Kitabı oxu: «Тонкая грань»

© Андрей Зайнулин, 2026

ISBN 978-5-0070-9012-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Тонкая грань

Пьеса в двух актах.

Действующие лица

Катя, 24 года. Учитель математики, самозанятая.

Оля, 24 года. Двоюродная сестра и подруга Кати.

Мама, 57 лет, мама Кати.

Папа, 62 года, папа Кати.

Ирина, 40 лет. Соседка и подруга Кати.

Артём, 17 лет, сын Ирины. У них дружеские отношения с Катей, почти как у брата с сестрой.

Робот-врач. Неопределенного возраста.

Алиса, голос технологии, нейросеть, который учится быть человеком; в финале выходит на сцену как обычная девчонка. Ей больше 18 лет, но она моложе Кати.

Места действия:

1. Город (городской сквер).

2. Комната Кати.

3. Кухня Кати.

4. Комната Артема.

Акт I, Сцена 1

Городской сквер ранним вечером. На одной из скамеек — Катя: перед ней ноутбук. Чуть позже к Кате приходит Папа.

ПАПА

(подходит, садится рядом, не сразу, давая Кате ещё секунду побыть наедине с мыслями).

Чем занята, дочка? Читаешь новость, что раньше молодые романтики влюблялись в статуи, а теперь — в ту Алису, что сидит во всех умных устройствах? Или про того, кто хочет подать в суд на эту самую Алису из-за того, что не понравился прогноз погоды?

КАТЯ

(улыбается)

Нет, папа. Я работаю над проектом под названием «Суд над прогрессом». Только мне не хочется, чтобы это был суд с молотком. Пусть это будет просто… общий дневник. Где каждый человек поставит свою подпись под тем, что с ним случилось. Но главное — показать, как причастен к этим событиям прогресс. Он помог или наоборот? Или может он совсем ни при чем?

(Мимо проходит парень с небольшой колонкой: из неё доносится чёткий топот копыт и звук из конюшни — фырканье, ржанье. Звук проносится и затихает. Достаточно тихий звук, но распознаваемый.)

ПАПА

(задумчиво смотрит на прохожих, будто примеряет эту идею к ним)

И каждый решает: друг или враг.

КАТЯ

Да. И никто не будет считать, кого больше. Не в этом суть. Суть в том, что каждый голос — это не статистика. Это чья-то правда. Даже если она маленькая. Даже если про самокат, который чуть не сбил, или про навигатор, который вывел из пробки.

(На сцене появляется девушка с портативной колонкой: сквозь колонку пробивается ровный гул — шум поезда метро. Звук в меру громкий, не оглушающий. Узнаваемый, как пульс города.)

ПАПА

(чуть наклоняет голову, будто взвешивает саму идею)

А если люди не захотят? Скажут: «Мне не до дневников. У меня день и так как гонка».

КАТЯ

(чуть пожимает плечами)

Кто-то не захочет. И это тоже будет частью картины. Но кто-то напишет. Одну строчку. Потому что ему важно, чтобы эту строчку кто-то прочёл. Даже если это будет один человек.

ПАПА

Тогда давай сделаем так: ты запускаешь этот дневник. А я… я тоже напишу. Не ради проекта. Ради того, чтобы самому себе ответить на этот вопрос. Сегодня, например, прогресс был… ни тем, ни другим. Он просто был. Как дождь. Как ветер. А вот как я с ним обошёлся — это уже моё дело.

КАТЯ

(смотрит на него с тихой благодарностью)

Вот. Именно это. Не ярлык. А взгляд. Свой.

(Пауза. Мимо идёт подросток, на колонке у него — звук взлетающей ракеты: короткий, мощный. Этот звук уже намного громче предыдущих, почти оглушающий)

КАТЯ

(тихо, почти себе под нос, но так, чтобы Папа услышал

С сегодняшнего дня… мы начинаем слушать.

Акт I, Сцена 2

Комната Кати. Вечер. На стене — небольшая доска для занятий. На столе — стопка ученических тетрадей, раскрытый блокнот, чашка с остывшим кофе. Катя сидит, склонившись над тетрадями, водит ручкой, ставит аккуратные пометки. Время от времени она вздыхает — не от злости, а от усталости и какой-то почти личной обиды за эти пропавшие цифры.

КАТЯ

(вслух, будто разговаривает с самими ноликами, и в её голосе — смесь строгости и искреннего недоумения).

Ну почему? Почему все мои ученики так часто теряют нолики? Это же просто ужас.

(Она берёт маркер, подходит к доске, рисует большой, немного грустный нолик и подписывает над ним: «0». Потом стирает и пишет по-другому: «Нолик». Потом снова стирает и пишет: «НоЛик». А потом еще раз: «Но, но, но,.. Лик!». А потом снова стирает и снова пишет: «Лик.»).

КАТЯ

Вот смотри. Выходит утром нолик из дома. Отправляется по своим делам… А что потом? Исчезает? Испаряется?

(Катя отходит на шаг, смотрит на доску, будто ждёт, что нолик ей ответит, и вдруг улыбается.)

КАТЯ

Отправляется на планету забытых ноликов! Точно!

(Быстро дописывает на доске: «Планета Забытых Ноликов. Одиночество: 1 000 000%». Потом снова садится к тетрадям, берёт одну из них, показывает пальцем на пример, где нолик потерялся.)

КАТЯ

Представь. Прилетает он туда. А там… на миллион квадратных метров — один нолик. Нолики уже не могут друг с другом сложить сумму, не могут образовать десяток. Им там скучно и одиноко. И самое страшное: они там забывают, зачем нужны. Начинают думать, что они ничего не значат. А ведь это неправда!

(Резко подчёркивает потерянный нолик в тетради ярко-оранжевым маркером.)

КАТЯ

Но мы его спасём. Мы его вернём. Потому что без него всё рушится. Вот смотри: было 500, а без ноликов стало просто 5. И всё, вся величина исчезла. Как будто у дома отобрали целых два этажа.

(Записывает исправленный пример, ставит рядом маленький смайлик — как знак победы над ошибкой. Берёт следующую тетрадь.)

КАТЯ

Ладно, следующий. Ага… и тут убежал. Ну куда же ты, дружок? Тебе здесь работа есть. Ты не для того родился, чтобы на далёкой планете грустить. Возвращайся в число, становись в ряд. Или в разряд. Как тебе нравится? Стань частью большого числа.

(Работает ещё немного: исправляет, комментирует, иногда бормочет себе под нос формулы, иногда снова обращается к «пропавшим» ноликам. Останавливается, смотрит на часы, потом на стопку тетрадей — она всё ещё высокая, но уже не кажется такой пугающей.)

КАТЯ

Так. Всё. Сегодня мы спасли столько ноликов, сколько смогли.

(Закрывает последнюю тетрадь, берёт маркер и стирает с доски всё, кроме одного большого, гордо нарисованного нолика. Рядом с ним пишет: «Герой дня». Садится, откидывается на спинку стула, выдыхает.)

КАТЯ

(тихо, почти шёпотом, но с улыбкой).

Пусть завтра они вспомнят про эту планету. Пусть подумают: «Не хочу отправлять нолик в одиночество». И тогда… тогда он останется на месте.

(За окном темнеет. В комнате тихо. Катя встаёт, подходит к окну, на секунду замирает, глядя на городские огни. Возвращается, берёт блокнот и записывает туда новую идею для урока: «Игра: кто быстрее найдёт и „спасёт“ все нолики в длинном примере». Закрывает блокнот. Улыбается чуть шире.)