Kitabı oxu: «Миссия — соблазнить всех»

Глава 1

Игорь далеко не был мужчиной моей мечты, а также ни чем не напоминал Колина Фаррела (моего любимого актера 40+), но у него были красивые мускулистые руки и мне нравилось, когда он на меня смотрел.

А делал он это при каждом удобном случае. Но только, когда папы не было рядом. В его присутствии он вел себя так, будто я его совсем не интересовала. Даже когда я приходила на стройку в короткой юбке и топике. Однако его зеленые глаза под тяжелыми загорелыми веками старательно косились в мою сторону и я замечала, как при этом напрягалась мышца на его потной шеи.

Впервые я заметила его пристальный интенсивный взгляд через неделю после начала работы. Родители начали строительство нового дома на соседнем участке, который уже несколько лет никак не эксплуатировался. Раньше мы распахивали землю и держали на его месте огород. Позднее папа всерьез задался целью построить двухэтажный дом с просторной мансардной и большими окнами, которые выходили бы на город и его сказочные огни. Фундамент залили еще прошлой осенью, а брус и прочие материалы папа заказал только в начале лета. Плотника мы нашли быстро. Игорь сам нам позвонил буквально на следующий день после того, как я выложила объявление. Этим же вечером он приехал, чтобы оценить масштаб и уровень работы. Папа обговорил с ним, что в свои выходные они будут работать вместе, в остальное время в помощниках у него будет дядя Сережа – наш сосед и папин лучший друг по совместительству.

В то утро я проснулась от громкого мяуканья долбаного кота, которого в семье мы прозвали «Ваше орущее величество». Он просился, чтобы его выпустили на улицу, но никто кроме меня как всегда его не слышал. У меня был очень чуткий сон, поэтому Персик будил меня даже ночью, в то время, как все остальные крепко спали в своих постелях.

Время было утреннее, каникулы. Моя сестра сладко посапывала на нижней полке нашей двухъярусной кровати. Из открытого окна доносились трели птиц. Я запрыгнула в тапочки, и открыв дверь Персику, решила выйти следом за ним, чтобы поискать в траве землянику. Она росла у нас вдоль забора. Несколько лет назад мы с мамой выкопали ее в роще и за это время она успела порядочно разрастись.

Солнце недавно поднялось, но бледно-розовая пелена под цвет моей ночной сорочки, успела раствориться над линией горизонта. Я потянулась, остановившись пару мгновенный на крыльце. Воздух был свежий и прохладный от ночного тумана. Персик игриво запрыгал по каменной дорожке вдоль сада, впереди его ждала прощелина в деревянном заборе – так он пробирался в соседский двор, чтобы провести время с их персидскими кошечками.

На тот момент никакая другая ягода, кроме земляники не успела созреть и в нашей семье велась за нее негласная битва. Говоря более понятным языком – кто успел, тот и съел. Решив воспользоваться своим ранним пробуждением, я спустилась с крыльца и направилась к забору, чтобы насладиться сладостью утренней земляники.

Она вся была в россе, но от этого ее вкус становился только насыщеннее и сочнее. Перебираясь на корточках, я тщательно рыскала руками в траве, не желая оставлять своей сестре ни единой ягодки. Таким образом, сама не заметив, как я добралась до соседнего участника, отгороженного невысоким ярко-голубым забором из редкого частокола дощечек. Впоследствии папа планировал возвести там нормальный забор из металла, но пока мы не построили дом, он находил разумным сначала вложить все деньги в строительство.

Отыскав в сырой траве последнюю земляничку, довольная я выпрямилась на ноги. Подол моей короткой начнушки слегка намок от прикосновений с травой и прилегал к белоснежной коже моих худых бедер.

Я просто остановилась и продолжила стоять. Мое сердце пропустило удар. Наверное, я просто не ожидала увидеть у себя на участке постороннего, это было непривычно и против правил. Но Игорь уже успел приехать. Его серая машина неприглядно стояла под тенью старого карагача. На нем была жилетка со множеством карманов, которая открывала взору его уже загорелые почти до красна мускулистые руки. Ноги у него были не менее крепкими и массивными. Этот мужчина выглядел гораздо слаженнее, чем мой папа, но был примерно одного с ним возраста.

