Kitabı oxu: «Орден невидимок. Право на любовь»

Глава 1 Начало неприятностей

Город Вечного Смога сегодня превзошёл сам себя по части гостеприимства: сажа лезла в глаза, забивала ноздри и оставляла на губах отвратительный привкус дешёвого угля и чьих-то несбывшихся надежд. Лея, распластавшись по холодному камню карниза, чувствовала себя скорее прилипшим к стене слизнем, чем легендарной воровкой, которой она себя воображала в редкие минуты просветления. Высокие шпили знати тонули в серой мгле, едва проглядывая сквозь густую пелену, которая скрывала грехи этого проклятого места. Её целью был особняк лорда Арвена — надутого индюка, который, по слухам, хранил в своём кабинете артефакт такой редкости, что за него можно было купить половину трущоб вместе с их обитателями и блохами.

– Ну же, проклятая железка, не разочаровывай мамочку, – прошептала Лея, вставляя тонкую отмычку в замочную скважину окна.

Замок отозвался тихим, почти нежным щелчком, который для уха профессионала звучал приятнее, чем любая любовная баллада. Девушка замерла, прислушиваясь к тишине внутри, но особняк хранил равнодушное молчание, прерываемое лишь отдалённым гулом городского порта.

Она скользнула внутрь, мягко приземлившись на ворсистый ковёр, который, вероятно, стоил больше, чем вся её жизнь до этого момента. Кабинет лорда встретил её ароматом дорогого табака, старой кожи и... чем-то ещё. Тонким, едва уловимым запахом меди, который заставил волоски на её затылке встать дыбом. Лея инстинктивно пригнулась, рука сама собой легла на рукоять кинжала, спрятанного за голенищем сапога. Воздух в комнате казался тяжёлым, словно сам Смог просочился сквозь стены, пытаясь предупредить её о том, что всё пошло не по плану.

– Слишком тихо, – пробормотала она под нос, делая осторожный шаг вглубь комнаты. – Арвен обычно храпит так, что люстры дрожат, а тут тишина, как в могиле.

Её взгляд упал на массивный дубовый стол, где должна была стоять заветная шкатулка с артефактом. Шкатулка была там, но её крышка была откинута под неестественным углом, обнажая пустую бархатную нутро, словно разинутую в немом крике пасть. Лея почувствовала, как внутри всё похолодело: кто-то уже успел до неё, и этот кто-то явно не заботился о маскировке.

Она перевела взгляд чуть левее и едва не вскрикнула. Лорд Арвен лежал в своём массивном кресле, но его поза была слишком расслабленной даже для глубокого сна. Голова была неестественно откинута назад, а из груди, прямо там, где должно было биться жадное сердце, торчала рукоять богато украшенного кинжала. Кровь, густая и тёмная, как патока, уже успела пропитать его белоснежную сорочку и теперь медленно капала на ковёр, издавая тихий, ритмичный звук.

– О, святые угодники и все черти Смога, – выдохнула Лея, чувствуя, как паника начинает щекотать её горло. – Ты же не мог просто умереть от одышки, старый хрыч?

Внезапно тень у окна шевельнулась. Это не было игрой света — кто-то стоял за тяжёлыми портьерами, сливаясь с темнотой так искусно, что Лея заметила его лишь тогда, когда он решил выйти. Фигура была высокой, облачённой в плотную тёмную одежду, которая не отражала ни единого блика от редких углей в камине. Лицо скрывала маска, оставляя видимыми только глаза, холодные и безразличные, как сама смерть. Убийца не стал тратить время на светские беседы; он рванулся к окну с грацией хищного зверя, намереваясь раствориться в ночи.

– Эй, ты! Верни побрякушку! – крикнула Лея, забыв об осторожности, и бросилась вдогонку.

Она не могла позволить ему уйти, не сейчас, когда её единственный шанс на безбедную жизнь буквально улетал в окно. Незнакомец оказался невероятно быстр: он перемахнул через подоконник и приземлился на скатную крышу соседнего пристроя так легко, словно законы гравитации на него не распространялись. Лея выскочила следом, едва не поскользнувшись на влажной черепице, которая под слоем сажи превратилась в настоящий каток.

Смог вокруг них стал ещё гуще, превращая погоню в сюрреалистичный танец теней на фоне багрового неба. Убийца прыгал с одной крыши на другую, его движения были выверены до миллиметра, в то время как Лея едва успевала за ним, проклиная свои короткие ноги и тяжёлые сапоги. Она видела, как он на мгновение обернулся, и в его глазах блеснула насмешка, которая разозлила её сильнее, чем сама неудача.

– Смейся-смейся, урод, – прошипела она, выхватывая из-за пояса метательный стилет. – Сейчас я подправлю твой гардероб.

Она замерла на секунду, ловя ритм его бега, и метнула клинок. Стилет прорезал мглу с характерным свистом и вонзился точно в цель — в правое плечо беглеца. Тот вскрикнул, его движение на мгновение сбилось, и он едва не сорвался вниз, ухватившись здоровой рукой за край трубы. Кровь брызнула на серый камень, оставляя яркий след, который Лея запомнила так чётко, словно его выжгли у неё на сетчатке.

Убийца, однако, быстро пришёл в себя. Он рванулся вперёд с утроенной силой, несмотря на рану, и прежде чем Лея успела достать второй нож, он буквально растворился в клубах дыма, повалившего из ближайшей пекарни. Она добежала до того места, где он только что стоял, но там не было ничего, кроме нескольких капель крови и тишины.

– Дьявол! – выругалась она, ударив кулаком по трубе. – Ушёл. Но этот шрам на плече я тебе припомню, обещаю.

Лея тяжело дышала, чувствуя, как адреналин постепенно сменяется ледяным осознанием реальности. Ей нужно было возвращаться — не ради артефакта, а ради того, чтобы убраться из этого проклятого дома до того, как нагрянет стража. Она вернулась в кабинет через то же окно, стараясь не смотреть на мёртвого лорда, чьи стеклянные глаза теперь, казалось, укоризненно следили за каждым её движением.

Её внимание привлёк кинжал, всё ещё торчащий из груди Арвена. Это было глупо, безумно опасно, но профессиональное любопытство взяло верх. Она подошла ближе и, обернув руку краем плаща, резко выдернула оружие. Кинжал был необычным: лезвие из тёмной стали с гравировкой в виде переплетённых змей, а на эфесе красовался крупный рубин, похожий на застывшую каплю крови.

– Это не просто нож, это чья-то визитная карточка, – прошептала она, пряча находку в сапог. – Посмотрим, что скажут об этом на рынке теней.

Она уже собиралась уходить, когда её взгляд зацепился за что-то на полу, прямо под ногами покойного лорда. Маленький металлический кругляш, который, должно быть, выпал у убийцы во время борьбы или при побеге. Лея подняла его и поднесла к свету догорающего камина. На ладони лежал жетон из тусклого серебра с изображением глаза, скрытого за кинжалом — символ Ордена Невидимок, тайного братства, о котором в трущобах говорили только шёпотом и только после четвёртой кружки эля.

Холодок пробежал по её спине, превращаясь в настоящий ледяной шторм. Связываться с Орденом означало подписать себе смертный приговор, но найти такой жетон на месте преступления было ещё хуже. Это была не просто кража, это была подстава эпических масштабов, и она, Лея, только что вляпалась в неё по самые уши.

– О, нет-нет-нет, только не это, – запричитала она, пятясь к выходу. – Я просто хотела украсть шкатулку, а не становиться частью заговора мирового масштаба!

В коридоре послышались тяжёлые шаги и звон доспехов. Стража. Кто-то поднял тревогу гораздо раньше, чем она предполагала. Теперь у неё в сапоге был кинжал убийцы, в кармане — жетон Ордена, а за спиной — труп одного из самых влиятельных людей города. В глазах любого законника она выглядела как идеальная кандидатка на виселицу.

Лея бросила последний взгляд на разгромленный кабинет и выскочила в окно, чувствуя, как сердце колотится о рёбра, словно пойманная птица. Теперь она была не просто воровкой — она была главной подозреваемой в убийстве, за которой будет охотиться весь город. И где-то там, в тумане, скрывался настоящий убийца со шрамом на плече и её артефактом в руках.

– Ну что ж, Вечный Смог, ты всегда умел удивлять, – горько усмехнулась она, ныряя в спасительную тьму переулка. – Главное теперь — не сдохнуть до рассвета.

Голоса стражников за спиной становились всё громче, их факелы разрезали мглу, выхватывая куски мостовой. Лея знала эти улицы как свои пять пальцев, но сегодня даже привычные стены казались враждебными. Она была одна против всех, со шрамом на сердце и кинжалом в сапоге, готовая к долгой и очень опасной игре.

***

Гравитация — штука мстительная, особенно когда ты пытаешься изобразить из себя грациозную кошку на скользкой черепице, покрытой слоем жирной сажи. Лея сползла по водосточной трубе, едва не оставив на ржавом металле кусок кожи, и приземлилась в кучу какого-то мусора, который пах так, будто там скончалась целая цивилизация крыс. Городской Смог мгновенно обнял её за плечи, забивая лёгкие привычной гарью и обещанием скорой чахотки. Если вы думаете, что работа вора — это сплошные прогулки под луной и звон золотых монет, то попробуйте сначала выжить в этом сером супе, где каждый вдох стоит пары недель жизни.

Колени предательски дрожали.

Она отряхнула свои безразмерные штаны, которые висели на ней мешком, скрывая фигуру, и поморщилась. Медь. Запах крови преследовал её, въедаясь в поры кожи, словно проклятие. Нужно было бежать, и бежать быстро, пока стража не оцепила квартал, а новости о смерти Арвена не разлетелись по трущобам быстрее, чем слухи о новой бесплатной выпивке.

– И почему я не выбрала профессию пекаря? – пробормотала она, пригибаясь к земле. – Хлеб хотя бы не истекает кровью, когда ты его режешь.

Лея скользнула в узкий лаз между двумя покосившимися доходными домами. Здесь, в районе Ткачей, тьма была такой плотной, что её можно было черпать ложкой, а звуки города тонули в ватном тумане. Ей нужно было добраться до «Серых псов» — нанимателей, которые ждали её в тупике у старой мануфактуры. Эти ребята не отличались терпением, а их лидер, Грог, имел привычку отрывать пальцы тем, кто заставлял его ждать лишнюю минуту. Лишних пальцев у Леи не было, так что она прибавила ходу, стараясь не думать о том, что именно она скажет этим громилам.

Грог ждал её точно в назначенном месте. Высокий, массивный, с лицом, которое явно пережило слишком много встреч с тяжёлыми тупыми предметами, он стоял, прислонившись к кирпичной стене, и жевал кончик вонючей сигариллы. Рядом с ним переминались с ноги на ногу двое его подручных: один — тощий как жердь, с постоянно дёргающимся глазом, другой — квадратный детина, чьи кулаки были размером с хорошую дыню. Атмосфера была такой густой от неприязни, что её можно было резать ножом, если бы, конечно, нож не был занят торчанием в теле мёртвого аристократа.

– Ты опоздала на три минуты, рыжая, – пробасил Грог, сплевывая на мостовую.

Лея остановилась в паре шагов от них, стараясь не показывать одышку.

– Извини, Грог, пробки на крышах. Знаешь, как это бывает: то стража, то коты, то труп лорда, который решил испортить мне вечер своим присутствием.

Грог медленно выпрямился, и в его янтарных глазах вспыхнул недобрый огонек. Он окинул Лею оценивающим взглядом, и его взор замер на её плече, где на светлой, видавшей виды ткани куртки расплывалось свежее бурое пятно. В полумраке Смога кровь казалась почти чёрной, но опытному бандиту не нужно было солнце, чтобы отличить вино от человеческой жизни. Он шагнул вперёд, сокращая дистанцию, и Лея инстинктивно сжала рукоять скрытого кинжала.

– Где шкатулка? – голос Грога стал тихим, что было гораздо опаснее его обычного крика.

– Слушай, тут такое дело... – Лея развела руками, пытаясь изобразить искреннее разочарование. – Арвен мёртв. И нет, это не я его прирезала, хотя за такие деньги я бы подумала. Когда я вошла в кабинет, он уже остывал, а шкатулка была пуста. Какой-то шустрый ублюдок со шрамом на плече сделал ноги прямо у меня под носом.

Грог оскалился, обнажая гнилые зубы.

– Ты нас за идиотов держишь, малявка? – взрыкнул квадратный детина, делая шаг к ней. – Ты убила старика, прикарманила побрякушку и теперь поёшь нам сказки про загадочных незнакомцев? Думаешь, мы не видим кровь на твоём тряпье?

– Это не его кровь! – огрызнулась Лея, чувствуя, как внутри всё сжимается от страха. – Я пыталась догнать того парня и задела его ножом. Эта юшка принадлежит ему, а не вашему драгоценному лорду. Неужели вы думаете, что я бы пришла сюда с пустыми руками, если бы у меня был артефакт? Я не настолько глупа, чтобы дразнить псов, имея на хвосте всю стражу города!

– Ты всегда была слишком умной для своего же блага, – Грог вытащил из-за пояса тесак. – Сдаётся мне, ты решила, что можешь кинуть нас и свалить из города с добычей. Но ты просчиталась. Без шкатулки ты нам не нужна, а вот твоя голова может стоить неплохих денег, если мы сдадим тебя стражникам как убийцу Арвена. И вознаграждение получим, и перед заказчиком оправдаемся.

Ситуация стремительно катилась в бездну.

Лея поняла, что оправдываться бесполезно — эти люди видели в ней только золото или способ избежать проблем. Она сделала глубокий вдох, готовясь к прыжку. В её голове уже крутился план побега, но узкий тупик не оставлял много пространства для манёвра. Нужно было действовать быстро, дерзко и, желательно, очень больно для окружающих.

– Ребята, давайте обсудим это за кружкой эля? – предложила она, натягивая на лицо фальшивую улыбку.

– Эль подождёт, – отрезал Грог и кивнул своим парням. – Хватайте её. Живой или мёртвой — мне плевать, лишь бы замолчала.

Тощий рванулся первым, выхватывая длинный узкий нож. Лея нырнула под его руку, чувствуя, как холодное лезвие срезает прядь её рыжих волос. Она ударила его локтем под дых, заставляя согнуться пополам, и тут же получила мощный толчок в плечо от Квадратного. Удар отбросил её к кирпичной стене, в глазах на мгновение потемнело, а из лёгких вышибло весь воздух. Смог вокруг, казалось, стал ещё гуще, превращая драку в какой-то сюрреалистичный танец теней и хрипов.

Она не могла проиграть. Не здесь.

Лея выхватила метательный нож и, не целясь, полоснула Квадратного по лицу. Тот взвыл, зажимая руками глаза, из-под которых хлынула кровь. Это дало ей секунду форы. Грог, размахивая тесаком, перегородил единственный выход из тупика, его массивное тело казалось непреодолимой преградой в этом узком пространстве. Он был опытным бойцом, и его движения были скупыми и точными, в отличие от его подчинённых.

– Уйди с дороги, Грог, пока я не сделала в тебе лишнюю дырку! – крикнула Лея, её голос дрожал от адреналина.

– Попробуй, крыса! – Грог бросился на неё, нанося широкий рубящий удар.

Лея упала на колени, пропуская лезвие над головой. Она знала, что у неё есть только один шанс. Вместо того чтобы пытаться ранить великана, она схватила валявшийся под ногами дырявый котел и со всей силы швырнула его в Грога. Тот инстинктивно отпрянул, и этого мига хватило, чтобы Лея проскочила мимо него, обдирая локти о шершавый кирпич. Она бежала так, как не бегала даже в детстве от злых собак приюта «Холодные Стены».

Сзади доносились ругательства и топот тяжёлых сапог.

Город Вечного Смога превратился в лабиринт опасностей. Лея петляла по переулкам, перемахивала через заборы и ныряла в подвалы, чувствуя, как сердце колотится о рёбра, словно пойманная птица. Она была официально вне закона: для стражи она была убийцей лорда, для бандитов — предательницей. Никто в этом проклятом городе не подаст ей руки, не предложит ночлег и не скроет от преследователей. Она осталась один на один с туманом и своими страхами.

Через час она, наконец, смогла перевести дух в заброшенном сарае на окраине района Ткачей. Снаружи капал мелкий дождь, смешиваясь с сажей и превращаясь в чёрную жижу. Лея сидела на гнилых досках, обхватив колени руками, и пыталась не расплакаться от злости и бессилия. Её жизнь, и без того не сахарная, превратилась в настоящий кошмар всего за одну ночь.

– И что теперь, Лея? – прошептала она в пустоту. – Куда пойдёшь?

Рука непроизвольно потянулась к карману куртки, где лежал тот самый металлический кругляш, найденный на месте убийства. Она вытащила его и поднесла к единственному лучу света, пробивающемуся сквозь щель в крыше. Изображение глаза, скрытого за кинжалом, смотрело на неё с холодным безразличием. Жетон Ордена Невидимок — символ тех, кто стоит выше закона, тех, чьи имена стираются из памяти мира.

Это был смертный приговор. Или единственный выход.

Если она найдёт Орден, она сможет доказать, что убийца — один из них. Или, по крайней мере, она сможет спрятаться за их магией забвения, стать тенью, которую не найдут ни «Серые псы», ни ищейки магистрата. Конечно, это означало продать душу дьяволу, но Лея всегда подозревала, что её душа и так не стоит ломаного гроша. Лучше быть живой тенью, чем мёртвой воровкой на виселице.

– Орден Невидимок, значит... – она криво усмехнулась, чувствуя, как страх сменяется холодной решимостью. – Что ж, если вы хотели поиграть в прятки, то выбрали не ту девочку.

Она знала, что за ней будут охотиться. Грог не простит позора, а стража уже, скорее всего, составила её описание — рыжие волосы спрятать трудно, даже под слоем грязи. Теперь у неё не было дома, не было союзников, и даже её собственное имя стало опасным грузом. Но у неё была зацепка, крошечный шанс распутать этот клубок крови и лжи, в который её втянули против воли.

Лея спрятала жетон обратно в карман и поднялась.

Тело болело, плечо саднило, а в животе урчало от голода, но в глазах горел упрямый огонь. Она не позволит Смогу сожрать её так просто. Если этот город хочет войны, он её получит. Она найдёт этот Орден, даже если ей придётся перерыть все сточные канавы Вечного Смога. И тогда тот ублюдок со шрамом на плече пожалеет, что оставил свидетеля.

Завтра всё изменится. А пока ей нужно было исчезнуть.

Лея накинула капюшон поглубже и вышла из сарая, растворяясь в серой мгле. Город продолжал дышать копотью и равнодушием, не замечая маленькую фигурку, которая только что бросила вызов самой судьбе. Впереди была неизвестность, полная шрамов и теней, но это было всё же лучше, чем холодная могила под ковром особняка лорда Арвена.

Глава 2 Печать отряда

Зал Старейшин встретил Лею такой тишиной, что в ушах начинало звенеть, словно кто-то невидимый бил по наковальне прямо внутри черепной коробки. Это не был просто недостаток звука — это была тишина магическая, высасывающая из легких остатки загазованного городского воздуха и заменяющая их стерильной пустотой. Посреди зала, на возвышении, которое выглядело как нагромождение обтесанных временем костей, восседали Трое. Старейшины Ордена Невидимок напоминали ожившие восковые фигуры, чья кожа была настолько тонкой, что сквозь неё просвечивали синеватые жилы, похожие на карту давно забытых подземелий.

– Ну и ну, – шепнула Лея, покрепче сжимая в кармане свой единственный счастливый медный грош. – Выглядите вы так, будто вас забыли похоронить лет сто назад.

Никто не улыбнулся.

