Kitabı oxu: «Червоточины. Книга вторая»

Şrift:

Пролог.

Открыв глаза, я мысленно выругался, новое тело явно повреждено, и это не очень хорошо. Сильная контузия, я плавал на краю сознания, поэтому вызвав Юлю, и как та появилась рядом, я даже не знаю безопасно рядом или нет, и начала лечить, понял это по той причине, что мне легче становилось, уже начал размышлять. Нет, причина гибели не в инопланетянах. Там вообще нормально всё прошло. Точнее проходило, ещё ничего не закончено. Я погиб от детонации боекомплекта «КВ-2». Мы и успели выпустить всего четыре снаряда по зениткам у железнодорожного моста, по сути полный тот, как произошло пробитие снарядом «ахт-ахт» маски пушки, и вспышка. Вот новое тело.

Кстати, как мне стало лучше, я привстал на локтях, и осмотрелся. Рядом, поправив форменную юбку, та так и была в форме старшего военфельдшера, присела Юля, и предложила помогать. Амулетом собирала кости на левой ноге, те раздроблены. Колено в хлам. По виду проехала машина. Да и по ощущениям тоже. С правой ногой те же ощущения, но ниже колена, что выше целое. Я уже с интересом изучал большой лагерь военнопленных под открытым небом. Многие удивлённо таращились на мою супругу. Был вечер, Солнце явно заходило, но видно было всё отчётливо. Жаль, засветил ту, а видно, что не пленная, при ней санитарная сумка, ремень с кобурой «ТТ», да в полной форме была. В это время та снова поменяла амулет на заряженный. Сам я ел бутерброды с трофейной ветчиной, восполнял потерянное в организме. Делать нечего, всё что ненужно уже сделано, свидетели, а пока лёг, пусть жена доделает. Не бросать же, да и память скоро появится, лучше лёжа её принять. Вот и жевал, а то я стремительно худел, иногда запивая подслащённым чаем с кусочком лимона. Жена работала, тревожно поглядывая на вышки, уже четвёртый лекарский амулет достала. Похоже ту засекли, команды гортанные пошли. С головой та уже закончила, сказала только потёки крови у ушей остались, в норму привела. Удивило что в таком состоянии и в лагере. Да, раны явно обработаны, лубки были, сюда бывшего хозяина тела принесли, спасибо неизвестным, но я всё равно удирать собираюсь, так что есть свидетели или нет, уже не так и важно. Это новый мир, тут про меня не знают. Ищут пропавший челнок инопланетяне или нет, в прошлом, я так и не понял, не заметил поисковых работ. А челнок у меня в кубике. Ладно, пока же жена, ругаясь сквозь зубы, сказала, что ей минуты три ещё надо, и что попал в светловолосого парнишку лет двадцати, в рваной форме политсостава. Оказалось, я в младшего политрука попал. Любопытно. Почему жив? Немцы же педанты. Приказ есть, всех политработников расстреливают, а тот даже формы не снял. Может первые дни войны идут?

Тут велел Юле накрыться шинелью, хотя работу та не закончила, и как та сделала, сунул под шинель руку и убрал ту в аурное хранилище. А почувствовал, что вот-вот, и оказался прав, буквально через несколько секунду, меня вырубило.

Старый грузовой «Опель», переваливаясь на колдобинах, катил по полевой дороге. Я лежал на шинели, везли меня одного, в кузове два солдата и ефрейтор, в кабине кроме водителя ещё и офицер. Всё же Юлю засекли, нашли меня быстро, ещё до заката, и вот вынесли. Заинтересовало немцев что за девушка и куда пропала, лагерь кстати прочёсывали, когда меня выносили, а тот крупный, тысячи три пленных точно было. Я не долеченный, на ноги встать мог, если осторожно, кости Юля собрала. Хотя это ох и не простая работа, даже приживила, но и только, так что пока не ходок. Допросы были, но без фанатизма.