На фундамент к тому моменту успели возложить несколько венцов. Игорь только направлялся к строительству и, очевидно, замер на полпути, прикованный чем-то, что в данный момент захватило все его внимание.

Мой желудок сделал сальто. Мы находились всего в шести-семи метрах друг от друга. Я уже подняла голову и успела заметить его, а он продолжал смотреть на меня. Я была той самой причиной, по которой он до сих пор не подключил электропилу, находившуюся у него в руках, к сети. Почему он вообще стоял и не двигался, казалось, смотря на меня загипнотизированным взглядом. От его тяжести и интенсивности мне становилось не по себе. Странное чувство. Раннее утро, лето. На мне короткая ночная сорочка, открывавшая большую часть моего тела, рядом со мной незнакомый взрослый мужчина и ему явно нравится то, что он видит.

Я моргнула. Моргнула еще раз. А он, казалось, потерял необходимость закрывать веки. Нет, это было ненормально. Люди обычно не приковываются так взглядами. Прежде я такого не замечала. По крайней мере, на себе.

У меня пересохло в горле, дрожь пробежала по ногам и слегка подкосила мои коленки. Ветер коснулся моего лица и бросил мне на глаза прядь светлых волос. Я подняла руку, чтобы убрать ее, с мыслями, что, когда сделаю это, он очнется и отвернется от меня. Но он все так же смотрел… Смотрел и не двигался.

Желание броситься бежать в дом боролось внутри меня с желанием остаться. Я не понимала, почему, но мне нравилось то, что он на меня смотрит. И как он смотрит. Это определенно было ненормально, но мне это просто нравилось.

Я никогда не испытывала ничего подобного. Это было новое чувство, которое хотелось изведать и изучить до конца. Я погладила себя по волосам снова. Он все смотрел. Затем рука непроизвольно скользнула к шеи и бережно погладила нежную юную кожу. Он смотрел.

Мое сердце пропустило еще один стук, когда я вдруг поняла, что он очнулся. Знает, что я вижу его, но не отворачивается. Возможно, даже знает, что мне это нравится или ему просто плевать. Никого по-прежнему не было поблизости. Дядя Серёжа еще не пришел, папа был на работе, а мама с сестрой крепко спали дома.

Я не могла контролировать свою руку. Та медленно ползла ниже по линии моей талии, скользя по легкой ткани нежно-розовой начнушки. У меня закружилась голова, когда я подумала, что делаю это специально для него и ему это нравится. На расстоянии я заметила, как Игорь прикусил нижнюю губу и напрягся, будто говоря мне «ну же, давай, давай скорее сделай это». А моя рука тем временем медленно спускалась к краю влажной сорочки на берде и, когда я почти коснулась ее, ко мне пришло безумное осознание того, что я творю. И вскинув обе руки, я тут же бросилась бежать в дом, ни разу не оглянувшись на него по пути.

Я вспоминала этот взгляд каждый раз, когда при папе он нарочно избегал смотреть на меня. Я знала, что на самом деле ему этого хочется. И это заставляло меня испытывать приятное волнение и дрожь в коленках.

Обычно я приходила на строительство, когда мама отправляла меня к ним с обедом. При дяде Сереже Игорь позволял себе на меня смотреть и даже говорить со мной, но не пялился. Все же, я замечала как его зрачки задерживалось на моих ногах, шеи, запястьях и других частях тела. Первое время я не понимала, как мне на это реагировать и пыталась разобраться с тем, что я чувствую. Но с каждым разом, ощущая на себе волну его пристального всепоглощающего взгляда, я начала в полной мере осознавать, настолько мне это приятно, независимо от того, насколько это нормально или правильно.

Мне было девятнадцать лет, я закончила третий курс экономического колледжа. При этом никто не давал мне больше семнадцати. Парни, которые интересовались мной, как правило, были младше. И никто из них никогда не смотрел на меня также, как он. Плотник, которой строил для нас дом.

