Kitabı oxu: «Дьявол Знает Мое Имя»
Глава 1. Дьявол
Посвящается тем, кто однажды потерял человека, которого сердце всё равно продолжало искать.
Тем, кто верил, что любовь должна спасать.
И тем, кто однажды понял, что иногда она умеет ранить сильнее ненависти.
Эта история о тех, кто не смог отпустить.
И о тех, кто однажды должен был научиться отпускать.
____________
«Когда душа падает в Ад, первым приходит не Дьявол. Первым приходит тот, кто знает, что она принадлежит ему.»
- Из запрещённых писаний Небесного Архива
Она поняла, что умирает, не тогда, когда увидела кровь. Кровь была повсюду. На её ладонях, на белой ткани блузки, на холодном полу, по которому она пыталась ползти, оставляя за собой неровную багровую полосу.
Она поняла это, когда перестала чувствовать страх. Странно. Она всегда думала, что смерть должна быть похожа на ужас, на крик, на отчаянное желание жить, а внутри было только холодно. Так холодно, будто кто-то медленно вытягивал из неё всё тепло, оставляя вместо сердца пустоту.
- Пожалуйста…
Собственный голос прозвучал чужим. Слишком тихим. За дверью кто-то ходил, медленные шаги. Не спешил, он знал, что она никуда не денется. Она попыталась подняться, пальцы сорвались с гладкого пола, в глазах потемнело. Перед лицом расплывались стены, лампа под потолком и тёмный силуэт человека, стоявшего в нескольких метрах от неё. Она не видела его лица, только глаза, спокойные почти равнодушные.
- Почему? - прошептала она.
Силуэт ничего не ответил. Он просто пришёл закончить начатое. Её сердце пропустило удар, потом ещё один. Мир качнулся. Она услышала собственное дыхание хриплое, рваное, уже слишком далёкое. И вдруг вспомнила совершенно нелепую вещь.
Утро.
Чашку кофе.
Солнечный свет на кухонном столе.
Она тогда думала, что вечером купит вино, позвонит подруге, посмотрит фильм. Будущее казалось таким огромным, а теперь помещалось в нескольких коротких воспоминаниях.
Силуэт сделал шаг. Она закрыла глаза. Последнее, что почувствовала на Земле, холод. Последнее, что услышала, собственный пульс.
А потом…ничего.
* * * *
Она открыла глаза и вдохнула. Резко, жадно. Так, будто впервые за всю жизнь получила воздух, но воздух пах железом и пеплом. Чем-то древним и влажным, как камень после тысячелетнего дождя.
Она лежала на чёрной земле. Над ней не было потолка только небо. Огромное, багровое, без солнца. По нему медленно ползли тёмные облака, внутри которых вспыхивали алые молнии.
Она села, посмотрела на свои руки. Чистые, ни крови, ни порезов, ни единого следа. Она коснулась груди, сердце билось.
Вдалеке возвышались башни. Чёрные, невероятно высокие, они пронзали красное небо, а между ними тянулись мосты, висящие прямо над бездной. Где-то далеко звучал колокол.
Один удар.
Затем второй.
На третий весь мир вокруг неё словно замер.
Она обернулась и увидела их.
Сначала одного.
Потом второго.
Потом десятки.
Фигуры стояли на склонах чёрных скал и молча смотрели на неё. Некоторые были похожи на людей. У кого-то были рога, у кого-то крылья, у кого-то лица казались слишком красивыми, чтобы принадлежать живому существу. Но хуже всего были те, у кого не было лиц вообще.
Она попятилась.
- Где я?
Никто не ответил. Из темноты донёсся женский голос:
- Ты умерла.
У неё перехватило дыхание. Она попятилась ещё на шаг. Земля под её ногой дрогнула и только тогда она услышала шум, низкий, гулкий, идущий откуда-то снизу.
Она посмотрела под ноги. В чёрной земле появилась трещина. Из неё вырвался красный свет. Трещина расширилась, земля разошлась.
Она закричала. Пыталась ухватиться за камень, но пальцы сорвались. Мир рухнул. Она падала вниз, в темноту. Мимо неё проносились стены из чёрного камня, огромные ворота, цепи, уходящие в бесконечность, и лица, сотни лиц, которые смотрели на неё из темноты.
Она кричала пока голос не сорвался, пока лёгкие не перестали слушаться, пока падение не стало бесконечным и тогда кто-то поймал её. Одна рука обхватила талию, вторая легла ей на затылок. Падение остановилось. Она замерла. Между ними было всего несколько сантиметров.
Она увидела мужчину. Безумно красивого, слишком красивого для этого места.
Чёрные волосы.
Бледная кожа.
Глаза, в которых не отражался багровый свет вокруг.
Они были темнее и глубже. Как две двери, за которыми не существовало ничего, кроме ночи. Он смотрел на неё совершенно спокойно будто ждал.
- Ты не должна была сюда попасть, - произнёс он.
Она попыталась отстраниться. Его рука на её талии не позволила.
- Кто ты?
На его губах появилась едва заметная улыбка.
- Тот, кого вспоминают чаще всего…
Он поднял взгляд, его лицо изменилось совсем немного. Будто он увидел что-то, чего не ожидал увидеть.
- Интересно…
- Что?
Он снова посмотрел ей в глаза.
- Почему ты пахнешь небесами?
Где-то далеко раздался оглушительный удар. Небо расколола белая молния. Все существа вокруг преклонили колени. Мужчина не пошевелился, над Адом прозвучал голос.
Холодный.
Безжалостный.
И такой огромный, что от него задрожали сами стены мира.
- Верните её нам.
Мужчина посмотрел вверх и улыбнулся. В глазах появилось настоящее удовольствие.
- Кажется, - тихо произнёс он, - за тобой пришли.
Он поставил её на землю, но не отпустил.
- Только вот…
Его пальцы медленно сомкнулись вокруг её запястья.
- …я ещё не решил, хочу ли отдавать.
Глава 2. Тот, кто пришёл первым
«У каждого падения есть причина.Но не каждая причина принадлежит тому, кто толкнул.»
- Из книги Второго Завета, страницы, вырванные из Небесного Архива
- …Я ещё не решил, хочу ли отдавать.
Эвелин смотрела на него и пыталась понять, почему именно эти слова заставили её испугаться сильнее, чем падение. Может быть, потому что он произнёс их слишком спокойно.
Без угрозы.
Без злости.
Будто речь шла не о её душе, а о вещи, которую он случайно нашёл на дороге и теперь раздумывал, оставить ли себе.
- Отдавать кому? - спросила она.
Мужчина посмотрел на неё.
- Ты слышала.
- Я не понимаю.
Его пальцы всё ещё обхватывали запястье. Эвелин дёрнула рукой. На этот раз он отпустил, она тут же отступила.
Один шаг.
Второй.
И только тогда заметила, что они стоят посреди огромного зала. Она не знала, откуда он появился. Не помнила, как оказалась здесь. Вокруг возвышались чёрные колонны, уходящие в такую высоту, что их вершины терялись в тумане. Между ними горели длинные чаши с тёмным пламенем. Оно не давало тепла. Наоборот, от него по коже пробегал холод. Пол был выложен чёрным камнем. Под прозрачной поверхностью камня что-то двигалось.
Эвелин присмотрелась и пожалела об этом.
Лица.
Их были сотни.
Мужские.
Женские.
Старые.
Молодые.
Некоторые молчали.
Другие беззвучно кричали, раскрывая рты под толщей чёрного камня.
Эвелин резко отвернулась.
- Что это?
- Души.
- Чьи?
- Людей…
Он стоял неподалёку, засунув руки в карманы чёрных брюк, и выглядел так, будто находился не в самом страшном месте, которое она когда-либо видела, а в собственной гостиной.
- Ты издеваешься?
- Нет.
- Тогда кто ты?
Он молчал. Эвелин почувствовала, как внутри поднимается злость. Страх она пока не могла победить, но злость могла.
- Я спросила, кто ты.
Он медленно поднял на неё взгляд.
- Вэйл.
Одно слово.
И почему-то зал изменился. Не буквально, но что-то произошло. Где-то далеко стих шёпот, пламя в чашах одновременно склонилось в одну сторону, даже лица под полом замерли.
Эвелин заметила это. На его губах появилась тень улыбки.
- Теперь ты знаешь.
- И что это должно значить?
- Для тебя пока ничего.
- А для остальных?
- Для остальных достаточно.
Эвелин оглянулась. Несколько существ, стоявших у дальней стены, действительно опустили головы. Кто-то даже отступил.
- Ты здесь главный?
- Нет.
Ответ прозвучал слишком быстро.
- Тогда кто?
Вэйл улыбнулся.
- Очень скоро ты начнёшь задавать правильные вопросы.
- А сейчас?
- Сейчас ты задаёшь человеческие.
Эвелин сжала пальцы.
- Я человек.
- Была.
Тишина. Слово ударило сильнее пощёчины.
- Что значит «была»?
Вэйл ничего не ответил. Она почувствовала, как внутри всё сжимается.
- Я умерла?
- Да.
- Но я дышу и у меня бьется сердце.
- Пока что.
- Что значит «пока»?
Он посмотрел на неё так, будто впервые заметил в ней что-то интересное.
- Ты действительно ничего не помнишь?
- Помню.
- Тогда расскажи.
Эвелин закрыла глаза. Снова возникло утро.
Кофе.
Солнце.
