Kitabı oxu: «Наука управления. Как построить великое государство и побеждать в войнах»

© ООО «Родина», 2023

© Перевод с древнекитайского Н.И. Конрада, с древнеиндийского С.Ф. Ольденбурга

© ООО «Издательство Родина», 2023

* * *

Каутилья.
Наука управления

Предисловие

Трактат Артхашастра («Наука управления») написан ученым индийским брахманом Каутильей (Kautilya) или Каутальей (Kautalya), которого обычно отождествляют с именами Чанакья (Cänakya) и Вишнугупта (Vispugupta).

О биографии Каутильи нет сколько-нибудь достоверных данных, но считается, что он был видным государственным деятелем, министром или даже канцлером индийского царя Чандрагупты I, объединителя Индии, основавший империю Маурьев (правил в 322–298 годах до н. э.). В некоторых литературных памятниках имеется упоминание о том, что Каутилья был сокрушителем Нандов, предшественников Чандрагупты, и возвел последнего на трон.

Г. Якоби называл Каутилью «индийским Бисмарком», а С.А. Данге – «величайшим организатором царства и твердой царской диктатуры». Другие склонны видеть в Каутилье индийского Макиавелли или сравнивают его с Клаузевицем.

Каутилья цитируется в «Науке управления» в 3-м лице: «так считает Каутилья», «нет, говорит Каутилья». Авторитетные исследователи полагают, что древние авторы обычно выражали свое мнение в 3-м лице для того, чтобы не казаться эготистом. В этой связи небезынтересно отметить, что так обычно начинаются и воззвания Ахеменидов от Дария до Артаксеркса III, например: «так говорит царь Дарий».

Но хотя форма обращения начинается с фразы в 3-м лице, за этой фразой в «Науке управления» непосредственно следует употребление 1-го лица. Это говорит о том, что в Индии был распространен стиль протокольной записи царской канцелярии, отмеченный в трактате Каутильи.

Текст «Науки управления» написан в полемическом духе. Автор трактата, отдавая должное заслугам своих теоретических противников, стремится путем приведения противоречивых суждений установить истину, которая в большинстве случаев заключается в том, чтобы избегать крайностей и найти приемлемую середину.

Трактат Каутильи не заключает в себе каких-либо упоминаний исторических событий или лиц, а представляет собой скорее идеал управления государством. Изложенными в этом трактате правилами должны были руководствоваться цари и правители, если они были заинтересованы в безопасности и благосостоянии своей страны.

Общие наставления в политике

Учение о трех ведах

Сама-, Риг-, Яджур-веды составляют троицу (вед). Этот закон троицы вед полезен тем, что устанавливает свои законы для каждой из четырех каст и для каждой из четырех ступеней жизни.

Закон для брахмана – учение, обучение, жертвоприношения для себя и для других, раздача даров и их получение. Закон для кшатрия – учение, жертвоприношение, раздача даров, добывание средств к жизни военным делом и охрана живых существ. Закон для вайшьи – учение, жертвоприношение, раздача даров, земледелие, скотоводство и торговля. Закон для шудры – послушание и ведение хозяйства в повиновении у дваждырожденных, ремесло и актерство.

Закон для домохозяина – добывание средств к жизни соответствующей ему работою, брак в равной семье, но с разными предками, половые сношения в установленное время, раздача даров богам, предкам, гостям, слугам и поедание остатков от жертвоприношений.

Закон для ученика – учение, поддерживание священного огня, омовения, обет нищенства, служение учителю до конца жизни, после его смерти сыну учителя или соученику. Закон для удалившегося в лес – половое воздержание, ложе на земле, ношение косы, одевание в антилоповую шкуру, поддержание жертвенного огня, омовения, почитание божеств, предков, гостей и лесная пища. Закон для странствующего отшельника – обуздание чувств, прекращение (всяких) действий, отсутствие собственности, прекращение общения с людьми, принятие милостыни, жизнь в лесу в разных местах, чистота внешняя и внутренняя.

Закон для всех – отсутствие насилия, правдивость, чистота, независтливость, незлобивость, прощение и терпение. Соблюдение (каждым) своего закона ведет на небо и к вечности. При его нарушении мир погибает от смешения каст.

Поэтому пусть царь не допускает нарушения своего закона живыми существами, ибо соблюдающий свой закон радуется здесь и после смерти. Ведь мир с твердо установленными разграничениями между ариями, при установлении каст и ступеней жизни, охраняемый тремя ведами, процветает и не гибнет.

Мудрый царь

То, что обеспечивает сохранение и благополучие троицы вед есть жезл; управление им есть наука о государственном управлении, она – средство для обладания тем, чем не обладали, для сохранения приобретенного, для увеличения сохраненного, и она распределяет среди достойных приращенное добро. С нею связаны мирские дела, поэтому тот, кто хочет (успеха) в мирских делах, пусть всегда будет с поднятым жезлом. Нет ведь подобного средства удержания в своей власти живых существ, как жезл, так говорят учителя.

Нет, говорит Каутилья, ибо царь с грозным жезлом вызывает страх у существ, а у кого жезл мягкий, тем пренебрегают. Тот, кто владеет жезлом надлежащим образом, чтится. Ибо жезл, употребляемый с истинным пониманием, приносит людям чувство законности, пользу и наслаждение. Плохо употребляемый от неведения, страсти и гнева, он вызывает гнев даже у удалившихся в лес и странствующих отшельников, тем более у домохозяев.

Не примененный к делу жезл создает положение как у рыб, т. е. ввиду отсутствия держателя жезла более сильный поедает слабого. А охраненный жезлом преуспевает.

Люди, принадлежащие к четырем кастам и к четырем ступеням жизни, охраняются царем при помощи жезла (наказания); преданные своим обязанностям и занятиям, они благополучно живут в своих обиталищах.

Пусть же царь достигает победы над чувствами, общением с учеными пусть достигает разума, при помощи шпионов – зрения, напряжением – устойчивости обладания, через указание того, что надлежит делать, – установления соответствующих законов, истинного поведения – через обучение наукам, любовь у людей – умножением их имущества, содеянием добра – благополучной жизни.

Таким образом, с обузданными чувствами, пусть он отклоняет от себя действия, связанные с оскорблением чужих жен и похищением имущества, сонливость, похоть, неправду, надменную манеру, вредные влечения, дела, соединенные с беззакониями или пагубные. Пусть он отдается любви, не нарушая закона и пользы; пусть не будет лишен наслаждения или пусть в равной мере отдается трем целям, части которых связаны друг с другом. Ибо одно из трех – закона, пользы и любви – чрезмерно чтимое, вредит себе и двум другим.

Каутилья считает, что главное – польза, ибо закон и любовь основаны на пользе.

(Для указания) границы дозволенного пусть он ставит себе учителей или министров, которые пусть отвращают его от опасных положений, или, когда он тайно предается увлечениям, пусть они отвлекают его от этого указанием на меру времени, измеряемую тенью.

Управление царством выполняется с помощниками, одно колесо не вертится, пусть поэтому он создает себе советников и слушает их советы.

Назначение министров

Пусть царь делает министрами своих соучеников, так как он узнал их честность и пригодность к делу, так говорит Бхарадваджа, они ведь будут пользоваться его доверием.

Нет, говорит Вишалакша: ведь, как его прежние соучастники игр, они будут пренебрежительно относиться к нему. Пусть он делает министрами тех, у которых с ним общие тайные дела, потому что у них с ним общие добродетели и пороки. Они ведь не предадут его из боязни, что он знает их слабые стороны.

Этот недостаток – общий у царя и у министров, говорит Парашара. Боясь того, что они знают его слабые стороны, он станет следовать им в правильных и неправильных поступках.

Скольким людям царь обнаружит свои тайны, от стольких он будет в зависимости, потеряв власть из-за этого поступка.

Пусть он делает министрами тех, кто в опасностях, угрожающих его жизни, помогут ему, потому что так обнаруживается их преданность.

Нет, говорит Пишуна, это преданность, но не проявление ума. Он должен назначить министрами тех, кому поручены дела по счетной части и по доходам, и которые их выполнили, как им было указано или с избытком, ибо на этом выявилась их пригодность.

Нет, говорит Каунападанта. Ибо эти люди не обладают другими нужными для министров свойствами. Пусть он назначает министрами людей, отцы и деды которых были министрами, так как ему известны их дела. Они его не покинут, даже в случае ошибок с его стороны, благодаря близкому знакомству. Подобное явление наблюдается и у животных: ведь коровы, минуя чужое стадо коров, остаются со своими.

Нет, говорит Ватавьядхи. Ибо эти люди, забрав все, станут поступать как господа. Поэтому пусть он назначает министрами новых людей, опытных в политике. Новые люди будут смотреть на держателя жезла как на Яму и не совершат против него поступков.

Нет, говорит Бахудантипутра, знающий историю, но не знающий практики потерпит неудачу в делах. Пусть царь министрами назначает людей благородного происхождения, обладающих умом, честностью, мужеством, преданностью, так как достоинства стоят на первом месте.

Все это вполне подходит, говорит Каутилья, так как пригодность человека создается из пригодности его к делу вообще и из его специальной пригодности.

Местный житель, развитый, легко руководимый, искусный в ремеслах, прозорливый, умный, с хорошей памятью, ловкий, красноречивый, самоуверенный, искусный в ответах, одаренный предприимчивостью и храбростью, выносливый, честный, дружественно расположенный, устойчивый в преданности, доброжелательный, сильный, здоровый, стойкий, не упрямый и не легкомысленный, с приятным обращением, не ссорящийся – это совершенный министр. Лишенные четверти и половины этих достоинств – это средний и плохой министры.

