Kitabı oxu: «Развод? Я лгал ради нас, любимая!»

Глава. Аннотация

– Что это? – уставилась я на ярко-красное пятно на вытащенной из брюк сорочке мужа…

Пазл сложился в голове.

– Понятно, чем ты занимался со своей “инвесторшей” в машине.

– Ира, ложись спать. У тебя чересчур буйная фантазия.

– Фантазия?! Пятно от помады под ширинкой – это плод моей фантазии? – в бешенстве уставилась я на него.

– Я не собираюсь ничего тебе доказывать! Ты устала. Утром поговорим, – проговорил холодно.

– Гад! Какой же ты… – схватила коробку с подаренным сегодня фарфоровым сервизом и шарахнула её об пол…

– Успокойся! – рявкнул он, спеленав меня ручищами.

– Предатель! Ненавижу тебя! – дёргалась, но он держал крепко.

Стало ещё обиднее.

– Пусти-и! – тонко всхлипнула я. – Пусти сейчас же! Ненавижу! Уходи… Никогда тебе это не прощу!...

____

Двадцать лет я жила в иллюзии, что у нас идеальная семья. А сегодня розовые очки упали с глаз: мой муж – лжец и предатель!

Думает, ради денег буду терпеть? Ошибается…

Глава 1. До того как…

Утро двадцатой годовщины нашей с Игорем свадьбы выдалось на удивление солнечным. Свет проникал сквозь мережку льняных штор, играя бликами на настенном фарфоровом блюде, которое я заранее заказала в интернет-магазине на Ярмарке мастеров со специальной росписью. В сердечке была вписана история наших с Игорем отношений с датой свадьбы в две тысячи третьем году с припиской ниже: “Двадцать лет счастья”.

Занимаясь делами, я постоянно поглядывала на него, улыбалась своим мыслям. Фарфор – символ хрупкости, но и символ изящества, красоты, долговечности, если к нему относиться бережно. Всё как в нашем с Игорем браке.

Я тщательно готовилась к этому дню. Заказала банкетный зал в ресторане с романтическим названием "Белые ночи", где когда-то мы праздновали нашу свадьбу. Обзвонила друзей и родственников, ненавязчиво намекнув о желаемом подарке – новом фарфоровом сервизе. Задумала разбить на банкете старые чашки, чтобы, как гласила традиция, освободиться от накопившегося негатива. Но самое главное – попросила Игоря написать символическое письмо с пожеланием для меня. Эти письма, по замыслу, мы должны были зачитать друг другу. И я надеялась, что муж догадается написать в нём о своих чувствах ко мне.

Своё письмо я подготовила заранее. И в нём, конечно же, расписала, как сильно его люблю. В конце пожелала, чтобы наши отношения перешли на новый уровень. Какой, я пока не могла придумать, но мне хотелось каких-нибудь перемен. Я очень надеялась, что муж, после того как зачитаю письмо, проникнется идеей придумать что-нибудь романтическое.

Утром Игорь пообещал мне, что обязательно напишет такое письмо, как только появится просвет в рабочих вопросах.

Сердце сладостно замерло от предвкушения.

Несмотря на то, что Алла, моя самая близкая подруга, всегда говорила, что у нас идеальная семья, в последнее время я стала ощущать в отношениях какой-то застой.

Нам теперь не требовалось экономить, чтобы дожить до получки, просчитывая расходы на месяц вперёд. Нет! У Игоря в бизнесе всё было отлично. Компания разрослась и приносила стабильный доход. Но вместе с нуждой словно ушли и мелкие радости, которыми мы наполняли наши дни.

Пять лет назад мы купили дом в элитном посёлке, поменяли машину на новенький паркетник, и я перестала смотреть на цены в магазинах.

Правда, работу в музее я пока не собиралась бросать, но муж не раз намекал, что я там трачу массу полезного для семьи времени, а взамен имею копейки. Но мне нравилась моя работа, и уходить я не хотела. Там меня уважали за мой профессионализм. Но главное, организованные мною выставки имели широкий общественный резонанс. В музее я была нужным, квалифицированным специалистом, а дома стала бы просто домохозяйкой.

Я боялась завязнуть в быту. И что бы Игорь ни говорил, подсознательно чувствовала, что, засев дома, со временем перестала бы волновать его, как прежде.

Правда, муж считал, что тогда у меня появилось бы больше времени для себя. Смогла бы ходить в спортивный зал и развиваться в каком-нибудь хобби.

Но я не верила в это, потому что в выходные, когда мы все оставались дома, я ни в какой зал уйти не могла. Муж и дочь от домашних дел отлынивали, а одна я не успевала порой присесть.

Но претензий к мужу не было. Игорь много работал. Поэтому выходные имел право отдыхать, как ему нравилось.

Мог уехать на охоту или собрать друзей у нас. Топил баню и устраивал там мужские посиделки.

В домашних хлопотах день пролетел незаметно. Не успела оглянуться, как пора было собираться в ресторан.

Волосы вполне могла уложить в парикмахерской, но девочка, которой я доверяла себя, заболела. Поэтому решила поколдовать над причёской и макияжем сама.

Когда позвонила Анжелика, я уже заканчивала. Оставались последние штрихи к моему образу.

– Алло, Ликуш, я почти готова. Ты где? – включив громкую связь, чтобы не держать трубку ухом, поправила на плечиках длинное в пол жемчужное платье.

– Мам, я в ресторан приеду позже, ладно? Сейчас пришла в кафе. У Кирилла день рождения сегодня… Прикинь! Ему двадцать… Может, ему тоже фарфор подарить? – дочь звонко рассмеялась над своей шуткой. А я прислушалась, различая фоном мужские голоса. Шевельнулось беспокойство: свою восемнадцатилетнюю дочь я всё ещё считала малышкой…

Хотя и понимала, что Лика вполне уже могла влюбиться.

