Kitabı oxu: «Обещание джентльмена»
Глава 1
Лондон, 1830 г.
Этот день запомнился ей как один из тех, которые полны случайных событий. Ничем, казалось бы, непримечательный, вполне обычный день, если не считать солнце, которое вдруг вспомнило о Лондоне и постучалось лучами в тяжелые облака, чтобы обогреть город. Разные случайности и события происходят каждый день, но именно в этот они сложились таким образом, что изменили ее навсегда.
Колокольчик на двери звякнул, радостно поприветствовав еще одну покупательницу книжной лавки. Она едва сдержалась, чтобы не поджать губы, ибо терпеть не могла привлекать внимание к своей персоне. Девушка боялась встретить знакомых, об этом даже говорило громко стучащее сердце. Ее глаза быстро прошлись по стеллажам и полкам, прикидывая, где могла находиться интересующая ее литература. Прежде чем сделать шаг, она поздоровалась с продавцом, озабоченным каким-то важным делом. Кажется, он ее вообще не заметил или она произнесла приветствие слишком тихо. Девушка двинулась вперед.
Каблуки стучали тихо, легко, но все равно поднимали пыль на полу. Она почувствовала облегчение, когда скрылась ото всех среди стеллажей. Ее пальцы не спеша скользили по корешкам новых книг. И замерли. Вот она, нашлась! Вдруг чьи-то длинные мужские пальцы, застыв на том же корешке, коснулись ее собственных, затянутых в перчатки. Ее рука резко отскочила.
- Мисс?
- Ой! Прошу прощения, я…
- За что вы извиняетесь? - Темноволосый мужчина усмехнулся. Он с завидным спокойствием и уверенностью взял книгу с полки, внимательно посмотрел на обложку.
- Наверное, не за что. - Надин не отрывала взгляд от книги в его руках. Обычно так голодная собака смотрит на кусок мяса.
Джентльмен заметил это.
- «Немецкая философия», - прочитал он название и удивленно приподнял бровь. - А почему не какой-нибудь женский роман или рекомендации по созданию туалета за последний год?
Его темно-карие глаза взглянули на нее с интересом. Надин стала переминать пальцы, не поднимая лица.
- Если бы там находились важные умозаключения, то, несомненно, подобрала бы что-нибудь подходящее. Но вряд ли Шопенгауэр находил смысл жизни в подборке атласных лент для платья, а если так, то прошу вас подсказать мне, где я могу приобрести такую книгу.
Мужчина рассмеялся, заливисто и живо. А Надин покраснела. Во время смеха его вьющиеся короткие волосы слегка вздрагивали. Он покивал.
- Я отдал бы немало, чтобы самому заполучить такое сокровище. - Взглянул на нее вопросительно, протянув книгу. - И как мы разрешим это?
- Я… Эм… - Надин замялась. У нее сердце пустилось в галоп от его пытливого взгляда.
- Я, конечно, не знаток по знанию этикета, но, по-моему, неплохо было бы представиться. - Он подошел ближе, достаточно, чтобы нарушить правила приличия.
Мужчина был очень высок и широкоплеч, но слегка худоват.
Надин открыла рот и замешкалась, словно забыла, с какой ноги лучше удается реверанс.
Она только успела отступить, как вдруг мужчина отрезал:
- Ладно, опустим это. Держите. - Холодно вручил книгу. - Всего доброго, мисс. - Пройдя мимо нее, как мимо растения, ушел.
Колокольчик на двери звякнул - окончательно покинул лавку. Надин взглянула на книгу в руках. Надо же, какой нетерпеливый! Можно было подумать, ей очень-то хотелось назваться ему. Наверное, джентльмен так и подумал, что она не желала произносить свое имя.
Надин было уже жаль ту женщину, которая согласится выйти замуж за такого нетерпеливого грубияна. В тот момент он так навис над ней, как герой в одном из романов, которые читала ее младшая сестра Джулия. Будто хотел поцеловать.
На краткий миг, всего на секунду Надин представила себя, целующейся с ним, и ей вдруг стало до тошноты неприятно. Она поморщилась. Выбросив дикие фантазии из головы, с книгой Надин направилась к кассе.