Их родину и способность к руководству пусть (царь) выяснит через доверенных людей; их искусство в ремесле и остроту в научном знании – от людей одной с ними специальности; пусть выяснит ум, память и ловкость – по приступу к работе; красноречие, самоуверенность, искусство в ответах – в разговоре; в бедствии пусть выяснит предприимчивость, храбрость, выносливость; из общения – честность, доброту, устойчивость в преданности; от сожителей пусть выяснит добродетель, силу, здоровье, стойкость, отсутствие упрямства и легкомыслия, лично – приветливость и неспособность вызывать ссоры.

Действия царя – явные, тайные и подлежащие выяснению. То, что видишь сам, – то явное; то, что указывается другими, – это тайное. То, что следует из рассмотрения исполненного и не исполненного в делах, – это подлежащее выяснению. В силу неодновременности дел, их многообразия и того, что они происходят в разных местах, царь должен, чтобы не пропустить места и времени, поручать исполнение тайного министрам. Это дело министров.

Испытание честности и нечестности министров

Совместно с главным советником и домашним жрецом царь, назначив министров на должности, пусть испытывает их хитростями.

Пусть царь (для вида) сменит домашнего жреца, который, получив приказ принести жертву для недостойного лица или обучить его ведам, проявит (для вида) неудовольствие. Пусть домашний жрец через шпионов, дающих клятву, подговаривает одного за другим министров следующим образом: «Этот царь беззаконник, поставим же на его место другого царя, справедливого или из его родных, заключенного (в темницу), родовитого, чтимого, или вождя лесного племени, или правителя пригорной страны. Все с этим согласны, а ты как?». В случае отказа он чист. Это хитрость закона.

Военачальник, (для вида) отставленный за покровительство недостойным людям, пусть через шпионов подговаривает министров одного за другим на убийство царя предложением подкупа, причем говорится: «Все на это согласны, а как ты?». Отказавшийся чист.

Это хитрость выгоды.

Отшельница, приобретшая доверие в царском тереме, чтимая, пусть подговаривает главных сановников одного за другим такими словами: «Главная жена царя любит тебя, она приняла меры для свидания с тобой. Предстоит тебе и большая материальная выгода». Отказавшийся чист. Это хитрость любви.

Пусть один из министров под предлогом увеселительной поездки пригласит всех министров. (Для вида) смущенный этим, царь пусть заключит их в темницу. Шпион под видом ученика, перед тем заключенного в тюрьму, пусть этих министров, лишенных имущества и почести, одного за другим подговаривает: «Нехорошо поступает этот царь, убьем же его немедленно и поставим (на его место) другого. Все с этим согласны, а как ты?». Отказавшийся чист. Это хитрость страха.

Из испытанных таким образом министров пусть он чистых по хитрости закона поставит на дела судебные и уголовные, чистых по хитрости выгоды пусть ставит на дела сбора поступлений, на должности сборов податей и счетные, чистых по хитрости любви пусть ставит на дела по охране увеселений внутри дворца и вне его; чистых по хитрости страха пусть ставит на дела в непосредственной близости царя. Чистых по всем хитростям пусть сделает советниками; нечистых во всем пусть пошлет в рудники, в строевые леса, в леса-заповедники слонов и в мастерские.

Министров, очищенных по отношению к трем разделам (закон, материальная выгода, любовь) и страху, пусть ставит во главе дел, относящихся к их специальности, в соответствии с результатами проверки их честности – таково мнение учителей.

Пусть царь не делает себя или царицу предметом испытаний честности министров – таково мнение Каутильи.

Пусть он не причиняет осквернения чистому, подобно отравлению воды ядом, а то может никогда не найтись лекарства для оскверненного.

Ум, помутненный четырьмя видами хитростей, не дойдя до своей гибели, восстановится, опираясь на устойчивость достойных людей.

Поэтому царь, поставив внешнюю цель при четверном испытании, пусть узнаёт честность и нечестность своих министров при помощи шпионов.

Назначение тайных агентов

После того как группа министров проверена при помощи испытаний, пусть царь назначит тайных агентов, принявших вид странствующих учеников, отрекшихся от обетов монахов, домохозяев, купцов, отшельников, соглядатаев, разбойников, отравителей, монахинь.

Знающий слабые места других, решительный ученик – это и есть странствующий ученик. Привлекши его деньгами и оказанием внимания, советник пусть скажет ему: «Руководствуясь (указаниями) царя и моими, что у кого увидишь дурного, тотчас сообщай».

Бросивший отшельничество, умный и честный – это и есть отрекшийся от обетов монах. Пусть он ведет свое дело на участке, отведенном ему для хозяйства, имея (в распоряжении) много золота и учеников. Из доходов с этого дела пусть он снабжает всех отшельников пищей, одеждой и жилищем. Ищущих добывания средств к жизни пусть он так подговаривает: «В такой-то одежде надо исполнять дела царя и являться за получением еды и содержания в определенное для того время». И все отшельники пусть каждый так же подговаривают свою группу.

Земледелец, лишенный своих средств к жизни, умный и честный, будет шпионом, принявшим вид домохозяина. Он пусть ведет свое дело на участке, ему отведенном. Дальше как раньше.

Купец, лишившийся средств к жизни, умный и честный, будет шпионом, принявшим вид купца. Дальше как раньше.

Человек, бритый или с заплетенной косой, ищущий средств к жизни, будет шпионом под видом отшельника. Он, поселившись вблизи города со многими учениками – монахами с бритыми головами или с заплетенной косой, – пусть ест на людях только овощи или горсть травы раз в месяц или раз в два месяца, тайно он может есть пищу, какую пожелает.

Купцы и ученики пусть его чтят заклинаниями, (мнимо) дающими богатство. И пусть ученики его заявляют: «Это волшебник, заклинатель». Пришедшим с пожеланиями узнать (будущее) путем волшебства он, благодаря знанию хиромантии и по условным знакам учеников, пусть расскажет о событиях, совершающихся в их семье: малый доход, пожар, опасность от воров, казнь злодеев, раздача даров (верноподданным) или о значении иноземных событий. «Это будет сегодня или завтра» или «это сделает царь», так он должен говорить. И пусть его тайные агенты это подтвердят.

Одаренным энергией, мудростью, красноречием, способностями пусть он обещает царские щедроты и близость к старшему советнику. Пусть советник заботится об их содержании и работе. Гневающихся обоснованно пусть он успокоит дарами и почестями, гневающихся без (достаточной) причины и заговорщиков против царя пусть казнит тайно.

Наблюдение за партиями людей преданных и людей, предательски настроенных

Учредив надзор за главными должностными лицами, пусть царь устроит надзор за горожанами и сельскими жителями. Шпионы должны знать все, что говорится (в толпе). И о тех, кто живет за счет царского зерна, скота, золота, и кто ему помогает (всем) этим во время бедствия или благополучия, и кто возвращает (к повиновению) разгневавшегося родственника царя, кто оказывает противодействие врагу или вождю лесного племени. Пусть шпионы, переодетые отшельниками, бритыми или с заплетенной косой, узнают их довольство и недовольство.

Довольных пусть царь еще больше почтит, недовольных пусть он ублажает для их удовлетворения щедротами и приветливым обращением. Или пусть он разъединяет их между собой и с пограничными правителями, вождями лесных племен, родственниками царя или подавленными им.

Если они все-таки будут недовольны, пусть царь поручением им применения наказаний и взысканий вызовет ненависть населения к ним. Вызвав к ним ненависть, пусть он с ними покончит или тайной казнью, или возмущением населения. Или, скрыв их жен и детей, пусть поселит их (недовольных) в рудниках или мастерских из боязни, что они окажут поддержку врагам.

Разгневанные, жадные, перепуганные, относящиеся с горделивым пренебрежением, – это люди, которые способны на предательство врагам. За их взаимными сношениями и сношениями с врагами пусть следят (шпионы), принявшие вид прорицателей, астрологов и знающих приметы людей.

Довольных пусть (царь) чтит материальными дарами и знаками внимания. Недовольных пусть покоряет приветливостью, дарами, ссорами и наказаниями.

Мудрый царь в своей стране пусть охраняет преданных людей и людей, склонных к предательству, больших и малых, от подговоров врагов.

Привлечение партий людей преданных и людей, склонных к предательству, в своей стране объяснено. Надо сказать (о том же) в стране врага.

Обманутый после того, как ему были обещаны материальные выгоды, тот, кому оказано пренебрежение из двух людей, одинаково хороших работников, или по отношению к его ремеслу или работе вообще, тот, кому любимцами царя воспрепятствован к нему доступ. Кто сперва был призван, а затем отвергнут, кто огорчен изгнанием, кто истратился на взятки и не получил службы, тот, кому помешали в осуществлении его прав или получении наследства, кто лишился почестей и должности, кто оттеснен (царскими) родственниками, тот, чья жена изнасилована, кто брошен в тюрьму или другие (места заключения), кто наказан по вражескому оговору, тот, кому помешали поступить дурно, тот, кого лишили имущества, кто истомлен заключением, тот, у кого сослали родных, – это разряд разгневанных.

Кто по своей вине обижен, кто оскорблен, тот, чьи дурные дела стали известны, кто смущен наказанием, назначенным человеку, совершившему один с ним поступок, тот, у кого отобрана земля, кто сражен наказанием, кто находится на любом служебном посту, кто награбил себе состояние, кто имеет виды на наследство родных царя, тот, кого ненавидит царь и кто ненавидит царя, – это разряд запуганных.

Кто низко опустился, кто набрал слишком много добра, кто скуп, кто порочен и кто пускается в слишком рискованные предприятия – это разряд жадных.

Кто мнит о себе, кто жаждет, чтобы его чтили, кто не переносит оказания почестей его врагам, кто общается с низкими людьми, кто жесток, кто насильник, кто недоволен получаемым содержанием – это разряд надменных.

