Kitabı oxu: «Магия и медицина Древней Месопотамии. От демонов Пазузу и Ламашту до целителей асу и экзорцистов Вавилона»
Все права защищены.
Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.
© Чмеленко Ю., 2024
© Оформление. ООО «Манн, Иванов и Фербер», 2024
* * *
The Metropolitan Museum of Art
Прежде магию путали с медициной; ныне медицину путают с магией.
Томас Сас
Фигурка Апкаллу, IX–VIII вв. до н. э.
The Metropolitan Museum of Art
От автора
Дорогой друг, спасибо, что ты открыл эту книгу и ее читаешь. Нами движет интерес к прошлому, к одной из первых цивилизаций, и мы здесь будем говорить об этом. Книга написана по возможности простым языком, доступным читателю. Большинство дат, приведенных ниже, используются в качестве ориентира, необходимого для понимания истоков и эволюции месопотамских государств. Разделение глав на магию и медицину шумеров, вавилонян и ассирийцев во многом условна, поскольку мы говорим об одной цивилизации Древнего Междуречья.
Я верю, что книга будет интересна и познавательна. Я постаралась максимально обобщить факты, которые нам сегодня известны. Это не только мой труд. Это труд всех ученых ассириологов, чьи работы мне помогли и указаны в библиографии. Переводы клинописных заклинаний частично упрощены, чтобы были понятными, так как часть текста утеряна.
Эта книга не учебник и носит только научно-популярный характер. Иногда капризный, как бывает у всех книг. Но если каждый, кто ее прочитает, узнает что-то новое, значит, наш труд был не зря.
Фрагмент мебели, IX–VIII вв. до н. э.
The Metropolitan Museum of Art
Введение
Жизнь человека – самое бесценное, что у него есть. За нее боролись, молились, отказывались от того, что дорого, и предлагали все сокровища мира, чтобы сохранить или продлить ее. В поисках эликсира вечной молодости или цветка, способного вернуть жизнь усопшему, герои преодолевали тысячи препятствий и километры пути. Мор, болезни, апатию лечили с помощью волшебных снадобий и заклинаний. Так происходило на протяжении тысячелетий в истории человечества.
Стела с изображением дочери шумерского жреца Ушумгаля, 3-е тыс. до н. э.
The Metropolitan Museum of Art
Одним из первых мест на земле, где магия и медицина, тесно переплетясь друг с другом, встали на защиту жизни и здоровья человека, стала Древняя Месопотамия. Эта территория раскинулась между двух полноводных рек, Тигром и Евфратом, берущих начало в горах Армянского нагорья. Слово «Месопотамия» древнегреческого происхождения и означает «Междуречье», от μέσος «средний» и ποταμός «река». Оно появилось в IV в. до н. э., когда Александр Македонский покорил территорию современного Ирака.
История этой цивилизации насчитывает более четырех тысяч лет. В данной книге мы будем рассматривать период от изобретения письменности ок. 3000 г. до н. э. до образования государства Селевкидов в 312 г. до н. э.
В разные времена территорию Двуречья населяли самые разные народы, среди которых были шумеры, аккадяне, амореи, хурриты, касситы, халдеи. В данной книге мы подробнее поговорим о жителях Шумера и наследниках их цивилизации: Вавилонии времен Хаммурапи (ок. 2000 г. до н. э.) и Ассирии в период расцвета ее могущества (IX–VII вв. до н. э.). Это поможет нам проследить, как и почему на протяжении веков менялось отношение к лекарям, практикам врачевания с использованием магии и медицины.
Шумеры – один из самых загадочных народов, когда-либо населявших территорию южной Месопотамии. Их цивилизация просуществовала с 4100 по 1750 г. до н. э. Именно с ними связано создание одной из первых цивилизаций, изобретение клинописной системы письменности, ирригации и календарной системы счисления. На сегодняшний день шумерский язык не имеет аналогов в мире, и происхождение этого древнего народа до сих пор окутано тайной. Тем не менее благодаря дешифровке клинописи и дошедшим до нашего времени памятникам шумерской литературы мы можем составить представление о роли магии и медицины в жизни этих людей.
Фигура правителя Ур-Наммы. Такие фигуры клались в основание храма, 3-е тыс. до н. э.
The Metropolitan Museum of Art
Шумерские заклинания, как и другие литературные тексты, дошли до нас из храмовых и дворцовых архивов, а также из зданий, предположительно служащих школами. Известны клинописные таблички раннединастического периода (2800–2400 г. до н. э.), содержащие значительное количество заклинаний, направленных против болезней, укусов змей и скорпионов. Во многих из них по одному заклинанию, но некоторые представляют собой целые сборники. Эти тексты отражают религиозные представления шумеров. В третьем тысячелетии до н. э. магия не отделялась от религии: все храмовые ритуалы обязательно включали в себя заклинания, к богам обращались и когда требовалась помощь во время болезни.
Из шумерской таблички конца третьего тысячелетия до н. э. известно, что в состав лекарств входили травы, горчица, тимьян, груши, инжир, сосна, молоко. А также необычные для современного человека ингредиенты: сырая нефть, речной битум, природная смола, шерсть, органы водяных змей и панцирь черепахи. Готовили лекарства на пиве, вине и растительном масле. В основе шумерской медицины лежал эмпирический опыт. Медицинские тексты носили практический характер, записывались только точные сведения, а большой объем информации передавался устно. Врачевание не имело тесной связи с магией и не было столь специализировано, как у ассирийцев и вавилонян.
Расцвет Вавилонии связан с деятельностью выдающегося аморейского правителя Хаммурапи (1792–1750 гг. до н. э.). В этот период сформировалось два основных направления врачей: асу (врачеватели) и ашипу (заклинатели). Возникновение болезни асу объяснял естественными причинами, ашипу – вмешательством сверхъестественных сил. Определив болезнь и ее причину, врачеватели делали прогноз. В текстах экзорцистов он строился на предзнаменованиях и часто был неблагоприятен («больной умрет», «он не выздоровеет»). Врач мог отказаться от лечения, даже не дойдя до дома больного.
Лечение асу было направлено на облегчение конкретных проявлений болезни (остановить жар, снять отек), его прогнозы, как правило, звучали более оптимистично. Как и во времена шумеров, асу лечили травами, семенами, плодами деревьев, овощами, медом, маслом, рыбьим жиром и нефтью… Клинописные источники о техниках асу, судя по всему, не были организованы в единый трактат. Они обычно имеют заглавия по первой строке – например, «Если у человека болят глаза», «Если у человека лихорадит голову». Также известны комментарии к некоторым из этих глав.
Клинописная табличка: административный отчет о распределении ячменя с оттиском цилиндрической печати с изображением мужской фигуры, охотничьих собак и кабанов, 3100–2900 гг. до н. э.
The Metropolitan Museum of Art
Медицина ашипу строилась на ритуалах и чтении заклинаний. Его действия хорошо описаны в справочнике «Когда экзорцист идет в дом больного» («Энумаана бит марсиашипуиллику»). Неудачный исход лечения объяснялся волей богов или неточным выполнением больным предписаний врача.
Таким образом, репутация ашипу всегда оставалась безупречной, в то время как в неудачах асу винили самого врачевателя. В результате асу постепенно утрачивали свои позиции. Ко второй половине первого тысячелетия до н. э., в период расцвета Ассирийской империи (IX–VII вв. до н. э.), с усилением роли царской власти и религии в обществе медицина практически свелась к лечению заклинаниями и ритуалами.
Пластина из ракушки с с изображением ритуальной церемонии, Ниппур, ок. 2600–2350 гг. до н. э.
The Metropolitan Museum of Art
После падения империи ассирийцев в VII в. до н. э. к власти в регионе пришла халдейская династия1, сделав своей столицей Вавилон. Теперь только она пользовалась прерогативой занимать высшие жреческие посты. Халдеи отличались знанием астрономии и умением по положению звезд определять будущее. Спустя время сначала в Древней Греции, а потом в Риме халдеями стали называть всех, кто имеет отношение к искусству предсказания: от магов и астрологов до гадателей и колдунов.
Как далеко сегодня в нашей вере в чудеса исцеления мы ушли от жителя Древней Месопотамии?
Чем и как лечили тогда больных?
Знали ли жители Двуречья что-либо о хирургии, кто и как мог получить «лицензию» врача?
К кому спешили жители Месопотамии в первую очередь: к заклинателю или врачу?
Как относились к магам и кого «записывали» в ведьмы?
Восстановленный зиккурат в древнем Уре, шумерский храм, Ирак.
Bildagentur Zoonar GmbH / Shutterstock
Как астрология помогала в лечении заболеваний?
На эти и другие вопросы мы постарались ответить в нашей книге.
Часть I. Магия и медицина у шумеров
ПРОИСХОЖДЕНИЕ ШУМЕРОВ
Четыре тысячи лет назад на территории юга современного Ирака расцвела одна из первых мировых цивилизаций. Сегодня создателей этой культуры мы именуем шумерами. Но сами жители южной Месопотамии никогда себя так не называли. Подобно своим северным соседям, состоящим из аккадских племен2, они обозначали себя «черноголовыми» (шум. sag-gig-ga). Термин «шумеры» впервые в XIX в. ввел германо-французский востоковед Юлиус Опперт, взяв за основу аккадское название территории юга Ирака «шумеру».
Вопрос о происхождении шумеров до сих пор является предметом дискуссий. В шумерских легендах прародиной человечества называется райский остров Дильмун (современный Бахрейн). Также возможно, что шумеры спустились к югу Двуречья с гор Загроса примерно в четвертом тысячелетии до н. э. Иракский археолог Ормуз Рассам (1826–1910 гг. до н. э.) полагал, что шумеры находились в южной части Месопотамии с самого начала заселения. В том случае, если шумеры были коренными жителями южной Месопотамии, они представляли собой общество охотников и рыбаков, живших на болотах в месте слияния рек Тигра и Евфрата. Предположительно, они были отдаленными предками болотных арабов, которые населяли эти земли вплоть до наших дней.
Культура шумеров начала зарождаться на юге Ирака в период Убейда (ок. шестого – четвертого тысячелетия до н. э.). Этот период в истории Месопотамии назван так благодаря находкам близ селения Телль эль-Убейд, где были впервые проведены раскопки поселения этого времени. Сначала их проводил Генри Холл, а позже Леонард Вулли. Убейд называют основой месопотамской цивилизации: в это время возникли поселения на местах древнейших городов Шумера, таких как Ур, Урук, Лагаш. Крупнейшим убейдским поселением был Эреду – первый, согласно шумерским легендам, основанный город.
Фигурка быка, ок. 3100 г. до н. э.
The Metropolitan Museum of Art
Предком культуры Убейд является более древняя самаррская культура, по названию поселения Самарра, расположенного севернее. На позднесамарранском городище были обнаружены свидетельства орошения с помощью каналов, созданных в 6000-х гг. до н. э. Таким образом, Телль эль-Убейд может указывать на переходный период между югом и севером, когда самаррцы первыми во всей Месопотамии начали практиковать орошаемое земледелие.
Вероятно, объединение промыслов южных жителей с культурой земледельцев с севера и было тем, что создало Шумер. Эту теорию подтверждает тот факт, что одно из самых ранних шумерских поселений, Эриду, находится в месте, где существовало сразу несколько различных культур. Земледельцы Эриду активно использовали искусственное орошение полей, вероятно зародившееся в Самарре. В то же время Эриду находится недалеко от побережья Аравийского моря, где рыбаки и охотники с древнейших времен строили хижины из тростника. Наконец, полукочевые пастухи овец и коз, живущие в засушливых районах вблизи Эриду, также вносили свой вклад в формирование его самобытного образа жизни.
К сожалению, данные о происхождении этих дошумерских народов не сохранились. Мы также не знаем этническую принадлежность шумеров и родственников шумерского языка.
ШУМЕРСКИЙ ЯЗЫК
Шумерский язык с самого начала представлял трудности для ученых. Дело в том, что существует огромное количество разнообразных фонетических значений, которые могут быть присвоены шумерским знакам. Один из первых специалистов по этому языку, эпиграфист Жозеф Халеви (1827–1917 гг. до н. э.), сделал вывод, что шумерский был не настоящим языком, а скорее неким секретным кодом. Этот вопрос обсуждался ассириологами, и точка зрения Халеви не была полностью отвергнута до 1897 г. Дискуссия, однако, только усугубила загадку, окружающую происхождение шумеров. Она была сосредоточена на классификации языка либо как семитского, либо как протосемитского. Сегодня шумерский считается языком-изолянтом, то есть естественным языком, который не имеет очевидной связи с живыми.
Большинство ученых пришли к выводу, что шумерский язык в его развитой форме можно найти в Уруке не ранее 3000 г. до н. э. Трудно сказать, на каких других языках тогда могли говорить, но вполне вероятно, что в Южной Месопотамии шумерский сосуществовал с рядом семитских диалектов, в то время как в Северной Месопотамии большинство языков, на которых говорили, были родственны семитским. Тот факт, что шумерский появился в небольшой и довольно изолированной области, прилегающей к этому широкому кругу носителей семитского языка, может указывать на то, что этот самый ранний письменный язык сам по себе был всего лишь пережитком еще более раннего и широко распространенного множества сходных языков.
В то время как клинопись имела долгую историю, дошедшую до первого века новой эры, разговорный шумерский начал вымирать во втором тысячелетии до н. э. Некоторые ученые предположили, что на шумерском языке все еще говорили в старовавилонский период (1800–1600 гг. до н. э.), но все же реже. По мере того как шумерская цивилизация постепенно уступает место говорящим на семитском языке северянам-аккадцам, начиная с 2300 г. до н. э. шумерский язык все больше становится языком религии и эпической поэзии. К первому тысячелетию до н. э. только ученые и жрецы, обучавшиеся в течение многих лет, могли надеяться понять то, что к тому времени было мертвым языком.
