Kitabı oxu: «Гена-травник. Сказка для взрослых»

Эта сказка – полностью,

от первого слова до последнего —

придумана мною, её автором.

И все совпадения с моими

героями – случайны.

Соль жизни в том, что она не сахар.

Сказка – ложь!

Да в ней – намёк!

Добрым молодцам урок!

© Таня Вайль, 2017

ISBN 978-5-4490-0588-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

 
                           ПЕРВАЯ ЧАСТЬ
 

Я говорю наркотикам – НЕТ! Даже не брать в руки! Не пробовать! Не курить и не нюхать! Наркотики – это зло! Это зараза! Хочу в начале своего повествования заявить о своём отношении к этому вредному и опасному зелью. Я считаю, что со школьной скамьи дети должны быть предупреждены и осведомлены о страшных и необратимых последствиях принятия наркотиков. Я считаю, что проблема нависшей над обществом угрозы наркомании по большому счёту умалчивается и не уделяется борьбе с нею должного внимания. Нужно показывать школьникам фильмы о вреде и страшных последствиях наркотиков. Дети должны знать, к чему приводит приём каких-либо наркотиков. А те, кто распространяет их и вовлекает несовершеннолетних, должны наказываться очень строго! На примере своего героя я хочу рассказать, во что превращается жизнь наркомана. И, что самое страшное – во что превращается жизнь его близких. Ужас! Не пожелаешь и врагу! Конечно! Эта сказка – только для взрослых! Для тех, кто находит в жизни радость и без приёма какой-то заразы! Кто счастлив уже потому, что просыпается каждое утро. И видит небо и солнце, траву и деревья. Радуется каждому порыву ветра и шороху листьев! Просто живёт. Не делает зла. Любит родных и ближних. Потому, что он хороший человек! Кухня. Ночник. Сидит на стуле старый, голый мужик. В руке косяк. Глаза торчат! Он лыбится, довольный! А чё! В руке косяк! Сидит себе, обдолбанный! Чуб дыбом! Глаза рогом! Красавец, одним словом! У него всё окей! Да! Окейчик! Он гадостью-жизнью доволен! Сидит человек себе! Весёлый-весёлый! Довольный! Печки-лавочки! Всё у него прекрасно! Лямур пердю! Он счастлив на этот-данный миг-момент! Сидит себе весёлый-довольный! А потому и весёлый, и довольный, что мужик этот человекоподобный – зайка косой! Он по жизни обкуренный-обдолбанный! Живёт навеселе! Всегда он в настроении! Долбанёт косаря и смотрит мультики-глюки.

– Прошу любить и жаловать: Гена-травник! Я обожаю травку! Люблю её курить и нюхать. Оздоравливаюсь типа!

Так он-мужик себя представляет. В тех кругах, где вращается. И гогочет, довольный. Очень остроумным сам себе он кажется. Ведёт себя, как придурок! Как малолетка-недоумок. Как салажонок-юнга обкуренный! На старости лет набрался он не ума, а дури! К некоторым старость приходит вместе-дружно с опытом житейским, который называют издавна-издревле мудростью. А к нему старость притопала одна-одинёшенька. Не явилась мудрость. Она его не посетила. Вот и приходится ему-мужику жизнь доживать не мудрым аксакалом-старичком, а придурком! Ужас! Лямур пердю! Бодрит-взбадривает он-мужик себя дурью-косарями. Мозги-извилины у него от этого-того курева стали сохнуть-вянуть-усыхать. Мозги у него не фурычат. Лыбится он, как безмозглый дебил-дурачок. Всегда! Постоянно! Кажется-видится ему, что жизнь у него прекрасна! Всё у него, как полагается! Типа: у него всё окей! Лямур пердю! Всё великолепно-прекрасно! Он жизнью-малиной довольный! Он, хоть и старый, и не красавец, но всё ещё кое-кому нравится! Да! Кому-то он надо! Нужен! Как мужчина! Понимать это – так ему приятно! Ух! Ах! Любят его бабы! Лямур пердю! Вот потому мужик этот человекоподобный сидит и лыбится! Улыбается мило-счастливо! Вчера тут ему звякнул-брякнул дружок-кентяра. И так осчастливил-обрадовал! Прям оглушил новостью-радостью! Оказывается, их страна-государство наконец-то повернулось к народу лицом-фэйсом! А не каким-другим телом-местом! Этот друг-кентяра вычитал в инете-сайте, что в нашей стране-государстве наконец-то легализуют выращивание опиума-дурмана-мака! Он-мужик ушкам-слуху сразу-сначала даже не поверил! Охохошечки! Лямур пердю и печки-лавочки! Берёзки-осинки вы мои милые-российские! Наконец-то! Сбылось-свершилось! Ух! Ах! Свершилось! И, главное, он-мужик дожил-домаялся до таких светлых-добрых времён-перемен! Можно сказать, до мечты-коммунизма дожил!

