Kitabı oxu: «Операция "Пропаганда"»

Такие вещи не сочиняют, их берут

из жизни и записывают… И текст

сразу становится классическим

трудом.

В. Дудинцев, «Белые одежды», 1986 г.

Вступление

«Все далеко не то, чем кажется на первый взгляд…» — главный вывод членов тайного общества под названием «Высокий совет». Влиятельных магистров, от решений которых зависят ключевые мировые события.

Кто они? Наши современники или силы за гранью человеческого понимания? Что скрыто в именах архитекторов политического ландшафта? Как их миссия связана с происходящими на планете изменениями?

Спустя сотни лет они вновь встретились в период великого шторма, когда мир переживает переломный момент в истории. Появляются темные знамения, в древних легендах именуемые предвестниками последних времен. Множатся очаги гражданских волнений и протестов. Противоборство властных элит и армий переходит в открытые вооруженные конфликты и революции. Реальность, словно по сценарию, движется к глобальному хаосу.

Агентам секретной спецслужбы — Главного управления — предстоит вместе с «Высоким советом» выяснить причины дестабилизации и общественных потрясений. Сложить из множества деталей, знаков, подсказок и обрывков информации единую картину событий и установить источник «зла». Но самым сложным испытанием для героев станет столкновение с тайной организацией под знаком «Черного солнца» — «Темным культом».

Рецензия

Роман посвящен идее скрытого управления массовым сознанием. Он показывает, как протесты, войны, санкции, медиакампании, НКО, финансовые структуры, цифровые платформы могут быть встроены в единый сценарий борьбы за власть. Воплощая в сюжете популярную в PR-индустрии поговорку, что «в действительности все не так, как на самом деле», автор показывает, что наблюдаемый мир — это лишь верхний слой. А реальные причины событий находятся в области знаков, символов, денег, тайных договоренностей. И конечно же, метафизического конфликта добра и зла.

Пропаганда в романе трактуется как оружие цивилизационного масштаба: она не просто убеждает, а переписывает реальность, создает фантомы и симулякры, формирует новых лидеров и разрушает государства изнутри. Книга может быть интересна PR-специалистам, политтехнологам, аналитикам международных отношений, специалистам по кризисным коммуникациям и исследователям пропаганды — не как реалистичная модель мира, а как художественная гипербола о страхах, нарративах и механизмах влияния.

Олег Полетаев, первый вице-президент Российской ассоциации по связям с общественностью

Заметка на полях рабочего ежедневника спецагента Главного управления…

Древний рыцарь в синем сиянии лат

Устремил сквозь столетия таинственный взгляд.

В руках паладина меч и большой круглый щит,

Орнамент с гербом символ «дельту» хранит.

В сторонах застыв в ожидании войны,

Две могучие силы судьбой сведены.

Магистр в плаще, черный воин, богач.

Напротив — профессор, политик и врач.

Над миром навис кроваво-красный дракон.

Сжигающий взглядом честь, добро и закон.

На фоне башен Кремля догорает закат,

А на смену приходит тьма, порок и разврат.

ВВЕДЕНИЕ

Политический американский тележурналист Такер Карлсон в интервью с Президентом Российской Федерации в разгар вооруженного конфликта на Украине: «Вы считаете, что здесь действует что-то сверхъестественное, когда вы смотрите на происходящее? Видите ли вы дела Господни? Говорите ли вы себе, что тут замешаны сверхчеловеческие силы?» Президент: «Да… нет…»

Интервью российского лидера в моменте истории стало самым популярным событием на политической арене. Контекст беседы важен для глубинной оценки прошлого и настоящего. Он говорит о скрытых смыслах, которые прячутся за завесой слов и образов. Учит складывать картину целиком, пронизывать сознанием каждое мгновение, оценивать причины и последствия изменений в нашей жизни.

Показывает, что связующим звеном исторических процессов на земле выступает человек. Его природа уникальна и непредсказуема. Развивается по собственным законам и сценариям. Вплетается незримой нитью в судьбы государств и поколений. Внутри нас идет бесконечная борьба, и настроение следующего дня зависит от принятых сегодня решений. Так пусть читатель ответит на вопрос Такера Карлсона: «Существуют ли мифические силы добра и зла? Или все происходящее — дело рук человеческих?»