Из всех этих, кто принадлежит к готовым на предательство, тех пусть царь подговаривает через шпионов. Пусть он приобретает во вражеских странах лаской и дарами тех, кто может предать, не идущих на предательство – ссорой и силой, и пусть указывает им на ошибки вражеского даря.

Обязанности царя

Когда царь деятелен, то вслед за ним деятельны его слуги. Если царь бездеятелен, то вслед за ним бездеятельны и его слуги, которые и уничтожают его дела, и он одолевается ненавидящими его. Поэтому пусть царь проявляет свою деятельность.

Пусть выслушивает (доклады) о мерах безопасности государства, о доходах и расходах; пусть рассматривает дела горожан и поселян; пусть совещается с собранием советников при помощи письменных сообщений и пусть рассматривает тайные извещения шпионов; пусть делает смотр слонам, коням, колесницам и воинами и вместе с военачальником обсуждает военные дела.

Придя в зал собраний, пусть не заставляет дожидаться у дверей тех, кто имеет к нему дела. Ибо когда трудно видеть царя, то он своими приближенными приводится к тому, что смешивает то, что надо и чего не надо делать.

Вследствие этого бывают возмущения подданных, и царь попадает во власть врага.

Поэтому пусть царь по порядку рассматривает дела, или же пусть рассматривает дела в порядке их важности или срочности.

Всякое срочное дело пусть выслушивает и не откладывает. Дело пренебреженное становится или трудно исполнимым, или неисполнимым.

Счастье царя в счастии подданных, в пользе подданных – его польза. Польза для царя – не то, что ему приятно, но что приятно подданным – в том польза царю.

Поэтому царь, всегда напряженный в работе, пусть то велит делать, что нужно. Корень того, что нужно, – это напряженность в работе, противоположное – корень вреда.

При отсутствии напряженности в работе несомненна гибель как того, что уже достигнуто, так и того, что еще предстоит сделать. Напряженностью в работе достигается ее плод и полнота материальных благ.

О совершенстве основ государства

Идеал государя является следующим: он должен быть высокого рода, со счастливой судьбой, обладающим умом и положительными качествами, обращающим внимание на (совет) старых и опытных людей, справедливым, правдивым, не изменяющим своему слову, благодарным, щедрым, в высшей степени энергичным, не имеющим обыкновения медлить, господином своих вассалов, с сильной волей, не имеющим в своем окружении лиц негодных и охотно принимающим наставления. Вот качества, которыми он привлекает к себе людей.

(Он должен обладать) любознательностью, способностью учиться, воспринимать, удерживать в памяти, познавать, размышлять по поводу познанного, отвергать негодное и проникать в истину. Вот качества ума (которые должны быть свойственны ему).

(Он должен обладать) храбростью, настойчивостью, быстротой и ловкостью. Это суть качества, характеризующие его деятельность.

Он должен быть красноречивым, находчивым, обладающим памятью, сметливостью и физической силой, быть высокого образа мыслей, легко обуздываемым, искусным, действующим военной силой в случае притеснения (со стороны врагов), видимым образом воздающим за добро и зло, стыдливым, принимающим меры против бедствий или для охраны подданных, дальновидным, обращающим главное внимание на правильное применение людей в надлежащее время и в подобающем месте, искусным при выборе мира, войны, послаблений, крутых мер, верности договорам или использовании слабых мест врагов, сдерживающимся, веселым, смеющимся, имеющим прямой и не хмурый взгляд, свободным от страстей, гнева, жадности, надменности, рассеянности, вспыльчивости и наклонности к клевете. Он должен говорить приятное, в разговоре улыбаться и вместе с тем держать себя достойно и поступать согласно наставлениям опытных людей. Вот положительные качества государя как личности.

Идеал министра указан ранее.

Идеал войска. Оно должно быть таким, которое досталось государю от отца и деда, постоянным, послушным, таким, в котором воины, равно как их жены и дети, довольны, оно должно быть выносливым в походах, неотразимым, переносящим страдания, испытанным в боях, опытным и сведущим во всех видах оружия, верным (государю), ибо в благополучии и несчастий он связан с ним, и состоящим главным образом из кшатриев.

Идеал союзников. Они должны достаться государю от отца и деда, быть постоянными, быть во власти государя, верными, сильными и быстро приходящими на помощь.

Наиболее желательный вид врагов следующий. Они должны быть нецарского рода, корыстными, окруженными ничтожными советниками, управлять подданными, которые их ненавидят, поступающими неправильно, беспутными, лишенными энергии, предающимися судьбе, непоследовательными во всех своих действиях, лишенными приверженцев, слабыми и постоянно причиняющими обиды другим. Такого врага можно легко сокрушить.

Если основы государства являются несовершенными, то государь, обладающий личными качествами, должен их усовершенствовать. Тот же, который лишен положительных качеств, губит основы государства, хотя бы они были в состоянии роста и благополучия.

Поэтому царь, не имеющий положительных качеств и у которого непрочные основы, погибает от своих подданных или подпадает под власть врагов, хотя бы он и владел землей в четырех ее пределах.

Но тот, кто обладает личными качествами, хотя бы он владел и незначительной землей, обладая совершенными основами государства и зная методы правления, получит власть над всей землей и не потерпит ущерба.

Четыре главных средства политики

Средств политики (имеется четыре) – это мирные переговоры, подкуп, сеяние раздора и открытое нападение.

Из них (первое средство политики), состоящее в мирных переговорах, имеет пять разновидностей: (1) восхваление положительных сторон (противника), (2) выдвижение родственных связей (с ним), (3) указание ни взаимные выгоды, (от обеих сторон), (4) указание на благоприятный исход, (5) подача личного примера.

Из них: (1) (первая разновидность мирной политики состоит) в рассмотрении достоинств и недостатков рода (тех лиц, с которыми приходится иметь дело), их личности, поведения, характера, образования, имущественного положения и т. п. Их хвала, их одобрение и составляет политику (выдвигающую положительные стороны этих лиц).

(Вторая разновидность мирной политики состоит) в выдвижении личных связей, (а именно): родственной связи по отцу, родни по матери, связи по учителям, связи по духовным наставникам, связи по родственной и сердечной дружбе.

(Третья разновидность мирной политики состоит) в выдвижении взаимной пользы от людей как своей, так и чужой партии; взаимность пользы (и услуг) тут высоко восхваляется.

(Четвертая разновидность мирной политики) состоит в указании (и надежде) на будущее (благоприятное развитие событий), в том соображении, что если произойдет такое-то событие, то мы (обе стороны) можем надеяться, что для нас обоих (т. е. для обеих сторон) произойдут такие-то (полезные последствия).

(Пятая разновидность мирной политики) состоит в указании на личный пример, (когда мы заключаем): «ведь от того-то обоим нам будет польза для такой-то цели, (ведь что я, то и ты), поэтому что у меня (теперь) есть, то и тебе нужно в своих целях приобрести». Это будет указание на свой пример.

Второе главное средство политики состоит в подкупе. Подкуп состоит в предложении денег.

Третье из главных средств политики состоит в сеянии раздора. Раздор состоит в развитии подозрительности и в злостной критике (ругательствах).

Четвертое главное средство политики есть открытое нападение. Оно состоит в убийствах, мучениях и грабежах.

Утонченные средства политики

Тайные наказания

Мы будем теперь говорить (об устранении всего вредного) в отношении самого государя и его власти.

К высшим государственным чиновникам, которые, держа в руках (т. е. в своей власти) государя, живут за его счет или же являются сторонниками его врагов, следует подсылать шпионов, овладевать враждебной партией, как было указано ранее, или же сеять (среди таких врагов) раздор и устанавливать за ними слежку.

Существуют высшие чиновники, являющиеся любимцами (государя), или такие, которые действуют сообща, причем и те и другие вредят власти государя. Открыто их действия пресечь нельзя, но тем не менее они должны быть устранены. В отношении таких лиц государь, любящий справедливость, должен применять тайные средства наказания.

Государь может отправить подлежащего устранению сановника в сопровождении незначительного войска и тайных агентов, поручив ему напасть на лесное племя или на вражеское селение, водворить охранителя округа или границ в местности, окруженной пустынными лесами, усмирить восставшее население местности, находящейся в ведении главы города, или же сопровождать караваны, или взять под свое начало местность на границе, которую трудно удержать.

Если в таких случаях днем или ночью возникнет схватка, то агенты или переодетые разбойниками люди должны убить (такого сановника, а затем распространить слух), что он был убит в бою.

Далее, возможен случай, что государь, отправляясь в поход или на празднество, созовет подлежащих устранению сановников, чтобы свидеться с ними. Эти сановники приходят во дворец вместе со шпионами (приставленными к ним), у которых спрятано оружие. На среднем дворе их надлежит подвергнуть обыску, чтобы можно было впустить их во внутрь дворца. Тогда шпионы, схваченные привратниками (с найденным при них оружием), должны говорить: «Мы наняты этими негодными сановниками». Дав об этом знать, привратники должны умертвить подлежащих устранению. Вместо же шпионов должны быть казнены другие.

Или же (государь может сказать) главному сановнику, подлежащему устранению: «У тебя прекрасный повар или пекарь». И, хваля таким образом, он может просить дать ему приготовленной им пищи или же, если он находится в пути за городом, какого-нибудь питья.

И то и другое, затем смешивается с ядом, и (повара или пекаря) заставляют отведать (после чего он погибает). Тогда об этом разглашается, и (сановник) подвергается казни как отравитель.

Или же (шпион) под видом врача должен установить у подлежащего устранению лица тяжелую или неизлечимую болезнь, а затем покончить с ним во время приемов лекарства путем примешивания яда. Возможно также, чтобы подосланные (шпионы) под видом поваров хитрым образом покончили с подлежащим устранению лицом посредством яда.

Вот способы устранения нежелательных сановников. Теперь мы будем говорить о пресечении действий обеих партий сановников, подлежащих устранению.