Оказавшись дома, она поблагодарила небо, что никто из домочадцев не застал ее. Кроме дворецкого, конечно, которому недавно исполнилось сорок пять.
- Добрый день, мисс Надин. - Поклонился, открыв дверь. Морщины на лбу от удивления стали отчетливее, когда он выглянул в проход и посмотрел на Надин. - Мисс Аллер умудрилась залезть в вашу шляпку?
Надин улыбнулась в ответ на его шутку.
- Ты знаешь, что я была без нее.
- Неужели, мисс? - Дворецкий иронично прижал руку ко рту. - Она и их сиятельства будут недовольны вашим опрометчивым поступком. На вашем месте я бы подготовился.
- Нет, если ты им не скажешь. - Надин мягко добавила: - Не говори, Мэтью. Я ведь не собака, чтобы ходить с провожатым. К тому же это крайне редкий случай…
- Этого требуют приличия, мисс, и ваша безопасность.
- Я знаю. И все же…
- Я могила, мисс Надин, - без лишних уговоров заверил ее дворецкий.
Надин благодарно улыбнулась. Она взобралась по лестнице наверх и вошла в свою комнату. Небольшая - самая маленькая из спален! - комната была обставлена тяжелой мебелью из темного дуба и такими же плинтусами, стены украшали молочного цвета обои. Надин положила книгу на прикроватный столик с правильными формами, напоминающем красиво украшенную деревянную коробку.
Избавляясь от перчаток и шляпки, Надин небрежно бросила вещи на идеально заправленную горничной кровать. Ее внимание притянул запечатанный большой сверток на письменном столе. Она подошла и взяла его в руки. Это были ее лучшие работы, ее труды.
С ним Надин шагнула к двери, но вдруг застопорилась. Даже если она прикажет слуге отнести их в Королевскую академию художеств, а это была мечта всей ее жизни, и даже если ее работы каким-то чудом одобрят, их все равно не примут. Надин неуверенно вернулась назад, положила сверток на стол и грустно вздохнула.
В академии места строго ограничены и принадлежат мужчинам. Как только директор узнает, что этот сверток с портретами, написанными кропотливым трудом, принадлежит женщине, он тут же отправит его в мусорную корзину. Кроме того, в свете непременно узнают, что Надин занимается художеством и получает за это деньги. Из этого раздуют скандал. Упаси бог, чтобы леди занималась трудом и получала за него денежное вознаграждение! Плечи Надин поникли.
Она вздрогнула, когда дверь внезапно открылась. Надин молниеносно схватила сверток и спрятала у себя за спиной. Джулия заглянула в комнату и вошла.
- Наконец ты пришла!
Наряд сестры приковал взгляд Надин, и она возмутилась:
- Ты опять надела мое платье?
Та широко улыбнулась.
- Да.
- Сколько можно, Джулия? Сними немедленно!
- Твои платья гораздо интереснее моих, - ответствовала она с укоряющей ноткой.
- Только в этом году, и то потому, что я дебютировала. Сними и повесь на место.
- Ты знаешь, что будет, если бабушка с дедушкой узнают, что ты выходишь гулять одна? - вдруг шустро сменила тему Джулия.
Надин негодующе вздохнула.
- Ты же знаешь, я не получаю никакого удовольствия на прогулке от компании, тем более от такой, как Изидора Аллер. - Поспешила добавить: - Я люблю ее, но она нагнетает сверх всякой меры.
Джулия посмотрела на ее руки, и ее глаза загорелись лукавством.
- Что это ты там прячешь за спиной?
- Я… - Надин попыталась придать голосу уверенности: - Ничего не прячу, конечно же. - И все равно он предательски дрожал.
- Да?.. - Сестра медленно шагнула к ней, угрожая проверить, что у нее за спиной. - Опять пишешь письма своим любовникам? - пошутила она.
Надин попятилась назад, а Джулия вдруг остановилась.
- Ну ладно. Не хочешь говорить, не говори. Только спустись в гостиную. Нас звала бабушка, сказала, это чрезвычайно срочно. - Сестра открыла дверь, бросив напоследок: - «Срочно» − это значит быстрее, чем ты обычно привыкла.
