Kitabı oxu: «Книга гор и морей. Бестиарий Древнего Китая»

Все, что держит на себе Земля, заключено меж шестью сторонами света, омывается четырьмя морями, озаряется солнцем и луной, управляется движениями светил и звезд, упорядочивается четырьмя временами года, выправляется по светилу Тай-суй. Все, порождаемое духами, имеет собственную форму, отживает долгий или краткий век. Только мудрецам под силу постичь эту Истину.

Иллюстрации – Чэнь Сыюй

Перевод с китайского языка и предисловие – Кирилл Батыгин

Научный консультант – Алексей Чигадаев

山海经

Copyright © 2015 by 陈丝雨 and 孙见坤. Originally published by Tsinghua University Press Limited.

This Russian edition has been licensed through Anna-Mo Literary Agency in association with NOVA LITTERA SIA.

All rights reserved.

© Сунь Цзянькунь, текст, 2024

© Чэнь Сыюй, иллюстрации, 2025

© Издание на русском языке, перевод на русский язык. ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2025

КоЛибри^®

От переводчика и научного редактора «Фантастические твари» (и не только!) Древнего Китая

Сложно писать о книге, которая во многом говорит сама за себя. Альбом, который вы, уважаемые читатели, держите в руках, нам кажется образцом научно-популярного издания по культуре Древнего Китая: яркие иллюстрации, небольшие и (надеемся!) максимально ясные тексты и – самое главное – пространство для того, чтобы аудитория взаимодействовала с материалом в комфортном режиме. Однако именно за этой предельной доступностью скрывается вся сложность и неоднозначность исходного исторического памятника древнекитайской словесности.

Что такое «Книга гор и морей»?

В своей первоначальной форме«Книга гор и морей» – или, как рекомендует Электра Михайловна Яншина, один из самых известных филологов-китаеведов, о роли которой в судьбе этого памятника на русском мы обязательно поговорим дальше, – «Каталог гор и морей» («Шаньхайцзин», 山海经) представляет собой крайне необычный текст, сильно выбивающийся из общей логики древнекитайской литературы. Это не единый сюжет и не философский трактат, а скорее развернутое собрание разрозненных зарисовок и сказаний – условных «краеведческих» сведений о локациях и обитавших там «когда-то в глубокой древности» растений, животных и богах. При этом «Книга» хорошо вписывается в общее направление «записок о необычном» (чжигуай, 志怪) – отдельного пласта сверхъестественных историй, которые в дальнейшем получили большое развитие в Китае (например, в виде «Странных историй из кабинета неудачника» Пу Сунлина), в том числе благодаря этому бестиарию, остающемуся бесценным источником вдохновения для многих поколений авторов и художников Китая.

Что представляет собой «Книга» по структуре и содержанию?

«Книга гор и морей» делится на восемнадцать каталогов или «свитков», которые распределяются между двумя крупными разделами:«Книга гор» и «Книга морей».

Подобные географические альманахи составлялись в большом количестве разными древнекитайскими хроникерами, пытавшимся на своих относительно ограниченных территориях и за данное им на земле не столь уж продолжительное время осознать не только ближайшее, но и максимально далекое окружение.

«Книга гор», как следует из названия, в первую очередь описывает различные горные массивы и реки, а также животных и растения, которые обитают и произрастают на данных территориях. Это примерно две трети всего памятника – своеобразный атлас континентального Китая (правда, без карт, которые были бы весьма уместны). Весь материал расположен по принципу ориентации пространства по пяти сторонам света: югу, западу, северу, востоку и центру.

Предпринимались попытки локализовать соответствующие описания, но это проблематичная задача в свете того, что разные народы, составлявшие тогда Китай, могли различным образом обозначать одни и те же объекты. В нашем альбоме потенциальные локации отмечаются с известной степенью допущения.

Записи собственно о «фантастических тварях» в«Книге» довольно просты: обычно дается описание их внешнего облика, иногда – привычек, временами – краткое изложение связанных с ними историй. Особенно здесь выделяются мифологические сюжеты и образы. Они представлены довольно фрагментарно: иногда в виде общего контура повествования, иногда в виде отдельных мотивов, иногда простого перечисления свершений героев.

