Kitabı oxu: «Роза Фалви и волшебник в саду»

6+ (Для детей старше 6 лет. В соответствии с Федеральным законом от 29 декабря 2010 г. № 436-ФЗ.)

Права на издание получены по соглашению с с HODDER & STOUGHTON LIMITED, действующего от лица импринта Hodder Children's Books, частью Hachette Children's Group.

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

Издательство не несет ответственности за доступность материалов, ссылки на которые вы можете найти в этой книге. На момент подготовки книги к изданию все ссылки на интернет-ресурсы были действующими.

Text copyright © Simon Farnaby, 2020

Illustrations copyright © Claire Powell, 2020

© Перевод на русский язык ООО «Питер Класс», 2022

© Издание на русском языке, оформление ООО «Питер Класс», 2022

© Серия «Вы и ваш ребёнок», 2022

© Перевела с английского Н. Римицан, 2022

* * *

Посвящается Клэр и Ив.

Вы делаете мою жизнь волшебной.

Глава первая
Суд, бор и злосчастный вор

Прежде чем наша история начнётся, я хочу, чтобы вы включили свою буйную фантазию и перенеслись в далёкие полузабытые времена. Нет, не к динозаврам, это слишком далеко… и не к викингам… это недостаточно далеко, к тому же библиотечные полки забиты книгами об этих разбойниках. Я хочу, чтобы вы вообразили себе ТЁМНОЕ СРЕДНЕВЕКОВЬЕ. А именно 511 год, который приходится ровнёхонько на середину тёмного Средневековья, поэтому его, наверное, можно считать самым тёмным годом в истории.

Тёмное Средневековье (ещё говорят «Тёмные века») называют тёмным не потому, что в то время всегда было темно (как зимой в Исландии), а потому, что никто не знает, что в те времена происходило НА САМОМ ДЕЛЕ. Жившие тогда люди не оставили никаких записей и фотографий (что логично). Тёмные века были полны опасностей, тайн и, самое главное, магии.

Теперь, когда вы введены в курс дела, пришёл черёд сообщить следующий факт: свежим весенним вечером 511 года король Пол и его высочайшие придворные собрались на лесной поляне возле деревни Хаптон-Грей – места, где ныне располагается Олдвелловский торговый центр, что близ Башингфорда, рядом с шоссе М3, – для суда над отъявленным преступником. Конечно, тогда лес выглядел совсем иначе. Хотя бы потому, что там ещё росли деревья, высокие и особенно величественные в тот момент, когда самодельные факелы судей отбрасывали на них неверный свет. Толпа приблизительно в двести человек собралась, чтобы поглазеть на зрелище. Современные люди задохнулись бы от невыносимой вони, ведь даже знать не мылась месяцами, а крестьяне и вовсе мылись, наверное, один раз за всю жизнь, но это не точно. Народ толкался и вставал на цыпочки, чтобы получше рассмотреть происходящее. Не забывайте: у них не было телевизора, ноутбука или айпада. Для людей того времени поглазеть на суд над преступником было всё равно как для вас сходить в кино. Некоторые даже взяли с собой чем перекусить. Никакого попкорна, разумеется, – копчёные свиные пятачки и маринованные яйца.

А суд над известным преступником определенно можно сравнить с походом на самый ожидаемый фильм сезона. И, что главное, он был в формате 3D.

– И да восстанет обвиняемый, дабы помолиться! – провозгласил распорядитель.

По толпе пронёсся вздох, когда обвиняемый поднялся, но не встал! Он остался сидеть со скрещёнными ногами и парил теперь в двух метрах над землёй. Его цепи, обмотанные вокруг огромного валуна, натянулись, издав леденящий душу звук ЗВЯК! Злоумышленник покачивался на цепях, как человекоподобный воздушный шарик: глаза закрыты, а по грязному лицу блуждает шкодливая улыбка, как у школьника, который знает, что поступил неправильно, но которому всё равно. Вот он, герой – или лучше сказать антигерой? – нашей истории. Как его зовут? Это вовсе не секрет – его зовут Мердин Дикий.

Король Пол и его люди покачали головами. Они надеял ись, что присутствие Эванхарт – королевской дочери – смягчит необузданный нрав Мердина. Эти двое были друзьями в Школе алхимии (Школе волшебства по-нашему), пока Мердин, став взрослым, не перешёл на тёмную сторону. Теперь же Эванхарт с трудом узнавала человека, парящего перед ней: его одежда была засаленной, борода длинной и всклокоченной, а спутанные волосы были украшены крадеными побрякушками. Он больше походил на пирата, чем на волшебника.

– Для обвинения Джеремию Джерабо вызываю я! – прогремел распорядитель.

Улыбка стекла с лица Мердина. Джеремия Джерабо тоже учился в Школе алхимии, но воспоминания Мердина о нём радикально отличались от воспоминаний об Эванхарт.

Эванхарт была лучшим другом и наперсницей. Джерабо же был завистливым ябедой. Каждый раз, когда Мердин затевал что-нибудь смешное, например превращал яблоко учителя в жабу именно в тот момент, когда учитель откусывал от него, Джерабо на него ябедничал. И вот он снова взялся за стукачество! Только на сей раз стучит королю, и Мердину грозит более серьёзное наказание, чем удар тростью по месту, которое ниже спины.

Джерабо с важным видом выступил вперёд и откашлялся, как актёр, переживающий звёздный час. Из своих блондинистых волос с желтоватым оттенком он соорудил пышную причёску, напоминающую меренгу с завитком, из-за этого его лицо с козлиной бородкой стало ещё больше похоже на рожок с мороженым.

– Почнём! – помпезно пропищал он тоненьким голоском. – Мердин Дикий! Обвиняешься ты во множестве преступлений против Кода Алхимиков. Ты вор, вандал и бедокур и границ приличия не знаешь. Немногие из нас родились с группой крови «В»…

Вероятно, вам эта группа крови неизвестна, но в те времена она была довольно распространена и означала, что человек родился волшебником или ведьмой с магическими способностями.

– …а те из нас, кто таковыми родились, должны свою силу во благо применять, аки я либо Эванхарт. Но Ты, Мердин Дикий… – Джерабо пришёл в крайнее возбуждение. – Я глаголю ТЕБЕ, что ты стал худшим из всех «В» – ты стал ВАРЛОКОМ!

Услышав слово «варлок», толпа ахнула. У многих закружилась голова, а несколько человек даже упали в обморок, и им потребовалась медицинская помощь. Варлок – это не просто злой волшебник, это в тысячу раз хуже. Он использует свою магию только для тёмных дел.

– Вот так, – прошипел Джерабо. – Можешь ли ты оправдать себя, Мердин Варлок?

Пришло время Мердину сказать слово в свою защиту. Сейчас и только сейчас он мог признаться, куда дел гигантский камень, украденный из древнего Магического Круга (он вырезал на нём лицо Эвенхарт и уменьшил камень, чтобы тот поместился в кармане). Он мог бы объяснить, что украл золото из казны, чтобы помешать королю развязать новую войну, разве это плохо? Он мог бы оправдаться за все свои действия, но, по правде говоря, Мердина больше не заботило, что о нём подумают. Вместо этого он медленно опустился, коснулся ногами земли и хриплым сильным голосом провозгласил:

И он зловеще расхохотался.

Стадия изумления осталась позади, и пришло время той части фильма, когда толпа пугается по-настоящему. Если бы поблизости стоял диван, они бы спрятались за него. Но диваны появились не раньше 1465 года, поэтому присутствующие просто закрыли глаза. Это говорило о признании могущества Мердина: они были очень напуганы, даже несмотря на то что он был прикован к скале размером с Уэльс.

– Ныне же, – произнёс Мердин более тихим голосом, – я пойду, с соизволения вашего.

С этими словами он распахнул тунику, под которой оказался пояс с привязанными к нему кожаными мешочками. В мгновение ока Мердин достал щепотку трав из одного мешочка, хлопнул в ладоши – ХЛОП! – и нараспев произнёс:

Тандариан – такое имя было у посоха Мердина. Его забрали у волшебника при аресте, и он пытался призвать его с помощью этого заклинания.

Сначала всё шло по плану. Поднявшийся вихрь обошёл придворных короля и поплыл прямо к вытянутой руке Мердина. То был великолепный скрюченный посох из дуба длиной два метра, с замысловато вырезанным орлом на набалдашнике.

Он почти коснулся протянутой руки Мердина, который если бы смог схватить его в ту секунду, то обрушил бы всю мощь своей гнусной магии на преследователей. Он бы превратил Джерабо в камень, а затем одним движением пальца заставил бы его разлететься на миллион кусочков. Он бы в мгновение ока превратил короля и его приспешников в вонючих козлов. Он бы напустил посох на толпу и превратил их глаза, которые сейчас были размером с блюдца, в настоящие блюдца.

Сладкие картины мести плыли перед внутренним помутившимся взором Мердина, пока Тандариан парил в миллиметрах от его вытянутых пальцев. Но вдруг… ЗВЯК! Мердин не знал, что его посох тоже приковали цепью. Цепь туго натянулась, посох замер, а Мердин рухнул без сил – его мощь исчезла вместе с надеждой на спасение.

