Kitabı oxu: «Измена. Неверный отец для пуговки»

Глава 1

Я вернулась домой поздно. Могла бы вообще не вернуться, но доктор разрешила поехать домой, при условии, что я буду соблюдать постельный режим.

Всё ещё не верилось, что процедуры позади. Теперь оставалось только ждать. Все приготовления закончены и уже на следующей неделе произведут подсадку эмбриона… Приживётся ли?

Приживётся! Я должна в это верить!

Андрей, правда, просил не тратить силы и деньги, говорил, что мне лучше отдохнуть. Но разве я могла остановиться? Как можно остановиться, когда понимаешь, что всё зависит только от тебя?

Открыла дверь и сразу почувствовала – дома кто-то был. Запах дорогих духов, слегка сладковатый, ударил в нос. Этот аромат был чужим в нашем доме, но знакомым. Люда… Моя лучшая подруга.

Что она тут делает? Тем более в вечер, когда я должна была быть в больнице… Я же сюрпризом решила вернуться домой… не оставаться на ночь…

Ужасная догадка обожгла горло, но я тряхнула головой, отмахиваясь от предположения.

Правда, нечто потустороннее всё же остановило меня прямо около двери, заставив прислушаться и, как вор в собственном доме, подглядывать за парочкой в щель…

Когда взгляд скользнул в сторону дивана, я увидела, как Люда нежно склонилась к Андрею и положила руку ему на плечо.

Он посмотрел на неё, и прежде чем я успела понять, что происходит, их лица приблизились, и они поцеловались.

Их губы слились в долгом, болезненно знакомом мне прикосновении, которое в одно мгновение показало мне, насколько они были близки.

Я стояла, затаив дыхание, словно это было нереально, будто передо мной больная фантазия… но вместе с этим и застыв как статуя, не способная отвести взгляд.

Каждое движение их губ, каждый жест – это было то, что принадлежало мне, что я считала своим, а теперь видела, как муж отдаёт это другой.

Я хотела закричать, сорваться с места и выместить свою боль, но вместо этого осталась, спрятавшись за дверью, и позволила этим ощущениям обжигать меня изнутри.

Всё это время мои ноги не двигались, хотя каждый нерв кричал об опасности, об ужасе и унижении, которые накрывали меня.

А потом, когда поцелуй прервался и они снова заговорили, всё, что я услышала, было холоднее тысячи ударов.

– Она никогда не поймёт, что это не работает, – раздался голос Людмилы, холодный и ровный. – Ты для неё не муж, а просто средство. Подумай сам, сколько она ещё будет пытаться? Тебе это надо?

– Не надо, – ответил Андрей, устало выдохнув. – Ты думаешь, мне нравится чувствовать себя не мужиком, а ходячей лабораторией? Я… Я просто устал от этого всего. Ей важен только этот ребёнок. Она считает дни, часы, ставит будильники для инъекций, а я просто… рядом, как робот.

Тяжёлый вздох и мужчина потянулся за бокалом с янтарной жидкостью, стоявшем перед ним на столе. Большой глоток и…

– Хватит, – нахмурился мужчина. – Не хочу об этом говорить.

Меня словно ошпарили кипятком. Всё внутри сжалось, как будто кто-то с силой сдавил сердце, оставляя лишь горькую, ядовитую пустоту.

Он устал…

Но разве я не устала?

Разве я не уставала, пытаясь удержать нашу семью на плаву?

Я знала, что потеряюсь без него, но не думала, что он уже давно от меня ушёл – пусть и не физически, но эмоционально он больше не был со мной.

Боже… неужели это происходит со мной???

Надо бежать… Уйти, пока меня не увидели… Не хочу сейчас разбираться… Не хочу!

Но мои ноги словно приросли к полу, а сердце колотилось так, что казалось, они услышат его стук.

Внезапно Андрей посмотрел в мою сторону и застыл, увидев меня. Люда резко обернулась, побледнела, но в её глазах я не увидела и следа сожаления. Лишь холодное безразличие.

– Так вот как всё, – выдохнула я, пытаясь найти опору в голосе, который предательски дрожал. – Андрей… Почему?

Муж встал, нахмурив брови, будто бы моя реакция его возмущала, а не смущала.

– Почему? – огрызнулся он. – Да потому что ты достала меня, Вика. Сколько можно? Ты думаешь только о себе, о своих бесконечных врачах, об анализах, о графиках, о ребёнке, которого может и не быть. Разве я вообще ещё для тебя существую?