Воспоминания о своей первой любви были трогательные и волнительные.

Но дочери не обязательно было знать об этом…

– Лика, ничего не знаю! У нас с папой круглая дата, и ты обязана приехать в ресторан к началу мероприятия, а не потом. А молодой человек, если ты ему не безразлична, должен понять, что семья для тебя – святое! У тебя есть полчаса, чтобы поздравить Кирилла и выйти из кафе. Я папе позвоню, чтобы забрал тебя. Скинь, пожалуйста, адрес по SMS.

– Ладно! – фыркнула дочь и сбросила вызов. Я её понимала. Но сегодня был не тот случай, чтобы идти на поводу её капризов.

Подождала, пока та сообщит, где находится, и набрала номер мужа:

– Привет, мой хороший! Анжелика заехала в кафе к какому-то Кириллу. Я так поняла – это её бойфренд. Парню, кстати, сегодня двадцать… Символично, да? Забери, пожалуйста, её. А то она чересчур взрослая стала, смотрю… – слила мужу всё разом, не забыв напомнить про обещанное письмо. – Я уже готова. Не задерживайтесь там, ладно? Вдруг пробки… – добавила напоследок.

В трубке послышался усталый вздох. "Хорошо, Ириш. Я помню. Скоро буду. Письмо… Я почти закончил".

Я облегченно выдохнула: он не забыл! Ведь без его письма наша фарфоровая свадьба не была бы настоящей. Притом я загадала, что, если он выполнит этот ритуал, то следующие двадцать лет у нас будет всё без фатальных изменений.

Поглядывая в окно, включила чайник, решив в ожидании попить чаю. В ресторане чайная церемония запланирована была только на конец вечера…

А, вот и Лика!

Дочь поспешно шла по дорожке к дому. Видимо, муж решил не заезжать во двор.

– Ликуш, ты перекусишь на дорожку? – встретила дочь в холле.

– Нет, я успела поесть в кафе. Поехали!

– Подожди, – нахмурилась я, косясь на её милую кофточку и джинсы, – ты же не в этом пойдёшь? – развела руками. – Надень платье то, голубое, оно же классное… Тебе очень идёт! И, кстати, где там папа?! – приоткрыла дверь на веранду, выглядывая во двор. – Ему, думаю, не мешало бы в душ сходить после работы.

– Эт вряд ли, – хмыкнула дочь.

– Почему? – я продолжала гипнотизировать калитку, в ожидании, что Игорь вот-вот распахнёт её.

– Мама, если ты его ждёшь, то закрой дверь. Он мне сбросил сообщение, что приедет прямо в ресторан.

– Надо же! – расстроилась, что муж со своей собачьей работой ничего не может спланировать, как нормальный человек. – Опять, видимо, ЧП на работе.

– Ну, если ты под ЧП подразумеваешь блондинку, тогда да! Крутое ЧП… – Лика усмехнулась. – В офигенной шляпке!

Глава 2. Сообщение

– Что ты такое говоришь, Лика? Какая ещё блондинка? Ты что-то путаешь, – мой голос дрогнул. В голове замелькали обрывки разговоров, полунамёки, внезапные задержки мужа на работе. Неужели Алла сглазила нас, и мой идеальный мир рушится?

– Мам, я своими глазами видела. Когда вышла из кафе, папа стоял возле машины. А потом подошла эта… блондинка, вся такая нарядная, в чёрной шляпе. Он распахнул дверь, помогая сесть, и потом они уехали.

– Так, что же ты стояла и смотрела?! – мой голос начал вибрировать. – Чего не подошла к нему? Я уверена, что отец на словах бы скорее объяснил тебе, куда поехал.

– Ну, не знаю, – пожала та плечами. – Со мной ребята вышли. Мы с ними пока попрощались, и они уехали. А потом sms пришло, чтобы я сама добиралась…

– Покажи sms, – потребовала я, чувствуя гаденький привкус надвигающейся катастрофы. Я понимала, что муж по работе встречался с огромным количеством партнёров, инвесторов и покупателей. И среди них, естественно, было много женщин. Поэтому реагировать на то, что он решил подвезти одну из возможных коллег или инвесторов, было глупо. Просто из уст Лики это прозвучало так, будто Игорь, по меньшей мере, любовницу в машину посадил.

“Ну да ладно! Молодо-зелено. Мы ещё все вместе посмеёмся сегодня над этим”, – успокоила я себя.

Лика тем временем нашла sms и сунула телефон мне под нос.

"Лика, вызови такси и поезжай сразу домой, чтобы мама не волновалась. Я задержусь на работе. Приеду в ресторан. Папа", – прочитала я.

– Ну, вот, видишь?! Ясно же написал: “Задерживаюсь на работе…” – проговорила я, возвращая дочери телефон.

– Мама, его офис в другом микрорайоне. Он приехал к кафе за мной! Только, видимо, встретил там эту блондинку, и у него резко поменялись планы! – дочь, со своим математическим, в отличие от меня, складом ума грамотно разложила всё по полочкам, явно намекая на то, что я не должна слепо доверять мужу.

– Дурочка ты у меня ещё! – ласково обняла её хрупкие плечи. – Сериалов насмотрелась, вот и чудится тебе вселенский заговор. Не наговаривай на отца в такой значимый для нас день! Или что, считаешь, что я настолько плохо выгляжу, что мой муж обязательно должен был повестись на эту мамзель? – проговорила с усмешкой, потому что знала, что выгляжу я очень даже неплохо для своих сорока лет.

