Kitabı oxu: «Трудовая теория денег. Изд. 2-е дополненное»

«Да ведь король-то голый!» — закричал вдруг какой-то маленький мальчик.

Г. Х. Андерсен

© Владимир Емельянович Чабанов, 2026

ISBN 978-5-0071-2012-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ВВЕДЕНИЕ

Теория как мельница, какое зерно в неё засыпают, такую муку и получают. В этой связи основные принципы хозяйственного устройства общества определяются идеологией, ради которой оно создаётся. На эту тему имеются две кардинально отличающиеся друг от друга авторитетные точки зрения. Согласно одной из них, изложенной Г. Лейбницем (1646— 1716 годы) ^[1], экономика представляет собой фабрику по производству полезных вещей, единую систему энерго-материальных потоков, уровень совершенства которой устанавливается экономией общих человеческих усилий при производстве благ. Человек в ней является частью системы, исполняющей предназначенные ему функции, служит винтиком производства. Поэтому он призван подчиняться определённому порядку подобно тому, как каждый муравей жёстко встроен в общую систему жизнедеятельности муравейника.

В соответствии с другой теорией, разработчиком которой является Дж. Локк (1632—1704 годы) ^[2], экономика представляет собой науку, призванную создавать условия для проживания свободных личностей, руководствующихся собственными интересами и действующих согласно своим желаниям. Она и легла в основу существующей либерально-демократической модели общества. При этом ни одна из указанных теорий не отражает в полной мере современное состояние действующей хозяйственной организации, ни одна из них, ни другая не являются самодостаточными.

В самом деле, первая теория нацелена на всемерное понижение энтропии, т. е. на формирование целостного общественного устройства, на подчинение человека производственной целесообразности и в конечном итоге — на подавление его как личности. А вторая — на беспредельное повышение энтропийности общества, на сохранение человеком своей индивидуальности, свободы поведения и приоритета его интересов над общественными, независимости его от других людей. И человечество диффундирует между этими позициями, тяготея то к одной из них, то к другой. Вместе с тем между указанными крайностями должна существовать золотая середина, в которой будет установлено оптимальное их соотношение, учтены как интересы общества, так и всех составляющих его людей. Об этой концепции и будем говорить в настоящей монографии.

Деньги являются ключевым элементом всей существующей экономики. Им подчинено всё и вся, без них невозможна ни жизнь человека, ни всякая его деятельность, ни формирование современного государства и общества. Именно ими измеряются все параметры хозяйства, они являются главными побудительными мотивами поведения людей, формируют моральные и нравственные качества человека. В самом деле, тяга к деньгам, к богатству является главным движущим фактором существующего образа жизни. Она доведена до маниакального состояния всей системой пропаганды и организации современного мира, сформировала соответствующий менталитет и ценностные критерии всех проживающих в нём народов.

В этой связи рассмотрим этот феномен более обстоятельно. Что есть деньги? Как менялись взгляды на них и на исполняемые ими функции? В чём заключается их сила и слабость? Отчего всем не хватает денег и только денег? И что они такое: нарисованные картинки или цифры с большими нулями? Ведь они — не хлеб, не сырьё, не нефть, чтобы их всем не хватало, а всего лишь продукты человеческой изобретательности. Природного аналога их не существует и никому, кроме людей, они не нужны.

В человеческом восприятии деньги представляют собой трансцендентную, мифическую категорию. Нет другого предмета, который был бы столь загадочным, массово вожделенным, с которым было бы связано так много надежд, чаяний, легенд. И нет преступлений, которые не совершались бы во имя них. Им приписываются сверхъестественные, магические возможности, они являются выразителями богатства, счастья, успеха. Деньги — это чеканная свобода, кто обладает деньгами — тот имеет всё зримое. Именно он господствует в обществе, диктует правила всеобщего поведения: «Сегодня почти все компоненты власти и могущества могут быть приобретены на рынке» (Д. Риккардо ^[3]).

