Kitabı oxu: «Эхо»
— Да, уже собираемся, не торопи.— Жду не дождусь уже вас.— Да всё хорошо будет, через пару часов будем на месте.— Ты главное не переживай.— Ну ладно, вешаю трубку.— Увидимся.Он вздохнул, не тяжело, скорее с облегчением, что разговор закончился. Родственники иногда умеют затянуть даже самые простые вещи.— Но что там? — Катя выглянула из комнаты с сложенными футболками в руках.— Дядя опять читал нотации.— Вроде того. Сказал, что очень ждёт и чтобы мы не опаздывали.— Как будто мы и так не знаем.Катя хмыкнула и исчезла обратно.Сборы шли своим обычным семейным порядком, то есть с лёгким хаосом. Артёму было семь, и он считал своим священным долгом участвовать во всём. Он таскал из комнаты в комнату своего плюшевого динозавра, клал его то в чемодан к родителям, то обратно в свой маленький рюкзак, потом снова доставал и начинал объяснять динозавру, зачем вообще нужны чемоданы.— Артём, хватит уже этого зверя запихивать, — сказала Катя, когда в третий раз вытаскивала динозавра из своего чемодана. — Он занимает полсумки.— Он хочет с нами. Он никогда не был в самолёте.— Он мягкий. Он переживёт разлуку на две недели.Отец в это время стоял на середине комнаты с зарядками в одной руке и паспортом в другой и пытался вспомнить, куда он пять минут назад положил ключи от машины.— Кать, ты не видела?— Что?— Ключи.— Те, что ты только что сам перекладывал с тумбочки на полку?— Может быть.Катя закатила глаза, но без настоящей злости, скорее с той привычной семейной усталостью, которая появляется всегда, когда надо уехать раньше, чем хочется.— Мы выезжаем через двадцать минут. Если ключей не будет, пойдёшь на такси с двумя чемоданами и ребёнком. Я тебя предупредила.— На такси не надо. Поедем на своей, как договаривались.— Тогда ищи быстрее.Артём в этот момент торжественно объявил:— Я взял машинку. Красную. И фломастеры. И динозавра. Он будет сидеть у меня на коленях, чтобы ему не было страшно.Катя открыла рот, чтобы снова возразить, но отец успел первым:— Пусть берёт. Главное — обувь, чтобы была по сезону, и зубная щётка.Через четверть часа они всё-таки вывалились из квартиры. Лифт ехал медленно, как всегда. На площадке пахло чьими-то котлетами. Артём всё это время держал отца за край куртки одной рукой, а второй прижимал к груди динозавра.В машине сразу началась небольшая перепалка из серии «кто куда сел». Артём хотел обязательно на то сидение, откуда лучше видно самолёты. Катя хотела, чтобы он сидел посередине и был пристёгнут как положено. Отец просто хотел, чтобы все сели и можно было трогаться.— Я хочу у окошка.— Ты будешь у окошка, когда приедем. Сейчас — посередине.— Но там же ничего не видно.— Артём.Голос Кати стал чуть твёрже. Мальчик надулся, но послушно перелёз. Динозавр занял место у окна вместо него.Дорога до аэропорта прошла относительно спокойно. Город был обычным, пробки в тех же местах, где всегда, светофоры, которые будто специально краснели подольше. Артём сначала рассказывал динозавру про самолёты, потом затих и просто смотрел в окно. Катя несколько раз проверяла, на месте ли документы. Отец крутил радио, пока не нашёл что-то более-менее нейтральное.В аэропорту было как обычно в середине недели: не пусто, но и не толчея. Они припарковались на долговременной стоянке, вытащили чемоданы и поехали на челноке к терминалу. Артём был в полном восторге от самой возможности ехать на автобусе внутри аэропорта.У стойки регистрации очередь оказалась небольшой. Сотрудница улыбнулась мальчику и спросила, первый ли раз летит. Артём важно кивнул и показал динозавра.— Он тоже первый раз. Его зовут Тор.— Красивое имя, — серьёзно ответила девушка и прикрепила бирку уже и к рюкзаку Артёма.Паспортный контроль прошли быстро. Только когда подошла их очередь, Артём вдруг заволновался:— А вдруг меня не пустят?— Почему это?— Ну, вдруг я слишком маленький?Отец наклонился и тихо сказал:— Ты в самый раз. Иди.Мальчик выпрямился и с самым серьёзным видом протянул свой детский паспорт. Офицер едва заметно улыбнулся в усы.