Kitabı oxu: «Бандит. Моя расплата за долги»

Глава 1. Крепость

Алсу

Бар «Крепость» не зря носил такое название. Он был воплощением мрачного, неприступного убежища - запылённые кирпичные стены, тусклый свет неоновых вывесок и клиентура, которая словно сошла со страниц криминальных сводок.

Я стояла у барной стойки, стараясь выглядеть максимально незаметной, хотя понимала, что это бесполезно. Мой белый пушистый свитер с высоким воротником, который казался таким уютным и безопасным ещё час назад, теперь выглядел здесь совершенно чужеродно, как белая ворона среди стаи чёрных грачей.

Я нервно перебирала краешек своего фартука, новенького, ещё не испачканного, на котором красовался слегка помятый логотип «Крепости» – стилизованный замок.

Первый день. Первая работа. Мне нужно было это место, эти деньги, и я не могла позволить себе облажаться.

— Новенькая, — раздался за моей спиной хриплый голос. Это был Костя, бармен и одновременно администратор этого заведения. Коренастый мужчина лет сорока пяти, с бритой головой и татуировкой ящерицы, извивающейся по его шее, исчезающей под воротником рубашки. Он кивнул на один из дальних столиков, расположенных у окна, которое выходило на тёмную, освещённую лишь одним фонарём улицу. — Тебе повезло, вот твои первые клиенты.

Клиенты. Первые. Я почувствовала, как ладони вспотели. Костя продолжал, его голос звучал как наказ, который нужно зазубрить.

— Не спорь, будь максимально вежлива и просто улыбайся и кивай на всё, что бы они не сказали. Поняла? Это не те парни, с которыми можно препираться. А теперь вперёд. Считай, это посвящение.

Я кивнула, сглотнув комок тревоги и расправила плечи. Он повернулся и занялся смешиванием какого-то коктейля для другого клиента, словно уже забыв о моём существовании. Я перевела взгляд на указанный столик.

Двое мужчин едва переступили порог и, кажется, само их появление изменило атмосферу в баре. Общий гул голосов слегка притих, некоторые взгляды украдкой скользнули в их сторону, а потом поспешно вернулись к своим кружкам.

Один из них был массивный, словно гора мяса и мышц, с лицом, будто вырубленным топором из грубого камня – суровое, безэмоциональное, с нахмуренными бровями и тяжёлым взглядом.

А второй… Второй заставил сердце ёкнуть. Высокий, старше меня, в чёрной кожанке идеально облегающей его широкие плечи. С острыми скулами, но не грубыми, как у его спутника, а скорее изящного, хищного. И взглядом, который резал, как лезвие. Его улыбка была холодной, но в уголках глаз таилось что-то опасное.

То, что это какие-то важные клиенты, я уже поняла. Значит, нужно сделать так, что бы они остались довольны. Я собрала всю волю в кулак.

Что там говорил бармен? Быть максимально вежливой? Я глубоко вдохнула, задержала дыхание на мгновение и, стараясь изобразить готовность угодить, расплылась в идиотской улыбке, да так, что щеки заболели. Она получилась натянутой и, должно быть, выглядела совершенно неестественно.

Я направилась к указанному мне столику.

— Эй, Пушинка, — усмехнулся мужчина в кожаной куртке. Его голос звучал как мёд, смешанный с ядом. Он окинул меня взглядом, медленно, снизу вверх, задержавшись на моём свитере. Его глаза скользнули по белой пушистой ткани, по высокому воротнику, словно он оценивал меня. В его глазах мелькнула насмешка, почти вызов.— Ты тут новогодний декор? Вроде весна на дворе.

Он кивнул на мою кофту, и его спутник хрипло захихикал. Я почувствовала, как жар приливает к щекам, но к моему собственному удивлению, моё волнение резко пропало, а подбородок сам собой вздёрнулся.

Внутри меня что-то щёлкнуло, и страх, который до этого сжимал меня в тиски, сменился жгучим, незнакомым чувством. Это было какое-то дикое, необузданное желание дать отпор.

— Здравствуйте,— начала я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно. — Я ваш официант на вечер. Меня зовут Алсу. Но, хочу вас разочаровать - в меню нет блюд для хама.

