Kitabı oxu: «Американские горки»

ГЛАВА 1

«What the f*ck?! — воскликнула Юля по инерции на английском, уставившись в экран компьютера. — Ты это серьезно?» — продолжила она уже на русском.

Она перечитала сообщение дважды.

«…Мой брат говорит, на таких, как ты, жениться надо… Может, еще не поздно?»

Юля замерла. Потом выдохнула и свернула вкладку. Знала же — нельзя читать сообщения после полуночи.

***

В нашем нестабильном мире стабильны всегда две ситуации: звонок с предложением работы мечты, когда ты только устроился на новую, и появление бывших, едва наладилась личная жизнь.

Сейчас Юля имела дело со вторым случаем.

Три месяца назад она рассталась с Брентом — своим летним американским приключением. Она отчаянно хотела остаться в США, он — отправить её домой, в Россию, «доучиваться в университете». Или просто отправить. А теперь, три месяца спустя, Брент сделал ей предложение.

Глава 1.1 Alma mater

О том, как Юля любила Юру. Юра любил Лену. Егор — Наташу. А Алексея не любил никто.

Год назад жизнь Юли была самой обычной. Студенческой. С понедельника по субботу с восьми утра до девяти вечера — занятия в университете. Экономическое образование — основное, переводчик английского — дополнительное. В универе она жила. Уже три года как.

Одногруппники-экономисты стали почти семьей: Маша — почти сестрой, Саша — почти братом, а Юра — почти мужем, правда, только в её мечтах.

Юра — в прошлом спортсмен и серебряный медалист. Красивый, крепкий, умный. Портило его только систематическое появление на парах с жутким похмельным синдромом. В Юлиной деревне про таких говорили: «Ванька парень неплохой, только ссытся да глухой».

Маша разводила руками, Саша пытался промыть Юле мозги — её патологическая страсть к сирым и убогим его возмущала. Но муки безответной любви, похоже, были в их возрасте обязательным атрибутом существования.

А любовь была безответной на все сто. Пока Юля сохла по Юре, Юра сох по Лене. Лена была их общей одногруппницей. Себе цену знала, и все вокруг с этим соглашались. Юра не стал исключением.

— Юльк, ты в нашей группе самая умная, — как-то выдал он.

Юля расцвела.

— А самая красивая в нашей группе — Лена.

Юля улыбаться перестала.

Она всегда считала себя умной. Услышать признание от Юры было приятно, но открытием не стало. А вот чего стоил её ум, когда самой красивой называли другую? Любить того, кто не заметил в ней женщину, — себя не уважать. Юра подписал свою увольнительную, сам о том не зная.

На четвертом курсе на горизонте замаячил Егор. Однокашник из группы по английскому. Большинство считало его ботаном. Большинство, но не Юля.

Людей делят на технарей и гуманитариев. Егор делиться отказывался, выбирая быть гением в обоих направлениях. Преподаватель высшей математики считал его математическим гением. Преподаватели русского и английского — латентным успешным филологом. В его голове дружно уживались и интегралы, и стихотворные ритмы. И это делало его уникальным в целом и для Юли в частности.

Поначалу он относился к Юле весьма скептически. Её сельская простота его умиляла.

— Найдешь себе тракториста, будете прекрасной парой, — шутил он.

Возможно, Юля действительно была село селом. Одевалась несколько крикливо, за словом в карман не лезла. Но Егор явно недооценивал её потенциал. Юля на него не обижалась, доказывать свою ценность не стремилась пока не заметила, что Егор вздыхает по Наталье. Одногруппнице из группы переводчиков.

Наталья, конечно, была мечтой поэта (а Егор и стихи писал): хрупкая фигурка, длинные темные волосы, белоснежная кожа и томные глаза. На этом, по мнению Юли, Наташины достоинства заканчивались.

***

Тем временем голоса в Юлиной голове спорили.

— Смазливая посредственность! Не стена, подвинем. Пусть уже увидит, кто здесь настоящая королева! — неиствовала Шальная императрица.

Кисейная барышня, куда без неё, пролепетала:

— А как же Юра? Мы же его любим!

— Юра — алкаш, перспектив ноль. А здесь просто кладезь, — Критик любил встрять в женский разговор. — И потом, это вопрос принципа: чем мы хуже?

***

Длительных отношений на тот момент в жизни Юли еще не случалось. Единственным, что можно было назвать приключением, был Алексей. Сосед её школьной подруги Леры, двадцать шесть лет, инженер «Газмяса», солидный, как малиновый пиджак в девяностые. По меркам Юлиной студенческой жизни — почти олигарх.

