. Который будет тебя любить и ценить.

– Не хочу я ни..ик..кого, – на меня слова утешения не действуют. Наоборот. – Хватит с меня.

– Ну все, заканчивай, – Ксения Витальевна поглаживает меня по спине. – Голова только разболится. Уволить я тебя не дам. Ты очень хорошо работаешь. А бывшего гони, даже если решит вернуться.

– Он не решит, – всхлипываю я.

– Гад, – припечатывает Света. – Интересно, а когда тебе собирался об этом сказать?

Вместо ответа я пожимаю плечами.

Мы с ним вместе два года. Еще утром перед работай попрощались, как настоящие влюбленные. Да вообще утро было самым обычным.

Я выключила будильник и, повернувшись, с улыбкой посмотрела на продолжавшего спать Даню. Сердце чаще забилось. Я так счастлива с ним. Была.

С удовольствием еще бы понежилась в постели, потом бы приготовила завтрак любимому. Но сегодня среда, а на работу опаздывать не стоит. При всей лояльности руководства.

– Дань. Даня, – я мягко тормошу его за плечо. – Ты встаешь?

– Не, мне сегодня попозже, – он переворачивается на живот и обнимает подушку. – Как ты вообще ходишь в этот офис? Это же ужас.

– Ну, не так все страшно, – я улыбаюсь.

Этот разговор у нас повторяется часто. Даня программист, работает удаленно. Может себе позволить удобный график. А я все никак не вырвусь из офиса.

– Ужас, – Даня прячет голову под подушку.

Я, посмеиваясь, провожу ноготками по его плечам.

Какой же он! Люблю, сил нет как!

Но будильник опять начинает звонить, сообщая, что прошло уже десять минут.

– Зай, выруби, – просит Даня. – Я спать хочу.

Опять выключаю будильник. Поцеловав Даню в плечо, встаю с кровати. Потягиваюсь.

Мне завидно, что Даня спит, но ничего не поделать. Иду завтракать и собираться на работу.

– Даня, я пошла, – целую его перед уходом.

– Трудись, пчелка, – он успевает хлопнуть меня по попе.

– Пока-пока, – посылаю ему от двери воздушный поцелуй и выхожу из комнаты в коридор.

Мы снимаем вместе уже почти год хорошенькую однушку. Небольшую, но очень приличную. Я ее за это время превратила в уютное гнездышко. Докупила всяких милых мелочей, подушки, коврик, немного декора.

«Угнездилась» – как смеются подруги.

А мне нравится. В наше уютное гнездышко хочется возвращаться вечерами.

И Дане тоже нравится. Он говорит, что я хозяюшка. Обожает, как я готовлю. Мне для любимого готовить только в радость. Балую его разными блюдами и выпечкой.

Взяв сумочку, выхожу в подъезд. Стараюсь дверью не хлопать.

Иду привычным маршрутом на остановку. Солнышко светит еще ласково, жара пока не началась.

Июнь. Скоро у школьников выпускные. А вот детский сад никто не отменял. Я прохожу мимо одного. Родители ведут малышей. Кто-то хнычет, кто-то бежит с радостью.

Интересно, какие у нас с Даней будут детки? Я очень хочу двоих – мальчика и девочку. Замечтавшись о цвете глаз наших детей, я попадаю ногой я ямку на тротуаре. Их тут полно. Асфальт не ремонтировали с прошлого века.

– Ай, ууу, – шиплю, ударившись коленями и немного содрав ладонь. Очки улетели и очень «удачно» стукнулись о камень. Стекла треснули. – Ворон считать не надо, – ругаю сама себя. Вздохнув, поднимаюсь.

Оглядываю себя и кривлюсь. Мои брюки мятного цвета в пыли. Отряхнуть и пойти – не вариант. Только сильнее размажу.

Достав из сумочки влажные салфетки, протираю руки. Потом поднимаю очки.

– Ну вот, разбились, – очки жалко, но их не починить. Делаю шаг к мусорке, чтобы выкинуть.

Вот я сегодня красотка! Но наступив на ногу, которую подвернула, ойкаю.

Так, еще вывиха не хватало.

– Прекрасно утро, – ворчу я, медленно направляясь обратно.

Пошла сегодня на работу красивая такая, на каблуках. Теперь нужно переобуться в балетки. Ладно, нос не разбила и хорошо.

Доковыляв до лавочки, сажусь на нее. Достаю телефон и пишу, что немного задержусь. Кратко описываю форс-мажор. Заверяю, что нога болит несильно. Она и правда почти не болит. Нужно только обработать стесанную кожу. Вот брюки жалко будет, если не отстираются.

В общем, вместо остановки я медленно иду домой. В квартиру я вхожу тихо. Не специально, просто так получилось. Хотя, если честно, Даня меня бы и не услышал.

Зато я его услышала хорошо.

– Кис, ну я к вечеру заеду, – обещает он кому-то веселым и совсем не сонным голосом.

Кис?! В смысле, киса? Или что?

Я замираю у двери.

– Кис, ну я тоже дико соскучился, – продолжает Даня. – Но у меня работа. Заказчики, все дела. Да, вот, уже с утра впахиваю.

Что-о?! Я чуть челюсть не роняю. Ушам своим не верю.

– А ты что делаешь? – игриво спрашивает. – На йогу собираешься? Ммм, круто. Позитив, гибкость, все дела. Мне нравится, как ты гнешься.

Теперь я придерживаю челюсть руками. Это вот что я сейчас слышу? Лицо обдает жаром. Это... это... Мысль никак не сформируется в моем мозгу окончательно.

– А потом куда моя кошечка пойдет? – меня передергивает от пошловатых ноток в голосе Дани. – Пить смузи? Не понимаю, почему вам, девочкам, это нравится. Ну, Кис, я же мужчина, – смеется он.

Жаль, что я не слышу голоса этой... кошки облезлой. Это получается?..

– Ну я же тебе говорил – ремонт у меня, – врет Даня. – Скоро закончу, и сразу привезу тебя сюда. Нет, мне не щемит приезжать к тебе на квартиру. Но свою покажу, когда все будет готово.

Нет, это не оно?!..

– А ты наденешь для меня то черное бельишко? Ты в нем секси-кошечка, – от слащавого тона напополам с пошлостью меня передергивает.

Да, это именно то самое.

Глава 2

Меня как будто в грудь со всей силы бьют. Не могу сделать вдох. Воздух просто не проходит в легкие.

– Кис, я тоже тебя люблю, – нежно воркует Даня, а у меня от этой фразы все внутри взрывается.

Люблю?! А я?! А меня уже не любит?

– Да, я знаю, что пора с твоими родителями познакомиться, – продолжает Даня. – Не уверен, что понравлюсь им. Ну, Кис, ты же все понимаешь, – и такой у него притворный вздох. – Кто ты, и кто я. Ты папина принцесса, умница и красавица. А я просто программист. Они решат, что я с тобой из-за денег. Нет, Кис, я не позволю, чтобы ты с ними ругалась из-за меня. Это же родители. Я буду им доказывать, что деньги вашей семьи для меня значения не имеют. Если я на этом проекте хорошо себя проявлю, то получу место в другом. А там обещают совсем другую оплату. О, малыш, ты в меня так веришь! Мне это очень важно. Это такая поддержка.

Почему я это все слушаю, вжавшись в дверь? Я пошевелиться боюсь, чтобы себя не выдать.

– Пока-пока, моя девочка, – раздаются причмокивающие звуки. – Беги к подружкам. Попозже наберу. Люблю тебя, малышка.

А я стою и обтекаю. Не хочу верить в то, что сейчас услышала! Этого не может быть. Ведь мы... у нас... мы любим друг друга!

– Витек, хай, – опять раздается голос Дани.

На этот раз нормальный, без сюсюкающих ноток.

– Да норм все, – отвечает на какой-то вопрос. – Зая уперла на свою дебильную работу. Кис собирается на йогу. Все пучком. Ты же знаешь. Бабы – дуры, – нагло смеется он. – Я тебе говорил же, больше лапши на уши вешай. Златка готова пахать за двоих, чтобы я с ней был. Кисуля уже готова с папашей поцапаться, – заявляет самодовольно. – Не накроется, не писсимизди. У девок мозгов нет. Конечно, Кис круче. Там папаша с бизнесом. Девочка упакована. А у Заи под боком удобно. Накормлен, обласкан.

Каждым словом он режет меня на куски. Больно осознавать, что все было ложью. Наглым обманом. А я дура слепая!

Сегодня разбились не только солнцезащитные очки. Но и невидимые. Через которые я все видела в розовом свете.

– Ой, не каркай! – Даня опять хохочет. – Златка влюблена в меня как кошка. Она ни фига дальше своего носа длинного не видит.