В наступившей тишине раздался весёлый смех. Джерабо с наслаждением наблюдал за происходящим.

– Я думал, что ты, вероятно, попытаешься сие сделать, – сказал он и достал из-за пазухи изысканно украшенную чёрно-золотую книгу заклинаний. Каждая ведьма и каждый волшебник колдуют по-своему, и Джерабо, будучи приверженцем традиций, любил пользоваться книгой заклинаний.

– КАСИАН ВАЛЛАТ ФЛОАТАБОАТ! – пробормотал он, вытянул вперёд руку, и Тандариан поплыл к нему. Затем Джерабо схватил драгоценный посох и сломал его о колено.

– Не-е-е-ет! – завопил Мердин.

Даже Эванхарт вздрогнула при виде такой жестокости. Она помнила, с какой любовью вырезал Мердин этот посох в Школе алхимии и сколько сотен часов потратил на работу. Возможно, с годами душа Мердина и зачерствела, но Тандариан был единственной вещью, которой он, очевидно, всё ещё дорожил.

– Чтоб тебе пусто было, Джерабо! – вскричал Мердин. – Ты – напыщенный хлыщ¹!

Джерабо лишь усмехнулся и бросил обломки посоха в каменный колодец, стоявший на лесной поляне. Дзынь, бряк, бряк, дзынь, бряк, дзынь, плюх – отозвалась сломанная палка. Затем он обратился к королю.

– Я надеюсь, сей последний акт неповиновения убедил Ваше Величество, что должно нам к сему варлоку самое суровое наказание применить. – Джерабо торжественно послюнявил палец и стал медленно листать книгу заклинаний. – Обвинение рекомендует суду – ШУРХ – отправить его в Реки Чистилища – ШУРХ – навечно!

По толпе пронёсся нестройный шёпот – у многих перехватило дыхание, и они не могли говорить. Кто-то должен был вступиться за Мердина, и этим человеком оказалась… Эванхарт.

Эванхарт была, что называется, «приятной во всех отношениях». Если бы она жила в наши дни, то точно стала бы тренером по йоге, разводила лошадей или была вашей любимой тётушкой. У неё были длинные струящиеся рыжие волосы и серебристо-серые глаза – как два прозрачных глубоких озера.

– Отец, – сказала она королю. – Молю, пощади сего человека. Сила его велика есть. Может быть, он научится использовать её во благо?

– Для сего слишком поздно, Эванхарт, – ответил король. – Напрасно мольбы свои расточаешь.

– Разве ты не помнишь, отец? – настаивала Эванхарт. – Когда сражался он за твою армию в великой войне? И был он храбр и не ведал он страха. Так молвил ты сам.

– Но Эванхарт, то было давным-давно. С тех пор он учинил много злодеяний.

– Тогда яви своё милосердие, дорогой отец, – умоляла Эванхарт. – Сошли его в Реки Чистилища, но на короткое время, лет на пять… Возможно, он задумается и изменится….

– Он никогда не изменится! – проревел Джерабо. – Да ведь токмо на минувшей неделе я катался на лошади, когда вдруг Мердин в курицу её превратил! Представьте, аки нелепо я смотрелся верхом на курице!

Толпа не смогла удержаться от смеха, представив себе эту картину. Но король не смеялся. Он заворожённо смотрел в умоляющие глаза дочери, и её доброта околдовывала его, лишая способности мыслить здраво. Наконец король заговорил:

– Принял решение я, – сказал король, – Мердин будет приговорён к семи годам пребывания в Реках Чистилища. Да будет так.

– Шт…? – Джерабо откашлялся и начал заново.

– Как пожелаете, Ваше Величество, – процедил он сквозь сомкнутые губы. – Значит, семь лет в Реках Чистилища.

С этими словами он снова начал листать страницы книги заклинаний – ШУРХ – и затем прочитал заклинание-приговор:

На несколько мгновений все замерли, а затем земля в центре поляны разверзлась, как гигантская пасть. Зелёный сноп света вырвался из зияющей дыры и осветил небо, как северное сияние. Толпа ахала и охала, как будто смотрела фейерверк в Новый год.

При виде зелёного света Эванхарт ещё больше посерьёзнела.

– Отец!

– Ни слова больше, дитя моё! – отрезал король. – Приговор был вынесен!

– Но свет. Он не должен быть зе…

– Довольно, я сказал!

Королевские стражники подвели Мердина к краю огромной дыры. Мердин оглянулся на принцессу.

– Не беспокойся, Эванхарт. Вернусь я раньше, чем они думают, – произнёс он, загадочно улыбаясь. Но прежде чем Эванхарт успела ответить, Мердина толкнули в светящуюся зелёную пасть и та захлопнулась, вызвав небольшое землетрясение.

Повисла тишина, и один крестьянин сказал жене: «Я совершенно точно не пропущу следующее подобное зрелище».

Эванхарт, однако, была не в настроении любезничать. Она подошла к Джерабо и выхватила книгу заклинаний у него из рук.

– Не дуйся, красавица, – запротестовал Джерабо.

– Почто над входом в Реки Чистилища был зелёный свет? – спросила Эванхарт, листая книгу. – Он должен был красным быть!

– Мне почём знать? – пожал плечами Джерабо. – Не я законы писал.

Король раздражённо посмотрел на дочь.

– Почто так тяжко с тобою, Эванхарт? Извечно ты противоречишь: «Женщины равны мужчинам. У ослов такие же права, как у лошадей. Реки Чистилища должны быть красными, а не зелёными!» Тебе обязательно надо усомниться во всём!

Но в этот момент – ШУРХ – Эванхарт нашла то, что искала. Её розовое, усыпанное веснушками лицо побледнело.

– Часошок? Я так и знала. Это неверное заклинание! Джерабо Мердина не в Реки Чистилища отправил!

В толпе раздались растерянные восклицания: «Что?», «Ещё один неожиданный поворот сюжета?», «Я больше не могу!» Все взоры обратились на Джерабо, который начал извиваться, как уж на сковородке.

– О, разве? Я уверен, что отправил… – сказал он. – Хотя я слегка подзабыл латынь…

– И куда же он его отправил? – спросил король.

– В Реки Времени, – тихо сказала Эванхарт. Всем было очевидно, что её сердце разбито.

– Но что сие значит? – спросил король.

– Сие значит, что Мердин пропал. Вовеки. – И Эванхарт в отчаянии обратила свои большие блестящие глаза к небесам.

 
Добрая Эванхарт,
Свет во плоти,
Мердина Дикого
Хочет спасти.
 

Глава вторая
Танцы и пение – не лучшее выступление

– А сейчас на сцену приглашается Роза Фалви! – провозгласил совсем другой распорядитель, потому что сцена, о которой идёт речь, находилась в Маунтфордской средней школе в Башингфорде (рядом с шоссе М3), и мы больше не в шестом веке, а в двадцать первом (во времена, когда живёшь ТЫ).

У Маунтфордской средней школы была собственная версия телевизионного конкурса «Британия ищет таланты», названная «Маунтфорд ищет таланты». В течение весеннего семестра шли отборочные туры, и теперь оставалось всего два шанса выйти в финал в следующем семестре.

Роза Фалви не хотела ждать последнего отборочного тура – понимание, что больше шанса не будет, слишком сильно давило бы на неё. Она была заряжена на победу СЕЙЧАС. Она так волновалась, что, услышав своё имя из-за кулис, выскочила на сцену, как молодая лань, и проскочила мимо луча прожектора. Прожектор попытался поймать её в свой круг, а Роза в панике носилась по сцене, чтобы, в свою очередь, найти прожектор.

И эти поиски совсем не облегчало то, что Роза была без столь необходимых ей очков. Она решила, что они не подходят к её сценическому наряду – облегающему леопардовому комбинезону, почти как у Бейонсе в клипе, который девочка смотрела на YouTube. Теперь-то она понимала, что это было не лучшее решение, потому что ничегошеньки не видела. Она заметалась по сцене, не видя ничего, кроме размытых лиц и периодических вспышек света.

Неудачное начало.

К тому времени как Роза, наконец, нашла луч прожектора, она запыхалась и тяжело дышала. Тем не менее девочка чувствовала, что сможет выдать фантастическое исполнение песни Бейонсе «Crazy in Love».

Умение всегда мыслить позитивно досталось ей от папы. Он постоянно говорил ей: «Пока ты стараешься изо всех сил, не можешь провалиться». Своё выступление она репетировала перед зеркалом каждый вечер в течение трех недель. Если папа говорил правду – а он всегда так поступал, то всё непременно должно пройти хорошо.

Заиграла музыка.

Как только Роза начала петь, она почувствовала: что-то не так.

Дома она пела в своей спальне, где стены глушили звук, а её единственным зрителем была рыжая морская свинка по имени Бублик. Обычно через час после начала репетиции приходил Крис, старший брат Розы, и настоятельно просил её закрыть дверь и надеть наушники, чтобы он не сошёл с ума, слушая эту песню снова и снова.

