Kitabı oxu: «Лапин. Зима белого кролика»

Для детей до трёх лет. Для чтения взрослыми детям

Издано с разрешения автора

Все права защищены.

Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

© Юлия Симбирская, текст, 2021

© Издание, оформление. ООО «Манн, Иванов и Фербер», 2021

* * *

Пролог

Не навестить ли нам маленького кролика Лапина? Он живёт с мамой и папой в зелёной долине. У долины и название есть – Клеверовая. Да, да, если будете отправлять Лапину бумажные письма, смело пишите на конверте адрес – Клеверовая долина.

Мы, пожалуй, не станем мешкать и заглянем в гости к семейству Лапин прямо сейчас. Вон уже виднеется за холмом домик с черепичной крышей. А кто это скачет на крыльце и машет нам обеими лапами?

– Э-ге-гей! Не проходите мимо!

– Как дела, маленький кролик?

– Спасибо, хорошо! А у вас?

– Тоже неплохо. Какой симпатичный у тебя шарф!

– Здорово, что заглянули в гости. Заходите!

Если мы немного задержимся на крыльце и посмотрим направо, то обнаружим огородик мамы Лапин.

Правда, сейчас он впал в спячку: урожай капусты, морковки и кабачков давно перекочевал в кладовку кроличьего дома. Слева ветер гоняет сухие листья по теннисному столу. Отличное развлечение для ветра! Так считает папа Лапин и не убирает стол в дом.

– Ты по-прежнему носишь клетчатые штаны? – спросим мы у Лапина, вытирая ноги о коврик у двери.

– По-прежнему, – смеётся Лапин. – А ещё я по-прежнему грызу капустные кочерыжки, бегаю с ветром наперегонки и дружу с чудовищем, которое живёт под кроватью.

В доме семейства Лапин всё так же уютно. Например, из кухни пахнет пирогом, на этот раз тыквенным. Всё потому, что мама любит печь пироги немного больше, чем прыгать с парашютом или перетягивать канат. Вчера она пекла пирог с брокколи, позавчера со шпинатом, неделю назад с морковью. И каждому пирогу обязательно давала название.

– Как же называется сегодняшний пирог?

– «Уютный вечер с корочкой», – улыбается Лапин. – А вы останетесь на чай?

– Непременно! Мы с удовольствием попробуем пирог и запишем всё, что ты нам расскажешь.

Лапин прыгает по кухне и ждёт, когда мама наденет толстые рукавицы-прихватки, чтобы достать из духовки «Уютный вечер с корочкой».

– О! У меня сто миллионов историй! Но я выберу самые зимние, потому что осень заканчивается.

– И правда заканчивается, – на кухню заглядывает папа Лапин. – Ещё недавно наш любимый луг цвёл, потом зарядили дожди, и всё чаще приходится оставаться дома: сидеть в кресле-качалке, сочинять стихи…

– Или скакать! – перебил его Лапин. – Чем выше скачешь, тем больше грусти вытряхивается.

Мы согласны. Уж Лапин знает, о чём говорит.

– Прошу к столу! – приглашает всех мама Лапин.

Над пирогом вьётся парок – ммм! Так и хочется сразу ухватить большой кусок, но все знают, что пироги гораздо вкуснее, если брать их чистыми лапами.

– Кто быстрее добежит до ванной? Раз! Два! Три! – командует Лапин, и, конечно, он оказывается там раньше нас и уже намыливает себе пенные рукавицы.

– Не забудь! Ты обещал нам зимние истории.

– Они уже готовы. Вот первая.

Глава первая, в которой после осени обязательно наступает зима и все немного волнуются

«Осенние дожди как начнутся, так всё идут, идут, будто забывают закончиться. Последний день ноября, а дождь барабанит в окно и не собирается уступать место снегу. Одна радость – непогода разгулялась снаружи, а в доме тепло и сухо, – думал папа Лапин, сидя в кресле-качалке. Он завернулся в плед и смотрел, как густеют сумерки за окном. – Какая удача, что летом я успел поменять черепицу на крыше, и теперь ни одна шустрая капля не просочится внутрь! Сухой потолок нравится мне гораздо больше мокрого». Папа выпростал из пледа правую лапу и дунул на неё – так все кролики проверяют густоту меха. К зиме должен вырасти новый подшёрсток. Папа дунул ещё раз посильнее, и стало заметно, что подшёрсток точно успеет к самым холодам, можно не волноваться. В декабре почти все обитатели Клеверовой долины увеличатся в размере благодаря повышенной пушистости. Любо-дорого посмотреть!

– Так, попробуем поймать прогноз погоды. Может быть, сообщат, когда пойдёт снег, – сказал он вслух, наклонился к своей любимой радиостанции и покрутил ручку.