Что?! У меня длинный нос? Офигел совсем? Всегда говорил, что ему мой нос нравится. Это моя изюминка. И ничего он не длинный!

– Если выгорит с Кис, то Зая пойдет лесом, – следующие слова меня прибивают, как бетонная плита. – Не, не должна сорваться. Ой, ну другая будет. Мало, что ли, безмозглых дур с деньгами папочки? Тем более всегда можно отсидеться под боком у Златки. Он уже имена нашим детям выбирает.

Ржет он как конь. Да о детях сам первым заговорил! Как хочет доченьку, похожую на меня! А оказывается... Он просто навешал мне лапши на уши, и пользовался! Ну, скотина!

Я нагибаюсь, ставлю осторожно сумку на пол.

– Не узнает, – беспечно продолжает Даня. – Трясется сейчас в автобусе на свою дебильную работу. Клуша. На фиг мне эта свадьба не уперлась. И дети. Бррр, спиногрызы.

Я так и застываю, согнувшись. Ступор сменяется жгучей злостью. Спасибо тебе, яма на тротуаре! А то так бы и жила с этим лицемером. А ведь как пел! Соловьем заливался!

Расстегиваю босоножки. Но, забыв о ноге, неловко ставлю ступню.

– Ой! – вскрикиваю, провалив всю конспирацию.

– Витек, ща погоди, – Даня настораживается. – Зай, это ты? – в его голосе неуверенность.

– Нет, это дура слепая! – кричу я зло. И влетаю в комнату с босоножками в руках. – Ая-я-я-яй! – многострадальная ступня подворачивается, ногу простреливает резкой болью до слез в глазах. И все проходит!

Неверяще кручу стопой. Ага, не болит. Поднимаю взгляд на Даню. Он садится на кровати, вынимает наушники.

– Ну и рожа у тебя, – шиплю, глядя на его ошарашенную морду.

Не ожидал. Сюрприз, блин, любимый!

– З-зай, а ты чего дома? – Даня пытается натянуто улыбнуться. – Ты должна быть на работе. Что-то случилось... любимая?

– Ага, – я кидаю в него босоножку.

– Ты че? – взвизгивает Даня.

– А ниче! – кидаю в него вторую босоножку, попадаю по его драгоценному крутому телефону.

– Дура, разобьешь же! – Даня подскакивает с кровати.

– А пусть тебе Кис другой купит! – кричу в ответ, взглядом выискивая, чем бы в него запустить потяжелее.

– Зай, ты все не так поняла!

Даня пытается еще что-то вякнуть в свое оправдание, но затыкается под моим злым взглядом.

Красивый, подлец! Высокий, широкоплечий, подтянутый. Улыбка умопомрачительная. И язык без костей!

– Дай я все объясню, – Даня пытается улыбнуться. – Зай, это мы с Витьком обсуждали его, – ласково, как душевно больной, говорит мне.

– Угу, – я с мрачным и решительным видом беру с комода вазочку. – Врешь! – со всей силы кидаю в него. Дзынь, она бьется о стену. – Ты все врешь! И врал мне все это время!

Следующей под руку попадается большая рамка с нашим фотом. Даня обнимает меня со спины и улыбается во все тридцать два зуба.

– Сколько раз ты мне изменил?! – я кидаю в него рамкой.

Даня уворачивается. И этим только распаляет меня еще больше. Я кидаюсь в него всем, что попадается под руку. Сувениры всякие. Наши фотографии.

– С ума сошла! – схватив подушку, Даня прикрывает самое важное – причинное место.

Опустошив комод, я нацеливаюсь на Даню. Хочется ему врезать по тому самому очень важному месту! И очень жалею, что я не любитель кактусов! Сейчас бы они очень пригодились.

– Сейчас я тебе приласкаю, – шиплю я, зло сверкая глазами.

– Зай, ну ты чего? – Даня еще пытается делать вид, что ничего не понимает. – Давай спокойно поговорим. Малыш, ну ты же не такая. Ты у меня умная. Зай, я тебя люблю.

Ох, зря он это говорит. У меня просто срывает тормоза.

– Козел! – кричу я, бросаясь к Дане.

– Да пошла ты! – его лицо искажается злостью.

Он запрыгивает на кровать, чтобы я его не достала. Пока я залезаю, соскакивает и мчится к двери. Кидаю ему вдогонку его телефон. Купленный мной в подарок ему на день рождения. Попадаю по заднице, обтянутой веселыми боксерами.

– Больная! – орет Даня. Хватает телефон и выбегает в коридор.

– А ты козел! – я, запутавшись в одеяле, падаю на пол. Выкарабкавшись, стартую за уже теперь бывшим. Но этот подлец закрывается в ванной. – Открой!

Я дергаю дверь. Стучу по ней кулаками. Потом, повернувшись спиной, пяткой.

– Да фиг тебе! – орет в ответ Даня. – Ты же больная! Чуть телефон не угробила! А если бы вазой в меня попала?

– Я в тебя сейчас скалкой попаду! Открой, сволочь! – я снова дергаю дверь за ручку. Дверь хорошая, советская, а не современные картонки. Так просто не сломать.

– Даня, ты все-таки спалился! – раздается голос Витька. Это он все слышал, что ли? Да и плевать!

– Иди к черту! – огрызается Даня. – Мог бы давно звонок сбросить, а не уши греть!

– Чува-ак, ты погорел! – ржет Витек.

Не знаю, как звонок с наушников переключился на громкую связь. Но плевать.

– Выходи, кобель! – я старательно пытаюсь попасть в ванну.

Там стоит щеколда изнутри. Так что из коридора открыть у меня без шансов.

– Истеричка! – не остается в долгу Даня. – Сиди под дверью, я не выйду!

– Гад! – еще раз стукнув пяткой в дверь, сползаю на пол.

Ну и что делать?

Неожиданно дверь открывается, хорошенько поддав мне под спину.

– Остынь! – рявкает Даня, выливая мне на голову холодную воду.

– Ах ты! – я буквально задыхаюсь от злости. Но ничего не успеваю сделать. Пока кое-как удается встать, он снова уже заперся в ванной.

Ну все! Стукнув от всей души кулаком, трясу рукой. Больно же!

А потом бегу в комнату и начинаю вытряхивать из шкафа его вещи. Хватаю их в охапку и бегом на балкон. Пусть собирает свое брендовое шмотье. Я успеваю выкинуть довольно много, когда Даня осмеливается высунуться из ванной.

– Ты что творишь?! – его крик бьет по ушам. Какой у него голос визгливый, оказывается! – Отдай!

Он вцепляется в свой ноутбук, который я тоже собралась вышвырнуть с балкона.

– Кобель! – я пытаюсь Даньку пнуть. – Пошел вон из квартиры! Катись к своей Кисе!

– Ты реально больная! – Даня дергает ноут так сильно, что я лечу на пол. – Истеричка тупая! Я на нее два года потратил! Да ты должна быть счастлива, что я на тебя посмотрел! Кому ты нужна, лохушка? Да таких, как ты, на каждом шагу пачками! Пошла ты! Я тебя бросаю! Курица ты!

Он хватает штаны со стула и идет в коридор. А я запускаю ему в спину подушкой.

– За вещами вернусь, когда ты на работу свалишь! – орет и я слышу хлопок двери.

– Да фиг тебе! – я поднимаюсь с колен. И продолжаю выкидывать его вещи на улицу.

Там уже под окнами кучка хихикающих зевак собралась. Лишь бы меня после этого скандала съехать сразу не попросили. Оплачен еще месяц вперед.

– Да хватит раскидывать мои вещи! – Даня ползает под окнами, собирая свои шмотки. Этаж третий и мне хорошо его видно.

– На, удобнее будет! – скидываю ему на голову китайские сумки. – Вали к этой кошечке! Надеюсь, ее отец спустит тебя с лестницы!

Я выкидываю все. Вплоть до зубной щетки. Даня поливает меня грязью.

В общем, с утра мы устроили настоящее представление.

Удивительно, но весь скандал занял всего-то полчаса. И сгребая все с тумбочек, я заметила, что он забыл свои ключи.

– Придурок! – я кидаю его связку в свою сумочку.

Адреналин все еще бушует у меня в крови, но я уже немного прихожу в себя. Мокрая одежда неприятно липнет к телу.

А ведь еще на работу надо.

Меня потряхивает, руки трясутся, когда я стягиваю с себя одежду. Наряжаться уже времени нет. Вспоминаю, что нужно обработать ссадины. Потом стираю косметику, сушу волосы и просто собираю их в хвост. Переодеваюсь в футболку и светлые джинсы.

– Зато нога не болит, – нахожу хоть что-то положительное. Стопа и правда совершенно не болит.