Книга представляет собой аллюзию на события двадцать первого века и приоткрывает завесу тайн над самой секретной операцией в истории спецслужб, сталкивая читателя с нестандартными вызовами и нелинейными политическими явлениями. Произведение представляет лишь точку зрения на легенды прошлого и современность, помогая найти скрытый смысл в окружающей действительности. Предлагает не делать скоропалительных выводов, а поставить реальность под сомнение и не бояться обманываться.

Читатель пройдет путь длиной в десятилетия вместе с героями, объединившими судьбы многих выдающихся современников, о вкладе которых в мир и безопасность нашей страны знают только архивы Главного управления. Вы увидите привычные вещи взглядом спецслужб и их агентов, примете участие в заговорах и громких преступлениях против национальной безопасности. Сможете прожить историю с другой стороны — высокой и скрытой политики, убийств, революций и мятежей, сражений ради власти и ресурсов, борьбы за права и свободы, манипуляций общественным мнением и интриг тайных клубов.

А может, главная суть находится выше земных приключений? Здесь нет случайных имен, названий или событий. Наш мир наполнен знаками, а дьявол, как известно, кроется в деталях. Произведение имеет несколько одновременно развивающихся сценариев, и читателю предстоит по крупицам раскрыть ключевую интригу. Найти пересечения сюжетных линий и увидеть зашифрованные смыслы, от которых уводят перестрелки, расследования и политические перипетии. И чем медленнее пронесется перед глазами внимательного наблюдателя рассказ, тем быстрее на главной арене появятся главные герои, придут важные выводы и раскроются мотивы происходящего.

Граничащая с вымыслом правда или откровенная ложь под видом действительности? Цепь случайных происшествий или разработанный до нас хитроумный план? Операция под кодовым названием «Пропаганда» придумана задолго до нашего века и продолжается всегда, напрямую влияя на международные отношения, культуру и гражданское общество во многих странах. Перекраивая государственный строй, ценности и приоритеты. Выводя на сцену новых лидеров с отличным мировоззрением и амбициями.

На наших глазах разворачиваются исторические события, за кулисами которых стоят незримые силы. Военно-политические альянсы, партийные аппараты, неправительственные организации, мозговые центры, корпорации и финансовые трасты наполнены агентурой влияния. Негласным паритетом управляет властная рука серых кардиналов и их законспирированной сети информаторов. Каждый человек примеряет роль главного действующего лица, оставаясь безвольной марионеткой в чужой игре.

В мире по-прежнему наставляет на праведный путь добро, а зло развращает. Новый день начинает незримый бой с самим собой, где каждое принятое решение нарушает установленный баланс и склоняет чаши весов, приводя к столкновению Темной Цитадели с Царствием Небесным. Произведение, как и человеческая история, не имеет начала и конца, потому что противостояние сил света и тьмы продолжается бесконечно. Нам лишь отведено пройти небольшой по меркам вселенной отрезок, насладившись моментом и сделав личный жизненный выбор.

Главное, всегда помнить вывод семи участников тайного общества под названием «Высокий совет»: «Все далеко не то, чем кажется на первый взгляд…» И опасаться теней, которые неизбежно следуют за семью членами организации под знаком «Черного солнца» — «Темным культом».

Дисклеймер: Все персонажи и организации являются вымышленными, любое совпадение с реально живущими или когда-либо жившими людьми, а также с существовавшими или действующими организациями случайно.

ГЛАВА 1. ЗЕМЛЯ РЕВОЛЮЦИЙ. СУДЬБОНОСНЫЙ ВЫБОР

Кто хорошо обороняется, прячется

в глубины преисподней; Кто

хорошо нападает, действует с

высоты небес.

Сунь-Цзы, «Искусство войны», V век до н. э.

Заметка на полях рабочего ежедневника спецагента Главного управления…

Череп на трости, пламенеющий взгляд.

За спиною Каракас, багрово-черный наряд.

Горный хребет преградил дорогу к Карибам.

Темный магистр восстал над заливом.

Он власть Вашингтона простирает над миром.

А рядом черная бестия с тайным мотивом.

По обе стороны — вереницы военных машин.

На фоне нищих трущоб и огней нефтескважин.

Венесуэла приняла послов «демократии»,

Значит больше не будет свободы и дипломатии.

Под эгидой заботы и мирных призывов

Пришла революция, коррупция и жажда наживы.

