Kitabı oxu: «Русские архетипы. Сказочный культурный код, влияющий на нашу жизнь»

© Зинкевич-Евстигнеева Т. Д., текст

© ООО «Издательство АСТ», оформление

От автора

Многим не нравятся русские сказки. Говорят, что их язык слишком «простецкий» и сухой. Сюжет странный и не слишком увлекательный. Да и многое в сказках «вообще непонятно, и странно, и очень от нас далеко». А вот сказки французские или ирландские, восточные – они гораздо интереснее, и язык у них значительно красивее. Такое восприятие вполне естественно – ведь эти сказки переводились с других языков и подвергались литературной обработке. А потому более благозвучны для современного восприятия. Но даже «переводные» сказки сегодня уже неинтересны. Разве что только найдутся хорошие сценарист, режиссёр и продюсер с достойным бюджетом, и снимут они фильм в стиле фэнтези по мотивам сказок. Вот тогда это будет зрелищным и станет интересным.

Да, сказка в современном мире «не в тренде». Эдакий «музейный экспонат», с которым принято знакомить детей. Просто потому что надо «отдать дань традиции». Сами дети нехотя подчиняются уговорам родителей в надежде, что те потом дадут им поиграть в компьютерную игру или посмотреть мультфильмы с монстроподобными героями. Для меня это выглядит печальным, но я принимаю такое состояние реальности. Чтобы сказке добраться до восприятия человека, ей нужно существенно переодеться, накраситься, запастись спецэффектами; и то нет гарантий, что она будет принята.

Между тем именно сказки хранят «скрижали цивилизационного кода»: базовые, универсальные основы совместного бытия духа и тела в материальном мире. Именно сказки берегут все «коды жизни», по которым можно будет восстановить порядок вещей после культурной катастрофы. Информационный массив сказок – это «Ноев ковчег» человеческой культуры и психологии, неприкосновенный фонд цивилизационной активности. Можно сказать, что сказки – это архивы земного опыта эволюционирующих живых существ.

Но какое у нас отношение к архивам? Это что-то пыльное и в повседневности не нужное. Мы обращаемся в архив, когда нужно восстановить какую-либо значимую информацию. А это требуется нечасто. Так и «пылится» архив сказок в коллективном бессознательном: заброшенный и неухоженный. Но этот архив нематериален, и утратить его невозможно. Наверное, оттого и ценность его кажется невеликой? Раз потерять нельзя, значит, и беречь особо не надо?

В Мироздании всё живое разумно. Вот и сказки имеют свой коллективный разум. Во всяком случае я как сказкотерапевт в этом убеждена. Конечно, сказки знают о таком отношении к себе. Обидно ли им это? Наверное, обычного человека такое отношение обидело бы. Но коллективный разум сказок – это не обычный человек, поэтому подобные чувства ему не свойственны. Коллективный разум сказок отлично знает свою работу: хранить подлинное, сокровенное и выдавать по требованию.

То, что сказки с трудом пробивают себе дорогу к восприятию человека, – это для них не впервой! Они помнят, как их запрещали, критиковали, приписывали им то, что они никогда не делали. Например, сказки специально не формировали «жизненных сценариев» и никого силком «не уводили от реальности». Хотя многие авторитетные специалисты обвиняли их в этом. И происходило это не только в России, но и во многих других странах. Недаром Вильгельм Гауф предварил сборник своих сказок историей под названием «Сказка под видом альманаха»¹. Королева Фантазия нарядила свою старшую дочь Сказку альманахом, чтобы строгие стражи пропустили её хотя бы к малым детям.

Вильгельм Гауф поднял эту тему двести лет назад, но с тех пор мало что изменилось: чтобы быть принятой и воспринятой, сказка вынуждена проходить немало трудностей. Гауф отправляет сказку к малым детям. И это символично: внутренний ребёнок во взрослом человеке сохраняет тот уровень чистоты, который необходим, чтобы признать и полюбить сказку. Правда, буквальное восприятие этого шифра приклеило к сказкотерапии ярлычок «детского метода»… Но мы не в обиде! В нашей методологии есть Универсальный архетип «Божественное Дитя». Через «ворота» этого архетипа должна пройти сказка, чтобы её смог воспринять взрослый человек. Если эти «ворота» закрыты, тогда… А вот о том, что «тогда», я и расскажу в этой книге!

Как бы мода и другие ветра, дующие в коллективном сознании, ни старались, сказка находит способ прийти к человеку. Или, может, сердце человека само прокладывает сказке «тайную тропинку», чтобы она пришла на огонёк? Как думаете, друзья?

Сказка – это устойчивое явление в культуре абсолютно всех народов. Стало быть, она сама является архетипом. То есть изначальным образцом хранения огромных массивов информации. Да, сказка – это архетип хранения информации обо всём на свете; информационный сервер, на котором информация не только хранится, но и постоянно обновляется. Ведь появляются всё новые и новые вариации старинных историй, которые мы уже узнаём как авторские сказки. Доступ к этому серверу открыт, поэтому каждый человек может научиться отыскивать нужную информацию, «скачивать» её и разархивировать, а затем адаптировать под текущую версию собственного сознания.

Информация, хранимая в сказках, защищена особым «сквозным шифрованием». Специфика подобного шифрования в том, что при буквальном её восприятии она выглядит как «нелогичная», «странная» и оттого кажется пугающей. Всё кажущееся интеллекту бессмысленным он маркирует как «небезопасный файл». Замечали?

Возникает вопрос: как при высоком уровне предвзятости по отношению к сказкам современные родители всё же продолжают читать их детям? Читают и думают про себя (а иногда и говорят вслух!): «Какой же бред пишут в этих сказках!» Если в сказках «написан бред», зачем же каждый вечер читать их детям, тем более перед сном?! Ведь во сне будет наилучшим образом переработана и усвоена та информация, которую человек получил за истекший день последней! Неужели родители хотят, чтобы «сказочный бред» работал во внутреннем поле ребёнка во время сна?! Не думаю. Однако мы с вами имеем существенные нестыковки в понимании сказок, друзья! Откуда же здесь «ноги растут»?

Хорошая новость в том, что наш интеллект не является монополистом в принятии жизненно важных решений. Многие внутренние структуры, гораздо более мудрые и развитые, чем наш ум, научились обходить его «грозных стражей» и управлять поведением. Так, к примеру, внутренняя Мудрость может сказать интеллекту родителя: «Не беда, что ты не понимаешь шифров сказок, главное – не лишай своего ребёнка доступа к информации!» Импульс, исходящий из внутренней Мудрости (которая пока ещё не имеет представительства в сознании) мотивирует родителя всё же взять в руки сборник сказок и начать читать их ребёнку. В процессе у самого взрослого появляются вопросы, он начинает искать на них ответы, встаёт на путь саморазвития, и… ему постепенно начинают открываться шифры сказок! Круг разомкнулся, перестав быть «порочным».

Я очень надеюсь, что моя книга поможет преодолеть барьер буквального восприятия сказок. Для ума современного человека сказочный сюжет подобен холсту с изображением очага в каморке Папы Карло. А мы с вами позволим себе стать «буратинами» и проткнуть эту завесу своими любопытными «носами». И тогда нам откроется целый мир архетипической системы шифрования информации в сказках. Мы сможем узнать столько, сколько не способен вместить наш ум. И тогда информация будет обрабатываться дополнительными и весьма скоростными системами психосферы: сердцем, душой и чем-то ещё внутри нас, чьего названия мы пока не знаем.

