Kitabı oxu: «Пригубившие»

Глава

Дорога кончилась еще за три версты до моста. Дальше шла не дорога даже, а продавленный лесовозами глиняный накат, заросший по обочинам конским щавелем и седой полынью.

«Нива» Кости чихала, дергалась на рытвинах, но тянула. В салоне воняло паленым сцеплением, прелым войлоком сидений и сырым речным воздухом, который врывался в приоткрытую форточку.

– Зачем мы сюда поперлись, Кость? – Марина сидела рядом, обняв колени. Ее бледные, худые щиколотки были искусаны слепнями еще на первой остановке у парома. – Дом стоял десять лет заколоченный. Никому он не нужен был. Ни матери твоей покойной, ни дяде Юре. Чего там сейчас ловить?

Костя не ответил. Он смотрел сквозь пыльное лобовое стекло на темнеющую стену ольшаника. Ему нужны были документы на пай. Продать этот угол за копейки какому-нибудь фермеру под склад или выпас, закрыть хотя бы треть долга по автосервису и забыть, как дурной сон. Коллекторы из «БыстроЗайма» уже дважды приходили к его подъезду в райцентре, оставляя на дерматине двери косые царапины гвоздем.

Деревня Верхние Омуты открылась внезапно, за крутым изгибом оврага.

Она не была заброшенной в привычном смысле. Дома стояли целые – крепкие пятистенки из почерневшей лиственницы под шиферными и дранковыми крышами. Только заборов почти не осталось: жерди сгнили и легли в крапиву. Ни лая собак, ни мычания, ни дыма из труб. Октябрьское солнце скатывалось за макушки сосен, размазывая по небу тусклую медно-ржавую полосу.

Машина остановилась у крайнего дома с резными наличниками, на которых еще угадывались выцветшие голубые завитки.

– Вылезай, – сухо бросил Костя. – Засветло надо сундук на чердаке проверить.

Когда мотор заглох, на них обрушилась тишина. Плотная, речная, липкая. Где-то внизу, под обрывом, лениво ворочалась река Вытегорка – мутная, торфяная, пахнущая гниющими корнями и прелым илом.

Марина поежилась, натянула капюшон куртки:

– Костя. Смотри.

Она показала пальцем на дорогу вглубь деревни. У крыльца соседней избы стоял мужчина в брезентовой робе. Он не двигался. Просто стоял лицом к ним, опустив руки вдоль туловища, и смотрел. Из-за расстояния черт лица было не разобрать, но поза его казалась неестественно прямой, деревянной.

– Местный какой-то, – буркнул Костя, доставая из багажника фомку и фонарь. – Старики тут доживают, говорили в сельсовете. Человек пять-шесть. Не обращай внимания.