– Чшшш-пррр-ла-ла-ла, – отозвалась радиостанция.

– Как это – поймать прогноз погоды? – спросил маленький кролик.

Он устроился на полу в гостиной и рисовал красками поезд.

– Радио ловит невидимые звуковые сигналы. В том числе сообщения о погоде, которые передают дикторы, – объяснил папа.

– Жаль, что эти сигналы невидимые, – вздохнул Лапин.

Он время от времени тоже поглядывал в окно, потому что боялся пропустить момент, когда дождь уже превратится в снег.

– Как тебе кажется, мой мех стал хотя бы чуточку гуще? – спросил папа Лапин.

– Чуточку гуще стал, – сказал Лапин, разглядывая папу. – Я заметил, что зима всегда наступает после осени. Когда я был совсем маленьким, она точно наступала. Когда дорос до подоконника – тоже. И сейчас, когда я легко достаю ушами до выключателя, снег и мороз снова придут после дождя и листопада. Можно не волноваться.

Лапин макнул кисточку в баночку с красной гуашью.

– Интересное наблюдение, дружище! – сказал папа Лапин. – Представляешь, зима наступала строго после осени, даже когда я был размером с рукавицу. И ещё раньше – в самые стародавние времена.

– Даже когда первобытные кролики жили в пещерах? – встрепенулся Лапин.

С кисточки сорвалась красная капля и шлёпнулась на альбомный лист. Лапин быстренько превратил кляксу в солнце. Поезду оно точно не повредит.

Папа Лапин подтвердил, что зиме ничего не грозит: придёт как миленькая в свой черёд.

– Тррр-ля-ля, – пропела радиостанция. – А теперь о погоде. На Клеверовую долину надвигается холодная туча. Нет! Целая тучища, набитая снегом, – сообщил диктор.

– Ой! – встрепенулся Лапин. – Папа! Ты поймал прогноз погоды.

– Туча надвигается медленно, останавливается передохнуть то там то сям и сбивается с маршрута, – продолжил диктор.

– Ничего себе! Ты смог найти прогноз погоды среди песен и новостей? – всплеснула лапами мама, снимая в прихожей дождевик. Она только что вернулась с заседания клуба любителей бега трусцой.

– Да! – гордо тряхнул ушами папа Лапин. От волнения он ходил взад-вперёд по гостиной, волоча за собой плед.

– Между прочим, я знаю старинный рецепт приманивания снеговых туч, благодаря которому тучи убыстряются и не отклоняются от маршрута, – подмигнула мама. – Даже самые безответственные.

– Какой рецепт? – Лапин отвлёкся от поезда.

– Рецепт королевской ватрушки!

– Это той самой? – спросил папа.

– Да! Той, которую едят с черничным вареньем.

– Без неё снега нам завтра не видать, – у папы Лапина загорелись глаза. – Я помогу перетереть муку со сливочным маслом.

Вскоре всё семейство Лапин переместилось в кухню. Мама открыла свою волшебную кулинарную книгу с картинками и шёпотом прочитала рецепт.

– А почему шёпотом? – спросил Лапин.

– Потому что рецепт секретный, а все секреты и тайны положено рассказывать шёпотом, – сказала мама и повязала Лапину фартук.

Закипела работа. Печь вместе королевскую ватрушку в последний день осени, чтобы приманить снеговую тучу, оказалось очень интересно, а главное – все забыли про дождь и перестали вздыхать и поглядывать на мокрое окно.

Когда мама поставила горячую ватрушку на стол, было уже довольно поздно, чтобы затевать пир. Часы с кукушкой показывали время, когда все кролики чистят зубы и надевают пижамы.

– На завтрак мы непременно должны съесть по большому куску, – сказала мама Лапин, улыбнулась и накрыла ватрушку салфеткой.

В это время далеко в небе плыла большая снеговая туча. Она двигалась быстрее обычного. То ли ветер дул сильнее, то ли ароматы королевской ватрушки мамы Лапин манили её к Клеверовой долине. Снега в туче было так много, что он то и дело высыпался из прорех. И наконец долетел до земли. Но Лапин уже крепко спал.

Королевская ватрушка

Понадобятся:

500 г творога, 200 г сливочного масла, неполный стакан сахара, 3–4 куриных яйца, 300 г муки; черничное (или любое другое) варенье по желанию.

Как готовить:

Для начинки тщательно перемешай (разомни) яйца, сахар и творог. Можно добавить немного ванили. Теперь займись тестом: перетри сливочное масло с мукой. Оно должно стать похожим на песок.