Глава первая. Феномен архетипа

В предисловии я заявила, что сказка – это архетип хранения информации обо всём в мире земном. А что же это такое – «архетип»? Попробуйте прикрыть глаза и спросить себя: «Что такое архетип для меня; какие ассоциации вызывает у меня это слово? Как оно звучит: твёрдо или мягко, узко или объёмно, вкусно или с горчинкой?» Мне бы не хотелось, чтобы восприятие архетипа у вас оставалось лишь на ментальном уровне, представляло собой лишь обобщённое понятие. Хочется, чтобы вы почувствовали этот феномен, как говорится, «на вкус». Соприкоснулись с ним ощущениями, ассоциациями, чувствами.

Признаюсь, когда-то очень-очень давно я тоже постигала понятие «архетип» чувственно-ассоциативно. И вся палитра моих ощущений у меня объединилась в один из эпизодов культовой комедии Леонида Гайдая «Бриллиантовая рука». Помните момент, когда куратор из милиции просит Семёна Семёновича Горбункова описать, как выглядела Анна Сергеевна (блондинка в исполнении Светланы Светличной)? Герой делает выразительный жест руками. С говорящей мимикой Юрия Никулина этот жест воспринимается как бесконечно многозначный. И куратор сразу понимает, с кем столкнулся его подопечный.

Вот и для меня понятие «архетип» стало ассоциативно сходным с тем, как Семён Семёнович воспринял Анну Сергеевну. Нечто невиданное, мощное и прекрасное, которое хочется узнать ближе. Поэтому трудно дать исчерпывающее и понятное определение этому феномену – легче сделать выразительный жест и передать значение мимикой.

Будем считать, что интуитивно-чувственное определение феномену «архетип» я дала. Теперь нужно перевести его на интеллектуальный язык, да ещё так, чтобы проникнуть в суть этого явления. Это важно для настройки и тренировки «архетипического видения» – навыка распознавания архетипов в любом контенте.

Архетип – прообраз, базовая метафизическая матрица чего-либо; тонкая, но крайне прочная, многомерная и многоуровневая информационная конструкция, образующая тонкий, нематериальный субстрат уклада земной жизни людей во все времена. За всем устойчивым и повторяющимся в земных жизнях разных людей можно увидеть действие архетипов. Благодаря архетипам хаос преобразуется в порядок. Однако качество этого порядка определяется личным содержанием архетипа.

Наверное, если бы сейчас мы с вами находились в одном пространстве, и я вас спросила: «Понятно ли это определение?», многие из вас деликатно отвели бы глаза в сторону. Вроде всё понятно, но что конкретно?.. Давайте попробуем позвать на помощь метафору!

Представьте себе квартиру-студию без перегородок. Человек заезжает в это помещение и вываливает свои вещи прямо на пол. А чемоданы отдаёт тем, кто его перевёз под этот кров. Он ходит по своей квартире, перешагивая через кучки из вещей. Удобно ли ему жить, когда пространство организовано таким образом? Возможно, для кого-то это наилучший уклад. Но у большинства подобный хаос будет вызывать напряжение. Чтобы разрешить его, человек закажет мебель, предусмотрит места хранения. Так и его вещи будут в порядке, и жизненное пространство освободится. Во всяком случае ему не нужно будет постоянно смотреть под ноги, чтобы не затоптать свои вещи. Если всё хранится в шкафах, человек знает, что пол чист, и можно смотреть по сторонам, вверх, можно украшать свой дом, делать его уютным.

В моём примере мебель символизирует архетипы. Как мебель помогает организовать пространство и места хранения, так и архетипы помогают нам организовать многообразные информационные потоки, пронизывающие нашу психосферу. Причём если сравнивать архетипы с мебелью, то эта мебель не просто антикварная, она архаичная, покрытая «слоями времён». Наши личные вещи символизируют опыт, элементы картины мира, жизненные впечатления, причём не только наши, но и наших родственников. Ведь у каждого есть вещи, которые ему достались по наследству.

Вы можете сказать: «Если архетипы подобны архаической мебели, то они плохо вписываются в дизайн современной квартиры! Согласитесь, хранить вещи в каменном шкафу менее приятно, чем в деревянном!» Всё верно. Из понимания этого вытекает и наш подход к архетипам. Если мы не знаем об их существовании и особо не заботимся о том, в каком состоянии находятся хранимые в «архаических шкафах» вещи (то есть наш личный опыт и жизненный опыт родственников), они просто будут стоять в нашем внутреннем доме. А мы об этом и знать не знаем! Просто потому, что домой заглядываем редко. Да и стоит ли заглядывать в место, где неуютно, холодно, всё покрыто слоями пыли и паутины? Естественно, мы обходим свой внутренний дом стороной, предпочитая жить как кочевники: во временных или чужих жилищах…

Но если мы решаем вернуться в свой внутренний дом и засучив рукава навести там порядок, то вскоре обнаруживаем «архаическую мебель». Открываем шкафы, и оттуда… что только ни вываливается перед нами! Старые «скелеты», рухлядь, нечто когда-то полезное, но пришедшее в негодность… Среди этого хлама порой отыскивается пара жемчужин или даже «фамильные бриллианты».

Этот этап нужно пройти, чтобы обнаружить, что «архаический шкаф» бездонен. Однако нам совсем не обязательно углубляться в него бесконечно, иначе мы рискуем переместиться в иные миры, как в Нарнию. Мы устанавливаем свой личный «предел погружения», и он становится стенкой нашего «архетипического шкафа». А дальше… Мы реставрируем шкаф под себя, делаем для него внешний современный дизайн, чтобы он был понятен нашему сознанию… Немного сюрреалистическая метафора получилась, правда? Ничего не поделаешь: говоря об архетипах, без «сюра» не обойтись.

Примерно так строятся отношения нашего сознания с архетипами. Но архетипы – это вовсе не «типовые архаические шкафы», как может следовать из моей мебельной метафоры! В психосферах каждого из нас присутствует своя конфигурация активных архетипов. Периодически мы слышим «голос из шкафа»: «Приберись во мне, приберись во мне!» Параллельно с этим настойчивым голосом во внешних обстоятельствах возникает ситуация, о которой мы думаем: «Так дальше нельзя! Надо что-то с этим делать! Надо что-то решать!» И мы наконец подходим к одному «архаическому шкафу» или группе «шкафов», чтобы осознать их присутствие и разобрать содержимое. Это и называется «разобраться в себе».

Как видите, друзья, архетипы помогают упорядочить колоссальные объёмы информации, которыми мы наполнены. Но наполнение архетипов всегда отражает нашу индивидуальность и личный опыт.

Через понятную мне метафору я постаралась рассказать вам о том, как видел архетипы Карл Густав Юнг. Ведь именно он открыл феномен архетипов в психологическом и психиатрическом поле, во внутренней, потаённой жизни человека. Я добавила в юнгианское представление об архетипах и частичку собственного видения. Я воспринимаю архетип как феномен Божественного происхождения, обладающий упорядочивающим и эволюционным потенциалом. Его влияние на наши состояния и мотивации для меня всегда отмечено эволюционным вызовом, приглашением к переменам.

В этом отношении мне близко учение Платона об эйдосах – божественных идеях, которые воплощаются в плотном мире. Архетип – это форма эйдоса, идеального зримого прототипа всех вещей; божественной идеи, с помощью которой проявляется, поддерживается и развивается плотный мир. Соответственно, соприкосновение с архетипами, распознавание их скрытого воздействия на ход наших мыслей, характер, картину мира; выявление «архетипической сущности» жизненных ситуаций – всё это акты творческой деятельности человека. Всё это развивает наше сознание, позволяя вмещать в него не только плотное, видимое, но и тонкое, невидимое, которое на самом деле и определяет суть плотного.