2008 ГОД. ВЕНЕСУЭЛА, КАРАКАС.

Город у подножья гор национального парка Эль-Авила, отделяющего столицу Венесуэлы от Карибского моря. Российский предприниматель Сергей Канунников прибыл в одну из самых криминальных точек мира на деловые переговоры. Первую страну на планете по запасам нефти, живущую в бедности и трущобах. На территорию государственных переворотов и мятежей, раздираемую внутренней преступностью и внешней экспансией.

Бизнесмен заехал в гости в особняк к давнему партнеру, советнику президента Венесуэлы Маркосу, который стал компаньоном в инвестициях, консультантом в международных делах и, главное, идеологическим соратником. Они смотрели на мир одинаково и понимали друг друга с полуслова.

Завтра им предстоял перелет в Маракайбо, крупнейший в Венесуэле нефтеперерабатывающий центр. Город не только поставлял «черное золото», на котором держалось 97% экономики, — там были открыты производства стройматериалов, алюминия и металлокерамики. Страна остро нуждалась в широком спектре товаров: от фармацевтики до телевизионной аппаратуры. Настоящая «золотая жила» для логистических компаний Канунникова.

Но это только завтра, а сегодня просторный кабинет наполнял запах сигары Cohiba любимой марки кубинского лидера Фиделя Кастро и легкий джаз из винилового патефона. Духовые афроамериканские мотивы всегда упорядочивали быстрое течение жизни российского бизнесмена. На горизонте виднелись дворец президента Мирафлорес и шпиль резиденции Ла-Касона. Облака укрывали величественный горный хребет Кордильера-де-ла-Коста, и от затяжки мягко потрескивал дорогой табак.

Канунников размышлял над стремительным течением времени, которое особенно ощущалось под вечерним небом Каракаса. «Ты знаешь, в разговорах с Эль Команданте я понял, что мы должны оставить след в этой жизни», — протянул Маркос. «Я слышал то же самое от Фиделя Кастро, друг мой. Он боролся с американским империализмом, пережил 638 покушений и верил, что история его оправдает», — тепло рассмеялся бизнесмен, переходя с испанского на английский. «Cuba Libre!1¹» — поднял бокал Маркос. «Cuba Libre!» — поддержал гость, и над муниципалитетом Либертадор раздался звон хрусталя.

Погружая кончик сигары в ром, Канунников вслух размышлял: «Мы вечно спешим, считая, что главное впереди. Каждый прожитый день превращается в этап достижения цели». — «А по-другому как? Жизнь без идеи ничего не стоит!» — с твердой уверенностью заметил Маркос. «Думаешь? Вот скажи, борьба с империализмом может быть смыслом жизни?» — адресовал вопрос куда-то в бесконечное закатное небо над морским заливом Канунников.

Советник настороженно перехватил: «Имеешь в виду “амбиции” Вашингтона? С огнем играешь… Я сталкивался с подобным выражением… И все, кто его произносил, плохо заканчивали». Маркос сделал жест на север от Каракаса: «Их эмиссары действуют жестоко, оставляя за собой выжженную землю. Зачем ты это спрашиваешь?» — «Просто удивительно! — засмеялся бизнесмен, утопая в глубоком кожаном кресле. — Я начинаю сомневаться, что сижу рядом с советником революционера и борца за свободу». Друзья подняли бокалы к портрету Уго Чавеса и чокнулись роксами с ромом.

Политик наклонился и шепотом попросил: «Знаешь, останься… Помоги мне, а? Скоро приедут делегаты из Нью-Йорка. Подозреваю, что они ведут двойную игру. Пачками привозят в страну доллары. Окружение президента начало хорошо о них отзываться. Комрадес2² принимают их на высоком уровне, а я в толк не возьму, что американцы тут ищут. Нужен свежий взгляд со стороны. Дай мне повод депортировать этих кабронес!»3³

С последними словами раздался глухой рычащий звук глубоко во тьме долины. На извилистой дороге показалась вереница представительских машин. Делегацию на дорогих «кадиллаках» с проблесковыми маячками и длинными антеннами раций сопровождали вооруженные мотоциклисты. Вместе с процессией на город надвигалась плотная ночная мгла. «Поздно. Вот и они…» — Маркос тревожно посмотрел на друга.