Глава 2

Сегодня у папы был выходной, но мы потратили его на семейную поездку в город. Нужно было закупиться продуктами, так как, в деревне было всего два магазина и на их полках нельзя отыскать всего необходимого. Ко всему прочему, маме требовалось зайти в садовый магазин, чтобы приобрести какой-то особенный прибор для прополки грядок, а моей младшей сестре давно обещали купить бассейн.

В этот раз родители потратились и купили каркасный, очень просторный. Тот, что был у нас до него, продержался пару сезонов и лопнул прошлым летом. Он был резиновый и войти в него было возможно максимум по колено. В новом же буквально можно было плавать.

Вся семья была в восторге. Родители даже не ворчали о потраченных деньгах. Как только мы вернулись домой, папа собрал его за вишневым садом, не вдалеке от участка, на котором велась работа. Поляна в этом месте была самая ровная, а солнце не оттеняли деревья. Мы бросили в него шланг и оставили на целый день набираться водой из скважины. К вечеру следующего дня он был практически полон, а вода теплая. Алена потащила меня купаться на закате солнца. Начало июля, жарко даже вечером. Она плюхнулась в него бомбачкой, после того, как бегом забралась на верхнюю ступеньку. Брызги разлетелись во все стороны, попав мне на волосы, которые я нарочно оставила распущенными и на открытый купальный, не открывавший мой плоский животик, но крепко врезавшийся в грудь и между ножек, а еще плотно прилегал к телу.

– Лёля! – весело плескаясь, звала меня сестра. – Давай скорее! Тут круто!

Вечерний воздух, в предзакатных лучах которого витал пух от одуванчиков, наполнился ее пронзительным детским смехом. Она плавала на поверхности бассейна и брызгалась в меня водой, игриво призывая присоединится к ее веселью.

Игорь с дядей Сережей заканчивали работу. Инструменты уже не шумели, но они устанавливали выпиленный брус у стены, которая выходила прямо на нас. Игорь держал в мускулистой руке большой молоток и вбивал последний брусок. Капли пота скатывались по его загорелому, напряженному лицу. Я знала, что мой смех привлечет его внимание. Знала и ждала.

Когда он закончил, я игриво подбежала к бассейну, и подняла вверх руки, хватаясь за бортики и тем самым выставляя свою стройную фигуру в лучшем ракурсе. Мой смех прозвучал почти по-детски, также как и у моей десятилетней сестры.

– Ну, как, хороша водичка? – нарочито громко и беззаботно спросила я, чтобы мой голос был услышан.

Я не поворачивалась в их сторону. Мне хотелось, чтобы на меня смотрели также интенсивно и напряженно, как Игорь смотрел на меня тем утром. Хотелось, чтобы он думал, что я не замечаю этого и не отводил взгляд. При этом хотелось выглядеть как можно более соблазнительнее и игривее. Будто я не для него стараюсь, а всегда такая.

– Отпад, Лёля! – восторженно отозвалась сестра. – Ныряй скорее! Давай поиграем в водные догонялки?

– Догонялки? – я снова весело рассмеялась, будто детские игры действительно привлекали меня.

– Да, да, пожалуйста! – начала уговаривать она.

И я подумала, что это идея.

– Ну, хорошо! Сейчас я тебе устрою!

Алена запищала от шуточного испуга и начала быстро плавать, как будто я уже была там и уже ее догоняла.

Ветерок поиграл с моими распущенными волосами, легкими волнами спускавшимися ниже груди. Я придала своему лицу легкий оттенок русалочной мечтательности, который так красиво описывал в своей книге Набоков, надеясь, что с расстояния это было заметно. Затем оттолкнулась руками от бортика бассейна и небрежным движением, убрав с глаз светлые пряди волос, игриво побежала к лестнице, и едва заметно раскачивая бедрами, поднялась наверх и задержалась.

Я знала, что отсюда меня видно лучше всего. Купальник впивался между моих булочек. Я представила, как в этот самый момент он, должно быть, смотрит на меня. Смотрит и надеется, что я задержусь на верхней ступеньке, чтобы его жадные глаза успели рассмотреть все как следует. И я знала, что ему это нравится.

