Kitabı oxu: «Просто жизнь»

Предисловие

Держу в руках книгу. Вожу пальчиком по обложке. Удивительные ощущения - автор я. Не верится... Да как же так вышло-то?

В пятом классе мы писали итоговое сочинение по картине Саврасова "Грачи прилетели". До сих пор в деталях помню "разбор полётов" работ после проверки. Сначала перечислили "пятёрочников", их оказалось немного. Похвалили. Зачитали интересные моменты из сочинений. Потом оказали честь "хорошистам". Меня не назвали ни в первом, ни во втором случае. Внутри как-то заныло: неужели "трояк"? А когда меня не оказалось и среди "троечников", сердце моё куда-то ухнуло. Но тут учительница сказала, что вот это сочинение она хочет зачитать классу целиком. - Эта работа, прибавила она, - заняла первое место по городу среди пятых классов и войдёт в новый "Сборник диктантов" для преподавателей. И начала читать моё сочинение. Я плохо соображала что произошло. Но мой "триумф" завершился со звонком на перемену. Класс объявил мне бойкот.

В седьмом я начала писать стихи. Тетрадку нашла мама. Сказала, что лучше бы я делом полезным занялась, а не всякими глупостями, большая уже "лошадка". Стихи отправились в макулатуру.

Вернулась к стихоплетству в девяностые. На работе к праздникам сочиняла частушки на "злобу дня" и у меня хорошо получались "переделки" из популярных песен для юбиляров.

Снова начать писать угораздило четыре года назад «благодаря» ковиду. Карантин. Самоизоляция. Марафон. Другой. Пятый. Десятый. Так и покатилось. Пишу коротенькие рассказы, в основе которых истории из моей жизни. Также начала писать сказки. Стараюсь наполнить их добром, любовью и светом.

Благодаря моим замечательным друзьям в июне сего года вышла в свет моя первая книжка «Просто сказки», которую я сейчас держу в руках. Если вы читаете эти строки, значит вышла из печати вторая моя книга «Просто жизнь». Почти готова к изданию третья книга «Пригоршня калейдоскопинок» и в доработке четвертая «Про Фотину». Зачем пишу? Просто нравится.

Светлана Репина

Бабы каются, а девки замуж собираются

Однажды в крещенский вечерок мы с подругой решили погадать. Все на женихов ворожат, а мы рыжие что ли? Выпускной класс как-никак. Я отпросилась у родителей и отправилась ночевать к Любке, так звали мою подружку.

Честно говоря, ранее к сему действу мы никогда не "привлекались", поэтому, имея очень отдаленное представление о конкретике процесса, слегка озадачились вопросом: а что делать-то?

- Давай хоть валенки бросим! - предложила альтернативу Любка.

Мы нашли в кладовке два старых, съеденных молью, валенка.

Наверняка именно им повезло однажды указать, в какую сторону выйдет замуж Любкина бабушка.

Одеваться и спускаться с пятого этажа во двор среди ночи на мороз, что бы пуляться валенками мы не решились. Вполне подойдет балкон, посчитали мы.

Я кидала первой. Валенок, сделав пару изящных кульбитов в воздухе, благополучно застрял в развилке стволов березы где-то на уровне окон третьего этажа.

Судьба второго валенка, который бросала Любка, была менее благополучной. Он приземлился на голову очень пожилого пенсионера, внезапно появившегося, чёрт знает откуда, в столь позднее время.

Из пенсионера посыпался отборный, словно зерна бразильского кофе, мат. Мы же с Любкой молниеносно исчезли с балкона. Но минут через пятнадцать в дверь настойчиво позвонили.

Я на цыпочках подошла к входной двери и, не дыша, посмотрела в дверной глазок. На площадке стояли милиционер с нашим валенком наперевес и разъяренный пенсионер. Дверь пришлось открыть.

Составить протокол допроса для стража порядка обернулось задачей довольно сложной. Милиционер еле сдерживал смех, производя записи наших показаний, он очень старался, чтобы этого не заметил пострадавший.

Пенсионер же продолжал монотонно материться, при чем за прошедшие полчаса, что он у нас находился, не повторился ни разу.

