Kitabı oxu: «Великая и забытая. Рассказы для детей о Первой мировой войне»

Художник А. Г. Соловьев.

© В. К. Дмитриев, 2015

© Корона-Принт, оформление, 2015

© Издательство «РуДа», 2019

Дорогие ребята!

Вот уже целое столетие отделяет нас от начала войны, которую её современники называли Великой европейской, Второй отечественной, Священной, и которую мы сегодня знаем под названием Первая мировая. В этом конфликте, длившемся больше четырёх лет, приняли участие 33 страны с общим населением свыше полутора миллиардов человек – почти 87 % населения всей планеты в то время. За годы войны погибли более десяти миллионов человек, а более двадцати миллионов получили ранения. Жертвы среди мирных жителей, пострадавших от боевых действий, голода, холода, эпидемий и иных бедствий, исчислялись десятками миллионов.

Сегодня у нас в стране ту войну часто именуют «Великой и забытой», и это действительно так. Долгие десятилетия целый пласт нашей истории просто замалчивался. В советское время Первую мировую называли позорной и империалистической, а подвиги русских людей – их как будто и не было вовсе.

Чёрно-белых снимков той поры сохранилось довольно много. Рядовые и офицеры, молодые и не очень, с Георгиевскими крестами на груди. Они фотографировались, чтобы оставить память нам, своим потомкам. Сберегли ли мы её? В Бельгии, Франции, Италии, Германии, Польше на полях былых сражений стоят мемориалы. Но разве русские солдаты менее достойны памяти? Героям и жертвам той далёкой войны посвящается эта книга.

Накануне

Начало 20 века европейские государства встретили с огромным грузом противоречий, копившихся десятилетиями. После победы Пруссии над Францией в 1871 году возникла мощная Германская империя. Прошли годы. Экономика Германии стала самой сильной на континенте, что только добавило амбиций этой стране. Не считаясь с ничьим мнением, немцы признали за собой «историческую миссию обновления старой и дряхлой Европы». О заветах канцлера Бисмарка, утверждавшего, что «на востоке у нас врагов нет», они теперь и не вспоминали.

Со временем Германия стала стремиться не только к европейскому, но и к мировому господству. Канцлер империи Бернхард фон Бюлов открыто заявлял: «Миновали те времена, когда немец уступал одному соседу землю, а другому – моря, себе оставляя лишь небо. Мы требуем себе место под солнцем!».

Кайзер¹ Вильгельм Второй

Вопреки здравому смыслу в те времена вполне нормальным способом разрешения любых конфликтов считалась война. Ещё в 1882 году Германия, Австро-Венгрия и Италия подписали договор о создании Тройственного союза и начали активную подготовку к боевым действиям.

Германия планировала разгромить Великобританию и лишить её морского могущества, расширить своё «жизненное Кайзер Вильгельм Второй пространство» за счёт английских, французских, бельгийских и португальских колоний. Кроме того, немцы собирались ослабить Россию, отторгнув от неё Польшу и прибалтийские губернии, создав на их территории вассальные государства.

Австро-Венгрия намеревалась укрепить свои позиции на Балканском полуострове, захватить Сербию и Черногорию.

Колониальные интересы Италии были связаны с африканским побережьем Средиземного моря, находившимся тогда под влиянием Франции.

Тройственный союз поддерживала слабая в экономическом отношении Турция. Её правительство тоже имело далеко идущие планы и вовсю эксплуатировало идею создания единого государства тюрков – Великого Турана. Помимо Османской империи в него должны были войти российские Северный Кавказ и Закавказье, Поволжье, Крым и Средняя Азия.

В 1904–1907 годах в противовес Тройственному союзу сформировался военный блок Антанта, состоявший из Франции, Великобритании и России (позднее к ним присоединилось ещё более двадцати государств, в том числе даже входившая прежде в Тройственный союз Италия).

У всех участников Антанты тоже были собственные интересы. Великобритания стремилась сохранить своё могущество, разбить Германию как конкурента на мировом рынке и пресечь её попытки захватить английские колонии. Кроме того, она рассчитывала отобрать у Турции богатые нефтью территории в Месопотамии и Палестине.

Франция хотела вернуть Эльзас и Лотарингию, отошедшие Германии после Франко-прусской войны, и захватить Саарский угольный бассейн.

Российская империя ни к кому не имела территориальных претензий, но была не против присоединения Галиции (древних русских земель, отторгнутых от государства ещё во времена монголо-татарского нашествия и принадлежавших теперь Австро-Венгрии). Кроме того, Россия мечтала получить контроль над проливами Босфор и Дарданеллы, чтобы Черноморский флот мог свободно выходить в Средиземное море.

Обладая самой сильной экономикой, Германия лучше других подготовилась к войне. Она имела армию, оснащённую современной военной техникой, первоклассный корпус офицеров и унтер-офицеров, десятки дивизий хорошо обученных солдат.

Любимым детищем германского командования был стратегический план Шлиффена. Этот генерал справедливо отмечал, что империя будет сражаться на два фронта: против Франции на западе и против России на востоке. Успеха в такой ситуации можно добиться лишь одним способом – разгромив противников поочерёдно. Поскольку победить огромную Россию быстро считалось невозможным, то основной удар следовало направить на Францию. На её завоевание по плану отводилось всего шесть недель.

Прибытие Франца Фердинанда в Сараево

К лету 1914 года политическая верхушка всех европейских государств уже считала войну неизбежной. Генеральные штабы планировали ударные наступательные операции. Российский император Николай Второй не раз предлагал решать все спорные вопросы на мирных конгрессах, но его уже никто не слушал. Напротив – Россию настойчиво тянули в войну, прекрасно понимая, что она заступится за своих союзников на Балканах – Сербию и Черногорию.

