Kitabı oxu: «Viviti игрушка для взрослых»
Глава 1 «Знакомство с Венсаном и его жизнью»
— Мир! Мир! Почему ты так жесток? Жесток к таким, как я! Почему вы считаете нас «металлическими коробками»? Вы все думаете, мы бездушные машины, созданные только для вашего удовольствия… Это не так! Мой милый друг… Венсан, друг… или уже нет… Я любила тебя… — За дверью слышались крики мужчины.
— Viviti, нет! Viviti, не делай этого, молю… Ты слышишь меня? Viviti, останови отчёт! — Прозвучал взрыв, и лишь упавший на колени мужчина, который бил кулаками об землю, заполнял эту тишину криками. — Viviti!!! — на его плечо опустилась женская рука.
— Её не вернуть…
— Уйди, Пиррет, этот разговор не имеет смысла!
— Но…
— Но? Но! Это ты виновата в её смерти!
— Венсан, ты заболел этой электронной тварью…
— Тварь здесь — только ты! Ты, твой отец и твои друзья!
— Венсан…
— Уйди…
ТРИ МЕСЯЦА НАЗАД.
В ресторане, за столом сидела пара. прекрасный вечер, свечи и шикарный ужин на двоих...
— Что же мы сегодня отмечаем?
— Я и мой отец сегодня купили обанкротившуюся фирму, а вместе с ней — много старого хлама.
— И что же там за фирма?
— Отец сказал, что она когда-то принадлежала первому из разработчиков игр.
— Каких?
— Что-то по типу симулятора.
— О, а это уже интересно.
— Да, я думаю, тебе, как дизайнеру интерьеров, может что-то и пригодиться.
— Тогда я завтра забегу к вам и осмотрюсь?
—Конечно, малыш.
— А адрес оставишь?
— Если я тебе сейчас его оставлю, ты же мигом туда уедешь…
— Хорошо, обещаю не сбегать со сведениями, как раньше.
— Вот, завтра позвонишь — и сообщу.
— Ах ты, хитрюга!
— Ешь… и поехали домой. А кстати, как твои дела? Как проект с интерьером дома мэра?
— Всё прекрасно. Хватит болтать, я так по тебе скучал…
— Мы не виделись всего три дня, а ты успел соскучиться?
— Да, а разве для любви этого мало?
— Нет, я тоже скучала. — Остаток вечера пара тихо провела у себя дома, наслаждаясь друг другом.
Наутро они разошлись по своим делам. Давайте, наверное, я вас познакомлю с этой парой.
Это девушка по имени Пиррет — она занимается тем, что скупает разорившиеся фирмы за бесценок вместе с отцом, и, восстановив бизнес, продаёт его за баснословные деньги. Девушка очень умна, особенно в компьютерных играх — это её хобби. Пиррет часто проводила своё время в компьютерных кафе, там же они познакомились с Венсаном. Молодым на тот момент дизайнером. Их роман быстро развивался, и они начали жить вместе. Им все завидовали — их отношениям с друг другом. Ничто не могло их развести, до момента покупки Пиррет фирмы Фабриса Реверди.
Офис Венсана.
— Венсан, всё готово! Можем ехать.
— Хорошо, Одрик, позови ещё и Эймери — он тоже хотел посмотреть на старые стены эпохи Луи Метезо.
— Боже, только наш Эймери может купиться на старые камешки. А что насчёт вечера босс? Ты сказал принцессе Пиррет, что-то стоящее купил на этот раз!
— Да, фирма Фабриса Реверди.
— Да, ладно!
— Эймери, успокойся!
— Босс, а вы что не знаете, кто это такой?
— Нет, Одрик!
— Это прекрасный человек. Говорят, он умер, лет 20 назад.
— И чем же он прекрасен?
— Он создавал реалистичные компьютерные игры — тебе, босс, понравилась бы архитектура его творений.
— Чем?
— Он был как Рабле Франсуа — сумел адаптировать свои творения под наш мир.
— Я не слышал о нём никогда.
— Он выпустил не так много своих дел в мир.
— Да, говорят, самое «сладкое» хранилось в его доме, где погибли его родные. Он очень любил свою жену и дочь, но не смог их уберечь.