Белая чашка.
А потом кровь.
Холодный пол.
Чужие глаза.
Она резко открыла глаза.
- Меня убили.
Вэйл не изменился в лице.
- Кто?
- Не знаю.
- Ты видела его?
- Наверное…
Собственный крик отразился от стен. Вэйл не шелохнулся.
- Лицо?
- Я не помню.
- Голос?
- Нет.
- Оружие?
Она замолчала. Что-то мелькнуло в памяти.
Не лицо.
Не голос.
Рука. На пальце кольцо. Чёрное, с тонкой серебряной линией посередине.
- Кольцо, - прошептала она.
Вэйл медленно подошёл. Эвелин не отступила. Не потому, что не боялась, потому что не хотела показывать страх.
Он остановился совсем близко.
- Осторожнее, Эвелин.
Она вздрогнула.
- Я не говорила тебе своего имени.
- Нет.
- Тогда откуда ты его знаешь?
Он наклонил голову.
- Я же сказал. Я знаю о тебе гораздо больше, чем твоё имя.
Её сердце забилось сильнее. Вэйл протянул руку. Эвелин напряглась, но он лишь коснулся пальцами её подбородка и повернул лицо к свету.
Его взгляд стал внимательнее.
- Странно.
- Что?
Он провёл большим пальцем по её щеке. Совершенно медленно, будто проверял, действительно ли она существует.
- Ты не должна была пережить переход.
- Какой переход?
Вэйл убрал руку.
- Из жизни в смерть.
- Я умерла.
- Нет.
Она нахмурилась.
- Только что ты сказал…
- Ты умерла на Земле.
Он посмотрел ей прямо в глаза.
- Но твоя душа не умерла.
Эвелин почувствовала, как холодок проходит по спине.
- Я не понимаю.
- Это потому, что тебе никто не сказал правду.
- Какую?
Он отвернулся.
- Ты не должна была попасть в Ад.
- Но я здесь.
- Именно.
В глубине дворца раздался звук, три коротких удара.
Вэйл замер. На этот раз Эвелин увидела, как исчезло безразличие. Он действительно насторожился.
- Что это?
Он не ответил. Удары повторились, только теперь они были громче. Вэйл посмотрел на огромные двери в конце зала. Они начали открываться, медленно, сами по себе. За ними не было коридора только белый свет.
Она увидела мужчину с белыми крыльями. Он стоял по ту сторону дверей.
Высокий.
Безупречный.
Светлые волосы падали на лоб, лицо казалось почти неземным, а глаза были такими чистыми, что Эвелин захотелось плакать. Он смотрел только на неё.
Не на Вэйла.
Не на Ад.
На неё.
- Эвелин.
Её сердце болезненно сжалось.
- Ты…
Он сделал шаг вперёд.
- Я пришёл за тобой.
Вэйл тихо рассмеялся.
- Как быстро.
Ангел перевёл взгляд на него и весь зал словно стал теснее.
- Отойди от неё, Вэйл.
- Нет.
- Это приказ.
- Я не подчиняюсь твоим приказам, Саэль.
Ангел сделал шаг.
- Она принадлежит Небесам.
Вэйл улыбнулся.
- Вот теперь начинается самое интересное.
Он посмотрел на Эвелин.
- Если бы она принадлежала Небесам, то не попала бы в мое царство, а как вы говорите «вознеслась» бы.
Ангел замолчал. Вэйл медленно повернулся к ней.
- Видишь, Эвелин?
Он говорил тихо почти ласково.
- Ты не ошибка.
Он сделал паузу.
- Ты чья-то тайна.
А затем над ними раздался голос.
Тот самый.
Холодный.
Безжалостный.
Только теперь в нём звучало не требование.
Предупреждение.
- Не позволяйте ей вспомнить.
Эвелин застыла, Вэйл поднял голову, Ангел побледнел. Оба посмотрели на неё одинаково.
Не как на душу.
Не как на человека.
А как на что-то, чего они боялись.
Глава 3. Сделка
«Боги не заключают сделок с Дьяволом. Они лишь называют сделкой то, чего сами боятся пожелать.»
- Из утраченных записей Первого Архива
В Аду не существовало тишины. Эвелин поняла это только сейчас. Даже когда никто не говорил, мир продолжал звучать. Где-то под каменным полом текла вода, тяжёлая, густая, с металлическим привкусом, который ощущался даже на расстоянии. В стенах шевелились тени. Издалека доносился глухой звон цепей, а иногда протяжный стон, настолько низкий, что его можно было принять за движение самой земли.
Саэль стоял напротив Вэйла. Белые крылья за его спиной казались почти ослепительными на фоне чёрного зала. На каждом пере лежал тончайший отблеск света, и Эвелин подумала, что красота может быть пугающей.
Ангел выглядел так, будто Ад не имел права прикасаться к нему. Но Ад всё равно касался, на кончиках его крыльев проступал серый пепел.
Саэль заметил её взгляд и едва заметно сложил крылья.
- Нам нужно уходить.
- Куда?
- Туда, где ты должна быть.
Вэйл тихо усмехнулся. Звук прокатился по залу, и несколько огней в чашах погасли.
- Она никуда не пойдёт.
- Ты знаешь правила.
- Знаю.
- Тогда отпусти её.
Вэйл медленно поднял взгляд.
- Ты действительно думаешь, что я отпущу душу, которая каким-то образом упала через Врата Перехода прямо в моё царство?
- Это не твоя душа.
- Пока нет.
Эвелин почувствовала раздражение.
- Хватит говорить обо мне так, будто меня здесь нет.
Оба посмотрели на неё. Вэйл первым улыбнулся.
- Вот поэтому мне она и нравится.
- Я не просила тебе нравиться.
- Я знаю.
Он прошёл мимо неё.
- И именно поэтому ты мне нравишься ещё больше, Небесная.
Эвелин закатила глаза и последовала за ним. Саэль некоторое время молчал, потом тоже пошёл следом.
Дворец Вэйла был больше, чем казался снаружи. Коридоры не имели привычных стен. Вместо них между колоннами висела тёмная дымка, в которой иногда проступали чужие силуэты. Они шли по мостам, проложенным над огромной пропастью, и Эвелин старалась не смотреть вниз. Один раз посмотрела и пожалела. Под мостом не было земли, там находился город, ещё один слой Ада.
Башни стояли вверх ногами, их вершины уходили в багровую пустоту. По улицам двигались крошечные огни. Некоторые поднимались вверх, некоторые падали вниз.
- Они живые? - спросила Эвелин.
Вэйл даже не повернулся.
- Не все.
Эвелин сглотнула.
- Почему они продолжают двигаться?
Он остановился, посмотрел вниз.
- Потому что не всякая смерть означает конец.
Эвелин ничего не ответила. Перед ними возникли огромные двери, она увидела символ.
Круг.
Одна половина белая.
Другая чёрная.
А между ними золотая линия.
Эвелин протянула руку. Вэйл резко перехватил запястье.
- Не трогай.
- Почему?
- Потому что я сказал.
- Это не ответ.
- Для тебя пока достаточно.
Эвелин попыталась высвободиться. Он отпустил, она коснулась двери и мир исчез. Она стояла посреди белого пространства, под ногами не было пола, над головой не было неба. Вокруг существовала только бесконечная белизна. Перед ней стояли двое, один в чёрном, другой в белом, они держали её за руки и между ними натянулась золотая нить.
- Кто вы?
Они не ответили. Эвелин заметила, что один из них смотрел на неё с любовью, другой с ненавистью.
Золотая нить лопнула. Она закричала и вернулась.
Эвелин резко отдёрнула руку. Вейл стоял перед ней, его лицо впервые было лишено привычной насмешки.
- Что ты видела?
Она тяжело дышала.
- Не знаю.
- Эвелин.
- Я сказала, не знаю.
Он смотрел на неё несколько секунд потом отвернулся.
- Идём.
Саэль не сводил с неё глаз, но тоже ничего не сказал.
Двери открылись. За ними находился зал, он напоминал храм, построенный для богов, давно забывших, что такое молитва. Свод терялся в темноте, под ним висели тысячи стеклянных сфер, в каждой двигался свет. Некоторые были яркими, другие едва тлели.
Эвелин остановилась.
- Что это?
- Души, - ответил Саэль.
- Здесь?
- Это наподобие архива.
Вэйл пошёл вперёд.
- Не совсем.
Он провёл пальцами по одной из сфер, внутри вспыхнуло изображение.
Маленькая девочка.
Женщина.
Старик.
Три жизни.
Одна душа.
Эвелин почувствовала, как по коже прошёл холод.
- Они всё помнят?
- Нет, - сказал Вэйл. - Здесь хранится то, что им позволили помнить.
Она повернулась к нему.
- А что не позволили?
- Ты стала задавать правильные вопросы.
Саэль подошёл ближе.
- Мы здесь не для этого.
- Нет, - ответил Вэйл. - Мы здесь именно для этого.
В центре зала находился круг, но теперь Эвелин заметила то, чего раньше не видела. За кругом начиналась тонкая золотая линия, она уходила в стены, поднималась вверх и терялась среди стеклянных сфер.
- Что это?
Саэль ответил не сразу.
- Граница договора.
- Какого договора?
Вэйл посмотрел на него.
- Того, который мы сейчас заключим.
Эвелин перевела взгляд с одного на другого.
- Простите?
Вэйл вошёл в круг, под его ногами чёрный камень пошёл рябью.