Арест Гаврилы Принципа

Формальным поводом к началу войны послужило убийство наследника австрийского престола эрцгерцога Франца Фердинанда в боснийском городе Сараево. Это был обыкновенный визит представителя царствующей фамилии в один из городов империи. Убийцу схватили. Им оказался девятнадцатилетний студент, член сербской националистической организации Гаврила Принцип.

Сегодня это покажется абсурдом, но тогда из-за действий одного террориста объявили виновным целое государство. Кайзер Вильгельм назвал Сербию шайкой, которую нужно наказать за преступление. Заручившись поддержкой Германии, Австро-Венгрия тут же предъявила Сербии ультиматум, условия которого были попросту невыполнимыми. Несмотря на это, её правительство согласилось на все пункты, за исключением одного – там, где австрийцы требовали своего участия в расследовании убийства на территории Сербии. Сербы сочли это вмешательством во внутренние дела своей страны.

Положение накалялось с каждым днём. И Германия, и Австро-Венгрия знали, что главный защитник сербов Россия к войне не готова, и сочли, что такой удобный случай упускать нельзя. Из Берлина в Вену пришла телеграмма: «С выступлением против Сербии не мешкать». 28 июля Австро-Венгрия объявила Сербии войну и обстреляла Белград.

Русские выступили с поддержкой своих союзников. В ответ 1 августа Германия объявила войну России, а ещё через день – Франции. Тогда же, 3 августа, кайзеровские войска вторглись на территорию нейтральной Бельгии. Немцы хвастались, что обедать будут в Париже, а ужинать – в Петербурге. Так началась Мировая война. Через месяц с небольшим после выстрела в Сараево кровь лилась уже по всей Европе.

Император Николай Второй на балконе Зимнего дворца во время чтения манифеста об объявлении воины

Объявление войны вызвало взрыв патриотизма во всех европейских странах, в том числе и в России. На столичную Дворцовую площадь высыпали толпы народа с портретами государя и национальными флагами. Когда на балкон Зимнего дворца вышел император, вся площадь встала на колени и запела государственный гимн «Боже, Царя храни!». На заводах и фабриках прекратились забастовки. Правительство поддержали все оппозиционные партии в Государственной думе. На волне антигерманских настроений было разгромлено немецкое посольство. 18 августа название столицы Российской империи Петербург, имеющее немецкие корни, сменили на Петроград.

Немки провожают мужчин на войну

И в Германии, и во Франции, и в России уходивших на войну солдат провожали с цветами. Им завидовали. С мечтой попасть на фронт и совершить подвиг из дома убегали подростки. Только на станции Псков с воинских эшелонов за месяц сняли более сотни таких «героев».

Народ каждой страны был абсолютно уверен, что война не продлится более четырёх-пяти месяцев и закончится победой его государства. «Вы вернётесь домой раньше, чем листья упадут с деревьев», – обещал своим солдатам германский кайзер. Но вряд ли кто-то из европейцев тогда представлял, что ждёт мир впереди.

Русская армия

Была ли готова к войне Россия? Её армия считалась одной из самых больших и боеспособных на континенте. Но в экономическом отношении страна сильно отставала от развитых европейских держав, и, конечно, это не могло не сказаться на её вооружённых силах. В 1912 году в Российской империи стартовала глобальная программа перевооружения армии, которая должна была завершиться только к 1918–1919 годам.

Что же представляла собой наша армия в те времена? Тогда тоже существовала всеобщая воинская обязанность. Однако призывной возраст наступал не в восемнадцать лет, как сейчас, а в двадцать один год. В пехоте и артиллерии служили по три года, в кавалерии, инженерных войсках и крепостной артиллерии – по четыре. Во флоте служили пять лет. Призыв проходил с сентября по ноябрь, по прибытии в часть новобранцы в течение четырёх месяцев проходили обучение. Затем они принимали присягу. В запас увольняли в мае. Таким образом, армия всегда располагала достаточным количеством подготовленных солдат.

Обычно призывников было гораздо больше, чем нужно, поэтому им часто приходилось тянуть жребий. Строгая медкомиссия браковала довольно многих по разным критериям. Кроме того, не брали в армию единственных сыновей в семье, старших сыновей и необходимых работников. Не подлежали призыву также народы Средней Азии и Северного Кавказа, жители Великого княжества Финляндского. Многие категории населения пользовались правом на отсрочку от воинской службы.

Император Николай Второй принимает парад

Поскольку Россия в те времена была аграрной страной, большую часть призывников (до 80 %) составляли крестьяне. Военная наука такому солдату давалась нелегко, в основном из-за неграмотности. В 1902 году в армии ввели обязательное обучение грамоте. К гражданской жизни возвращались люди, уже умевшие читать и писать.

Унтер-офицерский² состав пополняли из наиболее образованных, усердных и отличившихся на службе рядовых, причём обязательно по их собственному желанию. Готовили унтер-офицеров в полковых учебных командах.

Русская пехота

Для офицерских кадров существовали специальные учебные заведения – военные училища. Многие поступавшие туда прежде получали образование в кадетских корпусах. Сословных ограничений при приёме в военные училища не существовало – нужно было просто сдать экзамены, – но требования к поступающим предъявлялись весьма высокие.

Основу боевой мощи России составляли сухопутные войска – пехота, кавалерия и артиллерия, которые являлись основными родами войск. Инженерные и воздухоплавательные части считались вспомогательными.

Больше всего личного состава (до 70 %) служило в пехоте. Вооружали солдат прекрасными трёхлинейными винтовками Мосина. А вот пулемётов по сравнению с армиями других европейских стран было мало – всего восемь штук на полк (как правило, станковых системы «Максим»).

Кавалерийские части состояли из драгунских, уланских, кирасирских, гусарских и казачьих полков. В каждой кавалерийской дивизии имелось по две – три батареи конной артиллерии, а также пулемётные и сапёрные подразделения и рота связи.

Смотр русской кавалерии

Основной боевой единицей артиллерии являлась батарея из четырёх – восьми орудий – чаще всего трёхдюймовых лёгких пушек. Их расчёты были прекрасно обучены. А вот тяжёлой крупнокалиберной артиллерии катастрофически не хватало.