Форму для выпечки смажь сливочным маслом. Выложи на дно большую часть теста и утрамбуй, как песок в формочке. Сверху вылей начинку. На нее выложи оставшееся тесто. Попроси маму включить духовку на температуру 200 ℃ и поставить туда форму с ватрушкой. Выпекай 30–40 минут.

Когда остынет, можно полить королевскую ватрушку черничным вареньем.

Глава вторая, в которой раскрыта тайна первого снега, а мама говорит на иностранном языке

Первый снег – особенный. Лапин это точно знал. В начале декабря он подставлял язык новеньким снежинкам и убеждался, что туча не подвела – привезла то, что надо. Маленький кролик никому не рассказывал о своём открытии, но подозревал, что все дети хранят один и тот же секрет: первый снег сладкий.

Прошлой ночью Лапин уснул как раз в тот момент, когда прекратился дождь. Клеверовая долина притихла, и на черепичную крышу опустилась снежинка-разведчик. За ней толпой посыпались остальные. И с той самой поры он всё идёт, идёт и идёт – первый снег. Лапин уже успел проснуться, умыться, позавтракать и теперь ждал белок, с которыми договорился пойти гулять, а хлопья из тучи падали, укрывая долину.

«Белки, конечно, начнут хвастаться новыми шубками», – подумал Лапин.

Он подошёл к зеркалу и убедился, что за ночь и его мех изменился: действительно стал гуще. Из мастерской всё утро доносился весёлый свист: это папа Лапин радовался идеально пушистому хвосту. С таким хвостом гораздо лучше получались деревянные сундуки для всякой всячины.

– А Лапин выйдет гулять? – из прихожей послышались голоса белок.

– Наверняка не усидит дома, – засмеялась мама Лапин.

– Я уже почти вышел! – из детской выскочил маленький кролик. Он наматывал красный шарф, который связал папа Лапин однажды в июле, потому что вязание очень полезно для поэтов – помогает сосредоточиться и найти нужную рифму.

– Привет! – пискнула младшая белка. Старшая только кивнула. Она и правда очень гордилась новой шубкой и задирала нос.

– Сегодня день новых шубок, – сказал Лапин и посмотрел на маму. Вот у кого самый пушистый и блестящий мех!

– Да! Между прочим, беличий зимний мех – самый красивый, – старшая белка вынула расчёску из сумочки, переброшенной через плечо, и причесала хвост.

– А у меня теперь его столько, что можно распушиться, как гигантский помпон, – засмеялась младшая белка и завертелась на месте.

Лапин обернулся на свой белый хвостик, который тоже был похож на помпон, вернее, на помпончик.

– Мы идём ловить снежинки! – Лапин чмокнул маму в щёку.

– Что ж, отличное занятие! Не захватите сачок?

– Сачок? – белки переглянулись.

Мама Лапин на минуту скрылась в кладовке и вернулась с жёлтым сачком в лапах.

– Я бы и сама половила, но записалась на курсы иностранного языка, и у меня скоро занятие.

– Иностранного языка? – переспросил Лапин.

– Да, хочу понимать язык аргентинских опоссумов. Он очень сложный, но мне нравится.

– Какая у тебя загадочная мама! – сказала старшая белка, когда они гурьбой вывалились во двор.

– Она не загадочная, а просто моя любимая мама, – тряхнул ушами Лапин. – Побежали!

Бежать по первому снегу, кружиться и подпрыгивать было так здорово, что сердце дрожало в своём домике, сладко замирало, а потом принималось стучать быстрее обычного. Снежинки ложились на землю, крыши, кусты, заборы, беличьи и кроличий носы.

– А вы знали, что первый снег сладкий? – спросила младшая белка.

– Сочиняешь, – хмыкнула старшая.

– Я знаю! – сказал Лапин и высунул язык.

Белки сделали то же самое. Снежинки таяли на тёплых языках, а в небо улетали облачка пара. Распробовав как следует, все согласились, что снежинки и впрямь вкусные.

– Ой, мы же собирались ловить снежинки сачком! – спохватилась младшая белка.

Сачок и правда пригодился. Мама Лапин плохого не посоветует. Пришлось даже посчитаться, кто первым побежит.

– Под золотой сосной сидели белка, ёж и бурундук. Выбегай на первый круг и найдёшь грибов сундук! – младшая белка ткнула лапой в кролика.

– Никогда не слышал такую считалку, – сказал Лапин.

– Я её только что сочинила.

Лапин схватил сачок и побежал первый круг. Сундук грибов он, конечно, не нашёл, но на жёлтый сачок налипло сто снежинок, а может, и целая тысяча – никто не взялся сосчитать.

– А теперь я понесу их домой и рассмотрю под микроскопом! – сказал Лапин. – Папа рассказывал, что в мире нет ни одной одинаковой снежинки.