ЦИВИЛИЗАЦИЯ ШУМЕРОВ
Шумеры создали свою цивилизацию из самых бесперспективных материалов: грязи, глины и воды. Они основали первые города, каждый со своим собственным пантеоном и божеством-покровителем, вокруг храма которого развивалась городская жизнь и где проживал правитель города. Образовавшиеся враждующие города-государства соперничали друг с другом за господство.
В то же время шумеры были искусными земледельцами, сумевшими выращивать обильный урожай в далеко не простых условиях: Южная Месопотамия страдала от периодических наводнений, а также от вездесущих болот.
Пара золотых женских украшений, 2-е тыс. до н. э.
The Walters Art Museum
В таких условиях формировался пласт медицинских знаний, который оказал влияние на культуры, пережившие шумерскую цивилизацию на много тысяч лет.
ОСОБЕННОСТИ ИЗУЧЕНИЯ ШУМЕРСКОЙ МЕДИЦИНЫ
Попытка описать медицину Древнего Шумера в чем-то сродни составлению портрета по нескольким случайным страницам старой медицинской книги. Информация, доступная историку, почерпнута из двух сохранившихся глиняных клинописных табличек, которые служили медицинскими текстами. Сегодня она дополнена анализом шумерского языка и литературы, содержащих ряд медицинских терминов. Отделить медицинскую традицию шумерского периода (4000–2000 гг. до н. э.) трудно, поскольку после 2000 г. до н. э. эта цивилизация была вытеснена и полностью включена в ассиро-вавилонскую культуру, которая просуществовала до VI в. до н. э. Такая интеграция привела к изменению языка и письменной формы. Присутствие шумерских медицинских терминов в вавилонском и ассирийских языках более позднего периода возникло в шумерский период во многом по тому же принципу, что и латинские и греческие термины в современных медицинских словарях.
Таким образом, разделение медицинских традиций шумерского и ассиро-вавилонского периодов является несколько искусственным, в то время как их преемственность дает основания для вывода о состоянии медицинских знаний в Древнем Шумере.
ПЕРВЫЕ ЦЕЛИТЕЛИ
Первые знания о целителях нам известны из шумерского мифа о боге мудрости Энки и богине-матери Нинхурсаг. Согласно легенде, остров Дильмун, который шумеры считали своей прародиной, не всегда был райским местом, пригодным для жизни. Когда Энки и Нинхурсаг поселились на нем, им не хватало жизненно необходимой пресной воды. По просьбе своей супруги бог мудрости обратился к Уту, солнечному божеству. Бог солнца внял просьбам Энки, и из недр земли забил драгоценный родник. Мать-земля, богиня Нинхурсаг, породила восемь красавиц-дочерей. Они превратились в прекрасные цветущие растения с благоухающими плодами. Плененный их красотой, Энки решил познать их сладость. Насытившись чудесными плодами, он предложил отведать их и другим богам. Увидев это, богиня-мать Нинхурсаг прокляла своего мужа.
Оттиск печати аккадского времени, 2350–2150 гг. до н. э., изображающий богиню растительного мира, приветствуемую другими божествами.
The Walters Art Museum
Здоровье Энки стало ухудшаться с каждым днем, восемь его органов (по числу съеденных растений) страдали от тяжелейших болей. Боги ничем не могли помочь Энки, только Нинхурсаг, наславшая на Энки восемь болезней, могла исцелить его. Но богиня бесследно исчезла. Лишь хитрая лисица вызвалась за щедрое вознаграждение вернуть ее. Когда супруга Энки предстала перед богами и увидела страдания своего мужа, она сжалилась над ним и призвала из недр земли восемь богов врачевания.
Первым по слову матери земли был рожден Абау, отец растений, чтобы прошла головная боль у Энки. Следующими один за другим появились владыка волос Нинсикила, излечивший нестерпимо болевшие корни локонов бога; божества, излечившие его нос (Нинкируту), рот (Нинкаси), горло (Нази) и руки (Азимуа); богиня Нинти, излечившая ребро, и владыка доброго бока Эншаг. Полагают, что библейский рассказ о сотворении женщины из ребра Адама появился под влиянием этого шумерского мифа о рождении Нинти – «Владычицы жизни» и «Владычицы ребра».
БОГИ-ПОКРОВИТЕЛИ МЕДИЦИНЫ
Божества, покровительствующие медицине, как правило, женские. Среди них следует выделить богиню излечения Нинисину (Госпожа Исина), покровительницу города Исин. Ее прославляли как Великую целительницу Земли, Великую целительницу черноголовых людей, Целительницу Земли, Величественную целительницу черноголовых людей. Сын Нинисины Даму («Кровь») и бог солнца Уту – единственные мужские божества, также названные целителями. Их прославляли как «Целителя живых существ» и «Великого целителя, отца черноголовых людей».
Нинтинуга («Хозяйка, оживляющая мертвых»), покровительница города Ниппура, также была связана с медициной и очищением. Ее чествовали в храмах бога ветра Энлиля, но также существовали места, где поклонялись только ей. Ее прославляли эпитетом «Добрый целитель». В обязанности богини входило наложение повязок, промывание ран, она также была связана с заклинаниями и очищением. Считалось, что Нинтинуга снабжала умерших чистой водой и была связана с погребальными возлияниями. Важной богиней региона Лагаш-Гирсу была богиня Бау, «Великая целительница черноголовых людей», божественная акушерка. В отличие от других богинь, ее имя не использовалось против демонов в заклинаниях.
Подвеска в виде собаки, Иран, ок. VIII–VII вв. до н. э.
The Metropolitan Museum of Art
Богиня Гула («Великая») также считалась божественным врачом и акушеркой. Согласно верованиям, она могла не только лечить болезни, но и использовать их в качестве наказания. В Месопотамии культ Гулы имел очень большое значение: к ней обращались с просьбами о благоприятной судьбе младенца, она помогала при сложных родах и была ответственной за перерезание пуповины. Обладавшую способностью лечить болезни младенцев Гулу призывали в качестве защитницы жизни новорожденных от пожирающих малышей демоницы Ламашту. В заклинаниях против демоницы также упоминаются собаки Гулы, которые помогали ей в битве с Ламашту. Интересно, что в Месопотамии правонарушения в отношении собак карались. Например, на отказ закопать труп животного или прекратить драку между собаками было наложено табу Гулы.
Собаки выступают спутниками большинства богинь-целительниц. Фигурки-амулеты в виде собак присутствовали практически в каждом доме. Вероятно, это было связано с лечебными свойствами собачьей слюны. Как и богинь медицины, этих животных также считали посредниками между миром живых и миром мертвых.
ТИПЫ ШУМЕРСКИХ ВРАЧЕЙ. ВРАЧ АЗУ
В четвертом и третьем тысячелетиях до н. э. шумерскую медицину практиковали три типа врачей. Бару (провидец или колдун), который специализировался на гадательных предсказаниях, ашипу (жрец), практиковавший заклинания, изгоняющие нечистую силу, и азу, или по-аккадски асу (врач), который лечил болезни клиническими методами. Позднее, во время величия Вавилона и Ассирии, именно азу из всех практикующих врачей будет иметь самый незащищенный статус, поскольку ни травмы, с которыми он имел дело, ни проводимые им процедуры не были связаны с внушающими трепет магией или мистицизмом.