В современном информационном поле феномен архетипа довольно популярен. Об архетипах написано множество статей и монографий в искусствоведении, культурологии, психиатрии, психологии, даже в криминалистике и, конечно, в маркетинге (оказалось, что знание архетипов помогает увеличивать продажи!). Заинтересованный в теме читатель легко найдёт информацию об архетипах в открытом доступе и сможет увидеть, как расширялось представление о них в коллективном сознании.

Почему разные исследователи свободно, без предвзятостей и без поправки на установленные ранее каноны подходят к теме архетипов? Карл Густав Юнг, введя это понятие в поле социальных смыслов, сказал, что архетипов существует бесчисленное множество. Он не возвёл в догмат те архетипы, которые обнаружил сам. Он подсказал, что архетипы всегда можно найти там, где есть фантазия. А это всё равно что сказать человеку, где в лесу искать белые грибы. Вот и мы, современные исследователи, ищем свои «белые грибы» в лесах коллективного бессознательного. Каждый находит что-то своё и показывает свой урожай людям. Можно сказать, что Юнг, сам того не ведая, предложил всем заинтересованным увлекательный квест под названием «Найди свои архетипы в полях внешней и внутренней жизни!»

Потому не может быть единой классификации, системы, реестра, каталога архетипов! Друзья, не ищите «правильных архетипов», осмысляйте те, что открыты, примеряйте к себе, ищите свои. Я шла именно таким путём и нашла своё «грибное место», которое объяснило мне «как всё работает». Так возникла моя концепция архетипов. И о ней я буду рассказывать в этой книге, на неё буду опираться; хотя, чтобы описать всю мою концепцию архетипов, одной книги будет мало. Поэтому здесь я открою самые азы.

Но прежде я поведаю вам сказку о приключении архетипа в земном мире. Это будет краткий обзор того, как появилось это понятие, как оно осмыслялось людьми и чем является сейчас.

Татьяна Зинкевич-Евстигнеева. Сказка о происхождении Архетипов

Давным-давно где-то в самых высоких и чистых мирах Мироздания Творец созерцал свои творения и размышлял о том, как расширить свой Космос до тех слоёв Вселенной, где свет способен приобретать плотность. Чтобы обрести плотность, свет должен был иметь многослойность. Трудность состояла в том, что каждый новый слой света, хоть и уплотнял творение, но, уплотняя, искажал изначальный Замысел Творца.

И Он размышлял:

«Невозможно идеально и совершенно воспроизвести мои образцы в плотном мире. Как если бы на прекрасное обнажённое тело человека было надето с десяток платьев, костюмов и шуб, даже если бы они все по размеру подходили друг к другу, то тела человека не было бы видно. Обилие одежды исказило бы представление наблюдателя о теле человека. Совершенное тело можно наблюдать лишь когда оно обнажено. Мои Замыслы подобны обнажённому телу человека, но, чтобы им жить в плотном мире, им тоже придётся покрываться слоями одежды, а значит, искажаться. Как же быть?

Пожалуй, я буду превращать те мои Замыслы, которые я отправляю в плотный мир, в бездонные Сосуды. Почему бы и нет? Это позволит удержать в плотном мире заданную Мною форму. Бездонность этих Сосудов позволит Мне поддерживать их состояние и наполнять их с Моей стороны. А люди будут наполнять эти Сосуды со своей стороны. И если то, чем они наполняют Мои Сосуды, будет мешать им самим развиваться, они станут пересматривать это содержание. Для людей это станет стимулом для стремления к совершенству, то есть к тому состоянию, в каком их вижу Я».

Конечно, истинный ход размышлений Творца недоступен человеческому сознанию. Поэтому почему бы не допустить, что Он размышлял подобным образом?! Да, идея с бездонным Сосудом, имеющим Божественную форму и Божественный состав тонкого вещества, из которого она состоит, – это была превосходная идея Творца. Этот Сосуд напоминал трубку, концы которой соединяли человека с Творцом.

Он думал о названии нового творения. И Ему хотелось, чтобы люди сами изобрели это название. Тогда Он заглянул в будущее смыслов, созданных человечеством. Улыбнулся и сказал:

«Что ж, очень мило! В античной Элладе мои Сосуды станут называть эйдосами. Уж Платон и его последователи точно об этом позаботятся.

Вижу, как Филон Иудей Александрийский оформит идею единого и абсолютного личного Бога как космоса всех бесконечных идей. Так люди откроют, что Сосудов у Меня великое множество, и не будут привязываться к конкретным их „комплектам“. Вижу, как Плотин в своей школе неоплатонизма утвердит идею умственной познаваемости смысла Моих Сосудов. Это очень славно, значит, люди дойдут до того, что их можно наполнять не только с Моей стороны, но и со стороны человека!

Вижу, что даже в „тёмное“ Средневековье благодаря Блаженному Августину не потеряется знание о том, что источник Сосудов именно Я. К тому же мой милый Августин развернёт разумение людей о Моих Сосудах в сторону миров внутренних, человеческих. Да-да, всё верно: в каждом человеке будет заложена своя собственная композиция из Моих Сосудов. Благодаря чему мы сможем общаться и творить вместе!

О, я вижу, как схоласты всё больше и больше доказывают возможность сознательного, умственного познания моих сосудов без выхолащивания их сути! Браво Эриугене, Фоме Аквинскому, Аквинату и их сподвижникам! Благодаря усилиям этих славных мыслителей мои Сосуды станут восприниматься как естественные структуры человеческого разума, помогающие ему приходить к различным суждениям! О, они поймут, как Я через Свои Сосуды помогаю мыслить каждому органично его индивидуальности!

А что же будет с представлениями о Моих Сосудах в эпоху, которую люди назовут Просвещением? Мой милый Иммануил, какой размах ума! Вижу, что Кант подтвердит существование Моих Сосудов как праобразов любого применения разума; как обратит он внимание людей на то, что обнаружить Мои Сосуды они могут лишь благодаря собственному опыту. Да-да, человеку вовсе не нужно объять все Мои Сосуды! Довольно лишь того набора, который непосредственно проявится в его личной судьбе.

Я вижу, как развивается научная мысль людей, и радуюсь тому, что они учитывают мои Сосуды в своих теориях. Вот и Эмиль Дюркгейм заговорил о „коллективных представлениях“, которые встраиваются и дополняют личный опыт человека. Да, людям важно открыть, что в Моих Сосудах будет храниться как опыт предшествующих цивилизаций, так и коллективные образы мира, современного человеку. Да, так Моё влияние будет преломляться через призму влияния многослойного коллективного опыта. Ведь будучи в плотном мире, человек общается со Мною как один на один, так и через коллективное сознание.

Всё верно, всё так, но смогут ли мыслители выйти из „прокрустова ложа“ собственной разумности и допустить, что Мои Сосуды важно познавать не только умом, но и сердцем? О, да! Мой мятежный Артур, как же своевременно ты оформляешь идею о влиянии неосознаваемого, бессознательного, трансцендентного на умственную деятельность человека! Браво Шопенгауэру, ведь ему удалось убрать те искажения о Моих Сосудах, которые укрепились со времён схоластов! Это было довольно самонадеянно – полагать, что Мои Сосуды лишь объекты разумного познания. Нет, Сосуды, их древнее содержание будут влиять на разумность, чувственность, всю палитру внутренних состояний человека!

Что ж, совсем неплохо! Но появится ли мыслитель, который способен проанализировать весь объём накопленной информации так, чтобы Мои Сосуды вошли в повседневность внутренней жизни человека? О, вижу, как уже в XX веке, в 1919 году (отличный выбор числа!), мой милый Карл Густав Юнг публикует свою статью „Инстинкт и бессознательное“! О, это только начало! Теперь представление о Моих Сосудах достаточно оформлено, чтобы люди могли им пользоваться. Теперь я могу дать название Моим Сосудам – это Архетипы.