Еще сложнее с«Книгой морей». Здесь основной акцент сделан на предполагаемых чужеземных царствах и народах, которые описываются настолько причудливо, что тяжело сказать, насколько мы можем называть те или иные существа собственно «людьми». Здесь в наибольшей степени ощущается основной смысл «Книги»: в каком неизвестном и обширном мире мы живем, сколько в нем чудесного и необычного, и хорошо было бы в этом разобраться!

Именно в«Книге» сильнее всего ощущается та особенность древнекитайской литературы, которую мы бы назвали ведущей: матовая прозрачность. Складывается впечатление, что древние китайские авторы воспринимали свои тексты как предельно понятные и очевидные, а вот нам – как иностранцам, так и китайцам (!) – именно с позиций сегодняшнего дня, когда язык прошел путь развития и сильно преобразовался, оказывается тяжело оценить то, что, скорее всего, было абсолютно понятным для составителей.

Кто автор или составитель «Книги»?

Споры об этом продолжаются до сих пор.«Книга» – анонимный источник предположительно IV–II веков до н. э., примерно периода Сражающихся царств (около 475–221 гг. до н. э.), когда единого Китая еще не существовало, а в восточной части территории современной страны располагалось несколько противоборствующих небольших государств.

Традиционно«Книга» приписывается Великому Юю (даты его жизни сильно варьируются, поскольку Юй – мифический император, основатель столь же легендарной династии Ся, примерно 2070–1600 гг. до н. э.). Мы еще познакомимся с ним в записях из этого альбома. Для нас же существенно следующее замечание из «Чжуан-цзы», которая приводит Яншина в переводе «Каталога»: «Некогда Юй, усмиряя воды потопа, прорыл русла рек и дал им проход через землю четырех варваров и девяти областей. Он дал названия тремстам горам, провел русла трех тысяч больших рек, а скольких малых – и не счесть». Эти заметки, которые вошли и в нашу «Книгу»,предположительно, были выгравированы на ритуальных сосудах. Разумеется, все это – сказания о сказаниях.

Первое упоминание о«Книге» как письменном источнике появилось в «Исторических записках» («Шицзи») летописца Сыма Цяня (около 145–87 гг. до н. э.).

Но«Книга» не дошла до нас в рукописном виде. Этот памятник известен в списке редакции собирателя, редактора, комментатора и поэта Го Пу (276–324).

Примечательно, что в нашем альбоме составители лишь один раз обращаются к комментариям Го Пу, предпочитая ему неаннотированный «старый» текст, вероятно, из желания вернуться к «истокам».

Чем важны Яншина и «Каталог»?

На русском языке читателям доступен полный и прекрасно аннотированный перевод«Каталога гор и морей» историка, китаеведа, кандидата филологических наук Электры Михайловны Яншиной (род. 1924), к которому мы обращались во время работы над этой книгой – и над введением, и переводом. Настоятельно рекомендуем перевод Яншиной читателям, желающим продолжить знакомство с этим памятником. Насколько мы можем судить, изначально издание выходило в издательстве «Рипол Классик» в 2004 году.

В чем особенность настоящего издания?

Представленный альбом – это не полная иллюстрированная версия оригинального«Каталога».

В оригинале более четырехсот (!) наименований только животных самых различных видов. Отдельными категориями идут разнообразные божества, демоны, духи и народы, которые исчисляются если не сотнями, то, по крайней мере, десятками.

В настоящей книге представлены 133 различных животных, богов и духов – богатая, но не пугающая многочисленностью подборка.

Альбом представляет наименее очевидные по своим смыслам образы, которым и полный«Каталог», как подчеркивает Яншина, не дает систематического описания: «наиболее подробны сообщения о растениях, не столь детально о минералах, наименее – о животных». И мы хотели бы предположить, что именно поэтому художников-иллюстраторов в первую очередь интересуют именно «фантастические твари»: здесь гораздо больше простора для полета фантазии.

Проблема заключается в том, что древнекитайские источники вызывают большие вопросы и дискуссии и в китайской среде. Иными словами, есть не просто вероятность, а неизбежность в том, что цитаты в оригинале будут неясны китайцам. Большое преимущество перевода – он подчеркивает всю сложность исходника с его огромными недосказанностями.

Составители настоящего альбома – талантливые Чэнь Сыюй и Сунь Цзянькунь – идут несколько другим путем: помимо иллюстраций и цитат по«Книге», они предлагают нашему вниманию полностью адаптированные на современный китайский язык интерпретации отрывков и снабжают их еще более необходимыми дополнительными комментариями.

Альбом в ваших руках, уважаемые читатели, – перевод на русский перевода на современный китайский с оригинала на древнем китайском! Важно подчеркнуть, что здесь представлены трактовки образов именно в исполнении Чэнь и Суня, которые никоим образом не исключают, а, наоборот, предполагают иные прочтения.

Как мы работали?

Мы взяли за основу хрестоматийный перевод Яншиной и уточнили его, исходя из интерпретаций составителей нашего издания. И поэтому мы намеренно – и немного произвольно – выбираем слово«Книга», чтобы выделить альбом на фоне «Каталога».

Из более точечных решений – продолжая идею Яншиной, мы постарались оставить в альбоме как можно больше замысловатых названий, в том числе топонимов. Мы воспринимаем нашу задачу как чуть более популярную, поэтому фактически идем в сторону большей образности, давая топонимам яркие названия. По тем же причинам мы также прописываем главное качество каждого зверя (например, какое реальное животное в нем угадывается в первую очередь), чтобы чуть сориентировать читателей.

Специфика перевода сказалась и на оформлении настоящего альбома. В изначальной верстке каждая цитата из«Книги» снабжалась переводом с отдельными вводными комментариями. Все вводимые нами слова заключены в квадратные скобки, а различные варианты и пояснения – в круглые.

Отдельно еще отметим, что при разночтениях обращались к китайскому ресурсу 5000言 (буквально «5000 слов») с ценными дополнительными комментариями и древними иллюстрациями (https://shanhaijing. 5000yan.com). Рекомендуем эту платформу всем читателям, владеющим китайским.

Наконец, надеемся, что этот альбом и будет в помощь изучающим китайский язык, и послужит вдохновением для широкого круга читателей.

Январь 2025 года

Кирилл Батыгин, переводчик с китайского и английского, резидент Дома творчества Переделкино, лауреат премии «Ясная Поляна» (2024), автор ТГ-канала «Музыка перевода»

Алексей Чигадаев, китаист, исследователь китайской литературы и автор ТГ-канала о современной азиатской литературе «Китайский городовой»

Книга гор

Южные горы

鹿蜀 Конь-лушу

Гора Бирючинового света

«Там водятся животные с белыми головами, похожие на коней. Полосаты они, как тигры, с алыми хвостами. Голоса их льются как песни. Называются они “лушу”. Если облачиться в их шкуры, то будет у вас много отпрысков».

Гора Бирючинового света (Нюян) в древности располагалась где-то в окрестностях современного города Лянчжоу провинции Гуандун.

Лушу отличаются, помимо тигриного окраса крупа, белой как снег головой и красным как пламя хвостом. Для китайцев, которые издавна стремились к беспрерывности рода, перспектива существования такого зверя значила особенно много. Говорят, что кто-то видел, по крайней мере, одного лушу где-то в южной части провинции Фуцзянь во времена династии Мин, при правлении под девизом Чунчжэнь или «Возвышенное счастье» (примерно 1628–1644).

旋龟 Черепаха-сюаньгуй

Гора Бирючинового света

«Там начинается река Призраков (Гуай), которая течет на восток и впадает в реку Уставного крыла (Сяньи). В реке Призраков водится много чудесных черных черепах, которые выглядят совсем как обычные, только с головой птицы и хвостом гадюки. Называют их “сюаньгуй”. Голоса их подобны гласу расщепляемого дерева. Носят таких черепах на себе от глухоты. Могут излечить они и от мозолей на ногах».