Но в груди уже поселилась тревога, и теперь она, как ржа, медленно разъедала моё сердце. Только, несмотря ни на что, я не должна была допустить, чтобы наша дочь думала про отца плохо.

Для меня было важно взрастить в ней семейные ценности, чтобы Лика в будущем сравнивала своих избранников с отцом, как с эталоном настоящего мужчины, и могла делать правильный выбор. Ведь чтобы складывать отношения в собственной семье, необходимо было понимать, как должно быть в идеале.

А дочь почему-то видела всё в чёрно-белом цвете, как математик. Но жизнь – это не уравнение с одним решением. Она многогранна и полна нюансов, которые порой не укладываются в строгие рамки логики.

"Может, это просто коллега", – твердила я себе, ощущая тянущее душу беспокойство, и при этом улыбалась дочери, стараясь не показать ей, насколько боюсь разочароваться в муже.

"Надо сохранять спокойствие”, – успокаивала я себя, надевая заранее приготовленное платье. Мельком оценила своё отражение в зеркале и осталась довольна. Тяжёлый шёлк, струясь, идеально подчёркивал бёдра и узкую талию.

Я была благодарна природе за свою внешность. Муж часто делал мне комплименты, и я привыкла к ним. Сейчас же оценила себя отстранённым взглядом: серо-зелёные глаза, небольшой, чуть вздёрнутый нос, пухлые, идеально очерченные губы… Ямочка на подбородке, правда, мне не нравилась. Мужчину бы она украшала, указывая на волевой характер, а женщине она была ни к чему. Но, как уж есть… Муж как-то назвал меня Снежной королевой. Не знаю, почему у него возникли такие ассоциации. Оставалось надеяться, что я не выглядела примороженной или бессердечной…

– Ладно, пора выезжать. Люди не должны ждать виновников торжества, – проговорила, отворачиваясь, чтобы дочь не заметила, как дрожат мои губы.

Внутри всё кипело. Нужно было что-то делать, но что? Я чувствовала себя кроликом, застывшим перед фарами приближающейся машины. Нужно было взять себя в руки и показать дочери, что всё в порядке.

– Такси вызову через приложение, – пробормотала я, доставая телефон. Пальцы нервно скользили по экрану. В голове проносились обрывки мыслей: "Блондинка… Шляпа… Почему он не позвонил мне, не предупредил лично?".

Я могла позвонить сама. Только что толку? Мне при этом необходимо было смотреть ему в глаза. За столько лет брака я хорошо изучила мужа, и мне казалось, что если бы он захотел солгать мне, я бы это сразу заметила.

Или это говорила во мне моя былая уверенность?

Да, я доверяла Игорю, как самой себе. Но сегодня Лика посеяла в моём сознании зёрна сомнений, и, подобно явлению окна Овертона, они начали своё развитие самостоятельно, начиная с отрицания. Но это сейчас, дальше они начнут прорастать… И если я сегодня же не докажу себе, что эта блондинка никоим образом не интересует мужа, то спустя какое-то время поверю, что муж может изменить мне.

В приложении высветилась надпись: "Машина найдена". Хорошо, хоть с этим проблем не было.

– Пойдём, Ликуш, такси ждёт, – залюбовалась я дочерью. Она переоделась в голубое коктейльное платье и выглядела в нём как феечка.

Мы вышли из дома. Вдохнула полной грудью насыщенный ароматом цветущей сирени воздух. Погода стояла шикарная. Можно было не надевать болеро, но возвращаться должны были поздно. Вечер однозначно обещал быть прохладным.

До ресторана ехали около двадцати минут. Я смотрела в окно, стараясь думать о предстоящей выставке в музее. Но мысли назойливо перескакивали на Игоря, и я боролась с навязчивым желанием позвонить ему.

"Почему я до сих пор не сдала на права? – намеренно сменила тему для размышлений. – Сколько раз Игорь говорил, что мне это ни к чему, что он всегда рядом и отвезёт куда нужно. Или такси вызовет. Я всегда слушала его, доверяла его мнению. А теперь… Нет, нельзя быть настолько зависимой от его занятости. Сегодня же поговорю с ним. И надо посмотреть, какие есть автошколы поблизости”.

Я впервые жалела, что не настояла на своём.

В горле пересохло. Сглотнула подступивший комок.

"Господи, пусть он уже будет там, в ресторане. Пусть всему найдётся логическое объяснение. Пусть Лика просто всё неправильно поняла, и Игорь ласково пожурит нас за выдумки, назвав, как обычно, своими принцессами! Я же не переживу, если это окажется правдой. Не переживу!…" – мысленно молилась я, прикрыв глаза, пока такси не остановилось у входа в ресторан, залитого тёплым светом вечернего солнца.

Сердце бешено колотилось, в висках стучало. Глубокий вдох. Выдох. Улыбка для дочери. Нужно держаться, ведь там нас ждут родня и друзья.

А сама невзначай поглядывала по сторонам, понимая, что если Игорь здесь, то ожидает нас на улице.

Глава 3. Разговор с подругой

Вечернее солнце ласково играло бликами на стёклах ресторана, создавая иллюзию праздника. Но внутри меня бушевала буря. Я окинула взглядом площадку перед входом, надеясь увидеть знакомую фигуру, но Игоря нигде не было.

– Мама, ты папе звонила? – дёрнула меня Лика за рукав болеро, когда мы заглянули в зал и осмотрелись.

– Когда я успела это сделать? Я всё время была с тобой, – прошипела я, выплёскивая на дочь свою досаду и попутно отвечая на приветствия ожидающих нас друзей и родственников. – Сейчас позвоню, – решительно достала телефон из сумочки.

– Ира, а где Игорь? Я звонила ему, но он почему-то не берёт трубку, – подскочила ко мне свекровь с таким видом, будто это из-за меня он не отвечал ей.