– Давай, Лёля, ныряй! – нетерпеливо звала меня Алена, плескаясь водой.

Я поправила лямки купальника, покрутив при этом бедрами. Ветер дунул мне в лицо и все волосы поддались назад, падая на мою спину.

Я нырнула. Водичка и правда была чудесная. Вынырнув, я встряхнула волосами как в рекламе, надеясь, что ярко-оранжевые лучи попали в мои мокрые локоны. Алена начала уплывать от меня. Я гонялась за ней лишь для того, чтобы выглядеть привлекательнее, выглядеть увлеченной и не замечающей, что на меня смотрят.

Прошло минут пять, когда Алена резко прекратила игру и сказала, сосредоточено глядя мне через плечо.

– Они сюда идут.

Сердце суетливо забилось у меня в груди. Желудок ухнул вниз. Папа сегодня работал, следовательно его с ними не было. Значит Игорь будет на меня смотреть!

Обернувшись, я увидела, что оба мужчины приближались к нам. Оба были ужасно потные и запыленные от работы. Лицо Игоря было сильно сосредоточенным, дядя Серёжа смотрел с интересом.

– Смотрю, отец вам бассейн купил! – провозгласил он, сравнявшись с нами.

Я продолжила свою игру. Нырнув с головой, я повторила трюк с волосами, после чего снова придала своему лицу выражение русалочной мечтательности. Схватилась за лестницу и выбравшись на ступеньки, я присела на самой верхней, вытянув вниз длинные худые ножки, по которым скатывались капли воды. Алена осталась в бассейне, удерживаясь за бортики.

– Да! – весело воскликнула она и брызнула в дядю Сережу водой. Тот рассмеялся и похлопал ладошкой по каркасу.

– Да, вещь, что надо! Сейчас бы занырнуть к вам после тяжелого рабочего дня! – он весело хохотнул, переводя сказанное в шутку. – Отец небось много денег за него вывалил?

– Немало, – ответила я, убирая с лица прилипший мокрый локон и поднимая глаза на Игоря.

Его лицо покраснело сильнее обычного, точно не из-за жары. Взгляд был тяжелый, как никогда. Челюсти сведены, а губы сжаты. Я также обратила внимание, что он держал набор с инструментами в районе своего паха. Когда мы встретились глазами, он резко отвернулся, после чего подошел к дяде Сереже и вслед за ним похлопал по каркасному сооружению бассейна.

– Да, действительно, вещь так вещь! – со знанием, подтвердил он.

Дядя Сережа обошел его со всех сторон, после чего сложил руки на талии, и поджав нижнюю губу, скептически цокнул.

– Но воду в него, блин, долго качать!

– Мы целый день качали! – весело доложила Алена.

Дядя Серёжа снова поджал губу.

– Ну, впрочем, сутки не так уж и долго, да? Вот, думаю, тоже такой купить! Моим понравится. Вон, Аленка, плавает. Нормально тебе, не глубоко?

– Нее! – отозвалась она. – Я хорошо плаваю!

Он рассмеялся.

– Ну, молодец! Мои тоже умеют!

– Так зовите их к нам! – пригласила сестра с неподдельным озорством в голосе.

Дочери дяди Сережи были ее ровесницами. Еще бы, с ними играть будет веселее, чем со мной.

– Позову, Аленка, – пообещал он. – Только боюсь после этого они от меня не отстанут и будут приставать до тех пор, пока я не куплю им такой же.

Я провела рукой по шеи. Игорь стоял по левую от меня руку. Я не видела, смотрел ли он, но надеялась, что этот жест привлечет его внимание. Я догадывалась, что он прятал за чемоданчиком с инструментами и эта мысль меня будоражила.

– А как водичка-то? – поинтересовался дядя Сережа, с явным желанием искупнуться.

– Отпад! – сказала Алена и нырнула с головой.

