Kitabı oxu: «Архитектура наших ошибок»

ПРОЛОГ

От автора

Все события, персонажи, имена и обстоятельства, описанные в данном произведении, являются вымышленными. Любые совпадения с реальными людьми, местами и событиями случайны.

Эта история — плод авторского воображения. Она не претендует на отражение реальных судеб, но чувства, ошибки и переживания её героев могут оказаться удивительно знакомыми.

Ведь истории бывают вымышленными, а чувства настоящими.

Посвящение

Посвящается всем, кто ждёт свою любовь, и тем, кто однажды перестал в неё верить.

Помните: за каждым закатом неизменно приходит рассвет. И даже после самой тёмной ночи однажды наступает утро, которое способно изменить всё.

И, конечно, это посвящение моим близким подругам, моей сестре и всем, кто всегда верил в меня, поддерживал и помогал не отказываться от своей мечты.

Спасибо, что верили в меня даже тогда, когда я сама в себе сомневалась.

С любовью, Виктория Молчанова.

ПРОЛОГ

Пять лет назад

«Иногда мы уходим не потому, что разлюбили. А потому, что устали ждать, когда нас наконец выберут.»

Музыка к главе: МакSим — Знаешь ли ты

Я медленно шла домой, задумчиво прокручивая на пальце кольцо, которое он мне подарил. Странно, как маленький кусочек металла может одновременно дарить столько счастья и причинять такую боль. В голове снова и снова звучали его слова. Вспоминались прикосновения, улыбки, то, как хорошо мне было рядом с ним. Настолько хорошо, что каждый раз приходилось буквально заставлять себя уходить. А теперь я уходила по-настоящему. Вся эта ситуация с его семьёй, тайной помолвкой с подругой детства заставила меня посмотреть на наши отношения совершенно иначе. Слишком много лжи, недосказанности. Много людей, которые почему-то считали, что имеют право решать за нас. Я всегда верила в одну простую истину: если человек твой, он будет на твоей стороне. Даже когда против вас целый мир. Но, кажется, я ошибалась.

Позади послышался шум приближающейся машины. Я машинально отошла ближе к обочине, даже не обернувшись. Сейчас мне хотелось только одного — добраться домой, забраться под одеяло и хотя бы на несколько часов перестать думать. Настолько глубоко погрузилась в собственные мысли, что совершенно не заметила, как кто-то подошёл сзади. Сильные руки внезапно обвили мою талию, притягивая к знакомому телу. Я замерла. Мне даже не пришлось оборачиваться. Сначала я почувствовала запах.

Родной. До боли знакомый. Древесный аромат с тонкими нотками кофе. Его запах. Тот самый, который я могла узнать из тысячи. Который оставался на моих подушках после его ухода и который я так любила вдыхать, уткнувшись носом ему в шею.

«Не уходи» — прошептал он куда-то мне в волосы. Всего два слова. И моё предательское сердце снова сжалось. Я закрыла глаза, позволив себе ещё несколько секунд побыть в его объятиях. Господи, как же я хотела остаться. « Ты должен понимать», — наконец произнесла я, стараясь, чтобы голос не дрожал, - я никогда не смогу быть второй. Возможно, это эгоистично, но на меньшее я не согласна. Он тяжело выдохнул.

— Я так и понял. Его руки крепче сомкнулись на моей талии. Он развернул меня к себе и прижался лбом к моему лбу. Тихо проговорил он. — Давай попробуем сначала. Я всё оставлю. Всех, если потребуется.

Я горько усмехнулась. Как красиво звучат обещания, когда их ещё не пришлось выполнять.

— А твоя семья? — Я подняла на него глаза. — Я понимаю, насколько вы близки. Но не им решать с кем тебе быть. Если только ты сам не против. Он молчал. И это молчание оказалось красноречивее любых слов.