Я глядела ему прямо в глаза, не отводя взгляда, бросая ему вызов. В его взгляде читалась смесь удивления и зарождающегося интереса. Мой язык, похоже, был быстрее моего разума, потому что я продолжила, уже не контролируя себя:

— Если хотите сделать заказ, я готова записать. Если нет — дверь там.

Тишина. Эта тишина была оглушительной, она поглотила даже фоновый шум бара. Я замерла на месте, поняв, что только что ляпнула.

Ну все, сейчас он на меня нажалуется и я вылечу отсюда быстрее, чем успею сказать «чаевые». Но мужчина откинулся на спинку стула, изучая меня с любопытством, будто я внезапно стала интереснее, чем он предполагал.

— Ого, — протянул он, и в глазах вспыхнул азарт. — А ты смелая, Пушинка. Ладно… — Он лениво махнул рукой. — Нам как обычно. Бармен всё знает.

Я кивнула, стараясь не выдать своего облегчения. Мои ноги казались ватными, а сердце колотилось, как бешеное. Развернувшись, я ушла, стараясь не ускорять шаг, чтобы не показаться слишком поспешной, слишком испуганной. Но я чувствовала, как спина горит под его взглядом, ощущая его пристальное внимание.

— Живая? — бармен хмыкнул и даже не спрашивая о заказе, быстро сунул мне в руки увесистую бутылку из тёмного стекла и на поднос ловко выставил два широких бокала, доверху наполненных кубиками льда и набор закусок. — Давай, второй подход.

Когда вернулась к столу, наглый незнакомец выглядел расслаблено. Видимо, увольнять меня сегодня не будут. Я выдохнула.

— Ваш заказ. Приятного отдыха. — Я попыталась исправить первое впечатление о себе, изобразив максимально профессиональный и даже дружелюбный вид.

Чуть наклонилась, чтобы расставить на столе всё и стараясь не смотреть на посетителей, сосредоточившись на задаче. Именно в этот момент его пальцы, неожиданно быстрые и цепкие, обхватили моё запястье.

Его прикосновение было тёплым, но одновременно леденящим, словно электрический разряд. Я замерла, не в силах пошевелиться, чувствуя, как моё тело напрягается. Он притянул меня чуть ближе, и его голос, теперь совсем низкий, прошептал мне прямо на ухо, так, что мурашки побежали по моей спине, от затылка до самых кончиков пальцев.

— Ты явно ошиблась местом, — его дыхание обжигало моё ухо, а слова звучали как предупреждение. — Здесь съедают таких, как ты.

В баре, где каждый второй выглядел как бандит, это звучало не как метафора, а как буквальное предостережение. Но этот страх быстро сменился прежней, новой для меня уверенностью.

— Я не съедобная, — вырвала я свою руку из его хватки, резко отстраняясь. — И вам лучше это запомнить. И если позволите, я пойду, меня ждут другие гости.

Это была откровенная ложь — никаких других гостей, ждущих именно меня, не было. Но мне нужно было уйти отсюда, от его взгляда, от его прикосновения, которое одновременно пугало и странно притягивало.

Он рассмеялся — глухо, словно рычание довольного зверя, но в этом смехе не было ни злости, ни раздражения, только невыразимое удовольствие. Казалось, он признавал мою маленькую победу, мою дерзость, которая, похоже, его только забавляла.

— Принеси ещё льда, — бросил он мне вдогонку, когда я уже отвернулась, готовясь уйти. Его тон был уже приказным, но без напора, скорее как просьба, замаскированная под команду. — И… сними эту дурацкую кофту. Здесь жарко.

— Вам бы этот лёд приложить к голове, — парировала я, не оборачиваясь, уже делая шаг от стола.

За моей спиной опять раздался его смех, низкий и раскатистый, смешанный со звоном бокалов, в которые он, должно быть, наливал крепкий алкоголь. Он явно наслаждался этим обменом репликами, этой игрой. А я… я направлялась к стойке, чтобы взять лёд, и думала о том, что эта смена будет очень, очень долгой.

Весь вечер он наблюдал за мной. Но я делала вид, что не замечаю этого. Слишком странный тип. Слишком наглый. И я отчаянно пыталась отвлечься, завязывая разговоры с другими гостями, принимая заказы, протирая столики с рвением, достойным лучшего применения.

Но даже в самые оживлённые моменты, когда я смеялась над чьей-то нелепой шуткой или слушала указания Кости, его голос не выходил у меня из головы, будто преследуя. Его прикосновения, его слова, его карие глаза – всё это засело в моей памяти, отвлекая и раздражая.