Теперь же, стоя на сцене, она впервые пела громко и чувствовала себя странно, как будто выставленной напоказ. Как в одном из тех снов, в которых ты вдруг оказываешься в школе совершенно голой.

Oh yeah you got me so crazy in love, yes I'm crazy in love!

O-oh o-oh и т. д.

Роза начала танцевать. Она решила, что, если её певческий талант не поразит толпу, то она всегда может положиться на свой превосходный танец. Дома она быстро поняла, что не сможет танцевать, как Бейонсе. Да и кто смог бы? Поэтому Роза придумала собственный танец. Её фирменным движением, которым она особенно гордилась, был высокий мах ногой. Название отражало суть: Роза выбрасывала ногу высоко вверх, выше своих кудрявых рыжих волос, уложенных в два высоких пучка.

Она сделала несколько махов и вращений, которыми тоже гордилась. На самом деле они были просто продолжением высокого маха. Опуская ногу, Роза переводила её назад и, используя центробежную силу, резко поворачивалась вокруг себя. Начать вращаться было легко, а вот закончить – уже проблематично, даже дома, в собственной спальне. И поскольку сейчас Роза плохо видела, она всё время оказывалась СПИНОЙ к зрителям, а затем быстро поворачивалась к ним, чтобы успеть сделать следующее танцевальное движение.

Мне не доставляет удовольствия сообщить тебе, читатель, что в конце концов сочетание фальшивого пения, безумных махов ногами и неуверенных вращений произвели на зрителей не самое лучшее впечатление. Вскоре в зале то тут то сям стали раздаваться громкие взрывы смеха: «ХИ ХИ! ХА ХА, ХА ХА ХА ХААААА!» Когда песня закончилась, даже трое судей (три абсолютно взрослых учителя, с ума сойти!) не смогли сохранить невозмутимый вид.

– Если бы это была пародия, ты получила бы высшие оценки, Роза – сказал мистер Калкин (главный судья и учитель математики). Другие судьи не могли говорить из-за смеха.

Смущённая и растерянная, Роза сошла со сцены и выбежала в школьный двор. На её щеках можно было жарить яичницу – такие они были красные и горячие. Она попыталась взять себя в руки. Да что мистер Калкин понимает в музыке? Он думает, что Билли Айлиш – это беляш. Она и раньше попадала в неловкие ситуации. Эту неудачу она тоже переживёт.

Однако меньше всего сейчас Розе нужна была встреча с КОШками, которые как раз направлялись к ней.

Катрина, Оливия и Шеннон были тремя самыми противными двенадцатилетними девчонками на свете. Их назвали КОШками – по первым буквам имён, а ещё потому, что у них были когти. И весьма острые. В переносном смысле, разумеется. И сейчас они специально вышли из зала, чтобы вонзить их в бедную Розу.

– Эй, кучерявая, – сказала Катрина, густо накрашенная косметикой. – «Классный» танец!

И она сделала мах ногой, передразнивая Розу, которая отметила про себя, что Катрина подняла ногу не выше колена и до её фирменного маха ей очень далеко.

– Твоё кошмарное выступление в трендах, – насмешливо сказала Шеннон. У Шеннон были мозги, но она не любила ими пользоваться.

Она сунула свой новенький смартфон Розе в лицо и включила видео.

Роза увидела себя, высоко задирающую ноги и поющую ещё более ужасным голосом, чем она думала. Видео лайкнули уже более 700 раз.

Оливия (сокращённо Лив) тоже не осталась в стороне. Она была силой КОШек, внешне больше напоминала борца, чем школьницу, и возвышалась на голову даже над мальчиками.

– Тебе нужно брать уроки вокала, ты, кучерявая веснушчатая чебурашка.

– Палки и трости ломают кости, но обзывательства мне боли не причинят, – возразила Роза. Этой поговорке её тоже научил папа. Он говорил, что такие слова остановят обидчиков или, по крайней мере, застанут их врасплох и она успеет убежать.

– Как скажешь, – ответила Оливия, подняла палку и швырнула её в Розу. Палка угодила девочке точно в лоб. СТУК!

– ОЙ! – завопила Роза.

Но даже испытывая мучительную боль, она не могла не отдать Лив должное. Раньше, когда Роза пользовалась этой поговоркой, она не понимала, что даёт своим врагам полезный совет.

«Боже мой, почему меня это удивляет?» – думала она, переполненная гневом и горечью. Разве отец также не говорил ей, что пока стараешься изо всех сил, потерпеть неудачу невозможно? В этом он тоже ошибался.

Внезапно все советы, которые когда-либо давал ей любимый папа, казалось, рассыпались в прах у неё под ногами.

 
И Роза побежала,
Бросилась с места вскачь,
Чтобы КОШки не видели,
Как горько она плачет.
 

Глава третья
Два охранника и один странник

Роза бежала, пока не очутилась рядом с Олдвелловским торговым центром.

Теперь, с вашего позволения, небольшое отступление. Дело в том, что я должен рассказать об Олдвелловском торговом центре интересную вещь, напрямую связанную с нашей историей. Если шагнуть через раздвижные двери и пройти по сверкающему мраморному полу мимо магазина спортивной одежды и неоновой вывески «Гуччи» до магазина аксессуаров, то окажешься в искусственном декоративном саду. В этом искусственном декоративном саду искусственные цветы, пластмассовые деревья и синтетическая трава. Единственный настоящий предмет в этом искусственном декоративном саду – это абсолютно настоящий… СТАРЫЙ КОЛОДЕЦ.

И если сейчас вы думаете: «Ага! Да это же тот самый старый колодец из первой главы, в который этот вреднючий Джеремия Джерабо бросил Тандариан, сломанный посох Мердина Дикого примерно тысячу пятьсот лет тому назад», то вы… ОШИБАЕТЕСЬ. Это другой старый колодец и – Я ШУЧУ. Конечно, вы правы. Вы очень умны и заслужили золотую звезду или какой-нибудь памятный сувенир. Это был тот самый колодец, но теперь его окружали не деревья, а сверкающие магазины. Компания, которая построила огромный торговый центр несколькими годами ранее, получила разрешение на строительство только с условием, что исторический колодец будет сохранен. И поэтому его превратили в достопримечательность.

Сегодня, как и в любой другой день, двое охранников Джим и Алан стояли у декоративного сада. В былые времена этот колодец считался колодцем желаний, и люди бросали в него монеты, чтобы желания исполнялись. Однако в относительно недавние времена они поняли, что монеты из колодца можно доставать, чтобы воплотить в жизнь свою мечту о пятидесяти пенсах или одном фунте. Поэтому директор шопинг-центра решил обнести колодец забором и поставить охрану. Вот как там оказались Джим и Алан.

Охранять декоративный сад – не самая сложная работа в мире, поэтому неудивительно, что ни Джим, ни Алан не заметили, как в искусственной траве позади них открылась огромная дыра, из которой вырвался неземной зелёный свет. Несколько посетителей это увидели, но дыра сразу закрылась, поэтому они решили, что это был какой-то рекламный трюк, и вернулись к своим покупкам.

Но когда свет исчез, на траве лежала скрюченная фигура… Мердина Дикого, варлока из шестого века.

Мердин открыл глаза. Он щурился, привыкая к лампам дневного света и неоновым вывескам магазинов. Помните, в тёмное Средневековье единственными источниками освещения были солнце, огонь да неровные свечи. Теперь же со всех сторон его слепили мигающие огни, зеркальные шары и различные люминесцентные лампы.

– Святые небеса! – воскликнул он. – В аду хуже, чем я думал!

Это заявление привлекло внимание Джима и Алана, которые с трудом поверили своим глазам, когда обернулись. Из всех бродяг и воров, что им пришлось вышвырнуть из сада (целых шесть за одиннадцать лет!), этот был самым бесстыжим.

– Эй! – сказал Джим. – Что ты там делаешь?

– Пытаешься достать монеты из колодца, да? – сказал Алан, довольный своими дедуктивными способностями.

– Да кто ты такой? – добавил Джим.

Вопросы такого рода не требуют ответа, но Мердин всё равно попытался его дать.

– провозгласил он.

Повисла пауза, и Джим с Аланом уставились друг на друга. – А не то что? – спросил наконец Алан.

Двое охранников перешагнули через маленькую садовую ограду и угрожающе двинулись к варлоку из шестого века.

Мердин инстинктивно шарил вокруг себя в поисках Тандариана, чтобы запустить в них огненным шаром, но схватил только воздух, потому что, конечно, при нём не было его верного посоха. Он мог бы воспользоваться травами из мешочков на поясе, чтобы сотворить колдовство. Заклинания с применением зелий проходили в начальных классах Школы алхимии, и они были не такими эффектными, как заклинания с посохом, но у него не было выбора.

– Познаем твой гнев? – сказал Джим. – Сейчас ты познаешь мои чёртовы наручники, приятель.