Да, Мои Архетипы станут жить в „водах“ коллективного бессознательного, как материки на Земле живут в водах морей и океанов. Да, архетипы будут восприниматься как первичные, изначальные образы, которые покрываются слоями жизненного опыта целых цивилизаций, эпох, родов, а также отдельных людей.

Благодаря догадкам Юнга люди откроют, что архетипы и то, чем они наполнены в конкретных сообществах и конкретных людях, будут определять их реакции, поведение, внутренние состояния, творческие взлёты, цивилизационные прорывы и падения. Что ж, можно отправлять Мои Сосуды-Архетипы в плотный мир, чтобы люди ощущали Моё присутствие, присутствие опыта предшественников и личной памяти. Мои славные Архетипы обеспечат связь времён, поколений, их преемственность и взаимовлияние. Благодаря Моим славным Архетипам каждый человек сможет открыть взаимопроникновение Времени и Безвременья. Это создаст барьер процессам энтропии и меркантилизации разума, которые так активно действуют в плотном мире!»

Так Творец сотворил безграничное множество Сосудов-Архетипов и сбросил их в плотный мир, который активно осваивали люди. Каждый подхватил столько Архетипов, сколько смог, сколько «примагнитила» к себе его индивидуальность; и начал наполнять своим опытом земной жизни. Тем, как он выстраивал свою собственную связь с Творцом. Все Архетипы сообщались между собой, объединяли то, чем были наполнены, так складывались новые, более обобщённые архетипы. От обобщённых Архетипов постепенно откалывались маленькие архетипы, чтобы людям было удобно их понимать и пользоваться ими в разных сферах их земной жизни, наполнять их тем опытом, который они приобретали.

Вскоре коллективное поле людей было переполнено архетипами разной величины и древности. И это позволяло поддерживать порядок в пространстве постоянно обновляемой и дополняемой информации. Архетипы имели собственную разумность, данную им Творцом, поэтому легко создавали новые формы и конфигурации, а люди под это делали новые открытия в тех сферах жизни, которым требовалось активное развитие.

Так в информационном пространстве мира людей поддерживался постоянно обновляемый Порядок.

Вот такая сказка², друзья. Как она откликнулась внутри вас? Стало ли понятнее, что такое архетипы и откуда они взялись? Конечно, моё маленькое исследование несёт отпечаток мифа и сказки. А это не самые авторитетные формы. Но зато вы сами сможете исследовать современное состояние представлений об архетипах.

Вы узнаете, что Карл Густав Юнг считал: архетипы охватывают все сферы нашей психической жизни – от телесных реакций до духовных проявлений. Через архетипы проходят все наши знания и чувствования. Архетип – это символическая «точка нуля», это то, с чего начинается любой ряд чисел, любая последовательность жизненных впечатлений.

Вы откроете, что сам Юнг выделил не так много архетипов. Его задачей было найти подход к пониманию скрытых психических процессов и показать путь последующим исследователям. Архетипы обнаруживаются в повторениях. Их открытие происходит по принципу «я уже где-то это видел»: в сюжетах искусства, в рассказах других людей, в анализе исторических закономерностей.

Главным архетипом для Юнга был архетип Самости. В ней – подлинность индивидуальности человеческой натуры. Из недр Самости рождается Эго, подобно Афродите, рождённой из морской пены, образованной из семени оскоплённого Зевсом Кроноса… Когда мы читаем наименование главного для Юнга архетипа, у некоторых религиозных людей может возникнуть ассоциация с человеческой гордыней. Как же так: самость – это же про гордыню, а у Юнга Самость – ключевой архетип и потенциал развития?!

Да, личная терминология, введённая исследователем, может вызывать разнообразные ассоциации, препятствующие постижению сути самих идей. Терминологическая и смысловая путаница – это частые гостьи информационного поля суждений об архетипах. Чтобы не оказаться сбитыми с толку, нужно постараться понять, какой смысл вкладывал сам исследователь в изобретённый им термин. Для Юнга Самость связана вовсе не с гордыней, а с целостностью собственного бытия. Он полагал, что ключевой идеей развития человека является вовсе не самосовершенствование, а обретение целостности. Этот путь к самому себе целостному Юнг называл индивидуацией. На этом пути и раскрывается потенциальность архетипа Самости, постигается Тень (ещё один из архетипов Юнга).

Вы можете спросить: «Разве самосовершенствование – это не то же самое, что обретение целостности? Разве есть противоречия между самосовершенствованием и обретением целостности?» Вопросы тонкие, их лучше обсуждать с учётом когнитивного этнического кода. Когнитивный этнический код – это этнообусловленный способ обработки информации и формирования смыслов. Во всяком случае я так понимаю этот феномен. Представитель каждого этноса как-то по-своему обрабатывает информацию, благодаря чему смыслы, появившиеся как результат такой обработки, несут на себе отпечаток ментальности этноса.

Допустим, для нашего когнитивного кода близка идея Богочеловека, выдвинутая Сергеем Соловьёвым³. Под развитием, эволюцией человека гласно и негласно подразумеваются открытие в себе Богочеловечности и индивидуальное движение к этому духовному статусу. Мы возделываем собственную личность. Будто садовники, занимаемся прополкой сорняков, чтобы «культурным растениям» была возможность расти. К тому же мы находим в земле семена новых культур – это наши способности и таланты, данные Богом и Родом. Мы исследуем эти семена, сажаем их в почву психосферы и ухаживаем за ними. Так происходит самосовершенствование с точки зрения нашего когнитивного кода, нашей системы смыслов о том, кто есть человек и как можно использовать земной период его жизни.

Швейцарец Карл Густав Юнг принадлежит совсем к иному когнитивному коду. Для его ментальности близка идея доминирования разумности, и как её вариант – интеллектуальности. Но интеллектуальность предполагает сочетание процессов анализа и синтеза. При анализе целое нужно разделить на познаваемые части, так как интеллектуально осмыслить целое крайне трудно. Когда части познаны, их нужно соединить обратно в единое целое. Для этого есть специальный инструмент – процесс интеллектуального синтеза. И всё бы хорошо, но… Может случиться ошибка сборки.

Представьте, у вас есть отличные швейцарские часы. И вам очень сильно захотелось узнать, как устроен их механизм, почему они так точно работают. Что вы делаете? Открываете крышку и с восхищением обнаруживаете массу чудесных деталек! Как они прекрасны! Каждую хочется рассмотреть и описать! А для этого механизм часов нужно разобрать. Почему бы и нет? Перед разборкой можно сделать фотографию, чтобы потом по ней всё собрать обратно. Сказано – сделано!

Когда все чудесные детали и детальки механизма часов рассмотрены и описаны, вы приступаете к обратной сборке механизма, то есть восстановлению его целостности. Ничего трудного – у вас же есть фотография. Но вот беда: фотография – это изображение на плоскости, а часовой механизм предполагает уровневость. Эх… Вот часы собраны, все детали вроде бы на месте. И тут обнаруживается, что есть одна деталь, которая осталась невостребованной! Быть такого не может! Надо проверить, ходят ли часы без неё? Вроде бы ходят… Но что делать с этой деталью?..

Остаётся только одно – идти к часовщику. А тот говорит, что такие эксклюзивные часы он пересобрать не сможет… Часы идут, но не так точно, как прежде: иногда чуть убегают вперёд, иногда чуть застревают. Ими можно пользоваться, ведь отклонения в несколько секунд или пару минут можно пережить. Но вот целостность часов… Она ведь потеряна… Эта маленькая деталька, которая не вписалась в переборку механизма, теперь надолго лишит нас покоя…

С другой стороны, именно она станет триггером для старта нашего движения к целостности. Потому что мы усердно и настойчиво станем искать ответ на вопрос: куда вставить эту детальку? Можете себе представить, сколько раз мы ещё откроем крышку часов сами, а также вместе с авторитетными часовщиками? Безусловно, в конце жизни мы пересоберём свои часы, найдя место той маленькой детальке. Наша целостность будет восстановлена. Мы постигнем архетип Самости в своём личном опыте…

Это моё вольное метафорическое изложение представлений о швейцарском когнитивном коде. Это просто попытка понять логику движения и достижения целостности через фильтры моего, русского, когнитивного кода.