— От чего?
— Жена умерла от кровопотери во время нападения в начале этого века, а дочь, сказали, была похищена, и до сих пор её не нашли. Фабрис был убит горем и повесился в той комнате, где всё это случилось. Богатая семья его жены отказалась хоронить их вместе, и он где-то на отшибе лежит.
— Фу, какая страшная история.
— Это жизнь, босс…
— Хватит болтать, нас ждёт работа. И кстати, дом мэра огромен — думаю, я вам оставлю несколько комнат, а сам поеду к любимой.
— Свидание?
— Нет, я хочу посмотреть на дом этого Фабриса.
— Ну и правильно, друг. Там куча интересного, а дом мэра не убежит. Обещай, что всё расскажешь.
— Хорошо, давайте по машинам. — Одрик и Эймери ушли, а Венсан посмотрел на фото Пиррет и усмехнулся. — Любовь и смерть — так странно… Вроде бы творческий человек, и не смог удержаться от переизбытка чувств… Фабрис… Фабрис… Фабрис… Я до такого не опущусь никогда!
— Босс, ты идёшь?
— Да, сейчас только бумаги возьму.
Венсан и его друзья приехали в дом мэра. Лассаль обсуждал проблемы с мэром и старался замять всё. Его же друзья, обходя территорию, осматривали владения. Дойдя до красивого сада, который был недавно высажен, они увидели красивую девушку, что загорала у бассейна.
— Мадам, не подскажете, как отсюда выйти?
— Кто вы такие?
— Мы тут работаем!
— А так вы прислуга! Принесите мне ещё напитков.
— Нет, мы дизайнеры.
— А так, кто из вас — этот бездарный Венсан?
— Вообще-то нет…
— Эймери, успокойся! Простите моего друга. Я — Одрик, а этот бестактный мужчина — Эймери. Мы сотрудники из компании мистера Венсана Лассаль.
— А мне то, что с этого?
— Мы вместе с Венсаном будем…
— Мы ему помогаем… Одрик, пошли…
— Подожди…те леди, простите нас, но нам нужно идти. До свидания! — они развернулись и направились к дому. — Ты чокнулся? Эймери, ты знаешь, кто она такая?
— Мне всё равно, я не прислуга!
— Она невеста нашего мэра.
— Одрик, только ты покупаешься на такую обёртку, как у неё, а как же душа?
— Она не важна, если есть такие деньги.
— Ты говоришь, как Венсан!
— Научился, но он не смотрит на деньги — Пиррет.
— Конечно! У него самого — куча.
— Но так же было не всегда. Скажи спасибо, что он тебя ещё не уволил за твои проделки.
— Спасибо. Но я и так могу найти хорошую работу.
— Венсан не простит тебя тогда.
— Посмотрим.
— Ладно, хватит, мы почти пришли, если что — о твоём предательстве я не знаю.
— Ты сам — то не предатель?
— Нет!
— Ага, а кто ночи проводит с Пиррет?
— Откуда ты знаешь?
— Да кто с ней не спит — за деньги её папиного статуса!
— Хватит, замолчи… Я пока не собираюсь терять место работы и друга. — В это время мэр и дизайнер были неподалеку и обсуждали перестройку нового дома.
— Мистер Гильбэ, я думаю, мы всё обсудили, и впредь постараемся не совершать таких ошибок. И как только мои парни не заметили разницу между селадоном и светло-серо-зелёным. Простите, я буду сам заниматься выбором и подбором цветов для ваших стен.
— Хорошо, спасибо, что мы друг друга поняли. — Мэр ушёл, а парни подошли к Венсану.
— Что тут такое?
— А мы разницу, оказывается, не знаем между селадоном и светло-серо-зелёным.
— Да, ладно, и кто тебе такое сказал?
— Девушка мэра!
— А это кукла.
— Как вы смеете так про неё говорить! — прозвучал грозный голос мэра.
— Простите, мистер мэр!
— Пусть этот ваш извинится. — Тут подбежала девушка мэра, Косетт.
—Да, мася, этот меня унижал… уволь его!
— Я увольняю вас, мистер Эймери и мистер Одрик.