Деньги — это воплощённая иллюзия, они — как мечта. Сколько бы их ни было, денег всегда не хватает, кому на хлеб насущный, а другому — на бриллианты. И в то же время на них нельзя купить самое главное: счастье, истинную любовь, дружбу, отечество, честь и достоинство. В самом деле, «…кто добивается лишь материального благополучия, тот пожинает плоды, ради которых не стоит жить» (Антуан де Сент-Экзюпери, «Планета людей»). А поэтому подлинные ценности нельзя продавать за деньги, недопустимо менять вечное на обыденное, иллюзорное. Но как часто такое случается…

Деньги — это кумир, грамота, дающая право на получение любых жизненных благ, льгот, всевозможных ценностей. Неудивительно поэтому, что «…деньги заколдовывают людей. Из-за них они мучаются, для них они трудятся… Деньги — это положительная, повторяющаяся, меняющаяся загадка» (К. Р. Маконель и С. Л. Брю ^[4]). В процессе обращения деньги не изнашиваются, служат предметами всеобщей обмениваемости, обладают качествами делимости, не портятся при хранении. В отличие от товаров, они не выходят из оборота, а обслуживают его многократно. Есть ли в мире ещё что-либо столь же многоликое?

С другой стороны, если до утраты золотого паритета за ними стояла реальная ценность, то сейчас она полностью утрачена. Из-за этого только с 2020 по 2023 год в США было выпущено в свет свыше 80% всех существующих долларов и этот процесс не прекращается. Причём около половины эмитируемых долларов направляется за пределы США для скупки активов стран, не защищённых в полной мере валютным регулированием, включая Россию.

Вместе с тем несмотря на то, что современная хозяйственная деятельность невозможна без денег, сами они при сложившихся производственных отношениях зависит от неё мало. И данная неопределённость делает их свободными распорядителями всего и вся, фактически не отвечающими за результаты своего поведения. В самом деле, «что делать законам там, где царствуют деньги!» (Гай Петроний Арбитр, 1 в. н. э.). В этой связи правовая неравноправность реальной экономики и денег сделалась источником многих человеческих и хозяйственных бед, кардинально запутывает всю ситуацию.

Тем не менее, именно деньги формируют ныне основы современного мирового порядка, являются зримым представлением действующих производственных отношений, служат зеркальным отображением существующих социальных и нравственных приоритетов. В результате тяга к деньгам, к богатству явилась главной движущей силой «цивилизованного» образа жизни. Алчность, культ золотого тельца доведены в ней до маниакального состояния, воспитаны всем образом современного мира, формируют менталитет и ценностные приоритеты людей. Поэтому все существующие ныне проблемы, в конечном итоге, замыкаются на деньги, все кризисы, переживаемые ныне человечеством, являются платой за существования именно такой финансовой системы.

Во все времена люди пытались разобраться в природе и в особенностях денежного феномена. «Даже любовь не свела с ума большего числа людей, как мудрствование по поводу сущности денег» (У. Гладстон). Отмечается их всеобщность, универсальность, иллюзорность: «Деньги — это социальная условность» (П. Самуэльсон ^[5]). Установлено множество удивительных их качеств: «Деньги — это универсальный инструмент торговли» (Адам Смит ^[6]), «Деньги ˂…˃ посредник, при помощи которого осуществляется обмен» (Давид Риккардо ^[7]). и проч., и проч.

К ним неоднократно обращается народная мудрость, о них складываются сказки, повести, писались трактаты. С деньгами связано множество легенд, пословиц и поговорок: «Деньги — к деньгам», «Из грошей рубли растут», «Без копейки рубля не бывает», «Скупость — не глупость», «Алтыном воюют, алтыном торгуют, а без алтына горюют» и т. д.

Принято считать, что в процессе их использования деньги исполняют функции меры стоимости, средства обращения, платежа, накопления, играют роль посредников во внутригосударственной и в мировой торговле. Являются не только зримыми средствами обслуживания рынка, инструментами личного обогащения, но служат отображением глубинных основ общественного бытия. Являются феноменом, с помощью которого проявляется суть человека и устанавливается прогрессивность всего государственного устройства. Они служат тем мерилом, с помощью которого наиболее полно отображаются производственные отношения. И поэтому выбирая денежную систему с теми или иными качествами, народы тем самым избирают свою судьбу.