В то место, где находится подлежащее устранению лицо, следует направить (другого) подлежащего устранению в сопровождении незначительной военной силы и шпионов с указанием: «отправься и собери войско или деньги в такой-то местности или в таком-то укрепленном городе».

Или: «достань денег от такого-то надсмотрщика». Или: «возьми силою дочь такого-то и приведи сюда». Или: «вели сделать оросительное сооружение, построить укрепление, дорогу для купцов, засели пустынное место, устрой разработку рудников, устрой заповедник или лес для слонов или же учреди охрану местности или границы. Тот же, кто будет тебе препятствовать или не окажет тебе помощи, должен быть схвачен». Подобным же образом следует (подослать агентов) к другим (т. е. к тем, против которых данный сановник направлен) с указанием: «незаконным действиям такого-то вы должны оказать отпор». Когда таким образом возникнут споры и будут чиниться препятствия, то тайные агенты должны направить оружие против (одного из ссорящихся должностных лиц) и тайным образом убить его. На основании этого преступления (т. е. по обвинению в совершении его) должны быть наказаны и другие (т. е. те. против которых данное лицо было послано).

В тех случаях, когда между враждебно настроенными городами, селениями или семействами возникают распри по поводу границ полей, гумен, домов и их пределов, по поводу повреждений имущества, орудий производства, урожая или перевозочных средств или же во время представлений, обрядов или празднеств, а также если такие распри вызваны тайными агентами, то эти агенты должны умертвить оружием (сторонников одной партии), говоря: «так поступают с теми, которые ссорятся с такими-то». На основании этого те и другие должны быть наказаны.

Бывают случаи, когда у лиц, подлежащих устранению, существуют старые, давнишние распри. Тут тайные агенты должны поджечь посевы, гумна и дома (одной из сторон) или же умертвить оружием их родственников, близких или вьючный скот, а затем говорить: «мы имели поручение от таких-то (сделать это)». На основании совершенного преступления другие (т. е. представители другой враждующей стороны) должны быть наказаны (как якобы вызвавшие поджоги и убийства).

Возможны также случаи, когда подосланные шпионы способствуют тому, что из лиц, подлежащих устранению в данной местности или укрепленном городе, одни приглашают других к себе. Когда это состоится, то отравители должны дать яд (приглашенным).

На основании того, что они якобы совершили преступление (отравив приглашенных ими), другие (т. е. пригласившие) должны быть наказаны.

Далее, возможно, что военачальник или же наследник-сопроводитель, применив в незначительной степени репрессии против усмиренных, помышляющих о восстании, затем удаляется, как будто бы он их усмирил. После этого государь должен послать против них других, таких же угнетенных, подлежащих устранению, в сопровождении незначительного войска и тайных агентов. Ведь все утонченные средства имеют общий характер.

Если среди сыновей таких (подлежащих устранению лиц), которые помышляют о мести, найдется такой, который остается неизменно верным (государю), то он должен получить наследство отца. Таким образом государство, будучи очищенным от незаконных действий должностных лиц, будет передаваться его (т. е. государя) детям и внукам.

Государь должен применять негласные наказания по отношению к своим и вражеским сторонникам, принимая в соображение настоящее и будущее и не имея никаких колебаний на этот счет.

Меры в случае смерти государя

Если случается несчастье с государем, то министр должен принимать меры для предотвращения (смут) следующим образом. Прежде всего из боязни перед бедствием, которое может возникнуть вследствие смерти государя, (министр) при содействии лиц, близких и полезных государю, может постановить, что царя можно видеть только через промежутки в 1 или 2 месяца.

Под предлогом того, что государь совершает волшебные действия в целях отвращения бедствий от страны, устранения врагов, продления жизни и получения потомства, он должен показывать подданным в надлежащее время подставное лицо, носящее знаки царского достоинства. Его же он должен показывать посланникам дружественных и враждебных государей.

Все надлежащие переговоры с такими лицами должны идти через посредство министра. Через посредство же (дворцовых) привратников и надсмотрщиков гаремов (министр) должен проводить распоряжения царя как подобает. В отношении тех, кто оказывает противодействие, он должен проявлять гнев или милость в соответствии с тем, как это полезно для основ государства, а также милость в отношении тех, кто приносит пользу.

Казну и войско он должен поставить под начало верных людей и поместить их в укрепленных городах и на границах, стягивая их в одно место. Также (он должен собирать в одно место) под иным предлогом выдающихся людей из благородных семейств и царевичей.

Того же из начальствующих лиц, который, имея своих приверженцев и находясь в укреплении или среди лесных племен, показывает дурные намерения, он должен привлечь к себе или же отправить в поход, грозящий большими опасностями, или же к семье своего союзника.

Если он видит опасность от какого-либо вассала, то он должен заставить удалить такого (из данного места) под предлогом празднества, свадьбы, охоты на слонов или же даяния в виде коней, товаров или земли. Также он (т. е. министр) может заставить удалить его при посредстве его друга. После этого он должен заставить его заключить с собою нерушимый союз.

Иным способом он может вовлечь его в ссору с лесными племенами или врагами или же в ссору с членом его же собственной семьи, обещая ему часть земли.

Далее, он может заручиться поддержкой главенствующих лиц в семействе государя и царевичей и показать наследника, как уже помазанного на царство. Или же он должен установить его на престоле, устранив предварительно всех вредных лиц в государстве, как это указано в главе о наказаниях.

Если же какое-нибудь начальствующее лицо, являющееся одним из вассалов, создает смуту, то он должен его привлечь, говоря: «Приди, я сделаю тебя царем» – и затем велеть его умертвить. Иначе он может принять меры к предотвращению несчастья. Или же, передав постепенно государственную власть наследнику, он должен дать знать о смерти государя.

Если смерть государя произошла в чужой стране (во время похода), то (министр) через посредство союзника, который представляется врагом, должен заключить мир и удалиться из вражеской страны. Или же он может поместить одного из вассалов в укреплении врага и затем удалиться. Еще он может направить войско против врага, после того как наследник помазан на царство. Или же если он подвергся нападению со стороны врага, то он должен принять меры для предотвращения несчастья, как было указано. Таким образом министр должен достигнуть единовластия. Вот точка зрения Каутильи.

Бхарадваджа утверждает, что это неправильно. При приближении смерти государя министр должен натравить друг на друга главных лиц царской семьи или царевичей или же (натравить их) на иных начальствующих лиц. Того, кто в этой борьбе победит, он должен заставить умертвить, вызвав возмущение подданных.

Иначе, применив тайные меры наказания, он должен справиться с главенствующими лицами царской семьи и царевичами и захватить власть сам. Ибо если ради власти отец враждует с сыновьями и сыновья с отцом, то что говорить о министре, который ведь единственно держит в своих руках власть. Тем, что предоставляется ему само собой, он не должен пренебрегать. Ведь говорится же, что женщина, которая отдалась по своей воле, проклинает того, кто ею пренебрегает.

Только раз представляется удобный случай человеку, который ожидает его. И трудно ему, желающему совершать действие, вновь получить этот удобный случай.

Каутилья считает, что все это приводит к возмущению подданных, является беззаконным и неверным средством. Следует установить на царство царевича, обладающего личными качествами. Если такого нет, то (министр) должен выдвинуть хотя бы негодного царевича, царевну или же беременную царицу и, созвав высших должностных лиц, должен говорить им: «Вот залог, вверенный вам. Помните отца его и свое высокое происхождение. Это (т. е. негодный царевич, царевна и т. д.) только знак, вы же являетесь господами. Или как следует нам поступить иначе?». Когда он скажет таким образом, то его агенты должны говорить: «Кто сможет охранять четыре касты, как не этот государь, руководимый тобою (т. е. министром)?». Тогда министр, сказав: «Это действительно так!» – должен помазать на царство царевича, царевну или беременную царицу и показать их родственникам и близким, а также послам дружественных и враждебных держав.

Далее, он должен произвести распределение обильного продовольствия и повышенной платы между чиновниками и воинами. При этом он должен говорить: «Еще большее сделает для вас этот (т. е. царевич), когда он подрастет». Таким же образом он должен обращаться к начальствующим лицам укреплений и местностей, а также к дружественным и враждебным партиям, как этого они заслуживают.

Если на престол возведен царевич, то он (министр) должен заботиться о его воспитании. Если царевна, то он должен способствовать тому, чтобы она получила потомство от человека, равного ей по происхождению, и дать этому потомству должное посвящение. Из боязни душевных страданий царицы-матери он должен назначить лицо (для молодого государя), принадлежащее к царскому роду, но являющееся незначительным придворным человеком. Он (министр) должен защищать их подобающим образом. Для своей собственной выгоды он не должен приобретать каких-либо вычурных предметов наслаждения. Но для царя он должен приобретать колесницы, верховых животных, украшения, одежды, женщин, дома и прочие принадлежности обихода.

Если царь находится в состоянии юношеского задора, то он (министр) должен просить о покое, для того чтобы предаться делам мысли. Он должен покидать государя недовольного и охранять такого, который им доволен.

Указав, для того чтобы охранять царевича, тайных агентов, он (министр) должен посвятить себя жизни лесного отшельника или длительным жертвоприношениям, если он попадет в немилость.

Если же царь подпадет под власть (иных) главенствующих лиц, то (министр), знаток светской науки, прибегая к помощи преданий и пуран и опираясь на лиц, близких к (государю), должен мыслить (о средствах к возврату власти).

О бедствиях в государстве

Размышления о бедствиях, которым подвергаются государь и государство

Государь и государство – вот в двух словах все государственные факторы. Для государя (главным затруднением, бедствием) является смута внутренняя или внешняя. По сравнению с внешней смутой, внутренняя является более зловредной, так как при этом имеется опасность, подобная той, какая возникает при непосредственной близости змеи. Далее, смута, вызываемая особо приближенными чиновниками, опаснее всяких других внутренних смут. Поэтому (государь) должен держать в своих собственных руках как казну, так и войско.