Оглядываю погром, который самолично и устроила. Понемногу возвращается разум. Поэтому я быстро бегу к тумбе, в которой хранятся мои документы. Прихвачу лучше их с собой на работу.

– А если Данька отомстит? – шепчу в ужасе. До меня доходит реальность.

Я не знаю, может ли он попросить вскрыть дверь. А если и мои вещи тоже выкинет?

Начинаю метаться по квартире, собирая самое ценное. На всякий случай. А из ценного у меня личные документы несколько листиков, ноутбук и маленькая горстка украшений, подаренных родителями.

– Ну почему я просто не собрала его вещи? Выставила бы тихо-мирно и всё, – ругаю себя.

Всё, успокоиться я уже не могу. Накручиваю себя. Уже в красках представляю, что меня ждет, когда вечером вернусь в квартиру. А на работу все равно надо. Вызываю такси. Я и так уже сильно опоздала.

А кто-то утром идет не на работу, а на йогу, а потом пьет смузи с подружками. Но я не упакованная девочка, так что вперед.

В такси меня окончательно накрывает откат. Я держусь, поднимаясь в лифте на этаж нашей компании. У меня хватает сил пройти по коридорам в кабинет нашего небольшого отдела. Почти не дрогнувшим голосом здороваюсь. Прохожу к своему столу и сгружаю рюкзак и сумку.

– Как ты себя чувствуешь? Все нормально? – задает роковые вопросы начальница. – Вид у тебя бледный. Ты в травму обращалась?

Глава 3

Вздыхаю. Поднимаю взгляд на Ксению Витальевну и выдаю полнейшую банальность:

– В травме разбитое сердце не склеят.

– В смысле? – удивленно спрашивает Света. – Злат, ты чего? Вчера же ворковала со своим.

– А все, – я чувствую, как в глазах собираются слезы. – Он меня бросил.

– Как, бросил? – коллеги в шоке. – Данил? Да быть не может! Он же тебя так любит!

– Да ни фига не меня, – выговариваю зло. – Деньги он любит. И чтобы кормили и обстирывали. А я дура!

Настоящая дура, которая угробила два года на придурка! А он за моей спиной окучивал всяких Кис с богатыми папами!

Последняя струна моего самообладания со звонким «дзынь» лопается и я начинаю реветь. А еще взахлеб рассказывать всё, что со мной с утра приключилось.

– Так ногу надо на рентген сдать! – начинает суетиться Света.

– Только ногу? – ехидно спрашивает Катя. – А остальную Злату тут оставим?

– Не цепляйся к словам, – отмахивается Света.

– Нормально всё с ногой, – после каждого слова я делаю вдох ртом, потому что нос уже забился. – Я ее обратно подвернула и всё на место встало.

– Ну хоть какая-то польза от этого потаскуна! – Света стукает кулаком по моему столу. – А здорово ты ему! Пусть катится к этой Кисе своей облезлой!

– Сомневаюсь, что она облезлая, – Катя кривится. – Если при хорошем бабле, то наверняка выглядит как модель. Да еще и на йогу с утра таскается. Если бы не работа, я бы спала до обеда. Какой спортзал с утра может быть?

– И смузи-и, – всхлипываю я.

– Фу, гадость, – девчонки кривятся синхронно.

– Лучше капучинка и пироженка, – мечтает Света. Катя кивает, соглашаясь.

– Выпей воды, – протягивает мне стакан Ксения Витальевна. – Злат, ну и хорошо, что сейчас все открылось. А если бы пожениться успели?

– Или детей родить, – в ужасе произносит Катя. – Усадил бы тебя в декрет к борщам и пеленкам, а сам по Кисам потащился!

– Да глупости не говори, – не согласна с ней Света. – Так бы и тянул со свадьбой, пока Кис перебирал. Хорошо, что слился. Потаскун! Чиряк ему на кончик интересного места! Чтобы даже ходить не мог, а тем более тыкаться во всяких.

– Злат, я не буду говорить, чтобы ты его выкинула из головы, – говорит Ксения Витальевна. – Это тяжело и разом не проходит. Поплачь. Выговорись. Ты только обратно его не принимай. Он тебя и не любил, получается. Ты его любила, а он тебя нет.

– Мало ему за такое! – кипятится Света. – Сковородкой бы как шарахнуть! Чугунной!

– Да, – Катя с ней согласна. – Ты посмотри, какой орел! Еще и облил! Очень мужской поступок!

– Я вот только не пойму, – задумчиво произносит Света, – ты же выгнала Данила, а почему сказала, что он тебя бросил?

– Ну да, – поддакивает ей Катя, – чисто технически получается, что он тебе изменял, а не бросил. А вот ты его выгнала.

– Ну какая разница? – я давлюсь всхлипами, а вдобавок еще и икать начинаю. – Он же нашел д-другую. М-моложе, к-расивее и б-богаче.

– Пей! – Ксения Витальевна уже насильно впихивает мне в руку стакан с водой.

– Что там с красотой – это еще большой вопрос! – воинственно заявляет Света. – Ты у нас тоже красавица. Найдется нормальный парень. А не это вот... чудило!

– У-у, – отрицательно мычу, потому что пытаюсь пить воду мелкими глотками. От икоты аж подпрыгиваю. – Я неудачница-а-а, – поставив стакан, начинаю лить новый поток слез. – Меня никто не люби-ит.

– Полюбит, – уверенно произносит Ксения Витальевна. – Ты красивая, умная, характер золотой. И готовишь вкусно.

– Клуша домашняя, – перевожу я комплимент. – Скучная. Неинтересная.

– Ууу, все понятно, – тянет Катя, – пошла фаза самокопания. Злат, завязывай. Ты не виновата. Просто Даня оказался вот такой вот сволочью. Эгоист он. Нарцисс. И этот, – она щелкает пальцами, – как их называют? Ну, содержанка, только мужик.

– Содержан? – подсказывает Света.

– Да по фиг, – фыркает Катя. – Козел он. И пусть его папаша этой Кис с лестницы спустит. Такой зять ему явно не уперся. Дадут ему пинка под зад и будет лететь куда подальше. А Злата у нас встретит нормального парня. А не это вот, – она брезгливо трясет пальцами и морщит нос.

А я все реву и реву. Как будто плотину на бездонном озере прорвало. Нескончаемый слезопад. Моя жизнь перевернулась. Сердце разбито. И оказалось, что я нужна только как бесплатная домашняя прислуга с расширенными функциями.

И как будто мало мне было сегодня, так еще и босс к нам заявился. Никогда не приходил, а тут принесла его нелегкая.

Чурбан бесчувственный! Не трагедия это, видите ли! А что, комедия, что ли? Когда смеяться надо?

Пришел, гадостей наговорил и ушел.

– Ничего я не драматизирую, – бурчу, когда он ушел. Высмаркиваюсь в очередной раз и кидаю салфетку в мусорную корзину. Там уже их целая гора. – А вообще пусть увольняет! – я задираю красный распухший нос. – Или нет! Лучше сама уйду!

– Так, стоп! – пресекает очередной мой монолог Ксения Витальевна. – Отставить эти упаднические настроения. Все проходит, и это пройдет. Босс у нас чуть суховат, но мужик он справедливый и понимающий. Интересно, а зачем заходил-то? – спохватывается она.

Буквально бежит к своему компьютеру.

– Злат, ты сегодня работник никакой, – говорит, быстро щелкая мышкой. – Домой иди, что ли.

– Нет, – я отрицательно машу головой. – Не могу. Там все напоминает о Дане. Я приду, а его нет. Как я одна буду?

– Сиди тогда, – вздыхает Ксения Витальевна. Что-то быстро печатает. Ругается себе под нос и опять печатает.

– А мы к тебе в гости вечером пойдем, – говорит Катя, и Света кивает. – Будем есть пирожное, мороженое и прочее.

– Отличная идея, а сейчас все по местам, – разгоняет нас Ксения Витальевна. – А тебя, Злата, – поднимает на меня обеспокоенный взгляд, – очень хочет видеть Вадим Алексеевич у себя в кабинете.

Ну вот, что и следовало ожидать – уволит.

– Все логично, – трагично вздыхаю я. – Как день начался неудачно, так и закончится.

– Да тьфу на тебя! – машет на меня руками Ксения Витальевна. – Ну почему ты сразу о плохом?

– Потому что хорошего я уже ничего не жду, – вздыхаю печально. Настроение опять лить слезы.

– Я попробовала узнать, по какому поводу тебя вызывает, но, – начальница разводит руками. – Просит зайти через час.

– Как раз приказ подготовить успеют, – говорю грустно. – Потом я не найду работу, мне будет не на что жить и я вернусь к родителям. Все будут тыкать в меня пальцем и смеяться надо мной.