Жаль ночи не дождался, уже темнело, но вот выехали куда-то, подозреваю в село повезли, на горизонте видно было белые мазанки и фруктовые сады. Туда и катили от лагеря. Ну и пока вот везли, я размышлял. Попал я в младшего политрука Григорьева, Игоря Валентиновича. И он действительно был русским, а не из еврейского племени, как это обычно бывает. Ну много я встречал политработников из еврейского племени. Про это даже анекдоты ходили, что вы хотите? Григорьев оказался из Политуправления штаба механизированного корпуса, стоял в Прибалтике, попал в окружение, находясь при штабе. Как была сформирована боевая группа, и пошла в атаку, штурмовали позиции немцев, чтобы вырваться из колечка, броневик Григорьева подбили, а когда выбирался контуженный и раненный, по ногам и проехал танк. Причём, наш же, «БТ» был. Экипаж из броневика тоже выбрался, там снаряд также похоже в маску пушки попал, командир пострадал, я про Григорьева, остальные оглушены, но не так сильно, они и вынесли командира. А очнувшись, я всех троих рядом с собой обнаружил, даже бутербродами поделился. Сам Григорьев был без создания с момента наезда танком, в его теле уже я очнулся, в лагере. Так что тот момент, как он попал в плен, ни ему, ни мне, не известен. От экипажа бы узнал, но меня вот вынесли. С вышки определили, что и как было. Хотелось бы описать как погиб в прошлом теле, жаль, нравилось оно мне, но вот в новом мире оказался. Мне бежать нужно, чем я и занялся. В руках появилось по «ТТ», руки в порядке, у меня с ногами закончить не успели, и я, быстро переводя стволы, расстрелял всех трёх солдат в кузове. Машина экстренно тормозила, но я перевёл оружие на кабину и через дерево кузова и металла кабины поразил тех, кто был там.

Тут же и достал двоих, деда и супругу:

- Юля, лечи, а ты дед, немцев из кабины и гони прочь. Вокруг немцы, в селе и сзади в лагере для военнопленных.

Те молча приступили к делу. Машина уже замерла, не дёргаясь, похоже водитель успел выбить скорость, а тут взревев движком, дёрнулась и покатила прочь, явно съехав с дороги, мотало нас. Дед в кабине сидел, управлять умел, вот и уводил нас. Юле это мешало работать, пару раз недовольно глянула в сторону кабины, когда особенно сильно тряхнуло, но продолжила. Наконец закончила с правой, мы как раз подминая мелкие ёлочки въехали в лес, где найдя прогалину, и встали. Пока дед, мы общались, я его в курс дел вводил, скидывал тела с машины, снимая трофеи, Юля и продолжала заниматься левой ногой. Ещё четыре амулета в ноль и дело сделано. Проверив меня диагностом, та с сомнениями сообщила в тоне:

- Экстренное лечение, нужно полное провести чуть позже. А то на скелет похож. Нарастишь массу, проведу, пока и этого достаточно, жить будешь. Да, геном и тут изменён. Кстати, где мы?

- Новый мир, в прошлом я погиб, - вздохнул я.

Дед с интересом прислушивался, пока занимался немцами, если что, Юля сканером контролировала округу, не подберутся внезапно. Вот и описал что и как было. Впрочем, и вам можно описать. Тот челнок я всё же взял, выстрелы мимо прошли, опцией Ветра просто уводил тело в сторону, и замедлившись, встал на ноги рядом бортом челнока, касанием убрав его в кубик, который заранее достал. Потом метнулся к тем двоим, что снаружи остались, у склада, ящики несли, вырубил их амулетом, тем специальным, «Сонником». От инквизиторов. Защиты не было, сразу легли, ну и прибрал их. Заодно остатки содержимого склада. Ну и сразу достал другой самолёт и добрался до местоположения моего отделения. Вот только утром появился я не один, а с супругой. Мы кстати в лесу хорошо зажгли, достал походный домик, и напомнил Юле как я её люблю. А секс - это лучше из лучших напоминаний. Так что привели себя в порядок, та подобрала и надела новенькую форму старшего военфельдшера. Причём, невозмутимо разметила орден и медаль на положенных местах, пояснив, что она их честно заработала и снимать не собирается. Почему я её достал и привёл к «ДОТу»? Дело в том, что лесу я достал всех пришельцев, их девять оказалось, семь её на борту челнока были, и вот так вырубив, снял все трофеи. А с пилота снял знания по пилотированию и языку. И пока этим занимался, Юля изучала их. И чем дольше это делала, тем больше хмурилась.