Сюаньгуй (или же цюйгуй) напоминают черношейных черепах из семейства азиатских пресноводных черепах. Они обитают преимущественно в пределах Гуанси и Гуандун. Предположительно, там же следует искать и предков сюаньгуй. По легендам, мифический император Шунь (примерно 2294–2184 гг. до н. э.) на склоне лет столкнулся с огромным наводнением. Гунь – отец Великого Юя, которому было суждено умиротворить паводок, получил распоряжение обуздать потоп, но не смог додуматься, как воспрепятствовать вздымающимся к Небесам водным валам. Однажды Гунь, прохаживаясь у берега реки, увидел, как вертится, вцепившись в свой хвост, Черная черепаха. Этот образ – а наименование рептилии буквально можно перевести как «вертящаяся черепаха» – надоумил Гуня возвести Большую дамбу, чтобы остановить воды. Нам, потомкам Гуня, известно, что из этой затеи ничего не вышло, и за провал император приговорил к смерти способного человека. Юй продолжил дело отца, и ему на помощь явилась не только та самая Черная черепаха, но и еще Желтый дракон.

鯥 Рыба-лу

Гора Основ

«Есть рыба, похожая на быка. У нее змеиный хвост, плавники и крылья по бокам. Она издает звуки, похожие на мычание. Ее называют “лу”. Зимой умирает, летом рождается. Съешь ее – избавишься от нарывов».

В трехстах ли – около ста пятидесяти километрах на современный лад – к востоку от горы Бирючиновый свет располагается гора Основ (Ди). Там и водятся эти необычные рыбы-химеры с крыльями, которые будут подлиннее их ребер. Люди, жившие уже после написания«Каталогов», также приписывали лу четыре ноги с бычьими копытами. По легендам, эти рыбы на зиму впадают в спячку и пробуждаются только летом.

猼訑 Козел-бои

Гора Начал

«Там водится животное бои, похожее на козла, но с девятью хвостами и четырьмя ушами. Оба глаза у него расположены на спине. Имей его при себе – и не будешь знать страха».

Еще в трехстах ли к востоку от горы Основ можно обнаружить гору Начал (Цзи), где и обитает это создание. Обзаведшийся шкуройбои человек вообще ничего не будет бояться и сможет свободно путешествовать между Небом и Землей. На первый взгляд покладистый козлик, дарующий ни с чем не сравнимую отвагу, – прекрасное сочетание в одном образе двух крайностей.

Птица-чанфу

Гора Начал

«Есть птица, похожая на петуха, но с тремя головами, шестью глазами, шестью ногами и тремя крылами. Она носит название “чанфу”. Если съешь ее, то не заснешь».

Эта птица живет на той же горе, что и козел-бои. Чанфу примечательна тем, что все в ней вертится вокруг цифры «три»: у нее три головы, три пары глаз, три пары ног и три крыла. Поговаривают, что эти пернатые имели для предков современных китайцев некий глубокий смысл. Бессонница от вкушения такого «петуха» объясняется тем, что чанфу – по характеру птица тревожная.

九尾狐 Девятихвостый лис-цзювэйху

Зеленый холм

«Там водится животное, похожее на лису, с девятью хвостами. Звук его голоса напоминает плач ребенка. Зверь этот может сожрать человека. Тому, кто съест его, не опасна никакая отрава».

В трехстах ли к востоку от горы Основная находится гора под названием «Зеленый холм» (Цинцю), где поселились такие лисы. Поедая мясоцзювэйху, человек оберегает себя от наваждений. По той же самой логике последующие поколения даосов носили при себе в качестве амулетов священные книги. В народных песнях говорится, что тот, кому посчастливилось увидеть девятихвостого лиса, выбьется в люди. Согласно легенде, в возрасте тридцати лет Великий Юй (примерно 2297–2197 гг. до н. э.), с которым мы уже успели познакомиться через черепах-сюаньгуй, шел по горе Глиняной (Ту) и заприметил белого цзювэйху. И действительно: после этого Юй стал императором, сыном Неба! Часто изображения девятихвостых лис обнаруживаются на медной утвари времен Западной Чжоу (1027–770 гг. до н. э.). Позже цзювэйху вместе с лунной жабой, солнечным трехлапым вороном и прочими зверями стали изображать подле Сиванму, Повелительницы Запада и верховной богини в даосизме (ищите ее далее на страницах этого альбома). Страшное чудовище постепенно превратилось в доблестного героя, вероятно, обретя бессмертие и обосновавшись на горе Обширной (Куньлунь) – месте обитания небожителей.