- Ты хотела знать, почему не можешь вернуться.
- Да.
- Тогда смотри.
Он протянул руку, на ладони появилась тонкая линия крови.
Не ярко-красная.
Почти чёрная.
Капля упала на камень.
Зал содрогнулся, сотни стеклянных сфер одновременно зазвенели. Саэль резко расправил крылья, белое перо сорвалось и медленно опустилось на пол.
Он вошёл в круг следом.
- Вэйл, ещё не поздно отказаться.
- Для тебя возможно.
- Для неё.
Вэйл снова взглянул на Эвелин.
- Уже нет.
Саэль положил ладонь на противоположную часть круга, свет вспыхнул. Чёрный камень под ногами раскололся золотой линией, две силы встретились в центре и тогда появился свиток. Он возник из пустоты между ними.
Чёрная кожа.
Золотые края.
На поверхности не было ни одной буквы.
- Ты можешь уйти и отказаться… Но… - произнес Вейл.
Саэль посмотрел на него с недоверием.
- Но тогда ты никогда не узнаешь, почему оказалась здесь.
Эвелин почувствовала, как внутри поднимается знакомое раздражение.
Она посмотрела на Саэля.
- А если уйду с тобой?
Саэль сделал шаг.
- Я отведу тебя туда, где тебе больше ничего не будет угрожать.
- И моя память?
Он замолчал. Эвелин уже знала ответ.
- Я забуду?
- Возможно.
Она усмехнулась.
- Вы все любите это слово.
Саэль ничего не ответил.
- А если останусь?
- Тогда начнётся игра.
Саэль резко произнёс.
- Это не игра.
- Для тебя нет.
Эвелин посмотрела на свиток.
- Какие правила?
Вместо ответа первая строка вспыхнула сама.
ТРИДЦАТЬ ДНЕЙ.
Золотые буквы прожгли чёрную поверхность.
Эвелин нахмурилась.
- Что будет через тридцать дней?
Свиток ответил.
ПРОИЗОЙДЁТ ВЫБОР.
Следующая строка появилась медленнее.
НО ВЫБОР ДОЛЖЕН БЫТЬ СДЕЛАН СВОБОДНОЙ ВОЛЕЙ.
- То есть вы не можете заставить меня?
- Нет.
На свитке появились новые слова.
ДЬЯВОЛ МОЖЕТ ИСКУШАТЬ.
Эвелин почувствовала, как взгляд Вэйла задержался на ней.
Следующая строка:
АНГЕЛ МОЖЕТ УБЕЖДАТЬ.
Саэль сжал пальцы.
НИ ОДИН НЕ МОЖЕТ ЛИШИТЬ ДУШУ СВОБОДНОЙ ВОЛИ.
Эвелин выдохнула.
- Значит, я должна сама выбрать.
- Да, - ответил Саэль.
- Между чем?
Свиток вспыхнул.
СВЕТОМ.
Белое сияние.
ИЛИ ТЬМОЙ.
Чёрное пламя.
Они столкнулись над кругом.
Эвелин отступила.
- А если я не хочу ни того, ни другого?
Тишина.
На свитке появилась новая строка.
ТРЕТИЙ ВЫБОР НЕ ПРЕДУСМОТРЕН.
Эвелин усмехнулась.
- Тогда, может быть, пора изменить правила.
Вэйл посмотрел на неё так, будто она только что сказала что-то совершенно невероятное и уголок его губ медленно поднялся.
- Именно поэтому я заключаю это пари.
Свиток дрогнул.
ПОБЕДИТЕЛЬ ПОЛУЧИТ ПРАВО ОПРЕДЕЛИТЬ ДАЛЬНЕЙШУЮ СУДЬБУ ДУШИ.
- А проигравший?
Слова появились сами.
ПРОИГРАВШИЙ ОТКАЗЫВАЕТСЯ ОТ ПРАВА ПРИБЛИЖАТЬСЯ К ЭВЕЛИН ПОСЛЕ ОКОНЧАНИЯ ДОГОВОРА.
Саэль закрыл глаза. Вэйл перестал улыбаться. Почему эта строка задела его сильнее остальных? Она не успела спросить. Свиток почернел.
Последние слова проступили медленно.
ИСТИННОЕ ПРОИСХОЖДЕНИЕ ДУШИ НЕ МОЖЕТ БЫТЬ РАСКРЫТО ДО ОКОНЧАНИЯ ДОГОВОРА.
Эвелин замерла.
- Моё происхождение?
Никто не ответил.
- Что вы знаете?
Саэль сделал шаг.
- Эвелин…
- Не надо.
Она подняла руку.
- Не говори мне, что всё будет хорошо.
Ангел замолчал. Эвелин снова посмотрела на свиток.
- А если я скажу нет?
Вэйл ответил спокойно:
- Договор не состоится.
- И что тогда?
- Саэль заберёт тебя на Небеса.
Эвелин закрыла глаза, снова возникла кухня.
Солнечный прямоугольник на столе.
Белая чашка.
Запах кофе.
Телефон, лежавший рядом.
Обычное утро.
Её утро.
А потом кровь.
Холодный пол.
Чужая рука.
Кольцо.
Чёрное.
С серебряной линией посередине.
Она открыла глаза.
- Если я уйду с тобой… я никогда не узнаю кто меня убил?
- Память смертного не всегда сохраняется после перехода.
Последнее, что связывало её с прежней жизнью.
- Значит, забуду.
- Эвелин…
Она покачала головой, снова вспыхнуло то утро. Она вспомнила, как держала чашку, как собиралась вечером позвонить подруге. Как думала о том, что завтра нужно купить продукты и была уверена, что у неё есть завтра. А потом кто-то решил, что его у неё больше не будет и самое страшное было не то, что её убили. Самым страшным было то, что убийца знал, что делает, он пришёл не случайно.
Он не ошибся дверью, не оказался рядом по воле обстоятельств. Он пришёл за ней.
Эвелин медленно сжала пальцы.
- Кто-то убил меня.
Саэль молчал.
- И вы хотите, чтобы я просто ушла?
- Я хочу спасти тебя, - тихо сказал Ангел.
- От чего?
Он не ответил.
Она повернулась к Вэйлу.
- А ты знаешь?
Вэйл не ответил сразу.
- Знаю достаточно.
- Чтобы понять, кто меня убил?
- Возможно.
- Почему не сказал сразу?
- Потому что ты не задавала правильный вопрос.
Эвелин почувствовала, как злость становится почти физической.
- Хорошо.
Она сделала шаг к нему.
- Кто убил меня?
Вэйл смотрел ей прямо в глаза.
- Тот, кто не хотел, чтобы ты вспомнила.
Сердце Эвелин болезненно ударило.
- Что вспомнила?
Вэйл замолчал, Саэль отвернулся. Эвелин поняла главное, они оба что-то скрывали.
Не потому, что хотели её обмануть, а потому что боялись её.
Её памяти.
Её прошлого.
И если Небеса были готовы забрать её туда, где она всё забудет, а Ад оставить здесь, где ответы можно было вырвать из самой тьмы, выбор вдруг перестал казаться сложным.
Эвелин посмотрела на белые крылья Саэля, на чёрные глаза Вэйла, на свиток между ними.
Она уже умерла, у неё забрали жизнь, она не собиралась позволять им забрать ещё и правду.
- Я не хочу уходить.
Саэль сделал шаг к ней.
- Эвелин, ты не понимаешь, во что ввязываешься.
Она сглотнула, но не отступила.
- Я уже умерла один раз.
Её взгляд скользнул по Вэйлу.
- Второй раз я позволю себе выбрать сама.
Вэйл смотрел на неё совершенно неподвижно. Эвелин повернулась к нему.
- Я остаюсь.
- Почему?
Она выдержала его взгляд.
- Потому что хочу узнать правду.
Он ничего не сказал.
- Кто меня убил. Почему я оказалась здесь. Почему вы оба боитесь моей памяти.
Она коснулась золотой линии на свитке.
- И почему Небеса так сильно хотят забрать меня обратно.
На последних словах Саэль побледнел, Эвелин заметила.
- Теперь я хочу знать ещё кое-что.
Вэйл слегка склонил голову.
- Говори…
- Чего вы боитесь больше?
Его улыбка исчезла.
- Меня?
Она перевела взгляд на Саэля.
- Или того, что я могу вспомнить?
Саэль резко вдохнул. Золотая линия вокруг круга вспыхнула, свиток задрожал, на нём появилась новая строка.
ТРЕТЬЕМУ УЧАСТНИКУ ДОГОВОРА ПРЕДОСТАВЛЯЕТСЯ ПРАВО НА СОБСТВЕННЫЙ ВЫБОР.
- Я заинтригован… - прошептал Вэйл.
- Я могу изменить их ещё раз?
- Если договор позволит.
Эвелин положила ладонь на чёрную поверхность, кожа под её пальцами оказалась тёплой, свиток задрожал, по краям вспыхнуло золотое пламя. Звук был похож на удар колокола. В тот же миг золотая нить вырвалась из круга и обвила её запястье. Эвелин вскрикнула, боль была короткой. На её коже появился тонкий знак, не чёрный и не белый.
Золотой.
Вэйл резко изменился в лице. Саэль побледнел.
Появилась ещё одна строка.
ДОГОВОР ПРИНЯТ ВСЕМИ ТРЕМЯ СТОРОНАМИ.