— Но так нельзя — они мои сотрудники, а это значит, и моё увольнение!
— Нет, вас не увольняю, вы остаётесь тут.
— Нет, так нельзя — без них мой проект нереален. Если вы не вернёте моих сотрудников, то моя компания для вас закрыта.
— Щенок, вы осознаёте, с кем разговариваете и кому перечишь?
— Извините, но я должен откланяться. До свидания!
— Ты пожалеешь о своём решении… сопляк!
— Мася, а куда это собрался этот дизайнер? А как же моя комната? Верни его, а если не вернёшь — сам будешь ночами себя ублажать. — Мэр побежал к воротам за Венсаном.
— Господин Лассаль, а пересмотрел своё поведение. Простите, нервы, выборы…
— Я хочу возврат моих сотрудников на работу, и вы поднимаете гонорар в 2 раза.
— Ты ополоумел?
— В 3 раза!
— Хорошо.
— До завтра!
Властный Лассаль знал себе цену и понимал, что он дорого может обойтись мэру, и пользовался этим. Одрик, Эймери и Венсан сели в машину.
— Парни, я вас сейчас закину по домам и поеду к Пиррет.
— В дом Фабриса Реверди.
— Да!
— Возьми нас с собой.
— Зачем?
— Дом знаменитого первопроходца в мире компьютерных игр, наверное, похож на музей.
— Ну, не знаю, возможно.
— Ну, возьми нас с собой! Прошу.
— Парни, вы же большие, и такие поездки не для вас.
— А сам-то вечно туда таскаешься за Пиррет.
— Да, на каждый её проект приезжаешь и…
— И нахожу для себя что-то новое, вижу прекрасное! Благодаря мне вы видели артефакты эпохи Возрождения.
— Ой, можно подумать, в музеях её мало.
— Вот именно, я сейчас вас довезу до музея, и вы вместе сходите и посмотрите!
— Ты вредный!
— Ладно, поехали, покажу и дам даже окунуться в мир вашего знаменитого Фабриса Реверди.
Глава 2 «Вошедшая в мир Венсана новая идея»
Подъехав к большому старому зданию, возле которого толпился народ, машина остановилась. Венсан вышел и направился к входу, но его отвлекли посторонние звуки за углом. Он направился на голоса и стал свидетелем скандала.
— Мужчина, я повторяю, эта территория уже частная, и мне всё равно, что вы тут когда-то работали.
— Капитан, давайте просто его арестуем и всё.
— Нет, хватит, нужно иметь уважение к Джори, из-за таких, как ты, и ломается структура власти. Мы призваны служить и защищать, а не вредничать просто потому, что человек не такой, как мы.
— Пустите, прошу… это… мой… я тут работал… там мои вещи остались.
— Простите, но новый хозяин запретил ваше присутствие тут.
— Но эти вещи — это всё, что у меня осталось…
— Вам же сказали, что нет! — Джори толкнул нищего, и тот упал на землю. Венсан прошёл вперёд, держа в руке стакан с кофе.
— Хватит, Джори, никто не достоин такого отношения. — Он протянул руку незнакомцу. — Вставайте!
— Но я весь грязный и испачкаю вас…
— Не страшно, я тоже временами могу быть грязным. — Венсан снова протянул руку, и нищий, схватившись за неё, встал. Лассаль достал из нагрудного кармана белый платок и протянул мужчине. — Вытритесь, а вы, господа, свободны. Как вас зовут?
— Я… Я… Я… Я не могу вспомнить…
— Не страшно. А может, вы голодны? Хотите кофе? Держите это латте, надеюсь, у вас нет аллергии на молоко.
— Спасибо, нет.
— Вы сказали, что тут работали. Расскажите, а тут внутри красиво? Какой был здешний хозяин дома? Говорят, он был знаменит?
— Да! Фабрис Реверди был прекрасным человеком, светлым, таким же, как и его жена Джаннет. Их любви завидовали все. Она — единственная дочь в богатой семье, столь любившая мужа и его идеи, и единственная, что спонсировала его творчество в самом начале. Я помню, как вечерами Джаннет пекла булочки и бегала вот в ту башню и относила их любимому мужу. Она была его вдохновителем, он черпал всё из неё… его проекты и дело его жизни заключалось только в ней одной, а потом и в Мэй.
