Kitabı oxu: «Сгореть дотла, но не простить»

Глава

Глава 1. Вкус пепла и стали

На двадцать седьмом этаже делового центра «Монарх» витал запах свежего кофе, дорогого парфюма и того особого, почти электрического напряжения, которое возникает перед крупной битвой. В этом здании не было места случайностям, здесь не верили в удачу, здесь её создавали, вымаливали и выгрызали зубами. Но сегодня воздух казался гуще обычного, словно в кондиционеры подмешали невидимую взвесь чужих амбиций и надежд. Алиса стояла у панорамного окна, глядя, как город внизу распластался в своем бесконечном движении, но сама она видела не его. Она видела отражение — собственное, бледное и напряженное, с хищным блеском в глазах, который так не вязался с утонченными чертами лица.

Её команда, два молодых архитектора и старый, верный как пёс, чертёжник-конструктор, готовили последние правки к презентации. Они переговаривались вполголоса, их голоса звучали как тихий гул работающего механизма, чьи шестерёнки отлажены до идеала. Но Алиса слышала не их. Она слышала тишину в своей душе, ту самую, которую заботливо выстилала внутри себя последние пять лет. Глухую, непроницаемую, как бетонная стена. И именно эту стену ей предстояло возвести сегодня, чтобы защитить всё, что она построила заново.

Проект «Небесный сад» был не просто её работой. Это был её ребёнок, выношенный в муках и родившийся в крови. Она вложила в каждый изогнутый контур, в каждую стеклянную панель частицу себя, своей боли и своей ярости. Это был не просто парк на крыше или жилой комплекс с зелеными насаждениями. Это была философия. Утопия, где бетон и природа перестают враждовать и начинают дышать в унисон. Тендер на его реализацию был для неё не просто шансом взобраться на вершину — это был шанс стереть с лица земли воспоминания о прошлом провале, который до сих пор отдавался эхом в её костях.

Она сжала пальцы, лежащие на холодном стекле, до белизны. «Только не сейчас. Не думай об этом». Перед глазами мелькнула картина, запечатленная в памяти с ужасающей четкостью: зарево пожара, отблески пляшущего пламени в стеклах её собственного офиса, хруст стекла и запах гари, въевшийся в волосы, в одежду, в самую суть её существа. Её проект. Её гордость. И он… он просто стоял рядом, с каменным лицом, и смотрел, как рушится её мир. А потом ушёл. Не обернулся. Даже не попытался протянуть руку, чтобы вытащить её из этого ада. Он просто исчез, оставив её одну сгорать в пламени собственных ошибок и его предательства.

— Алиса Сергеевна, пора, — голос молодого архитектора, Павла, вывел её из оцепенения.

Она моргнула, прогоняя наваждение, и повернулась к нему. Её лицо было бесстрастной маской, за которой невозможно было угадать бурю, только что пронесшуюся внутри. На ней был строгий темно-синий костюм, который сидел безупречно, подчёркивая каждую линию фигуры, но делал её похожей на статую — прекрасную, холодную и неприступную. Никаких украшений, кроме старых серебряных часов на запястье — единственной вещи, которая напоминала ей о времени, когда она ещё умела чувствовать.

— Все готовы? — спросила она, и её голос прозвучал ровно и чисто, как хрусталь.

— Да, — ответил Павел, пододвигая к ней планшет с финальным рендером. — Я только что прогнал анимацию движения воздуха. Визуализация получилась потрясающая. Советник по экологии подписал все бумаги, что мы обсуждали.

Алиса бегло взглянула на экран. Даже в плоском изображении проект дышал. Он жил. Его стеклянные купола, похожие на гигантские капли воды, отражали небо, а террасы, утопающие в зелени, спускались каскадами, создавая иллюзию, что здание прорастает из земли, а не придавлено ею. Это было красиво. Это было совершенно. Но она знала, что в этой красоте таится уязвимость, которую не заметит невооружённый взгляд. Только тот, кто знает её секрет.

Она подняла голову и расправила плечи. В этот момент в наушнике раздался голос её ассистентки Лены:

— Алиса, они уже в зале. Комитет в полном составе. И… — Лена запнулась на секунду, и это мгновение показалось Алисе вечностью. — И среди членов тендерной комиссии присутствует представитель «СтройИнвестГрупп». Господин… Градов.

Мир вокруг Алисы на мгновение потерял свои очертания. Звуки зала, гул кондиционеров, шепот коллег — всё это стало приглушенным, как под толщей воды. Имя, произнесённое вслух, ударило её с такой силой, будто она на полном ходу врезалась в стену. Градов. Денис Градов. Человек, которого она поклялась себе никогда больше не видеть. Человек, который смотрел на неё с обложек деловых журналов, улыбаясь своей самоуверенной, оскаленной улыбкой, и от вида которого у неё до сих пор пересыхало в горле и сводило желваки.

Она не ожидала этого. Она знала, что «СтройИнвестГрупп» будет участвовать в тендере, но полагала, что он пошлёт кого-то из топ-менеджеров. Он слишком высоко взлетел за эти пять лет, чтобы опускаться до уровня рядового заседания. Он был той самой птицей, которая парит в облаках, заключив самые крупные сделки за последние десятилетия. Какой смысл ему было являться сюда лично?

«Он пришел увидеть моё поражение», — пронеслась в голове ядовитая мысль. — «Он пришел лично насладиться тем, как я буду проигрывать».