- Значит, теперь я тоже играю.
Вэйл подошёл ближе.
- Нет, Небесная.
Его голос звучал почти шёпотом.
- Теперь ты можешь выиграть.
Над ними раздался треск, одна из тысяч стеклянных сфер лопнула, свет вырвался наружу. В нём на мгновение возникло лицо Эвелин только намного старше.
Настоящая Эвелин смотрела прямо на Вэйла и произнесла всего два слова.
- Ты опоздал.
Сфера погасла, Вэйл застыл. Он выглядел не удивлённым, он выглядел так, будто увидел призрака.
Саэль прошептал:
- Она вспомнила.
Вэйл медленно повернулся к нему.
- Нет.
Его взгляд вернулся к Эвелин.
- Она начала.
За пределами Небес и Ада, что-то проснулось.
Глава 4. Правила игры
«Самая опасная тьма не та, что живёт в сердце Дьявола. Опаснее та, которая однажды просыпается в сердце святого.»
- Из запрещённого комментария к Третьему Завету
После заключения договора Ад изменился. Эвелин не сразу поняла, что именно стало другим, сначала ей показалось, что просто исчез шум, цепи больше не звенели, вода под каменными плитами стихла. Даже тени, прежде беспрерывно двигавшиеся по стенам, замерли, будто весь дворец на несколько мгновений задержал дыхание. А потом заговорили колокола.
Один.
Второй.
Третий.
И каждый удар отдавался где-то внутри неё. На четвёртом золотой знак на запястье вспыхнул.
Эвелин резко подняла запястье, тонкая золотая линия под кожей пульсировала, словно была частью её кровеносной системы.
- Это метка договора, - наконец сказал Вэйл.
- И что она делает?
- Напоминает тебе, что у тебя есть тридцать дней.
- Очень заботливо.
В уголке его губ появилась улыбка.
- Я могу сделать её менее заметной.
- Каким образом?
- Отменить сделку.
Эвелин фыркнула.
- Ненавижу тебя.
- Ты говоришь это слишком рано.
- Прекрати! – голос Саэля оторвал их друг от друга.
Вэйл даже не удостоил его взглядом.
- Что именно Ангел мой?
- Искушать её, придурок.
- Ангелы вроде вежливые… Мы заключили пари.
Он наконец повернулся к Ангелу.
- Или ты забыл условия?
- Я ничего не забыл.
- Тогда не мешай мне играть.
Эвелин нахмурилась.
- Вы опять говорите обо мне так, будто меня здесь нет.
Вэйл сделал шаг ближе.
- Тогда слушай внимательно, Небесная…
Зал вокруг них начал меняться. Чёрный камень под ногами стал прозрачным, под ним открылась бездна, но она была не пустой, там находился город.
Огромный.
Бесконечный.
Чёрные башни поднимались из красного тумана, между ними протягивались мосты, по которым двигались тысячи существ. Где-то горели огни, где-то вспыхивали целые улицы. А над всем этим висела огромная луна, только луной она не была. Это было гигантское багровое око.
- Что это? – спросила Эвелин.
- Первый круг.
- Сколько их?
- Семь.
- И мне нужно побывать во всех?
- Нет.
- Тебе придётся увидеть гораздо больше.
Он щёлкнул пальцами, пространство перед ними разорвалось. В воздухе возникла дверь, за ней лежал лес. Чёрные деревья росли из серебристой воды. Между ветвями плавали светящиеся существа, похожие на огромных мотыльков. Их крылья были прозрачными, а внутри каждого горело маленькое человеческое сердце.
Эвелин невольно сделала шаг вперёд.
- Красиво.
- Не ходи туда.
Она остановилась.
- Они питаются воспоминаниями.
- Моими?
- Любым.
Вэйл закрыл дверь, появилась другая. На этот раз за ней находился город, построенный из белого камня, и он был прекрасен. Белые башни плавали в облаках. По улицам текли реки света. Над крышами кружили сотни ангелов.
Эвелин почувствовала, как сердце болезненно сжалось. Саэль смотрел на город, в его глазах появилось что-то похожее на тоску.
- Это Небеса?
- Один из их нижних уровней, - ответил он.
Вэйл закрыл дверь.
- Тебе туда тоже нельзя.
- Зачем показываешь тогда, если мне никуда нельзя?
На лице появилась хитрая улыбка.
- Идём.
- Куда?
- В место, где ты будешь жить.
- Я буду жить здесь?
- Тридцать дней.
- В Аду?
- В моём дворце.
- Это должно меня успокоить?
- Нет.
- Отлично.
Она пошла следом.
Её комнаты находились в западном крыле дворца. Высокие окна выходили прямо в багровое небо. На полу лежал тёмный ковёр, настолько мягкий, что ноги тонули в нём. Вдоль стен стояли книжные шкафы.
Тысячи.
Некоторые были заперты цепями.
Некоторые шептали.
Одна книга тихо произнесла её имя.
Эвелин резко обернулась. На полке лежал толстый чёрный том.
- Ты слышал? - спросила она.
Вэйл стоял в дверях.
- Нет…
- Она назвала мое имя…
Он подошёл к полке, взял книгу и бросил в огонь.
Эвелин подбежала.
- Эй!
Книга закричала, не громко, но человеческим голосом. Эвелин будто почувствовала ее боль.
- Зачем ты это сделал?
- Она знала слишком много.
- О чём?
Он повернулся.
- О тебе.
- Почему ты так боишься, что я что-нибудь вспомню?
Вэйл долго молчал, потом произнёс.
- Потому что некоторые воспоминания убивают второй раз.
Он вышел, Эвелин осталась одна. Она подошла к окну. Внизу, далеко под дворцом, двигался Ад.
Возможно, Вэйл боялся не того, что она вспомнит.
Возможно…
Он боялся того, кого она вспомнит.
* * * *
Ночью Эвелин не спала, лежала на огромной кровати и смотрела в потолок. Здесь не было звёзд только медленно движущиеся тени.
Она закрыла глаза и снова увидела кухню.
Кофе.
Солнце.
Кольцо.
Но теперь было кое-что ещё.
Голос.
Мужской.
Он произносил её имя.
Не так, как Саэль.
Не так, как Вэйл.
Голос был мягким.
Почти нежным.
- Эвелин.
Она резко открыла глаза, сердце билось слишком быстро. На запястье горела золотая метка.
Она встала, подошла к зеркалу. Её отражение улыбалось, а она нет. Эвелин медленно подняла руку, отражение сделало то же самое, но глаза были другими.
Тёмными.
Почти чёрными.
И на мгновение ей показалось, что за спиной стоит мужчина.
Она обернулась.
Никого.
Снова посмотрела в зеркало, теперь отражение было нормальным.
Эвелин коснулась стекла.
- Кто ты?
Отражение прошептало:
- Моя Тьма.
Она отшатнулась, зеркало треснуло.
Один раз.
Другой.
Разлетелось на кусочки.
За ним оказалась стена, надпись на ней было написано кровью:
НЕ ВСПОМИНАЙ ЕГО.
Эвелин смотрела на слова. И почувствовала глубокую и необъяснимую злость. Она провела пальцами по надписи, кровь оказалась тёплой. Дверь распахнулась, Вэйл стоял на пороге. Взгляд мгновенно упал на разбитое зеркало, потом на надпись.
Он побледнел.
- Что ты видела?
- Ничего.
- Эвелин.
- Я сказала ничего.
Он остановился перед ней, она подняла голову и прошептала.
- Моя Тьма.
Что-то произошло в его взгляде. Вспышка острой, невыносимой боли, настолько быстрая, что Эвелин почти решила, будто ей показалось.
Вэйл резко схватил её за талию, притягивая к себе с такой силой, что она вскрикнула, врезавшись в его твердую грудь. Его ладонь переместилась на её затылок, пальцы грубо запутались в волосах, заставляя запрокинуть голову.
Вэйл впился в её губы жадным, почти отчаянным поцелуем. Это не было нежностью, это была борьба, попытка заглушить ту самую Тьму, о которой она сказала. Он кусал её нижнюю губу, проникая языком глубоко в рот, забирая всё дыхание.
В памяти Эвелин промелькнуло узнавание. Она знала, как он наклоняет голову, знала, куда ложится его ладонь. Знала это странное мгновение перед тем, как он касается её губ, будто всегда давал ей одну короткую секунду перед тем, как лишить её возможности думать.
Эвелин резко вдохнула.
Я никогда с ним не целовалась.
Эта мысль вспыхнула в голове.
И тут же другая, чужая и совершенно невозможная, ответила.
Целовалась.
Её пальцы сами собой сжались на его плечах. Поцелуй был глубоким, жадным, лишённым привычной вежливости, за которой люди прячут желание. Но Эвелин пугало не это, её пугало то, что внутри неё что-то отвечало ему.
Не желание.
Не доверие.
Память тела.
Она отстранилась всего на несколько сантиметров, пытаясь вдохнуть.
Вэйл тоже замер, их лбы почти соприкасались. Эвелин смотрела ему в глаза и не могла понять, почему собственное сердце бьётся так, будто она только что вернулась домой.
- Почему… - голос сорвался. - Почему мне кажется, что я уже это чувствовала?
Вэйл побледнел. Эвелин коснулась пальцами собственных губ, они дрожали и вдруг её накрыло.
Запах дыма.
Холодный ветер.
Чужие пальцы, переплетённые с её.