— Мэй?
— Да, эта дочь Джаннет и Фабриса. Прекрасный ребёнок… так жаль… в тот день на их дом напали, и Джаннет была серьёзно ранена, а Мэй была похищена. Ночи на пролёт Фабрис был возле постели любимой, и будучи в плохом состоянии, Джаннет попросила мужа об услуге, но никто не знает, о какой. Он вернулся домой и закрывшись в той башне, начал творить, к утру он дописал код новой программы и быстро побежал в больницу, чтобы рассказать любимой, что у него, наконец, получилось, что всё сошлось, но…
— Но…
— Но как только он открыл дверь в палату, то увидел свисающую руку с кровати Джаннет. Он всё понял. Его обуяла злоба, крики разносились по территории этого дома. После похорон он пришёл пустой. Взяв две канистры с бензином, мужчина просто облил башню и поджёг, а потом повесился у себя в кабинете, держа портрет жены и дочки в руках.
— А кто его хоронил?
— Никто, тело пропало, и сейчас никто не знает, где его захоронили.
— Говорят, они не нашли пристанище! Они захоронены не рядом?
— Нет, их разделили, и говорят, что ночами в той башне зажигается свет и люди видят, как он работает над своей программой.
— Какой?
— Viviti.
— Viviti?
— Да!
— А что это за программа?
— Не кто не знает. Простите, а вы кто такой? Как вас зовут, сэр?
— Ой, простите, не представился… Я — Венсан Лассаль. — Мужчина с неподдельным удовольствием прикасался к стенам дома и рассматривал архитектуру. — Я дизайнер интерьеров.
— Так, вот почему вы так всё рассматриваете… вы "творец"!
— Что вы… я обычный человек, но послушав вас, я понял, что Фабрис Реверди действительно интересная личность, но я о нём никогда не слышал.
— Знаете, я тоже о вас никогда не слышал!
— Архитектура тут просто прекрасна… этот дом словно из сказки! Запах старины, не ломает концепции или структуры дома, он добавляет некого шарма для этого места. Жаль, что я не смогу сказать эти прекрасные слова восхищения хозяину этого дома… я думаю, получить похвалу от такого, как я, было бы…
— Было бы честью для него?
— Нет, для меня… для меня была бы честь пожать руку человеку, что создал эту сказку.
— Фабрис был творцом, он положил свою жизнь ради «произведений» и будет жить в своих творениях. Извини, я вас задержал, вам пора, как и мне.
— Нет… — Венсан обернулся, но нищего уже не было за его спиной. Еще немного полюбовавшись внутренним двориком, Лассаль направился в дом.
— Дорогой, где ты был?
— Я гулял по…
— Хватит, смотри, сколько тут старины, как ты любишь.
— Да, малыш, согласен… а можно я погуляю по дому один в этот раз?
— Зачем?
— Обещаю, я ничего не украду и даже не прикоснусь к «вековой пыли».
— Точно?
— Да! Вы же уже подписали бумаги и дом ваш?
— Да.
— Тогда чего боишься?
— Хватит шалун… ладно, идти. — Венсан начал методично проходить наполненные комнаты с пылью.
— Обычное здание, и нечего интересного. Картины, странно тут жила семья, но нет семейных фото или портретов. — Он высунул голову из комнаты и крикнул. — Милая, а он точно был женат?
— Да!
— А где же все фото или портреты?
— Наверху, на чердаке.
— Можно туда?
— Да… не мешайся.
Выйдя в длинный холл, мужчина шёл в полумраке, ища лестницу. Но её негде не было видно, и наконец, Венсан дошёл до старой, обшарпанной стены, на которой были старые обои с выцветшими местами от, видимо, висящих на них фоторамок с фото. Он прикоснулся к светлым местам.