– А можно мы тоже посмотрим в твой микроскоп одним глазочком? – подёргала Лапина за кончик шарфа младшая белка.

– Можно! – кивнул Лапин.

Дома они оставили сачок со снежинками в прихожей и побежали в папину мастерскую настраивать микроскоп.

– Вот! Настроил! – сказал Лапин, заглядывая в окуляр – глазок микроскопа. – Несите сачок!

Белки сходили за сачком, но вернулись грустные, потому что вместо снежинок на сетке сачка дрожали капли.

– Как мы могли забыть, что снег в тепле тает? Мы что, теперь никогда не сможем увидеть, как устроены снежинки? – всхлипнула младшая белка.

Лапин почесал нос.

– А давайте рассмотрим капли?

Белки сразу согласились.

– Ух ты! Там копошатся какие-то чёрные точки! – сказала младшая белка, приставив глаз к окуляру. – Значит, снег не такой уж белый и чистый. Вот почему нельзя его есть! Особенно если он уже полежал на земле.

– Может, рассмотрим новый мех? – старшая белка потеснила сестру и положила рядом с каплей пушинку из хвоста.

Пушинка тоже всем понравилась.

А нитка от шарфа оказалась похожей на гигантскую мохнатую гусеницу.

– Вы не поверите! На языке аргентинских опоссумов «снег» и «мороженое» звучат одинаково! – в мастерскую заглянула мама.

Она вручила всем по стаканчику пломбира.

– Похоже, это мороженое из первого снега, – облизнулся Лапин.

– Тот же вкус, – подтвердила старшая белка.

– Ага, – согласилась младшая.

– Да, жаль, что завтра снег уже будет не первый и не сладкий, – вздохнула мама. – Это значит, что время его поедания истечёт. До следующего первого декабря.

А папа Лапин придумал стихотворение, с которого начался его зимний поэтический блокнот.

 
Не узнать дорожку,
За ночь новой стала:
Белую одёжку
К декабрю достала.
Разбегается с горы –
Ни следочка до поры.
 

Глава третья, в которой один знакомый дедушка носит маску какаду, а бурундукам снятся цветные сны

Каждый год в декабре в гости к семейству Лапин приезжала их давняя знакомая – морская свинка. Она жила в городе и работала в театре. Когда Лапин был ещё совсем малышом и едва доставал ушами до подоконника, он спросил гостью:

– Тётя морская свинка, вы работаете настоящей актрисой?

Свинка раздула щёки и сказала:

– Актрисой в театре каждый может работать, а я служу билетёром! Фьють.

Морская свинка почти всегда заканчивала фразу свистом.

Вот и теперь мама Лапин и папа Лапин, стараясь быть по-настоящему гостеприимными, купили в большом магазине пучок редиски, петрушку, укроп и свежие стебли сельдерея. Потом папа сбегал в магазин ещё раз и докупил хрустящих огурцов. В доме запахло летом.

Морская свинка приехала к вечеру. Она шумно отдувалась на пороге, отряхивая рыжую кудрявую шубу и разматывая пуховую шаль.

– Еле добралась! Снегу-то у вас! Всё белым-бело!

– Да, это мы приманили его королевской ватрушкой, – похвастался папа.

– У нас в театре тоже есть ватрушки. А ещё крендели, связка баранок, торт и фигурные леденцы, – не осталась в долгу морская свинка. – Фьють.

«Всё же театр – хорошее место, – подумал Лапин. – Интересно, раздают ли угощения зрителям или королевскую ватрушку едят только билетёры?»

– Кто же всё это печёт? – поинтересовалась мама.

– Кто-кто, конечно, капибара – моя дальняя родственница, седьмая вода на киселе! Мы так и зовём её – капибара золотые лапы. Она всё умеет. Например, в прошлом году подарила мне на день рождения крылья летучей мыши, которые смастерила из журналов про мотогонки. Ватрушку она слепила из папье-маше, то есть из бумаги с клеем, и раскрасила гуашью.

«Как хорошо, что мама не клеит ватрушки из бумаги», – облегчённо вздохнул Лапин и спросил:

– Тётя морская свинка, а вам ещё нужны крылья летучей мыши с мотоциклами? Если что, я могу их доносить.

– Фьють, – неопределённо ответила гостья.

Потом все долго хрустели огурцами и сельдереем, смеялись и болтали о том о сём.

– Это ведь ваш родственник работает кроликом у фокусника? – спросила морская свинка маму Лапин.

– Наш! – радостно кивнула мама.

– Видела я его на сцене недавно. Блеск! Так профессионально болтал лапами и раздувал щёки! Вот что значит старая школа! Фьють.