Элитой армии считалась гвардия. Её история ведёт своё начало ещё от потешных полков царя Петра Первого – Семёновского и Преображенского. Служба в гвардии мало чем отличалась от службы в других армейских частях, но здесь были особые правила и традиции. Так, например, гвардейские офицеры часто шли в бой в белых перчатках и считали позором «кланяться пулям». Это, несомненно, повлекло за собой немалые потери гвардии в первые же месяцы боевых действий.

Русские артиллеристы у орудия

Перед началом войны личный состав русской армии насчитывал 1 259 411 человек, но мобилизация увеличивала его до четырёх миллионов. Верховным главнокомандующим был назначен двоюродный дядя императора великий князь Николай Николаевич, пользовавшийся огромной популярностью как в армии, так и в народе.

Считалось, что недостаток у русской армии лишь один: она не умеет и не любит окапываться. Но все военные наблюдатели сходились во мнении, что наш солдат храбр, вынослив, неприхотлив, дисциплинирован и готов достойно встретить любого врага.

Казаки

О казачьих войсках в российской армии нужно сказать отдельно. Ещё в старинных летописях упоминались «служилые люди», проживавшие в русских княжествах поблизости от земель Золотой Орды. Они защищали пограничные укреплённые городки, выезжали далеко «в поле» – на разведку или в сторожевые заставы. Уже тогда их называли казаками.

Набеги кочевых племён не прекращались и в дальнейшем. Крымское, Ногайское, Казанское, Астраханское, Сибирское ханства постоянно враждовали с Московским государством. Поэтому роль казачества в защите русских рубежей неуклонно возрастала.

Казачьи территории выполняли роль буфера на южных и восточных границах страны, прикрывая её от набегов степных орд. Служилых казаков освобождали от всех повинностей, снабжали «зельем» (порохом), свинцом и хлебом, но при этом они были обязаны, если потребуется, выступить против врага.

Государство никогда не вмешивалось в уклад жизни казаков. Все главные решения – например, о выборе атамана или объявлении похода – здесь принимали на общих собраниях («кругах»), которые считались высшими органами управления. Эти демократические традиции так или иначе сохранялись на протяжении всей истории казачества.

Шли годы. Постепенно из добровольных союзников бывшие «служилые люди» превратились в российских подданных. «Для того казак родится, чтоб царю на службе пригодиться», – гласила старинная пословица. Казачество участвовало почти во всех войнах государства в 18–20 веках. Многие военные специалисты считали казачью конницу лучшей лёгкой кавалерией в мире, а про самих лихих наездников говорили, что они «рождаются в седле».

Искусные наездники

Успехи казачьей конницы во многом объяснялись умелым применением в боях не регламентированных никакими уставами всевозможных дедовских приёмов – «лава» (охват противника в рассыпном строю), «вентерь» (притворный отход с целью заманить врага в ловушку) и других. Вдобавок ко всему казаки считались непревзойдёнными мастерами разведки и сторожевой службы.

В конце 18 века в русской армии появился лейб-гвардии Казачий полк. Он не только охранял монархов в разных поездках, но и покрыл себя неувядаемой славой, приняв участие во многих сражениях. Позднее гвардейских казачьих частей стало больше.

До революции казачество в России считалось отдельным сословием с особыми правами. Государство отводило казачьему войску землю, которую распределяли между казачьими поселениями – станицами. А уже станичная община во главе с атаманом делила её между казаками.

Казачьи полки создавались по территориальному признаку. Здесь служили земляки и родственники из своей и соседних станиц, знавшие друг друга едва ли не с детства. Всё это способствовало сплочённости подразделений и воспитывало у солдат чувство долга и ответственности.

К началу 20 века в России насчитывалось одиннадцать казачьих войск: Донское, Терское, Кубанское, Оренбургское, Забайкальское, Уральское, Астраханское, Амурское, Уссурийское, Сибирское и Семиреченское. У каждого из них были собственные цвета мундиров, шаровар, лампасов и околышей фуражек. Всего на их территориях проживало более четырёх миллионов человек – в основном русских.

Казачьи формирования относились к иррегулярным (то есть не входящим в состав регулярной, постоянной армии) войскам империи. Все мужчины казачьих станиц, как только им исполнялось 18, становились военнообязанными и служили до 38 лет.

В полк молодой казак являлся уже в обмундировании, со своим конём и шашкой. Первые три года он числился в подготовительном разряде, где интенсивно обучался воинскому делу. Затем следовали четыре года действительной службы. После этого казак восемь лет находился в постоянной мобилизационной готовности, ежегодно участвуя в трёхнедельных военных сборах. И только потом «строевой разряд» заканчивался и казака на пять лет переводили в запас. Это позволяло государству при сравнительно небольших затратах располагать достаточным числом отлично тренированных воинов. За подготовку казака и несение им воинской службы отвечала вся станица.

Пулемётная команда Сибирского казачьего полка

Верность присяге и готовность по первому зову выступить на защиту отечества всегда отличали казачьи части. Их воины выделялись стойкостью, боевым мастерством и беспримерным героизмом. Свой долг перед родиной они всегда выполняли с честью. Подвиги казаков часто служили примером для солдат и офицеров всей российской армии. Только в Донском казачьем войске за неполные четыре года войны Георгиевскими крестами были награждены 36 тысяч человек.

Уральские казаки в строю

Февральскую революцию казачество встретило настороженно, а к последовавшему за ней Октябрьскому перевороту отнеслось резко негативно. Уже в ноябре новая власть издала декрет, в котором казачество как сословие упразднялось, а все казачьи воинские формирования распускались. Рушился привычный жизненный уклад, и принять это казаки, конечно, не могли.

