Kitabı oxu: «Мое сердце в твоих руках»

От автора

Внимание: только для читателей старше 18 лет!

Это история не о спасении, а о том, что случается, когда тьма находит своё отражение.

Герои здесь не идеальны. Он — хищник, который привык брать и не привык просить. Она — девушка, которая однажды предала себя и теперь боится поверить кому-либо.

В тексте есть откровенные сцены, жестокость, манипуляции и поступки, за которые героям придётся отвечать. Любовь здесь рождается не из нежности, а из противостояния. Из обиды. Из желания, которое оба пытаются отрицать.

Если вы готовы к истории, где страсть граничит с ненавистью, а выбор часто оказывается между «больно» и «ещё больнее», — добро пожаловать.

Пролог

Амалия ещё раз взглянула в зеркало и подмигнула своему отражению. Белое платье-фонарик средней длины, с рукавами три четверти делало её образ таким невинным и воздушным, а нежно-алая помада на губах намекала: маленькая белокурая девчушка выросла и стала красивой девушкой.

Сегодня Амалии исполнилось восемнадцать, и именинница была уверена: в этот день исполнится и её самая заветная мечта.

Самаэль…

Больше всего на свете она мечтала добиться внимания этого невероятно красивого и, без сомнения, опасного парня.

При одной мысли о нём сердце бросалось вскачь, а при встрече, наоборот, замирало, заставляя голову кружиться, а ноги подкашиваться.

— Ты выглядишь потрясающе, — сказала вошедшая Дарья и нежно погладила дочь по щеке. — Все уже собрались и с нетерпением ждут именинницу.

— Спасибо, мама. Я спущусь через минуту.

Амалия постаралась унять колотящееся сердце.

Сегодня она подарит себя Самаэлю. И не только себя…

Она знала: ведьмы имеют особенность — без специального обряда по уши влюбляются в мужчину, которому по собственной воле дарят девственность.

Дарья неоднократно говорила с дочерью об этом и слёзно просила не торопиться. В юном возрасте легко обмануться, принять обычную увлечённость за истинное чувство.

Амалия слушала наставления вполуха. Она была на сто процентов уверена, что её сердце уже давно принадлежит тому самому, единственному во всём мире.

Её не беспокоило, что Самаэль до сих пор не признал в ней свою истинную. Этому находилось простое объяснение: всем известно, что после совершеннолетия личный запах меняется и становится более насыщенным.

К тому же последнее время их общение с парнем практически сошло на нет, хотя раньше они проводили вместе всё свободное время.

Амалия спускалась по лестнице, не чувствуя ног. Казалось, за спиной выросли огромные крылья, которые несли её в объятия любимого.

В гостиной толпились гости и взволнованно перешёптывались о том, как повзрослела Амалия и какой красавицей стала.

Многие до сих пор сомневались, что вопреки пророчеству у огненного демона и белой ведьмы родилась такая милая и добрая девушка.

Когда именинница спустилась, все замолчали и устремили взгляды на светящуюся счастьем Амалию, которая выискивала среди знакомых лиц родных и близких Самаэля.

Он не мог не прийти… Он обещал…

— Принцесса моя, ты просто красавица, — нежно улыбнулся Дарткан и подставил дочери локоть, чтобы проводить её к праздничному столу.

— Спасибо, папа, — смущённо поблагодарила Амалия, краснея от того, как менялся огненный демон в её присутствии. — А… а разве все уже собрались?

— Милая, все в сборе, — ответил мужчина, стараясь скрыть накатившее раздражение.

Он надеялся, что после их разговора с Самаэлем и его родителями парень понял серьёзность ситуации и сделал правильные выводы. Не сунется на день рождения и исчезнет из жизни Амалии хотя бы до тех пор, пока эта глупая влюблённость не пройдёт.

— Но я не вижу среди гостей Самаэля, папа. Нужно ещё подождать. Он обещал прийти, понимаешь?

Амалия посмотрела на отца так, что сердце огненного демона сжалось от сочувствия.

— Ами… — хрипло начал Дарткан, но замолчал, почувствовав запах вошедшего Самаэля.

Парень всё-таки заявился. Правда, сказанные накануне слова воспринял всерьёз.

Амалия, широко распахнув глаза, смотрела на любимого и не могла поверить, что он так с ней поступил.

Что осмелился притащить на её день рождения какую-то девку, чей внешний вид кричал об отсутствии воспитания и моральных принципов.

— Привет, мелкая, — радостно воскликнул Самаэль, продолжая прижимать к себе за талию девицу, грудь которой едва прикрывал коротенький топ.

— Здрасьте, — произнесла та, хлопнув пузырём от жвачки, и оскалилась в ехидной усмешке, оглядев именинницу.

— Извините, мы слегка задержались, — протянул парень, открыто намекая на причину опоздания, и, шлёпнув спутницу по заднице, подтолкнул к столу.

Брюнетка из полукровок с волчьей кровью подмигнула Амалии и плюхнулась на стул, не дожидаясь приглашения.

Все стояли неподвижно, в лёгком шоке. Отец Самаэля, казалось, был на грани того, чтобы обернуться зверем и наброситься на позорящего его имя сына.

Амалии было плевать на присутствующих. Её сердце медленно умирало, образуя в груди огромную чёрную воронку боли.

Дура!

Наивная дура, которая считала, что её ангельская внешность способна заинтересовать такого парня, как Самаэль.

Ему плевать на её девственность. И тем более на безумную любовь.

Глядя на подружку оборотня, Амалия понимала, как по-идиотски выглядела сама.

Это белое платье… Белые волосы, уложенные в локоны… Всё это теперь казалось смешным и неуместным.

— Ами… — тихо сказала Дарья, касаясь напряжённой, словно струна, спины дочери.

— Простите… — единственное, что смогла выдавить из себя Амалия.

Не в силах больше терпеть, она бросилась прочь от недоумевающих взглядов.

Бежала вверх по лестнице, уже не чувствуя за спиной крыльев. Они опалились и осыпались пеплом от чёрного безразличного взгляда того, кому она хотела подарить всю себя.

Влетела в спальню, закрыла дверь на ключ и, злобно утирая слёзы, вытащила из-под кровати небольшую коробку.

Внутри хранилась магическая книга — единственное, что осталось от бабки, которая когда-то поддалась тёмной силе и пыталась при помощи дочери возродить древнее бодество.

Книгу изъяли у Чёрного Ковена вместе с остальными личными вещами Авениры. Проверив её несколько раз, магический отдел департамента подтвердил: книга не опасна. Дарья забрала её в память о матери, которую никогда не знала. Позже она рассказала Амалии историю её рождения и передала книгу.

Для всех книга была пуста, открывая лишь пожелтевшие страницы. Но ещё в детстве Амалия поняла: магия, хранящаяся в этом гримуаре, охотно отзывалась именно ей, открывая тайные писания и заклинания.

Поначалу девочка испугалась и побоялась рассказывать правду родителям, зная, с каким ужасом многие ожидали её рождения. А потом решила, что нет ничего страшного в том, что ей открыто чуть больше, чем остальным.

Многие пророчили, что прекрасная Амалия станет преемницей злобной Авениры и продолжит её дело. Поэтому девушка вместе с родителями решила повременить с инициацией хотя бы на время обучения.

Но после случившегося Амалия была уверена в обратном.

Ей захотелось стать кем-то значимым. Доказать всем, что она сильная взрослая личность. Показать предавшему её парню, что лишь она достойна быть рядом. Плевать на бредни про парность и истинное притяжение.

Амалия достала гримуар и, закрыв глаза, положила правую ладонь на книгу, прося ту показать нужное заклинание.

Магия охотно отозвалась новой хозяйке, открыв книгу на подходящей странице. По рассказам, обряд инициации должен проходить под строгим контролем опытной ведьмы, которая разбудит спящую внутри силу. Но Амалия была уверена, что справится самостоятельно.

Она хотела разбудить магию, наплевав на то, что проснувшаяся сила может оказаться тёмной.

— Милая, ты в порядке? Открой дверь, давай поговорим, — послышался взволнованный голос Дарьи.

Медлить нельзя.

Либо сейчас, либо никогда…

Амалия сложила пальцы в нужном жесте и, закрыв глаза, быстро зашептала заклинание, которое отпечатывалось в голове без подсказок.

— Амалия! Что… что ты там делаешь? Открой немедленно! — стук стал настойчивее, а голос — испуганным.

Белая ведьма чувствовала всплеск чёрной энергии и боялась потерять дочь навсегда.

Мощные потоки пронзали тело Амалии, причиняя невыносимую боль. Со стоном она повалилась на пол.

Тело будто выгорало изнутри. Сердце билось на пределе, норовя пробить грудную клетку.

Магия просыпалась в теле юной ведьмочки, и спустя пару секунд комната озарилась огненной вспышкой.

Дарткан влетел в спальню дочери, чувствуя от неё силу огня — ту, что текла в его жилах. Он не мог поверить, что его маленькая принцесса унаследовала этот дар.

Амалия стояла посреди комнаты, раскинув руки, а вокруг бушевало пламя, превращая белокурые волосы в ярко-рыжие локоны.

В некогда голубых глазах танцевал огонь, радуясь освобождению.

— Ами… — ошарашенно пролепетала Дарья, выглядывая из-за спины застывшего мужа.

— Всё хорошо, — улыбнулась Амалия и вобрала в себя весь огонь без остатка.

Прежний облик вернулся, но внутри она уже стала другой.

— Куда ты? Постой! Нужно обсудить то, что произошло… — растерянно просипел Дарткан, впервые за долгие годы не зная, что делать.

Амалия уверенно направилась к двери, уже твёрдо зная, как защитить сердце от новых разочарований.

Больше ни один мужчина не заставит её плакать. Никогда и ни за что!

— Я иду праздновать свой день рождения. Прошу, не пытайтесь мне помешать, — поцеловав отца в щёку и погладив маму по плечу, сказала огненная ведьма и вышла.

Девушка выбежала во двор и направилась к гаражу, пока отец не опомнился и не запер её в лаборатории департамента.

Водить она научилась давно, но своей машины не было. Поэтому Амалия решила взять автомобиль Дарьи, в котором стояла мощная защита от слежки.

Ожидаемо охрана отказалась открыть ворота. И Амалия, воспользовавшись новым даром, просто прожгла себе путь на волю.

Про такое место, как «Жажда», она слышала лишь однажды — из уст Самаэля, когда тот болтал по телефону с другом и говорил, как ему хотелось бы туда попасть.

Разврат, кровь и полное сокрытие личности благодаря амулетам, лишающим запаха.

Заведение, построенное вампирами, пугало, но в то же время манило своей неизвестностью и опасностью.

Лучшего места просто не найти…

Глава 1

Амалия

Семь лет спустя…

Возвращаться домой после стольких лет оказалось волнительно и немного грустно.

Вздохнув, я села на кровать и провела кончиками пальцев по шёлковому покрывалу нежно-розового цвета. В комнате ничего не изменилось с тех пор, как я поспешно собрала вещи и отправилась в магическую академию, чтобы ненароком не спалить своим даром половину людского мира.

Собственно, выбора у меня не было.

Меня ждали долгие исследования в лаборатории департамента, но папа подключил все связи, и я избежала подобной участи, проведя без малого семь лет в изоляции от всего живого — в замке, построенном среди скал в заброшенном пустынном мире.

Меня обучали контролю над магией и направляли на путь света, пытаясь искоренить из души тьму.

Обучение окончено, и в свитке указано, что я безопасна для окружающих. Что древняя чёрная магия, переданная мне Авенирой, угасла.

Но иногда я чувствовала её.

Сила не ушла. Она просто спряталась в самых потаённых уголках души. И, честно, я не хотела, чтобы она оттуда выходила.

Я была такой глупой…

Ярость и обида затуманили разум, и я совершила самую большую, роковую ошибку в своей жизни. Благодаря ей я навсегда лишила себя шанса на счастье.