Шумерский врач азу, вероятно, представлял средний класс и был образован. Он посещал эдуббу (общественную школу), где учился читать и писать на сложном шумерском языке, который состоял из сотен клинописных знаков, имеющих тысячи значений. Медицинское образование получали благодаря лекциям практикующих врачей. Те писали на глиняных табличках, и от студента требовалось многократно копировать их и другую медицинскую информацию до тех пор, пока он не заучит их наизусть. Вавилоняне и ассирийцы использовали ту же систему для подготовки своих врачей, поэтому медицинские знания предшествующего периода сохранились.
Первым врачом, упомянутым в шумерских записях, был врач Лулу, чье имя фигурирует на табличке из Ура ок. 2700 г. до н. э. Другой доктор, Урлугалединна, упоминается на цилиндрической печати 2500 г. до н. э. в качестве врача, сопровождавшего царя Лагаша и лечившего животных. Из нее мы узнаем, что этот специалист ассистировал беременным кобылам и носил титул «министр Шаккана», бога-хранителя скота и диких животных. В ветеринарную практику также обычно входила кастрация быков и евнухов, обслуживающих царский гарем и дворцы. Со временем операции людям стали проводить обученные данной процедуре специалисты, которые не являлись целителями.
Голова быка, ок. 2900–2350 гг. до н. э.
Muzeum Narodowe w Warszawie
Шумерский врач должен был доказать свою компетентность в медицинском искусстве с помощью программы обучения, прежде чем ему разрешалось практиковать. За неудачно проведенную операцию могли оштрафовать и даже лишить права врачебной деятельности.
Медицинские знания передавались из поколения в поколение. До наших дней дошло всего несколько врачебных шумерских табличек. Но о развитии медицины в Шумере позволяют судить открытые в XIX в. сотни клинописных текстов из библиотеки ассирийского царя Ашшурбанипала (VII в. до н. э.), отсылающие к шумерским оригиналам.
ТИПЫ ШУМЕРСКИХ ВРАЧЕЙ-ЭКЗОРЦИСТОВ
Работа провидцев, или колдунов бару и жрецов ашипу, еще не была столь специализирована, как в более позднее время. Знания обрядов и заговоров часто передавались в устной форме, и один человек мог выполнять функции обоих врачей-экзорцистов. В целительных ритуалах они пользовались окроплением священной водой, возжиганием факелов, воскурением ароматных смол, реже – подношением жертвенных животных. Больной, сосуды для окропления священной водой и все другие предметы культа обязательно освящались. Только так, по мнению шумеров, можно было бороться с порчей и разрушительными действиями демонов.
МЕДИЦИНСКИЕ РЕЦЕПТЫ ШУМЕРОВ
Самые ранние известные медицинские рецепты относятся к городу третьего тысячелетия Эбле. Старейшим известным древнемесопотамским медицинским текстом считается написанное на шумерском языке руководство по терапии, которое датируется периодом Ура III (2112–2004 гг. до н. э.). Этот текст, в свою очередь, является частью давней традиции образования, истоки которой можно проследить в Месопотамии до создания самых ранних письменных свидетельств и которая восходит к середине четвертого тысячелетия до н. э. или даже ранее.
Рецепты, как правило, сгруппированы и упорядочены в соответствии с частями тела. Ингредиенты представляли собой в основном местные растения и их производные, но могли также включать продукты животного происхождения и минералы. Их можно было смешивать, готовить и применять различными способами. Предписания часто включают ритуальные действия и символические высказывания.
Шумерская табличка, датируемая 2300 г. до н. э., содержит 15 рецептов, разделенных на три класса в зависимости от способа применения. Восемь рецептов предназначены для припарок, которые следует принимать наружно, три рецептуры – для смешивания лекарств, которые следует принимать внутрь. Оставшиеся четыре составляющие должны быть расположены над пациентом особым указанным образом. Это сжигание целебных трав и благовоний и, возможно, проведение специального обряда.
Ни в одном из средств нет и следа магических и мистических элементов медицинской практики, которые характеризовали медицину бару и ашипу. Рецепты демонстрируют в высшей степени эмпирическое, рациональное и клиническое отношение к врачеванию. Если текст был медицинским руководством практикующего специалиста, ему полагалось иметь терапевтическую ценность. Репутация шумерского врача была его средством к существованию – маловероятно, что он бы стал рисковать ею.
Вторая табличка того же периода также является рецептом и содержит такие же медицинские предписания. В рецепте говорится: «Раздавив черепаший панцирь ‹…› и помазав отверстие [вероятно, больного органа. – Прим. ред.] маслом, вы должны натереть им лежащего ничком человека. После растирания измельченным панцирем вы должны натереть больного хорошим пивом, после растирания хорошим пивом вы должны промыть его водой, после промывания водой вы должны посыпать на больное место еловую древесину». Это рецепт для тех, кто страдает болезнью tun и nu. Эти два слова описывают половые органы, поэтому вполне возможно, что рецепт может быть старейшим в мире средством для лечения венерических заболеваний.
Свидетельства об уровне мастерства шумерского врача фрагментарны. Письменные и археологические записи показывают, что naglabu – бронзовый нож хирурга – использовался к 2500 г. до н. э. Учитывая, что период неолита (10 000–5000 гг. до н. э.) уже знал ряд примеров хирургических пил, а вскрытие черепа практиковалось еще раньше, наличие специального ножа хирурга неудивительно. Шумерские врачи также делали разрез грудной полости: они знали, как локализовать и с помощью медицинских дренажных инструментов (резиновых трубок, марлевых тампонов и т. п.) остановить внутренние воспаления в теле и черепе человека. Все это говорит о том, что их уровень медицинского мастерства был очень высок.
Стела шумерского жреца Ушумгаля, документ о передаче земли, 3-е тыс. до н. э.
The Metropolitan Museum of Art
Тем не менее, как правило, ни одна операция не обходилась без обращения к богу-покровителю с молитвой об удачном исходе дела. Уже с третьего тысячелетия до н. э. встречаются заклинания против физических и психических недугов. Однако их стали организовывать в стандартизированные группы только во времена Старого Вавилона (начало второго тысячелетия до н. э.). При этом подавляющее большинство описаний физических и психических болезней вместе с ритуальными инструкциями по их лечению датируются только VII–II вв. до н. э.
Строение тела человека в Древней Месопотамии не изучали. Рассечение жертвенных животных давало лишь самое общее представление о крупных внутренних органах: печени, сердце, почках, кишечнике и желудке. Родами занимались женщины. После смерти роженицы разрешалось путем рассечения живота (кесаревым сечением) спасти живого младенца. На живых роженицах кесарево сечение в то время не проводили.