Вскоре казачьи территории стали основной базой Белого движения, и, расколовшись на два непримиримых лагеря, казачество приняло активное участие в Гражданской войне. После её окончания больше ста тысяч казаков было вынуждено покинуть родину.

Танненберг

Всего через четыре дня после начала воины французский посол в России стал буквально взывать к Николаю Второму: «Я умоляю Ваше Величество приказать Вашим войскам немедленное наступление, иначе французская армия рискует быть раздавленной».

По планам русского командования в первую очередь наши части должны были завладеть Восточной Пруссией. На этом направлении оно сосредоточило две армии: Первую (Неманскую) под командованием генерала Ренненкампфа и Вторую (Наревскую) во главе с генералом Самсоновым.

Главнокомандующий Российской армией великий князь Николай Николаевич послал в войска директиву о начале наступления. Обе армии реально были к нему не готовы. Даже личным составом их успели укомплектовать не более чем на три четверти от необходимого, не говоря уже об артиллерии и боеприпасах. Но всё же пришлось отправить их навстречу врагу ради союзников, на которых обрушился главный удар немецких войск.

Генерал Павел Карлович фон Ренненкампф

Генерал Александр Васильевич Самсонов

В начале августа наши солдаты перешли границу и вступили на территорию Восточной Пруссии. Жителей этой области Германии долгие годы готовили к войне, и к тому времени здесь была развёрнута огромная агентурная сеть, проложены скрытые телефонные линии. Однажды офицеры одного из наших эскадронов, войдя в покинутый жителями городок, услышали из подвала брошенного дома какие-то голоса. Внутри они обнаружили старушку, которая кому-то докладывала по телефону о прибывшей вражеской кавалерийской части, характеризуя её как передовой отряд. Причём бабушка употребляла профессиональные военные термины, будто сама когда-то служила в армии. В городке Вилленберге семидесятилетняя немка поднялась на колокольню кирхи с пулемётом и встретила огнём колонну нашей пехоты. И такие случаи не были единичными.

Немецкое тяжёлое орудие

Некоторое время боевые действия велись «на ощупь», однако вскоре, желая остановить продвижение русских войск, немцы атаковали части Первой армии под Гумбинненом. Им удалось потрепать одну из наших дивизий, но этим их успехи и ограничились. В результате нескольких неудачных атак кайзеровские войска понесли значительные потери и начали спешно отходить. Отбросить наши части к реке Неман им не удалось. Напротив, опасаясь окружения, немцы оставили всю территорию Восточной Пруссии к востоку от Вислы. Однако, достигнув намеченных рубежей, генерал Ренненкампф прекратил наступление.

Немецкая конная артиллерия на марше

К тому времени совершенно иная ситуация сложилась со Второй армией. Двигаясь на неприятеля, она всё больше удалялась от частей Первой. Самсонов регулярно сообщал в ставку, что его войска идут по опустошённой территории, у солдат нет хлеба, у лошадей – овса, затруднён подвоз боеприпасов. Но командование гнало и гнало части вперед. Данные о расположении немцев были весьма скудными. Когда Самсонов доложил, что против него сосредотачиваются превосходящие вражеские силы, то получил язвительный ответ: «Видеть неприятеля там, где его нет, – это трусость».

Немецкое же командование тем временем перехватывало русские радиограммы, передававшиеся без всякого шифра, открытым текстом, и имело чёткое понятие о расположении и маршрутах следования наших частей. Используя прекрасно развитую сеть железных дорог, оно в кратчайший срок перебросило два армейских корпуса из Франции, а также несколько дивизий, стоявших против армии Ренненкампфа. Собрав эти силы воедино, немцы ударили по флангам Самсонова.

Реальную помощь Второй армии могла оказать только Первая, но даже простой связи между ними не было, не говоря уже о взаимодействии. Ставка тоже не сразу разобралась, в каком тяжёлом положении оказались части Самсонова. После Гумбинненского успеха в верхах уже оптимистично планировали наступление на Берлин, считая, что через два – три месяца наши солдаты будут маршировать по германской столице. Когда же сориентировались, время было упущено.

Оторванные от своих тылов, измученные и голодные, русские солдаты начали беспорядочный отход. Части смешались, управление ими было потеряно. Отступление фланговых корпусов поставило под угрозу разгрома остальные части армии. Два корпуса оказались в окружении. До конца августа они бились как могли, пытаясь выбраться из котла, но немцы всё плотнее и плотнее сжимали кольцо.

Немецкие пулемётчики

Командующий лично прибыл в передовые части и понял: наступление немцев уже не остановить. Видя, что его армия терпит жестокое поражение, и не имея возможности изменить исход битвы, генерал Самсонов застрелился.

Пленные русские солдаты

По разным оценкам, в плен попало до семидесяти тысяч наших солдат, в том числе и все раненые, а также тринадцать генералов. Остатки Второй армии отступили за реку Нарев. Затем, сосредоточив основные силы уже против Ренненкампфа, немцы оттеснили его части к Неману. Но план окружения и полного уничтожения русских войск не удался. Противоборствующие стороны оказались почти на тех же позициях, что и до начала войны.

О поражении Второй русской армии при Танненберге берлинские газеты раструбили на весь мир. Они объявили, что это реванш немцев за победу славян в битве при Грюнвальде, состоявшейся в этих же местах более пяти веков назад (речь шла о кровопролитной Грюнвальдской битве 1410 года, в которой войска Польши и Великого княжества Литовского остановили рвавшийся на восток Тевтонский орден).

Однако истинные результаты, достигнутые Германией в первые месяцы войны, были гораздо скромнее. Да, действительно, она выиграла операцию в Восточной Пруссии. Вместе с тем многие её соединения оказались разгромлены в отдельных боях. Поражение русских войск было тяжёлым, но совсем не полным, как заявляла кайзеровская пресса. Уже в течение каких-то двух месяцев наши армии полностью восстановили свою боеспособность.