— Можно к тебе? — тихо спросила мама, заглядывая в спальню.

Я кивнула.

Безумно скучала по ней и знала, что Дарья из-за меня выплакала много слёз. Но исправить, увы, ничего нельзя.

— Амалия, мы с папой так рады, что ты наконец вернулась домой. Мне жаль, что твой приезд совпал с… — женщина запнулась и взволнованно сжала мою руку, боясь моей реакции.

— Мама, всё хорошо. Это было так давно, что, кажется, и не было вовсе.

— Дар и я… мы понимаем, как тебе сложно, и останемся с тобой. Даяна с Максимом поймут. И Самаэль тоже…

— Прекрати. Союз соединения Самаэля и его истинной — важное событие, и вы с папой должны на нём присутствовать. Не стоит из-за меня менять планы или в чём-то себе отказывать, — я успокаивающе погладила её по плечу, стараясь не думать о том, что внутри неприятно запекло от тоски.

Несмотря на радость родителей, я чувствовала себя чужой в этом доме. Да и в этом мире тоже.

— Я люблю тебя, Амалия, и уверена, что всё будет хорошо. Нужно просто подождать. Удержать то, что тебе не принадлежит, невозможно…

— Мама, всё нормально! Я очень хотела бы больше не возвращаться к этой теме. Мне уже не восемнадцать, и я прекрасно понимаю, какой глупой и наивной была раньше, — одёрнула я её, не желая продолжать.

— Ты обязательно встретишь того, кому захочешь подарить своё сердце, — смахивая слезу, прошептала мама, поцеловала меня в щёку и вышла.

— Нет, мамочка… не встречу… — произнесла я, глядя ей вслед.

И вспомнила холодные прикосновения незнакомца, который в ту роковую ночь стал моим первым мужчиной и навсегда забрал у меня способность полюбить кого-то снова.

Нельзя тосковать по тому, кого не знаешь. Но я до сих пор помнила вкус его губ, ощущала прикосновения холодных пальцев, которые, вопреки температуре, оставляли ожоги.

И жгучую боль в промежности от первого резкого проникновения, которая заставила забыть о боли душевной, а потом и обо всём, что происходило вокруг.

Чужие губы хрипло шептали мне на ухо пошлости, а я отдавала своё тело властным рукам, мечтая хоть на мгновение вдохнуть запах мужчины. Узнать, какой аромат у прохладной светлой кожи. Увидеть черты, без сомнения, красивого лица. Услышать, как звучит его голос.

Папа неоднократно говорил, что вампиры пахнут лишь смертью. Но я уверена: тот мужчина, несмотря на происхождение, пах, как сама жизнь. Как счастье.

Не моё. Чужое. Но всё-таки счастье.

Глава 2

Амалия

— Ты не будешь работать в департаменте, и точка! — рыкнул как дикий зверь папа, и на столе после его удара остался обугленный след.

— А ты думаешь, я до ста лет буду безвылазно сидеть в этом особняке под твоей опекой? Я уже взрослая! — вскрикнула, ощущая, как ладони начинает печь от ярости.

— Взрослая она… — усмехнулся Дарткан и сложил руки на широченной груди. — По демоническим меркам ты ещё девчонка!

— Но мы не на Красной земле, папочка, а в людском мире, где я уже взрослая женщина! Я просидела в стенах академии семь лет и больше не намерена вести отшельнический образ жизни!

Вообще работать в департаменте не особо хотелось, но вариантов осталось не так уж и много.

Магию использовать запрещено, а скакать по мирам через порталы я не умела.

Из-за родства с Авенирой мне вряд ли дадут разрешение на работу среди людей, поэтому стоило попытаться влиться в ряды тех, кто обязан этих людей защищать от нечисти.

— Работай на здоровье, но не в этом грёбаном департаменте, — остался непреклонен огненный и до бешенства упёртый демон.

— Чем он плох?! Мама работает там много лет!

— И этого для меня вполне достаточно, — процедил он сквозь зубы.

Чёрные символы вспыхнули пламенем, сообщая о рвущейся наружу демонической сущности.

— Ну, папуль… — быстро сменила я тактику, вспоминая, как в прошлом выпрашивала что угодно. — Я навсегда останусь твоей маленькой принцессой, но время нельзя остановить. Ты же не хочешь, чтобы у меня со скуки снова началась депрессия?

Нежным котёнком потёрлась щекой о его грудь, обнимая за талию. Почувствовала, как сердце демона стремительно тает, вытесняя беспокойство нежностью.

— Ами… — выдохнул он и поцеловал в макушку, стискивая в объятиях. — Каждый день, каждый час все эти годы я не переставая переживаю за Дашу, пока она находится в стенах департамента. Её я не в силах упросить или заставить уйти, но тебя на правах отца такой опасности не подвергну, уж извини.

— Но… что же мне тогда делать?

— Можешь работать у меня в офисе, — предложил Дарткан.

Я тут же замотала головой.

Ну уж нет… Хватит с меня тотального контроля!

— Я просто хочу найти своё место в жизни.

— И ты его обязательно найдёшь, Ами. Только не спеши становиться самостоятельной и вычёркивать нас с мамой из своей жизни. Ты совсем недавно вернулась. Позволь нам всем насладиться долгожданным воссоединением.

Я понимала тревогу родителей, их стремление снова стать семьёй. Но я уже не маленькая девочка с косичками. И так много времени упущено.

Я больше не хотела стоять на месте.

Я хотела наконец-то начать жить!

И именно это желание пугало меня сильнее всего: вдруг у меня не получится, и я так и останусь вечной пленницей собственных страхов и чужой опеки?..

Глава 3

Амалия

Я шла по коридору, крепко сжимая в одной руке ремешок сумочки, а во второй — выданный в академии свиток, в котором подробно отображались все мои успехи, знания и навыки.

Главное — не столкнуться по дороге с мамой, которая на удивление оказалась солидарна с отцом насчёт работы в департаменте.

Возможно, родители правы, и мне, половину жизни прожившей в розовых очках, а вторую — в скалистых горах, сложно самой решить, какое будущее будет лучшим. Но чтобы узнать, надо попробовать.

Моя преподавательница по бытовой магии, всегда говорила: не узнаешь об успехе задуманного, пока не совершишь его. Хотя её коллега по внутреннему контролю убеждала: сначала хорошенько всё обдумай, прикинь «за» и «против», высчитай возможные последствия, а уж потом…

Я постучала в кабинет с табличкой «Власов Михаил Всеволодович», решив, что взвешивать и думать о последствиях буду после разговора с начальником. Хотя тут и думать нечего… Папа будет в ярости!

Суровый голос оборотня позволил войти. Я вошла, стараясь унять дрожь под коленками.

Наверное, со стороны это выглядело смешно. Взрослая женщина боялась, как ребёнок, впервые оторвавшийся от подола матери.

Внешне я не особо отличалась от себя той, что нацепила на своё восемнадцатилетие смешное платье-фонарик. Но Михаил был в курсе, что я уже не малолетняя девчонка.

— Амалия? — настороженно спросил он, сканируя меня взглядом шоколадных глаз.

Габариты начальника поражали. Даже папа, которого я всегда считала огромным, теперь не казался таковым.

В детстве со мной и Самаэлем играл один оборотень медвежьего вида, но он был скорее пухлым и неповоротливым. Фигура Михаила же состояла из горы каменных мускулов, которые просматривались даже сквозь плотную ткань пиджака.

В кабинете приятно пахло хвоей и, кажется, немного малиной. Я улыбнулась своим мыслям, потому что всегда представляла медведей поедающими эту ягоду.

— Амалия?! — снова донёсся голос Михаила.

Я, покраснев, вернулась из раздумий в реальность.

— А… да-да. Это я. Здравствуйте, — сбивчиво заговорила, роняя из рук то сумку, то свиток.

— Рад, что ты вернулась. Присаживайся. Чем обязан? — указывая на кресло, вежливо отозвался мужчина, слегка улыбаясь.

Благодаря улыбке его лицо стало менее суровым и ещё более привлекательным. Кому-то повезёт или уже повезло заполучить такого самца в свои объятия.

— Я пришла поговорить о моих шансах получить в департаменте рабочее место, — выпалила на одном дыхании.

От дружелюбной улыбки оборотня не осталось и следа.

— Это шутка такая?

— Нет. С чего вы взяли, что я пришла сюда шутить? — обиженно ответила, чувствуя, как огненная кровь демона начинает вскипать внутри.

Светлая магия, конечно, быстро потушила всплеск, но мне крайне не хотелось бы сорваться и спалить половину кабинета.

— А твои родители в курсе, что ты сейчас здесь? — прищурился он.

Я, покраснев, отвела взгляд.

— Я так и думал. Амалия, я давно знаю твою мать и работаю с ней плечом к плечу не один год, поэтому будь уверена: я не стану принимать её единственную дочь на службу без её одобрения. К тому же мне совсем не к чему разногласия с Дартканом. Мне, знаешь ли, и так проблем предостаточно…

Михаил выдохнул и потёр лицо ладонями. Внешне он выглядел, как непробиваемая скала, но внутри был истощён и измождён морально.

Сердце оборотня пропиталось тоской, отображаясь в глазах печалью. В академии я научилась читать эмоции и чувства не только по запаху, но и по энергетике, поэтому сейчас легко поняла, чем вызвана тоска и боль у начальника департамента.

Подобное творилось внутри меня. Только мне уже нельзя помочь.

— Михаил Всеволодович, я достаточно взрослая, чтобы самостоятельно выбирать свой путь. Уверена, мои навыки и знания, приобретённые в академии пустынного мира, будут полезны департаменту.

— Амалия…

— Я не прошу значимой или серьёзной должности. Согласна на любую работу, даже самую нудную. Пожалуйста… — жалобно посмотрела я на него, с надеждой распахнув глаза, в которых уже начали скапливаться слёзы.

— Знаешь, девочка… одному отпрыску своего друга я уже однажды помог, и ничем хорошим это для меня не закончилось! — рявкнул он, не поддавшись на уговоры и слёзы. — Боюсь, следующий порыв помочь загонит меня в могилу или, того хуже, в рабство к Ценарду. Но я обещаю поговорить с Дарьей. Если она возьмёт на себя всё негодование со стороны твоего отца, то милости прошу в наш дружный и разношёрстный коллектив. Если нет — советую больше не соваться сюда и найти другое, более безопасное занятие.

Захотелось рассмеяться и расплакаться одновременно.

Дарткан, конечно, сильный демон и за время пребывания в мире людей обзавёлся отличными связями. Но то, что его опасался даже начальник департамента, который должен контролировать и диктовать условия сверхам, а не трусливо дрожать от одного имени, было немного странным.

— Вы слишком много думаете и анализируете! Боитесь потерять то немногое, что имеете. Думаю, поэтому внутри вас столько тоски и боли от неразделённой любви! — выпалила я, раздосадованная неудачей.

Мама вряд ли согласится пойти против решения отца. А Михаил не станет настаивать.

Всем будет проще, если я просто вернусь домой и буду тихо сидеть, не доставляя проблем, пока спустя годы папа наконец поймёт, что я выросла, и найдёт мне подходящего, по его мнению, мужа.

— Я не позволю какой-то соплячке разговаривать со мной в таком тоне! — рыкнул медведем Михаил и указал на дверь пальцем, на котором вместо ногтя вытянулся чёрный коготь. — Проваливай!

— Всего доброго и… простите, — выскочила я из кабинета, не имея никакого желания испытывать медвежью ярость на своей шкуре. Которая, к слову, у меня одна и защитной шерстью не обрастает.

Глава 4

Марк

Я пожал руку Мирону и убрал подписанный договор в ящик стола.

После того как этот гадкий сучёныш Самаэль свалил в преисподнюю, мои дела пошли в гору, и прибыль за последние недели побила все рекорды прошедших лет.