Радиос, чьё лицо было воплощением вежливого безразличия, медленно поднял руку, унизанную кольцами, которые явно стоили больше, чем весь квартал Ткачей вместе с его обитателями и блохами. Его взгляд, холодный и вкрадчивый, прошивал Лею насквозь, выискивая в её душе хоть малейший намек на благоговение, но находил только колючую настороженность уличной девчонки, привыкшей ждать подвоха даже от собственной тени. Он заговорил, и его голос поплыл по залу густым медом, в котором, если прислушаться, отчетливо ощущался вкус яда.

– Дитя трущоб, воровка без имени, ты пришла просить убежища у тех, кто сам является тенью, – произнес он, слегка склонив голову. – Но Орден не приют для бездомных кошек. Ты должна доказать, что твои навыки превосходят твою дерзость. Готова ли ты пройти Триаду Теней?

– А у меня есть выбор? – Лея дерзко вскинула подбородок. – Либо к вам, либо на виселицу. Виселица, конечно, обещает быстрый финал, но я всегда предпочитала затягивать интригу.

Радиос едва заметно поморщился.

Затрия, единственная женщина среди Старейшин, смотрела на Лею с чем-то похожим на печаль в своих огромных, лишенных зрачков глазах, что было еще более жутко, чем надменность её соседа. Она была дриадой, но её кожа была серой, как пепел, а вместо листьев в волосах торчали острые сухие ветки, напоминающие колючую проволоку. Лея почувствовала, как по спине пробежал холодок — если даже магия природы в этом месте превращалась в гербарий, то что ждет её, обычного человека?

– Внимание, испытание начинается, – негромко сказала Затрия, и реальность вокруг Леи начала плавиться, как воск на огне.

Первый зал, Зал Тьмы, обрушился на неё внезапно, лишая зрения и ориентации в пространстве.

Лея замерла. В этой абсолютной пустоте память, этот коварный архивариус, услужливо подсунула ей картинки из приюта «Холодные Стены». Там тьма была другой — она пахла плесенью, нестираными простынями и вечным, сосущим под ложечкой голодом. В те годы маленькая Лея научилась передвигаться по общим спальням так тихо, чтобы даже скрипучая половица не выдала её пути к кухне, где можно было стянуть корку хлеба. Холод стен въедался в кости, а воспитатели считали, что лучшая педагогика — это удар розгой по пальцам за любую провинность.

– Опять это дерьмо, – пробормотала она, чувствуя, как кулаки сжимаются сами собой.

В приюте её учили бояться темноты, потому что в ней прятались не только монстры, но и вполне реальные люди с тяжелыми руками. Но здесь, в Триаде Теней, тьма пыталась играть с её разумом, нашептывая, что она всё та же маленькая, беспомощная девочка, у которой нет ничего, кроме рыжих волос и умения быстро бегать. Лея оскалилась, выставляя вперед локти — привычная защитная поза, которая не раз спасала её в подворотнях Вечного Смога.

– Не на ту напали, дедули, – крикнула она в пустоту, голос её звучал хрипло и вызывающе.

– Слышишь ли ты Весы, воровка? – голос Радиоса раздался прямо над её ухом, хотя он стоял в десятке метров.

Тьма рассеялась, уступая место Залу Весов. Перед Леей возникли две чаши, парящие в воздухе. На одной лежала её совесть — призрачный, едва светящийся комок нитей. На другую невидимая сила начала набрасывать её грехи: украденные кошельки, взломанные замки, ложь, случайные драки и ту самую кровь лорда Арвена, в которой она была виновата лишь косвенно. Чаша с грехами стремительно пошла вниз, угрожая раздавить пол, но Лея лишь фыркнула, глядя на это магическое шоу с плохо скрываемым скепсисом.

– Вы серьезно думаете, что я расплачусь от раскаяния? – она сложила руки на груди, игнорируя давление магии. – В этом городе честность — кратчайший путь в сточную канаву. Я делала то, что должна была, чтобы не сдохнуть с голоду. Если ваши Весы хотят взвесить мою жизнь, пусть сначала найдут гирю для несправедливости, с которой я сталкивалась каждый чертов день в приюте!

Весы дрогнули и растворились.

– Твоя правда колюча, как терновник, – заметила Затрия, и в её голосе Лее почудилось одобрение.