Надин закатила глаза. Она открыла ящик в столе и положила туда сверток, затем потянула за веревку: вызвала камеристку. Как бы срочно ни требовала бабушка появления всех внучек в гостиной, Надин не могла объявиться там, не переодевшись в домашнее платье. Иначе она догадается, что Надин выходила из дома.
Распахнув двери гостиной, Надин едва не ослепила темнота. Окна были зашторены, комнату освещали - пытались осветить! - несколько свечек, стоявших на столе, на котором также находилась блестящая, богато украшенная шкатулка. Виктория, Мария и Джулия сидели рядом на диване, а бабушка величественно восседала в кресле.
Она устремила на нее негодующий взгляд.
- Твое опоздание затянулось до неприличия. Присаживайся скорее и закрой за собой двери.
Надин нахмурилась, но сделала так, как она сказала.
- А что здесь происходит? Все это очень напоминает спиритический сеанс.
Джулия улыбнулась.
- Мне это нравится.
- Мы еще сами ничего не знаем, - ответила самая младшая Мария со скрещенными на груди руками.
Виктория сказала:
- Т-ш-ш, чтобы понять, нужно сначала послушать.
- Спасибо, Виктория. - На краткий миг бабушка накрыла ее руку своей. - Вы мои единственные внучки.
«В газете уже напечатали эту новость?» - с сарказмом подумала про себя Надин.
- И, как вам известно, я старалась заменить мать, делала… Мы с Бернардом делали все, чтобы вы ни в чем не нуждались. И самая главная задача для матери - это успешно выдать дочь замуж.
«О господи, опять!» - Надин бесшумно вздохнула и сделала скучающий вид.
Джанет продолжала:
- Самый худший кошмар для родителя - видеть, как твой ребенок страдает и мучается. Мы с Бернардом меньше всего хотим, чтобы после нашей смерти вы остались без средств к существованию. Замужество - это не только способ обзавестись детьми и семьей, но это и способ, чтобы уберечься от нищеты. Поэтому вы должны выбирать мужа с умом.
- Это как? Отвесив реверанс, заглядывать к нему в карман? - насмешливо хмыкнула Джулия.
Горящие свечи сверкнули в строгих глазах бабушки.
- Ты дослушай меня до конца, а уже потом спрашивай! - Повисло пронзительное молчание. Джанет продолжила: - Можно узнать его ежегодный доход, есть ли у него долги, сколькими землями он владеет, прежде чем совершить глупость и сказать ему «да». Но сейчас не об этом. - Она потянулась к шкатулке на столе и пододвинула ее к себе. - Прежде чем заглядывать к мужчине в карман, как откровенно выразилась Джулия, его нужно сначала привлечь. И есть интересный и действенный способ, как это сделать.
- И как? - наклонившись, нетерпеливо спросила Виктория.
Джанет открыла шкатулку, в которой аккуратно лежали четыре кольца. Каждое украшал камень, отличный от другого. Блеск самоцветов на кольцах переливался светом свечей.
- Потрясающе. - Джулия придвинулась ближе, ее глаза вспыхнули интересом.
Мария равнодушно спросила:
- И при чем здесь какие-то кольца?
Бабушка взяла одно кольцо с камнем яшмы, внимательно разглядывая его.
- Они передавались из поколения в поколение в нашей семье. Эти кольца могут дать вам то, что нужно, и помочь обрести мужа. - Она протянула кольцо Виктории.
Сестра с нахмуренным видом взяла его в руки, но не торопилась надевать. Джанет взяла второе с аметистом и протянула его Джулии.
- И мы все сразу выйдем замуж? Все враз? - Сестра с восторгом надела кольцо на средний палец.
Джанет улыбнулась.
- Нет, не все враз. Но говорю вам точно, мои дорогие девочки, это случится. - Бабушка вручила кольцо с рубином Марии.
Она приняла его безо всякого энтузиазма, откинувшись на спинку дивана.
- С этого дня носите их, не снимая, - сказала Джанет, перед тем как вынула последнее кольцо из шкатулки и протянула его Надин.
Бирюза. Колечко игриво поблескивало в ее пальцах. Бабушка внимательным взглядом следила за ними, чтобы они оказались у каждой на пальце.