– Злат, завязывай, – укоризненно произносит Света. – А вдруг букет тебе подарит? Ну, чтобы поддержать.

– Ха-ха, – красноречиво реагирует на это Катя. – Скорее, просто отчитает. Как там сказал? Выходить из себя можно только в нерабочее время. А вот в рабочее все должны быть в себе.

– Злата, тебе лучше сходить умыться, – по тону Ксении Витальевны понятно, что истерическая часть закончена. – За работу можешь не браться. Я понимаю, что сейчас мысли у тебя не о том. Так что сиди успокаивайся. Приложи к глазам холодный компресс. Остальные могут возвращаться к работе.

Я иду в туалет. К счастью, по пути никого не встречаю. Все работают.

Смотрю на себя в зеркало. Красотка, конечно. Глаза-щелочки, губы-вареники, нос – красная картошка. Включаю холодную воду. Долго умываюсь. С таким лицом только коллег пугать.

Вроде как советуют компрессы из зеленого чая на глаза от отеков прикладывать. У нас в кабинете как раз есть пакетики.

Следующие полчаса я занимаюсь тем, что пытаюсь привести себя в относительный порядок. Ужасно стыдно, что не работаю, но я действительно не могу сосредоточиться.

Мое настроение скачет от океана слез до ужасной злости.

В голове бесконечно крутится голос Дани. Как он с этой Кис муси-пуси! А потом с дружком своим. Фу таким быть!

Какая же я дура была! Ведь верила каждому его слову! Такая любовь у нас была, а оказалось... что мной нагло пользовались.

Делаю глубокий вдох и медленно выдыхаю. Повторяю несколько раз, пытаясь успокоиться.

Еще и босс привязался! Вызывает зачем-то. Никогда ведь лично не общались, а тут захотел. Странно. Очень странно.

– Злата, иди к боссу, – мои мысли от напоминания начальницы в испуге разлетаются. – Время подходит.

– Иду, – я скидываю в мусорку примочки для глаз. Беру пудреницу. Смотрю на себя в зеркало одну секунду и захлопываю ее. Какая разница, в каком виде я буду? Не на первое свидание же иду.

– Удачи! – желают коллеги, пока иду к двери.

Кабинет босса этажом выше, и мне нужно пройти длинный коридор. Как специально, я чуть не на каждом шагу сталкиваюсь с коллегами. И каждый спросил, не заболела ли я.

Добредаю до кабинета босса.

– Добрый день, – здороваюсь с его секретаршей. – Вадим Алексеевич вызвал.

– Да-да, – кивает она. – Проходи.

– Не знаете, зачем вызывал? – спрашиваю, наклонившись к ней.

– Понятия не имею, – разводит руками. – Проходи, Вадим Алексеевич один.

Кивнув, делаю шаг к двери. Глубокий вдох и я коротко стучу, а потом открываю дверь.

– Вызывали? – спрашиваю, приоткрыв дверь и просунув голову.

– Да, заходи, – машет мне босс.

Он сидит за столом, в руках какие-то бумаги и ручка. Читал документацию.

Робко вхожу, прикрываю за собой дверь. Да так и остаюсь стоять, не решаясь сделать еще шаг. Кабинет у босса большой, с двумя огромными, в пол, окнами. Все такое серо-белое, с вкраплением деталей молочного цвета, очень стильное и мужское. Одна из стен занята полками, уставленными книгами, какими-то дипломами и сертификатами и декором.

– Проходи, садись, – указывает на кресло, стоящее перед его столом. – Как ты себя чувствуешь?

От неожиданного вопроса я спотыкаюсь на ровном месте.

– Уже лучше, – вру я. Ничего мне не лучше.

– Извини, придется подождать минут пять, – говорит и опять переключается на документы, – не успел немного.

Я подхожу к креслу и осторожно в него опускаюсь. Замираю настороженно, даже дышать боюсь. Босс полностью поглощен документом, водит ручкой по странице, ставит какие-то отметки.

А я украдкой разглядываю сначала кабинет, а потом и хозяина этого кабинета. Они очень подходят друг другу. Вадим Алексеевич в этой обстановке смотрится гармонично. Серьезный бизнесмен, владелец устойчивого прибыльного бизнеса.

Босс мужчина харизматичный. Не прям красавец, но у него приятные черты лица. А взгляд такой... уверенный, умный. Складывается впечатление надежности. Но почему-то до сих пор не женат.

Не поверю, что он не нравится женщинам. Да при его деньгах красота вообще не главное. А босс у нас обаятельный, его бархатный глубокий голос слушать приятно.

Да и как работодатель тоже неплохой.

Ага, сейчас вот как скажет своим завораживающим голосом, что я уволена.

– Чай, кофе? – вместо этого спрашивает Вадим Алексеевич, подняв на меня взгляд.

– Не надо, – отказываюсь, еще и головой отрицательно качаю.

– Минутку, я сейчас, – он кладет ручку на стол, и уходит, прихватив бумаги, которые только что читал.

Ничего не понимаю.

А босс выходит за дверь. Удивляя меня своим поведением до крайней степени.

Его нет минуты две, а возвращается без бумаг.

– Я попросил принести тебе чай, – говорит, направляясь обратно к столу. Садится в свое кресло, откидывается на спинку. – У меня есть к тебе одно предложение. И прежде, чем отказать, выслушай, пожалуйста, его полностью.

Вот это поворот!

Глава 4

Вадим Алексеевич внимательно смотрит на меня, ожидая реакции. Босс совершенно спокоен. А я вот волнуюсь. Но теперь уже не по поводу увольнения. Я за все время работы лично с ним даже парой слов не перекинулась, исключая «здравствуйте» и «до свидания», если в коридоре пересекались.

А тут сразу какое-то предложение!

Я неплохой специалист, но не прям опытный и уникальный.

– Я слушаю вас, – произношу дрогнувшим голосом, – постараюсь помочь, если это будет в моих силах, – добавляю уклончиво.

– Это определенно в твоих силах, – сверкнув глазами, говорит уверенно. – Но, как я говорил ранее, выслушай меня до конца.

Босс ждет, пока секретарша принесет для чай для меня и кофе для него.

– Ближайшие полчаса я буду занят, – говорит он, секретарша кивает.

Она дама солидная и строгая. Охраняет босса и его тайны. Девчонки на работе жалуются, что у нее ничего не узнать. Кремень, а не тетка. Она вообще никак не отреагировала, когда увидела зареванную меня.

Вадим Алексеевич берет свой кофе, делает глоток. Аккуратно ставит чашку на стол.

– Не стесняйся, – указывает на конфеты и печенье, которое подали к чаю. Ну прям настоящее чаепитие с другом, а не разговор с боссом.

Беру чашку. Делаю маленький глоток ароматного чая. От печенья или конфеты воздерживаюсь. И это оказалось верным. Потому что я бы тогда точно подавилась!

– Я внимательно изучил твое резюме, – начинает босс.

Было б там еще что изучать! Все мое резюме уместилось на двух страничках. Ничего особенного и захватывающего там нет.

– Ты указала в интересах, что любишь танцы, кулинарию и дизайн, а еще читать, рисовать и все такое прочее, что обычно пишут, чтобы показать себя с лучшей стороны, – на его губах появляется легкая усмешка.

Прикусываю щеку изнутри, чтобы ничего не сболтнуть. В этом разделе резюме многие, кого я знаю, понаписали всякого. Все равно почти никто не проверяет это. Я тоже приукрасила, но совсем чуть-чуть. А босс, оказывается, все наши хитрости видит насквозь.

Упс, неловко вышло. Лишь бы не начал задавать специфические вопросы. Потому что рисую – это громко сказано, я раскрашиваю картины по номерам. Иногда. Две начала, так и лежат, наполовину только раскрасила.

С кулинарией гораздо лучше! За два года я свои навыки сильно прокачала. Даня, козел такой, пожрать любит вкусно и много. Ну а я для любимого выготавливала всякие вкусности, танцуя у плиты по два часа, а иногда и целый день.

Чтобы показать, как я его люблю. А сейчас понимаю, что в последние месяцы он на все изыски говорил только «спасибо». Воспринимал все как должное. И ни разу ведь не то что не помог, даже посуду в раковину ставить перестал. М-да.

А вот танцы – это да. Мне очень нравилось. А как я хотела на бальные! Мечтала кружиться по залу в красивом пышном платье. Но мечта разбилась о суровую реальность. Мало того, что дорого. Так еще и надо было мальчика самим искать.

Ну где, где я найду мальчика, который бы захотел пойти на бальные танцы? Никто из знакомых пацанов не захотел. Им то футбол, то айкидо подавай. Мечта так и осталась мечтой.

Так, стоп! А зачем боссу знать о таких моих умениях? Они вроде бы к моей работе отношения не имеют.