Часы тянулись бесконечно долго. Музыка становилась всё громче, дым – всё плотнее, а усталость наваливалась тяжёлым грузом. Наконец, около двух часов ночи, бар начал потихоньку пустеть. В какой момент, те двое ушли из заведения, я не успела заметить когда именно, но была очень рада их отсутствию.

И вот, закрытие смены. Пока две другие официантки убирали зал, Костя подозвал меня к себе. Его взгляд был необычно мягким, даже чуть-чуть уважительным.

— Что ты ему такого сказала, что он так развеселился? — спросил он, оттирая стакан. В его голосе чувствовалось неподдельное любопытство. — Обычно, он не так доволен подбором кадров.

— Кому? — спросила я, хотя уже понимала о ком шла речь. — Тому высокому, похожего на бандита? А какое ему вообще дело до тех, кто тут работает?

Костя остановился и уставился на меня, будто я только что задала самый идиотский вопрос на свете.

— Так ты не поняла? — его голос стал чуть ниже, почти заговорщическим. — Аслан… Он хозяин этого заведения. Каждый четверг тут. Он лично приезжает проверить, как тут всё идёт. И раз он тебя не выгнал сразу же, значит ты принята. Обычно, у нас такие как ты не остаются, но видимо, чем-то его зацепила.

Он многозначительно проводил взглядом длинноногую блондинку в короткой юбке, которая сейчас мыла полы в дальнем углу, её движения были вызывающе медленными, а декольте – слишком глубоким. Он явно показывал, какие именно девушки обычно тут работают: те, кто не пререкается, те, кто понимает правила игры и, возможно, гораздо больше.

Хозяин? Внутри меня все похолодело. Я что, назвала владельца бара хамом и сама нагрубила ему? О боже...

Я стояла как вкопанная, обдумывая эти слова Кости. Все мои дерзкие реплики, все мои отточенные ответы, казавшиеся такими уместными и даже победными в тот момент, теперь предстали в совершенно ином, катастрофическом свете. Это был не просто клиент. Это был он. Мой босс. Человек, от которого зависела моя работа, моё финансовое положение.

— Короче, — видимо, Костя понял, что ответа от меня он не дождётся. — Вот твои чаевые и выплата за вечер. Ты принята. Завтра выходишь на полную смену. И не опаздывай - у Аслана на завтра запланирована встреча, будешь опять обслуживать его столик. И да - избавься от этого пушистого кошмара на тебе.

Я кивнула, сгребла купюры и мелочь, спрятав деньги в карман фартука и отправилась переодеваться. Завтрашний день обещал быть ещё более невыносимым, чем этот.

И чем, всем окружающим, так не угодила моя одежда?

Глава 2. Бывший

Алсу

Утро встретило меня свежестью. Я шла по знакомой улице и уже подходила к бару, стараясь не думать о вчерашнем дне,, Аслане и о том, что ждёт меня в «Крепости» сегодня. Шаг был лёгким, почти невесомым, и я предвкушала начало новой, чистой жизни, где не будет места старым ошибкам и тем, кто эти ошибки олицетворял.

Но стоило свернуть за угол, как моё хрупкое спокойствие разбилось вдребезги. Путь мне преградил Петя. Одна из тех моих прошлых ошибок.

Он стоял, развалившись у потрёпанной стены, его обычная, ухмыляющаяся физиономия казалась сейчас ещё более отталкивающей, чем обычно.

— Алсуха, привет, — протянул он, словно мы расстались вчера по обоюдному согласию, а не из-за его бесконечных долгов. — Мне тут срочно пара тысяч нужна. Займёшь?

Моя лёгкость испарилась в одно мгновение, сменившись старым, знакомым раздражением, которое вызывал этот человек. Глаза мои невольно сузились.

— Пару тысяч? — усмехнулась я, не сдерживая язвительности, которая всегда лезла наружу, когда дело касалось Пети. — Ты забыл, почему мы расстались? Именно из-за твоих «пары тысяч», которые потом превращались в десятки, а то и сотни! Нет. И ничего я тебе не дам.

Лицо Пети моментально потемнело. Он сделал шаг ко мне, его глаза вспыхнули знакомой злобой.