«Каждому по потребностям! От каждого по способностям!» Такой девиз его времени! Девиз всего современного человечества. Ну и вот! Такая новость-радость! Будут колоситься у нас поля-нивы зелья-мака! Целые гектары травы-дурмана заколосятся на полях-просторах матушки-родины! Можно брать-занимать гектары! К примеру, в найм-аренду! Пахать-вспахивать! Засевать опиумным дурманом-маком! Выращивать и сбывать-продавать! Распространять! Легально! В открытую! Он-мужик, как это понял-услышал, чуть-чуть не свалился с табурета-стула! Это ж какое можно создать-развернуть дело-мероприятие-производство! И причём, на легальном-законном основании! И как тут ему не лыбиться-не радоваться! Весною-порою он арендует ниву-поле! Так, примерно, с десяток акров-гектаров! Небольшое-побольше! И станет хлеборобом-землепашцем! Станет-будет кормильцем Родины! Да! Если уж такое дело заварилось-пошло, может он-мужик себе позволить выразить бурлящие-радостные чувства высоким-поэтическим словом-слогом! Будет он-мужик кормильцем всех лодырей-тунеядцев! Мак-опиум будет сеять-выращивать! И будут цвести-колоситься поля-нивы мака-дурмана! На радость-корм всем продвинутым-грамотным людям-наркоманам! Он-мужик будет владельцем-хозяином этих нив-полей маковых-опиумных! И будет сам-единолично урожаем-прибылью распоряжаться-командовать! Благодаря ему-мужику не станет в нашем владычестве-государстве страждущих-болезных! Всех он излечит-вылечит! Оздоровит! Он же идёт-применяется этот мак-опиум, как лекарство! Как одуряющее-обезболивающее! Сильное-незаменимое в науке-медицине препарат-средство. И он-мужик станет на страже здоровья-самочувствия всех страждущих наркоманов-сограждан! А чё! Он-мужик патриот своей мамы-родины! Будет выращивать мак-опиум, который для некоторой категории людей-граждан является хлебом-продуктом насущным! Он-мужик уже видит-представляет. Как попрут-повалят к нему друзья-кентяры. С торбами-мешками! За хлебом-пищей насущной! За опиумом-дурманом! Он снабдит-накормит всех страждущих-голодных! Пусть не станет у нас в стране-государстве бедных-страдающих и болезных-нуждающихся! Он-мужик берёт-возложит на себя эту проблему-задачу! Он её выполнит-перевыполнит! Станет героем-ударником-трудягой золотой-хлебной нивы! Прославится! Может, даже, ему возведут-поставят бюст-памятник! Лямур пердю! Печки-лавочки родимые! Ух! Ах! Ему возведут памятник на родине! В его любимой-дремучей дерёвне! Как герою сельхоз работ-труда! Как трудяге-кормильцу всех лодырей-тунеядцев! Как пахарю-хлебопашцу! Мужик хохочет-заливается, такое дело-дурдом представив! Вот было бы клёво-здорово! Сей мак-цветок! Как обычный лютик! Выращивай! Расти! Продавай! Наживайся! Чем плохо-хреново? Здорово! Вырасти-произведи в пользу-дело! Насуши травки-сенца-соломки! И продавай-сбывай! Сбагривай! Как базарные бабки продают жаренные семечки! Горстями там или кучками! Или стаканами-рюмками! Или мешками! По фиг! Лишь бы продать-сбагрить! А чё! Раз страна-государство разрешило-легализовало! Если это всё по закону! Умные люди дотумкали-поняли. Нельзя народ урезать в свободе-воле-правах личности! Хочет человек – и пусть курит. Или пьёт! Свобода личности! Каждый индивидуум имеет право на проявление характера-личности! Хочет – живёт! Хочет – канат-верёвку на грудь-шею и в рай-пекло! Вне очереди! По настроению-желанию! А чё! Он-мужик ничего не имеет против! Меньше народа – больше кислорода! Ему по фиг-по барабану! Он-то проживёт долго! А все-другие его не волнуют! Их дела-проблемы! Хоть верёвку на грудь-шею! Хоть в висок-голову картечь-пулю! Это дело сугубо личное! А его дело – жизнь свою приукрашивать! Эх, и любит же он-мужик по жизни-буфету гулять-придуряться! Разукрашивать обожает всё яркими красками! Устраивать любит себе праздники! Чтобы уж совсем не казалось его бытие-существование нудным-серым! Как у старика-дурака какого! Как у сопливого юнната-ботаника! Ага! Как раз! Не дождётесь! Он-мужик на самоубийство-грех не способен! Он любитель-любовник жизни-заразы! Типа: он косой парень-зайка! Любитель жизни-малины. Он-мужик очень симпатичный! Его бабы-мляди обожают! Он же такой мерзавец и подлец! Кидала и стервец! Таким иногда себя видит! Крутым парнягой-мачо! Бабы таких мерзавцев-подлецов обожают! Они же дуры! Их жизнь ничему не учит! Да и кто может-способен научить чему-то безмозглых овец-куриц! Эти курицы необучаемы! Вот и хохочет он-мужик, как счастливый-молоденький. У него всё окей! Он жизнью-малиной доволен! Довольный! А чё?! Он человеко-мужчина успешный-счастливый! Таким себя ощущает и видит! Он, хоть и дурачок-чудила, но человек неплохой! Он порядочный-путёвый! Не какой-такой там извращенец-урод! Он, хоть и не красавец, и не молоденький, но пользуется у женского населения спросом! Он парень востребованный! А чё! Мужиков мало! Умирают они. Повымирали, блин! На всех баб-женщин их не хватает! Даже и такому, как он, кое-кто рад! И в нём кто-то нуждается! Конечно! Радоваться нечему! Народ вымирает. Да! Такие печки-лавочки получаются неприятные! Лямур пердю! Мужики, которые люди человекоподобные, очень скоро станут потерянным видом и племенем. Как динозавры. Прям, как доисторические ящеры-динозавры мужики умирают-исчезают. Впору заносить племя человекоподобных мужчин в Красную тетрадь-книгу! Как исчезающий вид! Как тех животин, что пропали-исчезли с лона-лица нашей родимой мамы-планеты. Мужик об этом как подумает, так сразу начинает волноваться-расстраиваться! Аж за себя милого-родного становится страшно! Лямур пердю! Люди добрые! Чё происходит-творится на белом свете! Мало хорошего. Человеко-мужчины вымирают! Это-то ладно! Главное – бабы выживают! Бабы-то остаются! Им, как подвиду человека – ничегошеньки не делается! Лямур пердю! Ни фига! Им не страшны не микробы-бактерии, не болячки-болезни. Бабы-женщины живучи, как звери-кошки! Как львы-пантеры! Как людоеды-тигры! Что им какие-то там бактерии-микробы! У них выработан такой иммунитет, что и в уколах-прививках они не нуждаются! Бабы прокурены-проспиртованы, как мумия дедушки Ленина! Их даже время не берёт! Им всё нипочём! Да уж! Наших баб убить-истребить можно только лопатой! Мужик засмеялся, такое дело увидев-представив! На душе так приятно сразу стало! Прям приятненько! Конечно! Лямур пердю! Юмор и сатира! Анекдот! Не жизнь, а жизня! Малина! Люблю грозу в начале мая! Как долбанёт – и нет сарая! Красота! Фантастика! Фейерверк! Иллюминация! Мужик хохочет-заливается! Он так любит всё яркое! Обожает праздники! Ради фейерверка-иллюминации пусть горят-пылают на фиг все соседские хлева-сараи! Забор сгорел – сарая не жаль. Ему по фиг! По барабану! Лишь бы устроить праздник! Повеселиться чтобы! Он не злой человек. Зла никому не желает! Он любит женщин. Но понимает, что много баб-женщин – это хреново. Для общества – ничего хорошего от большого скопления-количества женщин! Он подумывает иногда, сидя на этой кухне: вот бы толкнуть идею-предложение в их Думу, чтобы приняли закон такой, как был когда-то в древности. Чтобы жён живьём-при жизни, закапывали вместе-совместно с умершими их мужьями-супругами! Вот и был бы порядок в стране и на всей нашей планете! Баб должно быть поменьше. Толку-то от них никакого! А так – один разврат-бедлам получается. Мужиков нет! А баб – излишек! Бабское-млядское население-племя размножается-плодится, как кролики-зайцы! Расползаются по маме-планете, как жуки-таракашки! Лямур прям пердю! Мужик ржёт, такую приятную картину увидев-представив: опускают в страшную-сырую-глубокую яму-могилу гроб-домовину с умершим человекоподобным мужчиной – и туда же, в ту же яму-могилу плюсуют-пакуют его законную жену-супругу! Обалдеть! Ой! Ай! Обосраться-обкакаться с перепугу-ужаса можно! Даже представить страшно. Но это было бы справедливо-правильно! Хоть и страшно! Ё-ма-ё-охохошечки! Страшновасто даже представить! Но зато верно-правильно! Да! Лямур пердю! Он так считает! Бабы должны получать по делам-заслугам! То, что заработали! Кому – почёт-уважение! Это такие проныры, которые продвинутые! А некоторым курицам – типа овечек Долли, яма сырая-глубокая и объятия мужа-покойничка! Умора! Прямо таки юмор и сатира! Лямур пердю! Лежи тама-ка, родимая, и будь счастлива-довольна! Как безмозглая амёба! Смех и умора! Вот потому и ржёт! Смеётся мужчино-человечек, такую весёлую и приятненькую кино-картинку представив! А чё! Заслужили – пусть своё получают! Он так мстит тем, кто ему нервы мотает! Кто на него, красавца-молодчика, внимания не обращает! Убить! Лопатой! Закопать! Пусть знают! Эх, печки-лавочки! До чего же он человеко-мужик обаятельный! Чубчик дыбом! Глазки рогом! Красавец, одним словом! И смеётся, заливается, как молоденький. Лямур пердю! Смехотунчик напал на него! Угорает, как представит картину такую прикольно-приятную: жён живьём-при жизни закапывают-зарывают дружненько-рядком вместе-совместно с умершими-почившими человеко-мужьями! А чё! Пусть лежат тама-ка рядком со своими мачо! Классно и забавно было бы за этим понаблюдать! Пусть бы стало одр-ложе покойного ещё и ложем-постелью верности-преданности супругов! Как пример для будущих баб-поколений! А чё? Лямур пердю! Жёна-для мужа! Жёна-за мужем! Как ниточка за иглою! Как червя за червёю! Как капля за каплей с небосвода высокого во время дождя проливного! Как сопля за соплёю! Человеко-мужчинка наш хохочет-смеётся, такое фильм-кино представив! Пусть бы там, на том, как говорится свете, женщины-жёны мужа роднова-сваво мёртвого-хладного к себе своими ручонками шаловливыми прижимали-ласкали! Пусть бы тама-ка, в страшной-глубоченной яме-могиле они и узнали бы на деле, почём он, фунт лиха! В самом-то деле! Печки-лавочки и ёлы-палы вы, мои родимые, обаяшки-тупицы! Лямур пердю! Полежите-ка вы в деревянной постели-гробине