И при этом отметим, что есть деньги чистые, а есть — грязные; существуют деньги-созидатели, а бывают — разрушители, имеют место деньги моральные и аморальные. И несмотря на одинаковую внешнюю форму, в полном соответствии с природой их источников деньги оказываются разными. Трудно представить деньги, полученные от наркобизнеса, но работающие на оздоровление нации. Или украденные, способствующие созиданию. «Как деньги приходят, так и уходят» (русская пословица). В современном мире появилось много дурных, шальных денег, и мало — умных. Стоит ли поэтому удивляться плачевному состоянию нынешней экономики?

Многие полагают, будто деньги — это природный феномен, некая материальная субстанция, единожды заданная и навсегда сохраняющая свою форму и содержание. Что они эквивалентны реальным товарам, являются особым ресурсом, подобным пище или одежде, нефти и металлам, но в действительности это не так. На самом деле деньги представляют собой виртуальную условность, продукт человеческой договорённости, результат хозяйственных и социальных отношений.

Формы их имеют мало значения, поэтому в истории человечества одни деньги появлялись, другие — бесследно исчезали. Так, в России существовали деньги царские, советские, постсоветские. И на все них можно было купить любые товары, с их использованием можно было удовлетворять любые человеческие потребности. Где они сейчас, эти «ресурсы», отчего превратились в никому не нужный хлам?

Отсюда можно сделать вывод, что поскольку деньги придуманы человеком, именно он и наделяет их требуемыми качествами. То есть какие задачи перед ними ставятся, те они и решают, какие свойства нужны, их он им и придаёт. Вследствие этого деньги постоянно меняются, мимикрируют, утрачивают старые и приобретают новые качества. Они — живые. В этой связи современные деньги кардинально отличаются не только от средневековых, но и от раннекапиталистических, а тем более от советских. И с каждым витком эволюции общества они ведут себя по-разному.

Вместе с тем состояние современной мировой денежной системы крайне неудовлетворительно. Достаточно сказать, что именно финансовыми или впрямую связанными с ними были все без исключения как локальные, так и мировые кризисы. Деньги превратились в главный инструмент извлечения паразитических доходов, и не только в межличностных, но и в межгосударственных отношениях. С их использованием ведутся торговые и другие войны, они применяются при наложении всякого рода санкций и ограничений. Они служат источником нестабильности, жестокости неравноправия и всякой несправедливости в мире.

Тем не менее, современная экономическая наука изучению феномена денег уделяет недостаточное внимание. Она относится к ним как к какому-то физическому элементу, к чему-то незыблемому, являющемуся всемерной данностью, меняющейся по форме, но не по содержанию. И поэтому в существующем понимании денег больше загадок, чем разгадок.

ГЛАВА I. ОСОБЕННОСТИ ДЕНЕЖНОГО ФЕНОМЕНА

§1.1. ФОРМЫ И СОДЕРЖАНИЕ ДЕНЕГ

1.1.1. Для чего придуманы деньги
и как они работают

Для изучения денежного феномена будем принимать во внимание, что генеральной целью производственной деятельности является изготовление только предметов потребления. Под ними понимаются такие продукты труда, которые необходимы людям для их достойной жизни, для поддерживают и восстанавливают здоровье, которые повышают жизненный тонус, способствуют сохранению и продолжению человеческого рода. К ним относятся как витальные, так и духовные блага, культурные и нравственные ценности, и не только нынешнего поколения, но и всех последующих. Ими являются продукты и услуги, которые предоставляются людям в учреждениях сферы обслуживания, а также в отраслях, удовлетворяющих коллективные, общественные потребности граждан (управление, наука, образование, здравоохранение, культура, оборона и проч.).