(Что хуже): двоецарствие или власть чужестранца? Учителя считают, что двоецарствие хуже. Из-за взаимной вражды и привязанностей партий, а также из-за взаимных трений происходит гибель (государства). При власти же чужестранца возможно, что такой чужестранный государь, завоевав расположение подданных, будет управлять страной в соответствии с ее укладом.

Нет, говорит Каутилья. Если имеется двоецарствие, предположим отца и сына или двух братьев, то достигается одинаковое благополучие и подчинение (власти) сановников. При власти же чужестранца, последний отторгает (землю) от другого, еще живущего, и, считая, что земля (по существу) не его (и что ее не надо беречь), истощает и ослабляет ее или же продает. Потеряв же к ней интерес, он бросает ее и удаляется.

Далее, возникает вопрос, что хуже: государь слепой (т. е. совершенно не знающий политической науки) или такой, который неправильно понимает ее? (Государь), лишенный совсем знаний в политике, что бы он ни предпринимал, будет упорствовать (в своем неправильном образе действий) или зависеть от других. Таким образом, неправильными поступками он приведет к гибели государство. Что же касается государя, неуверенного в методах политики, то если он отступит от правильных методов, то его можно наставить на правильный путь. Таково мнение учителей.

Нет, говорит Каутилья. Слепой (т. е. совершенно незнакомый с политической наукой) государь может быть наставлен на путь истинный, в том случае если у него имеются одаренные политическими совершенствами помощники. Что же касается государя, который держится неправильных методов, то такой, имея неправильные, предвзятые взгляды и давая таким взглядам развитие, губит государство и себя самого.

Далее, встает вопрос, что хуже: государь больной или новый.

Больной государь может привести к гибели государство, доверяя его министрам, или же может погибнуть сам от государственных факторов. С другой стороны, государь новый, исполняя свои обязанности, оказывая помощь подданным, освобождая от податей, делая подарки и воздавая почести, может действовать (подобными) средствами, вызывающими расположение подданных. Таково мнение учителей.

Нет, говорит Каутилья. Больной государь продолжает управление в соответствии с тем, как оно уже раз было начато. Новый же государь считает, что государство добыто им силою и потому действует необузданно, по произволу. Или же, будучи притесняемым теми, с помощью которых он достиг царства, он должен будет сносить бедствия, коим подвергнутся его владения. Далее, тот, который не заручился любовью подданных, легко может быть уничтожен. Из больных же государей хуже считается тот, который болен вследствие своих пороков, а не тот, у которого дурных заболеваний нет.

Новый государь может быть благородным и неблагородным. Может быть благородный, но слабый и неблагородный, но сильный государь. Видя слабости первого (из двух таких государей), хотя бы он и был благороден, подданные с трудом уступят подговорам в его пользу. Что же касается государя сильного, хотя бы он и не был родовитым, то подданные, видя его силу, легко перейдут на его сторону. Таково мнение учителей.

Нет, говорит Каутилья. Подданные сами (без принуждения) будут повиноваться высокородному (государю), хотя бы он и был слабым. Известно ведь, что правление государством приличествует высокородному, и поэтому подданные не уступят подговорам в пользу сильного, но не высокородного. Действительно, мы знаем, что если имеется привязанность (подданных к государю), то преимущество на его стороне.

(Если мы рассматриваем гибель посевов), то более тяжелою следует считать гибель созревшего урожая, чем гибель зеленых всходов, ибо в первом случае пропадает и затраченный труд. Отсутствие дождей хуже, чем чересчур большое обилие дождей, ибо в первом случае не получается никаких средств к существованию.

Таким образом излагаются относительная важность и неважность двух видов затруднений в отношении государственных факторов в последовательном порядке и причины, побуждающие к наступлению на врага (если он терпит такие затруднения) или же к выжидательному положению (если таких затруднений нет).

Затруднения, касающиеся государственных факторов

Затруднения, касающиеся государственных факторов, могут быть ниспосланными судьбой или же причиняемыми людьми. Первые (т. е. посланные судьбой) происходят от неблагоприятных стечений судьбы. Вторые же происходят от плохой политики.

Действия вопреки (установленным) методам политики, совершенное неприменение их, большие бедствия, разврат и притеснения – вот что вызывает затруднения (или является затруднением). Мы называем это затруднением потому, что этим затрудняется благополучное существование (государства).

Если принимаются во внимание затруднения, которым подвержены: (1) государь, (2) министры, (3) сельское население, (4) укрепления, (5) казна, (6) войско, (7) союзники – то каждое предыдущее следует считать более тяжелым, чем последующие. Таково мнение учителей.

Бхарадваджа считает, что это неправильно. Если мы примем во внимание затруднения, которым может подвергнуться государь, и затруднения, в которых могут оказаться министры, то затруднения министров более чреваты последствиями. Ведь совет (в государственных делах), использование результатов совета, исполнение государственных дел, производство расходов и получение доходов, посылка войск, подавление врагов и лесных племен, охрана государства, принятие мер против затруднений, охрана царевичей и их помазание на царство – все это находится в руках министров.

При отсутствии последних все это становится невозможным. Государь, подобно птице с отрезанными крыльями, лишен в таком случае возможности действовать. При затруднениях (касающихся министров) получают силу подговоры врага. Если же министры являются негодными, то возможно убийство (или опасность для жизни) государя, ибо негодные (министры) совершают дела, подвергающие опасности существование государя.

Нет, говорит Каутилья. Государь сам вызывает к действию (руководит действиями) советников, домашних жрецов и прочего служилого люда (чиновников), направляет деятельность надзирателей за отдельными отраслями управления и принимает меры к предотвращению затруднений, могущих постигнуть государственные факторы, будь то люди или ценности, а также способствует благосостоянию этих последних.

В том случае, если министры попадают в затруднения, он назначает на их место других, не подвергающихся затруднениям. Он (государь) может постоянно направлять свои действия к тому, чтобы оказывать должные почести заслуживающим этого (министрам) и карать негодных. Если государь сам находится в состоянии благополучия, то этим своим благополучием он способствует и процветанию своих подданных. Какого поведения будет государь, такого (поведения) будут и его подданные. Ведь последние находятся в зависимости от него, является ли он энергичным или бездеятельным. Действительно, государь занимает по отношению к ним главенствующее положение.

Если принимаются во внимание затруднения в отношении министров и затруднения, претерпеваемые сельским населением, то последние следует считать более тяжкими. Таково мнение Вишалакши. Он говорит, что казна, войско, сырье, обязательный труд, перевозочные средства и продовольствие, – все это идет от сельского населения. При гибели (или отсутствии) последнего, получение всего этого делается невозможным. Вслед за этим (в смысле чреватости идут затруднения) в отношении государя и министров.

Нет, говорит Каутилья. Ведь все мероприятия зависят от министров, как-то: устройство сооружений в сельских местностях, улучшение благосостояния (данной местности) средствами внутренними и внешними, предотвращение бедствий, заселение пустующих мест и забота об их преуспеянии, а также (получение) помощи в виде военной силы и налогов.

Последователи Парашары говорят, что если рассматривать затруднения, которым может подвергнуться сельская местность, и затруднения в отношении укреплений, то последние следует считать более значительными. Действительно, создание казны и войска происходит в укрепленных пунктах. В них же сельское население находит убежище в случае бедствий. Кроме того, городские жители сильнее сельских и более верные помощники государю в несчастьях. Сельские же жители могут перейти на сторону врага.

Нет, говорит Каутилья. Все мероприятия, касающиеся укреплений, казны, войск, сооружений, а также торговые операции находятся в зависимости от сельской местности. Помимо того, у сельского населения наблюдается храбрость, стойкость, ловкость и многочисленность. Укрепленные пункты, расположенные в горах и на островах, невозможно заселить, если (вблизи) нет сельской местности. Если население состоит большею частью из земледельцев, то испытываются затруднения в отношении укрепленных пунктов, если же сельская местность заселена большею частью воинами, то страдает сельская местность как таковая.

Пишуна считает, что если сравнивать затруднения в отношении укреплений с затруднениями с казною, то последние являются более значительными. Ведь сооружение укрепления и охрана его находятся в зависимости от состояния казны. При помощи денег возможно сеяние смуты врагом среди (войск) крепости. При помощи же (собственной) казны возможно держать в повиновении (подавлять) сельское население, друзей и врагов, побуждать к действию (союзников), отделенных промежуточными землями, и производить военные действия. Кроме того, взяв казну, можно в случае бедствия и оставить укрепления (последние же взять с собою нельзя).

Нет, говорит Каутилья. (Благополучное состояние) казны находится в зависимости от укреплений. Также зависят от них войско, ведение негласной войны, удержание в повиновении своих собственных сторонников, ведение действий военными силами, получение подкреплений, а также принятие мер против вражеских войск и лесных племен. При отсутствии же укреплений казна может легко попасть в руки врага. Мы видим, что те (государи), которые имеют укрепления, не подвергаются совершенному уничтожению (ибо казна их в сохранности).

Каунападанта считает, что если сравнить затруднения в отношении казны с затруднениями, претерпеваемыми войском, то последние следует считать более тяжелыми. Действительно, от войска зависит возможность держать в руках друзой и врагов, побуждать к действию войска других и предпринимать карательные меры в своих владениях. Далее, при отсутствии войска несомненна гибель казны. С другой стороны, если даже и нет казны (денежных средств), то создание войска возможно при помощи (платы) сырьем, землею ил я же путем присвоения чужой земли. Тот же, кто будет иметь войско, приобретает (при помощи его) и казну. Будучи в постоянной связи с государем, войско (по своим исполнительным функциям) может быть приравнено министру.