Почему этот разговор важен при обсуждении феномена архетипа? Потому что на методику выявления архетипов накладывает отпечаток когнитивный код исследователя, спектр его задач и актуальные потребности окружающих его людей. Когда вы знакомитесь с системой архетипов выделенных тем или иным исследователем, всегда обращайте внимание на то, откуда он родом, чем он занимается и для чего создавал свою систему. Не спешите сразу брать готовую систему и примерять на себя или даже вписывать себя в неё.

Архетипы – это универсальные конструкции, поэтому в любой системе архетипов можно узнать себя. И любая система архетипов будет априори рабочим инструментом в той области, для которой она задумана. В силу действия принципа универсальности.

Хоть мне лично не близок когнитивный код Карла Густава Юнга, тем не менее я вижу в себе наличие выделенных им архетипов. Персона и Тень, Анима и Анимус, Мать и Отец, Ребёнок и Мудрец, Трикстер и Герой – пульс этих архетипов мне знаком. Но жить в заданной ими системе координат мне тесно. Я чувствую, что есть много ещё архетипов, пульс которых я хочу в себе открыть. Я вижу, как они проявляются в моей судьбе, мироощущении, сюжетах жизней моих современников и моей собственной. Но… у меня иной когнитивный код, и движение к целостности для меня занимательно, но не жизненно обусловлено. Меня, как и русских философов, вдохновляет идея Богочеловека, человека-творца, самосовершенствования. Поэтому я выхожу из системы архетипических координат, проявленной Юнгом, искренне благодаря его за знакомство с нею.

И вот передо мной уже новое приключение: я рассматриваю и примеряю на себя двенадцать архетипов, выделенных Кэрол Пирсон. Это крайне увлекательно! Здесь уже нет юнговской созерцательности, тут жизнь бьёт ключом и зовёт к активным действиям. Ещё бы, ведь К. Пирсон мастерски увязала мифологию, юнгианский подход с концепцией потребностей А. Маслоу! Это свежо и продуктивно. Наверное, поэтому «архетипы Пирсон» отлично работают в маркетинге, брендинге, рекламе, создании персонального мифа. Действительно, Кэрол Пирсон изобрела систему «архетипов влияния». Она разделила архетипы на четыре группы: архетипы Порядка, Самопознания, Влияния и Перемен, Слияния. В основе такой классификации лежит представление о потребностях, а также понимание феномена дихотомии: порядок и перемены, принадлежность и самопознающая самостоятельность.

Если я хочу иметь простое и ясное представление о собственном типе личности, мне подойдёт система архетипов Пирсон. Если я хочу влиять на людей, я могу создать комбинацию информационных потоков из подходящих мне по типу личности архетипов. Благодаря знанию архетипов моё управление собой и влияние на людей будет более чётким, целенаправленным, прагматичным, эффективным. Во всяком случае по мнению Кэрол Пирсон.

В системе К. Пирсон архетипы предстают перед нашим сознанием как персонажи. Это удобно и живо, так как даёт волю воображению. Я смотрю на архетипы-персонажи Пирсон и проверяю себя: есть ли внутри меня Невинный, который позволяет мне быть оптимистичной, чистой и простой? Да, есть, конечно! Есть ли во мне Искатель, настраивающий меня быть предприимчивой и любопытной? Безусловно! Есть ли Мудрец? Сто процентов! А может, тогда хоть Героя во мне нет? Я же не мужественная, сильная и решительная… Нет, и Герой тоже нашёлся! Но хотя бы Преступника и Бунтаря-то во мне точно нет! Мятежный, независимый, разрушительный… Эх, есть и он, каналья! Что там дальше у Пирсон, Маг? Таинственный, влиятельный, преображающий – я же сказкотерапевт, как тут обойтись без Мага! Наконец-то нашёлся «нормальный архетип» – Обычный Человек. Он реалистичен, надёжен и практичен. Хорошо, что и нам, «нормальным человекам», нашлось место в системе архетипов Пирсон! А дальше… Любовник! Вот это Кэрол Пирсон хватила! Страстный, чувственный, романтичный – а ведь и эти состояния и свойства архетипичны, тут не поспоришь! Дальше идёт Шут: провокационный, разрывающий шаблоны, игривый, ловкий. Ещё Юнг писал о Трикстере, да и во мне этого хоть отбавляй. Без Шута и сказки не напишешь, особенно психокоррекционной. Затем идёт Опекун, он внутри меня заботится, поддерживает, проявляет сочувствие. Как без этого в нашей профессии?! Архетип Правителя активизирует влиятельность, авторитетность, ответственность. Да, без него никуда. И, наконец, Творец: артистичный, креативный, инновационный. О, это будет мой любимый архетип в системе Пирсон!

Так, с шутками и прибаутками, я назвала вам все двенадцать архетипов Пирсон, которые сегодня крайне популярны и востребованы в маркетинге, психологии управления, брендинге и самопознании. «Персонажный подход» к выделению архетипов очень удачен для того, чтобы стать популярным. Я вижу, как некоторые мои коллеги идут по пути Пирсон, создавая свои системы архетипов на основе ярких персонажей греческой или славянской, германской или скандинавской мифологии.

Архетип Зевса или архетип Макоши, архетип Лады или архетип Одина – звучит, правда? К тому же из мифологии нам известны и суть характера, и зона ответственности богов-персонажей, поэтому готовый материал для описания архетипов есть. Это удобно, зрелищно, продуктивно. С такими архетипами возможна даже театрализованная, костюмированная работа. Допустим, прорабатываем архетип Лады и надеваем на себя древнеславянский, ведический костюм; действуем в логике и смысловом поле этого персонажа. А потом замечаем в себе перемены: мы стали более женственными, мудрыми, привлекательными… Архетипы-то работают!

Система архетипов на основе сказочных персонажей тоже будет вполне жизнеспособной. Архетип Ивана-дурака, архетип Ивана-царевича, архетип Василисы Прекрасной, архетип Кащея Бессмертного, архетип Старухи (из «Сказки о рыбаке и рыбке»), архетип Конька-Горбунка – весьма благозвучно и содержательно, как по-вашему? За каждым персонажем стоит не одна сказка, а значит, спектр черт характера, сил и слабостей, жизненных уроков доступен для изучения.

Наблюдая за собой, своими состояниями, мы можем обнаружить, что у нас в жизни и поле отношений проигрываются сюжеты, прожитые в сказках популярными этноперсонажами. И всё это можно проработать через персонажные архетипы. Допустим, мы знаем, что из нас может периодически вылезать ненасытная Старуха (из «Сказки о рыбаке и рыбке»). В самый неподходящий момент жизни и отношений, когда всё хорошо, она выскакивает, как нечистый из табакерки. Мы знаем, какой сюжет она развернёт внутри нас и во внешнем поле. И сможем отстраниться, понаблюдать за ней и попробовать найти на неё управу. Сделать то, что не удалось Старику. А если мы переоденемся в костюм этой Старухи и артистично отыграем её, может, она перестанет вставлять «палки в колеса» нашей внутренней жизни?

Видите, друзья, персонажный подход к выявлению архетипов сразу даёт волю профессиональной фантазии, подсказывает игровые технологии.