рядышком-в обнимку с двинувшим ноженьки-копыта умершим-почившим и на фиг захолонувшим-застывшим бывшим-отбывшим, человекоподобным мужем-супругом! Пообнимайся-позажимайся ты, родимая, тама-ка с хладным мервецом-трупиком! Он-то лежит тихо-тихо-спокойно! Как порядочный-нормальный человек-покойничек! Как хладный мертвячок-трупик! А поглядеть бы на одну из вас, ещё живую-горячую, очутившуюся-оказавшуюся в такой ужасно-страшно-занимательной компании-ситуации! Ой! Ай! Эк бы, ты там выла-голосила! Лямур пердю! Как псиная-собачья самка-сучонка! Как собачка-сучка, потерявшая хозяина. Как потеряшка! И не от любви горячей к хладному трупу-покойничку выть-завывать и стонать-стенать ты будешь, родимая самка-сучонка! Эт-то понятно-понятненька! А от ужаса-страха в эдакой прикольно-безвыходной кошмарико-ситуации! Кино-фильм ужасов! Даже увидеть-представить страшно! Лямур пердю! Вот же были когда-то у дикого-древнего народа-племени дикие-ужасные-племенные причуды-обычаи! В страшном сне-кошмарике не привидится! И этого он желает всем женщинам-бабам! Особо тем, которые млядины-лярвы! Вот бы попугать-прикопать хоть одну из них! Зарыть бы с хладным мачо-трупиком в ямку-могилку! Просто пошутить! Подшутнуть-припугнуть! Лямур пердю! Ради шутки-прикола! А потом отрыть-выпустить пленницу-жертву на волю-свободу! Наверное, она бы и сама хохотала-смеялась бы! До усерачки-упаду! А чё! После того, как побывала при жизни в ямке-могилке, она бы потом такою радостно-счастливою оттудова выползла бы! Ну понятно! Выпрыгнула бы! Как жаба-ряпуха. С того света да на этот! Прыг-скок-поскок! И на верху-на солнышке! Хохотала-радовалась бы до упаду! А чё! Бабы-дуры! Они бы и эту шутку-прикол-издевательство приняли бы за сексуально-любовное ухаживание-домогательство! Наверное, ни одна из них даже не обиделась бы такому приколу-издевательству! Разве что с испугу-ужаса обосралась ба! Чё с дур-дурёх взять! Кроме анализов мочи и кала! Да уж! Токо этого добра в каждой из них и полно-навалом! До фига! Хватает! Дуры и дуры! Лямур пердю! Дуры набитые. Нет ни одной извилины! Все эти бабы-дуры всю жизнь ищут-ждут каких-то принцев! Мечтают о некурящем-непьющем, исключительно порядочном-богатом-молодом-красивом и материально-жильём обеспеченном, с маниакальной любовью к нищим-разведёнкам и их спиногрызам-потомкам! И чтоба был неженатый-холостой! Ужастик! Ну не дуры-фантазёрки! Никто и никогда такого реликтового мужика не видел! Не встречался он в природе живьём никому! Но придурошные бабы-мляди верят в его наличие-существование! Некоторые до пенсии всё такого принца-кадра дожидаются! Ну и дуры! Тупицы-куры мешком пыльным трахнутые-прибитые! Ждут-ожидают всю жизнь с моря погоды! А он-мужик вот же! Близко-рядом! Всегда к их услугам! Прям зла на них-дур не хватает! Его-мужика отвергают! Бегут-гонятся за миражами! Но он добрейший человек и баб-млядей, этих человекоподобных существ прощает-понимает. Они же не люди. А подвид мужчино-человека! Мужик хохочет, ляская себя по голым-синим, стройным-худющим ножкам-ляжкам! Он так насмехается-изгаляется над стервами-бабами! А чё! Имеет право! Ему так ндравится! Шутки-шутками, но дело получается неважно-хреновое. Мужики вымирают! Он, как подумает об этом – плакать хочется-охота! И он же – этот вид и пол исчезающий-вымирающий! Он же человеко-мужчина. Не какая там млядь-баба! Что живёт и чужой беде-погибели смеётся-радуется! Им всё по фиг и до хрена! Они-то живучи, как кошки! Их только больше год от года получается-становится. Заполонили планету эти бабы-паразитки! Вот же микробищи-бактерии! Живучи, как кошки! Лямур пердю! Им всё по фиг! Выживут и на Луне! И даже на Марсе! Дай им свободу-волюшку, они и красную Марс-планету оккупируют-заполонят, с несчастными марсианами развратничая-размножаясь и поработив их, как мужчин-землян, превратив в невольников-рабов своего тела-утробы! О! От наших баб-бактерий всего можно ожидать! Даже самого страшного! Он содрогается, весь этот ужас-кошмар увидев-представив! Лямур пердю! Мужчин мало! Они долго не живут. Прям, извели уже почти поголовно, бабы человекоподобное-мужское племя! И чему в таком случае радоваться, блин. Слёзки наворачиваются и бегут по личику и по его морде-щёчкам. Да! Он человечко-мужчинка чувствительный! Он обидчивый и ранимый! С ним нежно и бережно нужно обращаться! Как со стеклянным сосудом или какой дорогой, хрустального стекла горшком-посудиной! Лямур пердю! Как с фаянсовым-хрустальным графином-болванчиком! Он в свои немалые лета – почти ребёнок! По душевному складу-организации он нежный и ранимый мальчик-мальчонка! Пупсик-пупёныш почти что он! Человеческий детёныш, нуждающийся в добром уходе-заботе, в любви и ласке! По любому поводу он волнуется-расстраивается! Ручки-крючки ломает-заламывает! Стонет-стенает и плачет! Навзрыд рыдает! За весь народ-человечество радеет-переживает! Главное! Лямур пердю! Вид вымирает. А подвид живёт и здравствует! Размножаются даже! Как-то научились они это делать самостоятельно-индивидуально. Без мужа-супруга. Вот же деляги-предприниматели хреновы! Какие токо страсти и страстя не творят бабы! А чё? Им всё ни фига! До фонаря! По барабану! Всё, как с гуся вода! Вот же подвид они вредный-приспособленческий! Выживут и в огне, и в пламени эти подвид-бабы! Умрёт муж – она поплачет, конечно. Погорюет для отвода глаз. Для виду. И тут же хвост трубой и пистолетом! Быстро находит усопшему замену-подмену. Втюхивается-влюбляется, замуж выходит и детей плодит-рожает! И тут же пьянствует и скачет! Главное: муж у неё в сырой яме-могиле разлагается-прозябает, а у неё всё в шоколаде! Лямур пердю! В любви купается. Ну, не лярвы! Лярвищи ещё те! Хуже того: мляди! Он их прекрасно изучил! Подлый народец, эти вдовицы-бабы! У мужа-покойничка ещё ручки-ножки не остыли, а они уже греют свои телеса в чужих объятиях-постелях! Помёрзли, видите ли! Одно слово – лярвы! Ты же лярво-вдова! Лямур пердю! Должна бы на могилке мужа рыдать! Должна бы с тоски-печали мех-власья свои дёргать и рвать! На всех частях своего подлого организма-тела! Как порядочная млядь-женщина! В самом-то деле! А ты прыгаешь-скачешь! Зубы скалишь! Лямур пердю! Улыбаешься своим хахалям-прилипалам, хвостом виляешь, как псиная самка-сучка! Прибить мало, блин. Ох! Ух! Ах! Ё-ма-ё! И стервы же, все эти женщины-бабы! Он, как представит, что он умрёт, а они-мляди будут пить-курить, будут жить, припевая, у него такая злоба на них всех появляется! Он будет лежать мёртвый-хладный и будет мёрзнуть, а они будут припевать-жить! Будут тёплыми и даже горячими! Будут живые-живые! Будут кого-то любить-обнимать! Будут с кем попало сексом-любовью-развратом заниматься! Будут жрать! Переваривать будут продукты-вкуснятины всякие и потом будут отрыгивать-испражняться! Сидя-покряхтывая на удобных-тёплых толчках-унитазах! Ехидно так и подло ухмыляясь! Газы свои гадкие будут выпускать-испражнять! Сучонки-собачки! Лямур пердю! Атмосферу-среду окружающую засорять-портить будут! Вот же уродины-гадины! Ужас-кошмар! Вот же нахалюги-хамки! О нём, покойничке, ни одна из них даже не вспомнит! Будет сидеть, ухмыляясь, тужиться на своём горшке-унитазе и попёрдывать! Будет гадкая-подлая воздух-атмосферу портить! Фу и фу! Гадкая скунс-вонючка! Свинья-хрюшка! Дрянь! Зараза! Лямур пердю! Подлая-гнилая её суть-душонка будет радоваться! А он, в это страшное для него и прекрасное для всяких подлянок время, будет гнить-разлагаться! Будет в пыль-прах превращаться! Оооо! Ой! Ай! Страшно представить! Обидно так! Хоть садись-плачь-стенай и рыдай! Страшно представить: он будет в могиле глубокой-сырой лежать-разлагаться! Будет от сырости-холода страдать-дрожать, а бабы-стервы будут в чьих-то горячих объятиях балдеть-стонать и на унитазах прохлаждаться! Будут здравствовать-радоваться! Лямур пердю! Подлянки! Растелешатся и будут отогревать свои ягодицы-ляжки! Он, как такой страх и ужас представит – хочется плакать и рыдать сразу! Он, конечно, парень не промах! Не тюфяк! Не нюня какая! Но так иногда зарыдать охота! Прям в голос! Громко бы так заорать! Как в детстве он плакал по маме. А чё! Он-мужик знает-уверен, что в душе мы все – дети! Где-то далеко-глубоко наших тел-натур прячется ребёнок! Тот малыш-пупс, что заорал, первый раз этот прекрасный-противный свет-мир увидев! Да уж! Лицезреть нашу жизнь иногда так муторно-страшно! Он-мужик иногда-часто прям пужается! До чего же люди-народ бывают гадкими! Да! В жизни оно так! Лямур пердю! И смех, и слёзки рядом! И у него оно так! Он очень чувствительный-сентиментальный парень! Но и в этой, печальной для вымирающих мужиков ситуации, есть положительные и даже приятные-добрые-светлые стороны. Для него! Как для живого-действующего, пока что, человеко-мужчины! Обратная, так сказать, сторона медали. Мужики умирают, но бабы-то остаются. Их жёны-подруги продолжают здравствовать! И это здорово! Пусть живут-здравствуют ему на радость! Лямур пердю! Он им горя-зла не желает. А насчёт лопаты и закопать – это он пошутил! Он так шутит! Подшучивает! Прикалывается он так над любимыми женщинами-бабами. Он любит над ними иногда поизгаляться! А на самом-то деле, этот подвид человеческий, который народ женский – он очень даже любит! Уважает! Да! И уважает, и обожает-презирает! Лямур пердю! Он мужчина ориентации-направленности половой-сексуальной – в этом плане он парень правильный! Он много на свете белом прожил-промаялся, но ориентацию свою половую-интимную и сексуальную не поменял до сих пор. Пока что. Чё-то этот вопрос у него не возникал так остро, чтобы над ним всурьёз задуматься-поработать. Наверное, так и останется он доживать-домучиваться мужчиной ориентации правильной, то есть, он так и будет натуралом! А куда деваться, не переучиваться же ему на старости лет, в самом-то деле! Лямур пердю! Он будет женщин любить до конца своих дней и ночей. Не от хорошей жизни, конечно, он верен их подлому-женскому-бабскому народу-племени, а токо в связи со здоровьем и возрастом. Так получается. Как-бы там ни было, но женщинам-бабам он зла не желает. Пусть живут-прозябают! Пусть отживают-процветают! Пусть влачат своё жалкое существование! Раз ни на что другое-путнее не способны! А он, как не крути-не верти, в них нуждается! Он к их услугам-прелестям прибегает. Иногда. Когда дурь-моча к башке-котелку подымается и туда она тогда бьёт-ударяет! Стукает! Лямур пердю! Прям по башке-лукошку! По мозгам бацает! И он тогда – к женщинам-млядям обращается-умоляет-взывает! Он им звонит-звякает! Брякает. Встретиться днём или вечерочком-ночкой предлагает. И в том плане, что мужики-мужчины стали рано умирать – это ему на руку! Он не виноват. Но так выходит-получается! Он, как человеко-мужчина, оказался востребованным! Очутился он в самом котле-нутре бабских подлых нутрей-организмов. Прям в эпицентре событий! Он при делах! Парень востребованный! Лямур пердю! Он в восторге-ужасе от сложившейся страшно-приятной ситуации! Вот и приходится ему за живых и мёртвых отдуваться! А чё! Он и дуется, и отдувается! Накурится и такое кино крутит! Туши свет! Да! Туши свет, вот как это его кино называется! По-другому не скажешь! Не доведи, кому, эти его кино-фильмы посмотреть и увидеть! Нормальному человеку это его кино покажется бредом пьяной-сивой кобылы! А ему нравится. Да! Ндравится! Лямур пердю! Он сидит-таращит мутные, как туман ранним утром над их речушкой-говнюшкой, так народ называет их меленькую лужу-речку, красные свои зеночки-глазки! Боится хоть кадр пропустить! Эти его фильмы не назвать каким-то определённым жанром и видом! Они многосерийные и бесконечно-длинные, многоплановые-многожанровые! Фантазии обкуренного-продвинутого парня, сидящего голым на своей кухне – обалденно-прикольные, придурковатые немного, но это же так классно-здорово! Он живёт в мире виртуальности и фантазий. Нет конца-края картинам-видениям этого обкуренного парня-дяди! Подогревает свои мозги-извилины он постоянно! Они у него в горячечном бреду рисуют картины, полные огня-страсти! Лямур пердю! Абстракционисты отдыхают! Он по жизни плывёт, как бревно. Берегов не видит-не знает! Болтается в реке жизни, как говно в проруби. Не тонет! Он на глубину не лезет. Не такой он и дурачок, как некоторые тут о нём мечтают-думают! Он на мели-на мелководье плавает-болтается! Вглубь-пучину не прётся. Чтоб не затонуть-не погибнуть! Лямур пердю! Он кем-чем, только себя не ощущал-не видел! Мог бы книги-романы писать! Если б все буквы помнил! О! Он бы такое кино сочинил-написал! Лямур пердю! Печки и лавочки отдыхают! Куда тем мазилам-абстракционистам! Но он маненько-немножко грамотку-азбуку подзабыл! Провалы в памяти у него бывают-случаются! Но это так, чушь-чепуха! Издержки вредного, так сказать, дела-производства! Мозги у него уже не того! Не фурычат! Но это так, фигня! Он и без мозгов может прожить-промучиться долго ещё! Сойдёт-проканает! Не впервой ему обходиться без мозгов и ума-разума! Ерунда! Прорвёмся-проканает! С кем не случается-не бывает! Для мужика главное – не мозги, чтоб фурычили! Лямур пердю! Самое важное место находится у настоящего человеко-мужчины в другом отделе-месте! А мозги-голова – это так, ерунда! Чепуха. Кому они, эти мозги-голова там надо! Он прекрасно живёт и обходится без всяких мозгов-извилин! Он же знает, рот-голова нужны человеку, чтоб кушать-питаться! Чтоб курить-одурманиваться! И дурачку понятно! Мужик сидит. Лыбится. Предаётся мечтам-мыслям. Да! Он такой! Лямур пердю! Очень мечтательный парень! Обдолбится и сидит! Мечтает! Мечтает! Улетает из этой обрыдло-прокуренной комнаты-кухни! Где только и не побывал! Чего только не посмотрел-не повидал этот наш парень. Кем только он и не был! Чего только и не увидел! Упасть и не встать! У него фантазия нереальная! Лямур пердю! Вот тут, недавно. Вот так же сидел он на своей кухне. Глазки таращил. Тянул косарик. И чё к чему! Ни с того, не из сего! Вдруг увидел себя кроликом-зайкой! Да так чётко-ярко! Он вскочил со стула. Присел на корточки. И захотелось ему кушать! Он же зайка-зверь травоядный! Травник он Гена! Он прыгнул туда! Прыгнул сюда! Лямур пердю! Нет нигде свежей и сочной травки! И тут мужик вспомнил. У него же в холодильнике лежит вилок капусты! И есть морковка! Так это же самая вкуснятина для зверя-зайки травоядного! Достал капусту и морковку. И начал грызть-кушать! Лямур пердю! Схрумкал весь вилок капусты и одну морковку! И так был счастлив! Очень вкусный получился у него ужин-завтрак! Зайка прыгал по кухне! Таращил красные свои глазки! О! Как он был счастлив! Почувствовал себя готовым к подвигам! Да! На почве сексуальной! Так захотелось ему приласкать-приголубить какую-нибудь дурёху-зайку! Лямур пердю! Ох! Ах! Уж, этот крольчишка-зайка! Он так явно помнит ощущение нереальной нежности, обуявшее все его члены-конечности! Очень жаль было, что рядом не оказалось никакой крольчихи-зайки! Ни одной мляди-зверюшки! Не на кого было излить его любовь-ласку! Хоть плачь! Хоть скачь! Так хотелось ему дарить любовь-счастье! Да! Он мужик хоть и пожилой, но парень ещё ого-го! Да! Лямур пердю! Ух! Ах! Он пацан, что надо! Парень он правильный! Таким себя видит-ощущает, когда сидит, обкуренный на своей кухне. В самом-то деле, он человек улётный и мечтательный нереально! Мечтатель-фантазёр! Курнёт и улетает из кухни! Чувствует себя он иногда прям ангелом небесным-господним! Да! Да! Спасителем он чувствует всех тех, грешников, что живут гадко-неправильно! Он к ним иногда бывает жалостливым-сострадательным. Да! Ой! Ай! Он их жалеет, несчастных. Погрязших в пьянстве-грехах! Прозябающих в непотребстве и даже млядстве-разврате! Как животные-твари прям! А он – непьющий человек. Лямур пердю! Без вредных привычек. Да! У него нет привычек каких-то вредных. Конечно, он курит. Много и постоянно. Травку-дурь покуривает. Он пьянеет от этого сладкого зелья-дурмана! И без отравы-алкоголя улетает! Он косяками балуется. Но это же привычка полезная. Потому, что приятная! И для разных-окружающих не вредна-не опасна! А чего опасного-вредного для людей-народа от того, что он, набитый травкой-растением, косячок покуривает? Он не воюет-не буянит. Просто обкурится и глюки видит. Да! Посещают его фантастические-нереальные глюки-видения! И кому от этого вред-херово? Кто-то смотрит телевизор. Всякие-разные там порнофильмы-кровавые драмы. Имеет право! А он-мужик смотрит глюки-картинки с его-собственным участием! Это ему нравится! И что в этом плохого-дурного? Он-мужик не только наблюдатель-зритель, но и непосредственный-азартный участник реалий-событий! У него тут-на этой кухне театр любительский, а не профессиональный! Театр одного участника-актёра! Прикольный такой сцена-театрик! Он человеко-мужчина умный-грамотный. Начитанный! И считает, что он-то ведёт жизнь правильно-праведную! Никого не обижает! Не отнимает кусок у ближнего своего! Он наоборот! Ещё и своё отдаст! Конечно, по пьяни! Ух! Ах! Лямур пердю! Тогда он добрейший-бескорыстный парень! Он и кормит, и поит! Поддерживает народ женский он денежно-материально! Конечно! По мере своих возможностей. Небольшие возможности у него-то есть. Он же ещё пока что пашет-работает. Вкалывает! Конечно, не как негр на поле-плантации! Но всё же! Он не лодырь-тунеядец! Трудится-работает! Может себе позволить оказать услугу-помощь материальную, нуждающимся в ней всегда-постоянно, бабам одиноким-несчастным. Они же общаются с ним не так просто. Не задаром. Лямур пердю! Все знают, где сыр-хавчик бесплатный. А он же недряхлый-нестарый ещё! Симпатичный-привлекательный парень! Ему, как вода-воздух требуется любовь-общение! В душе он мальчик! Романтик! Таким себя чувствует-видит. Да! Каждый может в этом убедиться, пообщавшись-погутарив с ним по душам. Когда он обкуренный-пьяный! Когда он в дурмане-угаре пребывает! Тогда он видит-ощущает себя ещё не старым. Не чувствует-не ощущает возраста. Не думает о старости. Он её на пушечный выстрел к себе не подпускает! Общается только с молодыми. Лямур пердю! От них черпает задор и энтузиазм-силы. И сам становится здоровее-моложе. Год от года становится дурнее-глупее! Молодеет! Чувствует себя на тридцать с хвостиком! А хвостик этот у него не короткий! Длинный-длинный! Но он о нём не думает. О той дате, что в паспорте, он и не вспоминает. Мало, что там у него написано! Бумага всё выдержит! Накалякал какой-то писарь пьяный шестьдесят лет назад. А он причём? Лямур пердю! Да и как можно верить какому-то клочку бумаги? Она же не заверена нотариусом! Вот он ей и не верит, этой дурацкой бумажке-записи! А верит своим чувствам-ощущениям-глазкам! Видит себя он вполне ещё симпатичным-молоденьким! Лямур пердю! Полным сил и огня не мальчиком, конечно, но мужчиной-парнем. Таким себе дуроломом-мачо! Молоденьким лоботрясом! У него, када он обдолбится, дурь молодая! Да! Тогда у него всё молодое! Тогда он лямур пердю! Гламур-парняга! Да! Он такой! И глямур, и лямур! И пердюр! Када обкуренный-обдолбанный! Тогда у него дурь-амор прут со всех дыр-щелей! Он тогда ого-го! Ох и ах! Любовник-мачо ещё тот! Половой гигант! Кавалер-жеребец! Да! По-пьяни он становится конём-жеребцом кавалерии дикой-славной! Таким себя видит! Тогда он способен обьять-облюбить-измочалить всех женщин! Готов осчастливить всё женское население нашей матушки-планеты! Всех вместе! И каждую по-отдельности! Он не горд-не брезглив! Любит-презирает всех млядей-женщин! Да! Вот такой он дурачок-дуралей! Лямур пердю! Ох! Ух! Охломон! Затейник! Видит себя всесильным жеребцом-мачо! Лямур пердю! Он тогда, косяком