Я весело засмеялась, привлекая к себе внимание. Напряжение Игоря чувствовалось на расстоянии. Я на секунду повернула голову, чтобы проверить, куда он смотрит и заметила, что его взгляд был прикован ко мне. Теперь он стоял впритык к бассейну, держась за бортики руками, а чемоданчик аккуратно лежал на траве.

– Оль, а ты чего не купаешься? – спросил дядя Сережа.

– Уже иду! – весело воскликнула я и поднялась на ноги.

Прежде, чем нырнуть я снова поправила лямки, чувствуя, как трусики от купальника усердно впиваются в мою писечку. В этот момент я разрешала себе посмотреть на Игоря, и он даже этого не заметил. Потому что все его внимание было приковано к области между моих ног.

Волна обжигающего жара пробежала по моему телу, от мысли, что он смотрит на меня, а я это позволяю. И я задержала этот момент, чтобы позволить ему насладиться увиденным.

Вынырнув, я также как и моя сестра провозгласила, что водичка отпад.

– Эх, выгнать бы вас, – пошутил дядя Серёжа, – и залезть самим! Да, Игорь?

Игорь вытер рукой капли пота с покрасневшего лба. Казалось этот вопрос заставил его задуматься о чем-то другом.

– Было бы неплохо, – ответил он.

Я решила тоже пошутить. Как раз в этот момент Аленка вылезла из бассейна, чтобы помчаться за, пролетевшей над ее лицом, ярко-синей бабочкой.

– Зачем выгонять? – улыбаясь, просила я. – Нам тут всем хватит места.

Игорь гулко прокашлялся. По тому, как его крепкие руки впивались в бортик можно было догадаться о нарастающем напряжении.

– Да ну, ты, брось, Оля! – хмыкнул дядя Сережа. – Я же шучу. Вон, посмотри, какие мы потные и вонючие. Нам для начала надо хорошенечко отмыться!

Я хихикнула и перевернулась на водной глади, показывая свои булочки.

Когда я снова приняла вертикальное положение, они уже уходили. Игорь прижимал инструменты к своим шортам.

– Ну, всего доброго, девчонки! – попрощались с нами. – Долго не сидите в воде, это вредно!

– Пока! – попрощалась мы.

Когда они завели свои машины и уехали, я сразу же вылезла из бассейна.

Глава 3

Стены дома медленно, но уверенно росли вверх и вскоре первый этаж был выложен. Светлый брус радовал взор. Особенно мне нравились передние эркеры, с которыми нашим работникам и папе пришлось повозиться. Теперь они стелили пол второго этажа. Звук прибиваемых досок разносился по двору. Я лежала в коротенькой юбке подальше от бассейна, в котором плескались дети, чтобы они не забрызгали мою книгу. Дядя Сережа периодически что-то кричал своим дочерям и время от времени выгонял их домой. Я замечала, что уходя на перекур, Игорь всегда садился на ту сторону, откуда было видно меня и наблюдал. Помимо книги у меня в руках был телефон с включенной передней камерой и через нее я видела, что он смотрел на меня.

Как же мне это нравилось.

Когда я замечала его в экране своего телефона, то специально начинала вошкаться. То махну высоким хвостом, то согну одну ногу, чтобы как бы случайно задрать юбочку. Когда я видела, что он всматривается, мне становилось горячее и я начинала ерзать на своем покрывале уже не за тем, чтобы показать ему что-нибудь сокровенное, а чтобы поприкасаться к себе там. Зной выгонял меня в дом, я уходила и возвращалась, чтобы снова получить порцию щекочущего возбуждения от того, что взрослый мужчина откровенно засматривается на меня и не могла остановиться. Мне хотелось ещё.

В свои годы я неоднократно мастурбировала, но делала это нечасто и под какое-нибудь эротическое видео. Но оно не вызывало во мне такого желания, как вызывал его взгляд. Нарочно позволяя ему на себя как бы случайно смотреть и показывая ему своим прелести, я уже несколько недель мечтала довести себя до оргазма. Но мне всегда недоставало возбуждения. Игорь был далеко и большую часть дня работал. С тех пор, как они с дядей Сережей подходили к бассейну, он не видел меня вблизи. Я не видела его вблизи. А мне хотелось завладеть всем его вниманием. Хотелось, чтобы он долго и пристально на меня смотрел, не отводя взгляд в сторону и чувствовать на своем теле интенсивность и напряженность его взора.