Познакомились случайно, у Леры на съемной квартире. Юля на него внимания не обратила. Но подруга через пару дней выдала ей:

— Слушай, ну ты Алексею приглянулась.

Юра тем временем продолжал сохнуть по Лене, а сидеть в девках в двадцать лет как-то не комильфо. Поэтому, когда Алексей позвонил сам и позвал в кино, Юля согласилась.

Кино было неинтересное. Но это неважно. Важное случилось после — Алексей пригласил зайти в кафе.

Тут надо понимать: Юля училась на коммерции, стипендию не получала. А родительских денег ей едва хватало на проезд и покупку продуктов. Одним словом, завсегдатаем кафе Юля тогда не являлась.

Оттого она и чувствовала себя не в своей тарелке, когда пришло время заказать десерт к кофе. В целом цены в кафе для работающего человека были подъемные.

Но Юлю колотило: а вдруг он решит, что она слишком много заказала? А вдруг он подумает, что она охотится за его «газмясовской» зарплатой?

С грехом пополам она заказала кофе и самый дешевый десерт.

Алексей тем временем увлеченно вещал про месторождения, бурение и какие-то там свои производственные подвиги. Юля пила кофе, ковыряла вилкой десерт и изображала заинтересованность, тайком поглядывая на часы.

После кофепития она отправилась домой в полной уверенности, что их пути с Алексеем больше не пересекутся.

Но Алексей оказался настойчивым, как буровая установка. Через три дня снова позвонил. Юля трубку брать не стала. Потом еще и еще.

Отказывать людям, даже таким несимпатичным, как Алексей, Юля не умела — воспитание не позволяло. Но оно позволило ей написать ему сообщение: «Извини, я не хочу больше встречаться». Смалодушничала.

Думала, вопрос закрыт. Куда там.

В очередной звонок Юля сунула трубку Маше. Подруга с видом заправского секретаря повторила Алексею все то же самое.

И тут он выдал фразу, которая вошла в Юлину историю поражений золотыми буквами:

— Вот, значит, как, — сказал Алексей, — в кино и в кафе за мой счет она сходила, а теперь встречаться не хочет?

Маша положила трубку. Они переглянулись.

Юля не знала, плакать ей или смеяться. Оказалось, ее скромный кофе с самым дешевым десертом был расценен как стратегическая операция по захвату газмясовских запасов.

Ее занесли в список тарелочниц задолго до того, как это стало мейнстримом.

***

Из-за отсутствия практического опыта обольщения, чтобы перетянуть внимание Егора на себя, Юле приходилось двигаться на ощупь.

Она решила явить ему себя во всей красе. Не с тем сельским шармом, который он и сам воочию лицезрел, а показать свое истинное лицо — умное, красивое и начитанное.

Юля не прогадала. Ставка на ум сработала. Поэт в Егоре выбрал не предмет восхищения, а того, с кем поэзию можно обсудить.

Юля ненавидела поэзию, что не мешало ей её с Егором обсуждать. В конце концов, не велика сложность прочесть Гумилева или Бодлера на пути к мужчине своей мечты.

Спустя два месяца прогулок под луной, чтений поэтов Серебряного века Юлю представили родителям. Так вызов «А чем я хуже?» завел Юлю чуть дальше, чем она планировала.

Глава 1.2 Американская мечта, Бритни Спирс и магия 13

О том, как Юля решила покорить Америку, но споткнулась на пути к американской мечте о Бритни Спирс.

В городе Юля жила в собственной квартире. Родители купили, чтобы в общаге не ютилась. На первом курсе к ней подселилась подруга Лера, а когда та съехала в общагу, комнату заняла Даша, студентка факультета иностранных языков местного пединститута. Юлю с Дашей связывала дружба длиною в жизнь: сначала детсадовская, затем школьная.

— Думаю, твоего английского хватит, чтобы мыть унитазы, — засмеялась Даша, — а с остальным помогу. Приглашение на работу сделаем, у нас там связи остались.

После третьего курса Даша побывала в США по студенческой программе «WORK & TRAVEL USA». После ее триумфального возвращения в город Юля, открыв рот, слушала Дашины американские истории. И загорелась побывать в США тоже.

— В этот раз поедем во Флориду, там круто. Жилье, работа. Все будет. Уламывай родителей! Приключения ждут.

Последние с Юлиным уровнем английского были гарантированы.