– Здравствуйте, Тамара Николаевна, – проговорила сдержанно.

Между мной и свекровью никогда не было тёплых отношений. Она почему-то считала, что я во всём “недо”: недостаточно хорошая хозяйка, недостаточно строгая мать, недостаточно любящая жена для её сына… – Всё хорошо, не беспокойтесь. Игорь задержался на работе. Но он уже едет, – сдобрила безмятежной улыбкой ложь и, извинившись, вышла из зала.

Набрав номер мужа, с нарастающей тревогой слушала гудки…

“Да ответь ты уже, чёрт возьми!” – чуть не в голос взмолилась я, чувствуя, что больше не в состоянии изображать на лице спокойствие.

В ресторан стремительно вошла подруга с мужем и дочерью и, налетев на меня, с ходу начала оправдываться, объясняя, почему опоздала.

Я сбросила вызов, обнялась с подругой, приняла цветы, поблагодарила, машинально разглядывая нежно-розовые головки в обрамлении ажурной гипсофилы.

– Алла, спасибо за такую нежнятину… Как невесте, – оценила я выбор подруги, ещё раз обнимая её.

– Мы, между прочим, вместе выбирали, – хмыкнул Валера, её молодой красавчик-муж.

Когда подруга девять лет назад познакомила меня с ним, объявив о своём решении выйти за него, я была в шоке. Подумала, не альфонс ли он. Но со временем успокоилась. Валерий, конечно, был подкаблучник, но он действительно любил её. А теперь, с годами, возмужал, и разница в их возрасте уже не бросалась в глаза.

– Поля, поставь, пожалуйста, цветы в воду. Вон туда, на отдельный столик, – передала букет их тринадцатилетней дочери.

Алла с Валерой сразу после свадьбы взяли четырёхлетнюю девочку из детдома, потому что врачи категорично заявили, что после операции, которую подруга перенесла в юности, детей сама родить она не сможет. Но месяц мы с Аллой рыдали от счастья. Оказалось, что она беременна. Беспокоиться, конечно, стоило за неё, но мне почему-то казалось, что у неё всё получится.

– Ириш, сходим в дамскую комнату? – Алла, не дожидаясь моего ответа, потянула за собой, отправив мужа общаться с нашими общими знакомыми, которые в это время говорили о чём-то с тамадой.

– Подожди, Алл! – я, выдернув руку, отошла в сторону. Набрала номер мужа.

Гудок… Второй… Наконец, он ответил.

– Да, дорогая…

– Игорь, ты где? Все гости уже собрались! – без реверансов накинулась на него.

– Я еду, Ириш. Пробки ужасные. Буду минут через двадцать.

– Хорошо, ждём, – проговорила, еле сдерживаясь, чтобы не наговорить лишнего.

– Люблю, – услышала в трубке и сбросила вызов.

Двадцать минут… Целых двадцать минут неизвестности. Я чувствовала себя канатоходцем, балансирующим над пропастью. Одно неверное движение – и я бы разбилась сама, вместо приготовленного для этой цели фарфора.

– Ирин, где ваш муж? – тамада, молодой, энергичный парень, выглянув из зала, стремительно подошёл ближе. – У меня программа расписана, время поджимает.

– Он задерживается, пробки. Будет через двадцать минут. Начинайте без него, – отрезала я, стараясь сохранить хоть видимость спокойствия. – Я сейчас пойду, – добавила, скрываясь от него за дверью туалетной комнаты.

Нужно было прийти в себя. Хотелось умыться холодной водой, но из-за макияжа не могла позволить себе такую роскошь. Сунула руки под струю воды и посмотрела в зеркало. Глаза были красными, словно я плакала. Но вроде бы не давала слезам пролиться

– Ириш, что случилось? – Алла подошла сзади и смотрела мне в глаза через зеркало.

– Что, так плохо всё? – расстроилась я.

– Нет! Выглядишь ты потрясно, – отрицательно покачала головой. – Но я же вижу…

– Ишь, с Полей по психологам находилась, теперь сама спец, – криво улыбнулась я.

Мне с Аллой было всегда легко. С ней не нужно было следить за словами, изображать что-то. Она всегда видела меня настоящей. И даже если я отпускала такие вот шуточки, умела видеть глубже и никогда не обижалась.

– Давай, рассказывай, – мимо ушей пропустила она мой сарказм.

– А что рассказывать? – прикрыла глаза, глубоко вдохнув, и медленно выдохнула. – Лика сегодня видела, как Игорь возле кафе посадил в машину какую-то яркую блондинку, вместо того, чтобы забрать там дочь и приехать с ней домой. А ей написал, что задерживается на работе. Меня он даже не предупредил… Сейчас только дозвонилась. Сказал, будет через минут двадцать…

– Ну и что?! Может, эта женщина его деловая партнёрша какая-нибудь. Он же у тебя гендиректор. С чего так разволновалась?

– Да, в том и дело, что умом понимаю – накрутила себя. А всё равно, из головы не идёт эта шляпа…

– Какая шляпа? – не поняла та.

– Да, – отмахнулась я, – никакая… Блондинка просто в шляпке была. Нечасто в мае увидишь мамзель в шляпе…

– Согласна. Театр какой-то, – в задумчивости пожевала губами. – Ну, ты, это… Раньше времени не психуй. Но и бдительность не теряй. А я со своей стороны порасспрашиваю девчонок. Есть там, в компании твоего Игоря, две знакомые. Помнишь, в прошлом году просила твоего помочь устроиться одной моей знакомой? – я помнила тот разговор, но о ком шла речь, не знала.

Кивнула.

– Вот, не зря. Теперь можно втихушку разузнать, что с твоим Игорем так, или не так… – пыталась успокоить меня.