Когда в пять часов вечера дядя Серёжа забрал своих дочек и повез на машине к их бабушке, тем самым устроив рабочий перерыв, я решила, что это мой шанс. Моя сладкая возможность завестись на максимум, а потом пойти в душ, чтобы поласкать себя там.

Я медленно провожала глазами его машину. Игорь снова задымил сигаретой. Мне показалось, он расстроился, когда я встала с лужайки и забрала с собой покрывало. Мы посмотрели друг на друга. Он сморщил лоб и отвернулся. Я зашагала к дому.

Мама варила варенье в летней кухни с обратной стороны дома и одновременно была увлечена просмотром сериала. Когда девочек забрал их папа, Аленка прибежала к ней на дегустацию и зависла над просмотром. Я легко улыбнулась, проходя мимо них. Никто мне не помешает осуществить задуманное.

Оставив дома покрывало, я на пару минут остановилась у зеркала и осмотрела себя. Первая мысль, которая пришла мне в голову – «странно, что у меня до сих пор не было парня в том самом смысле!», я ведь такая милашка. Мальчики то у меня, конечно, были, но не с одним мы не заходили дальше поцелуев. Думаю, потому, что все они были слишком неуверенными в себе, а я не хотела и не транслировала им свою готовность.

Сейчас мне показалось, что даже воздух вокруг меня ее транслировал. Что-то изменилось во мне с тех пор, как Игорь посмотрел на меня тем ранним июньским утром. Он как будто невербально сделал меня женщиной, дал почувствовать себя желанной. Это странно, но мне это нравилось.

Воздух был наполнен запахам ягодного сиропа. Я прикусила нижнюю губу под цвет спелой клубники и провела по ним обоим пальцем.

Все-таки было что-то в том, что такой взрослый мужчина как Игорь увлекся такой юной девушкой, как я, которая без натяжки спокойно годилась ему в дочери. Что-то неправильное, будоражащее, плюющее на все правила и нормы, что-то потаенные, темное и грязное. Я представила, как по-настоящему соблазняю его, а после отдаю свое нежное юное тело его сильным потным и загорелым рукам прямо на строительстве, в нашем будущем доме, пока папа на работе и больше никого рядом нет, и меня окатило волной горячего ни с чем не сравнимого возбуждения.

Мне понравилось чувствовать себя «грязной». Понравилось думать о себе, как о доступной шлюшке и я похотливо покрутила бедрами перед зеркалом. Юбка на мне слишком коротка, я выросла из нее, наверное, еще в классе седьмом, но сейчас она была как никогда кстати. Благодаря ее размеру мои булочки выглядывали сзади. Кстати, я нарочно не надела бюстгальтер. Дома я вообще, как правило, его не носила, а надеть под этот облегчающий белый топик, из под которого робко выпирали мои сосочки, было бы настоящим преступлением.

Прежде, чем отправиться на свою первую «миссию», я накрасила губы сладким вишневым блеском, от чего они стали еще более алого и сочного оттенка и взяла на кухне со стола несколько домашних пирожков, упаковав их в целлофановый пакет.

Когда я вышла, Игоря на крыше уже не было. Солнце медленно клонилось к линии горизонта, но на улице все еще стоял зной.

Я весело зашагала вдоль тропинки игривой походкой Красной Шапочки, несущей через лес пирожки своей бабушке. Прошла мимо вишневых деревьев, с которых в глаза бросались яркие наливные ягоды, миновала бассейн и, наконец, подошла в первому этажу нашего будущего прекрасного дома.

На окнах и в каждом дверном проеме стояли перекладины из бруса, чтобы, как сказал папа, их не перекосило, так как дерево имеет свойство высыхать и деформироваться. Поэтому чтобы войти вовнутрь, нужно было либо перелазить сверху, либо наклоняться.