Юля определенно переросла свой школьный уровень языка, учась в университете на переводчика по допспецу. Но…

— Но вашего уровня владения языком недостаточно. Как планируете общаться в США? — вполне резонный вопрос задал ростовский экзаменатор, прибывший в Юлин город. Проверял потенциальных участников программы на соответствие.

— Ну, как-нибудь… — Юле нечего было ответить экзаменатору. Она никогда раньше за границей не была, поэтому с трудом представляла, что ей предстоит. С ней была страховка по имени Даша. Юле париться не надо было. Кроме как сдать экзамен на знание языка…

После первого провала Юля подошла к делу ответственно — запаслась вопросами для подготовки к собеседованию с ростовским чуваком. Мама всегда говорила, что ума у дочери не палата, зато упорства в достижении цели — хоть отбавляй.

И теперь она сидела до двух часов ночи над вопросами и репетировала перед зеркалом. Чтобы впечатлить ростовского самодура.

И впечатлила. Ростовский чувак удовлетворенно кивнул и подписал документы. После чего Юля начала готовиться к собеседованию в консульстве США.

***

Собеседование в посольстве США в Москве было обязательным этапом. Без него — никуда.

Какие только байки не травили студенты по поводу офицеров посольства и вопросов, которыми они пытали несчастных. Кто-то якобы просил спеть гимн США, разумеется, на английском, кто-то — перечислить все 50 штатов США и так далее.

— Ты подготовилась? — Даше готовиться к собеседованию не надо было. Она была на опыте.

— Книгу про Америку прочитала. Учить песни? Бред. Они ж в посольстве вменяемые.

И вот весной, за три месяца до начала сессии, Юля с Дашей и двумя её одногруппницами по педу отправилась в Москву штурмовать посольство США.

Поезд кишил студентами. Соседки девушек по плацкарту тоже ехали в Москву. Тоже готовились к собеседованию. Учили песню Мадонны.

Юля закатывала глаза. Бред да и только. Кому в голову придет в посольстве петь попсу?

К слову, посольство в день собеседования так и выглядело. Будто его штурмуют. Осаждают студенты из разных концов необъятной.

Благо, ближе к открытию посольства появились координаторы со списками студентов и номерками, которые определяли место в очереди.

— Юлия Красовская, номер 13! — девушка-координатор немногим старше самой Юли окинула толпу студентов взглядом в поиске названной студентки.

— Я здесь! — отозвалась Юля. Вокруг послышались смешки и шуточки:

— Редкое везение! Тринадцатая! — гоготнул кто-то за спиной.

— Удачи! — шепнула в ухо Даша.

Юля встала в ровную уже, организованную очередь студентов.

«Тринадцатая — не сто тринадцатая… Уже неплохо», — подумалось ей.

Пройдя тщательный досмотр, Юля попала в другую очередь, уже в здании посольства, которая, казалось, не двигалась вообще.

Без еды, без воды, на нервах. После двухчасового ожидания Юля оказалась в помещении с множеством окошек, за стеклами которых сидели те самые «кровожадные» офицеры посольства.

Юля попала в окошко к симпатичному типичнейшему американцу, очень улыбчивому.

— Где учитесь? На кого? — офицер начал за здравие. Юля улыбнулась от уха до уха.

«Поняла, что спросил, — уже успех!» — пронеслось в голове.

— На кого учусь? На экономиста, — отрапортовала она.

— Где планируете работать в США? — продолжила допрос голова за стеклом. Голос и ритм речи офицера не были похожи на те, что она привыкла слышать на уроках аудирования в университете. Приходилось прислушиваться, чтобы понять, что он говорит. Больше догадываться, чем понимать. И повторять, чтобы выиграть время.

Вдруг офицер заговорнически подмигнул Юле:

— Do you like Britney Spears?

— Do I like Britney Spears? — уже по привычке повторила Юля. — Yes, I do, — не задумываясь о последствиях такого ответа, ответила она.

Подобного вопроса в методичке не было.

В общем-то у Юли не было веских причин недолюбливать Бритни. До этого момента.

Офицер довольно причмокнул и предложил ей поиграть в игру, раз она так любит Бритни Спирс. Идея игры была следующей: офицер говорит Юле начало строчки одной из песен Бритни, а она должна продолжить.

И это был залёт. Юля не знала слов ни одной из песен Бритни. Ну, тогда не знала. Но отступать было некуда, за ней была Москва, и Юля кивнула.