Мы стояли посреди почти пустой улицы, обнимая друг друга, словно два человека, которые уже всё потеряли, но ещё не готовы это признать. Я смотрела на него и пыталась запомнить каждую черту. Красивые зелёные глаза. Прямой нос с небольшой горбинкой. Чёрные волосы, уложенные в ту самую модную стрижку, над которой я когда-то безжалостно подшучивала. И губы. Господи, эти губы. Они всегда казались мне чуть пухлыми, словно созданными специально для поцелуев. Наверное, когда любишь человека, даже его недостатки становятся чем-то особенным. Хотя какие недостатки? Для меня он был идеальным.

Я поднялась на носочки и едва коснулась его губ своими. Легко. Почти невесомо. Словно прощаясь.

— Давай дадим друг другу время, — прошептала я. — Тебе нужно разобраться с семьёй и расставить все точки над «и». Особенно с этой свадьбой, о которой я, между прочим, узнала последней.

Он болезненно поморщился, но ничего не сказал.

— А мне нужно подумать о работе. О себе. О том, что делать дальше. Ты же знаешь, иногда нужен перерыв, чтобы понять, чего мы действительно хотим. Он смотрел на меня так, словно я собиралась исчезнуть навсегда. Возможно, так оно и было. Потому что я могла простить многое. Ошибки, глупости, необдуманные слова. Но я не могла всю жизнь бороться за место рядом с человеком, который сам не был готов это место мне дать.

Я не хотела конкурировать с матерью. С семейными обязательствами. С девушкой, которую ему выбрали в невесты. Я просто хотела быть любимой. И знать, что, когда весь мир отвернётся от меня, он останется рядом.

— Береги себя, — тихо сказала я. Он медленно разжал руки. И я пошла прочь. Он больше не пытался меня остановить. А я... Господи, как же я ждала. Каждым шагом. Каждой клеточкой тела. Ждала, что он окликнет меня, догонит, схватит за руку и скажет:

«К чёрту всё. Мы справимся. Я выбираю тебя». Но позади была только тишина. Глупая девочка. До последнего верила в сказки. Я не обернулась. Даже когда по щекам потекли слёзы. Даже когда захотелось бросить к чёрту всю свою гордость и вернуться. В ладони обжигающе лежало кольцо, которое я так и не смогла ему отдать. В тот вечер я потеряла человека, которого любила больше всего на свете.

Глава 1

Между сказкой и реальностью

«В детстве я верила, что любовь способна преодолеть всё. Повзрослев, поняла: иногда одной любви недостаточно.»

Музыка к главе: Taylor Swift — the 1

Знаете, в детстве я была уверена, что моя жизнь обязательно будет похожа на книгу. Причём не на какую-нибудь скучную историю о буднях взрослой женщины, которая думает, что приготовить на ужин и как дожить до зарплаты. Нет. Мне подавай настоящую любовь, приключения, головокружительные встречи, мужчину, который ради меня перевернёт мир, и, разумеется, счастливый конец. Желательно с красивой свадьбой. И без бывших невест. Но, как выяснилось, у судьбы весьма специфическое чувство юмора.

Впрочем, обо всём по порядку. Для начала, наверное, стоит представиться. Меня зовут Варвара Чернышева. Я родом из небольшого посёлка Тверской области, село Берёзовка, где население едва дотягивало до двухсот человек, все знают друг друга, а любая новость распространяется быстрее интернета. Особенно если эта новость касается тебя. Я росла в большой семье и была старшим ребёнком. А если вы тоже старшие дети, то прекрасно понимаете, что это означает. Ответственность.

Бесконечная ответственность. За младших, за порядок, за хорошие оценки, за собственное поведение и, кажется, даже за погоду на улице. На старшего ребёнка родители почему-то всегда возлагают чуть больше надежд. Иногда мне казалось, что вместе со мной они пытались прожить и собственные несбывшиеся мечты. Нет, я не жалуюсь. Я люблю свою семью, особенно на расстоянии. Просто детство у меня было довольно своеобразным. Пока другие дети гуляли допоздна, ездили куда-то с друзьями и совершали свои маленькие глупости, мне частенько приходилось слышать:

— Вот вырастешь — тогда и будешь делать что хочешь. Спасибо, пап. Выросла. Теперь вот делаю. Иногда даже слишком много.