赤鱬 Рыба-чижу

Зеленый холм

«От горы под названием “Зеленый холм” берет начало река Цветочная (Ин), она несет свои воды на юг к реке Бокового сияния (Иццзэ). В ней много алых чижу, похожих на рыбу, но с человеческими лицами. Рыба кричит, как утка-мандаринка. Съев ее, избавишься от чесотки».

Примечательно, что учижу – лик красивой девушки.

鴸 Птица-чжу

Гора Ларец

«Там водится птица, называемая “чжу”. Она похожа на ястреба, но у нее человеческие руки. Ее крик подобен перепелиному. Птица выкрикивает собственное имя. В уезде, в котором она появится, многих служивых сгонят с мест».

Гора Ларец (Гуй), где поселилось такое пернатое, расположена, предположительно, в юго-западной части современной провинции Хунань. Целыми днями разносятся по окрестностям звуки: «Чжу, чжу, чжу!» Птица будто бы саму себя окликает. Есть легенда, что чжу – преображенный Даньчжу, сын легендарного императора Яо (примерно 2376–2255 гг. до н. э.). Яо принял решение передать престол Шуню (мы о нем говорили в разделе про черепах-сюаньгуй), а Даньчжу сослал на юг и сделал мелким вассальным князем. Недовольный Даньчжу собрал с вождями племени саньмяо войско и поднял бунт, но восстание было подавлено. Даньчжу некуда было бежать, вот он и бросился в море, где встретил смерть. Однако его душа не нашла покоя в потустороннем мире и преобразилась в птицу. Стоит только чжу появиться где-нибудь, как местные добродетельные чиновники оказываются в опале, а иногда их даже отправляют в ссылку. А когда благородных мужей на местах не остается, то к власти приходят люди коварные.

猾褢 Кабан-хуахуай

Гора Неприступного света

«Там водится животное, похожее на человека, но со щетиной кабана. Живет в пещере, зимой впадает в спячку. Зверь этот называется “хуахуай”. Его голос напоминает треск, как при рубке дерева. В том уезде, где его увидишь, жди тяжелых повинностей».

В четырехстах пятидесяти ли к юго-востоку от горы Ларец мы утыкаемся в гору Длинную (Чанъю), а если пройти еще триста сорок ли на восток – в гору Неприступного света (Яогуан). Если в мире все спокойно, а под Небом установлен верный Путь, тохуахуай уединяется и никак не дает о себе знать. Но стоит ему появиться, как в соответствующем месте разворачиваются великие события, а жителей окрестных деревень отправляют отбывать трудовую повинность.

蛊雕 Птица-гудяо

Гора Олений крик

«В тех водах водится животное, называемое “гудяо”. Оно похоже на орла, но с рогами. Его крик подобен голосу ребенка. Оно – людоед».

Примерно в шести тысячах ли к востоку от горы Неприступного света стоит гора Олений крик (Луу), на которой совершенно ничего не растет, но полна она драгоценными металлами и самоцветами. От этой горы начинается река Блестящая (Цзэгэн), которая, устремляясь на юг, впадает в реку Обильную (Пан). И вот в этой реке живет поедающее людей животное, которое вроде бы птица, но и не совсем. Хотягудяо часто сравнивают с орлом, также бытует мнение, что у этой птицы тело леопарда, а на голове – всего один рог, но при этом есть птичий клюв. Как и ранее встречавшийся нам девятихвостый лис, гудяо питается исключительно человечиной. Жертву он к себе привлекает жалостным плачем, похожим на детский. Добыча сама же в лапы просто так не бросится.