С балкона виллы отчетливо виднелось, как из черного минивэна с надписью «Фонд прогрессивной демократии» вышли во внутренний двор резиденции двое: высокая дама на шпильках с серебряным чемоданом и крепко сложенный мужчина средних лет. В двубортном пиджаке и шляпе-борсалино с широкими полями он походил на лидера итальянской мафии. Из бронированных внедорожников высыпала вооруженная охрана в военной форме с шевронами частной военной корпорации Black Sun4⁴.

Меры безопасности могли показаться избыточными, но только не в Каракасе, где зашкаливает число убийц, грабителей, насильников и воюющих за власть членов преступных группировок. Гости вальяжно поднялись в главный дом, будто в чужой стране именно они были хозяевами положения.

«Мы давно искали с вами встречи, — учтиво заговорил американец, расположившись в холле у большого камина. Без приглашения он ловким движением достал сигару, перерезал кончик, опалил огнем другой край и сделал глубокую затяжку, бегая взглядом по собеседникам. — Хотим помочь в борьбе с преступностью, нелегальным оборотом оружия и контрабандой ценностей. Особенно нас беспокоит бесконтрольный трафик запрещенных веществ. С этим нужно что-то делать, не находите?» Выступление незнакомца показалось Канунникову резким и высокомерным. Заискивающий тон и протяжная речь настораживали. В глазах зажигались искры азартного огня, а губы кривились в улыбке, пытаясь не сорваться на откровенный оскал. Иностранец походил на хищника под маской доброжелательного дипломата.

«Наш фонд представляет услуги экипировки новейшими образцами вооружений, физической защиты, военной, технологической и коммерческой интеграции. Мы обеспечиваем обучение чиновников по обменным курсам на территории лучших университетов США. Руководство заинтересовано в нормализации отношений между странами! Давайте оставим противоречия. Времена раздора прошли, настала эра переговоров», — в белозубой улыбке иностранца чувствовалось расположение.

Атмосферу дополняли прекрасные длинные ноги девушки азиатской внешности в черном платье с глубоким вырезом. На оголенном бедре играла татуировка древнего японского дракона, а аккуратные ногти стучали по серебряному кейсу. «Понимаю, что расплатиться сразу будет тяжело, поэтому на первых порах мы выдадим кредиты с большой отсрочкой оплат. Вам просто не остается поводов для отказа», — мягко засмеялся молодой человек, рассеивая внимание советника Эль Команданте.

Маркос вдохновился. От делегатов исходила какая-то магия обольщения. Потрескивал камин, ром притуплял бдительность, а азиатка флиртовала с ним глазами, покусывая нижнюю губу. Ощущалось, как, скрестив в мягком кресле ноги, она поглаживала его носком высоких туфель. Будоражил сам аромат ее присутствия. Женщины всегда одурманивали советника, и казалось, красотка знала его слабость.

К своему удивлению, Маркос поймал беспокойный взгляд друга. Идейный соратник чувствовал скрытые смыслы и не шел за навязанным мотивом. Он критически относился к словам и умел разоблачать ложь под видом лести, манипуляции и тщательно скрываемую неприязнь сквозь ширму непринужденности. Чиновник фонда ощутил напряжение и тут же разорвал паузу: «Мы, кажется, не знакомы…» Маркос опомнился: «Должен вас представить! Вильям Алл, советник “Фонда прогрессивной демократии”, и его помощница Лилия, прямые посредники Госдепартамента США. А это — мой давний компаньон Сергей Канунников».

«Уважаемые гости, откровенно скажу, вы предлагаете действительно щедрую сделку. Чем команда президента заслужила право работать с фондом при Госдепартаменте? — Канунников начал свою игру, неспешно потягивая ром. Простым, но точным вопросам он научился у своего отца. — В чем ваша выгода?» Вильям Алл нервно постучал пальцами по трости со стальной рукоятью в виде черепа с красными драгоценными камнями в глазницах. Ему не нравилось, что в диалог вступил неизвестный человек, который говорил от имени венесуэльского правительства.