В нашей семье было не принято открыто выражать чувства. Мы не обнимались просто так, не говорили друг другу о любви по десять раз на дню и уж тем более не обсуждали душевные переживания за чашкой чая. Поэтому меня спасали книги. Именно там я находила всё, чего мне не хватало в реальной жизни. Нежность. Романтику. Красивые признания. И ту самую любовь, которая, как мне казалось, способна преодолеть абсолютно всё. Я росла мечтательницей. Придумывала собственные миры, представляла будущую жизнь и была свято уверена, что однажды обязательно встречу своего человека.

Глава 2

Параллельные миры

«Самые важные люди часто появляются в нашей жизни совершенно случайно. И лишь спустя годы мы понимаем, что эта случайность изменила всё.»

Музыка к главе: Моя Мишель — Химия

Наше знакомство было до неприличия банальным. Никаких столкновений под дождём, рассыпанных книг, случайно пролитого кофе или спасения прекрасной незнакомки. Хотя, если подумать, с моей неуклюжестью вариант с кофе был бы вполне реалистичным. Я только приехала из своего маленького села и поступила в университет. И знаете что? Я никогда этого не стыдилась. Да, я многого не знала. Не разбиралась в модных заведениях, дорогих машинах и всех этих негласных правилах городской жизни.

Зато умела работать, не боялась трудностей и прекрасно понимала цену деньгам. Правда, выглядела я тогда... Скажем так, весьма своеобразно.

Угловатый подросток с огромными глазами, вечным румянцем и совершенно фантастической способностью краснеть в присутствии симпатичных парней. Особенно если эти парни обращали на меня внимание. Хотя, будем честны, происходило это нечасто. Мне нравились мальчики. А вот я им — не очень. Вернее, нравилась кому-то, конечно. Просто не тем, кто нравился мне. Классика жанра. И вот среди всей этой университетской суеты существовал ОН.

На курс старше. Красивый, обеспеченный, уверенный в себе настолько, что, казалось, мог одним взглядом заставить любую девушку забыть собственное имя. Я не преувеличиваю. Стоило ему появиться возле университета, как вокруг начиналось какое-то массовое помешательство. Девушки поправляли волосы, смеялись громче обычного и совершенно случайно оказывались именно там, где проходил он. Мы с подругой частенько наблюдали это представление возле курилки.

— Ну ты посмотри на него, — говорила она, провожая взглядом очередную толпу поклонниц.

— Смотрю. И что?

— Ты вообще видела, на какой машине он приехал?

Я окидывала взглядом блестящую машину.

— Красивенькая.

— Красивенькая?! Ты хоть представляешь, сколько она стоит?

— Нет. И, если честно, знать не хочу.

Подруга закатывала глаза. А я искренне не понимала, из-за чего весь этот ажиотаж. Ну красивый. Ну богатый. Ну машина. И что дальше? Особенно меня раздражала его самоуверенная улыбка. Такая, знаете, будто он заранее уверен, что любая девушка скажет ему «да». Ну уж нет, дорогой. Не все. Как же смешно вспоминать это сейчас. Если бы кто-нибудь тогда сказал, что однажды я буду засыпать, уткнувшись носом ему в грудь, и считать его запах самым любимым на свете, я бы рассмеялась этому человеку в лицо. Но судьба, как известно, любит посмеяться последней.

В тот день я должна была сдавать курсовую работу. Разумеется, я волновалась, перепроверила её раз двадцать. Была уверена, что обязательно где-нибудь допустила ошибку. Я практически влетела в аудиторию, распахнув дверь с такой скоростью, словно за мной кто-то гнался.

— Ой!

За преподавательским столом никого не было. Зато за одной из парт сидел он. Тот самый. Великолепный и ужасный университетский любимец публики. Один. Без свиты, поклонниц и привычной компании. Я даже растерялась.

— Ой, а тут занято? — выпалила я. -Ты не знаешь, когда преподаватель будет?