Хотя шумерские врачи не имели эмпирического представления о том, что вызывает инфекцию, они были хорошо знакомы с инфицированными ранами. Шумеры называли инфекцию ummu – горячее нечто. Клинописным символом воспаления был горячий горшок для жаровни, и его часто изображали расположенным в центре тела совершенно отдельно от самой раны – следовательно, шумерские врачи опознавали лихорадку как общий признак болезни. Рана могла быть инфицирована, но болело само тело. Шумерский медицинский словарь содержал несколько терминов, обозначающих лихорадку, а другие подобные состояния, локализованные на коже или в других областях тела, имели отдельные слова. Шумерский врач, видимо, располагал достаточным медицинским словарем для определения некоторых клинических состояний.
Шумеры также разработали обширную materiamedica (совокупность знаний) о фармакологических соединениях, многие из которых, как было доказано, эффективны и по современным стандартам. В отличие от более поздних греческих, шумерские ингредиенты изготавливались в основном из растительных источников. Некоторые из этих лекарственных средств включали экстракты тимьяна, горчицы, слив, груш, инжира, ивы, манны, сосны, Atriplex halimus (средиземноморский солончак) и Prosopis stephaniana (колючий кустарник). Древние врачи использовали обычные минералы, например соль, речной битум, сырую нефть, которая пузырилась из-под земли в Месопотамии.
Несмотря на подробное описание ингредиентов, восстановить рецепты сегодня непросто, так как не всегда понятно, о каком растении идет речь. Так, на табличке староаккадского времени периода Саргона, написанной на шумерском языке ок. 2300 г. до н. э., говорится о растениях для лечения инфекции кожи. Известно, что оно ощущалось даже мучительнее, чем сама инфекция. В шумерской врачебной практике считалось: если что-то болит на коже, следует приложить припарку или растение, которое вызывает еще большую боль, тогда инфекционный недуг пройдет.
Кроме того, месопотамские рецепты также содержали мочу, стул, сперму, кровь, кости, яичную скорлупу, змеиную кожу, лягушачью печень и помет ящерицы. Эти ингредиенты для препаратов потом снова войдут в моду в Европе XVII в., где так называемая грязная аптека станет основным методом лечения. Особенно будут цениться в качестве припарок части тела умершего здорового человека. Но это уже другая история. Некоторые компоненты, такие как выделения из носа и материнское молоко, содержат антибактериальные вещества, а мочевина находит применение в медицине и в наши дни.
ШУМЕРСКАЯ ВОЕННАЯ МЕДИЦИНА
Как мы уже знаем, шумеры верили, что с помощью определенных действий можно предотвратить или вылечить болезнь. Поскольку причины боевых ранений были очевидны, шумеры отнесли их в особую категорию травм, с которыми допустимо справиться хирургическим способом, без вмешательства богов и проведения сложных ритуалов.
К середине третьего тысячелетия до н. э. роль шумерских правителей все больше стала сводиться к защите государства, что отодвинуло некогда могущественное жречество на второй план. В результате бару и ашипу остались под контролем влияния жречества, в то время как практикующие клиническую медицину азу перешли под контроль и влияние царя. Отделение эмпирической медицинской практики от жреческой позволило развить сильную традицию прагматической медицины, относительно свободной от теологических и магических ограничений. Царь, отвечающий за создание и содержание армии и защиту государства, нуждался в важном ресурсе для оказания медицинской помощи своим войскам. Азу был членом королевского двора и отвечал непосредственно перед царем за здоровье его приближенных, включая военнослужащих и их родственников. Таким образом, шумерская армия третьего тысячелетия до н. э. была одной из первых армий в мире, которая оказывала медицинскую помощь своим солдатам.
До нас дошел глиняный фрагмент письма, в котором рассказывается о командире, столкнувшемся с трудностями на отдаленном военном посту. Когда погранпост подвергся нападению, офицер отправил царю письмо следующего содержания: «Моему господину скажи вот что: так говорит Итур-Асду, твой слуга. Нет ни врача, ни каменщика. Стена рушится, и некому ее восстановить. И если камень из пращи ранит человека, то нет ни одного врача. Если будет угодно моему господину, пусть он пришлет мне врача и каменщика». Из письма следует, что шумерские военные гарнизоны привыкли иметь медицинскую поддержку на месте, и вполне вероятно, что военные врачи регулярно направлялись в гарнизоны.
Учитывая информацию на табличке из города Шуруппак, кажется очевидным, что врачи регулярно посещали армию в полевых условиях или по крайней мере проверяли армию Лагаша.
Еще в одном сохранившемся документе подробно описываются жалобы некоторых солдат на то, что врачи оставались в тылу сражения, ведь их считали слишком ценными, чтобы подвергать риску захвата в плен или убийства. Собранные вместе фрагментарные свидетельства подтверждают, что военные врачи присутствовали в армии Шумера, сопровождали ее в походах и лечили по крайней мере царя и старших офицеров в гарнизоне и на местах. Присутствие медиков на отдаленных постах также свидетельствует о том, что некоторые из них были военнослужащими, трудившимися полный рабочий день, а не только собранными по призыву в военное время. Это первое свидетельство существования военно-медицинского корпуса в Древнем мире.
Вполне вероятно, что простые солдаты, как и офицеры, получали медицинскую помощь. Древний Шумер был относительно открытым обществом, состоявшим в основном из свободных людей, которые управляли государством через своего рода национальный совет. В эпосе о Гильгамеше даже царь-воин должен был заручиться разрешением совета начать войну. У этих свободных людей имелись права, которые правитель не мог легкомысленно игнорировать. Маловероятно, что общество, которое содержало постоянно действующую профессиональную армию, во время войны состоящую из призывников, не оказывало бы солдатам медицинскую помощь, если бы имелись средства для этого. По крайней мере, такая помощь оказывалась профессиональным воинам.
Более того, забота об армии и ее содержание были главной обязанностью шумерских царей, чьи города-государства воевали друг с другом на протяжении тысячелетий. Из ранних документов (2700 г. до н. э.) ясно, что правитель отвечал за жилье, питание и оснащение бойцов. Вероятно, эта поддержка включала и медицинское обслуживание, учитывая его доступность, это могло быть одной из причин, почему обученные солдаты стоили дорого.
Таким образом, медицинская практика была важной составляющей шумерского общества: оно следило за соблюдением кодекса медицинской этики и поведения и регулировало практику военного врача.
Рельеф с двумя героями, Сирия, X–IX вв. до н. э. Два героя держат бородатого врага за его зубчатый головной убор. Контекст может быть связан с эпосом о Гильгамеше и изображает Гильгамеша и Энкиду в их битве с демоном Хумбабой.
The Walters Art Museum
Представление о роли врача в шумерской армии дает и воздвигнутая в честь победы над городом Уммой «Стела Коршунов» (ок. 2470 г. до н. э.). На стеле изображены собранные в одном месте раненые солдаты царя Лагаша, Эанатума. На памятнике также видны траншеи, подготовленные для павших воинов победоносной шумерской армии, в то время как трупы врагов оставлены на растерзание хищным птицам и животным. Организованное погребение погибших, сбор и лечение раненых и сегодня остаются двумя основными функциями всех военно-медицинских служб. Нет никаких оснований предполагать, что в Древнем Шумере все было по-другому.