одурманенный, способен к любым гадостям-подвигам! Особо на почве половой-сексуальной! Да! Он ко всем своим прелестям, ещё и очень щедро одарён мамой-мачехой-природой. В этом, интимно-личном смысле-плане! Чё уж тут скромничать-стесняться! Если это правда! Он создан природой-матушкой для амурных-любовных утех! Для удовлетворения низменных инстинктов-поползновений подвида человека, то есть, для баб-женщин, оснащён он, как надо! То, что доктор прописал! Да! Лямур пердю! И прописал! И назначил! Ему нечего стыдиться-стесняться! Да уж! Он в любой-разной ситуации не опозорится! Не оконфузится! Всё у него, как и надо! Оснащён круто! По-взрослому! Печки-лавочки родимые-деревенские. Лямур пердю! Ещё никто не обижался на него в этом смысле-плане! Он, как мужчина, очень-очень даже лямур пердю состоятельный! Все прибамбасы при нём! Да! И прибамбасы, и причиндалы для того, чтобы сексуально осчастливить женщину – у него есть-имеются! Всё при нём! По крайней мере он так считает! В себе, как в мужчине-самце-развратнике он больше, чем уверен! В этом смысле-плане у него всё, как надо! Всё в шоколаде-мармеладе! Он на долгие годы вперёд обеспечен женским вниманием-домогательством. Человеко-подобные женщино-бабы в нём нуждаются. Ох! Ах! Эти дуры души в нём не чают! Хоть и воображают-кочевряжатся. Но он-то не мальчик. Понимает, что это у них понты. Не от ума. А от тупости-дури. А на самом-то деле бабы его любят. Нравится многим с ним сношаться-общаться. Да уж! Лямур пердю! Очень-оченно нравится! И они общаются-сношаются! От интимно-развратных услуг его не отказываются! Ему нечего бояться какой-то там гадости-старости! Лямур пердю! Он не дурак! Не вражина себе. Со своими ровесниками-дедками-старпёрдами он не знается даже. Общается с юными-молоденькими. Питается их молодыми задором и силой. Да! Чё уж там-тут скрывать-утаивать! Подпитывается! Он, конечно, не вурдалак! Не пьёт их кровь-жидкость! Человечиной-гадостью не питается! Но черпает силы-энергию от своих молодых подружек-друзей! Их молодыми-бурлящими силой-соками подпитывается. Лямур пердю! Это и дурачку понятно. А они из него черпают прям черпалкой-лопатой блага натуральные-материальные. Он их поит-кормит и деньгами-налом снабжает. А куда деваться! За всё в этой жизни-заразе приходится расплачиваться-отдуваться. Круговорот-товарообмен происходит и у него, и в природе! Он это понимает-знает. И ничего тут нет хренового-предосудительного. За всё в жизни приходится платить. Он и платит, и расплачивается. Вот тут недавно. Расплатился-рассчитался. И без денег-копейки остался! Он на мели! Без копья! Страшно подумать-представить! Лямур пердю! Он на дне-на мели очутился-оказался! Из-за своей дури-разврата! Из-за своей халатности-безалаберности теперь без средств к прозябанию-существованию оказался! Один-одинёшенек! Как араб-бедуин на верблюде посреди поляны-пустыни Сахары. Так и он на этом несчастном табурет-стуле! Один! Как какой-никакой губошлёп-придурок! Сидит на своей кухне. Сидит и мечту-думу думает. Парится-мечтает. Размышляет-вздыхает. Парится-мается по поводу этих, будь они неладны, благ денежных-материальных. У него ж целый коллектив-компания! Он со многими общается! Ему без благ денежно-материальных никак! Нельзя! Да! Никак и никуда! Не в это самое-не в Армию! Да уж! Без средств-денег не хрен-нечего делать даже и в Армии Красной. Он, конечно, туда не суётся-не собирается, но в средствах-бабле нуждается! Ему деньги-средства позарез надо! А как иначе жить-существовать можно! Без денег-бабла жить-существовать невозможно! Лямур пердю! Не получается! По-крайней мере, у него. Не выходит! Но он-мужик должен сказать-озвучить, что деньги-бабки ему нужны не для вооружения-устрашения какой-то там банды-армии. А сугубо-категорически в мирных-личных целях! Он-мужик за развооружение! Да! Лямур пердю! Пусть бы все армии-соединения бандитские-агрессивные сразу-враз всё оружие-бомбы сбросили! В пучину бездонную-морскую! И зажили бы мы все-все дружненько-мирно! Вот о чём он-мужик бредит-мечтает, сидя на своей кухне! Чтобы стала планета наша мирной-мирной! Чтобы богатеям-кровопивцам наконец-то серебра-злата хватило!.. Мужик сидит, предаётся мечтам. Вот бы разбогатеть! Вот бы разжиться деньжатами! Заработать на производстве не получается. Старый он. Пенсионер низкооплачеваемый. Доходы у него минимальные. А потребности у него ого-го! Как у молодого! Не дружат они с его возможностями. Не вкладывается своими расходами-тратами он в свою пенсию и зарплату. Эти бабки так быстро кончаются! Прям враз заканчиваются-исчезают! И приходится сидеть ему на этой кухне в одиночестве! Как какому дебилу-придурку, распустившему сопли-нюни, не нужному никому! Он иногда на этой кухне чувствует себя таким одиноким! Это такой ужас! Чувствовать себя никому не нужным! Ладно, был бы он стариком обычным. Дедком каким затюканным-забитым. Ан, нет! Он ещё мужик ого-го! Чувствует в себе такой потенциал! Он полон сил жизненных-сексуальных! Он ещё ого-го! Милая, не горюй! Он конь ещё тот! Жеребец племенной! Лямур пердю! Ух! Ох! Здоровый такой! Силы немереной! Сильный и крепкий! Он дикий мустанг! Страстный конь диких прерий! Ему в их селе-деревне нету равных! Он раритет! Вымирающее племя! Такие дела! Такие вот делишки, печки и лавочки! Таких, как он – больше нет! Потому и нет, что таких больше не делают и они не рождаются! А кто это ценит? Кто понимает? Лямур пердю! Да ни одна из его баб и не представляет, как он красив-прекрасен не только в своей силе-потенции сексуальной! Но ещё и душой своей он парень добрый-светлый! Да! В душе-нутрях он добр-прекрасен! Каких мало! Он добр-наивен-доверчив, как мальчик! Как чадо-ребёнок! А эти дуры не понимают! Куда им с их куриными мозгами! Только и думают-размышляют, как надурняк-нахаляву поживиться-нажраться! Никто его не понимает! Он для них всех – не до конца прочитанная книга! Он – роман о любви. Не прочитанный до конца не одной бабой. У них не хватает мозгов, чтобы понять, кто он на самом-то деле! Его до конца не узнать никому! А потому и не узнать, что он этого не желает! Не позволяет! Не хочет! А чё! Лямур пердю! Должен же он как-то поддерживать их интерес к себе! Вот и не раскрывается он ни перед кем! Не дождётесь! Да! Фиг дождётесь! Лямур пердю! Фигушки вам, курицы-наседки безмозглые! В каждом деле должна быть интрига! Интересный-непонятный сюжет! Закрученная-интригующая тема-сюжет! Вот он и плетёт склоки-интриги, как паук паутину, сидя-прозябая на этой кухне. Подогревает к себе интерес он постоянно. Изобретает всё новые интриги-сюжеты. И мысли в последнее время у него все об одном! О приобретении-повышении материального блага-достатка! Да! О низменном! О деньгах! Лямур пердю! Только представьте! Он – такой умный и добрый, светлый-светлейший человек нашего жестокого-трудного времени-века, должен беспокоиться о деньгах! О том, что представляет из себя заразу-прозу жизни! А куда деваться, если это так и есть. Это правда! Каким человеком он является на самом-то деле – бабы даже и понять, и узнать никогда не хотели. Даже не пытались! Он им, как человеко-мужчина – абсолютно не нужен-не интересен! Им нужны от него только деньги! Бабки. И то, что он за них покупает-приобретает. Материальные блага. Так получается! И он, когда это понял, обиделся-ужаснулся! Обалдел! Очень прибалдел-расстроился! Пребывал в ступоре-отключке! Был, конечно, и обижен, и разочарован-взволнован. Напуган был страшной правдой-маткой, что выплюнула-выхаркнула ему в лицо-морду жестокая жизнь-зараза! Только представьте! Его обидела-оскорбила проза-правда заразы-жизни! Вот потому и грусть-печаль в его душе и слёзки в красных его зенках-глазках! Он баб-женщин поит-кормит, возит-развлекает. А они ещё и жидкость-кровь его пьют. Стервы неблагодарные. Такие кровопивицы кровожадные! Прям, стервятники, а не бабы. Вурдалачки-сучонки вульгарные! Лямур пердю! Но у него не такой уж и большой выбор. Общаться приходится не с лучшими членами нашего коллектива-общества. Если по-честному признаться! А он и таким рад! Сойдёт по пьяни! В конце концов, не самоудовлетворяться же, сидя, на этой кухне! А бабы-женщины для чего-зачем созданы богом-природой? Не для того же токо, чтобы спирт-водяру жрать! В самом-то деле! А для того, чтобы его тешить-ласкать-ублажать! Они, что, уже и не помнят о своём первоначальном плане-предназначении? Паразитки! Жабы! Тортиллы-черепахи! Клопивицы и пиявки! Офонареть-офигеть! Упасть и не встать! Обосраться-обкакаться! Облеваться и обдристаться! Уму-разуму непостижимо, что творят эти паразитки-бабы! Обнаглели! Лямур пердю! За любовь им теперь платить надо! Вот же хамки-хамлетки! Продажные скоты-твари! Мужик плюнул даже! Мир встал с ног на карачки-голову! Бабы-мляди права качают! Выбирают, кого любить, а кого нет! Кому подставить-дать, а кому фигу показать-отказать! На звонки его не отвечают! Морды-носы воротят! Он тут как-то, по трезвянке, взял томик стихов с полки, где стоят школьные учебники и художественные книги дочери. Открыл книгу и увидел портрет симпатичного, можно сказать, красивого парня-мужчины. Владимир Маяковский. Советский поэт. Пиит! Вот, оказывается, кто этот мужчина-парень! А он-мужик чё-то такого и не помнит. Не знает. Прочитал краткую его историю-биографию. Потом пару виршей-стихов. Поразился их силе и слогу! Лямур пердю! Посидел, задумчиво глядя на портрет этого Володи. И почувствовал, как слеза скатилась по его лицу, прям по щёчке-морде. И его, этого красивого Вову-Владимира бабы достали-угробили! Угрохали суко-бабы! Сукотины! Ух и ох! Ооо! Такого красавца! Довели пиита-поэта до могилы всякие суко-лярвы. Это стало мужику понятно, когда он прочитал-изучил предсмертную-прощальную записку Володи Маяковского.