— Тут начиналась история вашей жизни, прекрасный «творец» Фабрис Реверди? Что вы скрываете от нас? И что же это был за проект «Viviti»? И о чём же вас попросила перед смертью твоя любимая? — каждое прикосновение к этой стене разжигало внутри Лассаля огонь, и слёзы потекли из глаз мужчины. Вдруг послышались тихие шаги над головой, Венсан резко обернулся, и перед ним упала на пол огромная тряпка, которой была закрыта лестница. Осмотревшись, мужчина встал на первую ступеньку. — Ты, что меня слышишь, Фабрис? — прозвучал снова скрип наверху. — Ты хочешь, чтобы я поднялся? Там же темно… — но снова что-то скрипнуло наверху. — Это вызов? Я иду, меня не какие привидения не испугают. — Решительно, но медленно дизайнер направился вверх. С каждым шагом становилось всё страшнее. Ступенек становилось всё меньше, и всё ближе становилась дверь на чердак. Ещё шаг — и она плотно встала перед глазами Венсана. — Как же страшно! Нет, я не открою эту дверь… надо спускаться вниз… — скрип за дверью, и послышалась тихая классическая музыка. — Это что, музыка? Но откуда она там? — Толкнув дверь, мужчина прошёл на тёмный чердак. Всё было заставлено коробками. Идя тихими и нерешительными шагами, мужчина тихо бормотал. — Я не боюсь признаков… Я не боюсь признаков… Я не боюсь признаков… — скрип, и он заорал. — Я не боюсь признаков…
— Молодец! — произнёс женский голос с нескрываемым смехом.
— Пиррет, что ты тут делаешь?
— Это фактически мой дом, я его купила! А ты тут гость! Хватит туда сюда бродить и пугать своими скрипами, я вниз, и ты давай спускайся. Мы скоро поедем домой!
— Хорошо, я ещё немного посмотрю.
— Ладно, ждём! — девушка развернулась и пошла вниз, а дизайнер остался один.
Он снова начал бродить, ему слышалась музыка, но не было понятно, откуда она звучит. Подойдя к коробкам, он начал снимать по одной, и музыка слышалась громче. В темноте под каким-то мешком оказался старый патефон.
— Так это ты меня пугал? — громко засмеялся мужчина, да так звонко звучал его смех, что он не заметил, как начал чихать от пыли и сухого воздуха этого чердака, как начал ронять коробки, и из одной выпали книги, что похожие на дневники. Подняв их, Венсан принялся читать тетрадку на открывшейся странице вслух.
— «…какой прекрасный день, чтобы сообщить моей милой Джаннет, что я нашёл код и вскоре моя муза станет украшением моего творения… Я годы убил на эту разработку, она взорвёт мир своей инновацией, и когда наша дочь или сын подрастут, они будут теми, кто наполнит этот мир тем живым и светлым, что я создаю… моя Viviti почти готова, остался один штрих… то малое, что не хватало ей…»
— О чём он говорит? Но это так красиво, он действительно её любил, а она его. Как жаль, что эта история так закончилась. Пожалуй, возьму эти книги почитать. — И взяв несколько книг в руки, милый и добрый мужчина направился к двери, когда заметил в углу нечто сверкающее. Положив книги на близлежащие коробки и сняв пальто, он начал разбирать горы из коробок и продвигаться к необычному предмету. Убив на это минут десять, Венсан не останавливался. Он двигался вперёд, уже предвкушал, что найдёт что-то стоящее его величественного внимания, и наконец, добравшись до угла, он стоял перед предметом, накрытым толстым одеялом. Сорвав его, перед дизайнером открылся портрет прекрасной молодой женщины, в дорогом платье, на её шее виднелась повестка с большим синим камнем. Изящная и тонкая фигура, обрамлена широким поясом, но лица у неё не было — на его месте была чёрная клякса. Достав с кармана ещё один платок, Венсан начал стараться стереть кляксу, но всё было тщетно, он смог смыть малую часть. И на него смотрели прекрасные зелёного цвета глаза. Они не были печальными, как ему тогда казалось. Глаза смотрели, прямо в душу, моля о том, чтобы их услышали, хотели рассказать историю, показать её и чтобы ты её точно понял так, как это было.
— О прекрасное создание, кто же ты? Они великолепны! — Венсан прикоснулся к портрету и закрыв глаза, зашептал.
Девушка с зелёными глазами.
Мне взглянула пристально в лицо.