Хотя шумерские врачи были знакомы с гноем как продуктом инфекции, нет свидетельств того, что они разрабатывали какие-либо теории о хорошем и плохом гное, в отличие от греческих и римских медиков. Иными словами, шумеры не рассматривали выделение гноя как неизбежную и естественную часть процесса заживления. Эта более поздняя идея привела греческих и римских врачей к варианту провоцировать инфекцию в ране, даже когда ее нет, чтобы стимулировать наличие хорошего гноя, и такая практика часто приводила к ужасным последствиям. Другой опасный метод обработки ран нагретым маслом использовали и в Средневековье вплоть до XVI в. В 1537 г. на поле боя под Турином у французского врача Амбруаза Паре закончилось масло, поэтому раны тех, кому «лекарства» не досталось, Паре обработал пищеварительным бальзамом из яичных желтков, розового масла и терпентина. Доктор был уверен, что такие пациенты не выживут, но с утра обнаружил, что бальзам справился гораздо лучше кипящего масла: вокруг ран не возникло воспаления или отека.
Несомненно, шумерские врачи были осведомлены о проблемах, связанных с инфицированными ранами, и некоторые из припарок, описанные в древних шумерских текстах, могли использоваться для лечения этих состояний. В случае ранений азу выполнял «три жеста». Эти процедуры включали в себя промывание раны для тщательного очищения, наложение припарки и повязки для удержания припарки на месте. Особенно важными считались первый и третий этапы. Последствия неполного промывания, тугой и немедленной перевязки привели бы к огромному количеству случаев заражения столбняком и гангреной. Некоторые из самых ранних предписаний в текстах советуют нагревать комбинацию смол, жиров, щелочи – так получали жидкое мыло для очищения ран.
Шумерский военный врач промывал рану смесью пива и горячей воды, что, по мнению современной медицины, в условиях того времени было правильным решением.
Есть даже свидетельства из клинописных табличек, что шумерские врачи использовали сосуды для дистилляции с целью приготовления химических соединений. Эти составы, изготовленные из растительных экстрактов и смол, как правило, были безопаснее для лечения ран, чем химические мази египтян и греков, которые часто содержали мышьяк, ртуть и свинец. Шумеры же использовали обширную и безопасную materia medica. Использование ими растений и минералов в припарках, возможно, кажется примитивным, однако эффективность натуральных препаратов высоко ценит и современная медицина. Российские медики до сих пор используют экстракт валерианы, мягкий транквилизатор, получаемый из корня одноименного растения, для лечения психических больных на поле боя. Во время Второй мировой войны российские врачи успешно использовали смесь из минеральной грязи для лечения ожогов. Психиатры в тот же период прибегали к инъекциям экстракта алоэ в качестве эффективного средства от отека и рубцевания мозга у солдат с ранением в голову. Растительные препараты до сих пор остаются основой как гражданской, так и военной медицинской практики в Китае.
Учитывая, что современные врачи продолжают успешно использовать растительные компоненты, есть все основания полагать, что шумерские целители, с их двухтысячелетней традицией клинического опыта работы с растительными ингредиентами и смолами, были столь же эффективны в обнаружении ингредиентов, хорошо действующих при определенных клинических состояниях.
ГИГИЕНА И ЕЕ ПРОФИЛАКТИКА
Есть также свидетельства того, что шумеры имели представление о гигиене. Демоны, по мнению древних шумеров, могут вызывать болезни, но в силах людей предпринять практические шаги, чтобы избежать их возникновения и предотвратить передачу инфекции. В сохранившемся письме шумерский врач демонстрирует свое замечательное понимание динамики распространения заразы. Он отдал строгие распоряжения жителям дома, в котором находится больная женщина: «Никто не должен пить из чашки, из которой пьет она, сидеть на том месте, где сидит она, никто не должен спать на кровати, где спит она». Далее врач говорит, что женщине следует прекратить принимать посетителей в доме, потому что «эта болезнь заразна». Таков пример шумерского врача в его лучших проявлениях: он не желает допускать, чтобы его собственная теоретическая точка зрения о демонах как причинах болезни мешала его же клиническому опыту.
Резная пластина с изображением битвы быка с человеческой головой и орла с львиной головой, ок. 2600–2500 гг. до н. э.
The Metropolitan Museum of Art
Головной убор из царской гробницы в Уре, 3000 тыс. до н. э.
The Metropolitan Museum of Art
За гигиеной тщательным образом следили жрецы и царь. Шумерскому жрецу было строго запрещено входить в храм, имея хоть один волос или рану на своем теле. Они постоянно мылись и носили тонкие льняные одежды. Если царь соприкасался с нечистым человеком, то немедленно производилось тщательное мытье всего дворца и прилежащей части города, после чего совершались многочисленные обряды и жертвоприношения.
Большое внимание уделялось чистоте воды. В шумерском городе Гирсу британские археологи обнаружили водопровод. Шумеры не пили сырую воду из водоемов и рек, опасаясь заболеваний, в отличие от Англии, где до конца XIX в. не было водопровода: все нечистоты сливались в Темзу, откуда и брали воду для приготовления чая и пищи аристократам. Отсутствие гигиены вызывало массовые заразные болезни. Шумерам они тоже были известны, часто их виновниками считались боги мора и демоны подземного мира. Древним месопотамским богом болезней и смерти был Нергал, принимающий образ мухи. По-видимому, шумерские врачи знали о том, что насекомые могут выступать в роли переносчиков опасных болезней.
Вера шумеров в демонов не мешала им искать клинические признаки развития и распространения хвори, а также способы ее предотвращения и лечения. Но болезнь по-прежнему часто считалась делом рук демонов, которые навязывали человеку свою волю.
В общем смысле вера в злые силы выполняла для шумеров ту же функцию, что и микробиологическая теория для врачей нынешней эпохи. В течение многих лет современные врачи утверждали, что то или иное заболевание вызвано очередным микробом или вирусом, существование которого медики еще не обнаружили или не смогли доказать.
БОЛЕЗНИ ОТ ДЕМОНОВ
Вера в то, что мертвые могут вернуться и взаимодействовать с живыми, глубоко укоренена в сознании человека – она существовала во все времена. Но если сейчас, думая о призраках, мы представляем странные звуки и выглядывающих из-за угла страшил, то у шумеров с ними ассоциировались болезни и проклятия. А изгнание нечистой силы предполагало изготовление зелья, сложные заклинания и ритуалы.
Призраки упоминаются у шумеров на клинописных табличках и называются gedim. Умерших предавали земле, будучи уверенными, что они останутся там, где им и положено быть. Однако этот порядок не давал гарантий. По ряду причин человек, которого не погребли должным образом или который преступил при жизни закон, может почувствовать тягу вернуться в мир, из которого ушел. Месопотамские призраки были нематериальными и хрупкими, но часто узнаваемыми. Считалось, что, вернувшись, они вступают в контакт с родственниками, оставшимися на земле.
Шумеры хоронили покойных почтительно и по заведенному порядку – исключения составляли лишь катастрофы и неожиданные события. Место погребения находилось под полом в пределах частных домов или, если умерший был новорожденным или маленьким ребенком, иногда внутри стен. В разное время за пределами поселений существовали кладбища, которых следовало избегать, поскольку они были населены никому не принадлежащими и беспокойными призраками.