Нет, говорит Каутилья. Ведь войско само зависит от казны. При отсутствии казны (т. е. денежных средств) войско переходит на сторону врага или убивает своего государя. Кроме того, казна обусловливает всякого рода предприятия и наличие ее служит основанием для желания (государя) посвятить себя благочестивым делам и т. д. Впрочем, в зависимости от места, времени или обстоятельств дела иногда войско, иногда казна могут играть решающую роль. Действительно, войско охраняет приобретенную казну.

С другой стороны, при помощи казны можно сохранить как саму казну, так и войско. Но так как при помощи казны совершаются все дела, то затруднения в отношении казны следует считать более тяжелыми.

Ватавьядхи считает, что (при сопоставлении) затруднений в отношении войска с затруднениями, касающимися союзников, последние являются более значительными. Союзник (друг), хотя бы он и не имел вознаграждения и был отделен промежуточными землями, делает свое дело. Он оказывает противодействие врагу в тылу, союзнику последнего, основному врагу и лесным племенам. Равным образом он оказывает помощь казною, войсками и землею, если друг его попал в беду.

Нет, говорит Каутилья. Если у кого есть войско, то не только друг его остается таковым, но и враг может стать другом. Если же имеется дело, в котором могут помочь одинаково как союзник, так и собственное войско, то тут выгода получается от приобретения самим (заинтересованным государем) подходящих места и времени для ведения боя. Когда представляется необходимость немедленных действий или имеют место внутренние беспорядки, вызываемые врагами или лесными племенами, союзник не может оказать помощи. При совпадении же затруднений (у желающего победить и у врага), а также при усилении врага друг (союзник) поступает так, как ему выгодно. Вот соображения, касающиеся затруднений в отношении государственных факторов.

При затруднениях, касающихся отдельных частей (тех пли иных) государственных факторов, в связи с их особенностями можно исправить их благодаря многочисленности (подданных), их преданности или способности к действию.

Если затруднения, испытываемые двумя факторами, одинаковы, то большая (или меньшая) важность зависит от качества данного фактора. Если после потери (или ухудшения качества какого-либо фактора) другие продолжают проявлять свои высокие качества, то (такая неудача) не заслуживает упоминания.

Если от затруднений, испытываемых одним фактором, возможна гибель всех остальных, то такое затруднение следует считать особо значительным безотносительно к тому, является ли фактор первостепенной важности или нет.

Бедствия, проистекающие от пороков людей

Причиною таких затруднений является отсутствие воспитания в науках. Действительно, человек недисциплинированный не видит пагубных следствий пороков.

Это мы изложим, а именно: три вида, возникающих из гнева (злобы), и четыре вида – от страстей.

Из этих двух (т. е. гнева и страстей) гнев (злоба) влечет более тяжелые последствия. Действительно, гнев (злоба) распространяется на все. Нам известно, что в большинстве случаев государи, находившиеся во власти злобы, погибали от гнева своих подданных, те же, которые отдавались своим страстям, погибали от врагов и болезней, так как истощалась их казна и они сами физически ослабевали.

Нет, говорит Бхарадваджа. Гнев свойствен сильным людям. (Гневом, суровостью) достигается прекращение вражды, месть за оскорбление и устрашение людей вообще. Постоянное проявление гнева имеет целью обуздание пороков. Страсть (любовь) есть стремление к достижению желанного. (Она связана) с ласковым отношением, с присущей щедростью и любезностью. Тот, кто проявляет любовь (т. е. страсть), стремится вкусить плод затраченной работы.

Нет, говорит Каутилья. Ненависть, приобретение врагов и постоянная связь со страданием – вот что приносит с собою злоба. Страсть же влечет за собой возможность быть объектом презрения, потерю богатств и сообщество с ворами, игроками, охотниками, певцами, музыкантами и прочими негодяями.

Если мы сравниваем, (что хуже): быть предметом презрения или же предметом ненависти, то последний является более значительным. Презренный (только) угнетается своими и чужими, тот же, который является предметом ненависти, уничтожается. Если мы сравним потерю богатств с приобретением врагов, то последнее более тяжко. От потери богатств (только) страдает казна, приобретение же врагов вызывает жизненную опасность.

Постоянная связь со страданием более тягостна, чем связь с негодными людьми. Последней можно в одно мгновение положить конец. Связь же со страданием вызывает долгие мучения. Поэтому злоба имеет более тяжкие последствия.

(Следствием злобы) являются: оскорбление словами, повреждение имущества (другого) и оскорбление действием.

Если сопоставить оскорбление словами и повреждение имущества, то первое хуже. Таково мнение Вишалакши. Ведь вспыльчивый человек, которому нанесено оскорбление словами, яростно отвечает тем же. Острие оскорбительных слов впивается в сердце. Оскорбление разжигает огонь (гнева) и воспламеняет чувства.

Нет, говорит Каутилья. Если чтить кого-нибудь (путем подарков) в виде ценного имущества, то этим самым можно удалить острие (оскорбительных) слов. Повреждение же имущества (неправильные поступки по отношению к таковому) есть уничтожение средств к существованию.

Под повреждением имущества мы разумеем: неотдачу (того), что причитается другому, (присвоение) чужого имущества, уничтожение его или же бросание на произвол судьбы.

Если сопоставить повреждение имущества и оскорбление действием, то первое есть более тяжкое зло. Так считают последователи Парашары. (Они говорят), что благочестивые деяния, равно как и жизненные удовольствия, одинаково основаны на богатстве (на имуществе). Мирская жизнь связана с деньгами. Поэтому гибель имущества, ценностей есть более тяжкая беда.

Нет, говорит Каутилья. Никто не станет желать повреждения своему собственному телу, хотя бы и за счет получения больших богатств. С другой стороны, как раз, позволяя себе оскорбление действием, испытываешь то же самое зло и от других.

Вот три вида (дурных последствий), возникающих от злобы.

Следствием страстей (является привязанность к охоте, игре, женщинам и опьяняющим напиткам). Вот четыре рода (объектов страстей). Пишуна считает, что если сопоставить охоту и игру, то (страсть к первой) есть более значительный недостаток. Предающийся охоте подвергается опасности со стороны грабителей, врагов, хищников, лесных пожаров и падения, он теряет направление, терпит голод и жажду, всем этим создается опасность для его жизни. При игре же только имеет место выигрыш, достающийся более искусному.

Нет, говорит Каутилья. Из двух (играющих) один несомненно терпит поражение. Самый предмет, приобретенный в игре, разжигает страсть (к дальнейшему приобретению). Игра вызывает вражду, потерю честно приобретенного имущества и приобретение другого нечестным путем. (Приобретенное имущество) вновь теряется, прежде чем успеешь им насладиться. (В пылу игры) приходится воздерживаться от своевременного испражнения и испускания мочи и испытывать голод и пр. От всего этого возникают болезни. Вот все зло, связанное с игрой. При охоте же имеет место телесное упражнение, удаление слизи, желчи, жира и пота, приобретается искусство попадать в цель, будь то подвижное или неподвижное тело, а также знакомство с состоянием переживаний животных по их движениям, показывающим ярость или боязнь. Кроме того, (на охоту) нельзя ходить во всякое время, (и потому) исключена возможность постоянно ей предаваться.

Каунападанта считает, что из двух пороков – страсти к игре и страсти к женщинам – первый есть большее зло. Игрок играет беспрестанно, ночью, при светильнике, и даже если собственная мать умирает. Если его в случае надобности просят (прекратить игру), то он приходит в ярость. Если же кто-нибудь одержим страстью к женщинам, то все же возможно (в отдельных случаях), когда такое лицо совершает омовение, одевается или ест, спрашивать его о делах, связанных с религией, и денежных. Далее, женщину можно сделать полезной для государя. Также возможно путем тайных средств устранения или, причинив женщине болезнь, устранить ее или заставить удалиться самой.

Нет, говорит Каутилья. При игре возможно возвратить потерянное. Тот же, который имеет страсть к женщинам, не может возвратить потерянного им (вследствие своей страсти). (С государем, постоянно увлекающимся женщинами), невозможно видеться (по государственным делам), он получает отвращение ко всякому делу, он упускает время и вследствие этого теряет выгоду, он нарушает закон, проявляет слабость в управлении и предается пьянству.

Если сопоставить страсть к женщинам и страсть к вину, то первая является более пагубной. Таково мнение Ватавьядхи.

Нет, говорит Каутилья. При привязанности к женщинам рождается потомство и создается личная безопасность, если оставаться среди женщин своего дома. Противоположное наблюдается (при привязанности) к внешним (т. е. публичным) женщинам и полная гибель (при привязанности к таким), с которыми нельзя иметь сношения. И то и другое (зло) может иметь место при пороке, выражающемся в пьянстве (при котором как раз бывают сношения с женщинами не своего дома и пр.).

Полное следствие этого порока есть: потеря сознания, умопомешательство у того, кто не был ранее помешанным, смерть (или состояние, подобное смерти) у того, кто в действительности не умер (или не должен был умереть), выставление на показ такого, чего следует стыдиться, потеря знаний, ума, здоровья, богатства и друзей, отсутствие связи с положительными людьми, связь с негодяями и любовь к пению и струнной игре, которые приводят к истощению имущества.

Согласно мнению некоторых, если сопоставить игру и пьянство, то игра есть более тяжкий порок. Победа или поражение (в игре), связанная с приобретением (или имеющая целью приобретение), причем объектами (игры) могут быть живые и неживые предметы, вызывает раскол партий и создает таким образом волнение среди подданных. В особенности среди объединений и семейств владетелей, имеющих сходство с объединениями, игра является причиной раздора, что ведет к гибели.

Самый же дурной из всех пороков – это потворствование негодяям, так как этим вызывается ослабление государственных устоев.

Страсть, заключающаяся в потворствовании негодным, и злоба, выражающаяся в подавлении праведных, – эти два фактора представляют собою безграничное зло, вследствие множества бедствий, (вызываемых ими).