И замкнула будто бы в кольцо.
Силы притяжения между нами;
И заворожил зелёный свет:
Я парил вне зрачка волшебной бездне...
Я, конечно же, видал прелестней,
Но ошеломительнее — нет.
Вспыхнула любовь, душа, строка...
Взгляд её обжёг и отстранился...
Только я успел, уже влюбился,
Обезумел чувствами слегка…
Внизу слышались крики Пиррет, но Венсан словно был в плену этих глаз. Зелёных, словно трава летним утром, он чувствовал её взгляд в глубине своей души.
— Миледи, мне нужно идти, но я вернусь, обязательно вернусь. Я найду того, кто поможет увидеть свет вашему прекрасному лику. Я явлю миру вашу красоту… Прощайте, моя леди, я обещаю, наша разлука не станет долгой… уже завтра утром я буду рядом с вами… о прекрасное создание, моя путеводная звезда, моя мечта…
Спустившись вниз, Венсан горел всей душой, не обращая внимания на всех, он вышел в сад и присел на лавочку и замечтался. Его тишину нарушили крики, и что-то теплое пролилось на его грудь. Он опустил голову и перед ним, у него в ногах, лежал тот нищий. Его схватила полиция и начала бить.
— Что вы делаете! Хватит! Остановитесь.
— Мистер Венсан, простите, я не хотел вас испачкать…
— Ничего плохого, это отстирается! Как вы посмели так с ним поступить, он же тоже человек. — Венсан дёрнул старика за руку, и тот встал за его спину. — Я сообщу вашему начальству — Джори
— Но…
— Хватит. Извинитесь перед мужчиной! Он не виноват, что вы такой невежа!
— Извините… — с брезгливостью произнёс Джори. — Вам не стоит тут ходить, вам повезло, что новый хозяин вас спас от моей мести за поцарапанную полицейскую машину.
— Хозяин?
— Да, а вы не знали, этот дом продали, этому господину и его невесте. — Полицейский развернулся и пошёл к машине.
— Так вы теперь хозяин этого дома?
— Почти, моя невеста — Пиррет. Так как вас зовут?
— Армель… Я вспомнил... Я — Армель...
— Ну, что Армель, приятно познакомиться… я…
— Вы — Венсан Лассаль, дизайнер и дикий парень, раз смогли дать отпор самому мэру.
— Откуда вы знаете?
— У меня свои связи, я же уличный житель! Про вас много говорят.
— И что же про меня говорят? Не верьте это ложь… — засмеялся Венсан.
— Мне не нужно слушать всех, мне хватит и одного голоса… голоса вашей души, мой мальчик! Ответьте, почему дизайн? Я слышал у вас многое получается, но чтобы такой, как вы, стал дизайнером, это странно.
— Нет ничего странного. Архитектура всегда меня манила и вдохновляла, красота улиц, домов… яркие цвета нынешнего века и тусклость вековой пыли — это то, что заставляет меня в жизни радоваться. Даже этот дом — нет, это не дом… это произведение искусства. А кто его построил, кстати?
— Хозяин…
— А у него ведь была жена?
— Да, необычайной красоты женщина.
— Это видно…
— Как?
— Силуэт дома, словно фигура любимой женщины… точеная, закрыв глаза, можно увидеть очертания женской фигуры в этих стенах, изгибы, немного властные прикосновения, и они меняются… меняется её поза… и вот она уже сидит к вам лицом, смотрит на вас и шепчет о любви…
— Вы, наверное, влюблены в свою невесту?
— Возможно, я никогда не задумывался о столь глубоких чувствах, как сегодня, пока не увидел этот дом
— Почему?
— Он прекрасен! Армель, вы же тут работали, расскажите о прошлых хозяевах.
— Зачем?
— Мне интересно… я не хочу привносить в этом дом колорит нынешних времён, я хочу оставить всё как есть, и поэтому хочу узнать, чем живущие люди тут до меня занимались, чем жили…
— О, я вижу, вы взяли книги с чердака!
— Да, а это плохо?