Я не привыкла в свою жизнь вмешивать посторонних, но сейчас была ей благодарна.

– Узнай, Алла. А то так и буду накручивать себя. Просто спроси, есть ли такая в их компании. Видели, или нет…

– Найду как расспросить, – усмехнулась Алла. – А ты, давайте, взбодрись уже! Как бы ни было, а это ваша сегодня фарфоровая свадьба. Скажи своим тревогам, чтобы сегодня тебя не беспокоили… – Алла обняла меня.

– Спасибо, – благодарно прильнула я к ней. – Мне вроде бы полегчало.

Глава 4. Река воспоминаний

Когда вышли из дамской комнаты, гости уже сидели за столом. Подождав, пока мы заняли свои места, тамада начал вещать в микрофон какие-то байки, откуда повелось, что двадцать лет совместной жизни стали считать именно фарфоровой свадьбой.

Я его не слушала, беспокойно поглядывая на выход из зала. Время тянулось медленно, Игорь всё не шёл.

Разговор с подругой немного взбодрил меня, но сердце по-прежнему ныло в предчувствии чего-то нехорошего.

Пока тамада развлекал гостей, я машинально ела салат, не ощущая его вкуса, и наблюдала за коллегами Игоря. Они о чём-то перешёптывались, бросая на меня короткие, сочувствующие взгляды.

Закралась мысль, что они что-то знали о нём такое, о чём я даже не догадывалась. Эта мысль сверлила мозг, не давая покоя. Я понимала, что это уже какая-то паранойя. Казалось, что все вокруг в курсе какой-то тайны, одна я Лунтик.

Когда я была уже на грани истерики, в зал вошёл Игорь с огромным букетом алых роз. Цветы были настолько изысканно-пышными, что все ахнули.

Мне показалось, что тамада был рад его появлению больше всех. Едва не пиитанцовывая нн в микрофон попросил всех поаплодировать главе нашего семейства. Под рукоплескания и шутливые комментарии Игорь с радушной улыбкой подошёл ко мне. Скрепя сердцем, я поднялась и, заставляя себя сделать лицо более приветливым, приняла цветы.

– Ириш, прости, что заставил ждать, – проговорил муж виновато на ухо. – Люблю тебя! Ты самая красивая, как всегда… – с улыбкой смотрел мне в глаза.

Ощутила себя Вангой, проникающей в мысли человека… Но нет, Игорь выдержал мой внимательный взгляд.

– Спасибо! Потрясающие розы! – уткнулась лицом в букет…

Мне нужно было немного времени, чтобы понять для себя, лжёт он мне, или это я ревнивая дура.

Прислушалась к себе… Появление мужа, цветы, комплименты немного успокоили меня. Игорь был такой же, как всегда.

– Но о том, что ты задерживаешься, мог бы и позвонить, предупредить меня, – немного выдохнув, проговорила ворчливо, жестом подзывая официанта, чтобы передать букет.

– Занят был, – муж чмокнул меня в щёку и, отставив стул, галантно помог мне сесть за стол.

Тамада предложил родственникам сказать тост. Свекровь взяла микрофон и длинно, с пафосом, говорила заученную речь, в очередной раз восхваляя сына.

Но сейчас меня её речь вообще не трогала.

Игорь под столом взял меня за руку и нежно щекотал пальцем ладонь.

“Ну, доча! Накрутила меня, по самое не балуй, а само́й весело…” – вздохнула я, украдкой поглядывая на Лику. Та, как ни в чём не бывало, о чём-то оживлённо разговаривала с Полиной. Девочки хихикали, стреляя глазами на красавчика тамаду.

Игорь, ухаживая, положил мне в тарелку мои любимые шампиньоны запечённые с сыром.

Выпили за тост. На душе потеплело.

Заиграла музыка, и у меня перехватило дыхание. Это была "наша" с Игорем песня, та, под которую мы познакомились на дискотеке, а потом, под неё же, танцевали на своей свадьбе двадцать лет назад. Игорь протянул мне руку, и я, как зачарованная, встала.

Смотрела в его глаза и видела в них столько любви и нежности, что все сомнения отступили. Игорь по-прежнему волновал меня, как и в тот самый день, когда мы познакомились с ним.

Забыв обо всём, вышла с ним в центр зала. Положив ладонь ему на плечо, закружилась в танце.

В звуках дорогой сердцу мелодии растворялось время. Каждое движение, каждый поворот головы Игоря казались до боли знакомыми и в то же время невероятно новыми. Его синие глаза, как прежде, пленили, заставляя трепетать сердце. Удивительно, но мне казалось, что мы снова там, на той дискотеке, где я впервые увидела его. Игорь, конечно, сильно повзрослел, но глаза были прежние. И он всё с тем же восхищением, которое когда-то заставило моё сердце биться чаще, смотрел на меня. Я тонула в его объятиях, как много лет назад, теряя ощущение реальности и чувствуя лишь тепло ладоней.

Река воспоминаний перенесла в тот самый день, когда мы, спустя несколько месяцев поженились. Мы были тогда полны надежд и мечтаний…

Мелодия будоражила душу, пробуждая давно забытые чувства. Казалось, время повернулось вспять, и мы снова молоды, влюблены и полны сил. В каждом аккорде звучала наша история, наполненная дорогими сердцу событиями.

Его прикосновения по-прежнему вызывали трепет. Я чувствовала, как щёки заливаются румянцем, а сердце бешено колотится в груди.