- Это кольцо отлично подойдет к одному моему платью. Даже к двум! - Джулия протянула руку, любуясь новой побрякушкой.
Виктория недоверчиво натянула кольцо на палец. По ее выражению лица было видно, что она так и хотела его снять, но боялась огорчить бабушку.
- Мне это не очень нравится. Все это напоминает черную магию…
- Ну что ты! - весело ахнула Джанет. - Какая черная магия? Это всего-навсего талисманы. Их носили задолго еще ваши предки.
- Неужели все вышли замуж и были счастливы? - В голосе Марии слышалось сомнение.
- Разумеется! В нашем роду не было ни одной, кто бы сидел в старых девах. Все выходили замуж. И вы тоже выйдете, это я гарантирую, - твердо заверила Джанет.
Надин надела кольцо на палец. Сама же она не то чтобы не верила в эту историю, но, честно признаться, очень сомневалась. Кольца, которые благословляют на счастливое замужество? Разве такое возможно? Надин исполнила прихоть бабушки, только чтобы не вызывать бурю негодования. К тому же ей всегда нравилась бирюза, она подходила к цвету ее глаз. А будет ли кольцо работать или нет ей совершенно все равно. Ведь Надин не собиралась замуж.
В дверь неожиданно постучали. Вошел Мэтью и постарался скрыть свое удивление от затемненной гостиной со свечами, вокруг которых собрался женский круг.
- Ваша милость, вдовствующая графиня Чешир к вам с визитом.
Бабушка радостно улыбнулась.
- Проси ее, Мэтью. И прикажи немедленно убрать здесь и подать чай.
- Очень трудно сохранять благоразумие. Хорошо, что виги проиграли выборы в парламенте. Мой муж, будь он жив, торжествовал бы, - говорила графиня Чешир.
Джанет согласилась:
- Бернард каждый раз приходит в ликование, когда речь заходит об этом.
Леди Чешир одна из самых красивых женщин, которых Надин удавалось когда-либо видеть. Проседь в темных волосах нисколько не портила ее, высокие скулы и четкий разрез миндалевидных глаз, как у кошки, твердо говорили о том, что эта женщина знала себе цену.
Держа высоко голову, графиня с вежливой улыбкой сказала:
- Пожалуй, не будем обсуждать политику. Это дело больше под стать мужскому уму. - Устремила взгляд на Викторию. - Недавно я имела честь получить приглашение на бал к Хинтонам.
- Какая удача! Нас также пригласили, - сказала Джанет, опив чаю.
- В самом деле? - изумилась графиня и снова внимательно посмотрела на Викторию, спросив ее: - Вы там будете?
- Несомненно. - Бабушка любезно улыбнулась, потом коснулась руки Виктории. - Пока лишь две мои внучки выходят в свет, это Виктория и Надин. В этом году Надин дебютировала.
- Да-да, я слышала, - с пренебрежительной поспешностью произнесла графиня и обратилась к Виктории: - Вы ведь еще не обручены?
- Нет, миледи. - Виктория отпила чай и опустила глаза. - Пока нет. Как видно, Джентльмены предпочитают блондинок, - пошутила Виктория, - как наша Надин и Мария. По крайней мере, в последние годы я замечала такую тенденцию.
Кошачьи глаза графини заинтересованно блеснули.
- Надин тоже пользуется вниманием джентльменов, да, дорогая? - вставила Джанет.
Конечно, нет! Это была неправда. За почти прошедший сезон она не получила ни одного предложения руки и сердца. Надин не возражала. Однако чувствовала, будто ее это уязвляет. Наверное, самолюбие, решила Надин.
- Ну, это не совсем так… - невнятно произнесла Надин, затем поймала сердитый взгляд бабушки. Она поторопилась добавить: - То есть я имею в виду, что то внимание, что мне оказывали, я бы не назвала изобилием. Возможно, для кого-то это успех… - Последнее прозвучало очень тихо.
- Надин у нас молодец, - вступила в разговор Джулия, прожевав бисквит. - Я считаю, она стойко перенесла испытание первого сезона. Каждый день с утра и до поздней ночи была занята: приемы, визиты, составление расписания, обновление гардероба, посещение мероприятий… Это достаточно трудно для того, кто только привыкает к светской жизни.