Он достал наручники и схватил Мердина за запястья, собираясь произвести гражданский арест.

– Не тронь меня, ты, обалдуй! – выругался Мердин. Не имея времени смешивать травы для заклинания, он ткнул Джима в глаз пальцем – недостойный для варлока, но эффективный приём. ЧВАК!

– Ааааааа! Он ослепил меня! – заорал Джим.

Теперь пришла очередь Алана. Он получил удар кулаком в ухо.

– Оу! Моё ухо! – завыл Алан, катаясь по полу.

ХРЯСЬ! – Мердин сильно пнул его пониже спины.

– Вот ты как! – взревел Алан. – ТЕПЕРЬ у тебя будут настоящие неприятности!

Джим и Алан дружно схватили Мердина за ноги и повалили на пол.

Неуклюжая потасовка в саду привлекла внимание покупателей, которые начали останавливаться, чтобы поглазеть на забавное зрелище. Пока эта троица барахталась на искусственной траве, Джим потерял свою форменную фуражку, а у Алана съехал парик, обнажив обширную блестящую лысину. Это раздосадовало охранников ещё сильнее, и они бросили все силы, чтобы непременно надеть на злоумышленника наручники.

Когда уже казалось, что Джим и Алан побеждают, Мердин выдернул из земли искусственное дерево, умело треснул Джима под коленями веткой и вырубил Алана корнем. РАЗ и ДВА. Великий варлок не любил вспоминать о тех временах, когда был солдатом в королевской армии, но сейчас его сноровка пришлась кстати.

Выходки варлока привлекли внимание местного полицейского, сержанта Мюррея. Сержант Мюррей происходил из длинной династии полицейских. Он так серьёзно относился к работе, что отрастил усы, просто чтобы выглядеть как настоящий полицейский. Когда сержант Мюррей заметил странного мужчину в остроконечной шляпе, дерущегося с охранниками торгового центра, его усы ощетинились. По поведению его усов можно было судить о масштабе неприятностей, а тут были неприятности с большой буквы «Н». Он взял рацию и незамедлительно вызвал подкрепление.

Мердин услышал треск рации, а затем прорвавшийся сквозь помехи голос «ВАС ПОНЯЛ, ВАС ПОНЯЛ, МЫ ИДЁМ К ВАМ». Но поскольку Мердин никогда не слышал полицейской рации, он предположил, что то был зов Гигантских Воронов, которые, по слухам, летали по пылающим адским небесам в поисках добычи. Он определенно не хотел стать кормом для гигантских птиц, поэтому встал и со всех ног побежал.

Думая, что заметил выход, он бросился к нему и… врезался в стеклянную витрину магазина аксессуаров.

Помните, что в тёмное Средневековье не было прозрачных стёкол? Поэтому Мердину показалось, что он влетел в стену из твёрдого воздуха.

– Что за неведомое колдовство? – спросил он вслух. Но времени раздумывать не было. Он поднялся, потёр ушибленный нос и снова бросился на поиски выхода. На сей раз он попытался войти в витрину с пончиками. Десятки липких кругов взметнулись в воздух и рассыпались по полу.

Продавец сладостей решил, что Мердин хочет украсть пончики. Он схватил швабру и ударил ею злодея по голове.

– АААРГХ! Что ты есть за демон? – кричал Мердин, закрывая голову от ударов.

Вдалеке послышался свисток. Мердин поднял глаза и увидел целую банду чёрно-белых гигантских людей-воронов (то есть полицейских!), спешивших к нему. Он поднял единственное оружие, которое было под рукой – им оказался пончик, – и метнул в преследователей. БАЦ! Пончик угодил сержанту Мюррею прямо по усам – тот остановился на полпути, и у Мердина снова появилась возможность сбежать. Шокированные покупатели уступали ему дорогу.

Наконец сбитый с толку варлок обнаружил широкие раздвижные двери выхода, которые показались ему гигантскими щёлкающими челюстями дракона. Мердин храбро ринулся в чавкающую пасть. Но каждый раз он неверно оценивал расстояние и врезался в закрытые двери.

После нескольких попыток ему почти удалось проскочить, но дверные челюсти зажали его, как пинцет сосиску. В конце концов Мердин вырвался из челюстей дракона и оказался СНАРУЖИ.

Но ужасы на этом не закончились. Они только начинались, потому что он выбежал прямо на оживлённую главную улицу.

Представьте, что вы видите автомобиль, автобус или грузовик ВПЕРВЫЕ в жизни. Представьте, что самым громким и быстрым транспортом для вас всегда была лошадь. Затем вообразите, как на вас надвигается стена из сигналящих автомобилей, представьте скрип и визг тормозов.

Мердин замер от страха. Затем до него донёсся ужасный шум откуда-то с неба.

Он посмотрел наверх и не мог поверить свои глазам.

– О, боги! Железный орёл!

Конечно, это был всего-навсего самолёт. Но Мердин видел только, как летают птицы и бабочки. А теперь по небу, словно гигантская серебристая птица, пронёсся Боинг-747.

В этот момент сержант Мюррей выскочил из дверей торгового центра, как пробка из бутылки, а за ним и толпа полицейских. Мердин в отчаянии огляделся и заметил вдалеке лес. Настоящие деревья! Что-то знакомое! Он подобрал полы своего балахона и побежал прямо к деревьям, нырнул в подлесок и скрылся из виду.

 
И для всех встречных,
Замиравших, как мумии,
Он был просто болваном
В дурацком костюме.
 

Глава четвертая
Конфеты и дома неладно шоколадные

Мрачная Роза тащилась мимо красных кирпичных домиков на её родной улице – Даффодил-Клоуз. Пережитое унижение было слишком даже для неё. Это провал.

А ведь она думала, что хуже быть не может. Четыре года назад у них была счастливая семья и в школе всё шло хорошо. Но затем внезапно умер папа. Мама постоянно грустила, и у них кончились деньги. Они переехали в дом поменьше, и Розе пришлось пойти в другую школу, где они никого не знала. Всё изменилось к худшему.

Ко всему прочему Розе пришлось надеть очки, её рыжие волосы завились мелким бесом, а веснушки, как метеоритный дождь, усыпали щеки. Единственное, что придавало Розе сил, – это вера её отца в то, что она рождена для великих дел. Он всегда говорил дочери, что она найдёт то, что ей понравится, и станет ЛУЧШЕЙ в этом. Отец не знал, чем именно это будет, но был абсолютно убеждён, что всё случится именно так. «Хорошо, что его сегодня там не было, – подумала Роза. – Ему было бы так стыдно за меня».

Наконец она дотащилась до дома. Дион, сосед, был на подъездной дорожке и полировал до блеска свой прекрасный автомобиль «Понтиак Файрберд».

Дион работал почтальоном, но его подлинной страстью был мир кино. Он возвращался с почты в половине девятого и остаток дня смотрел фильмы. Автомобиль был его гордостью и радостью, потому что именно ЭТОТ АВТОМОБИЛЬ снимался в его САМОМ любимом фильме «Полицейский и бандит». Автомобиль выставили на продажу десять лет назад, и Дион заплатил за него двадцать три тысячи долларов (плюс доставка). Сейчас машина стоила около ста тысяч долларов, так как считалась памятной вещью из классического фильма. Дион надеялся, что если хорошо следить за автомобилем, тот будет стоить миллион долларов к тому моменту, как Дион соберётся на пенсию. Тогда Дион продаст его и проведёт остаток жизни за просмотром фильмов в личном кинозале.

Дион был человеком немногословным. Он предпочитал компанию киногероев, а не реальных людей. Но увидев Розу, бредущую, как раненый солдат в конце фильма о войне, он был вынужден заговорить:

– Не унывай, милая. Может, ничего и не случится, – попытался подбодрить девочку сосед.

– Уже случилось, – возразила Роза, проходя мимо него. – Это жизнь.

Когда девочка шла по узкой садовой тропинке, ей казалось, что она пробирается сквозь джунгли, – так заросла лужайка. Дома всё было как всегда. Вытертый – когда-то красный – ковёр бледно-розового цвета был усыпан крошками. Неестественно пустые стены и полки. Когда папа Розы умер, её мама Сюзи решила, что не хочет иметь перед глазами никаких воспоминаний о прошлом и убрала все фотографии с улыбающимися родными лицами.

Сюзи сидела в гостиной и смотрела телевизор, как обычно, поедая шоколадные конфеты прямо из коробки. Если бы кому-то потребовалось описать лицо Сюзи, он сказал бы, что оно на девяносто процентов состоит из губ. У неё был огромный рот с большими и белыми, как клавиши пианино, зубами, изящный нос, большие светло-карие глаза и растрёпанные тёмные волосы, которые она обычно укладывала в модную причёску «гнездо» и которая сейчас напоминала настоящее воронье гнездо, украшенное обёрткой от шоколадки.

Крис – брат Розы – стоял перед зеркалом и выщипывал брови.

– А вот и она! – провозгласил Крис, когда Роза открыла дверь.