Всё вокруг исчезло, остался только он, его глаза, его руки и эта музыка, объединяющая нас в единое целое. В этом танце не было фальши, не было игры, только искренние чувства, настоящие эмоции и любовь, которая выдержала испытание временем…

Музыка стихла, но мы продолжали стоять, не в силах разомкнуть объятия. В его глазах я видела отражение своих чувств. Сомнения, которые терзали меня весь вечер, показались никчёмными. Меня обнимал мой прежний Игорь. Это – было реальностью. А не глупые фантазии дочери.

Я нежно поправила ему воротничок белоснежной рубашки. И тут… О ужас!

Мой взгляд зацепился за яркое пятно…

На безупречном шёлке красовался след от красной помады.

Глава 5. Держись, Ира…

Мир вокруг словно замер. Музыка давно отгремела, а я всё ещё стояла, держась за воротничок этой прокля́той рубашки. Красная помада, ярким укором, смотрела на меня прямо в душу. Ярость и обида вскипели мгновенно, затмив собой недавнее умиротворение. Хотелось закричать, сорвать эту рубашку с мужа… но вокруг люди. Наши гости, друзья, семья.

Правда, улыбки его коллег теперь казались лицемерными, а поздравления – отвратительной ложью.

Сделав над собой неимоверное усилие, я… разгладила воротничок, стараясь не смотреть на этот предательский след.

"Всё хорошо, Ира, всё хорошо", – твердила себе, словно занималась аутотренингом. Сейчас нужно было успокоиться.

Остальное – дома. Там бы я свободно выпустила на волю своих демонов. А пока… Улыбаемся и машем.

Игорь, казалось, ничего не замечал. В шутку похлопал по плечу одного из коллег, который тоже танцевал в паре с женой. Как же он сейчас был далёк от бушующей во мне бури!

Вокруг – смех, поздравления, радостные лица родственников и друзей. Кто-то крикнул нам "Горько!"... Остальные хором подхватили.

Я же, изо всех сил старалась держать себя в руках, не выдать отчаяние. Играть счастливую жену, которая только что пережила трогательный момент с любимым мужем.

Если бы не Игорь, дошла бы до стола и залпом выпила бокал вина. Очень хотелось… Но муж, среагировав на крики “Горько!” обнял, чтобы поцеловать…

А у меня в голове натянутой струной вибрировало желание вцепиться в воротник его рубашки и спросить: "Чья это помада?!" Ведь у меня такой не было в помине. Но вместо этого я стояла, как пришибленная. Вот только, когда муж коснулся моих губ в поцелуе, словно очнулась: дёрнулась и с силой оттолкнула его, брезгливо вытирая рот.

– Ты что? – вытаращил глаза он.

– Я не клоун тут! – выпалив, стремительно вышла из зала. Тамада, молодец, виртуозно перевёл всё в шутку и продолжил программу.

В фойе ресторана пометалась, не зная, куда лучше кинуться, на улицу или в туалет. Выбрала туалет. Сообразила, что хочу сейчас закрыться в кабинке от посторонних глаз, и попытаться успокоиться.

На банкете присутствовала уйма близких и мало знакомых мне людей. И в мои планы не входило пока вываливать грязное бельё наших с мужем отношений на всеобщее обсуждение.

Войдя в туалетную комнату, подержала под холодной водой руки, пытаясь привести себя в чувство. Немного помогло. Прошла в кабинку и заперлась там, собираясь с мыслями.

Было странно, что Алла до сих пор не прибежала за мной. Правда, я её не видела среди гостей, когда закончилась мелодия танца.

Услышала хлопок двери. Кто-то вошёл. Хотела уйти, но услышав разговор, замерла, боясь даже дышать. Голоса за дверью кабинки звучали приглушённо, но каждое слово резало, как бритва.

– Ну, и как тебе наш Игорёша? – раздался ехидный смешок. – Всё такой же неотразимый?

– Да ладно тебе. Ничего особенного. Просто умеет пускать пыль в глаза, – ответила вторая, и в её голосе сквозила зависть. – Ты видела помаду на его воротничке?

– Ой, да кто ж не заметил! – рассмеялась. – Интересно, кто это его так разукрасил? Жена вроде другой помадой накрашена.

Внутри меня всё оборвалось. Не только я видела след от помады… Кто ещё?! Злость на мужа переполняла. Я сидела в своей тюрьме, униженная какими-то хабалками, но не могла ни уйти, ни пресечь их пересуды.

– Да ладно вам, девчонки, – раздался третий голос, более спокойный. – Может, просто случайно испачкался. Всякое бывает.

– Ага, случайно! – возразила та, у которой голос был самый противный. – Знаем мы эти случайности.

Я до боли закусила губу, чтобы случайно не выдать себя. Нужно было что-то делать, но что? Выйти и устроить скандал? Или продолжать прятаться, слушая эти мерзкие перешёптывания? В голове был хаос. Одно я знала наверняка, с прежней жизнью покончено.

Собрав остатки воли в кулак, я глубоко вдохнула, стараясь унять дрожь в руках. Скандал? Нет, это не выход. Выставить себя на посмешище перед этими змеями? Ни за что. Но и оставаться здесь, в роли подслушивающей жертвы, было выше моих сил. Нужно было время, чтобы всё обдумать, принять решение.

Прислушавшись, я убедилась, что голоса за дверью стихли. Видимо, дамы выпустили порцию яда и ушли перекусить за чужой счёт.

Осторожно открыла дверь кабинки и выглянула. Никого. Быстро выскользнув наружу, остановилась возле зеркала, чтобы привести себя в порядок.

В отражении увидела бледную себя с потухшим взглядом.

Неужели это я? Ещё несколько часов назад я была счастливой женой, уверенной в любви и верности своего мужа. А теперь? Теперь я предмет сплетен и насмешек. И что делать дальше?

Я ничего не могла решить. Но одно знала точно: давать пищу для пересудов этим нахалкам я не собиралась.