К предметам потребления относится и сам человеческий труд, поскольку, с одной стороны, он удовлетворяет потребности людей в реализации своих способностей, служит источником их развития, инструментом самовыражения, а с другой — является движущей силой производства. Впрочем, такими качествами обладают и все другие предметы потребления, поэтому данное свойство является всеобщим. Отсюда чем полнее удовлетворяют они человеческие потребности, тем продуктивнее оказывается труд людей.

Другие продукты труда, в том числе средства производства, энергия, сырьё, полуфабрикаты и проч. при таком подходе служат промежуточными звеньями для производства предметов потребления и необходимы лишь в той мере, в которой они стимулируют их изготовление, повышают производительность труда. А если такого не происходит, тогда указанные продукты труда оказываются избыточным расходованием ресурсов и человеческого труда, а поэтому их применение следует ограничивать. Недостаточный учёт этого приводит к громадным издержкам общества, к возникновению путаницы и противоречий в понимании многих хозяйственных процессов.

При этом отметим, что чем больше создаётся в стране предметов потребления, тем эффективнее работает хозяйственная система, более высокий уровень жизни населения она обеспечивает. Именно этот фактор является главным показателем состояния экономики. В самом деле, голодный, плохо обеспеченный и мало образованный человек много не наработает. С другой стороны, каждый стремится жить лучше, однако этого можно достичь либо повышением собственной производительности труда, либо отнимая заработанные ими блага у других людей. Очевидно, что второй путь обогащения, несмотря на широкое его распространение при существующих производственных отношениях, является тупиковым и не способен обеспечивать долгосрочный прогресс человечества. И только первый достоин научного изучения.

Принято считать, будто главным фактором повышения общественной производительности труда является его научно-техническая оснащённость, состояние рабочей силы и более полное использование природных ресурсов. Влияние, которое оказывают указанные инструменты, является несомненным. Однако на самом деле наиболее эффективным инструментом повышения продуктивности общечеловеческого труда является организация, которая представляет собой сочетание его разделения и кооперации. На них не требуются большие затраты времени и средств, но по эффективности они способны превзойти все другие факторы, вместе взятые. Поэтому рассмотрим указанные феномены более основательно.

Действительно, расчленение видов труда по исполняемым ими функциям служит одним из наиболее весомых факторов прогресса: «Уровень развития производительных сил нации обнаруживается всего нагляднее в том, в какой степени развито у неё разделение труда» ^[8].

Согласно Адаму Смиту ^[6], разделение труда представляет собой сотрудничество людей и производственных учреждений, посредством которого различные виды их деятельности превращаются в общественный труд, производящий товары для обмена их на другие товары. Оно присутствует во всех человеческих сообществах и отражает процесс изготовления вещей путём деления его на отдельные операции, каждая из которых не имеет самостоятельного значения, но вместе они формируют готовый продукт. В результате к настоящему времени не существует каких-либо товаров или услуг, которые производились бы только одним работником или коллективом без большего или меньшего участия других хозяйствующих субъектов.

С другой стороны, без координации деятельности структур, являющихся участниками такого разделения труда, оно как следует работать не может. Без него исчезают сотрудничество и взаимное дополнение действий, что превращает их в конгломерат не связанных друг с другом субъектов, не способно изготовлять никакое цельное изделие. И эту роль исполняет кооперация. В ней осуществляется переход количества труда в более высокое качество благодаря «… созданию новой производительной силы, которая по самой своей сущности есть массовая сила» (К. Маркс ^[10]).

Основателями теории кооперации считаются Р. Оуэн и Ш. Фурье ^[7], которые рассматривали её в качестве базового инструмента улучшения положения трудящихся. При этом под кооперацией понимают процессы объединения, слаженности работников и коллективов, отдельных хозяйств и их сообществ при производстве материальных и духовных благ. Это такая форма организации, при которой различные структуры вместе участвуют в одном или в разных, но связанных между собой видах деятельности. Вследствие этого общая результативность их труда растёт быстрее суммарной стоимости, создаваемой каждым из них по отдельности.