Он поднял глаза от ноутбука. Посмотрел на меня. И улыбнулся. Не своей привычной самодовольной улыбкой, а как-то по-настоящему.

— Должен подойти. Если хочешь, садись, подожди.

— Ага. Спасибо.

Я плюхнулась за ближайшую парту и немедленно уткнулась в курсовую. Щёки, разумеется, горели. Не потому, что он мне понравился. Просто я всегда краснела, когда на меня смотрели красивые парни. Особенность организма. Ничего личного. Я настолько увлеклась проверкой работы, что совершенно не заметила, как он подошёл. Почувствовала только чьё-то присутствие рядом. Подняла голову. Он стоял надо мной и с явным интересом рассматривал мои записи. А потом перевёл взгляд на меня. Будто увидел какое-то редкое существо, случайно забредшее в университет.

— Что? — не выдержала я.

Уголок его рта дрогнул.

— А мы с тобой не знакомы.

— И?

Он рассмеялся.

— Я Захар, на курс старше.

Да ладно? А я-то думала, ты местный сантехник. Но вслух, к счастью, ничего не сказала.

— Давай дружить, — неожиданно предложил он.

Я моргнула. Один раз. Второй. Дружить? Вот так просто? Серьёзно? Секунду я пыталась понять, не шутит ли он. Но потом пожала плечами.

— Ну вообще-то я знаю, кто ты.

Он приподнял бровь.

— Даже так?

— Представь себе. Ты тут личность довольно известная.

— И какое впечатление?

Я критически оглядела его с головы до ног.

— Пока не определилась.

Он снова рассмеялся. И почему-то мне захотелось улыбнуться в ответ.

— Так что насчёт дружбы?

Я протянула ему руку.

— А давай.

Он пожал её, всё ещё улыбаясь. И вот так, совершенно случайно, началась история, которая перевернула мою жизнь. Тогда я ещё не знала, что протягиваю руку человеку, который однажды станет для меня целым миром. А потом этот мир разрушит.

Глава 3

Любовь не спрашивает разрешения

«Я не помню, когда именно перестала видеть в нём друга. Помню только день, когда поняла, что уже слишком поздно.»

Музыка к главе: Arctic Monkeys — Do I Wanna Know?

Мы действительно стали друзьями. Не сразу, конечно. Сначала были случайные разговоры между парами, сообщения по поводу учёбы, общие знакомые. Потом появились совместные обеды, прогулки, бесконечные переписки и шутки, понятные только нам двоим. А затем в какой-то момент он просто стал неотъемлемой частью моей жизни. Я знала, какой кофе он любит. Знала, что, когда нервничает, начинает теребить часы на запястье. Что не выносит, когда его будят рано утром, и что за внешней самоуверенностью скрывается человек, который порой слишком много берёт на себя. Я видела его разным. Весёлым. Уставшим. Больным. Злым.

Влюблённым. И, к сожалению, далеко не всегда в меня. О, девушки в его жизни заслуживали отдельной главы. Они появлялись с завидной регулярностью. Красивые, эффектные, уверенные в себе. Совершенно не похожие на меня. Сегодня он рассказывал о новой знакомой, через месяц жаловался, что она выносит ему мозг, а ещё через две недели представлял следующую. Я слушала. Советовала. Иногда смеялась. Иногда утешала. И даже представить не могла, что однажды всё изменится. Потому что долгое время я действительно воспринимала его как друга. Своего человека. Того, кому можно позвонить среди ночи и рассказать самую нелепую историю. Он мог спокойно завалиться ко мне, украсть еду из холодильника и устроиться на диване так, словно жил здесь всю жизнь. Мы могли заснуть рядом после долгого просмотра фильмов. Могли спорить до хрипоты. Могли молчать часами, и это молчание никогда не было неловким. Я привыкла к нему. Оказалось что слишком сильно.