«Любовная лодка разбилась о быт. Я с жизнью в расчёте. И не к чему перечень взаимных бед и обид. Счастливо оставаться. Владимир Маяковский.»

Так трогательно-просто написал этот Владимир. Перед самой своей кончиной-смертью-убийством. Ну и отчаюга-герой этот Володя! Который Маяковский. По-простецки Вовка! Вот бы ему-мужику иметь-заиметь такого бы друга-товарища! Он бы ему добрый совет смог дать! А так что вышло-получилось-получается? Горе! Беда! Трагедия! Написал записку-прощание. И через пару дней застрелился! Бац! И нет Вовки-Володи! Каюк Владимиру! Гроб с крышкой поэту-пииту! Как жаль! Как жаль! Такой красавец! Никакой мляли не оказалось рядом! Никто ему не сказал, что любит. Что не проживёт без него! Что он ей нужен и очень дорог! Вот же сучьё! Довели мужика! Достали человека! Ужас! Кошмарик-кошмар! Лямур пердю! Такой красавец! Совсем ещё молодой! Довели суко-бабы! Мляди! Выпили соки-кровь всякие клопивицы-вурдалаки! Так ему жаль стало этого Владимира-Вовку! Он даже зарыдал-заплакал! Чё мляди-бабы творят! Лямур пердю! Изводят на нет-поголовно мужское-человекоподобное племя! Даже Володя Маяковский, гражданин и поэт, застрелился из-за какой-то сволочи-мляди! Что уж гутарить-говорить об остальных! А тем более, о нём, немолодом мужчино-подобном человеке! И его бабы доводят порой, даже прозябать-жить не хочется! Он отчаивается! Ужас! Кошмар! Ему-мужику иногда жить не хочется! Так они его дурачат-обижают! Эх! Печки-лавочки! Бабско-женское воспитание – ни к чёрту в нашей стране-державе! Так выходит-получается! Бабьё-сучьё права качает! Да их права и обязанности – мужиков удовлетворять-обихаживать! И, как жучки-таракашки за печкой сидеть! Тихо-тихо! Не вякать! Распоясались эти господи-прости, горе-граждане-бабы! Ведут себя, как осатаневшие суко-мляди! Мужчин обижают! Даже его, человеко-красавца унижают! Вот же собако-твари! Хамки! Обезьяно-макаки! Что с них взять! Амёбы! Простейшие. Человекоподобные существа! Недочеловеки! Лямур пердю! Одним словом – мляди! Его унижают и обижают! Лямур пердю! На звонки его не отвечают! А ведь он считает себя интересным-умным мачо-человеком. Приятным языкочесало-собеседником. А что ещё мужику надо? Умный – значит, красавец! Да к тому же ещё он мужчино-человек добрый-милый, сострадательный-понимающий. Да! Он голубчик-милок! Добрый-приятный в общении мужчино-человек-языкочесало! Да! Он любитель поболтать! Лямур пердю! Любит языкочесанием заниматься! Он ботало-языкочесальщик! Он парень-человеко-мальчик! Если сказать ласково-нежно! Ну, не девочка же он, в самом-то деле! Девочкой он никогда пока ещё и не был! Только разве что в своих видениях-глюках. Но об этом он молчит. Не рассказывает. Помалкивает. Лямур пердю! Молчок! Ух! Ох! Стесняется. Но он такой кадр, что всего можно ожидать! Может, ещё и девочкой будет-побывает. Поживём-посмотрим. Да! Посмотрим-увидим! Но, как-бы там ни было, он добрый-милый человек. Зла никому не желает. Он, как никто, нужды баб-женщин знает-понимает. Бабам хочется любви и ласки. А мужиков мало! На всех страждущих их не хватает! Ясно, как белый день! На корню бабы пропадают! Сохнут! Лямур пердю! Иссыхают их нутря-организмы без орошения и полива! Нехватка мужиков сказывается на бедных женщинах-бабах! Они без орошения и полива погибают! Как растения-кусты в засуху! Так и до беды-горя недолго! Ещё чего доброго, исчезнет с лица земли этот подвид бабский! Будь он, неладен! И чтобы горя-беды не произошло-не случилось, ему, как какому садовнику-мелиоратору, приходится и орошением, и поливом бабских нутрей-организмов заниматься! Что он и делает-творит постоянно! По-пьяни, правда! Но какая разница. Лямур пердю! Он трудится в поте морды-лица! Баб-женщин от вымирания спасает! Орошает и орошает он их иссушенные организмы-лона! И водярой, и своей, личной, интимного содержания влагой! Мужик забыл. Не помнит, как она называется. Но это не важно. Главное, что он парится! На старости лет стал садовником и спасателем! Во благо народа пашет! Ведь, бабы пропадают! Они не могут выжить без полива и влаги. Так и до горя-беды недолго! А разве это нормально? Непорядок! Сердце обливается кровью. Лямур пердю! Ему их всех жалко. Он, как подумает, сколько женщин лежат в постелях своих холодных! Лежат и плачут! Стонут-стенают. Сохнут без его любви-ласки. От горя и отчаяния дерут-раздирают свои лица-лона в сукровицу-кровь! И ходят потом с разодранными лицами-мордами. Как какие хулиганки-бандюки-отчаюги! С большой дороги которыи. Бедные-несчастные уродины моральныи! Безмозглыи! Подлыи! Одним словом, ничтожества. Лямур пердю! А ему их жаль! Чувствует себя виноватым! Просто потому, что он при всей своей силе-ловкости, везде не успевает. Не хватает даже его дури-прыти, чтобы всех обогреть-обласкать. Чтобы напоить их водярой и его собственной-личной жидкостью-влагой! Не успевает он! Не поспевает! Как больно! Как горько-страшно признаться! Тут недавно, не опохмелившись-не дождавшись от него орошения-полива, совсем ещё нестарая женщина-баба умерла-скончалась! Кони-копыта млядь-лярва отбросила-двинула! Лямур пердю! Можно сказать: погибла! Почти что смертью смелых-храбрых! Молча снесла все обиды. Стерпела несправедливость гадины-жизни. Без любви-полива пропадала. Но терпела-молчала! Как комсомолка-партизанка! Одна жила-бедовала. Некому поплакать-пожалиться! А он вовремя не прискакал-не примчался! Не почувствовал её боль-горе! Не ответил на её крик-призыв о помощи. Она кричала всем организмом-телом! Взывала! А он не знал-не услышал! И случилось-произошло нехорошее-страшное! По его вине, между прочим-конечно! Он должен открыться-признаться. Вот и страдает. Лямур пердю! Не спит он ночами за компанию со всеми женщинами, что рыдают в постелях своих хладных-холодных. Из солидарности с человекоподобными бабами и он страдает-плачет. А что ему остаётся? Он человек добрый-светлый и незлопамятно-сострадательный. И, если бы мог, всех бы пожалел-обогрел! Всех бы удовлетворил сексуально! Но куда! Да! Туда-и оттуда! Не получается! Тут и на одну дыхалки не хватает! Прям в груди всё схватывает, как какими клещами и сжимается. Спирает дыхание. Он даже стал бояться. Да! Иногда побаивается! Как бы не это самое! Не пасть на поле сексо-боя! В самый разгар страды сексуальной, называемой сексом или половым актом, не хотелось бы ему помереть-скопытиться! Раньше времени ему, всё же, не хочется на тот свет топать-отправляться! Покидать эту землю так рано он не собирается! Он ещё и не пожил толком! Чувствует в себе силы-желание любить! Лямур пердю! Желаний у него куча и маленькая тележка. А дури-силов уже иногда не хватает. Маловато сил для реализации планов-поползновений, если честно! Обидно так. Аж плакать-стенать хочется! Здоровье подкачивать стало. Да! Силы и желания у него чё-то разные! Желаний куча! А силов не хватает! А без косаря он, вообще, никуда! Не в это самое, не в солдаты! Да! Без косаря он бледно выглядит. Вот и приходится бодрить себя! Веселить-подбадривать себя, любимого ему надо. Всегда-постоянно. Взбадривать косарями приходится своё нутро-половую функцию-физиологию! Подогрев нормалёк получается! На молоденьких сразу тянет! Да! Када он под балдой – тада ему море и все океяны-реки – по колено! Лямур пердю! Тянет на подвиги сразу! А так, как под балдой-дурью он всегда – то и тянет его к женщинам и на женщин – всегда-постоянно! А не, как кота мартовского, только в первом месяце весны, в марте! Вот тут он недавно сидел. На своей кухне. Сидел-курил. Вздыхал. Не хотелось ничего. Да! И такое бывает. Прям депрессия-апатия какая-то нападает. Но потом косарь затянул! Забалдел-окосел и сидел-улыбался. О чём-то думал-мечтал. Улетал из этой обрыдлой-сраной кухни. И такое намечтал! Такое придумал! Вот, к примеру, силов у него и пыла любовного до фига! Как и желаний половых-сексуальных. У него этого полно! Но и баб-женщин, нуждающихся в нём – до фига! Таких полно! Не пересчитать всех бедолаг, пропадающих без любви-ласки! А он готов их всех посношать-потрахать! Согласен-готов удовлетворить! Лямур пердю! Конечно, интимно-сексуально! Нежно-вульгарно! По-разному! Он-то готов! Но иногда у него сил-силов не хватает и на одну! Да! Да! И такое с ним уже бывает-случается! Случаются такие делы-конфузы. Огрехи прям! Вот же, должен признаться, но такие гадости-неприятности с ним случаются! И какой выход из такой неприятности? Как удовлетворить-осчастливить ему всех этих, одиноких-несчастных баб-женщин? И он придумал! Эх! Печки-лавочки! Лямур пердю! Такое в его голове-башке придумалось! Лямур пердю! Была-не была! Но нужно попробовать-попытаться! Чем чёрт не шутит! Авось, получится! Слушайте! Токо послушайте! Задумал этот мил человек доброе дело! Добрейшее, можно сказать! Очень нужное-полезное! Своевременное! Решил мужик давать сеансы любви по телевизору. Как раньше это делали псевдолекари-чудаки. Он-мужик не помнит их имена-фамилии. Лямур пердю. Но помнит их сеансы дуро-психотерапии. И он вспомнил о них сейчас абсолютно не случайно. И подумал, что опыт этих псевдоучёных и ему может пригодиться. Толкнуть в толпу-народ рекламу-клип с его участием и сказать, что вот он такой, весь из себя человекоподобный красавец, готов удовлетворить их всех, за раз, одновременно-сексуально. Пусть садятся перед ящиками-телевизорами своими личными, в назначенное им определённое время и он осчастливит одним махом всю многомиллионную-страждущую, бабскую-женскую толпу-аудиторию. Только пусть садятся в таком виде, как они всегда любовью занимаются. То есть, голые-голенькие! Как он! Лямур пердю! Он же ходит по своему дому-квартире голый-обнажённый! И предпочитает в таком виде и с аудиторией страждущих его ласк-любви сексом-любовью заняться! Он голый! И они все должны быть голыми! Для полного контакта интимно-сексуального! Да! Для полноты ощущений и эмоций контактёры-любовники должны быть голыми! В ню-виде! В самом естественном, натуральном образе и виде! А чё?! Лямур пердю! Как нормальные-половые партнёры! Ух! Ах! Мало не покажется! Он-мужик устроит такой стрип-сеанс по телевизору, что оргазмировать, даже в муках умирающие-погибающие и болезные бабы будут. А, может, и не только бабы! По желанию могут и мужики присоединиться! Он не против! Будет только рад оказать интим-услугу людям обоего пола! Пусть оргазмируют-любуются! Его обнажённым видом-натурой! Он же будет разговаривать-общаться с ними вот в таком виде, как сидит сейчас-всегда на этой кухне. А сидит он обнаженный! Голенький! Лямур пердю! В чём матушка-маминька его, несчастного-красивого-умного родила. Да! Выпустила мама родимая его в этот мир ненастный. Маленького! Голого-безштанного! Ох! Уж эта маминька! Не могла его родить в рубашечке! Мужик подхватился со своего стула-табурета и рванул в прихожую. Там у него трюмо-зеркало. Он часто стоит перед ним и любуется своей обнажённой фигурой-натурой. Вот, как и теперь-сейчас! Мужик застыл, глядя на себя. Лямур пердю! Он увидел стройного-высокого-молодого мужчино-человека. Симпатичного парня он увидел в своём трюмо-зеркале. Здорового-мускулистого-крепкого! Да! Хоть и немного безобразного, но вполне симпотного! Лямур пердю! В самом расцвете своих физически-сексуальных сил-желаний! О таком человеко-самце можно только мечтать! Ох! Ах! Да! И ох, и ах! До чего же повезло его млядям-бабам! Всем тем, кого он орошает-поливает! Кого он это самое, типа: любит-сношает! Он – парняга-мужик офигенный! Не мужик, а мечта! Лямур пердю! Мачо! По-крайней мере, таким себя ощущает-видит! Когда сидит, обкуренный на этой своей кухне! Он себе нравится! И уверен, что нравится он не только себе! Потому, что он мужчино-человек красивый! А такие всем любятся-нравятся! Ну и кто из них, из этих тысяч-миллионов баб, осатанелых-обезумевших и голодных, останется к его физиологии обнажённой безучастным-холодным? Да никто! Ни одна! Он это знает-понимает. Всех женщин приводит в восторг-восхищение его натурпродукт обнажённый-голенькой. Убеждался не раз! Лямур пердю! Они, увидев его вот таким, в натурвеличину и во весь рост-размер, впадают в ступор и лезут-ползут к нему, как звери-кролики в пасть гаду-удаву. Он их завораживает. Лишает дара слова-речи своей дурью-силой-красотой обнажёнки идиотски-нереальной! Потому, что таких, как он, по-жизни мачо-мужчин мало! Маловасто таковских красавцев! Он, хоть и обалдуй-дурило, но зато парень-мужчина сильный! Он силач! Ух! Ах! Геркулес! Мачо! Лямур пердю! Мужик представляет сеанс сексуально-терапевтический по телевизору и ржёт-заливается! Вот бы, и правда, такое заделать-устроить! Вот была бы бомба в их замшелом-нудном, деревенском обществе-болоте! Наделал бы он переполоху среди этих петухов-куриц их дерёвни сонной-полудохлой! Пусть бы смотрели! Да! Пусть бы смотрели-балдели и облизывались. Исходили бы слюнями! Кайфовали бы бесплатно! Лямур пердю! Ему не жалко. Лишь бы токо его не сглазили эти мляди-женщины, вечно пьяные и страждущие-голодные!.. Мужик сидит-мечтает-ржёт, такую дурацки-приятную кино-картину увидев-представив. Вот так он сам себя и тешит-развлекает, когда любимые подружки, козявки и пиявки на звонки его не отвечают. Да! Когда он под балдой – он смеётся! Ух! Ах! Ему смешно. Он из кухни улетает. А по трезвянке становится страшно! Лямур пердю! Впереди сука-старость! Бывают! Бывают разные-всякие, нехорошие-неприятные ситуации! Заставляют о жизни задуматься даже его, по жизни косого-обкуренного мужика-парня! Неприятно так об этом думать! Но приходится. Ах! Ух! Аж по спине мурашки. Да и не по одной спинке. И по попе его, уж тоже, не молоденькой, иногда бегут и бегут мурашки. Лямур пердю! У него тогда от страха аж дрожат губки-жопка, и ножки-ляжки. Блин, так и до кондрашки не долго! С этими косяками да мурашками! Он страшно кашляет по утрам. Дыхание перехватывает. Лямур пердю! Воздуха не хватает. Ему кажется, что горло сжимают чьи-то беспощадные-ледяные пальцы. Ужас! Кошмар! Как привет с того света! Его всего так и пронзит могильным холодом сырой глины-земли! Он весь покроется потом липким. И кто его в такие минуты спасает? Кто всегда подбадривает и всегда рядом? Конечно, он, косарик родимый! Вот и сейчас! Вот он! Рядом! Мой же ты сладенький и любимый. Эх! Печки-лавочки! Лямур пердю! Было бы чего себя терзать-расстраиваться! Ничего страшного! Все кашляют и пукают-пердят! Но от этого не умирают! Люди умирают без любви-ласки. И стареют-болеют поэтому. Мужик затягивается, зажмурив глазки. И сразу! Туман в глазах! И дурь в мозгу! Всё в розовом цвете! Он в шоколаде! Он счастлив! Он знает! Уверен! Лямур пердю! Ух! Ах! Бабы спят и видят его рядом! О нём грезят и мечтают, стеная-подвывая-постанывая, как псовые сучко-самки ночами! И он, представив такую картину-натюрморт, пейзаж и портрет – начинает звонить! Да! Лямур пердю! Начинает звякать-названивать! Начинает баб доставать! Хочется ему любви-тепла и ласки! А, вдруг! Кто-то не спит и откликнется! Он может ночь напролёт доставать женщин-баб звонками. Но бабы! Они же мляди-дуры! Как из-за угла мешком! Да! Мешком пыльным некоторые из них пришиблены-припорошены! Припыленные! Не иначе! Вот, к примеру, вчера! Так расстроился, аж сердце заболело! Лямур пердю! Целый вечер сжималось от обиды. Его, доброго-реального парня обидели! Причём, не с того, не из сего! Дура-чума набитая, обидела! Он тут на днях молодую женщину-девку подвозил. Ему было с ней не очень и по пути-по дороге, но он об этом даже и не вспомнил-не подумал! Подвёз-попросил связь-телефончик! А она! Вот же дрянюжка-дерюжка! Дрянь! Как гавкнет! Да! На него! Главное, не с того, не из сего! Гавкнула и облаяла! Как собака! Лямур пердю! Ну и как это понимать? Странный народ, эти мляди-бабы. Убивают морально. Ему, нежному душою и сердцем, иногда по телефону такую грубятину присылают, что читая, у него душа и ушки вянут-страдают! Оскорбляют бабы его и ранят. Он умирает, читая такие послания. Вчера ездила с ним. Пивко пила. Косарик тянула. Забалдела-смеялась, как дура. Он стал для нее товарищем-другом. Расстались по-хорошему. А сегодня! Дурочка! Дурра! Лямур пердю! Как из-за угла мешком! Вспомнила про мужа-честь супружескую. Он ее, видите ли, побеспокоил-обидел! Чума и чума! Общайся с ёжиками! На кой хрен-член ты мне такая и надо! А он, хоть и ранимый парень, но не злопамятный. Быстро обиды забывает. Но всё же! Он предупреждает! Его лучше не раздражать. Он может и ответить. Мало не покажется. Он очень злым-раздражительным бывает. Но не всегда. Иногда! Особо, когда нет косарика. Тогда он злой-вспыльчивый! Когда без косаря! Мозг-тело требует своё! Он привык к подогреву и возмущается, требуя своего! Требуя дозу! Ему хочется расслабиться-подурачиться! Дурь-кайф поймать! Над кем-нибудь поизгаляться бы! Он любит-обожает баб унижать-оскорблять. Но не всегда. Изредка-иногда-не часто. Шутя. Лямур пердю! По дури-по пьяни токо. Он тогда такой охломон-дуралей! Чувствует себя молоденьким!