«Благотворительность! Никакой выгоды! — скрывая напряжение, объяснился американец, стряхивая пепел от сигары прямо на мраморный пол особняка. — Мы некоммерческая организация, которая работает более чем в пятидесяти странах во благо мира и безопасности. Права и свободы граждан для нас высшая ценность. Это регулярная практика — знакомство с руководством страны, финансовая и научная интеграция. Кроме того, фонду необходимы квоты для рабочих визитов наших капо в Каракас. Не будем же мы за спиной Эль Команданте открывать офисы?» Фраза была сказана быстро, и Канунникову показалось, что он ослышался.

«Да бросьте, Вильям, не уклоняйтесь, — вмешался в диалог Маркос, пока Канунников задумался над словом «капо». — Всё немного не так, как вы рассказываете. Партнерство строится на доверии, а вы начали обхаживать кабинеты чиновников и военных. Надеялись, мы не узнаем?» Оперативная информация ничуть не смутила американца, он словно ждал сигнала к продолжению. Сергею пришла мысль, что неофициальными контактами представители фонда как раз и добивались внимания властей для приема на высоком уровне. И у них получилось!

«Скажем так, наши акционеры заинтересованы… — Вильям Алл достал из пиджака сложенную карту Каракаса и развернул ее на столе, — в качественно новом подходе». Лилия отточенным движением положила на стол серебряный чемодан и набрала код. Собеседникам открылся кейс, набитый долларами. Американец без смущения начал выкладывать свежеотпечатанные купюры на значки правительственных структур на карте: резиденцию президента, здания Нацио нальной ассамблеи и Верховного трибунала, офисы генерального контролера и защитника народа. Остальные стопки банкнот советник фонда сложил за границами столицы: «А это на рудники и нефтяные скважины».

«Но главное, не эта мелочь, — Вильям Алл пренебрежительно указал стальным наконечником трости на пачки долларов. — Ваши усилия будут щедро оплачены не субсидиями Госдепартамента». Американец откинулся в мягком кресле, и повисла интригующая пауза. «…Это лишь прикрытие для работы, как и многие другие учреждения в десятках стран. Наша организация намного шире и не заключена в границы единичных государств».

Вильям Алл достаточно быстро выкурил сигару и поджег еще одну Cohiba, поглощая чистый табак бездонными легкими: «Деньги для нас лишь необходимый ресурс для достижения цели!» Резким движением карточного дилера он выкинул на центр стола визитку с логотипом «Международный денежный фонд» и контактным телефоном некого заместителя директора организации Томаса Мамонова.

«Любопытно… — сохраняя невозмутимость, российский бизнесмен вернулся в разговор. — А с кем вы, Вильям, работали на континенте до встречи с нами? Кто ваши партнеры? И какие у них интересы?» Вопросы сильно возмутили гостей, потому что вскрывали сеть контактеров, лояльных иностранному государству. Никто, кроме Канунникова, не заметил, как зажглись и налились кровью глаза молодого человека. Становилось очевидно, что перед ним сидел не простой чиновник американского фонда, а опытный политтехнолог. Блеснул подобный ему лукавый взгляд Лилии, но тут же погас, чтобы не нарушить игру спутника.

«Наши партнеры предпочитают конфиденциальность. Приватность — это основа политики!» — с нахальной улыбкой ушел от ответа Вильям Алл. Канунников почувствовал пренебрежение и попытку сокрыть информацию, что еще больше подогревало интерес. Гости пришли не договариваться, а диктовать условия. «Как говорится, la omertà y el secretismo llevan siglos instalados en los pasillos del fondo5⁵», — блеснул знанием испанского Вильям Алл, чтобы заполнить паузу и придать словам местный колорит.

«Нет, я не ослышался, — задумался Канунников и с тревогой взглянул на Маркоса, который скрипел зубами от злобы. — Американец снова ошибся! Кажется, я догадываюсь, с кем он ведет дела в Каракасе…» Бизнесмен часто посещал Европу и знал, что «омерта» имеет отличные значения в речи представителей разных регионов. Судя по слову «капо», Вильям Алл говорил по-испански на итальянский манер. Смешивались не только слова, но и смыслы. В Италии они употреблялись только одним сообществом… Мафией!

На криминальном жаргоне «омерта» означала запрет на сотрудничество с властями, круговую поруку молчания о преступлениях и укрывательство бандитов. Также «омертой» назывался кодекс чести и верности синдикату «Коза Ностра», а «капо» переводилось как «капитан» или руководитель ячейки «солдат», рядовых исполнителей приказов главы итало-американской «семьи». Канунников повел головой в сторону, указывая Маркосу на дверь.