Немного жаль, что Самаэль живёт в своё удовольствие под огненным крылом деда. Мне хотелось, чтобы пацан хоть немного пострадал, понял, каково это — быть ненавистным всеми. Ну да ладно.

Сейчас имелись дела и поважнее. Например, малышка Амалия, которая вот уже на протяжении месяца буквально ускользала из моих рук.

Прислужники не могли к ней подобраться: вампам запрещено близко подходить к территории Красновского. А сама девчонка, несмотря на то, что уже достаточно взрослая, практически не выходит из дома.

Пробить о ней хоть какую-то информацию оказалось невозможным. Как и то, почему папаша, так горячо любящий дочь, в один миг сослал её на целых семь лет в пустынный мир, лишив лучших лет нормального взросления.

Про магическую академию ходили разные слухи, и в вампирских кругах не стоило особо доверять той или иной информации. Но мне ясно одно: белокурый ангелок не так прост, как могло показаться на первый взгляд. И это на самом деле очень хорошо.

Потому что я хотел не только уничтожить Дарткана и его империю, но и хорошенько повеселиться с молоденькой ведьмочкой, которая, вероятнее всего, унаследовала от матери частичку магического дара.

— Надеюсь, с поставкой доноров сбоев не будет. Не хотелось бы портить наши отношения, Марк, — протянул Мирон, с наслаждением вдыхая аромат свежей тёплой крови, продолжавшей сочиться из тела девушки, повисшей на коленях вампира.

— Нет. Сроки и количество будут такими, как обговорено, — ответил я уверенно, наблюдая, как из подаренной шлюхи медленно вытекает жизнь.

Мирон никогда не обращал тех, из кого пил. Это его грёбаный принцип. А вот я всегда не прочь обратить красивую девку, чтобы пополнить семью и освежить до тошноты приевшиеся лица.

Хотя это, конечно, строго запрещено законом.

— Как тебе это удаётся? Тем более под боком у совета старейшин? — продолжал выпытывать вампир, не понимая, что особого секрета нет.

Я просто люблю рисковать и не трясусь за свою жизнь, как за единственно ценное в мире.

— Не стану раскрывать секретов, Мирон. Скажу одно: я смотрю далеко вперёд и не намерен останавливаться на достигнутом.

— Слышал, ты прибрал к рукам парочку элитных клубов. Откусил, так сказать, кусок прибыли из собачьей миски, — ехидно оскалился партнёр.

Ему очень везло, что я позволял такие шутки из-за его денег.

— Кусок? Нет. Так… кусочек. Капля в том море, что я уже имел. Я просто не люблю делиться властью. Ночная жизнь — моя стихия, и всяким псам туда соваться не стоит, — ответил, демонстративно поглядывая на часы.

— Когда я смогу посетить твой новый клуб? Ходят слухи, что там будет жарче, чем в знаменитой «Жажде», — не унимался вампир, не собираясь избавлять меня от своего общества.

Вампиры, которые очеловечились и построили бизнес, тесно сотрудничая с людьми, иногда становились смешными и жалкими.

Места наподобие «Жажды» им казались чем-то запредельно волшебным. Я же не видел в этом клубе ничего необычного.

— В последнее время я действительно разрабатываю проект нового клуба. Сейчас ищу подходящую территорию. Не волнуйся, Мирон, ты будешь в числе приглашённых на открытие. А сейчас извини, вынужден указать тебе на дверь. Много других дел.

Мирон подорвался, кивнул и, брезгливо пнув ногой уже мёртвую девушку, поспешно удалился.

Мудак…

Намусорил, а мне убирай. Впрочем, в этом мире ничего не меняется. И, возможно, именно поэтому он так идеально мне подходит.

Глава 5

Амалия

После возвращения из департамента я до самого вечера бесцельно бродила по дому, не в силах найти себе места.

В академии мой день был расписан по минутам, а теперь я даже понятия не имела, как не завыть от такого количества свободного времени.

Попрактиковаться в магии тоже нельзя: подозрительный папочка установил по всему периметру мощную защиту, блокирующую любое её проявление. И в этом, наверное, в большей степени моя заслуга.

Да уж… прошлое всегда будет тяжёлым грузом тащиться за мной.

Первой домой приехала мама. По её насупленному лицу стало понятно: Михаил не смолчал о моей выходке.

— Как ты могла так поступить?! — непривычно злобно рявкнула Дарья, излучая пугающее свечение.

Наверное, так проявляется ярость у белой ведьмы…

— Мамочка, успокойся. Ничего страшного ведь не случилось. Ты ведь в своё время тоже вопреки всем страхам и советам пошла работать в клинику, — подбежала я, поцеловала её в обе щеки и крепко обняла, прекрасно зная, что до моих родителей криками и скандалом не достучаться.

— Ами, доченька, ты выросла, но, к сожалению, так и не повзрослела. В этом есть наша с папой вина. Но случилось, как случилось. Ты должна понять: иметь силу мало. Нужно быть морально подготовленной к тому, что иногда творится за стенами департамента. Там нет места жалости… — мама печально выдохнула.

Впервые я увидела её усталость. Не внешне, нет. Дарья выглядела, как всегда, прекрасно. Но внутри душа была изранена. Белая ведьма, обладающая даром исцеления, не могла помочь сама себе.

— И что мне делать? Те немногие подруги, что были до академии, вряд ли захотят со мной общаться. Столько лет прошло. Их жизнь текла бурной рекой, а моя, несмотря на годы, стояла на месте. Я ничего не знаю об обычной жизни. Всё, что умею, связано с магией… — всхлипнула, утыкаясь лбом в её плечо.

— Прости меня. Я должна была попытаться предотвратить всё это. Эта книга… Нужно было выбросить всё, что связано с Чёрным Ковеном.

Мама оттолкнула меня, отвернулась и виновато замотала головой, обнимая себя за плечи.

— Мама, книга и Чёрный Ковен здесь ни при чём. В моих жилах течёт кровь ведьм, и это не исправить. Бабушка… — Дарья нервно дёрнула плечом. — Авенира просто сбилась с пути, позволила сердцу очерстветь и заполниться чернотой. Но ты справилась. И я справлюсь.

— Не знаю, что было бы, если бы я вступила в своё право и возглавила Ковен… Теперь ведьмы придут за тобой, и я хочу, чтобы ты была предельно осторожна! — резко обернулась она.

По спине пробежал холодок.

— В смысле придут?!

— Ты следующая в очереди на должность главы Ковена. Твою инициацию и степень силы мы с Даром держали в строжайшем секрете, но, думаю, скоро станет известно, что Самина занимает место не по праву. Сёстры потребуют уступить его более сильной ведьме, прямой наследнице по крови, — взволнованно протараторила мама.

Её слова почему-то не пугали. Напротив, где-то в груди разгорелась надежда, что у меня всё же есть путь. Есть предначертанное место, где я смогу стать пусть не счастливой, но значимой.

— Ковен подчиняется той, кто ими правит. Ты могла бы изменить многое, приняв эту ношу, — ответила, и в голосе проскользнул упрёк, чего я показывать не хотела.

— Не говори ерунды, Амалия. И не лезь в то, чего не знаешь и не понимаешь! — неожиданно мама отвесила мне пощёчину.

Мы замерли, глядя друг на друга, сожалея о сказанном и содеянном.

— Сунешься к этим чокнутым фанатичкам, я сравняю их дом с землёй, поняла?! — прогремел сзади грозный голос отца. — Собственноручно придушу каждую из их числа, тебе ясно?!

— Дар, милый… — побледнев, поспешила успокоить разъярённого демона мама.

Но это сейчас, наверное, невозможно.

— Хватит! Имей в виду, Амалия! Не выкинешь эту херню насчёт департамента и тем более Ковена из головы — я выдам тебя замуж за демона и отправлю жить на Красную землю! — не обращая внимания на повисшую на шее Дарью, прорычал Дарткан.

Воздух вокруг сгустился, осел в лёгких, обжигая их.

— Конечно, отправишь! — не сдержалась я. — Ты сбагрил меня в академию на семь лет, поэтому с лёгкостью отправишь в преисподнюю на всю жизнь! Так ведь проще, да, папа?! С глаз долой — и нет проблем!

Огненная энергия выплеснулась из меня, опаляя жаром всё вокруг. Перед глазами появилась чёрная пелена ярости. Лишь громкий крик мамы заставил опомниться.

На моё счастье, папа успел оттолкнуть Дарью и закрыть её своим телом, чем спас от серьёзных ожогов.

Мама с лёгкостью переносила демонический огонь отца. А вот мой, как оказалось, нет…

— Мамочка… — пришла я в ужас от того, что натворила, оглядывая остатки тлеющего журнального столика и когда-то белого пушистого ковра.

— Семь лет… — прошептал папа, продолжая стоять ко мне спиной и не выпуская перепуганную жену. — Несмотря на свои чувства, я отправил тебя в эту академию на семь лет в надежде, что спустя столько лет смогу вновь обнять свою маленькую добрую принцессу…

— Папа, я… — попыталась оправдаться, хотя оправдания мне не было.

— Замолчи! Я не допущу, чтобы тебя посадили в лабораторную клетку департамента. Поэтому в скором времени ты выйдешь замуж и переместишься в демонический мир под опеку Ценарда, — он пытался кричать, но голос охрип почти до шёпота.

— Нет! — взвизгнула я, заливаясь слезами.

— Дарткан, пожалуйста… — подала голос мама, но огненный демон уже никого не хотел слушать.

— Иди к себе, Ами. И без глупостей, — коротко скомандовал он.

И впервые за всё время я увидела в его глазах не нежность, не ярость, а тоску, отблескивающую слезами.

И от этого стало ещё больнее.

Глава 6

Амалия

— Что же это… как же… — бормотала я, мотаясь из угла в угол по комнате.

Такого в академии не было! Преподаватели уверенно, в один голос заявили, что я готова вернуться домой и не причиню никому вреда.

Я понимала папу. Но переселяться в мир демонов?!

Да лучше уж в клетку на опыты! Я не смогу жить в этой жаровне.

Тем более там… там Самаэль и его истинная, которая совсем скоро подарит Красной земле парочку наследников.

Нужно что-то предпринять. Но что?! Что я могла сделать против могущества и власти отца, если с ним даже департамент во главе с советом не решается связываться?

Книга! Сейчас мне бы очень пригодилась книга. Но её местоположение неизвестно. Скорее всего, её либо уничтожили, либо спрятали за семью замками где-нибудь на краю света.

Слёзы без остановки стекали по щекам. Я уже не придавала им значения, пытаясь придумать, как всё исправить.

Подошла к шкафу и достала небольшую коробочку со своими вещами, которые когда-то считала настоящим сокровищем.

Ничего особенного. Просто безделушки, напоминающие о разных важных моментах моей жизни. В коллекции даже имелся кусочек ткани, которым Самаэль заботливо перевязал мою разбитую в детстве коленку, испортив для этого свою любимую рубашку.

Почему высшие силы так жестоки? Почему не позволили нам с Самаэлем быть вместе?

Я взяла маленького медвежонка, которого тоже подарил Самаэль, и крепко прижала к груди. Игрушка выглядела изрядно потрёпанной. И в этом была заслуга не времени, а одного вредного оборотня, который постоянно издевался надо мной и портил мои любимые вещи. Вот и медвежонку досталось…

Самаэль тогда здорово потрепал моего обидчика, за что был наказан на целую неделю.

Воспоминания отдавались болью в сердце и тоской в душе. Я не могла сказать, что до сих пор испытывала к Самаэлю нечто большее, чем благодарность и нежность. Но мне было жаль, что всё у нас вышло именно так.

Вдруг взгляд зацепился за небольшой камушек, обвязанный проволокой. Внутри всё сжалось от такой сильной боли, что стало трудно дышать.

Я и забыла, что так и не смогла выбросить амулет после использования.