Смех.
Её собственный смех.
А затем тот же голос:
- Небесная…
Эвелин резко зажмурилась, перед ней возник сад.
Чёрное небо.
Белые цветы под инеем.
Две луны в серебряной воде.
И мужчина, стоящий напротив неё, она не видела его лица, но знала, кто это. Знала настолько глубоко, что от этого стало больно.
Эвелин открыла глаза. Вэйл смотрел на неё, всего на мгновение она увидела в нём не Дьявола, а мужчину, который только что потерял что-то во второй раз.
- Кто ты для меня? - прошептала она.
Вэйл не ответил.
- Вэйл…
Его взгляд дрогнул. Боль пронзила её висок. Эвелин схватилась за голову, перед глазами мелькнула рука.
Мужская.
На пальце чёрное кольцо с тонкой серебряной линией.
То самое.
Она уже видела его.
На Земле.
В день своей смерти.
Золотая метка на её запястье вспыхнула.
По коже пробежал холод.
А затем под золотой линией начали проступать новые слова.
Сначала одна буква.
Потом вторая.
Третья.
Эвелин смотрела, как надпись появляется прямо под её кожей.
ПЕРВОЕ ВОСПОМИНАНИЕ ПРОБУЖДЕНО.
- Нет…
Эвелин подняла на него глаза.
Теперь в них было не только замешательство, там появился настоящий страх.
И теперь она знала только одно, она уже слышала этот голос раньше.
Очень давно.
До своей смерти.
До Земли.
До Ада.
И самое страшное было не в том, что она узнала голос. Самое страшное, её сердце узнало его раньше неё…
Глава 5. Цена выбора
«Иногда человек совершает добро не потому, что в нём нет тьмы. А потому, что даже тьма может кого-то любить.»
- Из последней записи Хранителя Переходов
Утро в Аду не наступило. Здесь вообще не было утра. Багровое небо за окнами дворца оставалось одинаково неподвижным, но Эвелин уже научилась различать время по звукам.
Ночью Ад шептал, днём кричал, а сейчас молчал. Она стояла у окна и смотрела вниз. Город простирался под дворцом на многие километры. Чёрные башни уходили в красный туман, мосты соединяли их между собой, а по улицам двигались души. Одни шли молча, другие спорили, некоторые смеялись, некоторые пытались бежать, но никто не поднимал голову к дворцу. Будто даже здесь существовали вещи, на которые запрещено смотреть.
- Не нравится что видишь?
Голос Вэйла прозвучал за спиной. Эвелин не обернулась.
- Я ещё не решила.
- Это хорошее начало.
- Для чего?
- Для тридцати дней.
Она повернулась, Вэйл стоял у двери. На нём снова была чёрная рубашка, ворот расстёгнут, тёмные волосы слегка растрёпаны. Он выглядел слишком живым для существа, которое должно было принадлежать мёртвым.
- Как ты вошёл?
- Через дверь.
- Она была заперта.
- Для тебя.
Эвелин закатила глаза.
- Ты всегда такой самодовольный?
- Только когда рядом есть кому раздражаться.
Он подошёл ближе. Эвелин заметила, что взгляд остановился на её запястье.
Золотая метка.
Тридцать дней.
- Сколько осталось? - спросила она.
- Двадцать девять.
- Идём. Ты вчера спрашивала, какие здесь правила.
Он протянул руку.
- Сегодня я покажу тебе одно из них.
Эвелин посмотрела на ладонь.
- А если я не пойду?
- Тогда я понесу тебя.
- Звучит заманчиво…
На его губах появилась улыбка.
- Вот теперь узнаю тебя.
Эвелин нахмурилась.
- Что ты сказал?
- Ничего.
Но в его глазах уже мелькнула та самая тень, которую она видела раньше.
Боль.
Слишком знакомая.
Слишком личная.
Они спускались довольно долго. Дворец менялся с каждым этажом. Чёрный мрамор уступал место тёмному стеклу. Под ногами начали появляться странные символы, похожие на древние письмена. Некоторые светились изнутри, другие двигались, словно были живыми.
- Что это?
- Имена.
- Чьи?
- Всех, кто заключал здесь договор.
Эвелин остановилась.
- Всех?
- Почти.
- А где твоё?
Вэйл продолжил идти.
- Моего нет.
- Почему?
- Потому что я не заключаю договоры с Адом.
- Ты и есть Ад.
Он улыбнулся.
- Именно.
В конце лестницы их встретила огромная дверь, она была сделана из белого камня. Эвелин провела пальцами по поверхности.
- Белый камень в Аду звучит невозможно.
- Здесь много невозможного.
Вэйл положил ладонь на дверь, она открылась. За ней находилась площадь. Она увидела женщину, молодую и хрупкую. Она стояла босиком на чёрном камне, на руках были следы цепей, перед ней лежал маленький белый цветок.
Женщина смотрела на него и плакала.
- Кто это?
- Её зовут Мира.
- Почему она плачет?
- Она умерла три года назад спасая своего ребенка.
- Тогда почему она здесь?
Вэйл ответил спокойно.
- Потому что попросила спасти его.
- И заплатила душой.
- Да.
- И ты согласился...
- Я никогда не отказываю человеку, который знает цену своего желания.
Эвелин посмотрела на него.
- Ты говоришь так, будто это оправдывает тебя.
Он встретил её взгляд.
- Я просто объясняю правила.
Появился Саэль. Он спустился сверху, словно ступал не по воздуху, а по невидимой лестнице. Белые крылья светились.
- Не слушай его.
Вэйл усмехнулся.
- Доброе утро, Ангел мой.
- Здесь нет утра.
- Тем более.
Саэль остановился рядом с Эвелин.
- Ты не обязана участвовать в этом.
- В чём?
Он посмотрел на Миру.
- В испытании.
Эвелин повернула голову.
- Это и есть первое испытание?
Вэйл кивнул.
- Да.
- И в чём оно заключается?
- В выборе.
Перед Мирой появился каменный алтарь, на нём возникла чаша. В ней была чёрная жидкость.
- Что это?
- Плата.
- За что?
- За свободу… Все имеет свою цену, Небесная…
Эвелин посмотрела на Миру.
- Она может уйти?
- Может.
- Тогда что тебе стоит отпустить её?
- Не всё так просто.
Вэйл подошёл к алтарю.
- Мира отдала свою душу за жизнь сына. Договор исполнен. Чтобы освободить её, кто-то должен отдать нечто столь же дорогое.
- Я оплачу её долг, Вэйл…
Саэль резко произнёс:
- Эвелин, ты не обязана этого делать.
Женщина держала в руках белый цветок.
- Она должна уйти… Никто не должен попадать в Аду спасая жизнь ребенка…
Саэль покачал головой.
- Ты не можешь спасать каждого… Мир так не работает.
Эвелин тихо усмехнулась.
- Может быть, именно поэтому он так плохо и работает.
Саэль замолчал.
- Ты можешь отказаться. – сказал Вэйл
- А Мира?
- Останется здесь.
- Навсегда?
- Пока её душа не истратится.
- Душа может истратиться?
- Всё может.
- Даже любовь?
Вэйл замер. На мгновение его лицо стало совершенно неподвижным.
- Особенно любовь…
Эвелин не поняла, почему эти слова прозвучали так, будто он говорил не о Мире, а о говорил о себе.
Она отвернулась.
- Какую цену я должна заплатить?
Вэйл ответил не сразу.
- Часть души.
- Какую?
- Это решает договор.
- А если я не соглашусь с ценой?
- Я уже говорил, Мира останется здесь.
Эвелин спросила Саэля.
- Ты можешь её забрать?
- Нет… Мы не имеем право вмешиваться в договор заключённый с Адом.
- А если я отдам часть своей души?
Саэль сжал челюсть.
- Тогда ты изменишься.
- Все меняются, Саэль… Если это поможет освободить невинную женщину… Я рискну…
- Ты боишься, что я стану похожа на него?
Саэль посмотрел на Вэйла.
- Я боюсь, что ты станешь похожа на себя, которую ещё не знаешь.
Мира подняла глаза.
- Не делай этого, - прошептала она.
- Разве ты хочешь остаться в этом месте?
Мира покачала головой и улыбнулась сквозь слёзы.
- Но я не хочу, чтобы кто-то другой умирал вместо меня.
Эвелин почувствовала, как внутри что-то дрогнуло.
- Ты… не рассказал ей о цене выбора, когда заключал договор?
- Возможно…
- Ненавижу эту твою привычку.
- Какую, Небесная?
- Отвечать на вопрос так, чтобы я задавала ещё десять. И не называй меня Небесная…
Уголок его губ дрогнул.
- Зато это заставляет тебя задавать правильные вопросы.
Эвелин подошла к алтарю. На чёрной жидкости появилась её отражение, но оно было другим. Глаза темнее, губы изогнуты в холодной улыбке. Она смотрела на себя и понимала, что эта девушка ей не чужая. Она тоже была частью неё.
- Я согласна.
Эвелин протянула руку.
- Забирай что тебе нужно…
Чаша вспыхнула. Золотая метка на запястье разошлась тонкой трещиной, боль пришла мгновенно. Эвелин вскрикнула, почувствовала, будто внутри неё открылась дверь.
Перед глазами начали появляться лица.
Люди, которых она любила.
Люди, которых она когда-то простила.
Цена была не в воспоминаниях.
Не в любви.
Не в способности чувствовать.