А потом мы окончили университет. Он конечно раньше, пошёл работать в фирму своего отца. Началась взрослая жизнь. Работа, новые заботы, планы. И однажды вечером мы просто гуляли по городу. Он что-то рассказывал. Кажется, жаловался на очередную неприятность на работе. Я шла рядом и слушала вполуха. В какой-то момент он повернулся ко мне. Улыбнулся. Закатное солнце скользнуло по его лицу, подсвечивая зелёные глаза.

И всё. Вот буквально всё. Мир словно на секунду остановился. Я смотрела на него и совершенно неожиданно подумала: Боже мой. Я же его люблю. Не как друга. Не как близкого человека. А по-настоящему. Так, что хотелось взять его за руку. Прижаться. Поцеловать. Просыпаться рядом каждое утро. И чтобы он смотрел на меня так, как сейчас, только немного иначе. С любовью. Наверное, вы спросите: как можно столько лет дружить с человеком и не понимать собственных чувств? Поверьте, я сама задавала себе этот вопрос. Но любовь не спрашивает, когда ей прийти. Она не предупреждает. Не стучится в дверь. Просто однажды появляется и переворачивает всё с ног на голову. И самое страшное — назад дороги уже нет.

А что он? Я думаю, он догадывался. Возможно, замечал, как иногда задерживался мой взгляд. Как я замолкала, когда он обнимал очередную девушку. Как слишком быстро отводила глаза, если наши лица оказывались близко. Но никогда ничего не говорил. А я продолжала играть роль лучшей подруги. И, должна признаться, играла довольно убедительно. Я даже пыталась строить отношения с другими мужчинами. Ходила на свидания. Старалась влюбиться. Но всё было не то. Не хватало того самого чувства, той нежности, внутреннего тепла, которое возникало только рядом с ним.

И каждый раз, возвращаясь домой после очередного свидания, я ловила себя на одной и той же мысли: «А вот с ним было бы иначе. Как же я ненавидела себя за это. И как же сильно его любила.

Глава 4

Одна ночь. И я забуду

«Я обещала забыть одну ночь, прекрасно зная, что буду вспоминать её всю жизнь.»

Музыка к главе: The Weeknd — Earned It

Всё изменилось одним летним вечером. Причём, если бы меня кто-нибудь заранее предупредил, чем закончится эта ночь, я бы, наверное, осталась дома. Или нет. Кого я обманываю? Я бы прибежала туда первой.

День выдался отвратительным. На работе всё валилось из рук. Начальство словно решило проверить пределы моего терпения, телефон разрывался, а к вечеру мне хотелось исключительно лечь лицом в подушку и никого не видеть. Но он позвонил.

— Мы сегодня в клуб собираемся. Приезжай.

— Не-а, не хочу.

— Даже не спросишь, кто будет?

— Мне всё равно. Я устала.

— Ну приезжай ненадолго. Развеешься.

Я тяжело вздохнула.

— Ты невыносим.

— Знаю. Так ты приедешь?

— Приеду, — буркнула я и сбросила вызов.

Вот вам и сильная независимая женщина. Стоило ему позвать и все мои принципы отправлялись в отпуск.

В клубе было шумно. Музыка гремела так, что вибрация отдавалась где-то в груди. В воздухе смешивались запахи дорогих духов, алкоголя и летней ночи. Наша компания уже расположилась за столиком. Захар сидел среди друзей. Рядом, разумеется, очередная девушка. Милашка с безупречной укладкой. Удивительно, но имена его спутниц я давно перестала запоминать. Не из вредности. Просто они менялись с такой скоростью, что это казалось бессмысленным занятием. Я поздоровалась со всеми и плюхнулась на свободное место.

— Ты чего такая убитая? — спросил он.

— Работа.

— Всё настолько плохо?

— Если я сейчас начну рассказывать, ты сам напьёшься.

Он усмехнулся.

— Тогда отдыхай.