Германская армия не смогла разбить своих противников поодиночке. Попытка блицкрига – плана молниеносной войны – провалилась. На Западном фронте они увязли во Франции, взять Париж сходу не получилось, французы устояли. Для победы кайзеровским войскам не хватило как раз тех двух армейских корпусов, что были переброшены против России. На Восточном фронте немцам даже не удалось снять угрозу вторжения русских в Восточную Пруссию. В результате Германии пришлось воевать на два фронта, чего немцы опасались больше всего. Всем становилось понятно: война будет долгой и упорной.

В память о победах Германии в Первой мировой войне в Танненберге в 1927 году был открыт мемориал. Но простоял он недолго: в 1945 году по приказу Гитлера в связи с приближением советских войск его взорвали.

Цивилизованные варвары

В зверствах фашистов в годы Великой Отечественной войны сегодня известно всем. Но мало кто знает, что солдаты кайзеровской армии немногим отличались от палачей Гитлера.

Ещё задолго до начала Первой мировой в германской печати развернулась настоящая антирусская компания. Немцам всегда преподносили славян только в образе врага, а русская армия представлялась им ордой необузданных варваров. Поэтому многие обыватели искренне считали, что в России есть племена, питающиеся сырым мясом. Дело доходило до абсурда. Так, к офицерам одной из наших частей, вошедших в Восточную Пруссию в августе 1914 года, бросилась женщина с младенцем, умоляя их не трогать её ребенка, а лучше съесть её саму.

Первыми, кто столкнулся с жестокостью кайзеровских солдат, были граждане России, находившиеся в Германии к началу боевых действий. В отличие от русских аристократов, предпочитавших отдыхать на французском Лазурном Берегу, интеллигенция и чиновники облюбовали курорты Германии. Здесь они могли за умеренные деньги пройти курс лечения в санаториях, да и в целом цены не так кусались. Сезон 1914 года был особенно многолюдным. Кроме того, в Берлине находилась крупная русская колония. Её обитатели, а также все курортники были интернированы³. С большим трудом он смогли потом добраться до России через нейтральные страны.

Ещё больше не повезло жителям Русской Польши, находившимся в Германии на сезонных работах. После объявления войны все они в попытке вернуться домой устремились на вокзалы, где их и арестовали. По свидетельствам очевидцев, немецкие офицеры под гогот своих солдат «обыскивали» молодых девушек на глазах у их отцов и женихов. Тех, кто заступался, расстреливали на месте «за сопротивление армии кайзера».

В сентябре 1914 года в Германии вышел приказ, запретивший всем русским сезонным рабочим возвращаться на родину. Одновременно ограничивалась свобода передвижения и почтовое сообщение вынужденных эмигрантов. Так немцы получили почти бесплатную рабочую силу. Позднее в своей промышленности и сельском хозяйстве они стали использовать и рабский труд военнопленных.

Говоря о войне, трудно рассуждать о гуманизме, но всё-таки у наших солдат и офицеров это понятие существовало. Вот выдержка из «Походной памятки русского солдата», изданной в начале войны, в 1914 году: «Безоружного врага, просящего пощады, не бей… Когда окончилось сражение, раненого жалей и старайся по мере сил помочь ему, не разбирая, свой он или неприятельский. Раненый уже не враг твой. С пленным обращайся человеколюбиво, не издевайся над его верой, не притесняй его».

Русская открытка тех времён

Сохранилось и письменное замечание инспектора артиллерии Юго-Западного фронта командиру одной из наших батарей: «Вашу стрельбу по башне костёла, где предполагается неприятельский наблюдательный пункт, считаю бесцельным вандализмом и показывающей непонимание тактики, так как в городе много крыш, могущих быть наблюдательными пунктами. Тратить на это шестидюймовые бомбы нельзя. Мне стыдно за эту стрельбу и за Вас».

Конечно, на войне случалось всякое. Порой и наши солдаты в пылу атаки не брали пленных. Но в германской армии жестокость была нормой. Уже тогда немцы считали себя высшей нацией. На европейские города, в которые входили кайзеровские войска, обычно накладывалась контрибуция. Многих жителей брали в заложники и расстреливали в отместку за любые случаи сопротивления.

Расправа грозила и любому жителю, не выполнившему распоряжения германских комендантов. Так, при взятии немцами Варшавы на требование противника выдать деньги губернский казначей Соколов ответил, что они уничтожены по приказу министерства финансов, и предъявил соответствующие бумаги. Его тут же расстреляли. И этот случай – лишь один из длинного списка.

Но особенно бесчеловечным было отношение к нашим раненым и пленным. При захвате линии окопов кайзеровские солдаты первым делом штыками и прикладами добивали раненых. Об этом рассказывали чудом уцелевшие участники боёв, которым тогда удалось притвориться мёртвыми. Другие очевидцы говорили, что после газовых атак немцы шли в наступление не только с винтовками, но и с утыканными гвоздями дубинками. Ими добивали слепых и беспомощных людей, отравленных газом.

Своих солдат призывал к жестокости сам Вильгельм Второй. Взятых в плен русских, которых часто называли варварами, нередко отводили в ближайший тыл и тут же расстреливали. Многих подвергали издевательствам и пыткам.

По свидетельству одного австрийского офицера, когда его подразделение располагалось неподалёку от немецких частей, солдаты много раз докладывали ему, что немцы мучают пленных до смерти. Он обратился к германским офицерам с вопросом «правда ли это?», а в ответ услышал, что только озверелый солдат хорошо сражается, а для этого нужно упражнять свою жестокость на каждом русском пленном. При этом австрийцу порекомендовали делать то же самое.

Для расследования преступлений немецкой армии была создана специальная комиссия. Первые итоги её работы опубликовали уже в 1915 году, но после Октябрьского переворота о них, как и о многом другом в стране, просто забыли.