А поэтому (государь), почитающий мудрых советников, обуздывая свои страсти и проявляя стойкость, должен отбросить как страсть, так и злобу, которые вызывают затруднения и подрывают корни (государственных устоев).

Всеобщие бедствия

Всеобщими бедствиями являются бедствия стихийные, как-то: пожары, наводнения, болезни, голод и чума.

Если сопоставить пожары и наводнения, то против бедствий от пожаров невозможно принять мер – все делается добычей пламени.

Что же касается бедствий от наводнения, то здесь можно прийти на помощь и спастись от повреждений. Таково мнение учителей.

Нет, говорит Каутилья. Пожар может истребить одно селение или половину селения. Сила же воды может унести сотни селений.

Если сопоставить болезни и голод, то болезнь делает невозможным исполнение работ, так как является препятствием для деятельности работающих, которые гибнут, болеют или увольняются. Что же касается голода, то он не вполне приостанавливает работы, и (при голоде все же) можно помочь деньгами и скотом. Таково мнение учителей.

Нет, говорит Каутилья. От болезни страдает одна определенная местность, и против нее можно принять меры. Голод же есть бич всей страны и приводит к гибели всех живущих. Это в равной мере относится и к чуме.

Если мы рассматриваем гибель мелких людей и гибель начальствующих лиц, то гибель первых создает невозможность для осуществления работ. Гибель же начальствующих лиц есть только препятствие к завершению работ. Таково мнение учителей.

Нет, говорит Каутилья. Потери в мелких людях можно восполнить благодаря численности таких людей. С потерями же начальствующих лиц это не так. Действительно, среди тысячи людей может найтись только один начальствующий или совсем не быть такового, ибо нужно иметь превосходство в личных свойствах и уме, чтобы быть опорой для мелких людей.

Если рассматривать бедствия, причиняемые собственным и вражеским войском, то собственное войско притесняет (страну) чрезмерными насилиями и поборами, и воспрепятствовать ему нельзя. Против вражеского же войска можно сражаться и, вынудив его к отступлению или заключив мир, избавиться от него. Таково мнение учителей.

Нет, говорит Каутилья. Притеснениям от собственных войск можно положить конец путем обуздывания и наказания рядовых и начальствующих лиц. Кроме того, (свое войско) причиняет вред одной определенной местности. Вражеское же войско причиняет бедствия всей стране грабежом, убийствами, поджогами, разрушениями и уводом (населения).

Если сопоставить распри среди подданных с распрями (в семье) государя, то распри среди подданных приводят к расколу среди таковых и подготовляют почву для нападения врага. Раздор же в семье государя приносит (для подданных) пищу и плату в двойном размере и избавление от налогов. Таково мнение учителей.

Нет, говорит Каутилья. Распрям среди подданных можно положить конец путем задержания вожаков или же устранения причины ссоры. Кроме того, враждующие между собою подданные могут своими взаимными трениями оказать и пользу (государю). Распри же в семье государя приводят к притеснениям и к гибели подданных, и нужны двойные усилия, чтобы с ними справиться.

Если рассматривать общенародные увеселения и увеселения государя, то первые приносят вред результатам работы в настоящем, прошедшем и будущем. Увеселения же государя приносят выгоду ремесленникам, мастерам, жонглерам, сказителям, гетерам и торговцам.

Таково мнение учителей.

Нет, говорит Каутилья. Общенародные увеселения служат отдыхом от работ. При них съедается немного. Поев же, (люди) получат большую энергию к работе. При увеселениях же государя он сам и его приближенные присваивают себе имущество, предъявляют требования, овладевают торговыми складами и вмешиваются в торговые дела (с целью приобретения необходимого для их увеселений). Этим самым приносится вред.

Если сопоставить царевича и любовницу, то первый приносит вред тем, что он со своими приближенными присваивает себе имущество, предъявляет требования, овладевает торговыми складами и вмешивается в дела. Любовница же только присваивает предметы, необходимые для проявления своего кокетства. Таково мнение учителей.

Нет, говорит Каутилья. Царевича можно удерживать от необузданных действий при помощи советника и домашнего жреца. Любовницу же трудно обуздать вследствие ее глупости и вследствие ее связи с разными негодяями.

Если сопоставить (зло, причиняемое) объединениями и отдельными начальствующими лицами, то оказывается, что объединения, вследствие многочисленности (входящих в них людей), невозможно обуздать. (Объединения поэтому) причиняют зло воровством и грабежом. Что же касается отдельных главенствующих лиц, (то вред, причиняемый ими), сводится к задерживанию и прекращению дел. Таково мнение учителей.

Нет, говорит Каутилья. Можно легко действовать против объединения, пользуясь тем, что (входящие в него) одержимы одинаковыми пороками. Также (можно справиться с ним) путем задержания части его вожаков. Надменный же главарь приносит вред тем, что представляет опасность для жизни и имущества других.

Затруднения, вызываемые казной

Если сопоставить (зло, причиняемое) управляющим казначейством, и зло, причиняемое главным сборщиком налогов, то первый приносит вред тем, что (в своих выгодах) причиняет порчу выработанным ценным предметам и взимает (незаконно) штрафы.

Что же касается главного сборщика налогов, то он находится под надзором счетчиков и пользуется (только) причитающимися ему доходами. Таково мнение учителей.

Нет, говорит Каутилья. Управляющий казначейством принимает все, поступающее в казну под надзором других. Что же касается сборщика налогов, то таковой соблюдает свою собственную выгоду, а затем только думает о выгоде государя. Бывает даже, что он способствует гибели имущества последнего. Далее, при отбирании чужого имущества он поступает по произволу.

Если сопоставить притеснения, чинимые пограничной стражей, и затруднения, создаваемые торговцами, то оказывается, что пограничная стража приносит вред торговле тем, что похищает имущество через подосланных ею же воров и взимает чересчур большие пошлины. Торговцы же только способствуют торговле, заботясь о сбыте товара и получении за него платы. Таково мнение учителей.

Нет, говорит Каутилья. Пограничная стража приносит пользу (торговле), содействуя накоплению товаров. Торговцы же по сговору вызывают повышение и понижение (цены) товаров, рассуждая: на один пана мы должны заработать сто и за один горшок приобрести 100 горшков. Так они пользуются торговлей в своих целях.

Возникает вопрос: какую землю (лучше оставить), такую, которая чересчур заполнена разными посевными культурами, или же чересчур изобилующую пастбищами. Не следует оставлять землю, чересчур загруженную культурами, хотя бы не приносящую больше выгоды, но оказывающую помощь военным мероприятиям. Не следует этого делать из боязни (возможных) бедствий. Землю же, чересчур изобилующую пастбищами, можно оставить, но такую, которая подходит и для посевов. Ведь пастбища сокращаются за счет (увеличения) пахотных полей. Таково мнение учителей.

Нет, говорит Каутилья. Земля, перегруженная культурами, хотя бы она и приносила неизмеримо большие выгоды, может быть оставлена из боязни возможных бедствий. Земля же, чересчур изобилующая пастбищами, приносит пользу казне и упряжным животным. Ее не следует оставлять, за исключением тех случаев, когда это вредит посевам.

Если сопоставить разбойников и дикие лесные племена, то первые действуют ночью, устраивают засады, представляют жизненную опасность, имеются постоянно, грабят (деньги) сотнями и тысячами и приводят в волнение богатых людей.

Дикие же лесные племена живут обособленно, в пограничных лесах, они на виду, передвигаются открыто и могут вредить только одной какой-нибудь местности. Таково мнение учителей.

Нет, говорит Каутилья. Разбойники грабят только беспечных, они малочисленны, трусливы, и их легко узнать и схватить. Лесные же племена находятся на собственной (известной им) земле, они многочисленны и храбры. Они дерутся открыто, совершают грабежи и убийства в целом ряде местностей, уподобляясь (вражеским) государям.

Если сопоставить леса с оленями и леса со слонами, то оказывается, что олени приносят пользу тем, что дают много мяса и шкур, они едят мало и их легко обуздать. Противоположное же представляют слоны. Если их поймать и они окажутся злонравными, то они могут опустошить целую местность.

Если сопоставить помощь, оказываемую в пределах (своей) данной местности, с помощью, получаемою из другой местности, то оказывается, что внутренняя помощь, выражающаяся во вспомоществовании сельскому населению хлебом, скотом, деньгами и сырьем, имеет результатом поддержание (благосостояния) данной местности. Противное наблюдается при оказании помощи извне.

Вот что касается притеснений и затруднений.

Препятствия могут быть внутренними, вызываемыми начальствующими лицами, и внешними, происходящими от врагов. Вот отдел препятствий. Благодаря этим препятствиям, а также вследствие только что указанных бедствий казна может терпеть ущерб, присваиваться начальствующими лицами, уменьшаться вследствие освобождения от податей, распыляться, накапливаться неправильно или же похищаться соседними владетелями и лесными племенами. Такие бывают неблагополучия с казной.

Государь должен стараться, чтобы бедствия не возникали, а чтобы те, которые возникли, были бы устранены. (Он должен стремиться к этому), для того чтобы страна преуспевала и чтобы препятствия и неблагополучия с казной не имели места.

Методы внешней политики

О мире и труде

Государь, обладающий личными качествами, богатством и совершенными основами государства, является основой правильной политики и называется тем, кто имеет основание победить. Вокруг него, образуя окружение, непосредственно прилегающее к его земле, находится тот фактор, который представляют собой враги. Подобным же образом мы имеем фактор (или основу), которую представляют собою союзники, отделенные другой землей.

Соседний государь, обладающий отличительными чертами врага, есть противник. Если он попадает в беду, то он является таким, против которого выгодно идти войной. Если он не имеет опоры или же средства защиты его слабы, то он является таким, которого можно уничтожить. В противном случае он является таким, которого следует теснить или ослабить. Вот различные виды противников.