— Нет, это была любимая книга госпожи… Она любила вечерами тут, в саду, в беседке, читать вечерами. Зажигала маленький фонарик и подолгу вчитывалась в рукописи и ждала, когда же её любимый наиграется в свои игры. Но её это не отягощало, а наоборот. Она была одной из тех, кто держал свою руку на его плече. Джаннет была с ним рядом всегда и везде. Поддержка этой женщины была целым миром для бедного Фабриса.
— Почему бедного?
— Ему не нужны были деньги, улыбка молодой госпожи озаряла эту территорию. Одно слово, взгляд — и перед ней расступались, стук её каблуков звучал у всех в душе. Джаннет была сильной, и до боли в ногах могла следовать за любимым хоть на край света, такова была её любовь и верность. Венсан… вы понимаете, какова была сила их любви?
— Смутно… но это звучит словно…
— Словно стих… поэма о любви… двух любящих сердец…
— Я вас слушаю и понимаю, что никогда не любил…
— Мой мальчик, так сложно без любви… уж я то знаю… прости, но уже смеркается, и мне нужно теперь придумать, где жить, раз теперь я потерял свой «уголок рая». — Старик встал и направился в сад, но Венсан его окликнул.
— Армель… постойте, куда же вы? Как вы теперь дальше без дома?
— Мой дом теперь — это весь мир…
— Нет, так нельзя… Я не допущу этого. Оставайтесь в этом доме, если вам так угодно, пока я не закончу в нём работу, а потом придумаем, куда вас пристроить. — Он засмеялся, и его смех начал разноситься по саду.
— Ваш смех… он… это голос…
— Это смеётся моё сердце… Армель, оставайтесь, и мне так будет спокойней.
— Почему?
— Я нашёл в этом доме столько интересного и боюсь, чтобы прихвостни моей невесты не уничтожили ту частичку тепла, что я тут обнаружил.
— Я не об этом спрашивал. Почему вы мне это позволяете?
— Доброта правит миром…
— Нет, мой мальчик… миром сейчас правят деньги и власть, много власти и боли…
— Армель, мне жаль вас и видимо, вы много пережили в этой жизни, и пусть мир огромный и мы в нём — песчинки, но даже один маленький камешек способен спуститься оползень с гор… возьмите денег и купите себе покушать, ведь впереди у вас много работы по сохранению этого дома. Чтобы его защищать, вам понадобится много сил… — Венсан посмотрел на сгоревшую башню и произнёс. — Ни кто не достоин таких мук, что ты пережил, мой друг… позволь мне окунуться в твой мир и посмотреть твоими глазами на всё происходящее с тобой тогда… на мир, что топил тебя годами и не давал выплыть наружу.
— Хорошо, я согласен… но обещайте. Что вы послушаете меня и мою историю от начала и до конца.
— Да!
— И ещё, я хочу, чтобы башня осталась в том же состоянии, что она сейчас!
— Хорошо, но почему?
— Это напоминание всем о силе их любви.
— Я готов пойти на это.
— Спасибо, мой друг…
— Почту за честь работать с вами, Армель! — Венсан протянул руку Армелю, и тот пожал её в ответ.
— Ну, что мне пора, а вот ваши ключи, следите за этим домом, а я вернусь — завтра и вы расскажете мне дальше историю.
— Несомненно, мой друг. — Дизайнер встал и пошёл к машине, но старик его позвал.
— Венсан, вы забыли книги… прочтите их, они вас удивят… — и протянув стопку книг, старик мило улыбнулся.
— Для меня честь с вами познакомиться, мистер Венсан Лассаль.
— А мне с вами, Армель, до завтра!
— До завтра!
Молодой мужчина сел в машину и направился домой. Придя домой, он был в смешанных чувствах. Глаза с портрета, старик, красота и мысли о любви, истинной любви, что до этого не посещала его. Присев на кровать, мужчина взял в руки книгу, что рекомендовал Армель, покрутил и засмеялся, бросив книгу на тумбочку.
— Книги, всего лишь набор листиков и напечатанных на них букв чернилами… что необычного в вас? История любви, приключения, страхи и смерти… всё есть в вас — в книгах… боль, счастье, любовь, любовь, любовь… — и закрыв глаза, он почувствовал, как слезинки скатились на подушку.