Арест русинов

Порой не лучше вели себя и союзники немецкой армии. За простую симпатию к России без суда и следствия расстреливали русинов⁴ в Закарпатье. Местный кузнец мог попасть в тюрьму только за то, что подковал лошадей русских кавалеристов. Более двадцати тысяч жителей Восточной Европы, симпатизировавших русским, прошли через созданный властями Австро-Венгрии лагерь смерти Талергоф. Там многие заключённые умерли от голода и болезней. Убивали пленных сербов и воевавшие против них болгарские солдаты. Мотивировали они это просто: «Нам нечем вас кормить».

Германия и Австро-Венгрия считали себя цивилизованными европейскими странами. При этом всё, о чём вы сейчас прочитали, действительно имело место. Фашизма ещё не существовало, но такие зверства уже были.

Против Австро-Венгрии

Вступая в Первую мировую войну, Россия ни к кому не имела территориальных претензий. Все её интересы касались юга Европы, где проживали братские славянские народы, и Галиции, принадлежавшей когда-то Руси, а теперь – Австро-Венгрии.

К началу 20 века империя Габсбургов (так ещё называли Австро-Венгрию) хоть и порядком ослабла, но всё ещё представляла собой крупнейшее государство Европы и обладала значительной силой. Тогда её населяло около двадцати народностей.

Вопреки создавшемуся позднее стереотипу, австро-венгерская армия не была слабой и по своей выучке и оснащению ничуть не уступала армиям других европейских стран. Её вооружённые силы состояли из трёх частей: Ландвера, куда призывали австрийцев и этнических немцев, Генведа, где служили венгры, и Имперской армии, где полки формировались по национальному признаку.

(В ней были чешские, сербохорватские, русинские, украинские, белорусские, боснийские, словацкие, польские части и даже два русских полка. Если в таком подразделении численность личного состава одной национальности превышала половину, то её язык становился здесь командным. К центральной власти национальные меньшинства относились по-разному и порой не всегда и не во всём её поддерживали. Всё это не могло не сказаться на боеспособности таких формирований.) Главные силы империи были сосредоточены в Галиции.

Против Австро-Венгрии в России сформировали Юго-Западный фронт, состоявший из четырёх армий. Никакого численного перевеса над противником не было: у австрийцев также имелось четыре армии. Вот только артиллерией враг располагал в куда большем количестве.

Солдаты австро-венгерской армии на позициях в Галиции

Боевые действия на русско-австрийской границе начались с коротких, но яростных столкновений кавалерийских частей в ходе разведывательных рейдов. В середине августа началось сближение противоборствующих армий, а несколько дней спустя австрийские войска вторглись в Русскую Польшу и начали мощное наступление против нашего правого фланга в районе городов Люблина и Холма. После тяжёлых боев русские дивизии с немалыми потерями отступили к Люблину и заняли оборону, преодолеть которую враг так и не смог. Подошедшие резервы и вовсе стабилизировали положение.

Переход русских войск через Золотую Липу

Гораздо удачнее складывалась ситуация на левом фланге фронта. Отразив натиск противника в сражениях у рек Гнилая Липа и Золотая Липа, наши армии, одной из которых командовал генерал Алексей Брусилов, перешли в наступление и прорвали фронт в районе Перемышля. 2 сентября был освобождён древний русский город Галич. На следующий день пал Львов.

Тылы австрийских частей, наступавших на Люблин и Холм, оказались под угрозой. В спешке оттуда на Львовское направление их командование перебросило значительные силы. Противник пытался контратаковать наши части в районе населённых пунктов Городок и Рава-Русская. Сражение здесь длилось целую неделю. Врагу даже удалось прорвать фронт, но бойцы Восьмой армии Брусилова стояли насмерть и смогли спасти ситуацию.

К тому времени перешли в наступление русские части, оборонявшие Люблин. Сводная гвардейская бригада неожиданной ночной атакой прорвала фронт у деревни Тарнавки, захватив при этом три батареи неприятельских орудий. Отличились и наши артиллеристы: одна из гаубичных батарей, сделав всего две сотни выстрелов, подавила огонь шести австрийских батарей. Впоследствии пехота захватила здесь 34 вражеских пушки, расчёты которых были буквально выкошены метким огнём.

Затем в прорыв втянулись основные силы. Опасаясь окружения, австрийцы стали поспешно отходить. Вскоре их отступление шло уже по всему фронту. Преследуя врага, наши части продвинулись вглубь его территории на двести километров. Австрийское командование запросило помощи у своих союзников – немцев, но те были слишком заняты вытеснением русских войск из Восточной Пруссии.

Исход сражения мог быть ещё более плачевным для отступавшего врага, если бы не естественная преграда – река Сан, вставшая на пути наших частей. После обильных дождей в ней поднялась вода, паводок снёс множество мостов, остальные переправы уничтожили австрийцы. К тому времени возникла масса проблем и у русских войск. Они оторвались от своих тылов, нарушился подвоз продовольствия и, что ещё хуже, боеприпасов. А без поддержки артиллерии наступать дальше не могли. Постепенно атаки прекратились.

Пленные солдаты австро-венгерской армии

Позднее эту битву, ставшую одним из самых крупных сражений Первой мировой войны, назвали Галицийской. С обеих сторон в ней принимало участие около двух миллионов человек. Боевые действия велись по фронту протяжённостью более 400 километров. За 33 дня упорных боёв неприятель потерял порядка 400 тысяч человек, из них более 100 тысяч пленными. Нашим войскам досталось 400 орудий и большое количество прочей боевой техники и вооружения. Потери русской армии составили 230 тысяч человек.

Благодаря этой бесспорно важной победе русские заняли почти всю Галицию и часть Буковины, вышли к Карпатам и осадили мощную крепость Перемышль, создав угрозу вторжения в Венгрию и Силезию. В результате Галицийской битвы Россия существенно помогла Сербии, которая также сумела отразить австрийское наступление. И наконец, разгром австро-венгерских войск свёл на нет успехи немцев в Восточной Пруссии.

Кавказский фронт

В конце октября 1914 года два турецких миноносца скрытно проникли в одесскую гавань и потопили стоявшую на рейде канонерскую лодку «Донец». Затем турецкий флот обстрелял Севастополь, Феодосию и Новороссийск. Так на стороне Германии и Австро-Венгрии в Первую мировую войну вступила Турция.

Для русского командования это не стало неожиданностью. Ещё в августе в турецких водах появились новейшие германские крейсеры «Гебен» и «Бреслау», ставшие основной силой объединённого германо-турецкого флота. С нападением нового противника на наши порты и корабли прервалось кратчайшее сообщение России с Францией через проливы Босфор и Дарданеллы и образовался новый фронт – Кавказский.

Боевые действия начались в ноябре и велись в крайне тяжёлых условиях горной местности. Русские войска перешли границу и стали двигаться к крепости Эрзерум, но, встретив решительный отпор, были вынуждены вернуться на свою территорию. Это вселило в турок оптимизм и уверенность, что они смогут разбить неприятеля. Без всякой серьёзной подготовки их части сразу перешли в наступление на Кавказском направлении. Османы собирались вернуть земли, потерянные во время Русско-турецкой войны 1877–1878 годов.

Девяностотысячное войско возглавлял сам военный министр Энвер-паша (начальником штаба у него был немецкий генерал). Основной удар запланировали на Саракамыш и далее на Карс. Однако уже под Саракамышем противника не просто остановили, но и разбили наголову. Убитыми, ранеными, обмороженными и пленными турецкая армия потеряла больше 80 % своего состава.

В Константинополе сразу объявили, что неудачи на фронте связаны с предательством армянского населения. Армяне Османской империи, не будучи мусульманами, всегда считались там гражданами второго сорта. Они платили более высокие налоги, им запрещалось иметь оружие. Однако с началом войны в турецкую армию призвали более ста тысяч армянских мужчин. После поражения все они были разоружены, а затем зверски убиты за мнимую измену. Вслед за этим резня перекинулась на всё армянское население. Деревни, где проживали армяне, сжигали, их имущество растаскивали, а самих жителей едва ли не поголовно уничтожали. Убивали людей без причин, порой просто ради удовольствия.

Вскоре был принят закон о депортации (переселении) армян. В первое время их насильно вывозили только из прифронтовой полосы, но потом процесс пошёл по всей стране. Отправляли людей в пустыни Сирии и Месопотамии, где их ждала неминуемая гибель от голода и жажды. Колонны стариков, женщин и детей под охраной жандармов потянулись по пыльным дорогам. Тех, кто уже не мог идти, убивали на месте. Тем временем в Турции уничтожали памятники истории и культуры армян, их церкви и монастыри, сжигали книги. Жертвами этого геноцида в 1915–1916 годах стали больше полутора миллионов человек.

В апреле 1915 года массовые убийства начались в районе города Ван, население которого примерно наполовину составляли армяне. Чтобы противостоять погромщикам, жители стали создавать боевые отряды. Около месяца длились столкновения, вошедшие в историю как Ванская самооборона.

Уход армян из Вана

Чтобы подавить восстание, турки подтянули к городу целую дивизию. Здесь их встретило чуть более полутора тысяч ополченцев, у которых имелось всего 505 винтовок и минимальный запас патронов. Защитники Вана даже получили приказ – стрелять только наверняка. Несмотря на это, они отбили все штурмы врага.

На помощь восставшим отправился один из корпусов русской армии. В середине мая, отбросив турок, он вступил в город. Все спасённые армяне вскоре перебрались в Россию. Всего же Россия приняла в годы войны более шестисот тысяч армянских беженцев.

Турецкая пехота на привале

В начале 1915 года активные боевые действия велись на Эриванском направлении и в Персии (современный Иран). Турки пытались развернуть здесь джихад (священную войну мусульман против иноверцев) и вовлечь Персию и Афганистан в открытое выступление против России.

К тому времени русскую армию на Кавказе возглавил генерал Николай Юденич. Под его руководством удалось освободить от турок Батумскую область. Разгромили врага и у озера Ван.

После успешно проведённой Хамаданской операции наши войска вошли в Тегеран. Потенциальное выступление Персии на стороне кайзеровской Германии было предотвращено.

В следующем году генерал Юденич блестяще провёл Эрзерумскую и Трапезундскую наступательные операции. Добраться до Эрзерума было непросто: солдатам пришлось идти по узким тропам в заснеженных горах, при сильном ветре и морозе. Но их отлично подготовили – снабдили тёплой одеждой, зимней обувью и даже тёмными очками для защиты глаз от слепящего снега. Пять дней длились бои под Эрзерумом, и наконец крепость пала, а русские войска, преследуя отступавшего неприятеля, продвинулись на турецкую территорию.

В апреле Приморский отряд Кавказской армии взял крепость Трапезунд – важный порт на Чёрном море. Неоценимую помощь при этом оказали корабли Черноморского флота, которые подвозили подкрепления и защищали транспортные суда. Огонь артиллерии линкоров уничтожал вражеские береговые батареи.

Летом турки попытались взять реванш и отбить Трапезунд с Эрзерумом. Они перебросили на Кавказский фронт десять свежих дивизий – в общей сложности более ста пятидесяти тысяч человек. Самые жаркие бои разгорелись на Трапезундском направлении. Однако русские войска не только сдержали удар, но и смогли перейти в общее контрнаступление. Турки потеряли больше половины личного состава своих частей.

Почти в то же время другая неприятельская армия выдвинулась к Эрзеруму. Юденич нанёс ответный удар. В упорных встречных боях, длившихся весь август, русские вынудили врага перейти от атак к обороне. Попытка турецкого командования перехватить стратегическую инициативу провалилась. Противник понёс невосполнимые потери и прекратил активные действия против наших войск.