Тогда, семь лет назад, я верила, что эта вещица поможет найти того, кто стал моим первым мужчиной.

Глупая…

Амулет давно утратил силу. Даже самые могущественные ведьмы не смогли бы установить нить связи с тем, кто был со мной в комнате уединения.

Ясно было одно: ведьмы сотрудничают с вампирами, потому что амулеты, подавляющие запах, — точно их рук дело.

Сколько ещё в мире таких дурочек, как я, которые по собственной глупости пустили жизнь под откос?

А сколько тех, кто только собирается повторить мою ошибку?

Решение пришло само собой и показалось единственно верным.

Я немного боялась угрозы отца насчёт уничтожения территории ведьм, но не станет же он на самом деле уничтожать целый Ковен?

И всё же где-то в глубине души я понимала: если пойду туда, обратной дороги уже не будет. Но другого пути, который дал бы мне шанс вырваться из-под опеки, я не видела.

Глава 7

Марк

Самина важно вошла в мой кабинет, принося с собой отвратный запах снадобий, в которые одному дьяволу известно, что добавляется.

В носу сразу засвербело. Захотелось выставить эту особу прочь, потому что ведьмы совершенно не подходили даже в качестве пищи. Их кровь горька, как полынь, и небольшого глотка хватит, чтобы голова раскалывалась неделю.

Однако сотрудничество с Чёрным Ковеном, которое обе стороны держали в строжайшем секрете, приносило выгоду. Благодаря ему моя «Жажда» процветала.

— Почему мы всегда встречаемся здесь? Ваше клыкастое величество считает ниже своего достоинства посетить дом ведьм? — недовольно фыркнула она и без приглашения села в кресло, отчего короткая юбка задралась чуть ли не до пупка.

После ухода Авениры в Ковене многое изменилось, и не в лучшую сторону.

— Я плачу, поэтому решаю, где и когда обговаривать условия сделки, Самина, — усмехнулся, ощущая в примеси запахов ещё и возбуждение ведьмы, к которой я, естественно, не прикоснусь, даже если она останется последней женщиной в мире.

— Ты платишь, потому что нуждаешься в наших услугах, Марк, — обиженно проблеяла она, ещё сильнее выпячивая накаченную магическим заклинанием грудь.

Я прекрасно чувствовал, сколько шика на себя наложила Самина, чтобы приобрести образ эффектной блондинки. Отвращение от этого становилось только сильнее.

— Нуждаюсь? — закатился смехом, а потом нахмурился, пристально глядя на обнаглевшую ведьму. — Скорее пользуюсь тем, что могу получить. Говори, зачем пришла.

— Департамент пристально следит за каждым шагом. Ковен рискует, создавая подобные амулеты. Я пришла обговорить увеличение цен на поставку.

— Я плачу достаточно, и ваши проблемы с департаментом меня не касаются. Если это всё, то пошла вон.

— Ты пожалеешь об этом, мерзкий упырь! — злобно прошипела Самина и начала пальцами рисовать в воздухе какие-то символы, пытаясь запугать дешёвым представлением.

Зелёные глаза ведьмы стали на полтона темнее… и на этом, пожалуй, всё.

— Заканчивай спектакль! Без чистокровной ведьмы и магического шара вы лишь никчёмная кучка озабоченных своим внешним видом баб, которые могут создавать только дешёвые амулеты краткосрочного действия!

Я не знал, каким образом Самина заняла место во главе Ковена, но сёстры явно ошиблись с выбором нового лидера. Впрочем, мне плевать, что творится в стенах чёрного особняка.

Чувствовал, что скоро ведьмовская раса окончательно перестанет существовать.

Есть, конечно, ещё женушка Дарткана и малышка Амалия. Но Дарья — белая ведьма, связанная кровной клятвой с советом и департаментом. А Амалия… я не знал, какую силу мог обрести ребёнок огненного демона и светлой ведьмы.

Такому ребёнку пророчили великое будущее, и я даже подумывал вмешаться в планы Авениры, но Дарткан справился сам.

Потомство у странной парочки всё же появилось. Ходили слухи, что девочка родилась со слабой кровью и почти без магического дара.

— Придёт время, и ты склонишь голову перед одной из нас… — замогильным голосом прохрипела Самина, закатывая глаза. — Время уже пришло, но ты пока этого не понял, — злобно засмеялась она и посмотрела победным, слегка сумасшедшим взглядом.

Стало понятно, почему она заняла место тёмной ведьмы: магия оракула. Хотя я очень сомневался в достоверности услышанного.

Чтобы глава клана вампиров склонил голову перед ведьмой?! Даже в мыслях такое дико.

Оборотни с лёгкостью спариваются со всеми и могут почуять истинную в ком угодно. Наш вид более разборчив в связях и трепетно относится к смешению крови.

Если же Самина говорила о сражении, то тут тоже провал: я лучше сдохну, чем склоню голову и начну умолять о пощаде.

— Пошла отсюда, пока я тебе глотку не перегрыз! — оскалил клыки, поднимаясь.

— Мерзкий самовлюблённый упырь! Тьфу! — фыркнула она, сплюнула в сторону, показывая воспитание, и, виляя задницей, ушла.

Похоже, сотрудничество с Ковеном придётся прекратить. Я не любил, когда на горизонте начинали маячить проблемы.

По сути, мне не нужен целый Ковен. Хватило бы и одной смышлёной ведьмы, способной заряжать камни.

— Будут указания? — через десять минут после ухода Самины в кабинет явился Константин, всегда прекрасно предчувствуя мою потребность в его услугах.

— Да. Пошли ищеек на поиски ведьмы-одиночки. Среднего уровня будет достаточно. В идеале — не стоящей на учёте у департамента, — задумчиво потирая подбородок, отдал приказ.

— Понял.

— Кость, только без лишних проблем. Скажи парням, чтобы тщательно проверяли. Не хочу тратить время на шарлатанок, которых в мире людей развелось дохерища.

— Проблем не будет, — без эмоций ответил Константин.

За это я его и держал так долго рядом.

— Что с Амалией? Ответ из академии пришёл?

— Нет. Через защиту хладным не пробиться, а скальные колдуньи отказываются отвечать на послания. Думаю, им есть что скрывать. Просто так с девчонкой не стали бы возиться семь лет, даже за огромные деньги её папаши.

— Что ж… мы могли бы убить двух зайцев сразу, если бы нашли способ заманить Амалию на нашу территорию.

— Марк, ты и впрямь собираешься поселить в замке ту, в чьих жилах кровь демона и ведьмы? Клан будет не в восторге. Я думал, девушка нужна для того, чтобы отомстить Дарткану, — виновато потупившись, решился высказаться Константин.

— Одно другому не помешает. И жить она здесь будет не на правах гостьи, за это можешь не волноваться. Месть — штука разнообразная…

Константин ушёл, а я снова достал фотографию юной Амалии и залюбовался её чистой, невинной красотой.

Слабо верилось, что эта милашка выросла и стала источать такой же смрад, как остальные ведьмы. Представлялось, что она пахнет ванилью или чем-то похожим.

Перед глазами изображение белокурой девочки начало искажаться, и вместо него сознание нарисовало образ красивой девушки.

Вместо угловатого худого тельца появились сексуальные изгибы женского тела, а личико преобразилось, став невероятно красивым и желанным.

Я неосознанно облизал губы, представляя, как коснусь этой нежной бархатистой кожи, почувствую вкус сладкой, как патока, крови.

Ощущения были такими реальными, будто я уже делал это. Но знакомство с Амалией я бы точно запомнил.

Потряс головой, прогоняя наваждение, и убрал фото обратно в ящик.

Образ красивой блондинки исчез, а вот возбуждение осталось. Член стоял колом, требуя ласки. В моём доме было предостаточно тех, кто с удовольствием его обслужит.

Хотя таких виртуозных и ненасытных, как Оксана, пока не нашлось. Она, видимо, и впрямь испытывала ко мне нечто большее, чем банальное желание. Но всё равно предала…

Глава 8

Территория департамента. Магический отсек с осуждёнными

Дарья выдохнула и приложила ладонь к замку.

Ей нельзя входить сюда без разрешения или приказа совета старейшин. Но белая ведьма была в отчаянии. Ради дочери она готова пойти на всё, даже на преступление, за которое сама могла оказаться в магических оковах на всю жизнь.

Тяжёлая металлическая дверь со скрипом открылась, выпуская густой воздух, пропитанный болью, злобой и отчаянием.

У всех, кто находился тут, своя причина и своё наказание. Осуждённые, без сомнения, его заслужили. Но белой ведьме всё равно невыносимо жаль каждого сидящего в своём личном аду.

Светящиеся ярким светом стеклянные кубы располагались плотно друг к другу, создавая образ монолитной стены. Магических темниц немного, чуть больше десяти, потому что сверхи не из числа ведьм отбывают наказание в другом месте.

Даша стиснула кулаки и медленно двинулась вглубь помещения, пытаясь уловить энергетику Авениры. Шансов мало: прошло достаточно времени, тёмная ведьма давно могла лишиться рассудка, окончательно потеряв связь с реальностью. Но Даша, не теряя надежды, шла вперёд.

За всё время существования департамента поехавших умом ведьм было немного, и большая их часть — неинициированные самоучки. Поэтому для удержания не требовалось много магической энергии.

Это было заметно по тусклому свету, наполняющему клетки. Темница же Авениры пылала, как солнце. Даша прищурилась, чтобы не повредить сетчатку.

Практически наощупь она преодолела оставшийся путь и коснулась одной из стен клетки, чтобы войти внутрь. Магия радушно впустила работницу департамента в небольшое помещение, где, подобно привидению, над полом парила Авенира.

Седые свалявшиеся волосы топорщились в разные стороны, морщинистое серое лицо исказилось в гримасе боли, а иссушённое старостью тело не подавало признаков жизни.

Дарья всхлипнула, глядя на несчастную женщину, но быстро взяла себя в руки. Она пришла не жалеть её, а задать вопросы, на которые лишь бывшая глава Ковена в силах ответить.

Белая ведьма коснулась плеча Авениры, немного сбавляя натиск магических оков. Женщина со стоном повалилась на пол.

Сложно поверить, что эта несчастная хрупкая старушка когда-то хотела уничтожить мир…

— Я знала, что однажды ты придёшь, дитя моё, — скрипучим голосом выдала Авенира и издала звук, слабо напоминающий смех.

— Я хочу спросить…

— Пришла просить помощи у той, кого обрекла на вечные муки? — сказала она, резко поднимая голову и злобно утирая слёзы, от которых сухая кожа неприятно щипала.

— В том, что ты здесь, нет моей вины, — сглатывая комок жалости, тихо ответила Дарья.

Пусть она, наверное, никогда не сможет назвать эту женщину матерью, такого конца она ей всё равно не желала.

— Ладно. Говори, чего хотела, и проваливай отсюда. Нечего тебе этой дрянью дышать, — ворчливо произнесла Авенира и, кряхтя, попыталась подняться, чувствуя, что воздух в камере насквозь пропитан проклятием.

Даша, поджав губы, бросилась помочь, но женщина оттолкнула её, не терпя жалости.

Она знала, на что шла, и готова была ответить сполна.

— Хорошо. Ты знаешь, как избавиться от тёмной магии? — наконец произнесла Дарья, нервно заламывая пальцы.

Времени мало. В любой момент сюда могли ворваться бойцы департамента, и тогда она уже не спасёт не только Амалию, но и саму себя.

— С чего такой вопрос? — удивлённо изогнула брови Авенира.

— Моя дочь… Гримуар открыл ей свои тайны. И теперь я боюсь, что тёмная сила завладеет её разумом, — прошептала едва слышно Даша и спрятала лицо в ладонях, скрывая слёзы.

— Дочь, значит… — морщинистый рот растянулся в ехидной улыбке, обнажая почерневшие зубы. — Конечно, книга открылась ей. В ней моя кровь. Гримуар открылся бы и тебе, если бы ты сама этого захотела.