— Что значит «не дам»? Ты же теперь работаешь! Вон, барменшей! Значит, деньги у тебя есть! Не жмись!

— Не барменшей, а официанткой. — На автомате поправила я. — И как ты вообще об этом узнал? Ты следил за мной?

— Да какая разница?! — на все он ответил одной фразой.

Он повысил голос, привлекая внимание редких прохожих и схватил меня за локоть, подтягивая к себе.

Именно в этот момент, как будто из ниоткуда, позади меня вырос Аслан. Я не слышала его шагов, не почувствовала его приближения, но внезапно ощутила мощную, давящую ауру, исходящую от него. Она была такой плотной, такой осязаемой, что воздух вокруг, казалось, стал тяжелее, наэлектризованным. Я невольно вздрогнула и повернула голову.

Он стоял в паре шагов, словно высеченный из камня, в тёмной, дорогой одежде, которая подчёркивала его широкие плечи и мощное телосложение. Его взгляд, брошенный на Петю, был таким холодным и угрожающим, что по моей спине пробежал холодок, но одновременно с этим — странное, почти сладостное ощущение защищённости.

— Нужна помощь, Пушинка? — Голос Аслана был низким, рычащими нёс в себе явную угрозу.

Петя, стушевался под грозным взглядом, но его наглость была безграничной.

— Да ладно тебе, — он попытался изобразить беззаботность, но его голос заметно дрожал. — Мы с ней встречаемся. Я её парень.

— Бывший, — злобно процедила я, даже не глядя на Петю.

Аслан лишь презрительно фыркнул. Он сделал шаг, сокращая расстояние, и теперь его мощная фигура полностью заслонила Петю, который моментально отпустил мою руку.

— Мне плевать, кто с кем трахается, — отрезал он, и его взгляд скользнул по мне, цепляясь за моё лицо, отчего по коже пошли мурашки. — Быстрее на работу, Алсу. Смена начинается через десять минут, а у меня важная встреча. Шевелись.

Он схватил меня за локоть – не сильно, но достаточно крепко, и повёл к входу в бар. Петя остался стоять на улице, сжавшись и побледнев. Я послушно шла за Асланом, чувствуя, как его прикосновение обжигает мою кожу. Он завёл меня прямо в помещение бара.

Я быстро переоделась в форму и тут же приступила к работе.

Было ещё рано. В баре не было людей, только Аслан, уже сидящий за столиком с ноутбуком, и Костя, протирающий стойку. Но вскоре стали подходить люди. По их деловым костюмам и серьёзным лицам было видно, что это не просто посетители. У них с Асланом явно предстоял важный и напряжённый разговор. Я старалась вести себя тихо, обслуживая редких гостей и не мешая им, чтобы не привлекать к себе внимания.

В какой-то момент Костя, закончив свои дела, объявил, что ему нужно отойти.

— Если честно, это немного неправильно,— сказала я.

Он обернулся, удивлённо вскинув бровь.

— Ты о чём именно? — спросил он, его взгляд был совершенно беспечным.

Я сжала губы, собираясь с мыслями. Мне не хотелось показаться глупой или неумехой, но и брать на себя лишнюю ответственность было страшно.

— Я же работаю всего второй день, — начала я, стараясь говорить максимально спокойно. — И не должна иметь доступа к кассе. Ну, то есть… я не хочу брать на себя такую ответственность. Вдруг что напутаю? Или… мало ли что.

Казалось бы, он задумался на минуту. Он склонил голову набок, и я на мгновение почувствовала надежду, что он поймёт мою обеспокоенность. Но потом он хлопнул в ладоши, словно отгоняя от себя ненужные мысли.

— Да что может случиться? — Он рассмеялся, отмахиваясь от моих опасений. — Считать ты умеешь, Алсу. Сумма в кассе небольшая, это же утро. Тем более — хозяин рядом. Если что — обратишься к нему.

Его слова не успокоили меня, но спорить дальше не имело смысла. Бармен коротко проинструктировал меня, как работает касса, заметив, что все цены написаны в меню, так что я точно не ошибусь, если кто-то придёт. И оставил меня одну за стойкой, в центре пустого, гулкого зала, где за дальним столиком шёл напряжённый разговор.

Я отвлеклась на очередной заказ Аслана и, когда вернулась к стойке, кровь отхлынула от лица. За баром сидел Петя. Он улыбался своей самой мерзкой улыбкой.