СИЛЫ ВИДИМЫЕ И НЕВИДИМЫЕ
В шумерском мире насчитывалось множество призрачных сущностей. Иногда едва ощутимые, иногда слишком заметные, но их появление или постоянное присутствие всегда было сопряжено с определенными последствиями. Более того, призраки являлись не единственной силой, с которой приходилось считаться в жизни, поскольку они существовали бок о бок с целым рядом других совершенно нечеловеческих элементов. Те, кого мы обычно называем демонами, чаще всего оставались невидимыми, при этом будучи злыми. Их происхождение остается неясным, но, согласно древним источникам, оно было частично божественным. Эти сущности также могли стать причиной неприятностей, несчастий и болезней для людей.
Прорисовка гробницы в Уре, раскопки Леонардо Вулли.
Wikimedia Commons
Наиболее часто упоминаемый в магических текстах тип демона – это шумерский злой удуг, аккадский утуккулемнуту. Термин «удуг» является общим и иногда используется для обозначения демонов в целом, а не конкретного вида. Они были практически безликими, имели темную тень и оглушительный голос. Все эти демоны, каждый из которых мог принести страдания жителям Шумера, вышли из совершенно другой формы, нежели люди-призраки. Этих существ нельзя было уничтожить, поскольку они не нуждались в пище, и нельзя подкупить жертвоприношениями.
В заклинании бог Асаллухи описывает «злой удуг» своему отцу Энки:
О мой отец, злой удуг, его внешность уродлива, а рост высок,
Хотя это и не бог, его шум огромен, и сияние огромно,
Оно темно, тень его черна, и нет света внутри тела его,
Оно всегда прячется, укрываясь, оно не стоит гордо,
Из когтей его капает желчь, он оставляет после себя яд,
Его пояс не отстегивается, его руки обхватывают,
Оно наполняет слезами объект его гнева, во всех землях его боевой клич невозможно сдержать3.
Клинописные тексты, дающие инструкции по изгнанию злых удугов, известны как тексты Удуг Хула («злой»). В них подчеркивается влияние враждебных человеку духов в возникновении болезней и описывается роль экзорциста в изгнании демона для лечения больного.
МЕРЫ БЕЗОПАСНОСТИ ОТ ЗЛЫХ СИЛ
Накопленные практики и процедуры взаимодействия с призраками тщательно систематизировались в клинописных руководствах с третьего тысячелетия до н. э. Однако большинство текстов дошли до нас в более поздних списках первого тысячелетия до н. э. Магические заклинания перечисляют различные типы людей, которые могли вернуться в виде призрака. Предзнаменования описывают случаи, когда человек видит, слышит, встречает или иным способом взаимодействует с призраками, а также то, что это может означать. К ритуалам обращаются, когда во время лечения пациента, одержимого призраком, демон выходит из-под контроля.
Решающее значение в повседневной жизни имели жилье и расположение амулетов в нем, похороны и уход за усопшим, а также то, как обычные люди вели себя по отношению к покойным при их жизни, зная, что они могут вернуться и отомстить. Конечно, в большинстве случаев призраки спускались в загробный мир и оставались там.
Фигура для передачи образа молящегося, 2500–2350 гг. до н. э.
The Metropolitan Museum of Art
Сохранились интересные погребальные тексты на шумерском языке. Одно из таких произведений, датированное 1900 г. до н. э., написано не на стандартном шумерском, а на эмесальском диалекте, предназначенном, вероятно, для женщин и богинь. Произведение повествует нам о боге Ашги, который лежит мертвый перед своей сестрой Эгиме, и ей предстоит провести погребальный обряд. Самое главное, она должна произнести вслух формальное высказывание «Его унесло ветром», означающее, что он мертв.
Поэт использует обычное шумерское слово, обозначающее ветер природы, имея в виду самый последний вздох человека, издаваемый со слышимым звуком или хрипом, после чего тело остается мертвым. Этот процесс похож на то, как современный терапевт проверяет пульс на шее или подносит зеркало к ноздрям и объявляет, что все кончено (такая практика была особенно распространена в викторианскую эпоху, и известны печальные случаи, когда врачи ошибались и хоронили живого человека).
Особенно интересна в этой ранней шумерской традиции идея о том, что призрак умершего человека остается запертым в теле до тех пор, пока не будет освобожден с помощью формулы и ритуала. Таким образом, решающим является этот приостановленный промежуток времени между моментом смерти и моментом, когда призрак усопшего освобождается и отправляется в загробный мир.
После смерти своего брата Эгиме должна принести кровать и стул, а также маленькую, специально изготовленную статуэтку. На стул ей нужно положить одежду, статуэтку – накрыть. Эгиме натирает фигурку хлебом и наливает воду в чашу для возлияний, поскольку они находятся перед могилой, а хлеб и вода представляют собой первые погребальные подношения, которые впоследствии отойдут умершему. Мертвый Ашги теперь переименован в Лулил, что буквально означает «человек-дух».
Также идея последнего вздоха лежит в основе шумерской истории «Путешественник и девушка». Возлюбленный девушки мертв, и ее поведение следующее:
Я обмакнула хлеб и вытерла им его;
Из закрытой миски, которую так и не развязали,
Из ведра, край которого был не обожжен,
Я выпила воду; земля впитала ее.
Я помазала его тело своим сладко пахнущим маслом,
Я обернула кресло своей новой одеждой,
Ветер проник в него; ветер вышел.
Мой странник с гор,
Отныне он должен лежать в горе (Преисподняя)4.
В этих отрывках описываются три необходимых ритуальных компонента для провода призрака в загробный мир:
– Глиняное изображение умершего. Оно было смазано маслом, одето и пропитано личностью усопшего, а также символически хранилось в семейном жилище, чтобы напоминать о покойном и сохранять его присутствие в семье.
– Специальное кресло для призрака.
– Погребальные принадлежности, состоящие из того, что понадобится усопшему в дороге и загробном мире. Особое значение имело обеспечение едой и водой. Считалось, что в загробном мире пища, доступная призракам, хуже, и постоянный акцент на этих подношениях отражал сочувственное осознание этой ситуации.
Колье из гробницы в Уре, 3000 тыс. до н. э.
The Metropolitan Museum of Art
Таким образом обеспечивался правильный путь покойного в загробный мир и уверенность в том, что его имя никогда не будет забыто.
СОЗДАНИЕ НЕЗАВИСИМОЙ МЕДИЦИНЫ
Шумеры были первыми, кто отделил лечебную практику от контроля жречества, что привело к появлению независимой системы практической медицины, свободной от ограничений магии и ритуалов. Шумеры также зафиксировали свою практику и находки в письменной форме. Их метод обучения врачей в профессиональных школах, который требовал копирования медицинских рецептов и текстов на глиняных табличках, привел к тому, что их двухтысячелетний опыт проб и ошибок позволил создать эффективные способы лечения, которые можно было передавать из поколения в поколение и даже из культуры в культуру. Следовательно, уже к 2000 г. до н. э. шумеры накопили большой клинический свод медицинских знаний и практики, которые, хотя и не обладали последовательной теорией, имели куда большее преимущество – эффективность. Подчинение врачей азу непосредственно царю, а прорицателей и экзорцистов – жречеству сделало возможным появление первой оперативной медицинской помощи, о которой у нас есть какие-либо свидетельства.