- Что теперь будет?- обреченно спросила Любка, подписывая протокол.

- Не знаю, - подмигнул милиционер, - будь он на вашем месте, ему как, порядочному джентльмену, пришлось бы на вас жениться.

- Боже!- отчаянно всхлипнула Любка, - а может все таки деньгами возьмёте?

Милиционер расхохотался так, что пострадавший вздрогнул, икнул и...перестал материться.

Дело завершилось штрафом и нашими извинениями.

Гадания, скажу я вам, всё таки штука мистическая. Ровно через три года, на валенке, застрявшем в развилке стволов березы вороны ранней весной свили гнездо, по осени же я вышла замуж.

А Любка вышла замуж в тот же год. За того самого милиционера. Прямо с выпускного и в ЗАГС.

Белая берёза

Серёжка простудился и уже неделю лежит в постели. У него высокая температура, болит горло.

Бабушка лечит его всякими снадобьями: молоком с мёдом, заставляет полоскать горло и даёт противные таблетки, которые очень трудно глотать.

Но самое грустное, к Серёжке не пускают друзей-одноклассников. Он так скучает без них. А ещё очень хочется гулять, кататься на тюбингах. Но приходится лежать и глазеть в окно.

А там всю неделю одна и та же мрачная картина - свинцово-серое небо и бесконечно падающий снег. Вон уж и берёзу, что растёт под окном, совсем завалило.

За прошедшую ночь выяснило. Ударил мороз. Утром в Серёжкино окно заглянуло солнце. Оно приветливо сияло на абсолютно безоблачном синем небе.

Серёжка вдруг заметил, что берёза за окном необыкновенно красива. Пушистый снег лежал на её гибких ветвях ослепительно белой каймой, а местами слегка свисал с них кружевной бахромой. Каждая снежинка, горя серебром, искрилась и переливалась на солнце.

Серёжка зачаровано смотрел на берёзу. Ему чудилось, что это наряд Снежной Королевы. На новогоднем празднике такое платье было у самой красивой девочки в классе. Серёжка тогда играл вместе с ней в школьном спектакле. А потом они вместе шли домой...

Серёжка не заметил, как в комнату вошла бабушка. Она принесла ему горячего молочка.

- Ой, а горло, кажется, уже не болит! -Улыбнулся Серёжка бабушке.

Беспокойная ночь

Кира решила лечь спать пораньше. Очень устала на работе.

Конец месяца. Отчёты. Голова кругом.

Ужин сегодня можно не готовить: дома никого нет. Муж в ночной смене. Дети в туристической поездке. А её самоё вполне устроит бокальчик кефира. К тому же такая тишина в доме просто призывает сладко выспаться.

Кира проснулась среди ночи от каких-то странных, скрежещущих по металлу звуков. Тревожно затаила дыхание. Прислушалась.Звуки повторились снова. Кажется кто-то подбирает ключи к замку.

Кира почувствовала, как предательски задрожали и вспотели руки. Липучий страх пополз и разлился слабостью по всему телу. За знобило. Ноги словно приросли к полу. Мысли скачут с одного на другое.

На подкашивающихся от страха ногах, Кира бесшумно идёт в прихожую. Сердце гулко бьется. Вся обратилась вслух. За дверью тишина.

Вскоре снова заскрежетало. Кира напряглась. Отчетливо слышен звук поворачивающегося ключа в замке. Но что это? Звук доносится не от двери, а... из соседней комнаты.

- Ах, Иннокентий! Иннокентий! Шутить изволите?- Кира щелкает выключателем и обессилено опускается в кресло.

Возмутитель спокойствия-волнистый попугайчик Кеша довольно жмурится. Произвести впечатление вполне удалось.

Браво, Маэстро!

Зал филармонии полнёхонек, полный аншлаг. На сцене темень. Раздаются нетерпеливые аплодисменты - пора начинать!

Черноту разрывает узкий треугольник света. Виден только силуэт артиста.

И...в предрассветной тишине , споткнувшись о первый пробившийся луч солнца, вдруг заискрились капельки росы. Робко прощебетала проснувшаяся птичка. Лес ожил и зашумел, встречая новый день...