凤皇 Феникс-фэнхуан

Гора Киноварная

«Птица похожа на фазана, имеет она пятицветное оперение с разводами. Называется она “феникс-фэнхуан”. Узор на голове складывается в иероглиф “Дэ” (добродетель), на крыльях – “И” (справедливость), на спине – “Ли” (почтительность), на груди – “Жэнь” (человеколюбие), на животе – “Синь” (честность). Ест и пьет, как обычная птица. Сама для себя поет и танцует. Когда заприметишь феникса – в Поднебесной наступят спокойствие и мир».

Это пернатое обитает на горе Киноварной (Даньсюэ).

При всем многообразии птиц феникс неизменно занимает первенство в Китае. По облику он больше всего напоминает золотистого фазана. Оперение феникса соотносится с пятью стихиями: синяя голова – с деревом, белая шея – с металлом, темно-красная спина – с огнем, черная как смоль грудь – с водой, золоченые ноги – с землей. Согласно конфуцианским канонам, иероглифы, в которые складываются узоры на перьях, – отсылки к лучшим качествам человека. Если такое чудо явится к людям, то в Поднебесной установится мир.

颙 Птица-юй

Приказной холм

«Это птица, похожая на сову. У нее человечье лицо с четырьмя глазами и ушами. Ее зовут “юй” или “крупноголовой”. Она выкрикивает собственное имя. Когда она появляется, быть в Поднебесной большой засухе».

В двух тысячах ли от горы Киноварная мы находим гору под названием «Приказной холм» (Линцю). Растительности здесь нет вовсе, зато много лесных пожаров. Именно здесь водится эта сулящая недоброе птица с большой головой. Говорят, что по телуюй слегка напоминает сову – злостную птицу, которая может в отдельных случаях сожрать даже собственную мать. Существо вечно твердит, будто бы взывая к самому себе: «Юй, юй, юй». По легендам, юя высотой в две трети метра видели на двадцатый год (примерно 1592–1593) правления под девизом Ваньли или «Бесчисленные годы» при династии Мин. И, разумеется, с пятого по седьмой месяц того года установилась нестерпимая жара: за все лето не выпало ни капли дождя, а с посевов не удалось собрать ни зернышка.

龙身人面神 Дух с телом дракона и лицом человека

«В “Каталоге Южных гор” представлены три горных хребта. Третий – от горы Небесного смотрителя (Тяньюй) до горы Южной обезьяны (Наньюй). Эта гряда включает четырнадцать вершин общей протяженностью в шесть тысяч пятьсот тридцать ли. Местные духи имеют драконьи туловища и человечьи лица. Им молятся, принося в жертву белых собак и только лучший отборный рис».

Примечательно, что на предшествующих горах все духи имели, напротив, птичьи туловища при человечьих лицах.

Западные горы

Змей-фэйвэй

Великая цветущая гора

«Змей, называемый “фэйвэй”, имеет шесть ног и четыре крыла. Когда он появляется – в Поднебесной бывает большая засуха».

Известная нам сейчас священная гора Сиюэ (Западный пик) в древности называлась Великой цветущей горой (Тайхуа). Крылья обитавшего здесьфэйвэя особо толстые. Говорят, что во времена правления императора Тана (примерно XVII в. до н. э.), основателя династии Шан, этот змей дал о себе знать, после чего на семь лет в стране установилась засуха. Птица-юй, с которой мы познакомились на Южных горах и которая приносит с собой три месяца жары, фэйвэю и в подметки не годится. Как говорят китайцы, «маленький шаман встретил большого шамана».

葱聋 Баран-цунлун

Гора Волшебной обезьяны

«Много здесь цунлунов. Они похожи на диких баранов, но с красными бородками».