— Но я не хочу! Как и не хочу, чтобы моя дочь стала… — вскрикнула Даша и запнулась, не решаясь произнести фразу до конца.

— Стала такой, как я? — иронично усмехнулась Авенира, пытаясь выпрямить спину и принять позу уверенной в себе женщины. — Не волнуйся. Она не станет. У неё свой путь.

— Какой путь? Ты что-то видела? — бросилась к ней Дарья и схватила за плечи, забыв о мерах предосторожности.

— Видела! — рявкнула Авенира, и её мутные глаза за секунду затянулись чернотой.

Женщина схватила белую ведьму за горло и одним движением подняла над полом, жадно впитывая жизненную энергию.

— Авенира… Аве… мама… — прохрипела Даша, болтая ногами в поисках опоры.

Внутри тёмной ведьмы бушевало давно забытое ощущение власти и силы. Но сиплый голос молодой женщины пробился сквозь затуманенное сознание и заставил вспомнить. Заставил почувствовать родство крови.

— Моя душа прогнила изнутри… окончательно… — едва шевеля губами, произнесла Авенира, выпуская жертву из захвата.

Даша, держась за горло, с ужасом отползла в сторону. Но уходить не спешила: она так и не получила ответа.

— Если ты знаешь что-то, если можешь помочь — помоги! — взмолилась она, надеясь достучаться до матери, которую давно взяла в плен тьма.

Авенира дёрнулась, будто её пронзило током, и раскинула руки, снова воспаряя над полом. Глаза закатились, и в камере эхом зазвучал звонкий, без намёка на старость голос:

— Чёрная магия есть энергия, и её нельзя уничтожить. Её можно только подавить. Она найдёт подходящий сосуд и либо уничтожит его изнутри, либо подчинится новой хозяйке. Третьего не дано… Белая ведьма станет сосудом. Но станет ли она хозяйкой столь могущественной силы?..

Ведьма упала на пол.

— Но Ами не белая ведьма… — прошептала шокированная Даша.

— Точно? — просипела в ответ Авенира.

— Дарткан — демон… его кровь… мы сотню раз проверяли энергетический фон… — бормотала Дарья, не желая верить, что пророчество относилось не к ней, а к дочери.

— Запомни: оракул никогда не ошибается. Я видела мир людей в огне и точно знаю, что ты тоже. Нельзя мешать девочке, иначе станет только хуже.

— Ты врёшь. Ты всё врёшь! — рявкнула Дарья и бросилась на Авениру, придавливая ту к полу.

Энергетика этого места оказалась слишком сильна. Она пропиталась магией, болью и ненавистью тёмной ведьмы, чему душа Даши больше не могла противостоять.

— Я хочу помочь… честно… — хрипела Авенира, пока пальцы белой ведьмы нещадно сдавливали её дряблую шею.

— Мешать нельзя…

Даша плакала, мотала головой и не хотела верить в услышанное.

Она уже не соображала, что происходит вокруг. И не чувствовала, как продолжает всё сильнее сжимать горло потерявшей сознание ведьмы.

Глава 9

Территория департамента

Даша с трудом разлепила тяжёлые веки и попыталась понять, что произошло. Она судорожно потрогала лицо, будто не веря, что происходящее реально.

— ТЫ СОВСЕМ ЧТО ЛИ… — взревел зверем Михаил, но тут же взял себя в руки и сбавил тон. — Ты совсем, что ли, охренела?!

— Миш, я… прости… — виновато пробормотала женщина, всё ещё не в силах подняться.

— Что мне твоё «прости»?! — прошипел он и несколько раз пнул стену носком ботинка, пытаясь унять бушующего внутри зверя. — Ты хоть понимаешь, что натворила? Понимаешь, что я должен сделать?!

Мужчина подошёл и, облокотившись о подлокотники кресла, навис над провинившейся сотрудницей.

— Делай, что требует устав, — покорно выдохнула Дарья и опустила голову, не собираясь оправдываться или отрицать вину.

— Устав… — рыкнул сквозь стиснутые зубы. — Устав?! Великие предки, за что мне всё это? За какие проступки вы свели меня с этими проблемными сверхами?!

Он выдохнул и плюхнулся в кресло, устало потирая веки.

Даша нарушила закон, и начальник департамента обязан немедленно заключить её под стражу, а личное дело передать в совет старейшин на рассмотрение. Но Михаил хорошо знал Дарью, уважал её как ответственного сотрудника и любил как преданного друга. Поэтому не мог поступить с ней по уставу.

— Я не могла поступить иначе, — сказала белая ведьма, наконец начиная приходить в себя.

— Я знаю.

— И что теперь? — подняла она наполненные слезами глаза.

— Ну, проблем от того, что ты чуть не придушила ведьму, приговорённую к вечным мукам, не будет. А вот от того, что ты вообще оказалась в её камере… Я пока не знаю, как поступить. Охрана будет молчать, но…

— Михаил, ты не должен рисковать репутацией ради меня. Разговор с Авенирой был необходим, чтобы спасти мою дочь. Но к тебе это не имеет отношения. Я прошу только дать возможность поговорить с мужем и попытаться убедить его оставить эту возмутительную затею с замужеством Амалии.

— Ты зря думаешь, что мне непонятны твои мотивы. Будь у меня ребёнок, я бы тоже ради него пошёл на всё, — в голосе мужчины отчётливо послышалась печаль. — Иди домой, Даш. Решай свои проблемы.

— Но как же… ты ведь…

— Иди. О твоём наказании поговорим позже.

— Спасибо! — широко улыбнулась женщина, одарив его благодарным взглядом.

— Иди уже, — усмехнулся Михаил, уже прикидывая, как скрыть произошедшее от совета старейшин.

Даша давала клятву на крови в верности. Замысли она что-то против или во вред департаменту, магическая защита бы сработала. Но вокруг тихо, сирены не выли, выходы не заблокировались. Значит, помыслы белой ведьмы были чисты и направлены исключительно на добрые дела.

И всё же Михаил понимал: это ещё не конец.

Рано или поздно правда вскроется. И тогда отвечать придётся не только Даше, но и ему. За то, что покрывал. За то, что поверил. За то, что снова пошёл против правил ради тех, кто ему дорог.

Глава 10

Амалия

Я поднялась с постели и поплелась в ванную. Привела себя в порядок, честно не понимая, зачем всё это делаю: выходить из комнаты всё равно строго запрещено.

Натянула джинсы с футболкой, собрала волосы в тугой хвост и снова плюхнулась на постель, прихватив одну из книг из маминой коллекции.

Лёгкий любовный роман — то, что сейчас нужно, чтобы расслабить мозги и опустошить голову от ненужных, сводящих с ума мыслей.

Долгая жизнь и сверхспособности — это, конечно, хорошо. Но иногда я искренне завидовала людям. Их жизнь коротка, но они успевают так много: любят, страдают, достигают высот, создают семью и рожают детей. Им всё кажется сложным, но на самом деле их жизнь проста. Они просто не умеют ценить то, что имеют.

Например, женщина, встретила ли она того самого или нет, может продлить род. Как и мужчина.

У сверхов всё сложнее. Оборотни могут произвести потомство только с истинной парой. Вампиры практически лишены этой возможности. А ведьмы… с ведьмами тоже всё непросто. Есть ещё демоны, но и у них свои заморочки.

Хотела бы я прожить простую человеческую жизнь? Наверное, да.

Хотя что я знаю о людях? По сути, немного. Рассуждать о жизни, зная о любви лишь по страницам книг, крайне глупо.

Я отбросила книгу, не в силах больше читать про прекрасную героиню, в которую по уши влюбился лучший мужчина на планете. И ей ничего для этого делать не пришлось.

От безделья хотелось лезть на стенку. Но злить отца ещё больше я опасалась. Надеялась, что со временем он остынет и поймёт: нельзя выдавать дочь замуж только потому, что она иногда выходит из себя и бросается огнём.

Мама влетела в спальню, едва не сорвав дверь с петель.

— Собирайся! Скорее! — крикнула она и, не дожидаясь реакции, вытащила из шкафа куртку с кроссовками.

— В чём дело? — испуганно спросила я, когда она стащила меня с кровати и потянула к выходу.

Выглядела Дарья взволнованно и даже слегка безумно. Это пугало до чёртиков: я не привыкла видеть маму такой.

— Амалия, нужно торопиться! Расскажу по дороге! — тараторила она, нетерпеливо переминаясь, пока я на ходу обувалась.

Мы сбежали вниз. Мама опасливо оглядывалась, словно не хозяйка в этом доме, а пробравшийся ночью воришка.

— Да в чём дело?! — вскрикнула, вырывая руку. — Я не сделаю и шага без объяснений.

— Доченька, прошу, пойдём скорее к машине. Нужно уехать, пока Дарткан не перекрыл мне доступ, — тихо прошептала она и посмотрела сквозь поблёскивающие слёзы отчаяния.

Я чувствовала, как внутри белой ведьмы бушует шторм из противоречий. Её доброе сердце пыталось сделать правильный выбор. Но казалось, любой вариант причинит маме страдания. И опять во всём виновата я.

— Мама… не надо… — всхлипнула, осознав, что Дарья решила пожертвовать отношениями с отцом ради меня.

Куда бы она меня ни отвезла, Дарткан не простит такого.

— Надо! Идём же! — она снова схватила меня за руку и потянула к выходу.

Двое охранников поглядывали с любопытством. Мы постарались как можно непринуждённее скрыться от их взглядов в салоне авто.

— Ну давай же… давай… — шептала Дарья, глядя на ворота и тарабаня пальцами по рулю.

С ужасом я поняла: если ворота не откроются, мама протаранит их.

Это не поможет. Помимо металла, территорию охраняет магический купол, через который можно проехать лишь после одобрения начальника безопасности.

Облегчённо выдохнула, когда ворота отъехали в сторону.

Путь был открыт. Только вот куда именно?

Даша резко нажала на газ, и автомобиль с рёвом сорвался с места. Она пристально смотрела на дорогу, а по её щекам текли слёзы.

Я поджала губы и отвернулась, не в силах смотреть на её страдания.

Никогда не прощу себе, если из-за меня отношения родителей испортятся. Они столько пережили, так сильно любят друг друга, что не имеют права лишиться всего. Даже ради меня.

Глава 11

Амалия

— Может, ты всё-таки объяснишь, в чём дело? Куда мы едем? — спросила, не в силах больше молча ехать в неизвестность.

— В Чёрный Ковен, — коротко ответила мама.

У меня на мгновение язык онемел.

— Я должна вернуть им эту чёртову книгу и заставить вместе с ней забрать всё то, что мучает тебя и подвергает опасности других.

Я ошарашенно хлопала глазами, потому что была совершенно не согласна с тем, что проснувшаяся во мне сила меня как-то мучает.

— Мама, ты… ты хочешь опечатать мою магию? — едва слышно произнесла, ощущая неприятное покалывание внутри. — Но ведь… так нельзя…

— Амалия, не волнуйся. В твоих венах течёт кровь демона, поэтому обряд не навредит тебе. Я бы сама это сделала, но тёмная магия мне не подвластна. Да и боюсь разволноваться и сделать что-то не так, — хотела она звучать уверенно, но голос дрожал. — Да что ж такое?! Проезжай! — ударила по сигналу, крикнув водителю впереди идущей иномарки.

— Но я не хочу лишаться магии. Я родилась такой! Это часть меня! — запротестовала, пытаясь достучаться до затуманенного страхом разума белой ведьмы.

— Нет! Эта мерзость не часть тебя! Энергия должна вернуться в книгу! Я не позволю высшим силам или кому-то ещё отобрать тебя у меня! Не позволю! — рыкнула мама, смахивая слёзы.

Я уже не знала, чей вариант решения проблемы страшнее.