Я впервые не слышала музыку, я её "видела"...

А потом застучали колеса по рельсам, паровоз пускал пар, свистел, гудел и мчался, мчался, мчался мимо лесов и полей. Промелькнул полустанок, на перроне которого девки в ярких сарафанах отчаянно пляшут под залихватскую музыку, а поезд мчится дальше. Быстрей, родной, быстрей!!!

Гроза. Раскаты грома. Ливень сплошной стеной. Природа неистово бушует. Доходит до предела и постепенно нехотя сбрасывает накал. Вот уже почти всё стихло. Напоследок ещё немного ворчит гром. Дождь всё реже и реже. Зал замер и не дышит в едином порыве, и отчетливо слышит , как падает последняя капля и ставит точку в этом стихийном безумии...

Концерт шёл полтора часа, без объявления произведений. Номер за номером. Взрывы аплодисментов гасились тут же началом следующей мелодии. И зал послушно замолкал...

Вернувшись с концерта, я "вывернула интернет". Искала мелодии, чтоб услышать вновь. И...там, где я "видела" мчащийся паровоз, произведение называется "Дорога домой". Где я почувствовала хрустальный холодок, это был "Первый снег". Я "видела ярмарки краски", а это "Шарманка".... Я ничего не придумала, я увидела то, что было на самом деле.

Вспомнился начальник на работе. Он учил меня: заполняй документ так, чтоб когда тебя совсем не станет, любой дурак мог понять, про что в нём...

Вот в музыке я и есть "любой дурак", но Алексей Архиповский и его балалайка потрясающе виртуозно "заполняли документы". Низкий поклон и великая благодарность Маэстро!

Вчерашние пельмени

Однажды, вернувшись домой поздно вечером, Варька вдруг спохватилась, что в течение дня всего один раз пила кофе и слопала пару порций любимого фисташкового мороженого.

Сейчас же голодна так, что готова проглотить слона.

Но времени настолько много, да и усталость такая, что любая готовка в данный момент просто не катит. К тому же утром рано вставать.

Правда в холодильнике есть вчерашние пельмени. Но они такие противные в холодном виде, не варить же их вторично.

Остаётся сгонять в киоск, что под окном, за «Дошираком», хотя она его терпеть не может.

За сими размышлениями, прихватив из холодильника вчерашние пельмени, чтоб выбросить их по дороге в «мусорку», Варька собирается выходить из квартиры.

Кто-то звонит в дверь. На пороге соседка Катька.

Варька и Катька вместе учатся в медицинском колледже.

- «Доширак»?!! - мгновенно забыв, зачем пришла, изумляется Катька. - А пельмени, значит, выбросить?

Она тащит Варьку на кухню.

- Как их есть, они ж холодные и мерзкие, как лягушки на болоте, - оправдывается Варька.

- Да ты что? Где сковородка?- Командует Катька.-

Пять минут и царское блюдо будет готово!

Катька плесканула на донышко сковородки подсолнечного масла и отправила её разогреваться на плиту.

Сковородка, польщенная вниманием, тут же зашкворчала от удовольствия.

Катька кинула в разогретое масло два зубчика измельчённого чесночка. Сыпанула на кончике ножа красного жгучего перца.

Чуть присолила. Слегка всё перемешала деревянной лопаткой.

Поштучно отправила пельмешки на сковородку. Присыпала сверху приправой хмели-сунели.

Пара минут и, вилочкой, каждый пельмешек аккуратненько перевёрнут на другой бочок. И ещё пара минут.

Катька выкладывает румяные с золотистой хрустящей корочкой пельмешки на блюдо, посыпает их зеленым лучом и укропчиком.

По кухне распространяется такой потрясающий аромат, что у девчонок нет больше сил медлить с ужином.

- Кать, я ещё сало хотела выбросить. Осталось от сырокопченой грудинки. На бутерброды покупала, может тоже можно в дело пустить? - потупив взор, спрашивает Варька.

- Заметано, завтра жарим картошечку, - отзывается Катька.