Я поднялась по крепким лиственничным доскам, которые временно кинули вместо ступенек и украдкой заглянула вовнутрь. Если я и чувства робость и смущение, то только чуть-чуть. Но мне хотелось продемонстрировать обратное, показаться пугливым кроликом, невинной девочкой, которая по просьбе мамы принесла дяденьке пирожки, а одета так лишь из-за жары.

Я часто приносила сюда еду или воду, но, как правило, когда папа работал с ним. Ну, или я заходила сюда в присутствии дяди Сережи, а так, чтобы оставаться с Игорем с глазу на глаз – такого еще не было. Одного этого было достаточно, чтобы испытать легкое возбуждение.

Просунув голову, я нагнулась и вошла. В нос тут же ударил едкий запах смолы с древесины. Внутри было светло, потому что потолок был выложен лишь на половину, а в срубе присутствовало множество окон. Правда, в коридоре, куда я попала, сразу переступив порог, их не было.

У меня слегка засосало под ложечкой, когда я подняла голову и увидела всего в метре от себя высокую фигуру крепко сложенного взрослого мужчины. Здесь он выглядел как-то иначе. Казался более широким и массивным. В этот раз его лицо украшала грубая, даже от одного взгляда, щетина, наверное, недельной давности. По крайней мере, примерно также выглядел мой папа, если неделю не брился.

На нем была уже знакомая мне жилетка со множеством кармашков и шорты по колено.

Жила на его широкой мускулистой шеи напряглась, когда он увидел мой неподдельно напуганный взгляд. По рукам, ногам, лицу и откуда бы то не было стекал пот. Игорь был весь мокрый и напряженный.

Не я ли стала причиной последнего?

– Ээм… вот… – в милом жесте, сложив одну руку за спиной, вторую с пакетом пирожков я протянула ему. – Мама просила вас угостить.

И опустила глаза.

Он ничего не ответил, даже не пошевелился. Мой желудок сделал сальто, а сердце пропустило удар, когда я снова подняла на него глаза и обнаружила, что он поедал меня взглядом. По телу пробежала дрожь. Ноги моментально превратились в ватные и под этой слабостью мои худые коленки соприкоснулись, найдя друг друга.

Я проследила за его глазами, опустившимися в этот момент на них и прикусила губу, сдерживая горячее дыхание, которое рвалось наружу.

Он молчал и смотрел. Ему нравилось то, как я выгляжу. Нравилось мое юное полуобнаженное тело. А я знала. И мне это нравилось.

Я задорно хихикнула, нарушая внезапно возникшую неловкую паузу. Мне хотелось притвориться совсем глупой, чтобы он подумал, будто я ничего не понимаю. Хотелось дать ему понять, что он может позволить себе со мной большее, а я даже не пойму, будто совсем маленькая девочка.

Убрав руку из-за спины, я уверено прошагала вперед и почти с парадной демонстрацией совсем по-дурацки протянула ему пакетик с пирожками.

Это сработало. Игорь слегка расслабился и улыбнулся мне.

– Спасибо, – поблагодарил он.

– С луком и яйцом, – проинформировала его я.

– Ты немного опоздала, – сказал он. – Серега уехал пять минут назад.

– Но он же вернется, – хмуря брови, будто не могу ответить на этот «сложный» вопрос и наклоняя голову в детском жесте раздумья, сказала я.

Игорь улыбнулся еще сильнее. Кажется ему нравилась моя глупая инфантильность. Мышцы его расслабились, он начал чувствовать себя увереннее.

Теперь его глаза не прятались, лукаво бегая по разным частям моего тела.

– Ну, конечно, приедет, – улыбаясь все шире, ответил он. – Он на полчаса только отъехал.

– Понятно! – звонко провозгласила я и махнула своим хвостом. – Но эти оба пирожка вам. Если дядя Сережа захочет, я ему тоже принесу.

Игорь не ответил. Улыбка не сходила с его лица, а глаза, будто прикованные, продолжали за мной наблюдать.