Главной проблемой Криса было тщеславие. Он не мог спокойно пройти мимо зеркала, не убедившись, что его брови красиво выщипаны, а волосы идеально уложены. Не сказать, что Крис был некрасив – напротив, его считали очень даже симпатичным. Но он думал, будто симметричное лицо – единственное его достоинство, поэтому о нём нужно заботиться изо всех сил.

Самым говорящим фактом о нём было то, что он писал своё имя так «Кри$». Для него внешность была всем.

– Ты это видела? – спросил Крис. Он сунул ей под нос свой смартфон и держал достаточно долго, чтобы она успела прочитать, что количество просмотров перевалило за три тысячи.

– Зачем мне это смотреть? На видео ведь я, СОБСТВЕННОЙ ПЕРСОНОЙ! – огрызнулась Роза.

– Что ты будешь с этим делать? Это ж позорище! – сердито прохрипел Крис.

Роза нахмурилась.

– Так ведь я опозорилась, а не ты.

– Но вдруг люди узнают, что ты моя сестра? – простонал брат.

По мнению Криса, сестра позорила его постоянно. Она не заботилась о том, как выглядит, пыталась преуспеть в том, в чем не разбиралась, а её лучшим другом была морская свинка. Розу немного смущало, когда брат возмущался по этому поводу. Можно было понять его недовольство, когда они (недолго) учились в одной школе, но он уже выпустился и работал в магазине мужской одежды Top Boy в Олдвелловском торговом центре. О чём ему беспокоиться?

– Может быть, мне сменить фамилию? – предложила Роза. – Или куда-нибудь переехать. Исчезнуть навсегда. Тебя бы это устроило?

– Ты сделаешь это для меня? – с надеждой спросил Крис. Он плохо улавливал столь тонкие вещи, как сарказм. С иронией дела обстояли ещё хуже. Он думал, что подоплёка – нечто вроде подкладки для плаща.

Роза громко фыркнула и села на диван рядом с мамой. Возможно, мама и хотела подобрать какие-то слова утешения, но ничего не сказала. Мать и дочь молча сидели вместе.

Сюзи смотрела повтор субботнего шоу «Британия ищет таланты». Сейчас она следила за тем, как побеждает фаворит – новый популярный иллюзионист, возникший из ниоткуда и сразивший судей, но больше всего ей нравились душещипательные истории, которые рассказывали участники. Эти истории ей нравились неспроста – у неё была своя такая история.

Сюзи была солисткой в группе под названием «Понедельники». В девяностые они выпустили несколько хитов, но затем их слава угасла. Тогда Сюзи начала сольную карьеру и в целом преуспела, но после смерти отца Розы всё изменилось. Барри – папа Розы – любил слушать, как Сюзи поёт. Он не пропускал ни одного выступления. Видеть пустой стул там, где он сидел каждый вечер, было невыносимо. Так что она перестала петь.

– Ты привыкаешь к разочарованиям, дорогая, – вдруг сказала Сюзи. – Хочешь совет? Бросай это дело.

– Бросить петь? – уязвлённо спросила Роза. Она решила, что пение и есть её призвание, в котором она станет лучше всех. Она много раз видела маму на сцене, когда была маленькой, и думала, как это здорово, быть там, наверху, и зажигать, выкладываясь по полной. И если бы мама тогда увидела, как хорошо поёт её дочь, то, возможно, перестала бы грустить. Быть может, тогда она бы встала с дивана и запела вместе с ней?

– Посмотри, что стало со мной, – проворчала Сюзи, жуя шоколадную конфету с кокосовой начинкой. Она до сих пор была в пижаме, что добавляло наглядности примеру. – А ведь у меня был талант.

Роза прикусила губу. Она знала, что маме грустно и что она злится на жизнь. Но сказать, что у Розы нет таланта? Сказать прямо в лицо?

– Это очень грубо с твоей стороны! – выкрикнула Роза.

Сюзи же просто потянулась к новой коробке шоколадных конфет. Затем она как будто о чём-то вспомнила. О чём-то очень важном.

– О-о-о!

Роза подумала, не собирается ли мама извиниться за свои слова…

– Сегодня пятидесятипроцентная скидка на рыбу с картофелем. – Сюзи сунула десятифунтовую банкноту Розе. – Вот, сходи в кафе, когда сделаешь уроки.

Роза протопала наверх в свою спальню, зарылась головой в подушку и зарыдала, оплакивая несостоявшуюся победу в «Маунтфорд ищет таланты». Если бы она участвовала в конкурсе плачунов, то без труда завоевала бы первое место. Она стала бы победительницей Евровидения, олимпийской чемпионкой, обладательницей Кубка мира, если бы только эти звания присуждались за слёзы, а не за пение, атлетику или футбол. Но это было не так. Поэтому она стала лишь победительницей своего собственного конкурса Рыданий маленькой девочки, и единственной её наградой была мокрая подушка.

Когда запасы слёз иссякли, Роза услышала знакомое и приятное для уха шебуршание на полу. Это был Бублик, её верная морская свинка. Девочка немедленно открыла клетку, вытащила питомца и прижала к себе.

Бублик всегда был рядом с Розой. Он никогда не критиковал её, не говорил гадости и не выкладывал позорные видео с ней на YouTube. Во всяком случае, пока. Роза любила Бублика всего, от больших чёрных глаз до пушистого рыжего меха, а Бублик любил её в ответ. Он показал ей свою любовь, выдавив из себя маленькую продолговатую какашку ей на колени. Роза к этому привыкла. Морские свинки какают примерно раз в двенадцать минут, и с этим ничего нельзя поделать, только радоваться, что какашки сухие и их легко убирать.

Роза смотрела на какашку, упавшую с её колена на карту мира, которую она разложила на полу вчера вечером. Девочка пыталась решить, где будет жить, когда мир наконец-то оценит, какая она блестящая певица. Лондон? Нью-Йорк? Токио? Какашка Бублика упала на Париж, может быть, это знак?

Бублик принялся грызть чехол от смартфона Розы, лежавший на прикроватной тумбочке. Определенно это ещё один знак. Только знак чего?

Роза включила телефон. Знакомых звуков уведомлений не последовало, потому что она не переписывалась с друзьями. На самом деле у неё не было друзей, кроме Бублика, а слать ему сообщения не было смысла – ведь он не умел читать и писать. Да и больших пальцев у него не было. Однако Роза всё равно купила себе телефон. На деньги, что она скопила после смерти отца.

Внезапно Роза поняла, ПОЧЕМУ телеф он – это знак. Папа!

Папа любил рассказывать историю из своего детства, которая так напоминала девочке её собственную. Только в папиной истории не было шоу талантов, YouTube, да и морской свинки тоже. Но во всём остальном – очень похоже. Когда папа был маленьким, он сказал родителям, что хочет стать изобретателем. Те только посмеялись и велели выкинуть такие амбициозные идеи из головы. Семейство Фалви из поколения в поколение разводило овец, такова и его судьба.

– Спустись на землю и стриги овец, – сказали они ему.

Но папа Розы не отказался от мечты. Когда ему исполнилось шестнадцать лет, он убежал с фермы и вернулся, только когда стал доктором инженерных наук. Он приехал домой с изобретением, позволяющим стричь овец так, чтобы у фермеров не болели колени и спина (он назвал своё изобретение «Шик-вжик стрижка» – возможно, вы о таком слышали?), его семья стала им гордиться и всем было стыдно, что они сомневались в нём.

«ДА!» – подумала Роза. В её голове смутная идея оформилась в чёткий план. Вот что ждёт её в будущем! Она убежит и станет известной певицей, а затем вернётся с охапкой денег – и тогда её мать и брат наконец-то будут счастливы и горды за неё.

Кроме того, в её распоряжении было целых десять фунтов. Хватит ли их, чтобы добраться до Парижа? Она могла бы дойти пешком до Лондона, а остаток пути проделать на каком-нибудь дешёвом автобусе.

– Бублик, ты гений! – сказала Роза.

Она положила морскую свинку на кровать и начала паковать вещи. В ответ Бублик отложил ещё одну продолговатую какашку на одеяло Розы, как бы говоря: «Не уверен, Розочка, стал бы гений так делать?»

 
«Плохая затея», –
Так Бублик считал,
Но хозяйку свою
Он не удержал!
 

Глава пятая
Побег из дома и новый знакомый

Роза собрала вещи и была готова отправиться в дальний путь. Вприпрыжку спустилась она по лестнице, пронеслась мимо матери и брата и пошла ко входной двери.

– Не забудь взять дополнительную порцию! – крикнула Сюзи.

– И на меня возьми, я поем, когда вернусь с работы! – сказал Крис, крутясь перед зеркалом и проверяя, хорошо ли выпрямлена чёлка. – А ещё я хочу низкокалорийный кляр! – добавил он, хотя прекрасно знал, что в кафе ничего подобного не делают – просто макают рыбу в обычное жидкое тесто и жарят во фритюре на обычном масле. Но просьба добавляла ему важности в собственных глазах.