Подход Юнга к выявлению архетипов я для себя промаркировала как «созерцательно-интеллектуальный». Подход Пирсон я назвала «персонажным». Но есть и другие подходы к выявлению архетипов. Например, весьма действенным подходом, на мой взгляд, является «событийно-реактивный». Это когда архетипом считается событие, которое сначала вызвало потрясение у его свидетелей, а потом многократно воспроизводилось в личной и коллективной историях. Причём независимо от этноса.

В основу событийно-реактивного подхода можно положить библейские, евангельские, исторические или сказочно-былинные события. И у нас появится архетип «Каин и Авель», который описывает многообразие конфликтов между сиблингами (братьями и сестрами) вплоть до братоубийства и гражданских войн. У нас появится архетип «Искуситель», который вместит в себя все разновидности и сценария соблазнения, начиная от Евы и заканчивая девушкой из провинциального городка. Механизм библейский, декорации современные – значит, действует архетип. Мы сможем выделить архетип «Голгофа» и увидеть, как часто он действует в судьбах наиболее талантливых и гениальных представителей человечества. Понять, как сюжет этого архетипа запустился и разворачивается в жизни конкретного человека.

Чтобы не быть однобокими, давайте в дополнение к драматическим архетипам выделим ресурсные. Например, архетип «Преображение»: в его ведении удивительные перемены, трансформации, происходящее как на личном, так и коллективном уровнях. Это жизненный и внутренний сюжет превращения гусеницы в бабочку, раскрытия своей силы. На архетипе «Преображение» построено множество психологических и духовных практик. В частности, трансформационные игры.

Добавим к ресурсным архетип «Калинова мост»: он описывает все ситуации трудной борьбы с человеконенавистнической силой и победой над ней. Многие русские люди, и не только представители нашего этноса, имеют явно выраженный архетип «Калинов мост» в узоре своих земных судеб. А про сам Калинов мост мы знаем из русской сказки «Бой на Калиновом мосту». Также нам известно, что Калинов мост через реку Смрадину (Смородину) – это мост между мирами. То есть в данном архетипе речь идёт о победе не только в плотном мире, но и тонких мирах.

Кому по душе событийно-реактивный подход к выделению архетипов, можете мысленно продолжить мои примеры или создать свою систему.

Я считаю такой подход продуктивным в поле исторических и культурологических исследований. Яркие, судьбоносные для этноса исторические события могут считаться архетипами, если их сюжет повторялся в истории. Такие архетипы поддерживают культурный код этноса. Сергей Переслегин⁴ называет их «импринтами». По его мнению, культурный код определяется географией, языком и импринтами. То есть в переводе на мой язык – событийно-реактивными архетипами конкретного этноса.

Валерия Сергеевна Мухина, основоположник научной школы «Феноменология развития и бытия личности», предлагает библейский подход к выделению архетипов⁵. Она выделяет архетип «Каин-братоубийца», архетип «Хам – девиантная личность», архетип «Фома неверующий», архетип «Иуда- предатель», архетип «Сатана – многоликий многогрешник, символ зла». Библейские персонажи, по словам В. Мухиной, несут в себе «идеально выраженные архетипические образы, которые человечество когда-то взрастило в себе в процессе своей истории».

Кроме библейского подхода, В. Мухина предлагает рассматривать ключевые местоимения как первые архетипы. Например, «они» и «мы» несут в себе архаические представления о «чужих» и «своих». «В межродовых отношениях люди, безусловно, открывали для себя значения „они – враги, чужие, не мы“ и „мы – люди, свои, не они“. Именно эти смыслообразования несут в себе архетипические значения и смыслы, глубоко укоренившиеся в нашем сознании испокон веков», – пишет Валерия Сергеевна Мухина, действительно, существенно расширяя наши представления о диапазоне понятия «архетип».

Почему бы нам тогда не взять ещё один подход, в котором архетипы будут выявляться на основании наших знаний о природных явлениях? Ведь это близко к нам и очевидно. Такой природно-феноменологический подход позволит нам выделить архетип «Восход», архетип «Закат», архетип «Ураган», архетип «Северный ветер», архетип «Землетрясение», архетип «Наводнение» и многие другие. За каждым архетипом стоит не только природное явление, но и конкретные процессы внутри человека, а также конфигурации жизненных сюжетов. У какого взрослого человека не проявлялся в спектре эмоциональных реакций архетип «Ураган» или архетип «Наводнение»? Какой взрослый человек не переживал в своей жизни периодов, обусловленных действием архетипа «Землетрясение»? Многие из нас мечтают и работают над тем, чтобы архетип «Восход» перешёл в активное состояние и мы вошли в пору новой счастливой жизни. Словом, у природно-феноменологического подхода к выявлению архетипов хороший потенциал раскрытия. Может быть, кто-то из вас, мои дорогие читатели, вдохновится этой идеей, и вскоре мы будем читать о системе природных архетипов?

Архетипы можно найти не только в текстах и визуальных образах – я убеждена, что можно выделять и акустические архетипы. Ими насыщена Музыка. Чем точнее композитор использовал музыкальные архетипы, тем популярнее его музыка. Среди акустических архетипов можно выделить архетип «Гамма». Она может быть восходящей и нисходящей. К примеру, Пётр Ильич Чайковский так мастерски «подал» нисходящую гамму в «Адажио» из балета «Щелкунчик», что для многих «архетипическая гамма» стала маркером целого музыкального произведения! Также среди акустических архетипов мы можем назвать архетип «Золотая секвенция», архетип «Лад», архетип «Диссонанс и Консонанс» и архетип «Сонатная форма». К тому же все разновидности аккордов можно смело называть «архетипами»: ведь на них опирается весь гармонический строй музыкального произведения! Наверное, самым великим архетипом в акустическом подходе станет архетип «Контрапункт»; или всё же архетип «Гармония»? Как по-вашему, друзья?

Всё, что архетипично, оно узнаваемо, подсознательно понятно, желаемо, «иррационально логично». Мы чувствуем архетипы «фибрами души» и предпочитаем «что-нибудь архетипичное». Мы так устроены: архетипы создают внутри нас метафизическое ощущение порядка вещей, ясности, определённости, пусть даже не до конца понимаемых сознанием (или не понимаемых им вовсе). Словом, без архетипов – никуда!

Итак, друзья, я постаралась в увлекательной для меня форме рассказать вам о том, что есть архетип. И предложила вам для выявления архетипов четыре подхода: «созерцательно-интеллектуальный» (по примеру Карла Густава Юнга), «персонажный» (по примеру Кэрол Пирсон и других авторов), «событийно-реактивный» и «природно-феноменологический». Быть может, вас вдохновили идеи Валерии Мухиной о библейском подходе и подходе, связанном с выделением архетипов через местоимения. А может, вы любитель музыки, и вас заинтересовала идея выделения акустических архетипов. Дополняйте эти подходы, наполняйте их. На мой взгляд, это крайне полезное занятие: наблюдать жизнь, себя в ней, свои внутренние процессы с позиции проявления архетипов и архетипических сюжетов. Это развивает мышление.

Жизнь человеческих сообществ не стоит на месте, предлагает новые вызовы (не иначе как на основе архетипа «Преображение»!). Поэтому будут появляться и новые подходы к выявлению архетипов, и новые архетипические системы координат. И это прекрасно! Ведь так совершенствуется наша связь и сотворчество с Творцом, уточняются представления о самих себе и наших возможностях.

