Kitabı oxu: «Лера»
Тимофей Стружкин
Лера
Рассказ-повесть 18+ (осторожно, откровенные сцены)
Эпиграф:
По сути, душа без тела имеет не большую ценность, чем тело без души, поскольку является лишь слабым отзвуком чувств и эмоций, пережитых в теле.
Предисловие:
Наверно, у каждого человека есть воспоминание об одном особо ценном коротком приключении, которое оставляет неизгладимый отпечаток в душе и отзывается приятным послевкусием всю оставшуюся жизнь. Моим таким воспоминанием навсегда осталась Лера. Весь парадокс такого приключения заключается в том, что, случившись однажды, оно больше никогда не повторится. Нет, конечно, были и у меня встречи, и более долгие, и более судьбоносные, но с таким накалом эмоций, с таким невероятным желанием — больше никогда. Вспыхнуло, зажглось и тут же погасло, да вот искры спустя много лет летают в пространстве сознания, и как только вспомнишь, разворошишь в памяти тлеющие угольки, сразу начинаешь чувствовать их горячее сладкое покалывание. Были ли мы с Лерой тогда влюблены? А как же, конечно, но не тем глубоким чувством, которое из года в год превращается в рутину и к которому привыкаешь, а другим, быстрым, сладко пронзающим, от которого голова кругом, зрение пропадает и от которого готов просто взлететь.
Случилось это на даче нашего родственника дяди Саши. Началось и закончилось за какие-то три дня. Нам с Лерой было по девятнадцать лет, она была старше меня всего на месяц и приходилась мне то ли троюродной сестрой, то ли бог знает кем, я не узнавал. В раннем детстве мы с ней виделись пару раз, и вдруг такая невероятная встреча, да еще в таком живописном месте. Дачный дом представлял собой деревянный коттедж, обстановка была необычная, поскольку дядя Саша любил реставрировать старинную мебель и различные предметы, такие как часы, кухонная утварь, рабочие инструменты и прочее, когда-то они в молодости увлеклись этим с моим отцом, даже были лучшими друзьями, пока каждый не женился. Моему отцу он приходился двоюродным братом. Но всë это в сторону, я немного отклоняюсь от сути рассказа, хотя вспыльчивый дядя Саша мне очень нравился: пузатый, усатый, громкоголосый и весëлый, любил жарить шашлык по своим особым рецептам и часто ходил по ограде в одних трусах, даже если были гости. Еще он никогда никому не врал, отчего иногда ему приходилось в жизни непросто. Еще на даче была его жена тëтяТоня, которая всë время требовала, чтобы он хотябы трико надел, была еще баба Зина, сестра моей умершей бабушки, была еще, разумеется, мама Леры, затем мои родители, какая-то тëтя Маруся, в общем, на даче находилось человек десять, не считая двух котов. Дядя Саша решил собрать своих родственников на шашлыки, не столько кровных, сколько тех, кого сильно любил и уважал.
Мы с родителями приехали на электричке рано утром, по мягкой августовской прохладе, дядя Саша с тётей Тоней ещё спали. Вот представьте: огромный дачный посëлок прямо на холмах возле небольшой извилистой реки. С железного пешеходного моста через эту реку открывалась шикарная панорама: высокие глинистые обрывы, песчаные пляжи, ивы, наклонившиеся к реке, среди смешанного леса торчали крыши с трубами, и всë это пропитано запахом железной дороги, которого сейчас уже нет. Дачные дома стояли всякие, от самых простых деревянных сараюшек до целых коттеджей. От города было километров тридцать, что предавало этому месту что-то особенное. Это было поистине сказочное место: ели, пихты, клëны, сосны, яблони, сирень, облепиха, огромные пушистые тополя и смородина всех сортов, много смородины, даже за пределами дачных участков. И всë в холмах. Верней нет, не столько в холмах, сколько просто возвышенности и глубокие овраги, то в виде кратеров, то в виде трещин, расщелин, как-то так. Но я, кажется, опять отклонился от темы, добавлю только, что сад вокруг дома дяди Саши был неприлично большой, много яблонь, много вишни и та же смородина. Ещё в ограде имелись: колодец, кирпичная баня, два маленьких домика из сруба, летний деревянный душ и большая восьмиугольная беседка с кирпичным мангалом. Высокий деревянный забор из плоских длинных досок, отделанных под старинный дуб, уютно ограждал это всë от внешнего мира. Ещё добавляли уюта высокие пихты и ели, возвышавшиеся за забором со стороны дома, что создавало впечатление близкого хвойного леса, с другой стороны виднелись холмы, заросшие мхом. Ещё запах берёзового дыма по вечерам и тишина. И вот среди этой красоты, когда нас хозяева, только проснувшись, троекратно облобызали и, сонно улыбаясь, поили чаем в беседке, расспрашивая, что да как, я краем уха услышал, что к вечеру приедет Светка со своей Леркой. Светка — это моя, через три локтя колена, тëтка, не помню через кого, а Лерка, еë дочь, приходится мне вроде как сестрой. Я тут же насторожился, если она моего возраста, то возможно… как знать… Но я тут же отогнал все свои непристойные мысли, во-первых, потому что она мне сестра, во-вторых, неизвестно, кем она стала, как выглядит, и что она вообще такое? Я решил просто не ждать и ни на что не надеяться, просто наслаждался чистым воздухом и клюквенным морсом. И всë равно я маялся до чесотки, я считал минуты, меня распирало любопытство, и мало того, непристойные мысли лезли в голову сами собой. Ничего удивительного, я был молод, красив и лицом и телом, с приятным твëрдым голосом, с горячей кровью и зоркими глазами. Моя душа изнывала жаждой телесных наслаждений, хотя прошу заметить, что я для девятнадцати лет был очень культурный и скромный молодой человек, и встречался лишь с двумя девушками, первая лишила меня невинности, вторую лишил я. Но молодость и длительное воздержание в любом случае берëт своë.