Офицер широко улыбнулся и начал: «My loneliness...», предложив продолжить строчку из песни.

Сердце упало. Шансов вспомнить песню поп-дивы стремилась к нулю. Юлю накрыла паника. Ладони вспотели. Конец.

Юля отрицательно покачала головой, а внутри уже попрощалась с мечтой побывать в США. Офицер сильно удивился.

— Это же самая популярная песня Бритни! — пристыдил офицер Юлю как фаната Бритни, с творчеством которой, по его мнению, Юля была подозрительно плохо знакома.

— Может, кто из очереди знает? — офицер заглянул за Юлину спину, предлагая ребятам в очереди помочь ей.

Ребята за спиной стояли ни живы ни мертвы. Никто не знал слов. Или просто наложили в штаны от страха. Офицер разочарованно пробормотал что-то себе под нос, задал ещё пару вопросов и махнул рукой.

Слова той песни Юля выучила, как только добралась до интернета. И запомнила навсегда. К счастью, её незнание не повлияло на решение офицера — и первая американская виза была у неё в кармане.

***

Она шла по весенней улице и чувствовала себя победительницей. Виза в кармане. Америка — в планах.

А ещё — Егор.

Егор, который месяц назад смотрел на неё так, будто она была единственной женщиной на земле. Который водил её по набережной и цитировал Блока. Который представлял её родителям — и те одобрительно кивали.

«А чего ты хотела? — усмехнулась она про себя. — Ты же сама этого добилась. Помнишь? "А чем я хуже Наташи?"»

Она остановилась у витрины, посмотрела на своё отражение. Вроде та же Юля. Но что-то изменилось. Внутри появился холодок. Тот самый, который она чувствовала каждый раз, когда получала желаемое, а потом понимала — а оно ей и не нужно было.

Егор ждал её у входа в университет. Увидел — заулыбался.

— Ну что? — спросил он, хотя по её лицу уже всё понял. — Получила?

— Получила, — кивнула она.

Он хотел её обнять, но она сделала шаг назад.

— Егор, — сказала она тихо, глядя ему в глаза. — Я уезжаю на всё лето. Я не знаю, что там будет. Я не хочу тебе врать.

Он молчал.

— Я не могу тебе обещать, — продолжила она. — Ничего. Ни верности, ни что я вообще вернусь. Так будет честно.

Егор смотрел на неё так, будто она ударила его. Но он был слишком умён, чтобы устраивать сцену. Он просто кивнул.

— Я понял, — сказал он. — Ты всегда была честной. Даже когда это больно.

Она хотела сказать что-то тёплое. Но не сказала. Потому что тёплое было бы ложью.

Она развернулась и пошла домой. За спиной остался Егор. И её совесть, которая, впрочем, спала крепко и не собиралась просыпаться.

Глава 2

Глава 2.1 Гений планирования и нездоровый пофигизм

О том, что гордость соседствует с глупостью. А Юля, решившая ехать во Флориду, в итоге едет в ... никуда, но узнает, что случайные встречи неслучайны.

Получив заветную американскую визу в загранпаспорт, пришло время сдавать сессию. Досрочно. Задачка со звездочкой.

Вместе с Юлей досрочно сдавала сессию и та самая Лена, мечта Юры.

— И куда едешь? — переступив через гордость спросила её Юля.

— В Вирджинию-Бич, в ресторане работать буду, — сообщила Лена.

— Ты с кем-то или одна? — Юля не ожидала от Лены такой прыти. Вроде и знанием языка не блистала.

— Одна, — спокойно ответила ей одногруппница.

Обе девушки, не без приключений, но сдали сессию.

Юля, поглощенная сдачей экзаменов, совсем не думала о том, где она будет жить и работать в США. Все эти вопросы были на Даше и её подругах-одногруппницах: Оксане и Люде.

Когда Люда первой вылетела в США, накануне вылета Юли, последней позвонила Оксана, самая токсичная из Дашиной компании.

— Ты там вообще что ли отморозилась? Ты с Людкой договорилась, где и как вы встретитесь в Нью-Йорке? Или что? Мы тебя за ручку водить будем? Не знаю, что там тебе обещала Даша, но лично я с тобой нянькаться не собираюсь.

Юля сначала растерялась от такого тона Оксаны, а потом нашлась:

— Знаешь, хорошо, что ты сейчас показала своё нутро. Мне на фиг не нужна ты и твоя помощь в Америке! Я и мои там перемещения — не твоя головная боль.