Договор забирал прощение. Все моменты, когда она позволяла человеку причинить ей боль и всё равно оставалась рядом.
Все слова «я тебя прощаю». Все попытки понять того, кто сделал ей больно.
Они исчезали.
Один за другим.
Эвелин снова вскрикнула, Вэйл схватил за плечи.
- Достаточно.
- Нет!
- Эвелин, остановись.
- Я согласилась!
- Ты ещё можешь отказаться.
- Если я остановлюсь, она останется здесь?
Вэйл молчал.
- Ответь.
- Да.
Эвелин закрыла глаза.
- Тогда продолжай.
Чаша поглотила последнюю каплю света. Мира вскрикнула, цепи на руках рассыпались пеплом. Белый цветок на камне распустился и на площади появился ветер. Он был тёплым, таким, какого Эвелин не чувствовала с момента смерти.
Мира посмотрела на неё.
- Спасибо.
Эвелин хотела ответить, почувствовать жалость, заплакать вместе с ней, но ничего не произошло. Она смотрела на женщину и чувствовала только пустоту.
Мира исчезла в золотом свете. Эвелин поняла, что значит потерять часть себя.
Не было боли.
Не было крика.
Просто внутри образовалось место, где раньше что-то жило.
* * * *
Они шли обратно во дворец молча. Саэль и Вэйл тоже почти не говорил. Ад снова шумел вокруг них, но теперь Эвелин слышала его иначе. Каждый голос казался далёким, каждый крик чужим.
Когда они вошли в западное крыло, Эвелин увидела женщину, та стояла у дальней стены.
Седые волосы.
Тонкое лицо.
Руки, сложенные перед собой.
Эвелин остановилась.
- Эвелин?
Голос.
Она знала этот голос.
Перед глазами на мгновение возникла кухня.
Солнечный свет.
Белая чашка.
Чужие руки.
«Прости меня.»
- Ты меня помнишь? - спросила женщина.
- Да.
- Тогда ты помнишь и то, что я просила прощения?
Эвелин долго смотрела на неё.
- Да.
Женщина осторожно улыбнулась.
- Тогда… Можешь простить меня… я смогу уйти из Ада, но мне нужно твое прощение…
Она замолчала. Ждала того самого слова, которое когда-то произносила легко, которое означало, что боль больше не имеет власти.
Она открыла рот и не смогла произнести.
- Эвелин?
- Я не могу.
- Не можешь что?
Она опустила взгляд.
- Простить тебя.
Женщина побледнела.
- Но ты всегда меня прощала.
Такова цена. Эвелин могла помнить человека, понимать причины, могла даже любить, но теперь существовала черта, через которую больше не могла переступить.
Она не могла сказать:
«Я больше не держу на тебя зла.»
Эвелин медленно посмотрела на свои ладони.
- Что со мной сделали?
- Ничего.
Голос Вэйла раздался из темноты. Он стоял в нескольких метрах от них.
- С тобой ничего не сделали. Не каждый, кто просит прощения, заслуживает его. Некоторые просто хотят, чтобы ты перестала помнить, как удобно им было причинять тебе боль. Ты больше не чувствуешь вины за других, - тихо сказал Вэйл.
Эвелин посмотрела на женщину в конце коридора.
- Я понимаю, что ей больно.
- Но?
- Мне не больно вместе с ней.
Вэйл замолчал, Эвелин отвернулась.
- Ты всё ещё можешь любить, - сказал он.
- Откуда ты знаешь?
Он подошёл ближе.
- Если перестанешь любить… я узнаю об этом первый…
В конце коридора женщина исчезла. Эвелин осталась одна между двумя бессмертными.
Между белым и чёрным, между тем, кем она была, и тем, кем становилась. Она подняла запястье. Золотая линия теперь была пересечена чёрной, а между ними появилась тонкая серая полоса.
- Почему серая?
Саэль стоял у окна.
- Потому что ни Небеса, ни Ад не знают, что с тобой делать.
На запястье появилась надпись.
ПЕРВОЕ ИСПЫТАНИЕ ПРОЙДЕНО.
Под ней проступило:
ЦЕНА УПЛАЧЕНА.
А затем третья строка.
ТЬМА: 1.
- Почему тьма?
Саэль ответил:
- Потому что ты добровольно отказалась от части своей человечности.
- Но я спасла её.
- Да.
- Тогда почему это тьма?
Саэль не ответил. Эвелин повернулась к Вэйлу.
- А ты?
Он смотрел на неё так, будто перед ним стоял призрак.
- Потому что Ад не понимает милосердия.
- А Небеса?
- Небеса тоже. – прошептал Саэль.
Эвелин замолчала. Оба мира показались ей одинаковыми.
Чёрный.
Белый.
Жестокий.
Прекрасный.
Она посмотрела туда, где исчезла Мира. Она спасла её и всё же потеряла что-то сама.
Может быть, именно так работал этот мир. Нельзя было взять свет, не заплатив тьмой. Нельзя было выбрать тьму и остаться прежней, но, возможно, существовало что-то третье. Что-то, чего ещё не придумали ни Небеса, ни Ад.
* * * *
Ночью Эвелин долго не могла уснуть, сидела у окна, наблюдая, как под дворцом течёт багровый туман. Перед ней лежала книга, одна из тех, которую Вэйл не уничтожил.
Она открыла её на случайной странице. Там было написано:
«Прощение последняя дверь души.
Закрыв её, человек перестаёт быть прежним.
Но иногда только после этого он впервые становится свободным.»
Эвелин перечитала строки потом закрыла книгу. На запястье что-то вспыхнуло. Золотая, чёрная и серая линии переплетались под кожей и между ними появилась новая надпись.
ПАМЯТЬ НЕ ПРИНАДЛЕЖИТ НИ НЕБЕСАМ, НИ АДУ.
Под ней медленно проступило последнее слово:
ПРОБУЖДЕНИЕ НАЧАТО.
Она провела пальцем по коже и услышала голос.
Мужской.
Тихий.
Знакомый.
- Небесная…
Эвелин резко обернулась. В комнате никого не было. Это был тот же голос, который она слышала перед первым воспоминанием.
Эвелин медленно поднялась.
- Кто ты?
Тишина.
Она уже решила, что голос исчез, когда он прозвучал снова.
- Не бойся.
У неё перехватило дыхание. В этих словах не было угрозы, наоборот, в них было что-то настолько знакомое, что внутри сердце болезненно сжалось.
- Я знаю тебя?
Долгое молчание.
- Мы были знакомы до того, как ты узнала своё имя.
Эвелин застыла.
- Где я тебя встретила?
Ответ был почти неслышен.
- Там, где ты впервые назвала меня своей Тьмой.
Зеркало за спиной дрогнуло. На разбитом стекле, среди осколков появилось отражение. Она была не одна, за ней стоял мужчина.
Белые крылья.
Чёрное небо.
И рука, протянутая к ней.
Эвелин моргнула, отражение исчезло. Коснулась холодного стекла, на кончиках пальцев осталась тонкая серебряная пыль. Она почувствовала, как кто-то осторожно коснулся волос. Прикосновение было таким знакомым, что сердце пропустило удар.
Она обернулась. Никого, только открытое окно и багровый туман за ним. На ладони осталось одно белое перо. Эвелин сжала его пальцами и тогда голос снова прошептал.
- Небесная.
Она не знала, почему плачет и кого оплакивает. Она ещё не вспомнила его… Но до боли скучала…
Глава 6. Испытание
«Есть места, куда души приходят забыть. Но существуют места, где забывают даже сами души.»
- из запрещённых записей Хранителя Порогов
Багровое небо над дворцом медленно теряло ночную глубину, солнце так и не появлялось. Вместо него над крышами поднимался огромный серый круг, похожий на выжженное клеймо. Тусклый свет просачивался сквозь высокие окна и ложился на пол длинными полосами.
Эвелин стояла у окна и смотрела вниз. За ночь она почти не спала. После голоса, мужчины с белыми крыльями, которого она увидела в зеркале и странного ощущения, что где-то внутри неё существует жизнь, о которой она ничего не знает.
Золотая метка на запястье больше не светилась, но она казалась другой. Под золотой линией проступала тонкая чёрная нить.
Эвелин коснулась пальцем.
- Не нравится мне это.
- Мне тоже.
Она резко обернулась, Вэйл стоял в дверях. На нём была чёрная рубашка, расстёгнутая у горла. Тёмные волосы слегка падали на лоб. Татуировка, уходящая от шеи к ключице, почти полностью скрывалась тканью, но несколько чёрных линий всё-таки виднелись на коже.
Он выглядел спокойно. Эвелин скрестила руки.
- Ты умеешь входить как нормальный человек?
- Я не человек. Сегодня начнётся твоё следущее испытание.
- Какое?
- Ты отправишься в Город Забытых.
- Что там?
Вэйл подошёл к окну.
- Души, которые больше ничего о себе не помнят.
- Совсем ничего?
- Некоторые забывают имя.
Он сделал паузу.
- Некоторые лицо матери.
Пауза.
- Некоторые забывают, кого любили.
Эвелин посмотрела на него.
- А некоторые?
Вэйл встретил её взгляд.
- Забывают, зачем вообще жили.
В комнате стало тихо.
- И зачем ты отправляешь меня туда?
- Увидишь.