Ну спасибо, разрешил. Я заказала коктейль. Потом второй. Потом третий. Обычно я редко пила, но в тот вечер мне внезапно захотелось забыть обо всём. О работе. О проблемах. О том, что мужчина, которого я люблю, сидит в полуметре от меня и обнимает другую. И знаете? Алкоголь прекрасно справлялся с этой задачей. По крайней мере, первые полчаса. А потом началось веселье. Я смеялась громче обычного, спорила с друзьями, пыталась подпевать какой-то совершенно незнакомой песне и ощущала себя невероятно счастливой. До тех пор, пока над моим ухом не раздался знакомый голос:

— Так. Всё. Тебе хватит. Я подняла голову. Он смотрел на меня с выражением сурового родителя, заставшего ребёнка за поеданием конфет перед ужином.

— Чего это?

— Ты уже еле сидишь.

— Неправда. Я прекрасно сижу.

Для убедительности выпрямилась. Стол почему-то слегка качнулся.

— Ага, вижу, — хмыкнул он и забрал мой бокал.

Вот это была ошибка. Потому что пьяная я оказалась существом исключительно принципиальным.

— Отдай!

— Нет.

— Я сказала, отдай!

— А я сказал, хватит.

Я потянулась за бокалом. Он поднял руку выше. Я возмутилась. Дёрнулась. И, разумеется, опрокинула остатки коктейля себе на грудь.

— Да чтоб тебя!

Холодная жидкость мгновенно пропитала тонкую рубашку. Я уставилась на себя. Потом на него.

— Вот! Это всё из-за тебя! Он уже собирался что-то ответить, но вдруг замолчал. Его взгляд скользнул вниз. Рубашка прилипла к телу, почти не скрывая очертаний груди. Я заметила, как он сглотнул. И поднял глаза. На меня. Совсем иначе. Не так, как смотрел последние годы. В этом взгляде было что-то новое. Тёмное. Горячее. И совершенно недружеское.

У меня внутри всё перевернулось. Господи. Да он смотрел на меня как на женщину. Впервые за все годы нашей дружбы я действительно почувствовала себя женщиной в его глазах. И внезапно поняла, что хочу его, не когда-нибудь в своих бесконечных фантазиях. А сейчас. Он первым отвёл взгляд. Резко выдохнул, снял куртку и накинул мне на плечи.

— Поехали.

Я моргнула.

— Куда?

— Домой отвезу.

Голос у него стал ниже, с лёгкой хрипотцой. От этого звука по спине пробежали мурашки.

— Но я…

— Даже не начинай.

Я почему-то послушалась.

Мы попрощались с компанией и вышли на улицу. После душного клуба прохладный ночной воздух показался настоящим спасением. Он открыл передо мной дверь машины. Помог сесть. Наклонился, чтобы пристегнуть ремень безопасности. И в этот момент его лицо оказалось так близко, что я почти перестала дышать. Знакомый древесный аромат с нотками кофе заполнил всё пространство вокруг. Мой любимый запах. Я незаметно втянула воздух. Он поднял глаза.

— Что?

— Ничего, — быстро ответила я.

Уголок его рта дёрнулся.

— Ты сегодня странная.

Милый мой, если бы ты только знал, какие мысли сейчас крутятся у меня в голове... Он закрыл дверь, обошёл машину и сел за руль. Мы ехали молча. Огни ночного города мелькали за окнами, тихо играла музыка, а я украдкой рассматривала его профиль. Сильные руки на руле. Чёткую линию челюсти. Тёмные волосы. И губы. Не смотри на его губы. Разумеется, я продолжала смотреть. В какой-то момент он повернул голову.

— Спи уже.

— Я не сплю.

— Вижу.

Я обиженно отвернулась к окну. И почти сразу уснула.

Сквозь сон я почувствовала, что меня поднимают на руки. Было тепло. Спокойно. Я даже не попыталась открыть глаза. Я лишь устроилась удобнее, прижавшись щекой к знакомой груди. Где-то щёлкнул замок. Послышались шаги. Потом меня осторожно опустили на мягкую кровать, кто-то убрал волосы с моего лица и заботливо укрыл одеялом. Я улыбнулась во сне. Дом. Хотя находилась вовсе не дома.