— Но ты же говорила, что сёстрам из Ковена нельзя доверять? А теперь хочешь передать меня им?

— Ами, я не собираюсь тебя передавать. Я буду рядом, и Самина не посмеет навредить. К тому же в её интересах выполнить мою просьбу быстро и тихо.

— Папа будет в ярости. Он никогда не простит тебе, что ты действовала за его спиной, — прошептала я, решив не мешать маме.

Только вот лишаться силы я не намерена. Я хотела занять место, по праву принадлежащее мне, и попытаться направить магию на добрые дела.

— Я очень люблю твоего отца, Амалия. Но тебя люблю больше. И уверена: со временем Дарткан поймёт меня, — выдохнула Дарья.

Мы вздрогнули от громкой мелодии звонка.

Женщина, даже не взглянув на дисплей, сбросила звонок и отшвырнула телефон на заднее сидение.

Мы обе знали, кто и зачем звонил.

Думаю, папа сейчас сожалел, что напичкал мамину машину защитой, которая не позволяла быстро отследить её местоположение магическим путём.

Также я была уверена: Дарткан никогда не подумает, что жена похитила дочь из дома, чтобы отвезти в Ковен. Поэтому время у нас было.

Главное — добраться до места. А там я постараюсь установить защиту.

Без магического шара это сложно, но годы тренировок в академии не прошли зря.

Я не знала, какова территория ведьм, но предполагала, что она не намного больше здания академии, которое я неоднократно накрывала магическим куполом.

Правда, это происходило под строгим надзором преподавательницы. Да и в пустынном мире легче сконцентрироваться.

Но я искренне надеялась, что всё получится. И что мой план сработает раньше, чем мама поймёт, что я задумала.

Глава 12

Амалия

Глядя на чёрный особняк, я почувствовала, как тело начинает потрясывать от волнения.

Мрачновато. Не мудрено, что все считают ведьм злыми и ужасными.

Воздух густой и неприятно пахнущий. Такое ощущение, что на этой территории давно никто не живёт.

Лёгкая туманная дымка придавала атмосфере загадочности. Сердечко взволнованно колотилось, когда высоченные ворота распахнулись, стоило нам только подойти.

— Почему они так быстро открыли? Ждут нас? — спросила я, испытывая неимоверное желание поскорее войти внутрь.

Это часть моего прошлого, от которого меня всячески старались оградить. Но я никогда не считала, что Авенира не заслуживает, чтобы о ней помнили. Мне жаль её.

Наверное, в наших судьбах есть что-то схожее, и именно поэтому Гримуар признал меня.

— Вряд ли нас ждут, но защита тут стала так себе… — растерянно ответила мама, оглядываясь. — Тут вообще всё изменилось.

Мы шли по тропинке, и я с жалостью смотрела на засохшие в клумбах чёрные тюльпаны. Эти прекрасные цветы при помощи энергетики ведьм могли радовать красотой круглый год. Похоже, сёстрам жалко потратить немного сил на их возрождение. Это раздражало.

Мама толкнула дверь, и та со скрипом открылась, выпуская поток холодного воздуха, пропитанного запахом смерти.

В гостиной намного холоднее, чем на улице. Старый камин покрылся пылью и паутиной. На полу разбросаны пожелтевшие листья. Казалось, мы пришли в давно заброшенное здание. Однако присутствие ведьм я ощущала отчётливо.

— Да уж… — ошарашенно прошептала мама, видимо, помня особняк в другом, более подобающем виде.

— Что здесь произошло? — спросила я и сдула с ладони искорки, чтобы зажечь люстру.

Гостиная озарилась светом и преобразилась. Дом будто начал оживать, радостно приветствуя меня. Словно ждал истинную хозяйку.

— Какие-то проблемы? — раздался звонкий недовольный голос.

Мы с мамой устремили взгляды на лестницу, по которой медленно спускалась высокая эффектная блондинка.

Её красное, чрезмерно вызывающее платье смотрелось нелепо. Как, впрочем, и она сама.

Внутри сразу появилась неприязнь: я отчётливо ощутила множество слоёв искажающей реальность магии.

— Самина… — произнесла Дарья, и в голосе послышалась напряжённость.

— Зачем явилась, светлая? Очередная проверка? Или наконец вспомнила, кто ты на самом деле? Надоело прислуживать департаменту? — ехидно произнесла Самина, пристально оглядывая меня.

Зря стараешься, блонди. Я, в отличие от тебя, не экспериментирую со внешностью.

От таких заклинаний организм ведьмы стремительно стареет, а истинная внешность увядает. За всё нужно платить…

— Вижу, ты не особо справляешься со своими обязанностями, Самина, — усмехнулась мама, складывая руки на груди. — Я знала, что дела у Ковена идут не очень. Но чтобы так…

— Язвить решила?! Мы испытываем трудности, потому что департамент перекрыл нам кислород! — прошипела та.

Я чувствовала, как внутри главы Ковена разгорается ярость. А ещё чувствовала, что она слабее меня. Значит, волноваться не стоило.

— Вам никто не запрещал зарабатывать честно и без вреда для людей. Но вы так не умеете, верно? — не уступала Дарья.

— Что вам нужно? — сменила тему Самина.

— Я приехала, чтобы заключить с тобой сделку.

— Сделку? Очень интересно… — усмехнулась ведьма.

Гостиная постепенно заполнялась другими сёстрами.

Выглядели они не очень: внешне молодо и свежо, но внутри истощены. У каждой разный вид дара и степень силы, но явно все используют возможности на пределе и не по назначению.

Такое ощущение, что из них просто высасывают энергию. Я догадывалась, кто это делает и зачем.

— Я хочу, чтобы… — начала мама, но я не позволила договорить.

— Моё имя Амалия. Я родная внучка Авениры и наследница Гримуара, — сказала громко, стараясь не трястись от любопытных взглядов.

— Ами, что ты…

— Нет, мама! Я не хочу лишаться силы. И ты прекрасно понимаешь: здесь нет той, кто смог бы провести обряд, — оттолкнула её руку. — Место во главе Ковена по праву принадлежит мне, и я хочу незамедлительно его занять. Обещаю вернуть Ковену былую силу и процветание, а также открыть пути для легальной деятельности ведьм в мире людей!

Слова лились складным потоком. Всё происходящее казалось правильным. Я дома.

Я чувствовала это. И мне жаль, что мама смотрела с разочарованием и слезами. Но отступать я не намерена.

Я нужна Ковену. А Ковен нужен мне.

— Какая пылкая речь, соплячка. Спешу напомнить: подобные вещи так не делаются. Нельзя просто прийти и заявить о своём праве на трон, — усмехнулась Самина.

— Хорошо. Давайте проголосуем…

— Заткнись! Здесь я решаю, что, когда и как происходит! — рявкнула она, нависая надо мной.

Но я не боялась её. Нисколечко.

— Отойди от моей дочери, Самина, — втиснулась между нами Дарья.

Чёрная ведьма брезгливо скривилась, показывая презрение к светлой магии мамы. Это разозлило меня очень сильно.

— Её признал Гримуар! Ты не вправе препятствовать…

— Гримуар?! — раскатистый хохот ведьмы разнёсся по помещению. — Старая никому не нужная книга, из-за которой Авенира попала в заточение? Бесполезная вещица! Без магического шара лишь обладающая магией оракула может править Ковеном. Поэтому убирайтесь, пока я не разозлилась окончательно.

Остальные ведьмы молча наблюдали. Я чувствовала их смятение и несогласие со своим лидером.

К тому же неясно, почему здесь лишь женщины, недавно обретшие силу. Где сёстры, жившие бок о бок с Авенирой и ценившие традиции?

— Магия оракула? И чем она так ценна? — спросила я, окидывая присутствующих взглядом.

— Я вижу будущее, девчонка! И лишь я могу понять, как его избежать! — прошипела Самина, брызжа слюной.

— Какой толк от видения будущего, если ты даже охрану территории не можешь обеспечить? Сюда может войти любой! — воскликнула мама.

— Кроме департамента, у нас нет врагов, — тихо произнесла Самина, и её глаза начали затягиваться чернотой.

— Прекрати. Это ни к чему хорошему не приведёт, — попыталась достучаться Дарья. — Нападение на служителя департамента лишит тебя разрешения.

— Что ж… — неожиданно сменила настрой Самина и подозрительно мило улыбнулась. — Добро пожаловать в семью, Амалия. Голосование проведём, когда ты немного освоишься. Извини, но я не могу просто взять и передать Ковен в руки юной ведьмочки, которая не знает устав наизусть.

— Будто ты его знаешь… — прошептала Дарья.

— Мама… — я хотела поблагодарить её, но не успела.

Пространство вспыхнуло пламенем, открывая воронку портала. Из неё выпрыгнул озлобленный Дарткан в демоническом обличье.

— Открывать портал на нашей территории запрещено! — взвизгнула Самина.

Папа, даже не глядя в её сторону, бросил туда огненный шар. Ведьма лишь чудом увернулась.

— Милый… — прошептала Даша, пытаясь задвинуть меня за спину, но я не позволила.

Я уже взрослая и готова отвечать за свои поступки. А ещё я была уверена, что должна защитить это место. Спасти от гнева демона, который не хотел понять: у меня свой путь, и время его контроля ушло.

— Последнее предупреждение, Амалия. Возвращайся домой и готовься к свадьбе, — оскалился демон.

— Нет! — уверенно заявила и расставила руки, демонстрируя на ладонях языки пламени. — Я остаюсь здесь, папа. Теперь тут мой дом.

— Я обещал спалить нахер эту территорию, помнишь?

— Помню. И приму смерть вместе со всеми. Только не думай, что это будет легко. Я намерена сражаться с тобой, даже несмотря на то, что ты мой отец.

Огонь демона погас, тело приобрело человеческий облик.

Дарткан выглядел растерянным. Он не ожидал, что я стану спорить.

Ему было больно и обидно. А я бы рада быть другой, но, увы. У меня такой путь.

— Ты уверена, Амалия? Уверена, что готова последовать за своей бабкой в темницу? — спросил он, не глядя на меня.

Его взгляд нашёл побледневшую жену. Я почувствовала, как внутри демона вся нежность обугливается, затягивается чернотой разочарования.

— Я уверена, папа. И это моё решение. Мама тут ни при чём, — поспешила погасить пламя и шагнула к нему.

Но он отшатнулся, будто брезговал прикасаться.

— Дар, прости… Я не могла иначе… — заливалась слезами Даша, но в сердце демона не осталось ни жалости, ни понимания.

— Что ж. Отныне у меня нет ни дочери, ни жены, — произнёс он без эмоций.

Я с трудом сдерживала слёзы.

Дарткан подошёл к рыдающей Дарье и без жалости коснулся её груди, забирая метку, лишая истинную символа принадлежности ему.

Обряд соединения это не отменит, но теперь мама свободна. Точнее, отвергнута и лишена защиты своего мужчины.

— Ты жесток и эгоистичен! — вскрикнула я.

— Прощай, — прошептал он и растворился в воздухе, оставив после себя знакомый запах тлеющих поленьев.

— Какая драма… — голос Самины прозвучал с насмешкой.

Я резко повернулась и отшвырнула её к стене одним лишь взглядом.

Ведьма с визгом извивалась, пытаясь освободиться, пока я слой за слоем сдирала с неё напускной лоск. Я не забирала энергию. Мне она не нужна. Слишком воняла высокомерием и отчаянием тех, у кого была отнята.

Спустя пару минут на пол упала женщина с коричнево-тусклыми, тронутыми сединой волосами.

Ведьмы лишены проблем со старостью, и долгие годы их внешность может быть неизменна. Но Самина сделала выбор. Теперь в свои пятьдесят с небольшим она выглядела на свой возраст.

— Советую всем снять морок, пока не стало слишком поздно, — поглядела я на остальных.

Женщины одна за другой начали отбрасывать магические маски.