Дорога в Город Забытых заняла несколько часов, по крайней мере, Эвелин так показалось. В Аду время не двигалось нормально. Иногда один шаг занимал секунду, а иногда несколько минут исчезали между двумя ударами сердца.
Они ехали по дороге, которой, казалось, не существовало. Чёрные камни под ногами были покрыты тонким слоем инея. По обеим сторонам дороги стояли высокие деревья без листьев. Их стволы были белыми, словно кости, а вместо ветвей тянулись человеческие руки.
Некоторые шевелились.
Некоторые указывали в небо.
Некоторые тянулись к Эвелин.
Она старалась не смотреть.
- Они живые?
- Нет.
Деревья закончились и перед ними предстала равнина. Эвелин остановилась. На другом конце лежал город. Он был огромным и мёртвым.
Высокие здания поднимались прямо из тумана. Стены были сложены из серого камня, но окна представляли собой чёрные провалы. На улицах горели тысячи маленьких огней, только это были не фонари, это были воспоминания.
Эвелин видела их внутри стеклянных сфер, подвешенных над улицами. В одной мужчина держал на руках ребёнка, в другой женщина смеялась, стоя под дождём, в третьей старик сидел за столом и смотрел на фотографию.
Тысячи жизней.
Тысячи последних моментов.
И всё это медленно гасло.
- Это воспоминания?
- Последние.
Вэйл посмотрел на город.
- Когда душа забывает себя, воспоминания начинают отделяться от неё и попадают в это место.
- А души?
- Бродят по улицам ища себя.
Раздался колокол. Город одновременно повернул головы.
Сотни людей стояли на улицах.
Тысячи.
Мужчины.
Женщины.
Дети.
Старики.
Но лица у всех были одинаково пустыми.
Некоторые держали фотографии.
Другие письма.
Кто-то прижимал к груди детскую игрушку.
Один мужчина стоял посреди улицы и повторял:
- Я знаю её.
Снова.
- Я знаю её.
И снова:
- Я знаю её.
Эвелин посмотрела на Вэйла.
- Кто она?
- Он не помнит.
- Тогда откуда знает?
- Потому что некоторые чувства переживают память.
Эти слова заставили Вэйла на секунду замолчать. Эвелин заметила.
Он протянул ей руку.
- Дальше придется идти одной. Это твое испытание и мне нельзя вмешиваться.
- А если я не вернусь?
Вэйл подошел слишком близко и прошептал.
- Тогда я приду за тобой...
Двери города открылись, повеяло ледяным воздухом.
Эвелин сделала шаг, прежде чем войти, услышала голос Вэйла.
- Небесная.
Она обернулась, Дьявол стоял на дороге один.
- Да?
Его лицо было непроницаемым, но голос звучал тише обычного.
- Не отдавай им свои воспоминания.
Двери закрылись.
Внутри было тихо. Город оказался гораздо больше, чем выглядел снаружи. Улицы изгибались и исчезали в тумане. Дома стояли под углами, которых не могло существовать. Некоторые лестницы вели вверх, но через несколько ступеней превращались в потолок.
На стенах висели часы, тысячи часов и ни одни не показывали одно и то же время.
Эвелин прошла мимо женщины, сидевшей у фонтана. В руках та держала детскую туфельку.
- Ты знаешь, кому она принадлежит? - спросила Эвелин.
Женщина подняла глаза.
- Моей дочери.
- Где она?
Женщина задумалась.
- Не знаю.
- Как её зовут?
Молчание.
- Не знаю.
- Тогда почему ты помнишь туфельку?
Женщина заплакала.
- Потому что я не хочу забыть её окончательно.
Эвелин присела рядом, ударил колокол. Все воспоминания вокруг вспыхнули одновременно и одно из них оказалось прямо перед Эвелин.
Она увидела сад.
Белые цветы.
Две луны.
И мужчину с белыми крыльями.
Эвелин резко вдохнула. Изображение исчезло. Она поднялась, сердце колотилось. Это было не её воспоминание, по крайней мере, она так думала, пока не увидела на земле белое перо, подняла и услышала знакомый голос.
- Небесная…
Эвелин застыла, голос прозвучал с такой любовью, что она почувствовала тоску по человеку, которого не помнила.
За пределами города Вэйл открыл глаза. Он почувствовал её. Испытание уже началось, но он ещё не знал, что Эвелин только что увидела не чужое воспоминание.
Она увидела своё…
Глава 7. Та, которую он искал
«Некоторые души забывают прошлое. Но прошлое никогда не забывает их.»
- из утраченного тома Хранителя Реинкарнаций
Эвелин стояла посреди улицы и смотрела на белое перо в своей ладони. Оно было тёплым. Она провела большим пальцем по мягким волокнам, и внутри что-то болезненно дрогнуло.
Не воспоминание.
Скорее его тень.
Ей вдруг захотелось заплакать. Без причины.
- Небесная…
Голос снова прозвучал совсем рядом. Эвелин резко подняла голову.
Никого.
Только туман.
Он полз между домами, стелясь по мостовой, и временами принимал очертания человеческих фигур.
Эвелин сжала перо.
- Кто ты?
Тишина.
Она сделала несколько шагов вперёд. В конце улицы старая женщина сидела на каменных ступенях и перебирала какие-то пожелтевшие письма. Эвелин хотела пройти мимо, но женщина подняла голову.
Её глаза расширились.
- Нет…
Эвелин остановилась.
- Что?
Старуха медленно встала, письма посыпались на землю.
- Ты…
Она смотрела на Эвелин так, словно увидела мертвеца.
- Мы знакомы?
Женщина покачала головой.
- Нет.
- Тогда почему вы так на меня смотрите?
Та сделала шаг назад.
- Потому что ты снова пришла.
У Эвелин перехватило дыхание.
- Что значит «снова»?
Женщина молчала.
- Я никогда здесь не была.
- Ты говоришь это каждый раз.
Холод пробежал по спине Эвелин.
- Каждый?
Старуха посмотрела на белое перо в её руке.
- У тебя всё ещё оно.
Эвелин опустила взгляд.
- Вы знаете что это?
- А ты не помнишь?
- Нет.
На лице женщины появилась печальная улыбка.
- Конечно.
Она подняла с земли одно из писем.
- Ты никогда не помнила.
Эвелин почувствовала раздражение.
- Хватит говорить загадками.
- Тогда задай правильный вопрос.
- Какой?
Старуха протянула письмо.
- Не «кто я».
Эвелин взяла конверт.
- Кем я была для него…
Эвелин застыла.
- Для кого?
Старуха посмотрела куда-то за её плечо и прошептала.
- Для того, кто никогда не переставал тебя ждать.
Перед глазами вспыхнуло лицо. Она не успела его рассмотреть. Только глаза.
Тёмные.
И боль.
Эвелин резко прижала ладонь ко лбу. Воспоминание исчезло.
Она тяжело дышала.
- Кто он?
Старуха ничего не ответила. Вместо неё ответил город, одновременно открылись сотни окон и из каждого донёсся один и тот же шёпот.
- Небесная…
Сердце забилось так сильно, что стало больно.
- Скажите мне имя… пожалуйста… Скажите мне кто он…
Шепот разнесся снова.
- Он искал тебя все жизни…
За пределами города Вэйл стоял перед чёрным зеркалом. На его поверхности двигались улицы Города Забытых. Он видел Эвелин, старуху и белое перо в её руке.
- Она начинает вспоминать. – сказал рядом стоявший Саэль.
Вэйл не ответил.
- Ты ведь знал, что это произойдёт.
- Нет.
- Лжёшь.
Вэйл повернул голову.
- Осторожнее, Ангел.
- Ты отправил её туда именно поэтому.
- Я отправил её туда, потому что таковы условия пари.
Саэль усмехнулся.
- Конечно.
Вэйл снова посмотрел в зеркало. Эвелин всё ещё стояла на улице и держала перо.
- Если она вспомнит…
Саэль замолчал.
Вэйл закончил:
- Тогда я узнаю правду.
- А если это действительно она?
Долгое молчание.
- Тогда я проиграл.
Саэль нахмурился.
- Проиграл?
- Потому что я больше не смогу делать вид, что это просто пари. – ответил Вэйл.
* * * *
Эвелин снова шла по улице. Старуха и письма исчезла. Только одно осталось у неё в руке, она развернула его. Бумага была исписана всего несколькими словами.
«Если однажды ты снова меня забудешь, я всё равно тебя найду.»
Подписи не было. Стеклянные сферы над улицами начали разбиваться. Воспоминания хлынули наружу.
Смех.
Снег.
Музыка.
Поцелуи.
Ссоры.
Чужие руки.
Разные города.
Разные лица.
Разные жизни.
Но в каждой из них был один и тот же мужчина. Иногда он стоял далеко, иногда проходил мимо, иногда смотрел на неё так, будто знал. Но никогда не подходил первым.
Эвелин зажмурилась.
- Кто ты?!
Последняя сфера разбилась, возникла картина.
Сад.
Тот самый.
Белые цветы.
Две луны.
Эвелин услышала собственный голос.
- Я вернусь к тебе.
В воспоминании он коснулся её лица.
- Я буду ждать.
- Даже если я тебя забуду?
Он улыбнулся.
- Даже тогда.
Картина исчезла.
Эвелин открыла глаза, по щекам текли слёзы. Она услышала голос за спиной.
Настоящий.
Хриплый.
Немного испуганный.
- Эвелин.
Она обернулась, Вэйл стоял в нескольких шагах. Он нарушил правила и вошёл в город.
Эвелин смотрела на него сквозь слёзы.
- Ты сказал, что не придёшь.
Вэйл молчал.
- Ты сказал, что мне нужно пройти это одной.
- Да.
- Тогда почему ты здесь?
Он смотрел на неё. Эвелин сделала шаг.
- Ты знал меня раньше?
Вэйл не ответил.
- Ответь мне, Вэйл… Не играй со мной… потому что… мне очень больно…
Его челюсть напряглась.
- Пойдём домой, Небесная.
Прежде чем она успела ответить, золотая метка на запястье вспыхнула. Чёрная линия под ней резко разрослась и на коже появилась новая надпись:
ВТОРОЕ ВОСПОМИНАНИЕ ПРОБУЖДЕНО.
А ниже возникло ещё одно слово.
Одно-единственное.
ПАДЕНИЕ.
Глава 8. Падение
«Свет не всегда означает спасение.
Иногда именно свет становится причиной падения.»
- из уничтоженной страницы Второго Завета
ПАДЕНИЕ.
Эвелин смотрела на слово под своей кожей и не могла пошевелиться.
Оно пульсировало.
Раз.
Другой.
Третий.
Золотая метка вспыхнула так ярко, что мир вокруг неё исчез.
Город Забытых пропал. Исчезли серые здания, туман, стеклянные сферы и сотни пустых лиц.
Остался только белый свет.
Слишком яркий.
Слишком холодный.
Эвелин подняла руку к лицу, пытаясь закрыть глаза, но свет проходил сквозь пальцы.
Она услышала звук.
Крылья.
Один взмах.
Второй.
Третий.
А потом чей-то смех.
Женский.
Её собственный.
Эвелин опустила руки.
Перед ней возник сад.
Огромный.
Невозможный.
Белые цветы покрывали землю до самого горизонта. На лепестках лежал серебристый иней. Между деревьями текли реки света, а над ними висели две огромные луны.
Она знала это место.
Не разумом.
Телом.
Сердцем.
Как будто когда-то прожила здесь целую вечность.
Она сделала шаг. На ней было длинное белое платье, которого Эвелин никогда не носила. На запястье не было золотой метки. На пальцах тонкие серебряные кольца.
Она подняла глаза, кто-то стоял у дерева.
Мужчина.
За его спиной были белые крылья.
Огромные.
Идеально чистые.
Эвелин попыталась рассмотреть лицо, но свет вокруг него становился сильнее, черты расплывались, она видела только силуэт.
И глаза.
Тёмные.
Знакомые.
От этого взгляда в груди что-то болезненно сжалось.
- Ты снова опоздала, - сказал он.
Голос.
Эвелин знала этот голос. Не могла вспомнить откуда, но знала.
- Я не опоздала.
Она услышала собственный смех. Мужчина подошёл ближе.
- Тогда почему я ждал тебя почти час?
- Потому что тебе нравится ждать.
Эвелин смотрела на них и чувствовала странное, почти невозможное счастье. Такое, какого никогда не испытывала. Ей хотелось заплакать от ощущения, что наконец вернулась туда, где должна быть.
Мужчина протянул руку, она вложила свою ладонь. Пальцы переплелись, настолько, естественно, будто делали это тысячи раз.
Он осторожно коснулся её щеки. Эвелин закрыла глаза. Показалось, что весь мир исчез, остались только его пальцы, дыхание, его крыло, которое медленно раскрылось за спиной и накрыло, скрывая от всего остального мира.
- Ты не должен быть здесь, - прошептала она.
- Знаю.
- Тогда почему ты приходишь?
Он долго молчал, наклонился к её уху.
- Потому что ты здесь.
У Эвелин перехватило дыхание. Она повернулась к нему и поцеловала.
Сначала осторожно.
Почти невесомо.
Мужчина ответил, ладонь легла ей на талию, притягивая ближе.
Поцелуй стал глубже.
Теплее.
Знакомее.
Эвелин почувствовала, как внутри что-то раскрывается. Как будто она вспоминала не событие, вспоминала его.
Она отстранилась всего на несколько сантиметров.
- Моя Тьма…
Эти слова прозвучали так естественно, словно принадлежали им всегда.
- Ты всё ещё называешь меня так?
- А тебе не нравится?
- Нравится.
Он коснулся лбом её лба.
- Только ты имеешь на это право.
Эвелин улыбнулась.
- Тогда я буду называть тебя так всегда.
На мгновение лицо мужчины стало почти различимым. Эвелин увидела линию подбородка.
Тёмные волосы.
Глаза.
И снова свет ослепил её. Она не успела рассмотреть.
- Пообещай мне, - прошептала она.
- Что?
- Что ты никогда меня не оставишь.
Мужчина провёл пальцами по её волосам.
- Я найду тебя, где бы ты не была, Небесная.
- Даже если я потеряю тебя?
- Особенно тогда.
Эвелин почувствовала, как по щеке скользнула слеза.
- А если я забуду?
Он улыбнулся.
- Тогда я заставлю тебя вспомнить.
Мир дрогнул. Сад исчез, но снова вернулся. За белыми деревьями стояли фигуры.
Много фигур.
Они наблюдали.
Эвелин обернулась.
- Они знают.
Мужчина ничего не ответил.
- Они знают о нас. Что нам теперь делать?
Он взял её за руку.
- Беги.
- А ты?
Он посмотрел на неё.
- Я найду тебя.
- Нет.
Она сжала его пальцы.
- Я не уйду без тебя.
Вдалеке раздался звук.
Колокол.
Огромный.
Глубокий.
Небеса будто содрогнулись. Мужчина резко поднял голову, белые крылья за спиной дрогнули.
- Они идут.
Между ними возникла стена света.
Эвелин закричала.
- Нет!
Она попыталась пройти сквозь неё. Не смогла. Мужчина оказался по другую сторону. Она видела только его силуэт.
- Не забывай меня..
- Никогда…
Он улыбнулся.
- Даже если они заставят тебя забыть?
- Даже тогда!
Свет вспыхнул. Эвелин закричала. Всё исчезло.
Она снова оказалась в саду. Десятки фигур в белых одеждах стояли вокруг. Она не видела их лиц.
Только крылья.
Их было слишком много.
Одна из фигур сказала.
- Ты должна забыть.
Эвелин покачала головой.
- Нет.
- Это не просьба.
- Я не забуду его.
- Ты не понимаешь, что делаешь.
- Я прекрасно понимаю.
- Он приведёт тебя к гибели.
- Тогда я погибну…
Среди фигур прошёл шёпот. Эвелин почувствовала страх.
Не свой.
Их.
Они боялись.
Но чего?
Её?
Его?
Или того, что случится, если они останутся вместе?
- Вы не можете заставить меня забыть.
Одна из фигур подняла руку, золотой свет коснулся её лба. Боль была мгновенной. Эвелин закричала. Перед глазами вспыхнуло лицо, но прежде, чем она смогла его увидеть, свет поглотил воспоминание.
Она снова услышала его голос.
- Небесная!
- Нет!
Эвелин протянула руку, но между ними уже была пропасть.
Огромная.
Чёрная.
И мужчина стоял на другой стороне. Теперь его крылья были охвачены огнём.
Белые перья горели.
Падали вниз.
Одно за другим.
Эвелин кричала.
- Что вы сделали?!
Никто не ответил. Мужчина сделал шаг назад. Край небесной платформы оказался прямо за ним.
Эвелин бросилась вперёд.
- Нет!
Он посмотрел на неё. Лица она по-прежнему не видела, только глаза. В них была всепоглощающая любовь.
- Не смей винить себя, Небесная.
- Я люблю тебя!
Он уже падал.
Белые перья горели вокруг него.
Огненный след прорезал облака.
Эвелин кричала, протягивая руки.
- НЕТ!
Но он всё равно улыбался ей.
И тогда она снова услышала его голос.
Тихий.
Спокойный.
Будто он говорил не в момент падения, а в один из их бесконечных вечеров в саду.
- Знаю, Небесная.
Пауза.
- Поэтому и падаю.
Эвелин проснулась с криком, резко села на кровати.
Тишина.
Тёмная комната.
Багровое небо за окном.
Эвелин тяжело дышала, по щекам текли слёзы. Она прижала ладонь к груди. Сердце колотилось так, словно пыталось вырваться наружу.
- Нет…
Она посмотрела на запястье, золотая метка горела, чёрная линия под ней стала толще.
А слово ПАДЕНИЕ исчезло.
Эвелин закрыла глаза и снова увидела белые перья.
Огонь.
Протянутая рука.
Тёмные глаза.
Она не знала, кто это был.
Не знала его имени.
Не знала, почему любила настолько, что готова была умереть вместе с ним.
Но одно знала точно.
Она уже произносила эти слова.
Очень давно.
- Моя Тьма…
Вэйл стоял неподвижно, положив ладонь на дверную ручку. Он слышал всё.
Каждый всхлип.
Каждое слово.
Особенно последние два.
Моя Тьма.
Он закрыл глаза.
Тысячи лет.
Тысячи жизней.
Он ждал, когда она снова произнесёт это имя.
И теперь, когда дождался, понял, что не был к этому готов. Потому что если она действительно начала вспоминать…
Следующим воспоминанием станет не их любовь.
Следующим станет его падение.
А за ним причина, по которой Небеса до сих пор боятся её души.
Pulsuz fraqment bitdi.