Глава вторая. Четыре базовых архетипа и их смысловая реставрация

Мы с вами пришли к тому, что архетип – это некий общий механизм; явление, многообразнейшие модификации которого можно наблюдать в различные периоды истории человечества, а также в индивидуальной судьбе человека, его личной картине мира, самоощущении, характере, спектре реакций и отношений. Для меня архетип не просто «призрачная схема», которую человек наполняет содержанием личного бессознательного. В моей картине мира архетипы являются источниками смыслов, энергии, жизненной силы, мотиваций, сценариев событий и отношений. Это некие природосообразные «регуляторы» хода земной жизни отдельного человека и человечества в целом.

Если допустить, что судьба человека – это описание его личной программы обучения в Школе Земной Жизни, то архетипы – это преподаватели в такой школе. Причём человек, проходя обучение в этой Школе, сочетает индивидуальные занятия с групповыми. Архетипы являются мудрыми преподавателями, точно знающими, к чему готов ученик и на что он способен. Поэтому они максимально адаптируют программу своего курса под личные особенности учащихся. Они передают в распоряжение учеников специальные учебники с базовыми формулами жизненных сюжетов и переживаний, но переменные в эти формулы и сюжеты человек подставляет сам.

Можно ли учиться в Школе Земной Жизни без знания имён преподавателей? Конечно! Большинство так и учится. Правда, подчас ругает невидимых учителей почём зря: их логика непонятна, они несправедливы и сами не знают, чего хотят. Безусловно, когда ты не видишь преподавателей, не ведаешь их имён и характеров, но ощущаешь на себе их влияние, – всё это не слишком приятно и вызывает ощущение несвободы. Парадокс заключается в том, что архетипы, как преподаватели Школы Земной Жизни, строят свою работу так, чтобы учащиеся были максимально свободны… Словом, как и всегда, большинство наших проблем происходит от невежества…

Наверное, сейчас кто-то из вас, читая это, думает: «Вот тебе раз – и тут, по сути, „матрица“! Мало нам одной социальной „матрицы“, так тут ещё предлагается „архетипическая матрица“! И при этом кто-то ещё говорит о „свободе воли“! Вот откуда у человека фатализм – он инстинктивно-интуитивно ощущает присутствие матрицы архетипов, выбраться из которой нереально. Можно, конечно, называть это красивыми словами – это не матрица, а призрачная „Школа Жизни“, однако предопределённости это не отменяет!» Что тут возразишь? Действительно, на поверхности всё выглядит именно так.

Здесь сразу вспоминается пронзительно-торжественная музыка Карла Орфа из сценической кантаты «Кармина Бурана». Безо всяких прелюдий хор человеческих голосов обращается к Фортуне: «О, Фортуна, словно луна, ты изменчива, всегда создавая или уничтожая; ты нарушаешь движение жизни, то угнетаешь, то возносишь, и разум не в силах постичь тебя; что бедность, что власть – всё зыбко, подобно льду. Судьба чудовищна и пуста, уже с рождения запущено колесо невзгод и болезней, благосостояние тщетно и не приводит ни к чему, судьба следует по пятам тайно и неусыпно за каждым, как чума; но не задумываясь я поворачиваюсь незащищённой спиной к твоему злу. И в здоровье, и в делах судьба всегда против меня, потрясая и разрушая, всегда ожидая своего часа. В этот час, не давая опомниться, зазвенят страшные струны; ими опутан и сжат каждый, и каждый плачет со мной!»⁶

Уверена, что сейчас у многих внутри зазвучала эта знаменитая музыка. Когда-то, не зная, о чём поёт хор, я думала, что эти люди торжественно славят своих богов. Но оказалось, что они фактически выражают своё отношение к «матрице архетипов», объединяя всех преподавателей в Школе Земной Жизни в образ жестокой Фортуны. Действительно, без понимания архетипической подоплёки земной жизни крайне сложно постигать происходящее во внутреннем и внешнем поле. Но если взяться за труд распознавания смыслов трудных и радостных событий, то постепенно откроются имена и даже отчества преподавателей Школы Земной Жизни. И сложится своя система архетипов. Во всяком случае так случилось со мной. Правда, моя система архетипов открывалась не только на основе анализа событий моей внутренней и внешней жизни, я разгадывала смысловые загадки судеб других людей и сказочных героев. Поэтому моя система архетипов может претендовать на «расширенную версию», объединяющую статистические закономерности, заметные в тысячах человеческих судеб и тысячах сказочных и мифологических сюжетов.

Конечно, можно исполняющую обязанности директора Школы Земной Жизни назвать Фортуной. Но я предпочитаю иное имя-отчество: Добрая Судьба. Ведь «как вы яхту назовёте, так она и поплывёт!»⁷ Конечно, к Доброй Судьбе хочется обратиться совсем не так, как хор на латыни обращается к Фортуне!

К Доброй Судьбе радостно обращаться ласково и на русском языке. Если перенести текст из «Кармины Бураны» в сказочное смысловое поле, он может звучать так: «Добрая Судьба, матушка дорогая! Заботишься ты о каждом из нас, как о своих любимых детях, даёшь хлеб и кров, учишь уму-разуму, привлекаешь к этому своих лучших учителей-архетипов! Ты помогаешь нам выстраивать течение наших земных жизней так, чтобы душа смогла собрать наилучший урожай жизненного опыта. Ты даёшь нам возможность познать призрачные миражи пустых стремлений и отказаться от них, открывая вкус правды земного бытия! Ты милосердна и тверда, разумна и строга, с рождения ты запускаешь чёткий ход земных обстоятельств и всякий раз гибко видоизменяешь его, если мы сбиваемся с пути. Мне нет нужды испытывать страх перед тобой, ибо я знаю, что все твои уроки выстроены так, чтобы принести наибольшую пользу моему развитию. Струны всех инструментов твоего оркестра натянуты внутри меня, я вместе с другими осваиваю мастерство благотворного звукоизвлечения, а также учусь распознавать фальшь. И в здоровье, и в делах – ты всегда на моей стороне!»

Конечно, под такой текст должна звучать другая музыка. Интересно, какая она для вас? Может быть, подобная «Рассвету на Москве-реке» Модеста Мусоргского? Или «Улетай на крыльях ветра…» Александра Бородина? Или эта музыка как тема Шехерезады из одноименной сюиты Николая Римского-Корсакова? Какой бы музыкой у вас сейчас ни зазвучало обращение к Доброй Судьбе, пусть это будет самым органичным для вас. В ней – базовое отношение к жизни и своему месту в ней.

Проверьте себя, какое отношение к жизни и судьбообразующему, учебному влиянию архетипов вам ближе: латинское или русское? Прочитайте обращения к Фортуне и Доброй Судьбе, внимательно слушая себя.

Это очень важно, чтобы двигаться в чтении книги дальше или остановиться вовремя.

Перечитав обращения к Фортуне и Доброй Судьбе, скорее всего, вы отметили, что между ними существуют концептуальные различия, которые, в свою очередь, определяют базовое восприятие феномена архетипов и взаимоотношения с ними.

Можно ли говорить об архетипе «Фортуна» в русской ментальности? На мой взгляд, нет. У нас иное базовое отношение к жизни, к Небесному и земному. Можно ли говорить об архетипе «Фортуна» в условной латинской и постлатинской ментальности? Убеждена, что да. Я наблюдаю влияние этого архетипа на представителей многообразных постлатинских ментальностей. Он звучит глубоко внутри, надёжно вытесненный из сознания, затёртый пёстрым культурным опытом. Никто из носителей постлатинской ментальности не признается в этом. Но «сие и не требуется», оно просто есть и для чуткого уха открывается в музыке Рихарда Вагнера, Рихарда Штрауса и Карла Орфа⁸… Это очень мощная музыка и… очень чужая.

Для меня пульс архетипа «Фортуна» есть и в концепции Карла Густава Юнга. Наверное, это неудивительно, ведь он писал на немецком языке (это один из государственных языков Швейцарии). Я слышу ноты из «Кармина Бурана» и «Так говорил Заратустра» в том, как Юнг описывает коллективное бессознательное и архетипы. Возможно, это лишь мои личные ассоциации и проекции. Но факт остаётся фактом многие годы.