– Что из этого действительно правда? – спрашивает, усмехаясь по-доброму.

– А вам зачем? – спрашиваю подозрительно. – Какое отношение это имеет к вашему предложению?

– Самое прямое, – улыбаясь, отвечает босс. – Итак, что из этого правда?

– Ну, – я отвожу взгляд. На босса смотреть я стесняюсь, мне неловко, – я и правда хорошо готовлю, неплохо танцую, – и сразу же поправляюсь: – Танцевала. Надеюсь, какие-то навыки остались. С рисованием, – вздыхаю, – все не очень. С дизайном тоже на мою зарплату не разгуляе... Ой, простите!

Пугаюсь, понимая, что ляпнула. Вот надо же было! Сейчас ка-ак выскажет мне! Но босс только усмехается.

– Продолжай, – подталкивает меня, посмеиваясь.

– Читать тоже не успевала, – признаюсь я. – Только по работе, – быстро добавляю, чтобы совсем уж не упасть.

– Понятно, – Вадим Алексеевич кивает. – Ладно, это все легко поправить, если приложить немного усилий. Ничего критичного. Я дам список книг, которые тебе нужно будет прочесть. И ссылки на статьи по разным темам, чтобы расширить твои знания в некоторых областях.

– Я еще не согласилась, – напоминаю боссу. – Да вы даже не озвучили свое предложение.

– Мне нужна девушка, – ошарашивает меня босс.

– В смысле? – перебиваю босса. Кажется, моя челюсть громко стукается об пол. В голове сразу начинают рождаться всякие дикие предположения.

– Фиктивная, – босс вздыхает. – Мне нужна фиктивная девушка, которая потом станет фиктивной невестой.

– Бред какой-то, – не верю я своим ушам. – В чем проблема найти настоящую?

– Ни в чем, – улыбаясь, пожимает плечами. – Но с настоящими девушками через некоторое время начинаются проблемы. Им становится мало внимания, мало подарков, всего мало. И начинаются проблемы. Стресса мне и на работе хватает. А в приятной компании я хочу расслабляться и отдыхать, а не слушать о необходимости срочно поехать на какой-то модный курорт, потому что все там были. Я не хочу угадывать, какое очередное улучшение тела и лица было произведено ради меня. И что куплено – тоже. Мне нужна милая симпатичная спутница, которая будет меня сопровождать на различные мероприятия. И которая не будет делать мне мозги и нервы.

– А почему вы думаете, что эта фиктивная девушка не захочет стать женой? Или не проболтается кому-то? – спрашиваю я. Как он вообще до такого додумался?

– Я как раз думаю, – Вадим Алексеевич чуть наклоняет голову набок. – Если мы с этой девушкой будем хорошо сосуществовать в одном пространстве, я даже готов сделать ее фиктивной женой.

– А ребенка фиктивно родить не хотите? – выпаливаю в шоке.

Босс смотрит на меня пару мгновений, и начинает смеяться. Ага, я прям анекдот ему рассказала.

– Так далеко я не заглядывал, – отсмеявшись, отвечает босс. – Но, в принципе, почему нет? Брак по расчету – вещь распространенная. И, на мой взгляд, удобная. Обе стороны понимают, на что идут. Нет разочарования от несбывшихся ожиданий. Сплошные плюсы.

– Это сделка какая-то, а не брак, – я просто в шоке от таких циничных рассуждений. – А любовь?

– Я, пусть и фиктивной, невесте могу дать очень многое. Достойный уровень жизни, подарки, путешествия, полезные знакомства, – серьезно произносит Вадим Алексеевич, – а что тебе дала твоя любовь? Кроме утренних рыданий.

Я от возмущения открываю рот, чтобы рассказать боссу. И не произношу ни слова. Мне просто нечем крыть. Закрыв рот, обиженно надуваю щеки. Босс попал не в бровь, а в глаз.

У меня от моей великой любви осталось только разбитое сердце и унижение. Даня меня не любил, он мной только пользовался.

А босс ждет ответа. Смотрит на меня, вопросительно выгнув правую бровь.

Сдуваюсь. Мне сказать нечего.

– Я не показатель, – наконец, соображаю, – я же не говорю, что всегда все хорошо. Бывают и неудачи. Но много и обратных примеров. И вообще, как это можно выйти замуж без любви?

– Так же, как и по любви, – спокойно произносит Вадим Алексеевич. – Я вообще не вижу связи между любовью и браком. Да и что такое любовь? Буйство гормонов всего лишь. Умение сосуществовать гораздо важнее.

Как у него все практично! А как же... поцелуи и все такое прочее?

– Но ведь даже с фиктивной девушкой придется целоваться, – говорю я. Не может же он этого не понимать!

– И даже обниматься придется, – его явно веселит наш разговор. – Но это необязательно делать, как в фильмах для взрослых. Не стоит задачи эпатировать окружающих, а легкие поцелуи и приличные объятия не представляют особой сложности.

Ага, кому как! Для меня еще как представляют! Даже представить себе не могу, как это я буду обнимать босса и целовать его даже в щеку. Нежности всякие как проявлять, если это твой босс и вообще посторонний мужчина? А актриса я плохая.

– Почему я? – решаюсь задать этот вопрос. Мне такое внимание совсем не льстит.

– А почему нет? – вопросом на вопрос отвечает Вадим Алексеевич. – Ты привлекательная девушка. У тебя очень интересная внешность. Отличающаяся от общепринятой сейчас, но мне нравится. Особенно твой нос. Очень хорошенький. Еще у тебя приятный голос. А это немаловажно, согласись, чтобы собеседника было приятно слушать. У тебя приличные манеры. Еще я убедился, что ты неглупая и образованная. Так почему нет?

– Потому что это будет служебный роман? – я тоже умею отвечать вопросом на вопрос. – И все будут думать, чем же я это взяла босса. Как смогла его окрутить.

– Ммм, – он задумывается, – а почему не наоборот? Ты думаешь, что я не могу сам заинтересоваться тобой?

– Вадим Алексеевич, у вас даже невесты никогда не было, – начинаю приводить аргументы, – и вы никогда не давали повода, хотя по вам тут вздыхают несколько девушек. А тут вдруг раз и служебный роман. Тем более все знают, что у меня есть парень. Вот и решат, что я его бросила, бедного-несчастного, чтобы окрутить босса. Бедный парень проиграл миллионеру. И буду я корыстная охотница за богатым мужиком. Представляете, какие сплетни обо мне пойдут?

– Ты умная, – кивает Вадим Алексеевич, – все-таки мой выбор оказался верен. Ты идеальная кандидатура.

Вздыхаю. Я ему про одно, он мне про другое. Нет, слушать комплименты приятно. Если босс не врет, конечно.

– Мне же работать спокойно не дадут, – говорю в лоб, раз не понимает.

– А зачем тебе работать? – удивляется он. – Я тебя нанимаю, за это ты будешь неплохо получать. Смена гардероба, другая квартира и все прочие расходы – естественно, за мой счет.

Опять ловлю готовую упасть челюсть.

– И спать с вами придется? – это обстоятельство меня волнует больше всего. – А если я не захочу? – спрашиваю и краснею от неловкости.

Он – мужчина в самом расцвете сил. Не поверю, что ему нравится воздержание. Но спать с кем-то при наличии невесты? Ну это же бред и сразу весь спектакль раскроется. А я даже в шутку не могу представить себя в постели с боссом!

– Это не такой уж нерешаемый вопрос, – его вообще ничего не смущает. – К тому же нет гарантии, что нам обоим этого не захочется.

Краснею еще больше. А еще жарко становится. У меня щеки буквально полыхают!

– Но никакого принуждения, – он мягко улыбается. – Ты даже займешь отдельную спальню в моей квартире.

– Я еще и жить у вас должна? – с каждым словом у меня все больший шок.

– Съехаться – естественный вариант развития отношений, – босс продолжает улыбаться. Расслабленный такой.

Как будто все идет по его плану.

– Я еще не согласилась, – напоминаю ему.

– Так ты согласна? – вопрос звучит как пустая формальность. Босс даже не рассматривает вариант моего отказа. Вот это самоуверенность!

– Нет! – чеканю я уверенно. – Не согласна, – произношу твердо. – Это очень лестное предложение. И оно не дало упасть моей самооценке до уровня канализации, но я отказываюсь. Я не умею притворяться.

– Подумай, насколько это для тебя выгодно, – Вадим Алексеевич перестает улыбаться. Его голос теперь звучит со стальными нотками, глаза смотрят цепко.

– Извините, но все равно нет, – я поднимаюсь из кресла. – Уверена, любая другая с радость согласится. На всё. Извините еще раз, мне пора на рабочее место.

Я иду к двери. За спиной слышу вздох босса и его тихий шепот:

– А другая теперь и не нужна.