Именно сочетание разделения и кооперации труда формирует иерархическое «дерево организации» всякого предприятия и объединения. Оно образует организационный потенциал экономики, создаёт условия для рационального взаимодействия различных структур и исполнения всякого вида работ.

При этом отметим, что разделения труда без его кооперации не бывает, как невозможна кооперация при отсутствии структур, участвующих в раздельном изготовлении продукции. То есть одного из них без другого быть не может.

Указанные механизмы образуют структуру государства, как форму объединения граждан для обеспечения их совместной жизнедеятельности. Соотношения между ними формирует разные виды общественно-экономических формаций (см. об этом в монографии ^[11] и в других трудах автора), устанавливают разные их характерные качества.

С другой стороны, разделение труда возможно тогда и только тогда, когда участники данного процесса имеют возможность обмениваться между собой результатами своего труда. И обмен этот должен носить справедливый характер, т.е. одни ценности в нём должны меняться на другие, равные им по стоимости. В противном случае кто-то из них живёт за чужой счёт и это препятствует разделению труда, понижает его эффективность.

Вместе с тем прямой бартер здесь работает плохо. В самом деле, пусть некто выпекает хлеб, а ему нужна обувь, изготавливаемая соседом, который нуждается не в хлебе, а в одежде. Тогда для осуществления требуемого обмена им придётся искать того, у кого есть одежда, которую он готов поменять на хлеб — крайне сложная задача.

В этой связи универсальный посредник, в котором заинтересованы все, здесь крайне необходим. В противном случае процесс разделения труда оказывается крайне сложным и затратным. Данную роль и призваны исполнять деньги или их заменители, наделённые способностью меняться на любые товары, обеспеченные всеобщим авторитетом и общественной поддержкой. В результате характер взаимодействия участников разделения труда можно отобразить следующей формулой:

 
T₁ ↔ D ↔ T₂ (1)
 

Смысл указанного соотношения заключается в том, что при обмене продуктами труда хозяйствующий субъект 1 за свой товар T₁ получал от другого одинаковый ему по стоимости товар T₂. А посредник D исполняет роль прокладки, призванной облегчить этот процесс. «Как смазочное масло, смягчающее работу сложного станка, деньги, распространённые во всех сферах человеческой промышленности, облегчают движение товаров, которое без них было бы невозможно» (Жан Батист Сей ^[7]). В этом и заключается суть товарно-рыночных отношений.

Весь указанный механизм работал бы надёжно и приносил бы несомненную общественную пользу, если бы у некоторых не появился соблазн извлекать из него нетрудовой доход. Вследствие этого, пользуясь всеобщей востребованностью денег, лёгкостью их перемещения, универсальностью, был искусственным образом создан денежный дефицит, позволивший брать мзду за их использование. Это в значительной мере исказило всё хозяйственное устройство общества, во многом лишило его здравого смысла, поменяло ценностные ориентиры, изуродовало идеологию, усложнило механизмы хозяйствования.

Придало деньгам множество форм и настолько извратило их теорию, что она стала нелогичной, сложной, противоречивой и трудно понимаемой. А поскольку это выгодно некоторым людям, подобно религиозным догмам деньги превратились в фетиш, не подлежащий пересмотру и корректировке. В результате целью экономики стало извлечение денежного дохода, а не благополучие людей, а это далеко не одно и то же.

С другой стороны, положение усугубилось ещё и тем, что номинал денег стал постоянно меняться, что ещё больше усложнило хозяйственную деятельность, затруднило исполнение деньгами равенства (1). И поэтому вместо того, чтобы служить фиксированными эталонами стоимости, стабилизаторами взаимоотношений хозяйствующих субъектов, как оно должно бы быть, деньги сами превратились в участников рыночных отношений, зависящих от спроса на них и предложения. И этим окончательно запутали всю экономическую организацию.

Кроме того, если за привлечение денежных посредников D взимается плата, тогда равенство стоимостей обмениваемых товаров T₁ = T₂ в выражении (1) не может соблюдаться в принципе и эквивалентность товарно-рыночного обмена невозможна. Это значительной мере затрудняет процесс разделения труда и ограничивает его эффективность.