Наступил финал. Последний зал Триады не был похож на предыдущие. Перед Леей выстроились двенадцать дверей, абсолютно одинаковых на первый взгляд: тяжелое дерево, кованое железо, никаких ручек или видимых замков. Магический фон здесь был таким густым, что во рту появился отчетливый привкус жженой меди — верный признак того, что Старейшины вложили в это испытание немало сил. Предполагалось, что претендент должен использовать интуицию, почувствовать «свою» дверь, ту, что ведет к спасению, а не к мгновенному распылению на атомы.

– Выбирай сердцем, – наставительно произнес третий Старейшина, который до этого хранил молчание.

Лея окинула двери взглядом эксперта. Сердце? Интуиция? Это всё для сказок, которыми кормят дурачков в тавернах.

– Ну да, конечно, сердцем, – пробормотала она, опускаясь на корточки перед ближайшей дверью. – А еще можно погладить её и попросить вежливо открыться. Но я предпочитаю старый добрый метод, который никогда не подводил меня в особняках богатеев.

Она прижала ухо к холодной поверхности дерева, полностью игнорируя магические эманации, которые пытались оттолкнуть её. Её пальцы, чуткие и быстрые, начали аккуратно простукивать дверное полотно. Она не искала «света» или «судьбы». Она искала механизм. В каждой двери, какой бы магической она ни казалась, должен был быть запорный узел, иначе смысл двери терялся. Лея закрыла глаза, отсекая лишнее, и сосредоточилась на звуках, которые обычный человек счел бы тишиной.

– Что она делает? – раздался удивленный шепот Радиоса.

– Она... она слушает, – ответила Затрия с неподдельным интересом в голосе.

Внутри шестой двери что-то едва слышно лязгнуло. Лея замерла. Это был звук сложного многоступенчатого замка с противовесами — настоящий шедевр инженерной мысли, спрятанный за слоем иллюзий. Она поняла, что эта дверь не просто «правильная», она самая защищенная. А в её мире самое защищенное место всегда было самым важным. Вместо того чтобы ждать озарения, Лея достала из потайного шва рукава тонкую стальную спицу и начала методично исследовать стык между дверью и косяком.

– Это нарушение правил! – выкрикнул Радиос, но не сделал попытки её остановить.

– Нет, – возразила Затрия, – это её суть. Она не играет по правилам тени, она взламывает саму тень.

Лея чувствовала, как пот катится по лбу, смешиваясь с дорожной пылью. Замок был чертовски сложным. Каждый щелчок отзывался в её пальцах легкой вибрацией, словно она вела диалог с живым существом. На третьем уровне защиты магия попыталась обжечь её руки, но девушка лишь стиснула зубы, не прерывая работы. Ей не нужно было угадывать. Она знала, как устроены вещи, которые люди пытаются скрыть от посторонних глаз. Последний, самый тяжелый фиксатор поддался с сочным, глубоким звуком, который для Леи был слаще любой музыки.

– Открыто, господа присяжные заседатели, – выдохнула она, вытирая руки о штаны.

Дверь медленно отворилась, обнажая ослепительный свет, который на мгновение выжег всё вокруг. Старейшины стояли, застыв в немом шоке. Они привыкли к тому, что кандидаты блуждают в лабиринтах своих страхов или полагаются на слепую удачу, но чтобы кто-то вскрыл их священную Триаду как обычный сундук с серебром — такого в истории Ордена еще не случалось. Радиос выглядел так, будто проглотил лимон, но в его взгляде, помимо раздражения, появилось новое чувство: уважение хищника к другому, не менее опасному зверю.

– Ты прошла, – голос Затрии дрожал от сдерживаемого смеха.

Лея почувствовала резкую, обжигающую боль в правом плече, прямо под лопаткой. Она вскрикнула, невольно падая на одно колено, пока невидимое клеймо вгрызалось в её плоть. Запах паленой кожи заполнил зал, а магические искры заплясали перед глазами, сплетаясь в сложный узор. Это не было обычным клеймом преступника; это была Печать Невидимок, магическая подпись, которая стирала её прежнюю жизнь и вписывала в ряды Ордена.