Проснулась я внезапно. Несколько секунд лежала неподвижно, пытаясь понять, где нахожусь. Темнота, большая кровать. Знакомый запах постельного белья. И кто-то тёплый рядом. Я повернула голову. Он. Разумеется. Мы и раньше оставались ночевать друг у друга. Могли уснуть на одном диване после фильма или просто проспать всю ночь рядом. Никогда ничего не происходило. Потому что мы были друзьями. Лучшими друзьями. Только сейчас всё ощущалось совершенно иначе. Я посмотрела на часы.

03:00. Он спал на спине, закинув одну руку за голову. Лунный свет падал на его лицо, делая черты мягче. Я лежала рядом и смотрела. И думала. О том, сколько лет знаю этого человека. Сколько раз представляла, как целую его. Сколько раз запрещала себе даже думать об этом. А потом в голове появилась совершенно безумная мысль. А что, если сейчас? Сердце заколотилось. Нет. Нельзя. Вы же друзья. Я перевела взгляд на его губы.

А если один раз? Я медленно придвинулась ближе. Настолько осторожно, словно боялась разбудить не человека, а собственную судьбу. Он не шевелился. Я задержала дыхание. И легко коснулась его губ своими. Один раз, потом второй, третий. И вдруг мир перевернулся. В буквальном смысле. Он резко притянул меня к себе, поменял наши положения и навис сверху, упираясь руками в матрас. Я испуганно ахнула. Его зелёные глаза смотрели прямо в мои.

— Ты что делаешь? — хрипло спросил он.

Я сглотнула. Ну вот. Попалась. Можно было, конечно, изобразить лунатизм. Или сказать, что мне приснился сон, или вообще притвориться мёртвой. Но алкоголь, остаточная смелость и многолетняя влюблённость решили всё за меня. Я улыбнулась.

— А что, не видно?

Он прищурился.

— …

— Пользуюсь тобой, — совершенно серьёзно заявила я. — Ты мне друг или нет?

Несколько секунд он смотрел на меня так, словно пытался убедиться, что я действительно это сказала. А потом тихо рассмеялся. Но улыбка быстро исчезла. Он стал серьёзным. Очень серьёзным.

— Ты понимаешь, что после этого всё изменится?

Я перестала улыбаться.

— Понимаю.

— Не будет прежней дружбы.

— Знаю.

Он провёл рукой по волосам, словно борясь с собственными мыслями.

— Послушай меня. Я не могу обещать тебе любовь до гроба, свадьбу, детей и всю эту романтическую чушь.

Каждое слово больно ударяло куда-то под рёбра. Потому что именно этого я и хотела. Любви. Свадьбы. Детей. Общего будущего. С ним. Только с ним. Но я понимала, что стоит сейчас признаться и он отстранится. Скажет, что не хочет причинять мне боль. Что я для него слишком важна. Что мы всё испортим. А я уже слишком долго его любила, чтобы снова отступить. Поэтому улыбнулась. Хотя в горле стоял ком.

— Одна ночь, — тихо произнесла я. — И я забуду.

Он долго смотрел мне в глаза. Словно пытался найти там хотя бы намёк на сомнение.

— Ты уверена?

Я кивнула.

— Да.

Его взгляд опустился к моим губам. Затем снова поднялся к глазам.

— Если передумаешь, скажешь мне. Хорошо?

— Хорошо.

И только после этого он поцеловал меня. Не было никакой робкой нежности. Никакого осторожного, почти невесомого прикосновения, о котором я столько лет мечтала. Поцелуй был жадным. Страстным. Словно всё это время между нами существовало невидимое напряжение, которое наконец вырвалось наружу. Я обняла его за шею, притягивая ближе. Он на мгновение отстранился, чтобы посмотреть на меня, и я увидела в его глазах то, чего никогда прежде не замечала.

Он хотел меня. Я увидела это без всяких объяснений.

— Ты даже не представляешь, что творишь, — прошептал он.