Советник революционера и вождя нации жестом остановил разговор и вытянул бизнесмена в соседний кабинет, оставив гостей под присмотром охраны. «Проходимцы! За кого они нас принимают? Я должен купиться на их грязные доллары и продать свою лояльность, предав народ и революцию? — Маркос нервно тушил сигару о перила балкона резиденции. — Ты тоже что-то заметил?»

«Я не политик, — Канунников говорил полушепотом, наблюдая через двойное зеркало за поведением визитеров, — но уверен, что в соседней комнате сидят бандиты! Плевали они на трудности Венесуэлы. Американцы хотят установить контакт с оппозицией и вооружить мафию. Под видом гуманитарных миссий заручиться поддержкой руководства и получить доступ к сырьевым богатствам страны».

Канунников чувствовал нарастающее напряжение у своего друга и продолжал: «Они подготовят лояльных политиков, вывозя их в Штаты под эгидой обучения. Вокруг Эль Команданте встанут подконтрольные фонду люди, которые предадут по первой же команде. А кредиты просто легализуют в стране коррупцию, завалят долларами воинствующие группировки, толкая к бесконечному переделу территорий. Друг мой, “нормализация отношений” в их словах означает захват власти».

Политик сильным движением переломил сигару и выбросил ее на террасу особняка. «Ты прав, их дружба может дорого стоить Венесуэле. Я закончу разговор раз и навсегда!» — скривил губы в злобной улыбке Маркос. Ненависть пульсировала в его висках, а рука рефлекторно легла на пистолет «Глок». С детства приближенный к президенту, советник был награжден горячим революционным нравом и туманящей рассудок решительностью.

«Не давай себя использовать! Они скупили генералов и руководящую верхушку. Устранишь чиновников из фонда сейчас — и связанные с ними силы начнут гражданскую войну! У Штатов появится повод официально ввести войска под предлогом защиты граждан. Вашингтон только и ждет, когда убьют представителей Белого дома на вашей земле! Ты же помнишь про Госдепартамент?» — поймал его за руку Канунников.

«Дай миру доказательства их причастности к подготовке переворота. Обвини в связях с опальными антиправительственными лидерами и главами преступного мира. Телеэкраны, газеты и общественное мнение дадут тебе повод легально избавиться от кабронес. Так работает пропаганда, амиго», — Канунников искренне пытался спасти соратника от необдуманных поступков. «Думаю, Фидель был счастлив иметь такого товарища, как ты, — послушно убрал руку с оружия и взял друга за плечо Маркос. — Идем!»

Открылась дверь с балкона особняка, но ни одно движение не выдало беспокойства Вильяма Алла и Лилии, когда вошли компаньоны. «Мы обсудили предложения, и они кажутся вполне достойными. Как же мы можем отказать Госдепартаменту? — теперь Маркос вводил в заблуждение гостей напускной лестью. Он погрузился в мягкое кресло напротив Лилии и взял стакан с ромом. — Осталось только решить формальности. С вами поедет мой представитель для согласования условий».

Собеседники чокнулись и выпили в знак скрепления договоренностей. Президентский советник вдруг резко отстранился от спинки кресла и указал пальцем, сжимая пустой бокал, поочередно на каждого гостя: «Но учтите, я человек суеверный. И если с моим другом что-то случится по дороге, обвиню вас. Подвернет ногу, споткнется и получит сотрясение, будет застрелен бандой при попытке ограбления — обоих найдут и повесят за ваши длинные языки». Маркос произносил угрозы с доброжелательной улыбкой сильного и уверенного в себе человека, будто приглашая на ужин.

«Значит, не будем терять время. Завтра ждем вас, Сергей, в ресторане “Ла Гранде Эсперанса”6⁶», — встал и отряхнул колени от пепла Вильям Алл, сохраняя маску доброжелательности. Лилия уже не строила жаркую, роковую брюнетку, ее движения были отрывистыми, а взгляд высокомерно пробежал по собеседникам. «Постойте, вы забыли деньги», — Канунников крикнул вслед американцам. «Оставьте, это подарок. До встречи!» — Вильям Алл в коротком поклоне коснулся двумя пальцами борта шляпы и спешно покинул резиденцию.