При этом алчность — самая отвратительная из черт человека, стала главным мотивационным стимулом всех экономических отношений. Что и происходит в настоящее время, подрывая и мораль, и этику человеческих связей, способствуя ограниченности и деградации людей. И этим наносится громадный ущерб всему человечеству. А всего лишь ради того, чтобы владельцы денег могли извлекать нетрудовые доходы. Поэтому если очистить существующую теорию денег от этой всей этой коросты, она станет значительно проще и эффективнее. Этим мы и займёмся.

Подводя итог, можно утверждать, что деньги являются связующим звеном хозяйствующих субъектов при реализации ими продуктов труда в процессе его разделения. Посредниками, без которых указанный процесс в значительной мере затруднён. Для этого они придуманы, этим обусловлены их характерные качества. Все другие функции денег являются привнесёнными и благодаря их гибкости и управляемости используются в большинстве своём для извлечения паразитического дохода. А поэтому в современной экономике качества, формы и содержание денег в значительной степени усложнены, наполнены бездоказательными утверждениями и многозначными подтасовками.

Причём деньги — это не какая-то самостоятельная субстанция, энергия или другая материальная реальность, как многие полагают. На самом деле деньги являются продуктом человеческой договорённости, виртуальными условностями, которые сами по себе не обладают никакой потребительской ценностью. Точно так, как зеркальное отражение предмета свидетельствует о его наличии, но не является таковым. Они призваны исполнять роль эталонов меновой стоимости, подобных метру при измерении длины или килограмму при оценке веса.

Возникновение денег датируется концом четвёртого тысячелетия до н. э. Причём древние рассматривали их как универсальное отображение материальной реальности, лишённой духовного содержания. А поэтому относились к ним с крайней осторожностью. Они осуждали неуёмное стремление к деньгам, как путь приземления человеческой души, т. е. приобщения её к низшему миру в ущерб высшему, духовному. Рассматривали деньги как инструмент торговли, а не как цель хозяйственной деятельности даже в ограниченном, краткосрочном плане. И понимали их опасность для общества.

В самом деле, «Когда в города лакедемонян впервые вкралась страсть к серебру и золоту, и следом за приобретением богатств пришли корыстолюбие и скупость, а следом за вкушением первых его плодов — роскошь, изнеженность и расточительство, Спарта лишилась почти всех своих замечательных качеств и вела жалкое, недостойное её прошлого состояние. ˂…˃ Сильные стали наживаться безо всякого удержу, ˂…˃ и скоро богатство собралось в руках немногих, а государством завладела бедность» ^[12]. Стоит ли говорить, что с того времени человеческая натура не изменилась?

Осознавая это, Ликург, легендарный законодатель Спарты, деятельность которого относят к IX—VIII векам до н. э., осуществил ряд важных преобразований общества и произвёл усовершенствование органов государственного управления, с помощью которых страна успешно развивалась более 500 лет. Он понимал риски, которые несут деньги, разрушающие единство общества, ведущие к возникновению роскоши и социального неравенства, и запретил в Спарте хождение золотой и серебряной монеты. А вместо них ввёл железные деньги, обладающие минимальной ценностью настолько, что для перевозки даже небольшой суммы требовалось целая повозка. В результате при товарообмене перемещать их от одного хозяина к другому стало крайне сложно и поэтому при торговле фактически передавался не сам денежный носитель, а права на него, подверженные государственному контролю ^[13].

Первая стройная теория денег возникла при рабовладельческом строе. В ней отмечалась бесперспективность их порчи с целью увеличения доходов государства. В дальнейшем внимание к теоретическому осмыслению феномена денег постоянно росло. В результате со времён Ксенофонта, Платона и Аристотеля только до начала ХХ века в мире было издано свыше 6 тыс. работ, посвящённых описанию денег. А в наше время их число множится лавинообразно.