Я попыталась заговорить, сказать, что делала это для нас, для нашей семьи, но слова застряли в горле.

Он, видимо, воспринял это как слабость и продолжил, поднимая голос:

– Ты слышишь вообще, что я говорю? Ты превратила нашу жизнь в ад. Ты зациклилась на этом ребёнке, как будто больше ничего нет. У нас были отношения, понимаешь? А теперь у нас остались только твои попытки забеременеть. Ты знаешь, что ты на самом деле хотела? Тебе нужен был не ребёнок, а инструмент, чтобы доказать, что ты полноценная. А что я? Что я? У тебя есть хоть капля уважения ко мне? Или я просто «материал», который ты решила использовать, чтобы доказать кому-то что-то?

Слёзы жгли глаза, но я не хотела, чтобы он видел, насколько его слова меня ранят.

– Значит, ты не хотел этого ребёнка? – прошептала я, стараясь не выдать дрожь в голосе.

Андрей усмехнулся, раздражённо отмахнувшись.

– Ты вообще не слышишь, да? Ты никогда меня не слышала. Тебе нужен был ребёнок. ТЕБЕ! Ребёнок, любой ценой. А я был просто рядом, как банка, как инкубатор, и меня никто не спрашивал, что я чувствую. Не хотел я этого. И вообще, это всё твои проблемы. Я тебя предупреждал, что не могу так дальше. Но ты ни разу не остановилась.

Я стояла, опустив плечи. Всё, к чему я стремилась, во что верила, рухнуло в одно мгновение. Боль, унижение, злость – всё смешалось в клубок, заполнивший меня целиком.

– Ты думаешь, это просто? – выпалила я не сдержавшись. – Ты думаешь, что это мне в радость – каждый месяц надеяться и видеть, как надежды рушатся? Ты знаешь, каково это – каждый раз верить, что будет семья, а потом чувствовать себя пустой? Или ты настолько мелочен, что можешь швырнуть меня в этот ад одной, а сам пойти, искать утешение в объятиях моей же подруги?

Он разозлился ещё больше, подойдя ко мне вплотную, так что я ощутила его тяжёлое дыхание.

– Ты не видишь дальше своего носа, Вика. Ты хочешь быть матерью, а я просто был удобен для этого. Ты считаешь, что заслуживаешь всё, что хочешь, но какой ценой? Ты готова продать даже нас. – Он протянул руку к полке, схватив какой-то конверт с деньгами, и кинул его мне в руки. – Вот, бери, это всё, что я могу для тебя сделать. Купи себе счастье, найди себе новую «миссию» и оставь меня в покое.

– Ты… Ты мне противен, – прошептала я, прижимая руки к груди, будто пытаясь удержать себя, не дать куску этого унижения прорваться наружу. – А ты, – повернулась я на «подругу». – Как ты могла?

Люда лишь хмыкнула, демонстративно уставившись на свой маникюр.

Девушка стояла в стороне, с насмешкой наблюдая, как мы разрываем друг друга на части.

Андрей снова сжал губы, на его лице появилось что-то вроде жалости, но это была жалость, которая обжигала, унижала, делала меня маленькой девочкой…

– Прекрати жевать сопли, а, – сморщиться, Андрей. – Иди и приведи себя в порядок. Не хочу разговаривать больше.

– Я… я не останусь тут, слышишь! Я подаю на развод! Подлец!

– Да хоть кто, – усмехнулся он. – Развод? Смешно. Никакого развода не будет.

– Что-о?

– Что слышала, – рявкнул Андрей. – Ты будешь сидеть и не отсвечивать. Я не для того столько времени строил свой бизнес, чтобы ты взяла и хвостом вильнула. Тем более перед подписанием контракта с корейцами!

Потерпишь. Совсем скоро ты всё забудешь… Пара побрякушек с брюликами, машинка, отдых с мамой на островах. Что там вам бабам надо… Делай что хочешь, но никакого развода НЕ БУДЕТ!

Глава 2

Когда дверь захлопнулась, я стояла как вкопанная.

Меня будто не замечали.

Муж проводил свою любовницу, а я…

Моё тело, как будто застыло, не позволяя мне двигаться, а в голове была одна лишь мысль: «Неужели это правда? Это не может быть правдой».

Но это было.