- Не сомневаюсь, Надин успешно справилась, - сухо заметила гостья и снова обратилась к Джанет: - Скажите, миледи, как долго ваши внучки еще пробудут в Лондоне?
Бабушка ответила:
- О, в этому году, я думаю, мы не станем спешить с отъездом. В поместье мы уезжаем обычно в конце сентября и до самой весны, когда у Бернарда начинается подготовка к заседанию в парламенте и прочие дела. Но муж еще собирается задержаться в городе. - Поразмыслив, Джанет решительно заявила: - Нет, мы еще пробудем здесь какое-то время.
- Да? - Брови Марии разочарованно и возмущенно нахмурились. - Но у Надин от здешнего воздуха снова станет болеть голова. Котлы уже начинают работать по вечерам. Правда, Надин?
Надин прислушалась к себе. И она уже почувствовала, будто виски дали более болезненную пульсацию, а нос снова хотел зачесаться от плотного воздуха в помещении.
- Если честно, я уже чувствую себя неважно, - призналась Надин, коснувшись висков.
- Не внушай себе, дорогая, с твоим здоровьем все в порядке, - беспечно сказала Джанет.
Виктория коснулась плеча Надин.
- Может, тебе прилечь?
Надин покачала головой.
- Я в порядке.
- Будет благоразумно поступить следующим образом: мы с девочками могли бы вернуться в поместье, а вы с дедушкой останетесь тут. Я думаю, это правильное решение.
Леди Чешир улыбнулась, глядя на Викторию.
- Нет, нет! Так не пойдет, поедем все вместе. Это решено. - Джанет любезно улыбнулась графине Чешир. - Вам налить еще чаю?
Графиня поднялась с удовлетворенным выражением лица.
- Благодарю, миледи, но мне пора. Не хочу злоупотреблять вашим гостеприимством.
- Ну что вы, видеть вас нам только в радость.
- Пусть ваш очаровательный дворецкий проводит меня. - Графиня обвела всех взором и задержала добрый взгляд на Виктории. - До скорой встречи, дамы. Думаю, в ближайшем будущем мы будем видеться чаще.
Бабушка поднялась.
- И все-таки я вас провожу.
Джанет и графиня прошествовали через гостиную и вышли.
- Почему она сказала, что теперь мы будем видеться чаще? - незамедлительно спросила Джулия, повернувшись к сестрам.
- Что бы это ни значило, но мне это не нравится, - заявила Мария и откинулась назад.
- Вряд ли она хочет причинить нам какой-то вред. - Надин пожала плечами. - Хотя ее присутствие немного тяготило.
- Вот, вот! Вы видели, как высоко она держала нос? - Передразнивая, Мария вскинула голову и смешно скорчила надменную гримасу с раздутыми ноздрями.
Все громко засмеялись, а Мария добавила:
- Она высокомерная, и мне не нравится.
- Забудь о ней, - сказала Виктория. - Скорее всего, мы ее больше не увидим.
- А вот тут ты ошибаешься. - С воодушевленной улыбкой в гостиную ворвалась Джанет. Она встала позади дивана, широко расставив руки на головке. Ее глаза блестели лукавством. - Ну, что вы думаете?
Джулия непонимающе посмотрела на нее.
- Насчет?..
- Неужели вы не догадываетесь, почему графиня Чешир внезапно обратила внимание на наш скромный дом?
Девушки молча переглянулись, и Джанет объявила:
- Она подыскивала здесь невесту, конечно же!
- Уж не себе ли? - съязвила Мария, усмехнувшись.
Джулия зажала рот, чтобы не рассмеяться, а бабушка сурово поджала губы.
- У нее есть сын, граф Чешир. И, судя по тому, как она смотрела на Викторию, я с абсолютной уверенностью гарантирую, что она хочет сделать ее своей невесткой.
- Да? - прошептала Вики с надеждой. - Ты действительно так думаешь, бабушка?
- Не испить мне больше бургундского вина, если это окажется не правдой!
Надин фыркнула.