Представляю, милый. Ещё как представляю. Просто не представляю, как буду жить после этой ночи. Он снова поцеловал меня, уже медленнее, и я вдруг почувствовала, как исчезает вся моя напускная смелость. Потому что одно дело мечтать о близости с любимым человеком. И совсем другое оказаться рядом с ним, понимая, что сейчас всё действительно произойдёт. Он заметил моё волнение.

— Эй, — тихо позвал он.

Я подняла глаза.

— Что?

— Посмотри на меня.

Я посмотрела. Он осторожно убрал прядь волос с моего лица.

— Мы никуда не торопимся. Эта неожиданная нежность чуть не заставила меня расплакаться. Я улыбнулась.

— Я просто волнуюсь.

— Я тоже.

Он коснулся губами моего лба, но я не собиралась довольствоваться столь скромным проявлением нежности.

— И это всё? — спросила я, приподняв бровь.

Захар посмотрел на меня с подозрением.

— Что значит «всё»?

— Ну не знаю. Я тут, между прочим, совершаю самую большую глупость в своей жизни, а ты целуешь меня в лоб, словно провожаешь в первый класс.

Уголок его рта дёрнулся.

— Чернышева, ты когда-нибудь перестанешь разговаривать?

— Когда появится причина замолчать.

Он несколько секунд смотрел на меня, а потом медленно улыбнулся.

— Сама напросилась.

В следующий момент его губы накрыли мои, и вся моя тщательно подготовленная дерзость куда-то испарилась. Я вцепилась пальцами в его плечи, отвечая на поцелуй с такой отчаянной смелостью, будто боялась, что он передумает. Захар притянул меня ближе, и между нами окончательно исчезло то безопасное расстояние, которое мы столько лет называли дружбой.

Я почувствовала, как сильно бьётся его сердце. Надо же. Оказывается, великий и невозмутимый Захар Зарецкий тоже человек.

Он отстранился первым, тяжело выдохнув.

— Варя…

— Только не говори, что мы совершаем ошибку.

— Я собирался сказать, что ты сводишь меня с ума.

На секунду я потеряла дар речи. Впервые за вечер. Возможно, впервые за всю жизнь.

— Повтори, — попросила я.

— Обойдёшься.

— Зарецкий!

Он рассмеялся, но стоило мне потянуться к нему, как улыбка исчезла. Теперь он смотрел на меня совершенно иначе. Не как на подругу, с которой можно спорить до хрипоты. Не как на девчонку, которую знал много лет. Как на женщину, которую хотел поцеловать снова.

Его ладонь легла мне на талию. Я обняла его за шею и первой сократила оставшееся расстояние. Поцелуй получился долгим и настойчивым, и где-то между сбившимся дыханием и бешеным стуком сердца я окончательно перестала понимать, зачем столько лет скрывала свои чувства.

— Ты уверена? — спросил он, когда мы наконец отстранились.

Я посмотрела прямо в его зелёные глаза.

— Абсолютно. Я уже протрезвела, Захар. И прекрасно понимаю, чего хочу.

— И чего же?

Он произнёс это с такой откровенной усмешкой, что мне немедленно захотелось его стукнуть. И поцеловать. Желательно одновременно.

— Не нарывайся, Зарецкий.

— А то что?

— Пожалеешь.

Он приблизился к моему уху.

— Сомневаюсь.

Господи, дайте мне сил. Или хотя бы отключите мозг на ближайшие несколько часов.

Я потянула его к себе, больше не желая тратить драгоценные минуты на разговоры. Он ответил на поцелуй, осторожно провёл ладонью по моей спине, и от этого простого прикосновения мне стало труднее сохранять привычную насмешливую невозмутимость.

— Ты дрожишь, — заметил он.

— От возмущения.

— Конечно.

— У тебя отвратительный характер.

— Ты только сейчас заметила?

— Раньше надеялась, что это лечится.

Он тихо рассмеялся, а затем вдруг стал серьёзным. Убрал волосы с моего лица и посмотрел так внимательно, что мне захотелось отвернуться. Слишком опасно было позволять ему видеть меня такой — без привычной защиты из шуток, колкостей и напускного равнодушия.