В чистой зоне сразу запахло едой. Артём, который ещё минуту назад держался молодцом, вдруг вспомнил о главном:— Мам… Пап… Там же есть картошка фри. И игрушки. Можно хотя бы посмотреть?Катя посмотрела на часы, потом на мужа. Отец пожал плечами:— У нас ещё почти час. Можно и посмотреть. И даже, может быть, картошку. Но без огромной игрушки размером с него самого.— Договорились.Артём засиял так, будто ему уже разрешили купить весь магазин. Они прошли вдоль витрин. Артём прижимал нос то к одной, то к другой, показывал пальцем на красные машинки, на конструкторы, на больших плюшевых медведей. В итоге остановились на небольшой модели самолёта и стандартной порции картошки фри — на троих понемногу.В зале ожидания они заняли место у высокого окна. За стеклом по перрону медленно ползали трапы и багажные тележки. Артём сидел посередине, держал в одной руке новый самолётик, а другой аккуратно кормил картошкой и себя, и динозавра Тора. Катя откинулась на спинку кресла и впервые за весь день по-настоящему выдохнула.— Ну всё. Самое сложное позади.Отец кивнул. За окном объявили посадку на какой-то соседний рейс. Голос диктора был спокойный, обычный. В зале кто-то смеялся, где-то плакал маленький ребёнок, пахло кофе и свежей выпечкой.Обычный вылет.Обычная семья.Обычная поездка.
В зале ожидания объявление прозвучало ровно, без лишней торжественности, но для них оно прозвучало как сигнал, которого ждали уже целый час. Голос диктора спокойно произнёс номер рейса, пункт назначения и номер выхода на посадку. Катя сразу выпрямилась, отец выключил радио в телефоне, а Артём подскочил так резко, что самолётик чуть не выскользнул из рук.— Наш! Наш рейс! — закричал он, размахивая игрушкой. — Тор, слышишь? Нас зовут!Катя быстро собрала остатки картошки в бумажный пакет, отец поднял рюкзаки, проверил ещё раз карманы. Паспорта лежали на самом верху небольшой сумки, билеты уже были в электронном виде, но он всё равно открыл приложение и ещё раз сверил номера. Артём всё это время крутился на месте, прижимая динозавра к груди и повторяя:— Мы летим, мы летим, мы летим…Они двинулись к выходу. Коридор был широким, с мягким ковром, который глушил шаги. По пути попадались другие пассажиры — кто-то с чемоданами на колёсиках, кто-то с детьми помладше, кто-то уже в наушниках и с усталым лицом. Артём пытался заглядывать в каждое большое окно, хотя за ними пока было только бетонное поле и далёкие огни.У стойки перед выходом на посадку стояла небольшая очередь. Сотрудница в форме ещё раз проверила документы. Отец протянул паспорта и посадочные. Она внимательно сверила фотографии, потом посмотрела на Артёма и улыбнулась:— Первый полёт?Артём кивнул так энергично, что динозавр едва не упал.— И он тоже, — добавил он, поднимая Тора повыше. — Его зовут Тор. Он никогда не летал.— Тогда желаю вам обоим удачного первого раза, — сказала девушка и вернула документы.Катя ещё раз пересчитала паспорта в руках, убедилась, что детский лежит сверху, и только после этого они прошли дальше. Коридор сузился, стены стали светлее. Впереди уже чувствовался лёгкий сквозняк и запах металла с примесью авиационного топлива — тот самый запах, который бывает только возле самолётов.Когда они вышли на телетрап, Артём остановился как вкопанный. Перед ними простирался длинный крытый переход с мягким полом и низкими перилами. В конце перехода виднелся открытый люк самолёта. Сам самолёт стоял чуть ниже, белый, с синей полосой вдоль фюзеляжа, огромный и при этом странно лёгкий на вид.— Смотрите какой он… — начал Артём шёпотом. — Красивый. Очень красивый. Тор, смотри, какой большой!Отец положил руку ему на плечо:— Да, красивый. И большой. Идём, не задерживай очередь.Они двинулись по трапу. Пол слегка пружинил под ногами. По бокам через узкие окна было видно бетон, жёлтые разметки, багажные тележки, которые уже подъезжали к другому самолёту. Артём шёл медленно, всё время оборачиваясь назад, будто боялся, что переход исчезнет. Катя шла сзади, придерживая его за капюшон куртки, чтобы он не споткнулся.