Глава 5

Не знаю, что ему там нужно, но я в эти игры не играю.

Что за мужики мне попадаются? Один пользовался, другой хочет тоже попользоваться. Только Даня втемную, а босс обещает заплатить.

Не уперлось мне такое счастье!

Ну хоть плакать расхотелось. Теперь я бурлю от негодования.

Спускаюсь обратно в наш кабинет.

– Что хотел босс? – спрашивает Ксения Витальевна.

– Ерунду всякую, – отвечаю я. И ведь даже не вру. – Так, поспрашивал что да как в нашей работе. Попросил больше на рабочем месте не реветь. Все истерики и личные переживая строго после окончания рабочего дня. Или до его начала.

– О, теперь меня вызывает, – удивленно произносит Ксения Витальевна.

Прихватив папки, она уходит. Зато девчонки продолжают сверлить меня недоверчивыми взглядами.

– Злат, так зачем ходила к боссу? – по тону понятно, что Катя мне не верит.

– По шее получать, – я сажусь на свое рабочее место и прячусь за монитором. – Милостиво решил не делать мне выговор. Босс у нас, – закатываю глаза.

– Робот, – констатирует факт Света. – Никакой личной жизни, только бизнес.

– Мы ее просто не видим, – хихикает Катя. – А так вот все офигеют, если однажды придет дамочка и заявит, что жена босса.

«Не придет», – отвечаю мысленно. Вот дамочкой, с небольшими поправками, я могла стать. Точно бы все офигели.

– Эх, – вздыхает Света, – привлекательный, богатый и неженатый. Мечта, а не мужик. Повезет же какой-нибудь силиконовой красотке. Где-то точно есть цех по их производству.

Девчонки упражняются в остроумии, а я пытаюсь вникнуть в работу. Такое ощущение, что вижу все это в первый раз. Слова все знакомые, а смысл до меня не доходит.

– Златку бы точно взяли, – хихикает Катя.

– Куда взяли? – спрашиваю, подняв на нее взгляд.

Весь день кувырком, и соображаю я сегодня не очень. Крутится в голове всякое, кроме нужного.

– На переделку, – смеется Света. – Рост у тебя есть. Фигура тоже нормальная. Нос выпрямить, в скулы филлеры, в грудь силикон. Ты и так блондинка, так что перекрашивать сильно не надо. А! И губы накачать. Раз плюнуть, в общем.

– Да ну вас, – отмахиваюсь от болтушек. – Не буду я ничего накачивать и вкалывать.

– Что вы уже там вкалываете? – спрашивает вернувшаяся Ксения Витальевна.

– Обсуждаем стандарты красоты, принятые в блогерском пространстве, благодаря которым наиболее эффективно продвигаются виральные тренды, – выпалила на одном дыхании Катя, ни разу не запнувшись.

– Ясно, – кивает Ксения Витальевна. – И как эти стандарты применимы в нашей сфере? Мы не продаем косметику или одежду. В нашей сфере такой тип внешности доверия не вызывает.

– Зато такой тип внешности в нашей сфере поможет удачно выйти замуж, – серьезным тоном продолжает Катя. – Или найти себе богатого мужчину, чтобы не ходить на работу. Кстати! – она поднимает вверх указательный палец. – А если написать курс успешного успеха? По типу «Десять шагов к удачному замужеству». Или там «Десять простых изменений и все миллионеры у твоих ног». При правильном маркетинге можно неплохо заработать. А что? У аудитории очень большой запрос на такое.

– Кать, тебе замуж за миллионера выйти не грозит, – качает головой Света.

– Да почему это? – недовольно спрашивает та.

– Слишком умная, – Света смеется. – А надо быть пробивной. И в себе не сомневаться.

– То есть работать, работать и еще раз работать, – делает вывод Катя.

– Пахать, я бы сказала, – поддерживает ее Света. – Я почти закончила макет нашего стенда на выставке. К вечеру покажу окончательный вариант. Кто бы мне сказал, что буду не рекламные слоганы придумывать для каких-нибудь кафе, а продвигать металлопрокат и продукцию из него.

Я улыбаюсь. Когда узнают, кем я работаю, почти у всех одна реакция: «А, постики пилишь всякие в соцсети. Че там у вас? Косметос? Шмотки?». А у нас совсем не оно. И у нового знакомого случается разрыв шаблона.

Да я и сама первые дни в ужасе была. Думала, никогда не пойму и не запомню. А оказалось, что это даже интересно.

– Как раз в тему о трендах на внешность, – продолжает разговор Ксения Витальевна, и мы все переводим взгляды на нее, – я на выставку поехать не могу, у мамы предстоит операция. Мы с Вадимом Алексеевичем обсудили этот вопрос и решили, что вместо меня поедет Злата.

– Нет! – поспешно отказываюсь.

– Так я и знала, – прищелкивает пальцами Катя, – даже у нас внешность первична.

– Зато теперь понятно, почему босс вызывал ее, – как китайский болванчик, кивает Света. – Командировка в Москву – это ж мечта.

– Я не поеду, – отказываюсь категорически. – Я не могу!

У меня сегодня одна новость чудесатее другой! Если нужно было обсудить поездку, то зачем босс устроил этот цирк с фиктивной невестой? Это была какая-то проверка? Совершенно дурацкая, на мой взгляд.

– Можешь, – и бровью не ведет начальница. – И вполне достаточно времени, чтобы выучить всю информацию. Тем более к тебе вопросы вряд ли будут. Твое дело – следить за визуальной составляющей и раскладывать буклеты, – произносит тоном, не терпящим возражений. – У нас не детский сад. Хочу – не хочу. В контракте все расписано.

– Златка, тем более есть повод собраться, – довольно потирает руки Света. – Обсудить бывшего и отметить твою первую командировку. По пути зарулим в магазин, закупимся вкусняшками.

– Но завтра в девять должны быть на работе, – строго произносит Ксения Витальевна. – Все.

Обещаем, что так оно и будет. Я вообще долгих посиделок не планировала. Но так просто этот сумасшедший день заканчиваться не собирался.

К вечеру я немного успокоилась. Командировка отодвинула мысли о Дане куда подальше. С одной стороны, это просто супер. А с другой – очень страшно. Это же такая ответственность! Первая командировка и сразу такая сложная. Мамочки!

А еще меня не оставляло неприятное ощущение, что выбрали меня не из-за опыта работы и знаний, а из-за внешности. Босс считает меня симпатичной. Спасибо! Теперь моя самооценка точно улетела ниже некуда.

Такие мрачные мысли крутятся в моей голове, когда еду домой. В автобусе сильно не поболтаешь, но зато девчонки не дадут упасть на кровать и реветь.

– Так, мы в магазин, – Катя останавливается у сетевого супермаркета. – Купим мороженое, пирожное и другие вредности.

– Номер квартиры помните? – они кивают, и я иду домой.

Может, хоть немного успею порядок навести. Но когда вхожу в квартиру и вижу, что с утра устроила, понимаю, что уборку нужно делать нормальную.

Сердце опять сжимается. Как хорошо, что скоро придут девчонки, иначе я опять буду реветь и жалеть себя. В квартире снова накатывают воспоминания. Столько счастливых мгновений было. А Даня все взял и перечеркнул!

Лохушка я. И дура. Уверена была, что счастливы вместе. А на самом деле всё фальшивка.

– Ну и катись! – злюсь я.

Не переодеваясь, начинаю собирать разбросанные вещи. И с каждой связано какое-то воспоминание.

– Так не пойдет, – я понимаю, что просто утону в этом море печали. Поэтому решаю действовать кардинально. Нужно все выкинуть. Иду за мусорным пакетом.

Но я точно дурочка. Подумав, что девчонки могут зайти с кем-то из соседей, не закрыла дверь на замок.

Я прохожу мимо входной двери, совершенно не ожидая подвоха. Говорю же, дура.

– Ай! – резкая боль обжигает затылок.

– Дверь надо закрывать, – зло ржет Даня. Он вцепился в мои волосы и тянет голову назад. Так больно, что у меня слезы на глазах. – Ты тупая дрянь. Даже не хватило мозгов свалить. Думала, я тебе это прощу? – резко дергает вниз, и я запрокидываю голову до боли в шее.

Еще утром я восхищалась, какая у Дани спортивная и подтянутая фигура, пресс, мускулы. Какой он сильный. А сейчас я в панике от страха. Потому что он намного сильнее меня. Страшно, очень страшно.

– П-пусти, – прошу со слезами в голосе.

Я пытаюсь развернуться или хотя бы схватит руку Дани. Пытаюсь хоть как-то уменьшить боль. Кажется, что отрывает кожу от моей головы.

– Больно, – выдыхаю я.