Я видела своими глазами.

Андрей и Люда…

Мой муж и моя подруга…

Я не могу даже описать, как это было больно.

Я никогда не смогу этого забыть…

Я то и дело перематывала в голове увиденное…

Как они начали целоваться, как она прильнула к нему, а он отвечал ей, как будто мы никогда не были вместе.

Всё, что я когда-либо чувствовала в его объятиях, все те моменты, когда я думала, что он мой, что он всегда будет рядом – все эти чувства обрушились на меня, как огромный камень.

Он был с ней.

С моей лучшей подругой.

Не могу понять, что произошло. Мы с ним ведь пытались, правда?

Мы всё время пытались, а теперь… теперь вот так. Я стояла и не могла пошевелиться, боясь, что если я сделаю шаг, всё просто рассыпется.

А Люда?

Она даже не испугалась.

Она просто закатила глаза, обняла его ещё крепче и… и я не могла больше это выдержать. Я буквально почувствовала, как холод прокрался в мои кости.

Мне хотелось кричать. Хотелось разорвать всё, что было между нами, что когда-то казалось жизнью.

Но не было сил. Вместо этого мне стало плохо.

Стало так плохо, что я едва удержалась, чтобы не упасть.

Боль. Не просто душевная. Физическая. Как будто что-то обрушилось в животе, как спазм, как камень, который сжался внутри меня и не отпускал.

Это было невероятно.

С каждым вздохом я ощущала, как боль нарастает, и в какой-то момент я не выдержала и опустилась на пол, пытаясь дышать.

Низ живота разрывался от боли, как будто мой организм хотел сам по себе вырваться из этого кошмара. Каждая клетка в теле напоминала мне, как я не смогла удержать всё, что мне было важно.

«Боже, почему?» – я мысленно кричала в пустоту.

Но ответа не было.

Только эта боль, эта невыносимая физическая боль.

Когда я с трудом поднялась, Андрей стоял рядом, но я не могла смотреть на него.

Он продолжал молчать, а я знала – что бы он сейчас ни сказал, это уже не имеет значения. Его слова не вернут того, что мы потеряли.

Я пыталась сдержать слёзы, но они были такими горькими, такими горькими. Мне не хватало воздуха, я чувствовала, как в груди сжимаются мрак и отчаяние.

– Вик, ты в порядке? – его голос был таким чуждым, таким отстранённым, как если бы он говорил с кем-то, кого не знал.

Я не ответила.

Не могла.

Я вообще ничего не могла.

Я просто смотрела на него, чувствуя, как эта боль сжирает меня изнутри.

Он подошёл ближе, но я отпрянула, почувствовав, как его присутствие только усугубляет эту адскую боль.

Я хотела просто сбежать, чтобы уйти, чтобы исчезнуть из этого места, но как?

Как я могла уйти из своей жизни? Из своей семьи?

И вдруг в этот момент, я ощутила очередную волну боли, которая была ещё сильнее…

Я схватилась за стену, пытаясь не упасть. В какой-то момент мне даже показалось, что я потеряю сознание.

– Тебе плохо? – снова его голос, но теперь он был тревожным, даже испуганным.

Мне не хотелось отвечать. Мне не хотелось его слышать. Я не могла, не хотела чувствовать. Боль, она забирала всё.

– Я не могу… – я едва прошептала.

И тут вдруг мои ноги подкосились. В голове помутнело. Я почувствовала, как всё вокруг меня стало расплываться.

Я слышала его шаги, видел его тень, его руки, которые пытались меня удержать.

– Вика, тебе нужно лечь, сейчас вызову скорую, – его руки крепко обхватили меня, но я не могла понять, что он пытается сделать.

Он стоял рядом, но для меня это всё было словно ненастоящим.

Я почувствовала, как боль начала уходить в бессознательное.

А потом вдруг меня охватила новая волна страха – я не знала, что мне делать.

В голове зашумело, а перед глазами стало темнеть, а дальше…

Дальше я вся уплыла в темноту.

Глава 3

Когда я пришла в себя, первое, что я ощутила – это холод.

Холод, который пронизывал меня насквозь.

Голова была тяжёлой, глаза едва открывались, и мир вокруг расплывался в тумане.

Я слышала какой-то шум, люди разговаривали, но мне было всё равно.

Я не могла собраться, чтобы понять, где я нахожусь. Не могла понять, что происходит.