У входа в самолёт стояли две стюардессы. Одна улыбалась, вторая проверяла посадочные. Отец протянул телефоны с кодами. Стюардесса быстро просканировала, кивнула и жестом пригласила внутрь. Артём в этот момент уже не смотрел на них. Он вырвался вперёд, едва не задев соседнего пассажира, и побежал по узкому проходу между креслами.— Артём! — окликнула Катя, но он уже был далеко впереди.Он бежал, прижимая динозавра одной рукой, а самолётик — другой, и громко объявлял:— Наши места! Двадцать третий ряд! Я нашёл!Стюардессы переглянулись, но ничего не сказали. Отец извинился за сына кивком головы и быстро пошёл следом. Катя шла последней, стараясь не задевать чужие сумки, которые уже начали ставить на верхние полки.Салон был ещё почти пустым. Кресла стояли аккуратными рядами, над ними горели мягкие лампы, в воздухе пахло новой обивкой и лёгким запахом кондиционера. Артём уже сидел на среднем месте, пристегнув ремень через себя и через динозавра. Он пытался застегнуть пряжку одной рукой, второй продолжая держать самолётик.— Он тоже должен быть пристёгнут, — объяснил он отцу, когда тот подошёл. — А то если тряхнёт — улетит.Отец помог затянуть ремень так, чтобы динозавр оказался прижат к животу мальчика. Катя села у прохода, отец — посередине. Артём сел у окна, довольный и важный.— Наконец-то я у окна! — радостно сказал он, прижимаясь носом к стеклу. — Тор, смотри, какие окошки! Там внизу машинки ездят. Маленькие. Как игрушечные.За окном действительно двигались служебные машины, люди в жилетах, тягачи. Самолёт пока стоял неподвижно. Стюардессы проходили по проходу, проверяя, все ли пристегнулись, закрывая полки. Одна из них остановилась возле их ряда и вежливо спросила, нужна ли помощь с ремнями. Артём покачал головой:— Мы уже. И Тор тоже.Стюардесса улыбнулась и пошла дальше.Катя достала из сумки маленькую бутылку воды и предложила сыну сделать глоток. Отец ещё раз проверил, что паспорта лежат в боковом кармане рюкзака, а не в основном отделении. Потом достал телефон, выключил звук и убрал его в режим полёта. Артём всё это время рассказывал динозавру, что сейчас будет шуметь двигатель, но это нормально, и что небо очень высокое, и что облака мягкие, как вата, только холодные.Когда все пассажиры сели, двери закрыли. Раздался лёгкий шипящий звук — герметизация. Потом включили запись с правилами безопасности. Артём слушал внимательно, хотя уже знал половину наизусть из роликов, которые смотрел дома. Он повторял за диктором шёпотом и показывал динозавру, где находятся кислородные маски и где аварийные выходы.Самолёт медленно тронулся. Сначала просто покатился по перрону, потом повернул на рулёжную дорожку. Артём прижался к окну ещё сильнее. Катя положила руку ему на колено, отец смотрел вперёд, на спинки кресел.Взлёт был ровным. Самолёт разогнался, нос поднялся, и земля вдруг ушла вниз. Артём ахнул и сжал динозавра сильнее. Через минуту они уже были в воздухе. Город расползся внизу серыми и зелёными пятнами, потом скрылся под облаками.Полёт шёл спокойно. Артём сначала смотрел в окно, потом достал фломастеры и начал рисовать на маленьком блокноте, который Катя предусмотрительно положила в рюкзак. Он рисовал самолёт, динозавра в кресле и облака в виде ватных шариков. Отец иногда переключал экран на карту полёта, чтобы показать сыну, где они находятся. Катя закрыла глаза и несколько минут просто сидела, слушая ровный гул двигателей.Когда предложили еду, Артём выбрал то, что выглядело наиболее знакомо — курицу с рисом и маленький йогурт. Динозавру он тоже «дал» кусочек хлеба, положив его рядом на салфетку. Потом они смотрели мультфильм на общем экране, хотя звук Артём почти не слышал — слишком был занят тем, что происходило за окном, когда самолёт вышел из облаков и внизу показалась земля другого цвета.Посадка была мягкой. Самолёт коснулся полосы, пробежал по ней, замедлился. Артём снова прижался к стеклу:— Мы прилетели! Тор, мы прилетели!Когда самолёт остановился у терминала, стюардессы объявили, что можно вставать. Артём сразу расстегнул ремень, но динозавра придержал — «чтобы не упал». Они собрали вещи, дождались, пока передние ряды выйдут, и медленно двинулись к выходу.