– Зато мне приятно, – Даня дергает еще сильнее. – Думала, ни фига тебе не будет? До фига смелая стала? – рычит зло. – Ты, Златка, совсем берега попутала. Это в твоих идиотских фильмах можно такие истерики устраивать. А я тебе не тряпка, чтобы об меня так ноги вытирали. Ты мне моральную компенсацию должна. Я на тебя столько бабла потратил, а из-за тебя Киса может с крючка сорваться. Богатые и красивые девочки любят подарки дорогие. Они себе цену знают. Это ты, лохушка, любой побрякушке рада.

– Больно, пусти, – у меня от боли и слез все уже плывет перед глазами. Где же девчонки? Сколько они там этого мороженого покупают?

– Ты сейчас мне все денежки перекинешь, – Даня уже так низко тянет, что я выгибаюсь до ломоты в позвоночнике. – Отдашь свои побрякушки и ноут. С паршивой овцы, – ржет он самодовольно, упивается своей силой. – А ментам заяву кинешь, проучу по-другому.

Извернувшись, превозмогая боль, рвусь к двери. Успеваю повернуть вертушку, и сразу вскрикиваю. От резкого рывка лечу назад, впечатываясь спиной в стену. Стукаюсь затылком до темноты в глазах.

– Шустрая, – выплевывает Даня. – А че в постели бревно была?

– А вот и... – радостно сообщает Катя, входя в квартиру, – мы, – заканчивает ошарашенно.

– Пошли вон, – презрительно бросает Даня, добавляя крепкие непечатные выражения. – Че встали, коровы? Катитесь! И быстро!

– Сам катись! – рявкает Света. – Совсем того? – крутит пальцем у виска. – Смелый такой, грабли свои распустил?

– Проходной двор какой-то, – рычит Даня, делая шаг к девчонкам. – Ща вытолкаю этих идиоток, и мы продолжим, – ухмыляется он.

– Да щас, ага, – Катя шуршит пакетом. – Остынь!

Она пытается влепить ему в лицо мороженое в пластиковом контейнере, но Даня легко уворачивается и перехватывает ее руку. Зато второй контейнер Света надевает ему на голову. Красиво так, в прыжке.

Я пытаюсь встать. Приподнимаюсь на несколько сантиметров, но в голове взрывается вспышка боли, перед глазами темнеет и я опускаюсь на пол.

Даня обзывает Свету грязным словом и, махнув рукой, отпихивает от себя, едва не сбивая с ног. Пока он отвлекся, у Кати получается запустить ему в лицо мороженым. Она вытряхнула его из контейнера и со второй попытки у нее получилось сделать Даньке маску.

Сейчас в прихожей обороты набирает самая настоящая драка. Девчонки с визгами и криками пытаются вытолкнуть Даньку из квартиры. Бьют его всем, что под руку попадется. А он не хочет уходить. Наоборот, пытается избавиться от девчонок и добраться за меня.

– Отвали больная! – вопит Данька, пытаясь увернуться от зонтика. Катя его нашла и теперь лупит им Даньку, куда достанет. – Совсем сдурели?

– Что, не такой уже борзый? – Света не отстает от коллеги. – Сейчас тебе покажем, как девочек обижать! – она схватила мою балетку и ею лупит Даньку. – Пошел вон! Тебя за побои еще и в полицию сдать надо!

– Дай сюда! – злющий, как черт, Данька выдирает из рук Кати зонтик. Матерится он так, что уши в трубочку сворачиваются.

Я, кривясь от боли, пытаюсь все же подняться, чтоб помочь девчонкам. На полу стоять трудно из-за растаявшего мороженого.

– Вот видите, я же говорила! – дверь открывается. За ней стоят хозяйка и соседка. – Целыми днями драки, скандалы и вот это все! В притон квартиру превратили!

От шока у Кати слабеет хватка на зонтике. Данька дергает его на себя. Не встретив сопротивления, его локоть резко уходит назад и вверх. Как раз к поднимающейся мне.

– Ау! – вскрикиваю от боли. У меня буквально искры из глаз. Закрыв левый глаз рукой, опять шлепаюсь на пол.

Глава 6

– А сегодня с утра она еще и вещами разбрасывалась, – продолжала подливать масла в огонь соседка. – И постоянно у них такие скандалы. Но сегодня... Сегодня это перешло все границы. А если они еще поубивают тут друг друга?

– Заткнись, коза старая, – рявкает Данька. – Бесишь! Приросла к глазку и всех пасешь. Вставь его уже себе в глаз и прирасти к лавке! Маразматичка старая. Ты тоже бесишь, дура, – тычет пальцем в хозяйку. – Дерешь бабло за халупу, а трясешься, как будто тут пентхаус. Задолбали, блин, куры!

Растолкав всех, Даня вылетает из квартиры.

– А с тобой я еще погорю! – грозит мне кулаком, и с громким топотом убегает по лестнице.

– Так, теперь ты! – хозяйка упирает руки в бока. Я все так же прикрывала глаз, а вторым видела смутно из-за пелены слез. – Сутки! Сутки и ни минутой больше! Завтра в восемь я приеду за ключами. Чтоб все вещи были вывезены и все убрано. Или вызову полицию, если что-то не так сделаешь. Поняла?

– Но у меня оплачено, – лепечу я. Ужас! Как я за день перееду на другую квартиру? Которую надо еще найти.

– Это компенсация, – жестко произносит хозяйка. – Хочешь поспорить? Ну, попробуй! – произносит с вызовом. – Я так и поняла, что нет, – хмыкает она. – Так что завтра чтобы убралась и больше чтоб я тебя не видела. И только попробуй сбежать или подгадить мне, быстренько на тебя управу найду.

– Правильно, так их, – как шакал из мультика, поддакивает соседка. – Совсем распустились. Такие молодые, а такие наглые!

– А что, наглой можно быть только в старости? – не выдерживает Катя.

– Хамка! – плюется соседка. – Нарожают, а не воспитывают.

– Завтра в восемь, – чеканит хозяйка. – Помни мою доброту. А то могу выставить и прямо сейчас.

– Добрая ты, – соседка подхватывает ее под локоток. – А эти всякие не ценят и на шею садятся. Пойдем ко мне, хоть чаю попьешь. А то после работы примчалась сюда. С виду приличные девушки, а такие скандалистки!

– Я зайду проверить, что вы тут собираетесь делать, – угрожает хозяйка. Уходит, хлопнув дверью. Через несколько секунд раздается хлопок другой двери.

– Вот же, блин, гадина! – пышет негодованием Света. – Сама настучала, а на нас свалила.

– Поели мороженого, – Катя двумя пальцами поднимает грязный пакет из лужи. – И пироженки тоже растоптал, козел. Чего хотел урод этот?

– Денег, – отвечаю на выдохе. Я пытаюсь встать, но перед глазами звездочки.

– Вот сволочь какая! – Катя поддерживает меня под руку. – Лед есть?

– Пельмени в морозилке, – я стою, прикрыв глаза.

– Сейчас принесу, – Света убегает на кухню. – Златка, давай в травму? Вдруг у тебя сотряс?

– Нормально все, – я, открыв здоровый глаз, медленно иду в комнату. – Холод надо приложить. Ужас, как я завтра с фингалом на работу пойду.

– Да ну Ксенька же не зверь, – говорит Катя, помогая мне сесть на кровать. – Отпросись. Тебе еще квартиру искать срочно и вещи перевозить. А эта жаба жадная оплату зажала! Я в шоке с нее.

– На, приложи, – Света приносит пачку пельменей, обернутую полотенцем. – Я б все-таки в травму сгоняла. А это к глазу, – дает сверток поменьше. Злат, ты лежи, а мы пойдем лужу убирать.

– Тряпки у тебя где? – спрашивает Катя. – А футболки Данечки твоего не завалялось? – спрашивает кровожадно.

– В ванной ведро и швабра, – я, приложив холод, ложусь на кровать.

Такое ощущение, что не очки разбила, а целую зеркальную комнату. Столько всего посыпалось на мою бедную голову. Которая трещит, даже глаза держать открытыми больно.

Слышу, как девчонки, ругая Даньку и хозяйку вместе с соседкой, убирают в прихожей. Как же хорошо, что они поехали со мной! Данька слетел с катушек, и ужас, чем бы могло все закончиться!

Боль начинает утихать до приемлемой. Медленно поднимаюсь. Ударенный глаз почти не открывается. Переползаю через кровать и беру маленькое зеркальце.

– Красотка, – вздыхаю я. Глаз отекает, и завтра утром у меня будет шикарный такой синяк. Прекрасно! Кто мне в таком виде сдаст квартиру, если я вообще смогу хоть что-то найти? – Ай, – шиплю, дотронувшись до глаза.