И вот уже ближе к вечеру, когда дядя Саша с моим отцом играли в шахматы, жалуясь друг другу на работу, на здоровье, я увидел в окно, как открылась калитка ворот, и мелькнула голова взрослой женщины с белым пучком волос на голове, затем сверкнул блик еë очков, я сразу встрепенулся, мой взгляд стал острым, всё тело напряглось — неужели приехали? — подумал я, и когда вслед за головой женщины мелькнула тонкая высокая фигура в сером платье и волна светлых длинных волос, сомнений больше не оставалось, это была тëтя Света с Лерой. Я переволновался от любопытства так, что у меня ладони вспотели.
Часть_1. Короткая прогулка
Я закрыл глаза, не в силах больше выносить эту муку. Лера сидела напротив меня, еë джинсовые шорты меня с ума сводили, ещë такие рваные, короткие, добавьте к этому абсолютную гладкость кожи девичьих ног. Мы сидели в большой восьмиугольной беседке в кругу родственников, улыбались глупым шуткам, и я не вникал, о чëм идëт общий разговор. Я и не смог бы вникнуть. Последние два часа, как Лера, переодевшись с дороги, вышла во двор, я ни о чëм больше не мог думать, кроме неë. Сверху на ней был белый топ с открытой спиной, не знаю, как правильно называется, в общем, который носится без бюстгальтера и завязывается на задней стороне шеи. Лучше бы она надела бюстгальтер… Все два часа я не мог встать со своего места, иначе моë отношение к этой девушке стало бы всем заметно, поскольку я был в тонких бежевых шортах. Да и к тому же Лера слишком часто поглядывала на меня, то искоса тайком, то прямо не стесняясь, даже широко улыбаясь, будто нарочно старалась меня вогнать в краску. У меня же мутнел рассудок от вожделения. Когда я закрыл глаза, я думал о том, что мне предстоит все эти три дня разыгрывать роль культурного, правильного троюродного или бог знает какого ещë брата. Как я мечтал в те мгновения встретиться с ней при других обстоятельствах. Я тогда был ещë не опытен в жизни и не знал, как оно всë у людей устроено, как завязываются длинные и короткие отношения, как люди в принципе начинают сближаться. А самое главное, я думал, как мне преодолеть этот барьер брата и сестры и дать ей понять, что я еë хочу, безумно и без всяких условий. И стоит ли вообще на что-то надеяться.
Мне казалось, что между мной и Лерой с самой нашей встречи установилась молчаливая тайная связь, она не могла не возникнуть, мы оба молоды, красивы и абсолютно ничем не обременены, и вот встретились, и будем ночевать в одном доме, и как тут не думать о том, что мы потенциально можем ночью порадовать друг друга? Я был уверен, что Лера думает о том же, хотя мы с ней буквально перекинулись всего двумя словами при встрече и без всякой застенчивости смотрели друг на друга.
Нам с Лерой в то лето было по девятнадцать лет, я высокий, смуглый, подтянутый, с чëрной кудрявой шевелюрой, орлиным носом и острым взглядом, с твëрдым голосом и загорелый всем телом. Лера почти с меня ростом, и, как бы это сказать понятней, короче, полжизни не жалко отдать только за одно прикосновение еë руки. Широкие серо-голубые глаза, длинные пшеничные волосы, румянец на гладких щеках, ноги – сущее издевательство над молодым человеком в годы его сексуальной активности. А лицо… некоторым девушкам стоило бы скрывать своë лицо, оно не менее сексуально, чем грудь и всë остальное, и я не решался смотреть долго прямо ей в это лицо, мне казалось, можно просто ослепнуть. И вот она посмотрела на меня прямо снизу вверх, выпрямила спину и начала с тихой улыбкой поглаживать свои волосы, я замер на месте, а между тем уже темнело, лëгкая прохлада августа тонкими струйками вклинивалась в тëплый вечерний ветер. Лера закинула ногу на ногу, и белая босоножка повисла на еë пальчиках, она игриво ей покачала, затем она звонко хлопнула себя по бедру, прибив комара. Этого я и не выдержал и закрыл глаза. Так я просидел минуты две, кровь наконец отхлынула от моего органа и вернулась в мозг, и я смог наконец встать и направился к выходу, но тут же из беседки услышал голос Леры, от которого вздрогнул: