Kitabı oxu: «Другой Петроград (2013)»
Глава 1
«Сценарное планирование – часть стратегического планирования, относящаяся к инструментам и технологиям, которые позволяют управлять неопределенностью будущего», – говорила на своих лекциях по бизнес-планированию О.Р. Верховская, мой преподаватель в университете. Об этом я вспоминал каждый раз, когда изучал исторические события, определившие судьбы народов, стран, отдельных личностей: «Что если?». Что произошло бы, если бы австралийские аборигены основали и развили Австралийскую цивилизацию подобно древним египтянам? Что произошло бы с европейским Христианством, если бы восточнославянские народы приняли Ислам, а Кордовский Халифат устоял? Как развивалась бы Россия, если бы в 1996 году ее президентом стал Г.А. Зюганов?
Хорошо, что создали машину времени – устройство для перемещения в прошлое и будущее. Наконец-то историки получили возможность стать очевидцами событий прошлого, смогли услышать тайные переговоры дипломатов, узнали правду о спорных исторических личностях.
Сейчас 2013 год. Уже семь лет действует машина времени, а до сих пор в нашей корпорации «Future or Past?»1 ни разу не поднимался вопрос об альтернативном ходе событий. «Можем ли мы, живущие в 2013 году, изменить ход событий таким образом, чтобы не случилось массовой гибели людей в катастрофах?», – поднял я вопрос на одном из закрытых собраний нашей корпорации.
По этой теме начались бурные дебаты. Коллега А.Б. Кириченко убеждал собрание в том, что исторические процессы изменить невозможно – поменяются лишь лица, а основные направления останутся прежними. Суть его рассуждений сводилась к тому, что нет смысла тратить время и силы в тщетных попытках изменить ход событий.
Коллега П.В. Видягина утверждала, что путешественник во времени – манипулятор событий – не пострадает от этого, ибо альтернативный ход событий обязан ему своим существованием.
Мною же было высказано мнение, что события поменять можно, тем самым согласившись со словами Видягиной о невозможности для путешественника потерпеть вред от манипуляций событиями прошлого, и нужно, чем вызвал недоумение Кириченко. Мое предположение заключалось в том, что при вмешательстве в прошлые события можно спасти много людей. Спасать людей, защищать их жизнь и здоровье – задача любого гуманистического общества.
Наши дебаты длились несколько часов. В итоге собрание приняло следующее решение: отправить меня на «Титаник» в ночь катастрофы (крушения) с целью предотвращения массовой гибели пассажиров. При этом собрание корпорации предположило, что если «Титаник» не погибнет, то мне это вреда не принесет; если «Титаник» не погибнет 15 апреля 1912 года из-за удара об айсберг, то погибнет с множеством пассажиров от айсберга через год.
Почему объектом манипулирования был выбран именно «Титаник»? Все просто: многие были под впечатлением от американского фильма «Титаник» производства 1997 года, в котором была показана массовая трагическая гибель людей. Также присутствие в мирном 1912 году на пассажирском «Титанике» намного безопаснее для моих жизни и здоровья, чем на поле какой-нибудь битвы при Бадре (624 год н.э.).
…Итак, Видягина пожелала мне удачи. Установка машины времени включилась. Меня из 2013 года из кабинета корпорации на «Французском ковше» (Г-образный бассейн Обводного канала в Санкт-Петербурге) перенесло на палубу «Титаника» в холодную ночь 14 апреля 1912 года.
Глава 2
Я оказался на палубе «Титаника» 14 апреля 1912 года в 22:00. Вокруг был холод и темнота. Ночь окутала корабль. Вспомнив свое задание, я стремительно пошел к капитану «Титаника». Капитан разговаривал с пассажирками I класса на английском языке. Тогда я обратился к капитану, прервав его беседу с женщинами: «You should turn the ship left, because iceberg is ahead!»2. Капитан выслушал меня и, к моему удивлению, отдал приказ. В 23:40 в ночной мгле сквозь туман пассажиры и капитан увидели очертания айсберга с правой стороны от «Титаника».
«Ура! Получилось!», – подумал я. «Титаник» успешно доплыл до берегов Америки. Вместе с другими пассажирами я спустился на причал в порту Нью-Йорка. Мое время истекло.