Телетрап здесь был такой же, как дома, только чуть короче. За окнами уже чувствовалось другое небо — более яркое, более высокое. Когда они вышли в зону прилёта, первым ударил воздух. Тёплый, сухой, с запахом пыли и чего-то сладковатого, чего не бывает в их городе.— Ой… — выдохнула Катя. — Как тепло.Отец кивнул, снимая куртку на ходу. Артём уже расстегнул свою и нёс её в одной руке, а динозавра — в другой.— Здесь совсем не холодно! Тор, чувствуешь? Можно без шапки!Они прошли по длинному коридору к паспортному контролю. Очередь была средней. Отец заранее достал все документы — свои, Катины и детский паспорт Артёма. Когда подошла их очередь, офицер внимательно посмотрел на каждого, сверил фотографии, задал пару коротких вопросов про цель поездки. Отец ответил спокойно, Катя кивнула, Артём молчал, только держал динозавра так, чтобы тот «тоже смотрел».После контроля они забрали багаж. Лента ехала медленно, чемоданы появлялись один за другим. Артём стоял впереди и первым заметил их синий чемодан с жёлтой ленточкой, которую Катя привязала ещё дома. Отец снял его, потом второй, потом рюкзак. Ещё раз пересчитали — всё на месте.В зале прилёта было шумно и людно. Люди обнимались, кто-то держал таблички с именами, кто-то уже толкал тележки с багажом к выходу. Катя оглядывалась, ища знакомое лицо. Отец достал телефон и открыл переписку с гидом.Через минуту к ним подошёл мужчина среднего возраста в светлой рубашке и с небольшой табличкой, на которой было написано их имя.— Здравствуйте! Я ваш гид, меня зовут Сергей. Добро пожаловать!Он улыбнулся, пожал руки родителям, потом присел на корточки перед Артёмом:— А это, наверное, наш главный путешественник? И его друг?Артём важно кивнул:— Это Тор. Он тоже прилетел.— Отлично. Тогда поехали, вас уже ждут.Снаружи было ещё теплее. Солнце стояло высоко, воздух дрожал над асфальтом. Автобус стоял недалеко — белый, с большими окнами. Внутри было прохладно за счёт кондиционера. Они заняли места ближе к середине. Артём снова сел у окна, прижал динозавра к стеклу и начал комментировать всё, что видел: пальмы, странные вывески, машины другого цвета, людей в лёгкой одежде.Дорога до отеля заняла около сорока минут. Город раскинулся широко, дома были светлыми, местами встречались высокие гостиницы с зеркальными окнами. Сергей по ходу рассказывал коротко, куда они едут, какой район, что рядом есть море, но не слишком близко, чтобы не было шумно ночью.Когда автобус остановился перед отелем, Артём первым увидел здание. Это был высокий белый небоскрёб с гладкими стенами и огромными панорамными окнами, которые ярко блестели на солнце. Он возвышался над окрестностями, чистый и современный.— Ой… — протянул он. — Какой красивый… Какой высокий!Катя тоже остановилась на несколько секунд, глядя вверх:— Действительно красивый. И такой высокий.Отец помог выгрузить чемоданы. Сергей прошёл с ними к ресепшену. В холле пахло свежими цветами и лёгким ароматом чего-то цитрусового. Пол блестел, на стенах висели большие картины с морем, за стойкой улыбались сотрудники в светлой форме.Пока оформляли документы, Артём ходил по холлу маленькими кругами, показывая динозавру фонтан в центре и большие мягкие кресла. Катя ещё раз проверила, что все паспорта на месте, отец расписывался в бумагах. Через десять минут им выдали ключи-карты и рассказали, на каком этаже номер, как работает лифт и где находится завтрак.Лифт был просторным и быстрым. На нужном этаже коридор оказался тихим, с мягким ковром и приглушённым светом. Когда они открыли дверь номера, Артём снова остановился на пороге.Комната была светлой, с большим панорамным окном, за которым виднелись крыши соседних зданий и кусочек неба. Две широкие кровати, диван, на котором можно было спать, небольшой столик, шкаф. На тумбочке лежали бутылки воды и небольшая ваза с фруктами.— Ой какой… — начал Артём и не закончил. Просто поставил динозавра на подоконник и сказал: — Тор, мы приехали. Теперь можно отдыхать.Катя села на край кровати и наконец полностью выдохнула. Отец поставил чемоданы у стены и открыл окно — в комнату сразу вошёл тёплый воздух с лёгким запахом моря где-то далеко.Обычный прилёт. Обычная семья. Обычный отель.