– Не трогай говно. Не будет вонять…

Как-то тут одна о нем такое сказала. Ляпнула. А он услыхал. Случайно. Но промолчал. Лямур пердю! Муж у нее бугор-начальник. Вот потому и пришлось стерпеть-смолчать. А куда деваться. Её муж – его, мужика, непосредственный начальник. Бугор! Он же, мужик – простой работяга. А тот – начальник. Никакого сравнения. Живут в таком обществе, где все эти условности так много значат. И он это понимает. Вот и приходится помалкивать. Молодёжь сейчас наглая такая! Вот тут есть одна. Молодая. Девко-баба. Лямур пердю! Не сказать, чтобы млядь. Не совсем ещё как-бы. Токо начинающая-пробующая этого подлого дурмана-зелья. Студенточка как-бы. Так она как-то с ним пообщалась и теперь при случайных встречах всегда кивает-улыбается. Так ехидно-ехидненько! Вот же дрянюжка-шлюшка! Шутит-издевается! А чё! Имеет право! Молодая же! Таким всё разрешается! Как только увидит его, сразу ещё издали начинает вопить-орать:

– Ген Палыч! Эй, лямур пердю! Минздрав и я предупреждаем!..

И смеётся-хохочет! Да так звонко! А чё ей! Юная-молоденькая. Почти что ещё девчёнка! И умненькая к тому же! Лямур пердю! Умница-красавица-спортсменка! Это о ней. Неплохая девка. Но до чего же язвительная и бедовая! Не позавидуешь её будущему избраннику-любовнику или тем более, мужу-супругу! Достанет мужика своими постоянными насмешками-издёвками! Мужик вздыхает. Расстраивается и начинает кашлять. Обидно так. Жизнь тяжела-несправедлива. Ведь, он не так и много хочет. Мечтает о любви. Хочет быть счастливым. А бабы не отвечают даже на звонки. Нервы мотают. Вот и сидит он. Чуть не воет-плачет. Никакой в жизни радости. И что ему остаётся? Лямур пердю! Косяк! Косячок! А как иначе! Без него никуда. Не получается. Да и чего ради себя лишать радости. Он улыбается и достаёт косарик. Нюхает его. И даже лизнул. Даже поцеловал. Да! И облизал! Облобызал! И нежно так поцеловал! Осторожно! Прям, как ребёнка-засранца целует любящий тятя-папка!

– Сладкий ты мой! Сладенький! Вкуснятинка! Прям эклер! Эскимо! Лямур пердю! Пломбир в шоколаде! А запах какой! Духарь! Вырви глаз! Самый приятный в мире ароматик! Какашка-карамелька моя ты сладкая! Кази-нака! Халва! Зефирчик ты мой эфемерный-воздушный-душистый. Рахат-лукум ты мой узкоглазенький-азиатский! Даже слов-фраз не хватает, чтоба выразить твою сладость! Лямур пердю! Лучше не скажешь!

Он-мужик не понимает. Как он-косарь может кому-то не нравиться! Ему это не понятно-не ясно. Такой приятный духарик! А некоторым дурачкам-придуркам не нравится! Нос и рыло воротят! Недотёпы! Отворачиваются! Мужик раскуривает косяк. И сразу! Расслабон такой! Сидит-улыбается. А че! Процесс пошел. Лямур пердю! Он забыл о неприятностях. У него всё окей! Он весь в шоколаде! Да! Он в такие минуты и в зефире, и в шоколаде сразу! Одним словом – парень реальный! Пацан он – что надо! Жизнь сразу хороша. Жизнь прекрасна! И он – заяц шоколадный! Мальчишка он сладкий! Заенька маменькин! Зайка он шоколадный! Коричневый он! Да! Чёрно-коричневый! Как-будто-вроде бы загорелый! Негр он! Араб! Верблюд он пустыни дикой. Бедуин-верблюд Сахары! Здоровенный такой негрище-араб! Бычара! Лямур пердю! Любитель русских женщин-млядей! У него нет никаких дел-проблем! Всё прекрасно! Женщины его любят-уважают. Лямур пердю! Несмотря на то, что он негр и араб! Обожают с ним общаться. Вот же дурынды-шалавы! Негров-арабов им подавай! Здоровенных-чёрно-мускулистых бабам подавай жеребцов-скакунов арабских! Таких они хотят-желают. Вот же прохиндейки! А чё! Он баб-женщин понимает! И ему нравятся смуглянки арабские! Лямур пердю! Они, говорят, кобылки-прыгучки горячие! Мужик сидит. Лыбится. Улыбается он приятно-загадочно каким-то своим приятно-пошлым и даже вульгарным, и даже развратного характера мыслишкам-мыслям. Улыбочка у него такая милая и отвратно-пошлая в этот момент-миг! Взгляд бесцветно-мутных глазок бессмысленный и холодный! Как у кибера-робота равнодушно-безнравственного. Лямур пердю! Как у машины бесчувственной! А ему самому кажется, что он лыбится-улыбается мило-красиво! Лямур пердю! Любит он себя очень сильно. И относится к себе, любимому, очень любовно-снисходительно. В восторге от своих лично-умственных способностей! Считает себя умным человеко-мужчиной. Человечище он! Талантище! Мужчина! Ума-разума невиданного! О таких говорят: ума – палата! Учит он молодых. На путь-дорогу наставляет. Да! Он учитель! Лямур пердю! Педагог-воспитатель! Наставник! Сидит-заливается, когда бывает в малинах-компаниях. Распинается, показывая ум-эрудицию. Даёт советы. Поучает. Деньгами выручает. О долгах не вспоминает. А че! Он вкалывающий-работающий пенсионер! Может себе позволить. Почему и не помочь человеку бедному-нуждающемуся-ничтожному какому! Да! Он такой милок-добряк! Помогает ничтожествам! Чтоб не подохли-не попухли без пойла с голоду! Они же все лодыри-тунеядцы. Пьяницы-алкоголики. В их дерёвне не пьёт только столб-дрын деревянный. И то потому токо, по той причине, что чашки-посуда у него вверх донышками-тормашками! Да уж! На дурняк пьют даже трезвенники-язвенники! И они на халяву употребляют! Он-мужик сам по себе-по натуре своей, человек-мужчина добрый. Душа нараспашку! Лямур пердю! Чего не сделаешь по пьяни. Ведь, общаются с ним те, у кого никогда бабок-бабла не бывает. Одинокие-несчастные. С вредными привычками дамы. Вот такой у него ассортимент-коллектив бабский. Коллектив у него ещё тот! Как говорится: шкуру вывернут наизнанку! Пьющие-курящие, да брошенки одинокие ездят с ним кататься-таскаться. Он их возит-таскает на своём авто-драндулете старом на край света даже! Так он называет место на краю их деревни-села, у самого погоста-кладбища! Он так шутит. Прикалывается! А они и тому-этому рады! Что значит, никчемные мляди! А кто бы ещё им этот край света показал! Пусть даже он и в стороне погоста-кладбища. А чё! Этого места-погоста никому-ни одной их них-млядей, не избежать! Вот он их и возит! Знакомит! Показывает! Пусть привыкают! Чтоб знали, курвы-мляди, что их в светлом-недалёком будущем поджидает! Когда-то же и над ними будут шуметь-зеленеть берёзы-дубы, роняя листья и слёзы! Этого не избежать никому! Никаким млядям не избежать этого погоста-кладбища! Но бабы из его шайки-лейки о своей скорой-неизбежной кончине-участи не печалятся-не задумываются! Они не думают о своём светлом будущем! Не боятся смерти! Вот же отчаюги-дуры! Их это не пугает. А токо подбадривает. Дурынды-дурёхи потому что! Такие же чудачки-чудилы, как он! Пропитые-обкуренные! Несчастные! Конечно! Лямур пердю! Ведь, не поедет же с ним типа: на край света, до погоста-кладбища удачливая-счастливая красотка какая-то. Это понятно. Что он из себя представляет – все знают. В их дерёвне всё на виду. Все друг про друга всё знают. Как в большой семье. Шила в мешке не утаишь! А он мужчина не гордый. Простой. Не брезгливый-услужливый. Он человек прогрессивный-современный! Демократ! Простого народа-сброда не гнушается! От нищеты-бедноты морду-рыло не воротит! Не отворачивается! Он, как тот депутат-слуга народа! Всё для людей! Всё для их добра-блага! Не гнушается теми, кого другие обходят-презирают. Он женщин-млядей привечает-обожает. Он с ними водится-якшается. Одного он с ними поля-нивы овощ-ягода. Пьяная баба себе не хозяйка! С ней можно и не церемониться. Пусть отрабатывает, на неё истраченное. Лямур пердю! Не хрен ломаться-кочевряжиться! Милая ты моя, ты же просто пьяная-чужая жена-алкашка! Чё уж тут кумедию-цирк ломать-устраивать! Будь попроще! Расслабься! Не фиг ломаться! Что уж девочку-недотрогу тебе тут перед ним-мужиком корчить! Раз ездишь, значит, должна быть на всё-всё готова-согласна! Лямур пердю! Печки с лавочками! А как ты хотела! Токо так! На всё должна быть согласная. А как иначе!..

– Ох! Ух! Ах! Ну ты и дура-курица! А я-мачо-красавец на тебя жизнь-время трачу! Ух! Ах! Я пьян от любви! Я тебя хочу-обожаю! Лямур пердю! Давай сделаем друг другу приятненько-приятное! Расслабься! Я русский мужик! Русский размер и медведь! Хозяин и барин! Не фиг-не хер кочевряжиться! Я тебя уломаю! Как русское дерево-берёзку! Заломаю!..

Хрипит он и смеётся-заливается! Сам своей дури-глупости поражается-удивляется. Он иногда такое творит! Ведёт себя гадко-вульгарно! Дуркует! Ведёт себя, как дебил-придурок. Самому потом неприятно. Да! Хоть и говорит он, что ему чуть за тридцать, но в паспорте у него, всё же, круглая дата. Он старый-пожилой человек. А относятся к нему, как к местному дурачку-клоуну. Он так ведёт себя, что стал посмешищем в их селе-дерёвне. Обидно-неприятно! Он с этим не согласен! Считает себя умнейшим-интересным парнем! А они! Никто его не понимает! Неблагодарные! Пьют-жрут! А потом его же и хают-обсирают! Хамки-обезьяны! Лямур пердю! Пиявки и козявки!

– Какое оно по виду страшное, такое и внутри гадкое. Мерзкий-старый павиан! Позер и хам. Ни на что не способное гадство-ничтожество. Променял жену на млядей-алкашек. А семью на дурь. Старый человек, а ведёт себя неподобающе! Не мужик, а сплошное недоразумение. Позорит жену и дочь этот травоядный. Лямур пердю. Если выражаться его словами.