Сосуд с лицами женских божеств. ок. 2500 г. до н. э.
The Metropolitan Museum of Art
НАСЛЕДИЕ ШУМЕРОВ
Постоянная борьба между шумерским югом и семитским севером заканчивается к концу третьего тысячелетия до н. э. победой аккадян. Саргон I, основатель семитского государства Аккада, подчиняет себе Шумер и объединяет под своей властью значительную часть Месопотамии.
Шумеры постепенно ассимилируются среди семитского населения, их язык вытесняется аккадским, но собранные ими знания по медицине остаются. Шумерский язык продолжают использовать в медицине и ритуалах, хотя на нем уже не говорят на улице.
Руины города Ур.
Abbas Al Yasiri / Shutterstock
Есть поучительная история о враче из Исина, который не считал нужным учить шумерский. В чужом городе он был приглашен на банкет, но потом не смог найти свой дом, так как в этом городе все еще говорили по-шумерски. После долгих поисков ему удалось найти пожилую женщину, которая говорила на двух языках и смогла объяснить на аккадском, куда ему идти.
Эта притча говорит нам о том, что шумерские слова в медицине остались и стали использоваться в аккадском контексте так же, как латынь и греческий используются в нашей собственной традиции. Со временем аккадские врачи вносили уточнения в диагностические категории – этим объясняется появление в текстах чисто аккадских терминов.
Шумеры изобрели первые стандарты медицинского этического поведения. Эти принципы были позже включены в вавилонский Кодекс Хаммурапи в виде положений с 215-го по 223-е, которые прописывали врачам установленные законом гонорары за хорошую работу и штрафы за халатность. Эти предписания в отношении профессиональной этики в конечном счете попали на Запад, где были включены в клятву Гиппократа.
Шумеры также оставили нам в наследство интересное изобретение, именуемое «Игра 20 квадратов», в которую на Востоке играют до сих пор. Доска для этой игры была найдена Леонардом Вулли в 1930-е гг. в Уре, поэтому нередко ее называют игрой Ура. Она частично напоминает нарды, но больше похожа на древнюю египетскую игру сенет. Смысл этой игры заключается в том, что двум игрокам по очереди нужно как можно скорее провести все свои фишки по квадратам доски. Деления имеют разные рисунки, от которых зависит, как быстро участнику удастся это сделать.
Интересно, что жители Месопотамии верили, что эта игра способна предсказывать будущее. Считалось, что результат каждого броска кубика и исход игры зависят от воли богов, а значит, по ним и можно трактовать, насколько благосклонны они к судьбе конкретного человека.
Сегодня самые известные экземпляры этой игры находятся в Британском музее. Королевская игра Ура выставляется на третьем этаже в шумерском зале. Рядом с ней представлены правила для этой игры. До нас дошел вариант правил, написанный клинописью уже в более позднюю эпоху.
Другой пример игры расположен между лап огромных крылатых быков с человеческими головами из Дур-Шаррукина. Имена тех, кто расчертил эту доску, стерло время. Но не чертеж. Камень прочнее человеческой памяти. Вероятно, это были охранники, которые развлекались игрой от скуки, стоя у ворот дворца. И сегодня на Ближнем Востоке можно увидеть следы этой доски на песке, как если бы вы застали игроков, только завершивших игру. Как и три тысячи лет назад, смысл ее в том, что, несмотря на необходимость стратегического мышления, в мире есть вещи, зависящие только от воли богов. Или фортуны, как бы это назвали римляне.
Закладной гвоздь с клинописной надписью Гудеа. 2144–2124 гг. до н. э.
The Walters Art Museum
Шумерские поговорки
Профессии. Работа
1. Опозоренный певец становится флейтистом. Опозоренный жрец-плакальщик становится дудочником. Опозоренный торговец становится мошенником. Опозоренный плотник становится простым ремонтником, чинящим сломанную мебель и подправляющим деревянные инструменты, изо всех сил пытаясь найти стабильную работу и уважение в мире, который когда-то ценил его мастерство.
2. Писец без руки – что певец без горла.
3. Как может бедняк, не умеющий выращивать ячмень, выращивать пшеницу?
4. [Работу. – Прим. ред.] бедного человека не ценят.
5. Стыдно должно быть писцу, не знающему, как пишется его имя.
6. Писец – тот, кто может написать красиво хоть одну строчку.
7. Если певец знает только одну песню, но исполняет ее прекрасно, он действительно певец!
8. Настоящий писец – тот, кто способен писать под диктовку.
9. Негодяй тот певец, чей голос несладок.
10. Бедный писец – самый отсталый в школе!
11. Ты нескромный человек, если считаешь себя выдающимся писцом.
12. Ученик мастера, пронзивший его сердце (дословно «бок») словно сердолик, действительно писец.
13. Что же это за писец, не знающий шумерского языка?
14. Писец, обученный счету, плохо владеет клинописью (дословно «глиной»). Писец, умеющий работать с глиняными табличками, не умеет считать.
Судьба
1. В злополучный день я родился.
2. Судьба – собака, способная укусить. Как грязная одежда, она ко мне липнет.
3. Судьба – это одежда, протянутая в пустыне человеку.
4. Судьба – это яростный шторм, бушующий над Землей.
5. Судьба словно собака, всегда следует за человеком.
Бедность и богатство
1. Бедный человек ест все, что ему дают.
2. Как непритязателен бедняк! Место вокруг печи для него – мельница. Он не будет штопать порванную одежду. То, что он потерял, искать не будет.
3. Пища для бедняка словно серебро (= Бедняк ест свою пищу с чувством, словно обладает серебром).
4. Бедняк похож на человека, попавшего в шторм.
Животные
1. Лисица лжет даже Энлилю [вероятно, речь о том, что, когда Энки был смертельно болен, боги и даже его брат Энлиль были бессильны, и лишь лисица за вознаграждение помогла спасти Энки (см. миф выше). – Прим. ред.].
2. Он еще не поймал лису, но уже делает для нее ошейник (аналог «не дели шкуру неубитого медведя»).
3. Осел, поедающий свою подстилку (аналог «рубить сук, на котором сидишь»).
4. На трехлетней жене женится только осел.
5. Бык, ходящий вокруг сарая, не сеет семя.
6. Чужой вол ест траву, в то время как мой вол лежит голодный.
7. Пока вол пашет, собака портит глубокие борозды.
8. Убежав от дикого быка, столкнешься с дикой коровой.
9. Собака, не знающая свой дом.
10. Дворец – это лес, в котором царь – лев…
Правда и ложь
1. Правду, сказанную после лжи, будут считать ложью.
2. Тот, кто всегда лжет, чужестранец (то есть тот, которому не доверяют).
Pulsuz fraqment bitdi.