— Что вы делаете, идиотки?! — прохрипела Самина, но её уже никто не слушал, принимая меня как главу Ковена.

На самом деле голосование не имело значения. Выбор Верховной чем-то схож с выбором Альфы у оборотней. Лидера нужно принять нутром.

Самина просто воспользовалась неопытностью молодых ведьм. И мне срочно нужно выяснить, куда подевались остальные, более осведомлённые и знающие истинный устав сообщества.

Глава 13

Дарткан

Красная земля. Дворец Ценарда

— Как ты мог так с ней поступить, мерзавец?! — негодовала Даяна, пока остальные пытались молча переварить услышанное.

— Мои отношения с Дашей тебя не касаются, Дая, как и всех остальных. Я лишь переместился сообщить, что запланированную свадьбу придётся отложить, — ответил, не обращая внимания на неодобрительные взгляды.

— Отложить? Несмотря на всё произошедшее, ты продолжаешь настаивать на этом дурацком союзе? — поражался моей упёртости Максим Зверев, который, несмотря на нелюбовь к демоническому миру, вынужден таскаться сюда, чтобы навестить изгнанного сына.

— Мои планы не изменились. Просто произошла заминка. Скоро Амалия поймёт, что слишком молода, чтобы руководить ведьмами. Я люблю свою дочь и не позволю ей закончить так, как Авенира.

— О какой любви ты говоришь, Дарткан? Ты собираешься насильно выдать Амалию замуж за нелюбимого мужика и поселить её в преисподней, — усмехнулся Самаэль.

Мне до безумия захотелось его испепелить.

— Твоё мнение меня интересует меньше всего, щенок! Всё случилось по твоей вине! — рявкнул, но тут же поджал губы под гневным взглядом Ценарда, который теперь пылинки со своего любимого внука сдувает.

— Хватит пререкаться. Дарткан — отец Амалии, и ему решать, как лучше поступить, — озвучил своё мнение Владыка.

Даяна, не согласная с этим, недовольно фыркнула.

— Акхнахар достойный демон. Но если твоя дочь выбрала путь ведьмы, никто не в силах заставить её пройти обряд, даже ты. Есть правила, запрещающие воздействие и давление на отличных от нашей расы сверхов.

— Эти правила связаны с Ковеном и действуют, пока он существует, — усмехнулся я, всем сердцем желая уничтожить всех ведьм и всё, что с ними связано.

В груди больно пекло от того, что моя истинная, моя любимая женщина, которой я доверял больше, чем самому себе, так легко предала меня, пойдя на поводу у молоденькой, ничего не смыслящей в жизни девчонки.

Как после этого я мог быть с ней?

Как мог быть уверен, что очередной нож не вонзится в мою спину?

Как она могла подвергнуть нашу единственную дочь такой опасности, зная, как затуманивает разум тёмная магия?! Как?!

— Дар, ты же не собираешься… — пробормотал Максим.

— Собираюсь. Я уничтожу Ковен. Заставлю департамент навсегда запретить магию и тогда заберу дочь обратно. Уверен, со временем она поймёт и смирится с моим выбором. Ибо другого пути нет.

— Но если совет запретит магию, всех ведьм предадут суду. Она как глава Ковена… — подскочил Максим.

— Ты один из глав совета, Макс. Амалия — твоя названая крестница. Ты поможешь мне спасти дочь от камеры департамента, как когда-то помог тебе я.

— Это безумие! Так нельзя! — рыкнул Самаэль, воспламеняясь, словно факел.

— Можно, — ответил я тихо, потирая уставшие веки. — Ты поймёшь меня, когда твои пацаны родятся и подрастут. Обязательно поймёшь.

— С Амалией понятно. Но что станет с Дашей? — подала голос Даяна.

Моё сердце сжалось от боли и тоски.

С тех пор как я забрал метку, меня не покидало ощущение, что я располовинил себя. Лишил душу жизненно важной части. Это причиняло неимоверную боль.

Хотелось крушить всё вокруг, причинить страдания всем. Но что-то останавливало, напоминало, что я уже не тот, что был раньше.

Дарья — моя женщина, и это останется неизменным навечно. Как и то, что я её мужчина. Только будем ли мы снова вместе, сможем ли смотреть друг другу в глаза, как раньше, — я уже не уверен.

— Михаил сообщил, что Дарья по праву принадлежности к Ковену разорвала договор с департаментом. Теперь она в чёрном особняке. Если твоя задумка исполнится, она тоже будет в числе осуждённых, — выдохнул Максим.

Я всегда хотел, чтобы мой цветочек оставила службу и прекратила рисковать собой в борьбе со злом…

Что ж.

Наконец моя мечта сбылась. Только во рту нет привкуса победной радости. Лишь горечь обиды и разочарования.

— Она сделала свой выбор. Я уважаю и принимаю его, — выдавил, стараясь не показывать, что творится в душе.

— Какая же ты скотина, Дарткан! Мерзкая эгоистичная скотина! — взвизгнула Даяна, подлетела и отвесила звонкую пощёчину, а затем поспешно ушла.

— Я знаю, что у тебя достаточно связей, чтобы уничтожить Ковен за считаные дни. Но прошу, дай дочери шанс, Дар, — похлопал меня по плечу Максим и вышел следом за женой.

— Моё мнение вы знаете, — выдохнул Самаэль. — Амалия не станет здесь счастливой, Дарткан. И тебя никогда не простит ни за сломанную судьбу, ни за отказ от матери. Подумай, что ты делаешь, опираясь на затопившую сердце злость. В своё время ты поставил на карту всё, даже жизнь, ради любви, хотя мог выбрать более простой и выгодный путь. Почему ты хочешь лишить подобного Амалию?

Он тоже удалился.

Мы с Владыкой остались вдвоём.

— Решай свои проблемы, как считаешь нужным, Дарткан. Я с радостью приму твою дочь во дворце, но только когда она сама этого захочет. Хватит с меня и тех пленников, что уже имеются под боком, — усмехнулся Ценард, намекая на Самаэля, Малику и свою дочь с Максимом.

— Спасибо, — ответил я и поспешил вернуться домой.

Туда, где меня, к сожалению, теперь меня никто не ждал.

Глава 14

Марк

— Что значит, разорвали договор?! Какого хрена они возомнили о себе?! — злобно пиная ни в чём не повинный стул, рявкнул на Константина, который сообщил, что партия заряженных камней из Ковена не была доставлена в клуб.

— За последние дни произошло много изменений, — опустив голову, ответил помощник, зная, что в таком бешенстве со мной лучше рядом не находиться.

— Какие нахрен изменения? Немедленно притащите эту суку ко мне! — рыкнул, уже представляя, как сверну охамевшей гадине шею.

— Проникнуть на территорию Ковена больше невозможно. Чёрный особняк снова накрыт куполом и сокрыт от людского глаза магической защитой. За ворота могут ступать лишь ведьмы, — делая ещё пару шагов назад, сообщил Константин.

Я от удивления даже перестал злиться.

— И с чем связаны такие метаморфозы? — присаживаясь, задумчиво потёр подбородок.

Идиотка Самина слишком много энергии тратила на свою внешность. Ей не под силу подобное заклинание, даже если в Ковене нашёлся ещё один магический шар.

— Источники говорят, у ведьм новый лидер, который не желает нарушать закон и иметь дела с вампирами, — выдал Константин, боясь моей реакции.

Но зря. На самом деле я очень рад, что подобное случилось.

— Кто она?

— Мы пока не знаем. Но доносчики из департамента сообщили: Дарья Красновская разорвала договор с советом и укрылась от ярости мужа в стенах Чёрного особняка. Говорят, белая ведьма умыкнула из тайника Дарткана Гримуар и дочурку с собой прихватила.

— Чудесно! — довольно хлопнул я в ладоши. — Что с поиском неинициированной ведьмы?

— Результатов пока нет. Но одна женщина очень яро желает встретиться с тобой. Уверяет, что может помочь. И утверждает, что ты с ней прекрасно знаком.

— Что ж… я сейчас в отличном расположении духа. С радостью пообщаюсь с настойчивой дамой.

Когда в кабинет вошла ведьма, я, не сдерживаясь, заржал во весь голос.

Эту вонь я ни с чем не спутаю. И, несмотря на уродливую незнакомую внешность, прекрасно понял, кто ко мне пожаловал.

Самина больше не выглядела уверенной и наглой. Губы плотно сжаты, а внутри плескались ярость и безграничная зависть к возможностям моего вида не стареть, несмотря ни на что.

— Ну здравствуй, Самина, — сказал, немного успокоившись.

— Здравствуй, Марк. Могу присесть и начать разговор? Или ты ещё не насладился своим триумфом? — съязвила она, рассмешив меня ещё больше.

Ведьмы… Ничему их жизнь не учит.

— Да какой триумф? Просто настроение хорошее. Говори, зачем пришла, — указал на кресло.

— Слышала, ты ищешь ведьму, чтобы не зависеть от Ковена. Я могу помочь. Буду заряжать камешки и делать всё, что в моих силах, в обмен на одну малюсенькую услугу… — ехидно оскалилась она.

— Что за услуга? — прищурился, ожидая ответа.

— Ты поможешь мне уничтожить эту маленькую сучку, возомнившую себя самой сильной и достойной! — злобно прошипела ведьма.

От неё начала исходить лёгкая тёмная дымка. Похоже, прекратив растрачиваться на внешность, Самина стала значительно сильнее.

— Что за сучка?

— Прекрати, Марк! Ты прекрасно понимаешь, о ком речь. Я не позволю малолетней выскочке так легко занять место во главе Ковена! К тому же в ней течёт кровь демона, что противоречит древним традициям сообщества. Пусть убирается в ад, мерзкая полукровка! — вскрикнула она, брызжа слюной.

Мне захотелось вышвырнуть её прочь, но я сдержался. Такой шанс упускать нельзя.

— Хорошо. Только ты не станешь вмешиваться в мои дела с Амалией. Я сам решу, как и когда с ней разобраться. А ты займись делом. Константин проводит в лабораторию, где камешки уже заждались.

Самина ушла.

А я готов был чуть ли не в пляс броситься от трепетного предвкушения сладкой мести.

Главное — как можно скорее найти точки соприкосновения или разногласий между вампирами и ведьмами. И я наконец лично познакомлюсь с малышкой Амалией, которая оказалась ещё более лакомым кусочком, чем я предполагал.

— Разберусь с клубом, и я весь твой, ведьмочка, — усмехнулся, набирая адвоката, который должен был решить вопрос с покупкой земли под строительство нового клуба.

Деньги в мире людей решают всё. Но если ты вампир или любой другой сверх, помимо денег нужно ещё разрешение от департамента на развитие бизнеса.

Впрочем, я не сомневался, что проблем не возникнет. И совсем скоро разрешение на покупку земли и постройку клуба будет у меня.

Глава 15

Амалия

— Эту или эту? — спросила у Дарьи, демонстрируя две картины, принесённые из подвала, куда Самина сгрузила всё, что, по её мнению, относилось к ненужной рухляди.

Мама неопределённо пожала плечами. Ей сейчас не до картин и не до облагораживания особняка. Я же подошла к делу серьёзно и с таким рвением, что сёстры сбились с ног, выполняя мои поручения.

Несмотря на всё происходящее, я чувствовала себя прекрасно. И испытывала искреннюю благодарность от тех ведьм, которых Самина изгнала в подземелье и силами которых подпитывалась, угрожая каким-то ужасным пророчеством, которого все должны избежать.

— Мамочка, ну пожалуйста, поверь: всё образуется. Папа любит тебя и обязательно простит. Он огненный демон, и ему нужно время, чтобы остыть, — оставив картины, я села на корточки рядом с ней и обняла за колени, желая забрать её боль себе.

— Я переживаю не за нас с Дартканом, Ами, а за тебя, — выдохнула белая ведьма и обняла в ответ. — Ты слишком торопишься изменить то, что устанавливалось годами. Это опасно.