Такое о нём говорят. Те, кто давно-хорошо его знают. Даже те, кто с ним сношается-общается. А всё потому, что надоедает он бабам ночными звонками. Ноет-блеет, как старое животное-козёл, моля о встрече! Кому это может понравиться, в самом-то деле! Достал он всех своими заезженными баснями-приколами. Заманал своими лямур пердю и печками-лавочками. Репертуар у него один и тот же. Давно не менялся. Все его наизусть уже знают! Лямур пердю – его любимое выражение. Он его через слово употребляет. Ляпает что попало. Бахвалится тем, что у него целый коллектив-компашка бабский. Под его опекой-руководством эти бабы несчастные-неприкаянные потихоньку спиваются, на самое дно их дерёвни-болота опускаясь! А он их и себя убеждает, что живут они, как надо! Лямур пердю! То есть, верно-правильно! Он общается даже с молодыми! Его любят женщины! Он в этом уверен! Уверенный! А те, кто его хает, только завидуют! Это ясно-понятно! Эх! Печки-лавочки! Хорошим-успешным людям всегда все завидуют! Он то-это знает. И потому на своих серых тупиц-земляков не обижается. Каждому своё в этой топке-жизни! Лямур пердю! Мужик сидит-ухмыляется! Он, хоть и бахвал-самохвал, но своё ничтожество-никчемность понимает. Конечно, по трезвянке! Удивляется своей дури. И возмущается. Даёт себе слово взяться за ум-разум даже. Такое на него просветление находит иногда. Когда косарика нет рядом! Он тогда задумывается. Старается осмыслить всё, что творит и что с ним происходит. Да! Это бывает не часто. Случается по глупости-по трезвянке. Но трезвой-то он почти и не бывает. И потому ощущает и видит себя этаким парнишкой молодым! Пареньком молоденьким он несётся по этой жизни-стервозе! А чё! Имеет право! Пошли все на фиг! К чёрту! Лямур пердю! Всех неприятелей, баб-дурынд и козявок он посылает на хрен-подальше! Мужик смеётся. Он доволен тем, что дал отпор неприятелям. Пусть знают! Он в обиду себя не даст! Не дождётесь. О себе он очень высокого-прекрасного мнения. Он умнейший человек! Приятный мужчина! Подарок для женщин! Для каждой. Этакий мужик-мачо! Здоровенный-мускулистый охломон! Баламут-балагур! Любитель-любимчик житухи-жизни! Да! Он очень сильно любит жизнь! И она его! Лямур пердю! У них любовь взаимна! Как у мужика и бабы! Но в душе он дитё. Ребёнок. Наивный-доверчивый. Сынок мамин. Он такой фантазёр! Мечтатель! Вот и сейчас! Намечтал! Нафантазировал! Размечтался! Лямур пердю! Увидел себя маленьким. Этаким пупсиком! Выпучив глазки, он слюнки пускает, выставив голую попку и болтая ножонками. Пузатенький-розовый он, как поросеночек кряхтит-похрюкивает в своей люлечке-колыбельке. Поворачивает светленькую головёночку за солнечным пятнышком, что прыгает, как зайчик по кроватке и столику. Лямур пердю! Он хлопает в ладошки, смеётся и вдруг чувствует, как пелёночка под ним становится мокрой-влажной-тёпленькой! Она так нежно липнет к его жопке-попе! Она ласкает и целует влажными губками его маленькую попку-засранку! А поцелуи такие нежные и горячие! Ему-мужику становится щекотно и приятно. Его ягодицы становятся румяными-розовыми! Как ягодки малинки-клубнички! И пупсик поплыл! Лямур пердю! Он обалдел-прибалдел от обалденного счастья-наслаждения! Пупсик поплыл, как алые паруса бригантины, по тихой гавани морского залива, выходя в открытое море неземного кайфа. Пупсик-то поплыл. А мужик ойкнул и подпрыгнул! Подхватился-принюхался. Увидел лужу у ног и рванул в туалет. Ё-ка-лэ-мэ-нэ! Милая душка-попелюшка! Душа! Оперная дива и ария! Лямур пердю! Ой и ай! Опять такой позор-конфуз. Расслабился! Это у него бывает! Вот так, как сейчас! Вошел в роль! Увидел себя пупсиком. До чего же было приятно! Это пупсик-дитё испытало кайф-оргазм! Истекло влагою. Да так много. Вон! Лужа у ног. Ё-ма-ё! Кому рассказать – не поверят. Ну и детки пошли! Прогресс! Лямур пердю! Нано-технологии! Да он, вобщем-то, всегда знал, что он – не обычный ребёнок-мальчик. Умный-продвинутый хлопец-мальчонка! Он умничек-умненький! Башковитый-головастый! Интеллектуальный! Вундеркинд-ребёнок! Где это видано! В таком миниатюрном-невинном возрасте быть таким темпераментным! От прикосновений описанной пелёночки к его розовой жопочке-попе, удовольствие-оргазм испытывать-получать! А другой какой-никакой пузан – заорал бы! Испужался бы! Распустил бы нюни-сопли! Гвалт поднял бы! Как все обыкновенные чада-младенцы. А он – нет! Он стал балдеть, истекая соками-влагою. Ох! Ах! Еще чутечку и обкакался бы. Уф! Чуть, между нами-девочками, чутельки не обосрался! Чутечку не обделалася! От удовольствия-радости. Лямур пердю! Вот были бы ему печки и лавочки! Если бы насрал-накакал на табурет-стул! Пришлось бы замывать! Ковыряться-возиться пришлось бы с говном-какашками! С навозом! Ужастики! Страшно представить! Пусть даже и со своим-личного производства говном, но дело это для него непривычное-неприятное! Не хочется руки-крюки марать! Да и потом: вонь-запах! Да ладно! Чё уж так-эдак ругать-гнобить себя! Зачем-чего ради! От полноты чувств-эмоций можно и обкакаться-обосраться. Иногда. Не за каждым же разом! Даже и взрослому человеко-мужчине можно. А не токо дитю-пупсику. Ничего ужасного-страшного! Чё стесняться, если ладно-приятно! Лямур пердю! Бывает! Бывает. Другие скрывают. А он признается. Это же здорово, как он может расслабиться! Но вся беда в том, что он не может до конца кайф-радость поймать! Не может-боится путём-толком обосраться-расслабиться! Каждый раз он пугается. Прям пужается! Ой! Ай! Становится страшно. Не получается у него по полной поймать расслабон! Кайф такой поймать, чтобы прям обосраться-обкакаться! Дожился! Уже сам-себе не начальник-хозяин! Не получается так кайфонуть, чтобы серануть-обосраться! Ужас! Он каждый раз останавливает-ломает себя! Останавливается! На самом интересном он ловит не кайф, а облом! Он пугается! Не жизнь у него, а несчастье-издевательство. Мужик даже глазки прикрыл-закатил! Страшно-жутко представить! Лямур пердю! Что было бы! Если б он, всё же, накакал. Да! Если б каканул! В пылу кайфа. Что бы ему пришлось пережить-испытать! Чего бы он наслушался! Если бы до конца расслабился. Если ба на стул серанул! О! Мама родная! Ох! Ах! Да! Ох и ах! Страшно вспомнить. Было уже такое. Было! Должен признаться. Как она его ругала! Обзывала! Издевалась, как все эти гадины-бабы! Та, что дрыхнет-валяется в спальне. Да! Такое у него горе-несчастье. Лямур пердю! Хреновые-фиговые у него получаются печки-лавочки! Он может-должен признаться. Чё молчать-стесняться! Если это правда! Хоть и печальна-ужасна матка-правда, но он должен сказать-признаться. Хоть и очень это для него больно-неприятно. Ух! Ох! У него в комнате-спальне баба-жаба старая валяется! Лысая жаба-ряпуха обитает! Болотная тать-каракатица. Какая-то млядь-бабища! Поселилась много лет назад. И не выселяется. Заняла его личную квартиру-территорию! Валяется-прохлаждается в спальне. А он-мужик мается-прозябает-сидит на кухне! Никакой справедливости! Ё-ма-ё! Типа женился один! Ой! Ай! Вляпался! Конечно, тогда она лысой-старой не была. Это она за годы радости-жизни с ним такою жабой-красоткой стала! И лежит-валяется теперь, как пьяная! Как какая млядь! Вечно заспанная-сонная! Курица-тетеря! Язык не поворачивается сказать страшные слова. Но это истина-правда! Он женат! Он человек несчастливо-неудачно женатый. Когда-то учудил-дурканул по-пьяни. И теперь мучается-мается. Лямур пердю! Ух! Ох! Измучился возле этой тетери-курицы пожилой-старой. Дрыхнет и гавкает. Больше ни на что не способна. Ему она токо мешает. Токо расслабился. Кайф поймал! И тут же страх! Испуг! Тормоз у него в спальне! Как водой ледяной окатит мысль, что она может проснуться-прискакать на кухню. Он её не то, что боится. Но побаивается. Лямур пердю! Она же у него дура! Чума! Глупая! Больная на всю голову. Не умеет беседовать-разговаривать. Сразу срывается на мат! Начинает орать! Как раненая-потерпевшая. Как вроде её режут-убивают. Разучилась нормально общаться-разговаривать. Дура тупая, одним словом. Амёба. Простейшее. Лямур пердю! Тупица. Не может понять, что в некоторых ситуациях обкакаться-обосраться совсем не стыдно-не страшно. Можно себе позволить. Токо ради того, чтоб кайфануть по полной. Это же так клёво-прикольно! Хоть раз в жизни себе позволить! Расслабон такой испытать, чтобы не понять-не въехать-не почувствовать, что обделался-обосрался! Поплыть на волнах кайфа к далёким-далёким берегам неземной, обалденно-непередаваемой неги-страсти! Плыть и плыть! Улетать на крыльях оргазма в космос-нереал! Балдеть от непередаваемого кайфа-оргазма! А она-жаба не понимает! Лямур пердю! Считает его обсирающимся дурачком-маразматиком! Только представьте! Старая-гадкая хамка! Его жена, типа. Такое у него горе и беда. Одним словом: несчастье! Не имеет права даже обделаться-обкакаться! Не имеет возможности-права в личной-собственной хате-квартире обосраться! Такое вот издевательство! Связался по глупости-по пьяни когда-то. И хлебает всю жизнь щи прокисшие-обрыдлые! Как же она ему надоела! Обрыдла! Прям с души воротит от её гадкого-постного образа-вида! Эта его старая карга-грымза так достала нытьём-нравоучениями и своей заплесневелой-прокисшей моралью, прям сил жить-терпеть не хватает! Хотя бы уж побыстрей умерла-скончалась, обрыдлая курица-птица. Гадина старая! Почила бы уж в бозе. Откинула-отбросила бы кони-копыта. Скоко уж можно ей жить-прозябать! Сколько можно ей спать-дрыхнуть-маяться! Лямур пердю! В самом-то деле! Антиквариат у него в спальне. Столетняя старица. Долгоиграющая вековуха-ряпуха. А он с ней проживает-тоскует-мается. Бедный он! Лямур пердю! Ничтожный-несчастный! Одинокий-старый! Бедняк! Страдалец! Мужик сидит. Вздыхает. Себя жалеет. Жену ругает. Думает. Мечтает-размышляет. Всё бы ничё, но жизнь – собака! Он обнищал. Лямур пердю! Безденежье достало. Нужны бабки! Да! Ему нужны деньги. Вот и сидит. Парится. Ломает башку-мозги. Откуда, как разжиться деньгами? Лямур пердю! Без денег-бабла ему амба-кранты! Не жизнь, а издевательство. Ой-оёёй! Ох! Ах! Нет никакой жизни-радости без этого металла презренного, что называется деньгами-баблом!