Юля бросила трубку и выдохнула. Ей не часто доводилось защищать свои границы. И теперь она была горда собой.

Однако гордость гордостью, а оказаться в незнакомой стране без жилья и работы совсем одной Юле вовсе не хотелось. На ум ей пришла мысль позвонить Лене, скооперироваться с ней… Сначала идея показалась ей глупой: мало того что подругами они никогда не были, между ними стоял Юра, о чем, впрочем, сама Лена в курсе не была. Но выбирать не приходилось.

Она набрала Лену.

— Привет, Лен. Тут такое дело… В общем планы у меня поменялись… Можно я в Америке присоединюсь к тебе?

Внутри у неё все сжалось. Просить чужого человека. О чем? Просто прибиться к ней. Не имея в городе, куда та едет, ни жилья, ни работы? Ещё этот Юра. В жопу его. Впереди четыре месяца. Либо одной, либо с ней. И тут хоть бы с кем. Вроде не крыса.

— Да, конечно. Присоединяйся. Я буду работать в ресторане Captain George’s Seafood Restaurant. Приглашение на работу оттуда.

— А в Нью-Йорк ты когда прилетаешь? Может, там и встретимся?

Лена продиктовала Юле детали своего рейса, Юля аккуратно их записала в блокнот. Теперь, когда страховка по имени Даша не работала, надо было все брать на себя.

Теперь план на первые дни пребывания в США у Юли вырисовывался следующий: она должна была прилететь в Нью-Йорк; в аэропорту по-прежнему она планировала встретиться с Дашей и её подругами, с ними же собиралась переночевать в одном из студенческих общежитий в Нью-Йорке, а затем встретить в аэропорту Лену, прибывавшую в Нью-Йорк днем позже. Далее Юля с Леной должны были вместе продолжить путь в Вирджиния-Бич, где им предстояло провести веселое, наполненное приключениями лето.

Но, как известно, хочешь насмешить Бога — расскажи ему о своих планах. Не по плану пошло практически все с первого дня путешествия Юли.

Юля была барышней сельской, заграницей доселе не была. Поэтому родители попросили тётю, жившую в Тульской области, посадить племянницу на самолет. Поезд в Москву проходил через станцию Павелец-1 — там тётя и села в вагон. Встретились они уже в Москве, на Павелецком вокзале, а вечером отправились в Шереметьево.

Впервые Юля увидела Яну в автобусе, следовавшем в аэропорт. Яна жила в Нижнем Новгороде, в аэропорт ехала с отцом. Они не обратили внимания на Юлю с тётей, но Юля — известный наблюдатель за людьми — запомнила их обоих. Позже эта случайная встреча окажется для обеих ключевой.

В аэропорту родные простились. Тётя прослезилась, крепко обняла Юлю и, вытирая слёзы платком, провожала её взглядом, пока та не скрылась в зоне международных вылетов.

За спиной осталась досрочно сданная сессия, бесплодные — как казалось Юле — потуги подтянуть язык, а впереди ждала Америка.

***

«Меня не встретили, я не нашла своих подруг…» — растерянно пролепетала Юля после очередного круга по терминалу прилета JFK.

Она вернулась к Яне — той самой девушке из автобуса в Шереметьево. Яна тоже ждала, но не подруг, а некоего Фредди — друга её подруги по интернет-переписке.

В самолёте из Вены в Нью-Йорк, рейс был с пересадкой в Вене, четверть пассажиров были студентами по программе Work and Travel. В предвкушении американских каникул они были воодушевлены и общительны. Так Юля и познакомилась с Яной — болтали, смеялись, обменивались планами.

А теперь Юля стояла в чужом терминале одна. Её подруги, которые должны были встретить её — не приехали. Яна же была в лучшем положении: у неё была конкретная точка — Фредди. Правда, «друг подруги по интернет-переписке» звучало не очень надёжно, но всё же лучше, чем просто стоять в аэропорту незнакомого города.

Яна увидела Юлину растерянность и предложила:

«Присоединяйся. Фредди обещал разместить нас у себя.»

Юля согласилась на авантюру. У неё не было выбора. И, как оказалось позже, это было лучшее решение в её американском путешествии. Почти лучшее.

Глава 2.2 Фредди вроде не Крюгер, но и не Меркьюри.

О том, как прикроватная тумба могла спасти двух русских девушек от маньяка, но маньяка поблизости не оказалось. О кулинарных изысках и русской непосредственности.