Усилием воли заставила раздвинуть губы в улыбке и ужаснулась. Она напоминала оскал.

Нет, так не пойдёт!

Вспомнила, как в школе должна была выйти на сцену. Как тряслась перед этим. А мама научила. Подвела к зеркалу и поставила к нему спиной. “А теперь, – сказала, – представь себя ямщиком. Ты занесла плеть и, набрав полную грудь воздуха, резко обернись. Со словами: “Эх, залётные!” – ударь плетью воображаемых коней и взлети с ними до небес”.

У меня тогда всё получилось. Выпорхнула на сцену с горящими глазами, а дальше всё прошло, как по маслу.

Сейчас вспомнила, и со словами “Эх, залётные!” почувствовала, что ожила. Да, проблема осталась. Но я теперь чувствовала, что я с ней справлюсь!

В фойе прохаживался Игорь, явно поджидая меня.

– Тебе плохо? – спросил обеспокоенно.

“Нет, мне лучше всех, блин!” – мысленно огрызнулась, а вслух сказала:

– Живот прихватило. Уже всё хорошо.

Вечер тянулся как кошмарная вечность. Каждый тост, каждое поздравление звучали как издёвка. Скользила взглядом по лицам, пытаясь понять, кто из гостей заходил в туалетную комнату. Но никак не могла вычислить и чувствовала себя марионеткой, вынужденной дёргаться на ниточках приличий.

Алла, как оказалось, забыла выключить дома утюг и, ничего не сказав мужу, чтобы не ворчал, уезжала на такси домой. В разгар банкета вернулась взмыленная. А мне так не хватало сегодня её поддержки…

Держалась из последних сил.

Самым приятным в этом вечере оказался момент, когда я должна была разбить фарфоровую чашку, символически расставаясь с прошлым. С каким же удовольствием я швырнула её об пол, наслаждаясь, как та разлетелась на множество осколков.

Хотя хотелось в улыбку мужа, но отложила удовольствие на потом.

И всё бы ничего, но в конце, когда гости начали расходиться, ко мне подошла свекровь и елейным голосом заявила: "Ирочка, ну как же ты за мужем смотришь? Рубашка грязная! Непорядок. Нужно быть внимательнее, а то ведь уведут…"

Её слова вонзились в самое сердце. "Уведут…" – эхом отдавалось в голове.

Да она-то точно знала, о чём говорила, эта старая лицемерка! Она всегда его обожала, боготворила, считала меня недостойной его. И вот теперь её улыбка показалась ехидной.

Она что-то знала?!

Мне хотелось нахамить ей, или сбежать. Но я стояла, улыбалась и делала вид, что слушаю её наставления.

Внутри же всё дребезжало от отчаяния.

"Держись, Ира, держись!" – успокаивала себя, боясь, что вот-вот сорвусь и устрою скандал прямо здесь, на глазах у всех этих улыбчивых людей.

Глава 6. Всё не так

По дороге домой Игорь пытался завязать разговор, но я, словно под грузом невидимой плиты, откинулась на спинку сиденья. Прикрыв глаза, я искусно притворялась измождённой. Анжелика тоже ехала молча. Я пару раз оглянулась, но та даже не заметила. Залипнув в мерцающий экран телефона, она всю дорогу с кем-то переписывалась.

В голове неотступно роились мысли, как заговорить с мужем, но не впутывать при этом в разборки дочь. Развязка пришла нежданно. У самого дома Лика состроила умоляющую гримаску и издалека завела жалобную песню о том, что все девочки уже на вечеринке у Милы, а её снова будут троллить, что она заучка и ни о чём, кроме уроков, не думает.

Я выдержала паузу, напустив на лицо строгость, чтобы дочь не расслаблялась раньше времени, а затем великодушно отпустила, пригрозив для видимости пальцем: если почую или увижу что-то запретное – никуда больше не пущу. Дочь едва не вприпрыжку бросилась в дом переодеваться.

На самом деле, я вовсе не была такой вот грымзой. И это между нами была негласная игра. Лика позволяла мне думать, что у меня всё под контролем, а я была её совестью, чтобы дочь не переступала черту дозволенного. Сегодня её внезапный уход был мне на руку. Бросив вслед дежурные напутствия, с облегчением отправила её к Миле. Та жила в нашем же элитном посёлке, поэтому я не сильно беспокоилась. В любой момент могла позвонить ей, чтобы шла домой. А Игоря отправить встречать её.

– Что случилось, Ира? – спросил Игорь с бесячим недоумением, как только за дочерью захлопнулась дверь. – Ты какая-то не такая сегодня…

– Не такая? Это я не такая?! – Мои тщательно выстроенные в течение вечера плотины рухнули, и я сорвалась на крик. – А ты не видишь ничего странного в этом алом отпечатке на твоей рубашке? Или ты думаешь, я ослепла? – Лицо Игоря вмиг осунулось. Под слоем загара проступила мертвенная бледность, а в глазах мелькнул страх загнанного зверя.

– Это… это случайность, Ириш. Я всё могу объяснить, – пролепетал он. Но я больше не желала слушать. Слова, оправдания – всё это казалось пустой тратой времени. Предательство уже совершилось, и в этом я не сомневалась. А наша идеальная жизнь, наш счастливый брак – лишь искусно созданная иллюзия. Иллюзия, что рассы́палась в прах сегодня, в одно мгновение.

– Игорь, ты действительно думаешь, что я поверю, будто чьи-то губы случайно оказались чересчур близко от твоей шеи? – сложив руки на груди, в бешенстве уставилась на него. – Лика мне рассказала, про мамзель, которая села к тебе в машину возле кафе.