У меня загорелось между ног. Захотелось прямо сейчас запустить руку под юбочку и поласкать себя там. Я попробовала на вкус вишневый блеск, закусывая свою нижнюю губу. Интересно, насколько бы ему понравилось, если бы я прямо у него на глазах начала доставлять себе удовольствие? Чтобы он сделал? Может тоже достал свой член и начал мастурбировать на меня?

Впрочем, судя по движению в его шортах, мне не требовалось делать ничего подобного, чтобы возбудить его. Он возбудился от одного моего присутствия, от возможности наблюдать за мной, не отводя взгляда.

И меня раз за разом накрывало новой горячей волной, пока я просто стояла и позволяла ему это. Пока он просто смотрел, а член в его штанах медленно, но уверенно давал о себе знать.

Когда он стал настолько явственно очерчен, что его трудно было принять просто на выпирающую ткань, я хотела развернуться и уйти, на прощание показав ему свою попу, когда буду вылезать через низкий дверной проем, чтобы прямо сейчас запереться в летнем душе и начать ласкать себя, представляя его крепкие загорелые руки, но вместо этого я захихикала, как настоящая дурочка и вприпрыжку отправилась в соседнюю комнату.

Широкий проход в виде квадратной арки также был прегражден торчащим посередине брусом. Мне пришлось наклониться. Сделала я это медленно и у меня не было не единого сомнения, что вся моя попочка, облаченная в беленькие круженные трусики, привстала его взору.

Я покружилась, в изумлении рассматривая то, что они успели построить за это время собственными руками. И хотя картина правда меня впечатляла, я нарочно преувеличивала свой восторг. Даже слегка запищала.

– Нравится? – спросил Игорь с довольной улыбкой, прижавшись тем самым местом к перекладине в арке. Он смотрел на меня с лукавыми искорками в глазах.

– Очень! – воскликнула я. – Удивительно, что дом можно построить так просто!

Он членораздельно захохотал, отделяя каждый слог.

– Не так уж это и просто, малышка, – сказал он.

На секунду я оцепенела, мое сердце замерло. Но я не подала вида. Он назвал меня малышкой?

– Разве? – засовывая палец в рот и наклоняя голову, спросила я.

Игорь снова захохотал немного дебильным смехом, который во второй раз я просто не могла не заметить. «Ха. Ха. Ха.» с продолжительными паузами. Смех этот звучал так, будто он был очень умен, а перед ним находится кто-то очень глупый.

Но разве не этого я добивалась?

– Да, малышка, – выходит, не показалось…

Я покружилась еще, и дойдя до эркера, выглянула в окно. Оно как раз выходило на пустую улицу. Высунув голову наружу, я непринужденно согнула правую ногу в колене, что поднимало мою и без того коротенькую юбочку, открывая ему вид на сокровенное.

Так я решила постоять, наслаждаясь мыслью о том, что он смотрит прямо на мою выглядывающую попу. И я чувствовала как скатавшиеся трусики впивались между моих булочек.

Между ножек постепенно становилось влажно, а меня раз за разом окатывало волнами горячего прилива возбуждения.

– Какой чудесный вечер! – со вздохом воскликнула я, растягивая время.

Но Игорю, кажется, это было только с руки, потому что сразу после моих слов он сказал:

– Да, и деревня у вас красивая. А вид на нее лучше всего из этого окна.

Я улыбнулась, но он не мог видеть моей улыбки. Может ему вид и был красивый, а я смотрела на обычную пустую улицу и на самый обычный соседский дом.

– Угу… – еще раз глубоко вздохнув, согласилась с ним я и слегла покрутила бедром.

До меня донесся еле уловимый стон, который вышел из его широкой груди. Я прикусила губу, сладкий блеск попал мне на язык. Боже, о чем бы подумала мама, если бы узнала, чем я сейчас занимаюсь? Едва подумав об этом у меня закружилась голова. Я оказывается грязная девчонка, стою с прогнутой спинкой, впереди меня выпирает грудь в белом топике с явно выделяющимися сосками, а ссади полуоголенная попа, которой я как бы в шутку виляю и, будто не замечаю, что стоящий позади меня мужчина, смотрит на нее.