В них отмечается, что деньги являются продуктом цивилизации, результатом сложившихся производственных отношений, счётной единицей, номиналом, кристаллизацией стоимости. Представляют собой особый товар-посредник, являются «великим циником и уравнителем», мерилом ценностей, универсальным эквивалентом, материализацией всеобщего рабочего времени и проч., и проч. Причём характерные их особенности устанавливаются не какими-то естественно присущими им качествами, а всеобщей договорённостью, искусственным наделением их способностью меняться на реальные ценности.

В процессе эволюции деньги принимали самые различные формы. Так, на заре человеческой цивилизации при бартерном товарообмене выделялись некоторые товары, пользующиеся наибольшим спросом. И их начинали применять в качестве средства сопоставления с другими товарами. Где-то таковым оказывался скот, в других местах — зерно, металлы, векши и куны, шкурки животных, обработанные камни, каури — небольшие гладкие ракушки, известные в Индии, Китае, Африке. В Меланезии деньгами служили свиные хвосты и собачьи клыки, в Эфиопии, в Древнем Риме и в Центральной Азии — соль, на острове Яп в Тихом океане — аргонитовые каменные диски, называемые «фе», на островах Новые Гебриды — редкие виды перьев, и даже скальпы (на Борнео) ^[14].

Однако по мере расширения торговли и углубления общественного разделения труда товары-посредники унифицировались. И наконец в результате естественного отбора в качестве универсальных рыночных эквивалентов закрепились золото и серебро. «И Бог создал два драгоценных металла, золото и серебро, чтобы использовать их как меру всех товаров. ˂…˃ Ибо другие товары подвержены неустойчивости рынка, а они свободны от этого» (Ибн Халдун, арабский гений XIV века ^[15]).

Объяснение данного феномена вполне очевидно. При сравнительно небольших объёмах благородные металлы обладают большой ценностью, не теряют свои качества со временем, устойчивы к воздействию атмосферных явлений, легко хранятся, обладают высокой ликвидностью, используются для изготовления предметов роскоши. И придание им функции универсальных денег вознесло мировую торговлю на новый уровень, явилось стимулом для разветвлённой человеческой кооперации, фактором международного разделения труда и сотрудничества.

Вместе с тем использование двух видов монет, золотых и серебряных, обострило проблему их соразмерности. В этой связи в дальнейшем в качестве основного измерителя денег стали использовать исключительно золото. Так, золотой монометаллизм (стандарт) в Великобритании был внедрён в 1816 году, в Германии в 1871—1873 годах, в Швеции, Норвегии и в Дании — в 1873 году. Во Франции он был введён в 1876—1878 годах, в Австрии — в 1892-м, в России и Японии — в 1897-м и в США — в 1900 году. Лишь тогда весовое содержание золота в денежной единице стало выступать единственным мерилом отображаемой ею стоимости, универсальным масштабом цен.

При этом символы денег стали наделяться фиксированным золотым содержанием (периодически понижающимся), в соответствии с которым устанавливался обменный курс валют. Однако к нашему времени от золотого стандарта отказались, что существенно исказило всю мировую торговую ситуацию.

С другой стороны, при внедрении золотых и серебряных монет возник ряд проблем, отсутствовавших ранее. Так, делать их малого номинала было неудобно: они оказывались слишком мелкими. Это препятствовало развитию розничной торговли, от чего в качестве металлов для монет стали применять более дешёвую медь. В результате резко увеличился вес монет, что заставило выпускать деньги, номинал которых был больше цены составляющего их металла.

Причём уже в древности было замечено, что реальное наполнение денег драгоценными металлами не очень важно. В самом деле, стирание монет в процессе обращения не сказывалось существенно на их покупательной способности. Всевозможная немассовая порча монет, ухудшение состава, веса и проч. не вели к потере их стоимостного номинала. Из чего был сделан вывод, что деньги сами по себе не обладают собственной ценностью или полезностью, обслуживают рынок как полноценные эквиваленты меновой стоимости до тех пор, пока их не начинают рассматривать как ординарные драгметаллы.