— Всё будет хорошо. Обещаю, что не прикоснусь к книге без особой надобности.

— Я о твоём походе в департамент. Зачем тебе сдалась эта земля? — Дарья легонько оттолкнула меня и поднялась.

— Это место отлично подходит под магазин, на открытие которого я хочу получить разрешение. В мире полно тех, кто торгует магическими атрибутами, даже не имея представления, как это опасно. Департамент не контролирует деятельность людей, а зря! — ответила, окрылённая идеей открыть магический магазинчик.

Ничего сверхъестественного и запрещённого. Просто травки, книги и амулеты. Тем более качественную консультацию в таком деле может дать только ведьма.

— Совет не разрешит. Да и не хочу я, чтобы ты связывалась с этим Марком.

— Мамуль, ну что мне может сделать вампир? Укусить? Пусть попробует, — отшутилась, хотя внутри испытывала волнение от предстоящей встречи.

Не понимала, с чем это связано. Может, с тем, что он не просто вампир, а глава клана хладных. А может, с тем, что в прошлом я уже имела честь общаться с вампиром.

— Марк жесток и ради власти пойдёт на всё. Он совершил много преступлений, но ни к одному департаменту не удалось доказать его причастность. Поэтому прошу: не упорствуй с этим участком. Разрешение на магазин всё равно не получить, — мама схватила меня за плечи, глядя в глаза.

— Обещаю, что сделаю всё правильно, — ответила, проглотив возмущение насчёт магазина, который уже отчётливо представляла.

Это будет отличный шаг к сотрудничеству с людьми. Он позволит ведьмам выйти из укрытия. Да и деньги Ковену нужны.

К тому же я собиралась предложить Михаилу сотрудничество и помощь в решении некоторых вопросов.

Дарья кивнула и ушла.

После того как папа отказался от неё, она много молчит и старается уединиться.

Я знала: в стенах Чёрного особняка белой ведьме неуютно. Но надеялась, что со временем это пройдёт.

Однажды наступит день, когда демоны, ведьмы и прочие сверхи перестанут враждовать и научатся жить в мире и согласии.

Я верила в это. И чувствовала, что в моих силах этому поспособствовать.

Глава 16

Амалия

Подъехав к зданию департамента, я начала испытывать дикое волнение. Опыта в ведении подобных дел у меня не было.

В Чёрном особняке легче, когда рядом мама. Но сюда я отказалась её брать: знаю, как ей непросто после стольких лет службы совету.

Выглядела я не слишком презентабельно: все мои вещи так и остались в особняке Красновских, а гордость не позволила поехать их забрать.

Сёстры вежливо поделились кое-какой одеждой, что-то мы спешно купили в магазинчике на окраине. Бюджет Ковена практически на нуле, а карточки мамы мы не трогали: там деньги и отца, который от нас прилюдно отказался.

Поправила блузку, распахнула куртку и вошла в здание. На входе приложила отпечатанный на запястье символ принадлежности Ковену, появившийся после принятия меня как Верховной. На двери загорелся зелёный огонёк.

За спиной сразу выросли два огромных демона. Громко сопя, они сопроводили меня до кабинета Михаила.

Все встречающиеся на пути работники косились, словно видели привидение или возродившееся божество, способное утопить мир в крови. Мне было плевать.

Я не такая, и никто не убедит меня в обратном! Родство с Авенирой ничего не значит. Я не она!

Робко постучала, испытывая неловкость и чувство вины перед Михаилом. Но отступать не собиралась.

Один из демонов любезно открыл дверь и, пропустив вперёд, ввалился следом, оставив сослуживца в коридоре.

Разговора наедине не получится: помимо начальника, охранника и меня, в кабинете, важно развалившись в кресле, восседал худощавый мужчина. Сомнений не было: вампир.

— Простите за опоздание, — извинилась, решив, что власть не повод игнорировать вежливость.

— Здравствуй, Амалия. Проходи, присаживайся, — пробасил Михаил и посмотрел так, будто впервые увидел. — Это Аркадий. Адвокат Марка, который намерен получить разрешение на покупку участка неподалёку от… твоей территории.

Внутри отчего-то радостно забилось сердце, когда я узнала, что этот худой, с орлиной внешностью мужчина — не Марк.

Честно, понятия не имела, какое мне дело до того, как выглядит глава вампирского клана.

— Думаю, всё это формальности. Мой Господин давно отправил заявку. Все процедуры выполнены, документы собраны, поэтому… — начал скрипучим надменным тоном Аркадий.

Я была с ним совершенно не согласна.

Не умела так складно и красиво заливать, как опытные адвокаты, но это и не нужно, когда на твоей стороне правда.

— Я и мой Ковен имеем такое же право претендовать на участок. Слова «я сюда раньше пришёл» не совсем уместны при решении таких важных вопросов, — выпалила.

Глаза вампира удивлённо округлились, будто до этого он был уверен, что я немая.

— Это же смешно! — усмехнулся он. — Михаил, думаю, можно закончить. Документы я оставлю и…

— С чего бы это смешно? — вспыхнула я, всеми силами пытаясь погасить пламя внутри. Сейчас это точно не поможет.

— Наш клан давно ведёт бизнес в мире людей. А ведьмы в прошлом запятнали себя. Поэтому не стоит объяснять, почему на этом участке будет построен ночной клуб, — брезгливо скривился вампир. — Если нужно, мы заплатим более высокую цену. А насчёт Чёрного Ковена… ходят слухи, что ведьмам едва хватает на пропитание. Куда уж им до покупки участка.

— Поступок одной ведьмы не даёт права ставить крест на всех представительницах нашего вида, Господин Аркадий! — произнесла громко. — И я бы посоветовала вам, как адвокату, не верить слухам. А лезть в чужой карман — это крайне низко!

На самом деле вампир не так уж далёк от истины. Но это не давало ему права задирать нос.

— Так, давайте без разборок. Аркадий, Амалия имеет такое же право подать заявку в совет, как и Марк. Старейшины рассмотрят предложения и примут правильное решение, — рявкнул Михаил.

— Я хочу открыть магазин магических товаров и надеюсь, что совет не предвзято отнесётся к моему запросу, — довольная собой положила документы на стол.

Вампир противно хихикнул за спиной.

— Магический магазин? — прошептал он, когда я вернулась на место. — Опомнись, девочка, спустись на землю.

— Чем мой магазин хуже вашего клуба?! Их и так полно по всему городу! — вспыхнула. — И, кстати, Михаил… у меня имеется один документ…

Достала из папки подписанный ранее Саминой договор с вампирами и подошла к столу.

— Бывшая Верховная, которая отреклась от нашего сообщества и больше не находится под опекой Ковена, подписала вот это соглашение с Марком. Может, я чего-то не понимаю, но мне кажется, что использование магии в подобных делах запрещено. Как и многое другое, происходящее за закрытыми дверями «Жажды».

Я бы могла многое рассказать из того, что успела увидеть, когда была там. Но тогда придётся признаться в прошлых ошибках. А этого делать категорически нельзя.

— Очень интересно… — протянул Михаил, глядя на Аркадия, который за секунду стал ещё бледнее.

— Это всего лишь безобидные камешки, — нервно усмехнулся вампир. — Вреда людям не приносят.

— Проверим. Тщательно. Спасибо, Амалия. Однако данное соглашение бросает пятно и на деятельность Ковена. Поэтому нам придётся проверить и твою территорию, и бизнес, — выдохнул Михаил.

На ехидный оскал вампира я лишь широко улыбнулась.

Пусть проверяют! Убедятся, что нам скрывать больше нечего. А вот вампирам бы поубавить напор и прекратить считать себя пупами мира, которых никогда не настигнет наказание.

— Идиотка… — прошептал Аркадий, поспешно покидая кабинет.

— Оставь нас, — рявкнул Михаил демону-охраннику.

Тот кивнул и удалился.

— Михаил, я…

— Амалия, что ты творишь? — тон оборотня сменился с холодного на взволнованный. — Остановись, пока не поздно. Не лезь в это. Пожалей хотя бы свою мать, которая из-за тебя лишилась всего, что было ей дорого!

— У мамы есть я! — возмущённо вскрикнула и подскочила на ноги, но от громкого хлопка ладонью по столу плюхнулась обратно.

— Её могут осудить! Лишить не только разрешения на магию, но и свободы! — рыкнул он тихо, но злобно. — Она нарушила закон ради тебя! И без покровительства Дарткана…

— Я смогу её защитить! Вы все просто не в силах понять, что ваше мнение не единственное верное! — взвизгнула в ответ.

Почувствовала, как магия рвётся мощным потоком. Перевела взгляд на урну для бумаг, и та за секунду зашлась огнём.

— Амалия… — растерянно пробормотал Михаил, бросаясь к огнетушителю.

— Не советую мешать мне. Привычный мир уже не будет прежним. Время правления департамента стремительно уходит, и скоро ведьмы перестанут быть изгоями, — сказала я совершенно чужим голосом.

Я и сама пребывала в ужасе от своего поведения.

Внутри будто жил кто-то ещё. Тот, кто толкал меня на плохие, необдуманные поступки.

Схватив сумку, я пулей выскочила из кабинета, пока не случилось по-настоящему непоправимое.

Глава 17

Марк

Вот ведь маленькая сучка!

Как посмела только выступать и переходить мне дорогу с этим грёбаным магазином, который никому нахер не сдался!

Ещё и договор обнародовала, благодаря чему теперь в моих заведениях не продохнуть от ищеек департамента.

Поставку доноров пришлось приостановить, что грозило кругленькой суммой неустойки. Но даже не это бесило. А то, что какая-то соплячка осмелилась показывать зубы.

Быстро же девчонка почувствовала власть, которая вскружила ей голову.

Ну что ж… так моя победа будет ещё слаще. Осталось назначить встречу и приручить ведьму, чтобы потом использовать по своему усмотрению.

После того как Дарткан перестал тотально контролировать свою дочь, достать её номер не составило труда. Поэтому я с наслаждением набирал нужные цифры, предвкушая услышать ангельский голосок ведьмы, доведшей моего адвоката до бешенства и красных нервных пятен на лице.

— Слушаю, — произнесла Амалия.

Я облизал губы, испытывая всплеск дикого возбуждения.

— Здравствуй, Амалия, — протянул нежно и вкрадчиво, представляя, как алеют её щёки.

— Здравствуйте. Кто вы и с какой целью звоните? — грубила, но скорее от волнения, чем от желания обидеть.

— Моё имя Марк, — произнёс и замолчал, ожидая реакции. — Я хочу встретиться и поговорить насчёт нашего недопонимания из-за участка, — продолжил, так и не дождавшись ни слова.

— У нас нет никакого недопонимания. Просто смиритесь, что участок мой. И на этом закончим, — дерзко ответила она.

Я чуть телефон из рук не выронил от подобной наглости.

— Всё же я хочу встретиться и обсудить дальнейшее сотрудничество, — продолжил, опуская ненужную официальность.

— У нас С ТОБОЙ не будет никакого сотрудничества, — продолжала выводить меня из себя, только сильнее подогревая интерес. — Однако, если главе клана вампиров так хочется пообщаться, то милости прошу. Завтра в любое время после обеда. Думаю, адрес тебе известен.

Сучка сбросила звонок, прежде чем я успел ответить.

Вместо предполагаемой ярости внутри плескалось удовлетворение. И, пожалуй, уважение.

Девушка, несмотря на возраст и неопытность, хороша. Тут не поспоришь.

Давно уснувший инстинкт охотника проснулся в груди и приятно будоражил холодное, почти застывшее сердце.

Пожалуй, соблазнение Амалии будет намного приятнее, чем я предполагал.

И я даже, наверное, плюну на принципы и позволю ведьмочке пару раз согреть мою постель своим демоническим огоньком. Я ведь глава клана. Мне всё можно…