– Твоё право, – муж, видя мой настрой, ушёл в глубокую оборону. Ещё и смотрел с презрением, словно не он, а я облажалась. Но этим он только подлил масла в огонь моего раздражения. – Эта “мамзель”, как ты её окрестила, – крупный инвестор. Подписать бумаги нужно было именно сегодня, потому что утром у неё вылет в Омск. А в кафе она обедала!

Он говорил так убедительно, что на миг я готова была поверить. Но…

– Найдётся ли у тебя такое же правдоподобное объяснение алому следу помады на воротнике? – прошипела я, вспоминая пережитый позор на банкете, где только слепая тётя Маша не заметила разницы между моим полупрозрачным блеском и этим вызывающим следом.

Я обрушила на него всю лавину накопившихся обвинений, не сводя глаз с его растерянного лица.

– Да, есть, – хищно прищурился он. – Выходила из машины и, как типичная женщина, оступилась на шпильках. Я подхватил. В итоге – испачкала мне рубашку. Каюсь, торопился, не заметил. Иначе заехал бы, купил новую. Думаешь, мне было приятно выслушивать насмешки от твоей клуши Аллы? Передай ей, пусть лучше за своим Валерием смотрит. Он был помят и небрит.

Я смотрела на мужа, поражаясь его изобретательности. Чуть ли не поверила, почувствовав себя старой ворчливой дурой. А он, тем временем начал как не в чём ни бывало раздеваться.

Сорвал галстук, расстегнул ремень, пуговицу на брюках, молнию и…

– Что это? – я побледнела, словно увидела сколопендру в уличном туалете.

– Где?! – муж проследил за моим дрожащим пальцем и уставился на алое пятно на рубашке, вытащенной из брюк.

– Как же она так неудачно упала-то? – сарказм, словно щит, защищал от желания разбить что-нибудь об его голову. – Аж ртом в расстёгнутую ширинку?… – воображение дорисовало сценарий их развлечений в нашей машине. Меня передёрнуло от осознания того, что муж после этого смог спокойно смотреть мне в глаза. Насколько циничным нужно быть?

А он между тем, молча снимал испачканную помадой сорочку…

– Гад! Какой же ты… – сжалась в комок, но энергия требовала немедленного выброса.

На банкетке в холле стояла коробка с подаренным на годовщину свадьбы фарфоровым сервизом. Меня изнутри разрывали обида и боль, и я больше не могла сдерживаться.

Подняв коробку над головой, я со всей силы швырнула её в Игоря. С расстояния трёх шагов – к своему горькому разочарованию – промахнулась. Коробка с глухим стуком рухнула на пол. Подскочила к декоративной тарелке, которую заказывала в честь нашей свадьбы, по пути пнув коробку. Он с интересом, словно я обезьянка в цирке, следил за мной. Схватив тарелку, не раздумывая, метнула ею в мужа. Он даже не шелохнулся, но я снова промахнулась. Тарелка с треском ударилась о стену, разлетевшись на мелкие осколки.

Только после этого муж очнулся.

– Ира! Успокойся! – рявкнул он и, подскочив ко мне, стиснул в объятиях.

– Гад! Предатель! Ненавижу тебя! – отчаянно вырываясь, кричала я в истерике.

Но его хватка была стальной. От бессилия слёзы подступили к горлу, мешая дышать, а потом хлынули из глаз. – Отпусти-и! – тонко всхлипнула. – Отпусти сейчас же! Ненавижу! Уходи… Никогда тебя не прощу!…

– Ира, успокойся. Пожалуйста… – прижав меня к себе, начал гладить по волосам, как маленькую.

– Убер-ри от меня свои поганые руки! – упёрлась локтями ему в грудь, пытаясь высвободиться. – И уходи! Сейчас же! – разъярённой кошкой прошипела я.

– Уйти?! – невозмутимо вскинул бровь.

– Да!… Или уйду я! – воскликнула я, лихорадочно соображая, куда могла бы деться прямо сейчас.

– Нет, жена дорогая! – покачал головой. – Сейчас ты выпьешь успокоительное и отправишься в спальню. А утром, если будешь в адеквате, мы спокойно поговорим…

Подхватил меня на руки, словно я ничего не весила, и понёс в спальню, не обращая внимания на мои трепыхания. Я колотила его кулаками по спине, но Игорь не обращал внимания. Уложив на кровать, быстро вышел из комнаты. Пока я слезла с кровати и дошла до двери, он вернулся с аптечкой и бутылкой воды.

– Тебе нужно успокоиться, – проговорил мягко, роясь в аптечке. Я не могла обойти его. Он перекрывал собой выход. – На, выпей, – протянул таблетку. Я отвернулась.

– Пожалуйста, Ириш, – Игорь вздохнул, укоризненно глядя на меня. – Не усложняй ситуацию. Просто прими таблетку, – протянул мне её снова. Поколебавшись, всё же взяла. Проглотив, запила водой.

– Выпила, видишь? – пыталась взглядом испепелить его. – Отойди.

– Нет, Ириш, тебе надо лечь, – он снова подхватил меня на руки и отнёс в постель. Бороться с ним я устала.

Откинулась на подушку, отвернулась от него. Слёзы всё ещё текли по щекам, но желание срочно сбежать от него пропало. Видимо, успокоительное начало действовать…

Игорь накрыл меня одеялом и, наклонившись, поцеловал в висок.

– Спи, – прошептал он и вышел из комнаты, оставив меня в одиночестве.

Лёжа в постели, чувствуя себя совершенно опустошённой. Преданной, униженной и одинокой. Всё, во что я верила, рухнуло в одно мгновение. И я не знала, что будет дальше.

Лежала, глядя в стену, и задавалась вопросом: “Неужели наша любовь, наша семья – всё это было лишь ложью?