– Черт возьми, можно было и предупредить! – прошипела Лея, хватаясь за плечо.

– Теперь ты одна из нас, – Радиос подошел ближе, его фигура казалась выше и внушительнее в этом свете. – Твоя печать — стилет. Метка Взломщицы. Ты будешь служить в отряде капитана Вела. Он любит таких... проблемных личностей. Наверное, потому что сам такой же.

– Капитан Вел? – Лея подняла голову, пытаясь унять дрожь в теле. – И где же этот герой? Неужели побоялся прийти и лично поприветствовать новую проблему?

Затрия грустно улыбнулась, поправляя сухую ветку в волосах.

– Вел не из тех, кто тратит время на церемонии. Его отряд сейчас в городе, выполняет очередное «невозможное» задание. Ты найдешь его в таверне «Утопленник». Это в нижнем городе, у самого порта. Поторопись, он не любит ждать.

– «Утопленник»? Какое жизнеутверждающее название, – съязвила Лея, с трудом поднимаясь на ноги. – В самый раз для моего нового начала.

Она развернулась и, не оглядываясь, направилась к выходу из зала. Плечо пульсировало в ритме сердца, напоминая о том, что теперь она больше не хозяйка собственной судьбы. Но в глубине души, где-то под слоями цинизма и напускной грубости, Лея чувствовала странное удовлетворение. Она обманула смерть, вскрыла магическую дверь и получила шанс добраться до того ублюдка со шрамом на плече. Теперь у неё был Орден, печать и цель. И горе тому капитану, который решит, что может ею командовать.

– Держись, «Утопленник», – прошептала она, выходя в серые объятия Вечного Смога. – Рыжая идет пить твой эль.

***

Портовый район Вечного Смога — это место, где даже крысы предпочитают носить ножи для самообороны и никогда не гуляют в одиночку. Грязь здесь имела свойство не просто пачкать одежду, а въедаться в саму душу, оставляя после себя привкус дешёвого спирта и тухлой рыбы. Лея шла по узким улочкам, стараясь не вляпаться в очередную лужу неопределённого происхождения, и проклинала тот день, когда решила, что стать воровкой — это отличная карьерная лестница. Её плечо всё ещё ныло, напоминая о «дружеском» прощании Старейшин и новой магической татуировке, которая теперь определяла её жизнь больше, чем она сама.

Пахло скверно.

Таверна «Утопленник» полностью оправдывала своё название: здание выглядело так, будто его только что вытащили со дна сточной канавы и выставили просохнуть на обозрение прохожим. Вывеска, изображавшая синюшного бедолагу в объятиях водорослей, уныло скрипела на ржавых петлях, задавая ритм всей этой симфонии безнадёги. Лея поправила свои мешковатые обноски, под которыми скрывалась новенькая печать Ордена, и толкнула тяжёлую дверь, гадая, сколько секунд пройдёт до того, как ей предложат купить чьи-то зубы или продать свои.

– Ну, удачи мне, – прошептала она, ныряя в облако махорочного дыма.

Внутри было темно, тесно и удивительно тихо для заведения такого пошиба. Посетители сидели по углам, словно тени, которые боятся собственного света, и только в центре зала за массивным столом расположилась компания, явно выбивающаяся из общего пейзажа. Это были они — «Теневые Клинки», мой новый «детский сад» для убийц и наёмников, если верить словам Старейшин. Во главе стола сидел мужчина, чей взгляд мог бы замораживать эль в кружках, если бы тот не был таким паршивым. Капитан Вел.

Он выглядел как человек, который завтракает исключительно чужими грехами и не закусывает.

Лея уверенно направилась к их столу, стараясь сохранять небрежную походку, хотя внутри всё сжималось от предчувствия грандиозного провала. Она чувствовала на себе взгляды других участников отряда: тощий парень с плутовской улыбкой — видимо, тот самый Лис, о котором шептались в Ордене, и огромный детина, похожий на гору мышц с бородой, которого звали Бьорн. Они прервали свою беседу, как только она подошла вплотную, и тишина в таверне стала такой густой, что её можно было резать кинжалом.