Роза бросила прощальный взгляд на маму, растянувшуюся на диване, и на Криса, любующегося своим отражением в зеркале. «Не волнуйтесь, – подумала она. – Я вас спасу».

На секунду она представила, что они снова могут стать нормальной семьёй. Что Крис не будет смотреться в зеркало круглые сутки, а мама сможет повесить старые фотографии на стены, не разрыдавшись.

Затем она расправила плечи, вышла из дома и закрыла за собой дверь.

Если бы мама и брат уделили Розе внимание, а не были поглощены исключительно собой, они бы увидели набитый рюкзак и Бублика, семенящего позади на длинном собачьем поводке – хотя это было не так необычно, как кажется. Роза часто брала с собой Бублика на долгие прогулки. Они укрепляют иммунитет.

Роза шагнула на верхнюю ступеньку крыльца и глубоко вздохнула. Она чувствовала себя Элли с Тотошкой, только вместо пёсика у неё была морская свинка. Что ж, куда теперь? Она знала, что Лондон расположен к востоку от Башингфорда, и воспользовалась компасом на смартфоне, чтобы сориентироваться.

«Париж, мы идём!» – подумала она.

Современный Башингфорд – забавный старинный городок. Здесь больше кольцевых развязок, чем в любом другом городе мира. Кроме того, он окружён лесом, поэтому если свернуть с тропинки, дороги или кольцевой развязки, то внезапно утыкаешься носом в лес. И действительно, совсем скоро Роза дошла до конца мощёной дороги и начались деревья.

Она бросила взгляд вниз на морскую свинку.

– Будем продолжать идти на восток, Бублик, – решительно сказала она.

Вместо ответа Бублик отложил ещё одну маленькую какашку. Он не переставая занимался этим с момента выхода из дома, отчасти потому, что был смертельно напуган, отчасти в надежде, что, если они заблудятся, Роза сможет отыскать дорогу домой по какашкам, как Гензель и Гретель.

Бублик знал, кто такие Гензель и Гретель, так как провёл не один вечер, сидя на плече Розы и читая книги вместе с ней. Роза любила сказки, но Бублик считал, что они слишком оторваны от реальности, а ещё в них редко встречаются морские свинки.

По мере того как они углублялись в лес, он становился всё гуще и гуще, а тропинка всё меньше и меньше напоминала тропинку. Время шло к закату, и небо посерело. Птицы, которые до того весело щебетали, умолкли. Земля становилась сырой, и у Бублика намокли лапы, что было для него самым нелюбимым состоянием лап.

Это напомнило ему о том случае, когда Роза забыла вовремя поменять опилки в клетке и его мех пропитался мочой. Он очень жалел, что Роза решила сбежать из дома.

Когда девочка наткнулась на пятую невидимую паутину, то тоже начала жалеть, что сбежала из дома. Может быть, мама права. Может быть, хотеть стать певицей – глупая мечта. Может быть, папа ошибался. Может быть, она не рождена для великих дел. Может быть, ей следует просто стать нормальной, как все остальные. Что в этом плохого?

«Тогда, – ответила она самой себе, – тогда все останутся несчастными. Так что надо продолжать идти!»

Солнце зашло, и лес окутала тень. Розе стало холодно, и, что ещё хуже, она начала вспоминать, какие вещи забыла впопыхах, например порошки витамина С для Бублика. Роза гордилась тем, что всегда хорошо ухаживала за Бубликом. Он ни разу не был у ветеринара. И вот теперь они отправились в путь без его лекарства. Почему она такая безответственная? Вывод очевиден: решение убежать из дома было ужасной затеей.

Роза собиралась повернуть обратно, как вдруг позади неё послышался звук.

Сердце замерло в груди, а затем застучало с удвоенной силой. Она посмотрела достаточно фильмов ужасов, чтобы узнать звук хрустнувшей под чьей-то ногой ветки.

Ещё раз. Роза наклонилась, чтобы взять Бублика на руки, и в этот момент краешком глаза заметила кусок грязного лоскута, метнувшийся за куст. Кто или что преследует её? За ней охотится тряпка, поедающая детей?

Роза отвернулась от лоскутного существа и попыталась тихо, на цыпочках, удалиться в другом направлении. Озноб пробрал её до костей, когда прямо за спиной раздалось

У Розы было два варианта.

Первый. Убежать во всю прыть.

Второй. Повернуться и встретиться с существом лицом к лицу в надежде, что оно испугается и удерёт.

Она посмотрела на Бублика, надеясь на его совет, но он просто уставился на неё своими большими пустыми глазами и выдавил какашку. Не дождавшись от Бублика помощи, Роза выбрала вариант номер два.

Быстрее молнии она обернулась и…

…натолкнулась прямо на лоскутное существо.

Чья-то рука схватила девочку за запястье – грязная рука с чёрными ногтями. Это напомнило ей эпизод из фильмов «Рассвет мертвецов», или «Ночь мертвецов», или одного из других подобных фильмов со словом «мертвец» в названии, которые Крис любил ей показывать и после которых её всегда мучили кошмары.

Роза закричала:

– А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

В подобных обстоятельствах Бублик всегда обделывался от страха, но сегодня был тяжёлый день, и все какашки кончились.

– Дитя! – сказало лоскутное существо низким грубым мужским голосом. – Я не причиню тобе вреда!

Он отпустил запястье Розы и сложил руки в приветственном жесте.

Роза попятилась.

– К… кто вы? – спросила она. – Чего вы хотите?

Тут взгляд Розы упал на ноги незнакомца. Обувка у него была очень странная и напоминала мокасины со сложной шнуровкой до колена. Его брюки были из… шкур? Или из кожи? И на нём был балахон из разноцветных лоскутов.

Незнакомец медленно поднял руки и шагнул в луч лунного света, пробивавшегося сквозь деревья. У него была длинная всклокоченная борода и спутанные тёмные волосы с серебряными прядями. Его шляпа была заострённой кверху и обвисшей по бокам. Чёрная? Фиолетовая? Сложно сказать. Кажется, хозяин НИКОГДА её не чистил.

А сам ни разу в жизни не умывался. Розе удалось разглядеть высокие скулы и длинный тонкий нос. В его чертах было что-то благородное. А пронзительные голубые глаза! В них было сложно смотреть, они были ослепительно голубыми, как у полицейской мигалки. Их взгляд казался ещё более выразительным из-за ободка грязи вокруг них, так что Розе казалось, будто он обвёл их тёмными тенями или подводкой.

– Имя моё – Мердин, – сказал незнакомец. – Сие место – чистилище?

– Что значит «чистилище»? – спросила Роза.

– То иное название для ада.

Роза издала нервный смешок.

– Да, ты не ошибся. Правда, мы называем это место Башингфордом.

Мердин недоумённо склонил голову набок, словно собака, пытающаяся понять простую команду.

– Ба-шинг-форд, – медленно произнёс он по слогам, как будто говорил на иностранном языке.

Роза подумала, что незнакомец очень странный, но безвредный. Он выглядел растерянным. Смущённым. Возможно, он бездомный или что-то в этом роде.

– Откуда ты? – спросила она.

– Пришёл я чрез Реки, – ответил он с ноткой печали в голосе. – Послан сюда супротив воли моей. Да и кто добровольно согласится в ад низринуться?

– Ну да. Большинство здесь не по своей воле, – задумчиво сказала Роза. – В основном переезжают из Лондона. Бизнес здесь вести дешевле…

Тут Роза осознала, что Мердин её не слушает и разглядывает что-то. Но что? Роза замолкла и проследила за пристальным взглядом его голубых глаз.

Он таращился на Бублика.

И облизал губы.

– У тебя есть кушанье! – сказал он.

– Что? – переспросила Роза.

– Пища, – нетерпеливо повторил Мердин. – Снедь. Я очень голоден.

Он выхватил морскую свинку у неё из рук.

– Разожги костёр, а я пока умертвлю животное. Запечём его с петрушкой и шалфеем.

Он уже собирался разделаться с бедным Бубликом, когда Роза отняла у него шокированную морскую свинку и прижала её к груди.

– Это мой питомец! – завопила она. – Его зовут Бублик. Ты не можешь его съесть!

– Будь по-твоему. А сие что такое? – Мердин заглянул Розе через плечо и потянул за пластиковый пакет, торчавший из её рюкзака. Это были сухие гранулы – корм для морских свинок. Он открыл пакет и высыпал несколько гранул в рот. – Хм. Пресновато немного, но…

– Это еда Бублика! – сказала Роза и забрала корм.

– Прекрасно, – раздражённо воскликнул Мердин. – Тогда проведи меня в жилище твоё. Будем там трапезничать. Я найду пристанище у тебя на время, пока не стану понимать, как мне из сего ужасного места сбежать и домой возвратиться.

– Эм-м-м, прошу прощения. Ты не можешь жить у меня дома, – запаниковала Роза. – Я тебя даже не знаю!

– Не беспокойся, малютка, деньги у меня есть. Много денег. – Он залез в мешочек, привязанный к поясу, и швырнул Розе несколько замызганных комочков. Они выглядели как… камешки?

– Так, – сказала Роза. – Во-первых, это не деньги. Во-вторых… – Она была не уверена, что во-вторых. – Слушай, я хотела бы тебе помочь, но у меня своих проблем полно. ЯСНО? Отлично. Ну, пока.

Она опустила Бублика на землю и направилась, как она надеялась, в сторону дома. Но Мердин преградил ей путь.

– Постой, дева. Я могу предложить тобе кое-что иное, – сказал он. – Например, я могу подсобить тобе с твоими «проблемами».

– Как ты можешь помочь мне? – спросила Роза. – Ты себе-то помочь не в состоянии, судя по всему.

Мердин выглядел крайне оскорблённым.

– Как СМЕЕШЬ ты? Я Мердин Дикий, сокрушитель врагов. Варлок великий и ужасный!

– напыщенно закончил он.

– Кто такой варлок? – спросила Роза.

– Неслыханно, что я вынужден тобе пояснять. Варлок способен творить великую и могущественную магию.

– А-а-а, – сказала Роза, – волшебник?

– Тьфу! – фыркнул Мердин. – Волшебники – добросердечные глупцы. Варлок поклоняется токмо силам тьмы.

– Как злая ведьма? – разумно предположила девочка.

– Нет! – выкрикнул Мердин, которого сравнение с ведьмами разъярило ещё больше, чем с волшебниками. – Злые ведьмы – уродливые, вонючие, невоспитанные старухи!

– Ты и сам не слишком хорошо пахнешь, – сказала Роза и демонстративно зажала нос рукой. – А почему ты так странно говоришь?

– Что ты под сим разумеешь?

– Токмо, подсобить, дева. Ты актёр?

– Актёр?

Мердин был шокирован дерзостью этого ребёнка. (Актёры находились на самом дне средневекового общества. Где им, по-моему, самое место. Но я отвлёкся…) Разве это дитя не знает, какие опасности подстерегают того, кто решится оскорбить варлока? И тут Мердин осознал нечто ужасное.

– Ты мне не веришь… – тихо произнёс он. В его стране Мердина Дикого знал КАЖДЫЙ. Все боялись его. Но сейчас, здесь, он был… никем.

Роза пожала плечами.

– Конечно, я тебе не верю. – Затем её осенило. – Вот что. Если ты маг или что-то типа того, то покажи мне что-нибудь.

Мердин выглядел подавленным. Без своего любовно вырезанного волшебного посоха, Тандариана, он не мог показать свои самые впечатляющие заклинания.

– Я так и думала, – сказала Роза, глядя на его поникшие плечи. – Пошли, Бублик. Она потянула Бублика за поводок, и они тронулись в путь.

– Стой! – крикнул Мердин, внезапно вспомнив, что ему не нужен посох для магии начального уровня. Ему всего лишь нужно было вспомнить первый год обучения в Школе алхимии. – Кое-что я могу тобе показать. Капельку. Кроху того, что умею.

С этими словами он взял из мешочков вокруг пояса различные сухие травы или листья, как показалось Розе. Затем он принялся кружить по лесу, собирать различные веточки, грибы и паутину и сминать их в руке. С точки зрения Розы, он выглядел как полный безумец, ползающий на коленях по лесу и радующийся найденной траве и другому мусору.

Наконец он выпрямился, поднял кверху сосновую шишку и прошептал странное заклинание:

Бублик посмотрел на Розу, как бы говоря: «Кто этот псих?»

– продолжал Мердин, возвысив голос. Затем с большим торжеством он бросил измельчённую смесь на шишку и гордо поднял её над головой.

– Что ж, спасибо за представление, – сказала Роза, подумав, что на этом всё. – Очень, хм, впечатляюще.

Но Мердин ещё не закончил. Он снова забрал Бублика у неё.

Роза набросилась на него с кулаками.

– Что ты собираешься делать? Опять хочешь его съесть?

Но Мердин упёрся ладонью Розе в лоб и удерживал ее на расстоянии, пока она дико размахивала руками. – Замолкни и не возмущайся боле, дева. И слушай…

Мердин осторожно приложил шишку к голове морской свинки.

Тут же возник какой-то странный звук. Сначала было похоже, как будто где-то далеко работает радио. Затем звук стал громче. Заинтригованная Роза наклонилась к сосновой шишке. И не поверила своим ушам.

– Что происходит? – раздался тоненький голосок. – Минуточку. Почему мой голос звучит вне моей головы? О-о, я схожу с ума. Я знал, что это была ошибка. Я хочу домой в свою клетку. Я хочу домой в свою клетку!

У Розы сам собою открылся рот.

– Чей это голос? – спросила она.

– Ну, то крыса твоя. Её внутренний голос, – ответил Мердин.

– Крыса? Ты кого назвал крысой? – пожаловался внутренний голос Бублика. – О, какой стыд! Я чувствую, как выходит какашка. Я сейчас покакаю-я-сейчас-покакаю-я-сейчас-покакаю-я-сейчас…

И затем, конечно, Бублик покакал.

Роза была поражена! Это действительно был голос Бублика. Именно таким представляла она себе звук его голоса. Она посмотрела на странного, вонючего, нечёсаного незнакомца с яркими голубыми глазами, стоявшего перед ней.

– Хорошо. Значит… ты волшебник, – медленно сказала она.

– Варлок! – резко поправил её Мердин. – Топерь послушай меня. Я должен возвернуться в свой мир. А коли ты в этом адском месте живёшь, то поможешь мне здесь освоиться. То, что я токмо показал, всего лишь семечки. Ежели ты мне подсобишь, я твоё самое заветное желание исполню. Верь мне, я могуществен. Я не какой-нибудь там бахвал².

– Хм. А ты можешь сделать меня великой певицей? – спросив Роза, у которой вдруг забилось сердце.

– Конечно, – ответил Мердин. – Коли ты действительно того алчешь.

– Стать певицей – вот то, чего я алчу! То есть хочу.

– Да будет так. Коли подсобишь мне, я дам тобе певческое зелье. Ты будешь петь, аки ангел. Никто и никогда не слышал ничего подобного.

– Тогда мы договорились, – сказала Роза. Она – хотя и неохотно – схватила протянутую грязную руку Мердина и пожала её.

– Хотелось бы уточнить, – протарахтел Бублик, когда они отправились домой. – Меня не собираются есть?

– Нет, крыса, – ответил Мердин. – Во всяком случае, пока нет.

И вот тут Роза вспомнила, за чем мама отправила её в первую очередь.

 
«Вот же блин блинский! –
Роза завыла. –
Про рыбу с картошкой-то
Я позабыла!»
 

Глава шестая
Разбитый телефон и рассеянный дион

Обратно они шли медленно. Каждый раз, завидя машину, Мердин спешно прятался за изгородью или мусорным баком.

– Что это за мерзкие твари? – взвыл он, поднимаясь с земли в десятый раз.

– Твари?

– Ага. – Очередная машина пронеслась мимо, заставив Мердина отпрыгнуть за фонарный столб. – Вот ещё одна.

У них колёса вместо ног, а из труб позади валит отвратительное зловоние.

Роза посмотрела на него. О чём это он говорит?

– В той стране, откуда ты родом, нет машин? – спросила она.

– Ма-шииин? – переспросил Мердин, опять странно произнося слово.

– Да. Люди на них ездят.

– А! То бишь повозка! – догадался Мердин. – Но без лошадей?

– Лошадей? – Роза засмеялась. – Никаких лошадей. Там есть двигатель, знаешь ли… его заводят. Ключом.

– Ого, – тихо сказал Мердин себе под нос. – Сколь странное чистилище…

Секунду спустя в рюкзаке Розы зазвонил телефон, проиграв, как всегда, песню Бейонсе «Crazy in Love».

– О, боги! – завопил Мердин, зажимая уши руками. – Что за кошачий вой?

Роза остановилась и достала телефон. На экране возникло мамино лицо.

– Где рыба с картофелем, дорогая? – немедленно принялась упрекать девочку Сюзи.

Мердин не верил своим глазам. Он таращился на крошечную женщину, заключённую в маленький чёрный квадрат.

– Что за чёрная магия? – в ужасе прошептал он.

– Э-э-э-э, прости мам, я тут слегка э-э-э-э… задержалась, – сказала Роза, не замечающая охвативший Мердина ужас.

– Так поторопись же, милая! Я умираю с голоду!

– Хорошо, я…

Не успела Роза закончить предложение, как Мердин ВЫХВАТИЛ телефон у неё из руки и с размаха ШМЯКНУЛ его о тротуар. Экран сразу же разбился.

– Что… Стой! – заорала Роза.

НО волшебник-варлок ещё не закончил. Он ПОДПРЫГНУЛ и РАСТОПТАЛ телефон, от которого остались только куски. Затем он бросился на землю и лихорадочно принялся перебирать осколки стекла и пластика.

Ошарашенный, он посмотрел на Розу.

– Куда она делась?