- Не понимаю, почему все рвутся замуж? Неужели так плохо в собственной семье?
- Надин! Замужество гарантирует женщине благополучную жизнь. Иметь свою собственную семью - это знак успешности. Без замужества твое существование скатится как минимум в нищету.
- А как максимум? - усмехнулась Мария.
Джанет полоснула внучку негодующим взглядом, и та отвернулась.
- Но приход графини говорит не только о том, что вскоре у одной из вас появится ухажер.
- А что еще? - полюбопытствовала Надин.
Бабушка посмотрела на них так, словно это было очевидно.
- Поиски невесты графини говорят также о том, что кольца начали свою работу.
Глава 2
- Прошло три дня, Тристан. Я больше не могу ждать, - сказал Дэмиен, сидя на пустой сцене в одном из театров на Ковент-Гарден.
Тристан покрутил поля шляпы.
- Дай мне еще время, Дэм. Обещаю, я расплачусь.
- Сколько?
Тот помолчал, затем выдал:
- Еще пять дней.
- Сколько?! - с насмешкой воскликнул Дэмиен.
Тристан произнес четче:
- Пять дней. Еще пять дней и деньги будут у тебя, даю слово.
- Ты говорил это три дня назад, Трис. - Перестав смеяться, Дэмиен посерьезнел. - И я убедился, что твое слово ничего не стоит. - Молча оглядел его, затем со вздохом сказал: - Ладно, я даю тебе еще двое суток. И если по прошествии этого времени ты не закроешь долг… - Дэмиен сунул руку в наружный карман сюртука.
- Два дня? - воскликнул Тристан. - Всего два? Это слишком мало, дай больше. Неужели тебе так трудно пойти мне навстречу?
- У тебя уже было время, - облокотившись на сцену, с каплей злорадства сказал Кайл, друг Дэмиена. - Ты ведь, когда занимал, рассчитывал, что к определенному сроку сможешь выплатить долг, правильно? Можно было бы поблагодарить, что без процентов.
Тристан свирепо уставился на Кайла.
- Не надо, Гилберт. Мы все знаем, почему ты не терпишь меня.
Как только Кайл открыл рот, чтобы возразить, Чешир вытащил вексель и повертел им перед лицом Тристана.
- Вот твое слово и оно будет у меня в кармане еще два дня. Я ведь не благотворительная организация, Трис. Ты должен расплатиться. В противном случае тебя ждет Маршалси.
- Долговая тюрьма?.. - Он сжал края шляпы.
Тристан попытался выхватить вексель, но у Дэмиена была хорошая реакция.
- Не так быстро. - Чешир усмехнулся. - Лучше пойди и подумай, как будешь со мной расплачиваться. А пока будет длится этот долгий процесс, это останется у меня. - Сунул вексель обратно в карман и похлопал по нему.
Челюсти Тристана напряглись, он покраснел, как видно, от злости. Резко развернулся и устремился на выход так, будто был готов снести всех и вся на своем пути. В конце зала хорошо виднелась его орехового цвета голова с отчетливой рыжиной.
- Довольно жестко, - заметил Кайл. - Так у тебя и друзей не останется, кроме меня. Тебе повезло: я-то ведь не люблю влезать в долги.
Дэмиен повернулся к нему лицом, взял английскую гитару в руки.
- Он мне не друг. Так, пропустили пару стаканов в «Уайтс». - Он стал настраивать гитару, перебирая струны. - Так что теперь, мне ему простить две тысячи фунтов? Этот рыжий плут найдет деньги, уверяю тебя. Терпеть не могу таких людей, которые занимают с улыбкой, а отдают, так, словно прощаются с жизнью. Я считаю, раз уж взял - верни.
Кайл поднялся на сцену и стал медленно ходить и осматриваться.
- «Берешь чужие, а отдаешь свои», - пробубнил он, заглядывая за отодвинутый двумя пальцами занавес.
- Что?
- Ничего. - Кайл повернулся к нему. - Что мы вообще здесь делаем?
- Тебе тут не нравится?
- Просто я думал, что в театр обычно ходят по вечерам. А сейчас день.
- Мне здесь нравится, - признался Дэмиен. - Да и я жду кое-кого.