Фредди не выглядел как маньяк или серийный убийца, но первое впечатление, как известно, обманчиво. Поэтому после выезда из ночного Нью-Йорка на темную трассу, с обеих сторон которой рос густой лес, Юля принялась прокручивать в голове все возможные варианты побега из машины. Яна мило чирикала с Фредди.

— Говори и ты с ним, — выдернула она Юлю из тревожных мыслей, — чего молчишь?

— Я боюсь. Боюсь говорить на английском. Стесняюсь. Языковой барьер. Слышала о таком? — оборонялась Юля.

— Слышала. Ты четыре месяца молчать будешь?

— А как на английском спросить, не маньяк ли он? — Юля улыбнулась. Хотя было не смешно. Было страшно.

Однако расчлененкой, по крайней мере в пути, не пахло. Дома, а дом Фредди находился в Нью-Джерси, Яне и Юле выделили отдельную спальню. Фредди был очень мил с девушками, тем не менее в ванную юные искательницы приключений пошли вместе: закрыли дверь изнутри и мылись по очереди, чтобы не оставаться с Фредди наедине в доме, пока одна из девушек в душе.

Позже, вернувшись в отведенную им спальню, девушки всерьез занялись вопросами своей безопасности — забаррикадировали изнутри вход в спальню прикроватной тумбочкой.

— Бери за тот край, — прошептала Юля, — я с этого возьму.

Из тумбы с грохотом вывалились выкатные ящики. Вместе с содержимым: Библией, пачкой батареек и пультом от телевизора.

Черт, — прошипела Яна, — потише никак нельзя? — и она зло пнула тумбу.

— Типичный набор маньяка, — Юля крутила в руках Библию и пульт. — Хотя кто знает, что он по телеку смотрит.

Как баррикадирование двери тумбой могло спасти девушек от нападения Фредди, если бы оно случилось, — одному Богу было известно. Но несмотря на все свои страхи, девушки уснули довольно быстро.

Однако сон у Юли был беспокойным. Непонятным оставалось то, как Юле встретить одногруппницу Лену, прибытие которой в Нью-Йорк ожидалось вечером следующего дня.

Дом Фредди был в Нью-Джерси. Аэропорт JFK — на окраине Нью-Йорка.

Как туда добраться, не имея представления о сообщении между городами, Юле, страдающей обширным картографическим кретинизмом, было неизвестно.

Без мобильного телефона и мобильного интернета эта задача вообще казалась неразрешимой. Собственно, это и заставило Юлю встать с утра пораньше, часов в 5, — именно в такое время Фредди собирался на работу в Нью-Йорк, — и, преодолев стеснение и страх, пойти к нему в комнату.

Робко постучавшись в дверь, Юля собралась с мыслями и, мобилизовав свой небогатый словарный запас, пошла в атаку. Она выложила как на духу свою проблему со встречей подруги вечером, Фредди же в ответ пообещал вернуться с работы пораньше и отвезти Юлю в аэропорт.

Юля выдохнула. Она готовилась к долгому спору, к объяснениям, к тому, что придётся его уговаривать. А он просто сказал «да». Девушка попрощалась с Фредди и отправилась досыпать к Яне под бок.

***

Утром, когда Фредди уехал на работу, девушки остались одни в незнакомом доме.

— Ну что ж, Ватсон, начнем, — пошутила Юля. — Я осматриваю второй этаж, ты — первый. В подвал пойдем вместе. Вдруг он — Синяя борода.

— Ну, пока на маньяков больше похожи мы, — засмеялась Яна.

Они проверили все незапертые комнаты на предмет странностей, но ничего необычного не нашли.

Если только не постер с Памелой Андерсон времен «Спасателей Малибу» и не фото маленького Фредди в костюме эльфа.

Спустились в подвал. Там пахло сыростью и картошкой.

— Странно, конечно… Я ожидала найти здесь мексиканских нелегалов или плантацию запрещенных растений, — разочарованно протянула Юля.

На полках стояли банки с газировкой — «доктор Пеппер», «Кока-Кола», «Спрайт». В морозилке нашёлся одинокий пакет замороженных овощей.

— У него даже еды нет, — сказала Юля. — Как он вообще выживает?

— Пьет кровь девственниц, ясное дело, — сострила Яна, — мы просто плохо ищем.

Юля улыбнулась, но внутри всё сжалось. Фредди оставил их одних в своём незапертом доме. Двух незнакомых русских девиц. Он либо очень доверчивый, либо... она отогнала эту мысль.