– Куда КТО ДЕЛСЯ? – завопила девочка. Ещё никогда в жизни она не была так зла. Это был дорогой телефон! Она НИКОГДА не брала его в школу, чтобы с ним ничего не случилось, а теперь этот СУМАСШЕДШИЙ разбил его вдребезги.

– Ну, та злая ведьма в коробке?

– Это была моя мама! Она просто была дома!

– Твоя мать живёт в сей крошечной коробке? – сказал поражённый Мердин. – Что случилось? Порча? Проклятье? Она поссорилась с другой злой ведьмой?

– Что? Нет! Хватит говорить о ведьмах! – сказала Роза. – Она не была В КОРОБКЕ. Это смартфон, гаджет такой.

– Даже я это знаю, – вмешался писклявый голосок Бублика. – А ведь я – морская свинка.

Мердин ошалело уставился на Розу.

– Старпом… гад же ты…

– Гаджет, – повторила Роза.

– Гад же ты, – упрямо сказал он.

– Гаджет, смартфон, – попробовала Роза ещё раз. – И он стоит МНОГО денег.

– У меня есть деньги. Я говорил тобе.

Мердин бросил ещё несколько грязных камешков взбешённой Розе, но это НЕ помогло. Роза швырнула их обратно. Мердин поневоле задумался о том, что это очень странно: он сражался с убийцами-мародёрами и опасными чародеями, но все они меркли по сравнению с гневом этой двенадцатилетней девочки. Должно быть, ей был очень дорог этот гад-старпом.

– Твоё заклинание должно превратить меня во ВСЕМИРНО известную певицу, не то ты пожалеешь! – крикнула Роза и принялась собирать и складывать в рюкзак обломки смартфона.

Остаток пути к кафе, где продавали рыбу с картофелем, они прошли в молчании. Роза взяла порцию себе, маме и Крису и, поскольку её гнев наконец утих, Мердину тоже.

Она задумалась, как объяснить домашним присутствие своего спутника. Всё будет нормально, рассудила она. Пока Мердин не разобьёт мамин телефон, не захватит диван и телевизор и не съест её конфеты, та не будет возражать, если варлок какое-то время поживёт в сарае. «Хотя не стоит говорить, что он варлок, – подумала Роза. – Лучше скажу “волшебник”. Звучит менее, эм-м… пугающе».

Когда они оказались на Даффодил-Клоуз, Роза на цыпочках прошла по узкой тропинке между своим домом и гаражом Диона. Мердин шёл за ней.

– Теперь слушай. Мне нужно убедить маму разрешить тебе ненадолго остаться, – прошептала она. – Тебя устроит, если ты будешь спать вон там?

Она показала на сарайчик в саду Фалви. Это была простая постройка с облезлой зелёной крышей, маленькими дверью и окном.

– Презренное жилище, но полагаю, что в аду мне нечего рассчитывать на замок, – сказал Мердин.

– Э… именно так, – сказала Роза. – Подожди здесь.

Войдя в дом, Роза нашла маму именно там, где видела её перед уходом. Шоу талантов закончилось, и теперь она смотрела документальный фильм о Мерилин Монро.

– Ты не спешила, – сказала Сюзи, не глядя на дочь.

– Я кое-кого встретила, – сказала Роза.

ТЕПЕРЬ Сюзи оторвала взгляд от экрана телевизора.

– Я подумала, что слышу ещё какой-то голос, когда позвонила тебе! Кто это был? Незнакомый? Я ведь тебе говорила, что нельзя разговаривать с незнакомым людьми!

– Он не незнакомый и не бездомный странник, – ответила Роза. – Хотя довольно странный. И немного самовлюблённый. Но сердце у него доброе, мне кажется. В общем, я не уверена, но… дело в том, что он… он…

– Не тяни, Роза! – нетерпеливо сказала мама.

– Он… э-э-э… волшебник, – выдавила из себя девочка.

Сюзи была так шокирована, что даже поставила документальный фильм о Мерилин Монро на паузу.

В это время оставшийся на улице Мердин наблюдал за Дио ном, соседом Розы, который вышел из боковой двери гаража, закончив на сегодня возиться со своей любимой машиной. Увидев Мердина, Дион аж подпрыгнул от неожиданности, но вступать в разговор с актёром из «Властелина колец» ему не хотелось, так что он ограничился кивком и поспешил скрыться в доме.

Следя за Дионом, Мердин заметил, как что-то выпало у того из кармана и блестит в лунном свете между плитками дорожки. Мердин любил блестящие вещи, так что он нагнулся и подобрал вещь.

Это была маленькая чёрная коробочка. Мердин принялся ощупывать её со всех сторон, как вдруг из гаража раздался приглушенный звук. БИП БИП!

Умный читатель – которым, как мы уже выяснили, ты являешься, – уже понял, что Мердин открыл автомобиль. Но варлоку показалось, что звук издала какая-то птица.

Будучи любопытным от природы, он открыл боковую дверцу гаража и вошёл. Оказавшись внутри, он понял, что то была совсем не птица, а машииина. Поскольку Роза объяснила, что это всего лишь повозки без лошадей, Мердин их больше не боялся. Наоборот, эта повозка показалась ему довольно красивой. Спереди был нарисован огромный орёл, и вся она сияла в лунном свете, как гигантский драгоценный камень.

Мердин провёл ладонью по боку машины. Такая сверкающая, такая гладкая, такая холодная. Он заметил ручку и потянул за неё. Дверь открылась. Кожаное кресло внутри словно приглашало сесть, так что он залез в машину.

Теперь прямо перед ним оказалась круглая штука. Неизъяснимо. Зачем нужно колесо внутри повозки? Тут он вспомнил, как Роза говорила что-то про ключ. Может ли серебристый кусок металла, прикованный цепью к чёрной коробочке, быть ключом? Мердин поднёс его к лицу.

«Сей маленький и изящный предмет, вне всякого сомнения, ключ, – подумал он. – И куда он вставляется?..»

В гостиной Роза всё ещё отбивалась от вопросов взбешённой мамы.

– Ты встретила в лесу бродягу? И хочешь, чтобы он жил в сарае? У тебя совсем мозгов нет?

– Но мама, он умеет колдовать! Он сделал так, что Бублик заговорил! Послушай…

Роза прислонила сосновую шишку к голове морской свинки. Но последовала долгая тишина.

– Ну давай, Бублик. Я не могла заткнуть тебя пять минут назад! – умоляла Роза. Но Бублик просто смотрел на неё отсутствующим взглядом.

– Он раньше говорил, – оправдывалась девочка, улыбаясь из последних сил. Всё шло ещё хуже, чем она себе представляла. Будущее, где Мердин даёт ей волшебное певческое зелье и жизнь всех её близких меняется к лучшему, внезапно стало отдаляться.

Роза и раньше отличалась эксцентричными поступками, но сейчас дело зашло слишком далеко.

– Я знала, что это случится, – сказала Сюзи дочери, качая головой. – Ты сошла с ума. Я про такое читала. Иногда случается с детьми, переживающими резкие перемены…

Роза хотела было возразить, но их разговор прервал звук набирающего обороты двигателя.

Это был странный звук. Когда Дион заводил свой «понтиак», двигатель никогда не рычал так громко. Дион знал, что такое высокое количество оборотов в минуту повредит поршни. Могло ли это быть… как-то связано с Мердином?

Не успела эта тревожная мысль обосноваться в голове Розы, как она сразу подтвердилась. Девочка услышала шуршание колёс, за которым последовал глухой удар, как будто машина врезалась в дверь гаража.

Роза и мама бросились к окну, выходящему на улицу, и увидели, как любимый «Понтиак Файерберд» Диона стоимостью сто тысяч долларов с шумом мчится поперёк дороги задним ходом, вихляя и скрипя шинами.

Когда «понтиак» пронёсся мимо, Роза успела разглядеть за рулём Мердина: он выглядел совершенно обезумевшим и истошно орал. Машина вильнула в последний раз и врезалась в фонарный столб.

Багажник автомобиля смялся в гармошку.

Две секунды спустя входная дверь Диона распахнулась. Почтальон босиком и в халате на голое тело выскочил на улицу. Он принимал ванну и смотрел на айпаде «Титаник», когда услышал, как завелась его машина. Дион мчался через дорогу, роняя за собой клочья пены, и кричал:

– Моя машина! Моя прекрасная машина!

Он добрался до фонарного столба и врезавшейся в него машины и рывком распахнул водительскую дверь. Мердина, лицо которого приобрело цвет молодой зелени, немедленно вывернуло на босые ноги бедного Диона.

– Что за…

Ну всё! Я вызываю полицию! – заорал Дион.

Роза с мамой наблюдали, как разворачиваются события. Ну да, можно при желании назвать это автомобильной аварией. Наконец Сюзи повернулась к Розе.

– Это случайно не твой волшебник? – спросила она. – Вообще-то, он скорее варлок, – ответила Роза слабым голосом.

 
Смартфон и машину
Разбил, как игрушки.
Что ещё Мердин
Способен разрушить?