Кайл широко улыбнулся.
- А-а… Та самая танцовщица. Я видел ее, хорошенькая. Кажется… − пощелкал пальцами, вспоминая, − …Вивиен, да? Хорошенькая.
Заиграв на гитаре, Дэмиен стал громко петь:
- «Я ткачиха на четырех ткацких станках, как многие знают,
Мне нечего есть, и я изношала свою одежду…» - остановился. - Как там дальше?
Кайл усмехнулся.
- Уж не та ли это баллада про кризис?
- Она самая. Лет десять назад, когда только-только стали внедрять машинное производство, многие люди лишились работы. Они, конечно, до сих пор лишаются, но сейчас нет такого массового увольнения и ажиотажа вокруг.
- Мятежи, поломки… Кстати, родственник Тристана был одним из луддитов.
- Правда? - Дэмиен поднял голову. - Кто?
Кайл пожал плечами.
- Не знаю. В клубе поговаривали, что этот самый родственник попался, его чуть не отправили на виселицу, когда под его руководством люди сломали около десяти машин на производстве. В тот год как раз ввели казнь за эти погромы.
Дэмиен снова запел:
- «Мы продержались шесть недель, думая, что каждый день – последний…»
- Дэм, перестань.
Чешир отложил гитару.
Он протянул руки к Кайлу, выразительно, с трагедией произнеся:
- «Им по незнанью эта боль смешна.
Но что за блеск я вижу на балконе?»
− О боже… − Кайл закатил глаза.
Дэмиен вскочил на колено и приложил руки к сердцу.
- «Там брезжит свет. Джульетта, ты как день!
Стань у окна, убей луну соседством».
- Дэм, ты меня пугаешь… - Кайл настороженно попятился.
Дэмиен бросился к другу и, схватив его за плечи, сильно потряс.
- «Она и так от зависти больна,
Что ты ее затмила белизною!»
- Чешир, ты спятил! - Кайл высвободился, и Дэмиен весело расхохотался. - Артистизма тебе не занимать! И почему ты не поступил на сцену?
- Я же единственный наследник. Хотя мог бы…
- Только через мой труп. - Луиза, его мать, приближалась к сцене. Стук ее каблуков отдавался эхом. - Не сомневаюсь, отец сразу восстал бы из могилы, чтобы тебя остановить.
Кайл склонил перед графиней голову.
- Добрый день, мадам. Как поживаете?
- Спасибо, Кайл, очень хорошо. Но оставим церемонии, я пришла повидать сына.
Дэмиен спрыгнул вниз, взял руку матери и поцеловал.
- Как ты нашла меня?
Луиза улыбнулась.
- Ни для кого не секрет, что это твой любимый театр. Ты посещаешь его с детства. Только вот не престало графу наведываться сюда днем и рассиживаться, играя на сцене, как шуту, будто ему нечем заняться. Что могут подумать люди?
- А что они могут подумать?
- Дэмиен, дорогой, это несерьезно. Твоя репутация итак трещит по швам.
Дэмиен указал рукой на пустые ряды.
- Здесь почти никого нет. И причин беспокоиться тоже нет.
Луиза достала из ридикюля пару газетных листков.
- Желтая пресса так не считает, милый. Посмотри сюда.
Дэмиен взял из ее рук листы. На одном из них он, раздетый по пояс, дрался в кулачном бою на ринге, окруженном грубой невежественной толпой рабочих, которые делали на него ставки. На другой карикатуре Дэмиен выступал с гитарой и бутылкой бренди в парламенте в компании обескураженных и возмущенных политиков.
Дэмиен весело усмехнулся, глядя на старые и знакомые кривые лица.
- Это же просто бульварные листки, мам. Они и внимания твоего не стоят. Неужели ты могла им поверить?
Луиза ласково поправила его вьющиеся волосы.
- Важно то, что они, мягко говоря, дискредитируют тебя. Это не может не сказаться на нашей репутации, на связях со светом и на твоих с парламентом.
Помолчав, он преподнес руку матери к губам и сказал:
- Ты что-то хочешь мне предложить, не так ли?