Я носительница иной ментальности, другого когнитивного кода. Поэтому не могу воспринимать архетипы так, будто на них лежит тень архетипа «Фортуна». Единственно возможным для меня является восприятие архетипов через краеугольный камень архетипа «Добрая Судьба». Поэтому все мои представления об архетипах, изложенные в этой книге, будут носить отпечаток архетипа «Добрая Судьба». С этим ничего поделать нельзя.

Как же может выглядеть архетип «Добрая Судьба», если допустить, что он выразим через образ? В этом месте моего рассказа было бы славно сделать остановку и послушать себя с вопросом: «Если „Добрая Судьба“ – это базовый архетип, то в каком образе он мне представляется?» Не торопитесь с ответом, перебирайте свои ассоциации с наслаждением, посмакуйте тот образный ряд, что вам откроется!

Для меня архетип «Добрая Судьба» представляется как Золотое яйцо. Спасибо Константину Ушинскому за этот образ, ведь в аутентичной русской народной сказке такого нет!⁹ Тем не менее сделанная К. Ушинским модификация сказки гениальна. Вокруг образа Золотого яйца многие годы не утихают споры: что же было у него внутри и почему герои плачут, когда добиваются того, чего желали?!

Мой вклад в информационные кладовые этих диспутов таков: в Золотом яйце заключалась система взаимосвязанных и взаимовлияющих архетипов, изначально целостных и прекрасных. Золотое яйцо разбилось – пришло время узнать-познать архетипы в поле своей внутренней и внешней жизни. Начнёшь изучать это – слёз не удержишь. Переживать из-за того, что, углубляясь в познание архетипической подоплёки жизни, ты лишишься хлеба насущного, не надо! Курочка Ряба, как одна из персонификаций Доброй Судьбы, всё устроит: ты будешь познавать то, что находится во вскрытом Золотом яйце, а хлеб насущный и кров обеспечит Простое яйцо. Разве это не чудесно? Нам не нужно выбирать между хлебом насущным и познанием! А всё почему? Над нами держит свой покров Добрая Судьба, а не безжалостная Фортуна!

Когда-то я открыла Золотое яйцо «в разрезе». И произошло это не по сюжету «чудесного сновидения Дмитрия Менделеева», увидевшего свою «Периодическую систему химических элементов» во сне.

Сначала архетипы и архетипические сюжеты открывались отдельно и локально, а потом выстроились в общую систему взаимовлияний и воздействий.

Ближе к внешнему контуру яйца я расположила Универсальные архетипы. В Школе Земной Жизни они создают базовые предлагаемые обстоятельства, руководят ключевыми стремлениями учеников, курируют основополагающие черты характера и судьбоносные противостояния. Далее идут Гендерные архетипы: мужские и женские. Они пронизаны потоками Универсальной Мужской и Женской энергии и, подобно ткачам, создают полотна Мужественности и Женственности внутри человека. Затем ближе к центру располагаются архетипические сюжеты: мужские, женские, сюжеты отношений. Внутри них вызревают будущие событийные потоки земных жизней, благодаря которым наши души набирают бессмертный Жизненный Опыт.

Всё внутри Золотого яйца очень красиво, подвижно, многослойно – это необъятная Вселенная Смыслов, расположенная не где-то за тридевять земель, а внутри нас, внутри наших психосфер. На языке сказки так: раз сказано, что яйцо разбилось, значит, его содержимое стало доступным для познания. Разве это не чудесно?!

Архетипы не предопределяют и не программируют сценарий земной жизни человека. Они передают тонкий строительный материал для творения индивидуальных судеб. С другой стороны, звучат в человеке и событиях его жизни как важные уроки, проходя которые человек всё больше входит в собственную творящую силу. Такой подход к архетипам вытекает из базовой идеи Доброй Судьбы и Золотого яйца. Это подход из принципиально иного когнитивного и цивилизационного кода. Не латинского и постлатинского, а сказочного, волшебного, сердечного, творческого, основанного на открытии русской аутентичной философии о Богочеловеке¹⁰, Человеке Творящем (данное понятие мы используем в Комплексной Сказкотерапии).

Давайте вернёмся к сказке о происхождении архетипов, рассказанной мною в предыдущей главе. Там я сравнивала архетипы с похожими на трубки Сосудами, соединяющими Творца и человека. Мне представляется важным само состояние этих «трубок» в психосфере человека. Я убеждена, что в наших индивидуальных психосферах архетипы могут пребывать в различных состояниях целостности. Чем более целостно изначально состояние архетипа в личной психосфере человека, тем более гармонично и сбалансированно его скрытое влияние. Чем более целостно состояние архетипа, тем меньшим объёмом токсичного содержания его можно наполнить.

Я допускаю, что существует процесс энтропии и разрушения тонко-информационной матрицы архетипа из-за систематического наполнения его токсичной информацией. Допустим, из поколения в поколение люди совершали поступки против совести или становились жертвами человеконенавистнических сил, вследствие чего из поколения в поколение накапливался токсичный контент. Хоть архетипы и крайне прочные конструкции, но они тонко-информационного происхождения. Если их систематически поливать «кислотой» деструктивного жизненного опыта, мыслей и переживаний, то архетипическая информационная матрица частично повреждается.

Чтобы понять этот аспект архетипов и отношений с ними, возьмём другую метафору (при этом идея архетипов как преподавателей в Школе Земной Жизни под руководством Доброй Судьбы продолжает быть активной!).

Представьте себе прекрасный и очень древний храм. Зодчие и строители сотворили его на совесть, добились максимальной крепости конструкции. Храм пережил множество варварских нашествий и выстоял. Однако в некоторых местах появились сколы. Это нарушило изначальную целостность всей конструкции и сделало её уязвимой. И вот наконец возле храма поселились люди. Не слишком умные и образованные. Они смотрели на храм как источник строительного материала для их жилищ. И потихоньку, чтобы никто не заметил и не пресёк их деятельность, возможно, даже под покровом ночи, стали выпиливать, выковыривать, выбивать подвижные камни из стен храма и утаскивать их в свои дома. Так в ветхих жилищах этих людей появились каменные очаги и ограды. В их дворах стало меньше грязи, потому что они укрепляли грунт камнями, ещё недавно входившими в состав стен древнего храма…

Наверное, от моей метафоры ценители культуры и архитекторы придут в ужас. Однако с точки зрения жизненной практики всё шло неплохо: храм приносил пользу хотя бы своим материальным субстратом, поскольку о духовном уже никто и не помнил…

Теперь давайте переведём с метафорического языка на более понятный сознанию. Древний храм – это архетип. Выбивание из него камней для своих ветхих жилищ – это описание современного подхода к феномену архетипа. Мы порой растаскиваем «камни древнего храма», создавая популярные «модели архетипов». В этом нет ничего дурного – святыня продолжает свою службу людям в соответствии с их потребностями в «древнем материале». Однако гораздо интереснее не просто отколоть от храма кусочки камней, а восстановить его и приходить туда для того, чтобы говорить с Творцом.

К чему я веду? «Древние храмы» архетипов есть внутри нас, ими наполнены глубинные слои наших психосфер. Бывает, что во внутренней или внешней жизни запускается процесс, цель которого – привести наше сознание к «древнему храму» конкретного архетипа или целому «храмовому комплексу». Иногда мы приходим туда и находим лишь развалины. По ним бывает трудно распознать, что это за храм, что это за архетип. И тогда анализ специфики самой дороги, приведшей нас к храму, позволяет понять его суть, суть архетипа.