Кавказский фронт никогда не имел для России первостепенного значения: все главные сражения Первой мировой разворачивались в Европе. Но возложенная на него задача – защита Закавказья от вторжения турок – была с честью выполнена.

Последний бой Юрьевского полка

Кончался 1914 год – первый год страшной войны. Ни одна из противоборствующих сторон не смогла достичь поставленных целей. Провалился немецкий план молниеносной победы на Западном фронте. Неудачей окончилась попытка русской армии выйти к Берлину через Восточную Пруссию. Война оказалась совсем не такой, как многие ожидали.

Потерпев поражение во Франции, немецкий генеральный штаб решил теперь свой главный удар направить на Россию, «поставить её на колени», а затем уже расправиться с союзниками в Европе. Войска начали перебрасывать с Западного фронта на Восточный. Сосредотачивались они в Польше, территория которой тогда входила в состав Российской империи. В декабре 1914 года здесь развернулось масштабное сражение, вошедшее в историю как «Битва у четырёх рек».

Небольшие речки Бзура, Равка, Нида и Пилица принадлежат к бассейну реки Вислы. На их берегах в числе многих других расположены деревни Гумин, Болимов и Воля Шидловская. Наступление немцев началось именно здесь 5 декабря 1914 года ударом во фланг нашей Второй армии.

Германское командование подготовилось весьма основательно, обеспечив себе почти трёхкратное превосходство в живой силе, а главное – в артиллерии. Прорыв на этом направлении, скорее всего, означал бы потерю Варшавы, до которой по прямой оставалось не более шестидесяти километров.

Неожиданным ударом немцам удалось смять и отбросить один из наших стрелковых корпусов, но уже через несколько дней положение было восстановлено. Атаки и контратаки не прекращались ни днём ни ночью. Как свидетельствовали позднее очевидцы, бывало, что всего за несколько часов погибали целые полки. На обледенелых берегах Бзуры и Равки остались десятки тысяч тел, но русские солдаты отстояли свои позиции.

Такими они были

Наш рассказ посвящён лишь одному из эпизодов этого ожесточённого и кровопролитного сражения. Необходимость удерживать Польшу как стратегический плацдарм заставляла русское командование стягивать сюда всё новые и новые силы. Так, в подкрепление нашим войскам из Восточной Пруссии направилась 25-я пехотная дивизия, в состав которой входил 98-й пехотный Юрьевский полк. Он занял позиции у небольшой деревни Гумин.

В разрушенном окопе

Кто тогда мог знать, что всего через два дня полк примет на себя основной удар многократно превосходившего по численности врага? Только на этом участке фронта немцы уже сосредоточили около сотни артиллерийских батарей.

Утром 17 января грянули первые залпы. Уже очень скоро всё слилось в сплошной рёв и гул. От грохота не было слышно человеческого голоса. Боеприпасов немцы не жалели. Взрывы утюжили окопы и блиндажи, и негде было укрыться от губительного огня. Этот ад продолжался почти целый день. В ответ с нашей стороны практически не стреляли: не хватало снарядов.

На следующее утро всё началось по новой: вначале немецкая артиллерия три часа беспрерывно накрывала русские позиции яростным огнём, а затем вперёд двинулись густые ряды пехоты. На удивление врага, первая цепь была буквально скошена пулемётными очередями. За ней полегла другая, третья, но немцы волна за волной неустрашимо шли напролом. Всё же юрьевцы остановили противника, тот залёг и стал отступать.

Атака немецкой пехоты

Первая атака захлебнулась, но почти сразу вновь заговорили вражеские пушки. Обстрел продолжался около часа, а затем опять двинулась пехота. Несмотря на огромные потери, кайзеровским солдатам удалось ворваться в наши окопы.

В эти решительные минуты боя никто из юрьевцев не отступил. Немцы одолевали, их было просто больше. Казалось бы, ещё немного – и всё кончено. Положение спас резервный батальон, отправленный на помощь; он сразу бросился в штыковую. Не выдержав натиска, немцы побежали. Юрьевцы ринулись вслед. Пленных не брали, считанным врагам удалось вернуться на свои позиции.

И тогда вновь загрохотала немецкая артиллерия. Теперь неприятель нанёс удар по Олонецкому полку, стоявшему в соседней деревне Воле Шидловской. После нескольких часов боя немцы прорвались на этом участке и стали заходить во фланг Юрьевского полка. Заняв круговую оборону, русские и на сей раз устояли.

Наступившая ночь не принесла успокоения, измученные солдаты не спали – ждали ночной атаки. Она не состоялась. Но наутро бой закипел с новой силой. Окопы, почти сровненные с землёй, уже не защищали солдат. Потери были колоссальны, в ротах осталось по 25–30 человек. Но вновь, как и сутками раньше, враг здесь прорваться не смог.

Так продолжалось шесть дней. Будучи в окружении, без связи, почти без патронов, полк держался. Даже когда казалось, что сражаться нет уже никакого смысла, солдаты и офицеры стояли до конца. Они понимали, что гибель неминуема, и просто стремились подороже продать свою жизнь. Когда кончились патроны, русские, сбросив шинели, двинулись в свою последнюю штыковую атаку…

С гибелью Юрьевского полка сражение за Волю Шидловскую не завершилось. Нашим войскам была поставлена задача любой ценой вернуть утраченные позиции. Но наступление ни к чему не привело – удалось отбить только прежнее расположение юрьевцев. Деревня осталась в руках немцев.

Постепенно бои сошли на нет. И русские, и немецкие части, обескровленные многодневными схватками, на этом участке фронта атаковать уже не могли и перешли к обороне. Несмотря на гигантские потери, январские бои на Равке не принесли ни одной из сторон тактического или стратегического перевеса.

Позднее местность вдоль реки Равки в Польше объявили заповедной зоной. Местные жители до сих пор находят останки участников тех страшных событий, наспех захороненных тогда в мёрзлой земле. Они обретают вечный покой в новых братских могилах, где рядом лежат русские и немцы.