- Я переживаю за наш род и семью. Ты слишком свободолюбив, дорогой…
- Мама… - Дэмиен отпустил ее руку.
- Подожди, - настаивала она. - Я понимаю, тебе дорога свобода, и ты все равно ко мне не прислушаешься, но…
- Но?
- Есть семья с совершенной репутацией. Если бы ты женился на одной из их…
Дэмиен негодующе вздохнул.
- Подожди, дослушай меня, - продолжала Луиза. - Это была бы по-настоящему выгодная партия. Если одна из внучек Крэнборнов, невинная и чистая девушка, предпочла бы тебя, значит, эти слухи, - взяла у него листки и потрясла ими в воздухе, - действительно всего лишь слухи, так все решат. Наша репутация утвердится. Вы произведете наследника, и я смогу заняться его воспитанием.
- Нет, мама, - отрезал Дэмиен, сделав шаг назад. - Я еще слишком молод, чтобы жениться. Исключено.
Луиза подняла голову.
- Жизнь - очень хрупка. И мне страшно об этом думать, но если с тобой что-то случится? Все наследство перейдет другой семье, наш род исчезнет. Этого нельзя допустить, Дэмиен, хотя бы ради отца.
- Нет. - Он покачал головой.
Луиза продолжала:
- Пойми, тебе необходима семья, жена и сын. Они придадут тебе всеобщее уважение, ты сможешь быть уверен, что место твоего отца перейдет в руки собственного сына. Каждый уважающий себя мужчина должен обзавестись семьей, ты это прекрасно знаешь.
Обзавестись сварливой женой, которая будет нескончаемо пилить его нелепыми просьбами, скандалами? А потом везде и всюду сопровождать его, тяготя своим присутствием и пустой болтовней? Будет стараться ограничивать его похождения, совать нос в его дела… Категорически нет! Дэмиен слишком любил свободу.
Он мог уехать куда и когда захочет, ни перед кем не отчитываясь, наслаждаться любимыми вещами, чтобы при этом никто не жужжал у него над ухом и не мешал. Дэмиен мог иметь любовницу и не попасть под чьи-то подозрения, которые привели бы к семейным скандалам дома. После женитьбы жена бросится первым делом заниматься ремонтом в его особняке, переставлять и распоряжаться всем так, как ей хочется. А когда она забеременеет, то придет плаксивость и еще большая нервозность, следовательно, нервотрепка Дэмиена. Нет, он этого не выдержит. И дети…
Эти спиногрызы, которые только и делают, что орут, едят и опорожняются. День за днем сплошной стресс и недосып и всем от него будет что-то нужно.
Дэмиен уже представил, как он сидит в кресле в библиотеке с изможденным выражением лица. Дети треплют его за одежду и кричат, вырывают страницы любимых книг с пометками, а жена возмущается и требует съездить на лето в один из курортных городов где-нибудь в Мидлсексе.
Дэмиена передернуло. Не-е-е-т! Он еще слишком молод и в своем уме, чтобы не запираться в клетке с тигром.
- Дэмиен?
Он сморгнул и поднял взгляд на мать, которая продолжала настаивать на своем:
- Мисс Беллфлауэр будет на балу у Хинтонов в этот четверг.
- Это у нас, - вставил Кайл с улыбкой. - Мамочка очень старается, чтобы все прошло, как надо. Возможно, даже сам герцог Веллингтон будет.
Луиза вновь перевела взгляд на сына.
- Она будет там, Дэмиен. Ты увидишь, это очень приятная молодая девушка, она тебе понравится. Тебе надо только прийти и оказать ей несколько знаков внимания, и всего лишь.
Дэмиен глубоко вздохнул.
- Извини, мама. Я не женюсь ни на ком, кого бы ты для меня ни выбрала. Это мой окончательный ответ. - Дэмиен сделал шаг в сторону, повернув голову к Кайлу, качнул ею к выходу.
Кайл с радостью спрыгнул со сцены, он поклонился его матери на прощание, и потом они вместе прошествовали к дверям среди рядов.
Нельзя было не услышать, как твердое заключение матери звонким эхом прозвучало на весь театр:
- Ты должен остепениться и завести семью, Дэмиен, слышишь? Это твой долг!