Когда более менее головная боль стала отпускать, я ощутила руку, лежащую на моей, и подняла взгляд.

Это был Андрей.

Он сидел рядом с моей кроватью, но его лицо было таким чуждым, таким отстранённым.

Мои мысли словно всё это время были в смятении, но теперь они вдруг обрушились на меня с новой силой, когда я поняла, где нахожусь – в больнице.

– Вика… ты очнулась, – голос мужа был обманчиво мягким, но в нём была такая твёрдость, что я интуитивно почувствовала, что он скрывает что-то важное.

Я попыталась сесть, но слабость в теле не позволила мне этого. Я ощутила резкую боль в животе, и дыхание перехватило.

– Что случилось? – я еле произнесла эти слова, глядя на него, но всё было так мутно, что я не могла уловить смысла.

– Ты в больнице. Ты потеряла сознание, – сказал он, его голос теперь звучал немного агрессивнее, но я не могла понять, что скрывается за этим.

– Потеряла сознание? Почему? – я попыталась вспомнить, что происходило до этого, но картина была расплывчатой как в тумане.

С другой стороны койки стояла медсестра, которую я не сразу заметила, и она с тревогой смотрела на нас.

Она тяжело вздохнула, и с улыбкой, которая выглядела неестественно, сказала:

– Виктория, вам нужно успокоиться. Мы сделали все необходимые анализы, и у вас положительный результат. Поздравляю, вы беременны.

Я замерла.

Мои мысли сбились с толку, и я не могла понять, как это возможно.

Я беременна?

Как?!

Как вообще это могло произойти, если…

Подсадка же только на следующей неделе!

– Беременна… – я повторила, как в бреду. – Но как?

Андрей нахмурился и резко встал, его руки сжались в кулаки.

– Что ты, Вика, не понимаешь? – его голос стал таким, что я почувствовала, как давление в груди усиливается. – Ты же так об этом мечтала! Мы… мечтали.

Я в ужасе посмотрела на него. Он был таким отчуждённым, таким жестоким. Не тот человек, которого я когда-то любила. Не тот, кто обещал быть рядом, кто казался частью меня.

– Мы… что мы будем делать? – я тихо произнесла, не зная, что ждало меня впереди.

– Ты ничего не будешь делать, Вика, – его слова были как удары. Он подошёл к кровати, и его лицо стало жёстким. – Как только доктора сумеют преодолеть кризис, ты вернёшься домой. Ты не получишь развод. Даже не мечтай об этом.

Я замерла.

Эти слова были словно удар током.

Развод? Он не даст мне развода? Как это вообще возможно? Как он смеет?

– Ты что, с ума сошёл?! – я едва выдавила из себя эти слова. – Ты изменяешь мне, а теперь хочешь контролировать мою жизнь?! Ты думаешь, что я буду сидеть тихо и терпеть твои выходки?!

– Да, ты будешь. И если ты посмеешь поступить иначе… лучше тебе не знать, что будет. Мы не можем просто взять и разрушить всё, что у нас есть. И ты об этом хорошо знаешь, – он был так уверен, так властен, что мне стало тяжело дышать.

– Ты… ты ненормальный… – мои глаза наполнились слезами, но я сдерживала их.

Я чувствовала, как мой мир рушится, а он стоял передо мной, как будто я ничего не значила.

Как будто мои чувства, моя боль – просто слова для него.

Андрей взял свой мобильный телефон и, не глядя на меня, набрал номер. Я слышала, как он сказал в трубку:

– Да, выставьте охрану у двери. Моя жена должна быть в безопасности.

Я замерла.

Это было как холодный душ.

Он поставил охрану?

Я не могла поверить.

Это был такой жестокий, беспощадный контроль.

Я не могла двигаться, не могла уйти.

– Ты не сможешь сбежать, Вика. Ты останешься здесь, и я буду следить за этим. А когда ты родишь…

Мужчина замер на выходе из палаты, делая контрольный      выстрел в мою душу…

– Я заберу ребенка и ты можешь быть свободна.

– Ты же, – я задохнулась от ужаса. – Ты же не хотел ребенка!

– Теперь, – Андрей свел брови, – хочу. И получу. Сможешь обуздать свое эго – останешься со мной. Не сможешь – ребенка я тебе не отдам.

И вышел вон, оставив меня в гордом одиночестве и с разбитым вдребезги сердцем.