Когда-то в далеком прошлом на территории юго-западной части уезда Хуаинь в современной провинции Шэньси располагалась богатая разными полезными ископаемыми гора Волшебной обезьяны (Фуюй): на ее южной стороне имелись месторождения меди, на северной – железа. Поверх горы высились деревья с крапчатыми стеблями. Вкусив их плоды, человек мог излечить глухоту. Там же произрастало растение с красными цветами и желтыми плодами, которые позволяли человеку сохранить ясную голову. Кажется, будто бы именно от поедания этой травы уцунлунов бородки покраснели.

鴖 Птица-минь

Гора Волшебной обезьяны

«Из птиц здесь много миней, похожих на зимородков, но с красным клювом. Они могут уберечь от пожаров».

Мини обитают на той же горе Волшебной обезьяны (Фуюй), что и цунлуны. Способность птиц как-то уберечь человека от пожаров была насущной для древних китайцев, которые жили в кирпично-деревянных домах.

嚣 Обезьяна-ао

Гора Бараний притул

«Животное это похоже на обезьяну. У него длинные лапы, которыми оно умело кидается всякими предметами».

Гора Бараний притул (Юйсы) располагалась в окрестностях современного уезда Линью провинции Шэньси. Здесь брала исток река Лаковая (Ци). На северном склоне горы имелись запасы красной меди, на южном – залежи отменного самоцвета, звавшегося «долгим детством». Вот где поселилисьао.

谿边 Пес-сибянь

Гора Небесного владыки

«Там водится похожее на собаку животное под названием “сибянь”. Кто спит на его шкуре, тому не страшны нечистые силы».

Говорят, что в древности была гора с грозным названием – Небесного владыки (Тяньди). Истинный Небесный владыка там не засиживался, зато на горе обильно росли деревья и травы, в том числе травкадухэн, которую мы называем копытнем. Съев ее, конь становится быстроногим, а человек освобождается от неприятных опухолей. Вот в таком месте жил когда-то резвый сибянь, отличавшийся умением карабкаться по деревьям. По легендам, если из шкуры сибяня сделать тюфяк и спать на нем, то человеку будут не страшны ни яды звериные, ни силы нечистые. При этом отыскать сибяня – задачка не из легких. Даже правитель царства Цинь Дэ-гун (710–676 гг. до н. э.) найти зверя не смог, так что ему только и оставалось, что прикончить себе на тюфяк нескольких более-менее напоминающих сибяня псов, обретавшихся у ворот столицы. Народная мудрость гласит: небо не украдешь, а солнце не подменишь. Но уловка Дэ-гуна сработала, и потом уже вошло у потомков Дэ-гуна в привычку убивать собак и пускать их кровь для отваживания дурных духов.

玃如 Олень-инжу

Гора Расписной излучины

«Там водится животное, похожее на оленя с длинным белым хвостом, задними ногами как у лошади, передними ногами, увенчанными руками как у человека, и четырьмя рогами. Оно называется “инжу”».

В трехстах восьмидесяти ли к юго-западу от горы Небесного владыки (Тяньди) находилась гора Расписной излучины (Гаоту), откуда текли река Перечная (Сэ) и река Мазаная (Ту). В окрестностях произрастало много коричных деревьев, имелись залежи серебра и золота, а также сильнодействующих камней, которые можно было применить и на снадобья, и на отраву для грызунов. В таком месте жилиинжу.

Бык-минь

Желтая гора

«Водится здесь животное, похожее на быка, с большим синевато-черным телом и большим глазом. Оно называется “минь”».

Желтая гора (Хуан) расположена в ста восьмидесяти ли к западу от горы Расписной излучины (Гаоту). Но не имеет она никакого отношения к той гряде Хуаншань (Желтые горы) на востоке Китая. Трав и деревьев здесь не было, зато росло много бамбука, чьи тени играли на склонах возвышенности изо дня в день. Отсюда брала свое начало река Чистая (Пань), которая уносилась на запад и впадала в реку Алую (Чи). В потоках нередко обнаруживались мелодично перестукивающиеся друг с другом драгоценные каменья. На Желтой горе и жилминь. Синевато-черным телом зверь размером выходит чуть меньше обычного быка, что, правда, с лихвой окупается его крупным, светлым глазом.