«Сожгите!» — распорядился охране советник Эль Команданте. По всему чувствовалось, окончание вечера прошло не по плану. После ухода нежданных ночных посетителей Маркос с Канунниковым, волею судеб оказавшимся посреди важных переговоров о судьбе Венесуэлы, еще долго планировали завтрашний день, и речь уже не шла о бизнесе в Маракайбо.

* * *

Кому-то деньги и власть даны по праву рождения, но Сергей Канунников принадлежал к касте трудяг. Весь путь бизнесмена проходил в борьбе за право занять место под солнцем, найти призвание в быстром ритме больших городов. Заручиться связями и ресурсами, чтобы достичь очередную ступень на лестнице признания.

Канунников появился на свет буквально в дороге при переезде семьи из маленького провинциального городка в Смоленской области в Москву, что предопределило его дальнейший путь в разъездах и путешествиях. Он бесконечно любил мать — баскетболистку сборной СССР, которая чудом находила время на семью в плотном соревновательном графике. Выезжал с ней в союзные республики и быстро пристрастился к спорту.

Но главную роль в воспитании играл отец — розничный торговец и бизнесмен. Очень многое для юноши соединилось в слове «папа». Любящий и заботливый мужчина был наставником, защитником и мудрым воспитателем. В нем парадоксально уживались спокойный, взвешенный характер, пылкий нрав и обостренное чувство справедливости. Он был голоден до жизни и постоянно искал новые приключения.

В сумбурном и насыщенном детстве Канунников часто ездил с ним за границу, знакомился с культурой и образом жизни иностранцев. Учился тонкостям ремесла, перенимал деловые черты и повадки родителя. Кроме того, отец обладал высокими связями в руководящих кабинетах и бывал среди политиков чаще, чем в торговых кругах. Он не задерживался на одном месте, нередко в спешке разрывая сделки и покидая страны. Иногда говорил загадками, словно переживал нечто из другой жизни. Могло показаться, что бизнес выступал прикрытием чего-то большего, чего он не мог рассказать.

Однажды Канунников-младший спросил, в чем его предназначение, какое будущее впереди и как выбрать свое дело в жизни? Отец постучал по циферблату часов «Ролекс» с именной подписью и без сомнений ответил: «Однажды сам все поймешь! Судьба подскажет, просто не спорь и слушай… Ты ни с чем не спутаешь жгучий адреналин и переполняющую энергию. В сердце и в висках забьется кровь. Придет желание перевернуть весь мир. Твоя избранница не просто шепнет на ухо, это будет оглушающий удар».

Канунников-старший показывал сыну на собственном примере, что значит заниматься любимым делом. В Союзе сложно было торговать на внешнем контуре, но отцу всегда удивительным образом удавалось получать разрешения на выезд. По стечению обстоятельств закупки обычных товаров и техники совпадали с риском для жизни. Он выбирал для заключения сделок самые напряженные регионы мира накануне переворотных событий.

Так, семья посещала Югославию перед началом раскола страны на шесть независимых республик, а потом встретила падение Берлинской стены в Германии. Торговое ремесло тянуло отца в жуткие кризисы «бархатных революций» конца восьмидесятых годов в Центральной и Восточной Европе, которые уничтожили социализм и запустили развал СССР. Неожиданно у них появлялись дела в Приднестровье в момент выхода территории из состава Молдавии. Или в Италии, где организация «Лига Севера» в провинциях Ломбардия и Венето выступала за независимость северных земель.

Последнюю трагическую командировку отец провел в Ирландии, хотя никогда не торговал виски или кофе. Перед поездкой говорил жене про сепаратизм и партийную борьбу за власть общества «Шинн Фейн», отделение региона от Британской короны и провокации боевых ячеек республиканской армии, которые вербовали жителей в гражданское сопротивление. В стране готовился переворот, и отец стремился оказаться в гуще событий. К сожалению, при невыясненных обстоятельствах он погиб, оставив глубокую рану в памяти подростка и наследство в виде сети торговых компаний.

Внешностью Сергей Канунников пошел в отца. Крепкого телосложения и выше среднего ростом молодой человек умел располагать к себе людей. Легко вступал в контакты и находил общий язык, не влезая глубоко в душу. Скромный в поведении, он не шел по головам, не подставлял компаньонов, не крал и не убивал, но был готов на авантюры ради достижения цели.