После них (имеющий основание победить) должен принимать в расчет в непрерывной последовательности земли собственного союзника, союзника врага, союзника собственного союзника и союзника союзника врага.

За собою он имеет: (враждебного государя, который) может напасть на него сзади, и дружественно настроенного, который нападает на первого. Также имеются сообщник нападающего с тыла и сообщник находящегося в тылу дружественного государя.

(Государь), земля которого непосредственно граничит (с владением того, кто имеет намерение победить), есть основной враг. Если он принадлежит к тому же роду, то его называют природным врагом. Тот же, с которым возникла вражда или который предпринимает агрессивные действия, есть враг благоприобретенный.

(Государь), земля которого отделена другой землею, есть основной союзник. Если он приходится родственником его с отцовской или материнской стороны, то он называется природным союзником. Если же он примыкает (к государю, намеревающемуся победить), так как получает от него деньги или средства к существованию (или так как он обязан ему получением денег и жизнью), то он называется благоприобретенным союзником.

Есть, кроме того, иной государь, земля которого граничит с владениями желающего победить и его врага, который способен помочь тому и другому, находятся ли они в соприкосновении или нет, а также способен справиться с каждым из них в отдельности. Это есть государь «срединный».

Далее, имеется иной, «стоящий особняком», в стороне от врага, желающего победить, и «срединного». Он по основам своего государства является более сильным, чем (другие трое). Он способен оказать помощь врагу, желающему победить, и «срединному» вне зависимости от того, находятся ли они в соприкосновении или нет, а также справиться с каждым из них, если они разобщены.

Вот основы политики.

У желающего победить 3 основных фактора: он сам, его союзник и союзник этого союзника. Каждый из этих факторов находится в связи со своими 5 факторами, т. е. министрами, сельскими местностями, укрепленными городами, казною и войском. Таким образом, весь круг (факторов для победы) состоит из 18 таких факторов.

Этим самым указывается круг факторов по отношению к врагу «срединному» и «безразличному» в отдельности.

Вот вкратце 4 круга факторов. Имеются 12 факторов в виде государей и 60 вспомогательных факторов, а всех вместе взятых 72.

Каждый из этих факторов имеет (как указано было) определенные идеальные качества (которых следует достигнуть).

(Далее, принимаются во внимание) возможности и достижения. Возможности заключаются в силах, а достижение есть счастье (победы).

Силы бывают 3 видов: сила звания, т. е. возможности, предоставляющиеся в виде совета; силы, состоящие в казне и в войске, – это возможности, которыми располагает государь; и сила героизма – возможность, заключающаяся в энергии (войска).

Подобным же образом достижение бывает 3 родов: достижение благодаря возможности, заключающейся в совете, – достижение посредством совета; достижение посредством возможностей, которыми располагает государь, – достижение властью, и, наконец. Достижение благодаря возможности, заключающейся в энергии, – достижение посредством энергии.

(Государь), у которого (эти возможности) имеются в превосходной степени, считается преобладающим. Тот, у которого они имеются в более слабой степени, считается малосильным, а располагающий одинаковыми силами – равным. Поэтому (государь) должен стараться, чтобы силы и достижения стали его достоянием. Или же если он равен другим, (то он должен укреплять свои силы) путем приведения в надлежащее состояние своих вспомогательных факторов в их последовательности и путем правильного, честного образа действия. Или же он должен стараться отнять силу у врагов и своих собственных недоброжелателей.

Далее, он может заметить следующее: враг мой обладает силой, но тем не менее в будущем (по гордости своей) погубит свои же собственные государственные факторы путем оскорблений словами, действием и притеснениями. Или же, достигнув своей цели, он (враг) станет беспечным, предаваясь удовольствиям охоты, игре, вину и женщинам. Его подданные будут враждебно относиться к нему (если он притесняет), он будет ослаблен или пребывать в беспечности и таким образом я смогу справиться с ним. Или же: враг, подвергшийся нападению, должен будет находиться со всеми своими силами в одном месте или укрепленном городе. Его войско будет стеснено, и он, лишенный союзников и укреплений, легко попадет в мои руки. Или же: (вражеский) государь, обладая значительными силами, имеет намерение уничтожить (иного) врага в другом месте. Уничтожив этого врага, он не будет стараться сокрушить меня. Если я буду тесним сильным или если мои начинания потерпят неудачу, то он окажет мне поддержку, равно как и в случае, если на меня посягает «срединный» владетель. На основании таких и подобных соображений (желающий победить) будет (временно) желать усиления и успеха хотя бы врагу.

Сделав государей, отделенных другой землей (т. е. союзников), как бы ободом колеса, а непосредственно граничащих (т. е. врагов) – спицами (этого колеса) и себя самого – ступицей, (желающий победить) должен располагать своим кругом факторов (для победы).

Враг, находящийся между предводительствующим (т. е. желающим победить) и его союзником, будет уничтожен или тесним, хотя бы он и обладал значительной силой.

О шести методах внешней политики

Круг факторов (внешней) политики есть основание для применения ее шести методов. Учителя говорят, что эти шесть методов суть: мир, война, выжидательное положение, наступление, искание защиты и двойственная политика.

Ватавьядхи утверждает, что, собственно, имеются только два метода: мир и война, к которым и сводятся все шесть методов.

Каутилья же считает, что все-таки имеются шесть методов в соответствии с различными положениями.

Тут миром считается заключение договора, связывающего (обе стороны), войною – причинение вреда, выжидательным положением – пребывание в безразличном состоянии, наступлением – принятие мер (к нападению), союзом – прибегание к помощи других и двойственной политикой – использование то войны, то мира (смотря по обстоятельствам). Вот шесть методов (политики).

Если кто-нибудь слабее (другого), то он должен заключать с ним мир. Имеющий превосходство может идти (на другого) войной. Тот, который считает: «ни меня другой, ни я его неспособны победить» – должен держаться выжидательного положения. Имеющий преимущество и превосходство должен наступать. Тот, у которого незначительные силы, должен искать союза (с другими). Если дело решается благодаря помощи союзника, то следует вести двойственную политику. Вот определение методов.

Если (государь), стоя на точке зрения применения какого-либо метода, видит, что, придерживаясь такового, он будет в состоянии проявлять деятельность по постройке в своих владениях укреплений, оросительных сооружений, торговых путей, по заселению пустырей и разведению ценных лесов и таких, в которых содержатся слоны, вредить таким же действиям врага, – и действительно применяет этот метод, то будет успех.

Зная, что собственное преуспеяние будет идти скорее, что оно будет больше и что имеются основания, благодаря которым (в будущем) явится преуспеяние, а также, что у врага будет как раз обратное, (государь) должен равнодушно относиться к преуспеянию врага. Если преуспеяние (у обеих сторон) совершается одновременно и имеет одинаковые результаты, то нужно пребывать в мире.

Если (данный государь) видит, что, стоя на точке зрения какого-нибудь метода, он достигнет лишь (отрицательных результатов) в своих действиях и не причинит ущерба врагу, и на основании этого не прибегает к данному методу, то такой метод следует считать ведущим к упадку.

Если владетель видит, что упадок собственный будет совершаться длительно, а упадок у врага – быстро или же что временный упадок приведет в конце концов к процветанию, в то время как у врага будет обратное, то он должен временно оставаться равнодушным к собственному упадку.

Если у обеих сторон упадок происходит одновременно и приводит к одинаковым результатам, то надлежит пребывать в мире.

Тот метод, с применением которого не получается ни процветания, ни упадка, ведет к состоянию застоя.

Если государь знает, что ему придется лишь на короткое время пребывать в застойном состоянии или же что это приведет к конечному процветанию, в то время как у врага будет обратное, то ему следует отнестись безразлично к (временному) состоянию застоя.

Учителя говорят, что если у обеих сторон застой происходит одновременно и имеет одинаковые результаты, то следует пребывать в мире. Каутилья считает, что об этом не может быть споров.

Далее, (государь) может иметь в виду следующее: (1) находясь в состоянии мира, я своими действиями принесу ущерб начинаниям врага, я стану вкушать великие плоды моих начинаний и использую также начинания врага; (2) или же, прикрываясь доверием (которое оказывается мне) в силу мирного договора, я буду применять ловкие меры, действовать тайно и подсылать шпионов, этим самым я буду вредить начинаниям врага; (3) или же я привлеку для совершения моих дел людей, которые заняты в начинаниях врага, тем, что я дам им возможность получить выгоду, сделав их труд легким, оказывая им помощь и облегчая подати; (4) или же враг, находясь в союзе с другим, обладающим подавляющей силой, достигнет только того, что его начинаниям будет принесен вред; (5) или же имеется владетель, который воюет с ним (врагом) и вследствие этого ищет союза со мной; я устрою так, чтобы вражда их длилась долго; (6) или же враг будет причинять вред местностям (иного), который хотя находится в мире со мною, но меня ненавидит; (7) или же, терпя ущерб от врага, народ его (т. е. другого враждебного государя) придет ко мне, и от этого будет преуспеяние в моих начинаниях; (8) или же (враг) терпит неудачу в своих начинаниях и находится в несчастье; он не будет нападать на меня, так как он должен будет направить свою деятельность в другую сторону; пользуясь этими двумя обстоятельствами, я достигну преуспеяния в моих начинаниях, находясь в мире; (9) или же, заключив мир с одним из врагов, я разобью окружение и благодаря этому получу в свои руки изолированного врага; (10) или же, привлекая на свою сторону врага путем оказания ему военной помощи, я буду возбуждать ненависть против него, когда он будет стремиться получить под свою власть круг государей, и добьюсь, чтобы он, являясь предметом ненависти, погиб именно благодаря этому. Имея такие виды, государь может добиваться преуспеяния мирным путем.