Мое нахождение в 1912 году окончилось – меня швырнуло обратно: в Санкт-Петербург, в 2013 год. Вернулся туда, где находилась наша лаборатория, на «Французский ковш». Я ужаснулся: никакой лаборатории, никаких заводов, а вместо них прямая автомагистраль, идущая от Обводного канала (от Александро-Невской лавры) в сторону Московского проспекта. Автодорога идет примерно параллельно Лиговскому проспекту. Ходят трамваи, но не такие, как в Санкт-Петербурге, а в виде черных паровозов (с тендерами). Окна такие же большие, как у трамваев.
Я понял, что спасение «Титаника» изменило ход истории, следовательно, я оказался в альтернативном мире. Здесь, в Петрограде 2013 года, эксплуатируются трамваи в виде паровозов с целью сохранения памяти о технических достижениях прошлого…
Что мне делать? Решил поехать по этому прямому шоссе до Московского проспекта (стоит отметить, что Московский проспект тут именуется Забалканским проспектом). В салоне трамвая больше всего меня поразили люди. Они светились счастьем. Было видно, что они позитивно относятся к жизни, дружелюбны и открыты ко всем и друг к другу.
Мое внимание привлекла схема метрополитена на карте города. В трамваях такие карты висели для удобства пассажиров. Город именуется Петроградом. В 2013 году в нем живет всего 2 миллиона человек. Площадь города меньше площади Санкт-Петербурга 2013 года из реального мира. Отсутствуют Выборгский, Калининский, Красногвардейский, Невский и Красносельский районы, половина Московского района. На их месте раскинулись сельскохозяйственные угодья и застройка конца XIX века – начала XX века. За ненадобностью не было ни моста Александра Невского, ни Володарского моста.
На улице теплый летний день, солнечно, по голубому небу плывут немногочисленные облака, а я в раздумье: «Что мне делать? Как объяснить, откуда я и почему? Где мне жить?».
Глава 3
Как такое могло произойти? Что я поменял в 1912 году, что город Петроград стал таким в 2013 году? Вот что я понял: я не просто спас всех пассажиров «Титаника» и сам «Титаник»; я спас ряд пассажиров, которые повлияли на судьбы ведущих политиков XX века.
Известное соперничество Л.Д. Троцкого и И.В. Сталина в РКП(б) окончилось тем, что в 1923 году по заказу Троцкого русский рабочий Аркадий Иванов, плывший III классом того злополучного рейса «Титаника», застрелил товарища Сталина. Бдительная охрана Кремля задержала убийцу. На суде он признал Троцкого заказчиком убийства Сталина. Понес наказание как рабочий, так и Троцкий.
Троцкий был снят со всех постов в партии и Советском государстве. Однако ввиду его заслуг в период Великой Октябрьской Социалистической революции 1917 года он не был расстрелян, а выслан за пределы СССР. Он эмигрировал в Мексику, где и скончался от старости.
После смерти В.И. Ленина в 1924 году партия избирала своих генеральных секретарей по принципу «только один пятилетний срок».
Генсеки не были авторитарными вождями, но обычными представителями партии. В СССР не было насильственной коллективизации, ускоренной индустриализации, массовых репрессий (депортации народов,
раскулачивания крестьян, расстрелов). Советский Союз постепенно превратился в конфедерацию, в которой имеется общая валюта, общее таможенное пространство. Союзное правительство (Совет Народных Комиссаров СССР) стало координирующим органом по управлению экономикой. Каждая союзная республика стала иметь большие права: в военной, культурной и других сферах.
В Германии же во время «Пивного путча» Гитлер был убит случайно оказавшимся в баре немецким рабочим (пассажиром «Титаника»), членом Коммунистической партии Германии, от внезапно вспыхнувшего гнева из-за речей нациста Гитлера. НСДАП с ее идеологией превосходства арийцев (немецкой национальности) не состоялась как ведущая политическая сила. Не было аншлюса Австрии, присоединения к Рейху Судетской области Чехословакии, раздела Польши… Политическая карта Европы осталась такой, какой ее определила Версальская система международных отношений.
Так как не было Второй Мировой войны, сталинских репрессий, жители Советского Союза не видели ужасов этих событий, не были приучены к подозрительности, поэтому к XXI веку они излучали добродушие и гостеприимство ко всем, даже к незнакомым людям.