Алиса глубоко, почти до боли, вдохнула. Запах кофе, стали и пепла смешался в её ноздрях, оседая на языке горьким привкусом. Она медленно провела пальцем по экрану планшета, отключая его, и подняла глаза на свою команду. Они смотрели на неё с надеждой и тревогой, чувствуя, как изменилось её состояние, хотя она старалась не подавать виду.

— Всё в порядке, — сказала она, и в её голосе зазвенела сталь. — Начинаем.

Она вышла из комнаты для подготовки и направилась по длинному коридору к залу заседаний. Каждый её шаг звучал четко и ритмично, как биение метронома, отсчитывающего секунды до битвы. Стеклянные стены коридора открывали вид на переговорные, в которых сидели представители других компаний-конкурентов. Она скользила по их лицам равнодушным взглядом, ни на ком не задерживаясь. Она знала их всех. Их слабости, их стратегии, их бюджеты. У всех, кроме одного.

Когда она вошла в зал, солнечный свет, проникающий через огромные окна, на мгновение ослепил её, и она прищурилась. А когда зрение прояснилось, она увидела его. Он сидел за длинным столом переговорной, в кресле, чуть откинувшись назад, и смотрел прямо на неё. И в этом взгляде не было ни удивления, ни злорадства, ни даже интереса. Была спокойная, уверенная, почти скучающая оценка.

Он почти не изменился. Те же широкие плечи, обтянутые безупречно сидящим пиджаком, та же легкая, едва заметная улыбка, которая раньше сводила её с ума, а теперь вызывала желание запустить в него чем-то тяжелым. Только в висках появилась благородная седина, которая делала его ещё более опасным и привлекательным. Он выглядел как человек, который привык выигрывать, и для которого эта победа — всего лишь очередной пункт в списке дел на сегодня.

Алиса почувствовала, как кровь приливает к щекам. Сердце забилось с такой силой, что, казалось, ещё немного — и оно выпрыгнет из груди. Гнев, боль и что-то ещё, чему она не хотела давать названия, смешалось в её крови, образуя гремучую смесь. Она остановилась у своего места, напротив него, и заставила себя улыбнуться. Улыбка вышла холодной и натянутой, как струна, готовая лопнуть.

Председатель комиссии, пожилой джентльмен с бакенбардами, начал свою вступительную речь, но Алиса почти не слышала его. Она смотрела на Дениса, изучая каждую черточку его лица, пытаясь найти в нем подтверждение того, что он всё тот же бессердечный расчетливый монстр, который когда-то разбил её жизнь на осколки. Но он просто сидел, постукивая пальцем по столу, и смотрел на неё в ответ. В его взгляде не было даже намёка на прошлое. Будто они никогда не знали друг друга. Будто не было той безумной, испепеляющей страсти, которая сожгла их обоих дотла. Будто не было ночей, проведённых в объятиях друг друга, и утра, когда она проснулась, а его уже не было, а её мир рушился в огне пожара, подстроенного кем-то из его близких друзей.

— Госпожа Ветрова, — голос председателя вырвал её из мыслей. — Ваша очередь, как первого участника.

Алиса поднялась. Все взгляды устремились на неё. Она чувствовала на себе тяжелый, пронзительный взгляд Дениса. Он гипнотизировал её, давил на неё своей уверенностью. Она сделала шаг к экрану, но почему-то её ноги вдруг стали ватными. Её охватила паника, острая, как укол иглы. Она открыла рот, но слова застряли в горле. Перед глазами снова вспыхнул тот самый пожар. Она снова видела его лицо, освещённое пламенем, и слышала его голос, который говорил: «Прости. Это было ошибкой».

Она зажмурилась. На одно мгновение. Она представила, как это пламя пожирает все её страхи, как горят чертежи прошлого, превращаясь в угли, на которых она построит новое. Она представила, что её сердце — это тоже кусок остывающей стали, который больше не способен гореть. Она подняла голову, и в глазах её больше не было растерянности. Там был холодный расчет и решимость идти до конца.

— Дамы и господа, — начала она, и её голос разнёсся по залу, сильный и чистый. — Сегодня я представлю вам проект, который, я надеюсь, изменит не только архитектурный облик нашего города, но и само наше представление о комфорте. «Небесный сад» — это не просто здание. Это…

Она говорила, и с каждым её словом уверенность возвращалась к ней. Она водила лазерной указкой по трёхмерным моделям, сыпала техническими терминами, её голос становился всё громче, всё убедительнее. Она почти забыла, что он здесь. Почти.

Но когда она закончила свою презентацию под бурные аплодисменты части комиссии и вежливые кивки остальных, она позволила себе бросить на него короткий взгляд. Денис Градов сидел неподвижно. Он смотрел на неё так же, как и раньше. Только теперь в его глазах она заметила нечто, что заставило её внутренности сжаться в тугой узел. Это был интерес. Чистый, хищный, неподдельный интерес. И ещё что-то. Нежность? Тоска? Она не могла разобрать. Но это что-то ударило по ней сильнее, чем любая угроза.

Он посмотрел на неё чуть дольше положенного, а затем медленно, одними губами, словно проверяя, помнит ли она, произнес:

— Привет, Алиса.

Три слова, неслышных для остальных, разорвали её мир в клочья. Она почувствовала, как по всему телу пробежал электрический разряд. Она крепче сжала в руке стилус, почти сломав его.

«Будь проклят тот день, когда я тебя встретила», — мысленно прошептала она. Но её глаза, предательски, сказали ему совсем другое.

И в этот момент она поняла: война только начинается. И в этой войне будут либо победители, либо сгоревшие дотла. А она твёрдо решила не прощать. Даже если для этого придётся сгореть самой.