– Ты как? – в комнату заглядывает Света. – Сейчас заморозку другую принесу. Мы там пол вымыли.

– Спасибо, – я смотрю на Свету одним глазом. – За помощь и все остальное.

– Катя пошла за вкусняшками второй раз, – Света забирает у меня свертки. – Сейчас поесть что-нибудь сообразим. Не тошнит?

– Нет, – я опять ложусь. – Затылок только ломит.

– Короче, мы решили остаться до утра, – продолжает Света. – Мало что этому придурку еще в голову взбредет. На работу тебе бы завтра лучше не ходить.

– Пойду, – упрямлюсь я. – Если что, то отпрошусь. Я вообще хочу поговорить с Ксенькой, чтобы оставить вещи у нас где-нибудь в кладовой. Так может в хостеле переночую. А то с этими баулами куда я?

– Я завтра с родителями поговорю, может, хоть пару дней у нас поживешь, – задумчиво произносит Света. – Если уж совсем будет без вариантов.

– Да ну брось. Неудобно стеснять, – у меня получается слегка улыбнуться. – Можно же и в офисе переночевать.

– Ага, босс тогда вообще взбесится, – закатывает глаза Света. – А больше у тебя никто из подруг квартиру не снимает?

– Да как-то неудобно всем будет, – я пытаюсь сообразить, к кому из знакомых можно обратиться, но, получается, и не к кому. Как-то все сосредоточилось вокруг Даньки и работы.

– Да вымыли мы все, – из прихожей доносится громкий Катин голос. – Хватит ломиться!

– Это моя квартира! – грозно отвечает хозяйка. – Ты вообще тут кто такая?

– Подруга! – рявкает Катя. – Ну, видите? Чисто! Завтра ключи заберете. До свидания!

– Чтоб завтра вас здесь не было! – рявкает хозяйка, опять с таким хлопком закрывая дверь, что стены дрожат.

– Девочки, я добыла мороженое и пирожное, – Катя входит в комнату, держа над головой пакет. – Давайте есть и думать, думать и есть. Сладкое как раз вроде как помогает мозгу.

– Да хоть сколько думай, а вещи надо собрать. Я пойду чайник поставлю. А ты, – Света наставляет на меня палец, – лежи и не суетись.

– Мне уже лучше, честное слово! – заверяю я. – Не будете же вы мои вещи собирать за меня.

– Лежи! – грозит мне Света кулаком. – Я бы тебя вообще в больницу отправила. Фингал у тебя будет красивуший. С таким фонарем никакой темный закоулок не страшен, – смеется она.

Так бы и запустила подушкой!

Девчонки уходят на кухню. О чем-то шепчутся там и хихикают. Слов я разобрать не могу.

Ужас! Не ожидала такого от Даньки!

«Да ты вообще его не знаешь!» – влез внутренний голос.

Милый улыбчивый парень оказался способен поднять руку.

По телу пробегает крупная дрожь. Если бы не девчонки... Жесть просто!

– Мы у тебя похозяйничали немного, – возвращается Катя. – По-быстрому поесть приготовили. Ужинаем и принимаемся за дело.

– Спасибо, – у меня даже получается улыбнуться.

Усадив меня в кровати, кормят чуть ли не с ложечки. А потом мы начинаем сборы. Я в основном командую.

Все милые безделушки, фото и рамки безжалостно летят в мусорный пакет. Туда же отправляются вещи Даньки, которые он не забрал. Пусть ему Кис теперь покупает.

– А вещей тебя не так и много, – удивляется Света, когда все разложено по клетчатым сумкам, которые есть, наверное, почти у всех, снимающих квартиры.

– Но и не мало, – я с грустью осматриваю комнату.

Зараза Данька. Козел и кобель. Изменил, бросил и подставил. И добавил кучу проблем.

Я успела просмотреть объявления о сдаче квартир. Ничего подходящего. А в таком виде меня даже слушать не захотят. Поеду завтра на работу, поговорю с Ксенькой. Хоть бы вещи в офисе оставить, есть и подсобки, и склад.

– Ну все, – Катя демонстративно отряхивает руки. – И устала, и спать не хочется.

– Завтра мы будем шикарные работнички, – хмыкает Света. – Три красивых зомбика.

– Зато как наваляли этому уроду, – гордо произносит Катя. И Света кивает, улыбаясь.

Одежда девчонок сушится на балконе, скоро высохнет и останется только погладить. Я им одолжила свои домашние вещи.

После окончания сборов едим пирожные и мороженое. Болтаем о всяких глупостях. А спать ложимся вповалку, когда за окном вот-вот будет рассвет.

Будильник безжалостно пытается нас разбудить в положенное время. Но вставать не хочется.

– Я только закрыла глаза, – хнычет Катя. – Они не откроются.

К моему будильнику присоединяются еще два.

– В универе всю ночь могли тусить, а утром бодренькие на пары, – ворчит Света. – А сейчас спать я люблю больше, чем тусовки.

– Стареем, – Катя находит свой телефон. – Да вырубите вы уже свои. Подъем. Надо еще Златке синяк как-то замаскировать.

– Хорошо, что лето-о, – зевает Света. – Очки наденет и хоть как-то прикроет.

– Я их разбила, – развожу руками. – Ау! – кривлюсь, дотронувшись до глаза. – Очень страшно?

– Да не, – в один голос врут девчонки, хотя на их лицах все написано.

– Ясно, – я иду смотреть на себя в зеркало. А там такая красота! Невозможно наглядеться. Синяк за ночь стал черняк. И это закрасить не получится.

Но после умывания и завтрака я пытаюсь это сделать. Тоналка, пудра, всякие консилеры и миллион советов из Интернета сильно не помогли.

– Ты знаешь, – Катя смотрит на мои попытки привести себя в приличный вид скептичным взглядом, – замазанный он смотрится еще хуже.

– Будешь ходить по офису в очках, – поддерживает ее Света. – Мои как раз подойдут. Они большие и очень темные. Скажешь, что это новый тренд такой.

– А заяву бы написать, – в который раз поднимает эту тему Катя. – Мы подпишем как свидетели.

– Скажут, что это личные разборки и ничего все равно не сделают, – в который раз отмахиваюсь от этой затеи. – Только время и нервы потрачу.

Я стираю косметику, очень аккуратно прикасаясь к синяку. Лучше бы по скуле попал! Надела бы маску и сказала, что простудилась. А если натяну ее на глаза – будет максимально странно и очень неудобно.

– Держи, – Света протягивает мне солнцезащитные очки. Надеваю. Форма не моя, мне не идет, зато прикрывает синяк. – Ну, сойдет. Голова не болит?

– Нет, – я дотрагиваюсь до затылка, – только кожа.

– Готовы? – Катя, оглядев нас, утыкается в телефон. – Тогда я такси вызываю. Автобус по понятным причинам отпадает.

Добраться до работы – дело несложное. Такси проползло по пробкам и мы вышли возле офиса. Даже дойти до нашего кабинета, не снимая очков, тоже не преодолеть полосу препятствий.

– Так, ну первую часть выполнили, – Катя кидает сумочку на свой рабочий стол. – Осталось поговорить с Ксенькой, – косится на дверь. – И найти тебе жилье.

– Ага, всего-то, – грустно вздыхаю я. – Раз плюнуть!

– Доброе утро! – через пять минут в кабинет входит наша начальница. – Вижу, все в сборе. Злата, ты почему в очках?

– Ммм, так получилось, – мямлю я.

– Девочки, я понимаю, что у вас стиль, тренды и все такое, – Ксения Витальевна садится на свое рабочее место, – но темные очки нужно снимать в помещении. Злата, снимай.

– Вот, – я снимаю очки, являя свой роскошный синяк.

– Злата! – охает Ксения Витальевна. – Это что такое? А как ты в командировку поедешь?

– Видимо, никак, – я опускаю взгляд в стол. – Извините, так получилось.

– Да Злата вообще не виновата! – вмешивается Света. – Это хорошо, что там были мы!

Я молчу, а девчонки в красках рассказывают о произошедшем. Ксения Витальевна в шоке. Молча смотрит на нас, ожидая окончания рассказа.

– М-да, – она барабанит пальцами по столу. – Нужно эту проблему как-то решать.

Знать бы еще как! Мне, кроме хостела, ничего умного в голову не приходит.

Вот только помощь приходит откуда не ждали. Безвылазно в кабинете сидеть не получается, и я иду, нацепив очки, по коридору. Коллеги поглядывают с удивлением. Ну да ладно, переживу.

А вот встречу с боссом – сомневаюсь.

– Злата, вы почему в очках? – от этого вопроса я вздрагиваю. И останавливаюсь, чтобы поздороваться с боссом, хотя разум буквально кричит, что нужно бежать в единственное место, куда босс зайти не посмеет.