Оказалось, геном один, но у пришельцев он чище что ли? В общем, наш геном, её и мой, он замусорен, отчего страдали физически и морально. На это тоже давило. Просто мы настолько привыкали к своему состоянию, а это с рождения, но поколениями передаётся, что просто не обращали внимания. А пришельцы чисты. Вот Юля и решил проверить других землян. Под рукой только мои бойцы, у той же какие-то результаты есть, но нужны новые материалы исследований. А как я её приведу? Скажу, что этом моя жена? Да прям. Официально я не женат, замечу. А вот как медработника из ближайшего медсанбата, к котором наш батальон приписали, это легко. Так и сделали. Светало, когда мы подходили, часовой бдел, поднял разводящего, так что завтрак, дальше осмотр у медика. Я просто сообщил, что обычный медосмотр, сам я его уже прошёл. Ну и пока жена проводила его, причём действительно качественно, незаметно работал аж тремя диагностами. От грубого, до тонкой работы. Парни улыбками цвели, мускулами играли, всё же Юля производила впечатление, на что я смотрел с улыбкой. Та полностью сосредоточилась на работе и на попытки бойцов привлечь вынимание, не обращала внимания, делая записи в блокноте, что носила в планшетке. Разве что двум бойцам посоветовала пропить витамины, даже выдала пакетики, сообщив дозы. Ну а дальше я повёл ту к лесу, чтобы убрать, приметив что спешит лейтенант, взводный мой. Но успел увести и убрать. Ох взводный и расстроился, но услышав, что я просто договорился в медсанбате проверить своих бойцов, мало ли чего не знаю, я должен быть в них уверен, заинтересовался, но направился дальше. У того обход своих отделений проходил.

Так вот что мне сообщила Юля, до того как я её убрал:

- Двое из твоих бойцов чистые, - ошарашила та меня своим сообщением. - Геном их чист. Я тебе больше скажу, вмешательство в геном искусственное, нужно изучать людей разного возраста, но похоже проводили эти работы лет двести назад, точно сказать не могу, и проводили лекарским амулетом, или нечто подобное.

- Инквизиторы, - скривился я. - Кроме них, больше некому.

- Возможно. Даже поверхностно исследования показывают, что у людей с испорченным геномом нет будущего, ещё два-три поколения, и люди на Земле вымрут. Уже в следующем поколении, деторождение должно упасть на половину. Чистые смешаются с порченным. Ну ты меня понял.

- Понял, - несколько ошарашенно пробормотал я. - Вот это новости.

- Да, сама в шоке.

- Нас почистить сможешь?

- Образцы теперь у нас есть, - кивнула та. - Но нужно руку набить.

- Да, на наших испытывать не будем, пленных добудем. Их не жалко. Ладно, я это ещё всё обдумаю, а пока в хранилище. А то вон взводный бежит, рассмотрел твою соблазнительную фигурку.

Под смешок Юли я и убрал ту, за кустарником, и быстрым шагом обратно. Там пообщался со взводным, и вот в тяжких раздумьях и встретил первые бои в своём «ДОТе», а начались они на дороге, где штаб батальона и усиленно всё в разы, это не периферия как у нас. Бой, с перестрелкой, гул артиллерии длился часа два. Мы тревожно встраивались в густые дымы в той стороне. Горела техника. А у батальона её не было, это явно не наша техника горела. Похоже встретили наши немцев как надо. Впрочем, к вечеру звуки боя начали смещаться в тыл. Похоже не сдержали, сбили с позиций. Так и оказалось, вскоре стали разрозненно отходить бойцы нашего батальона, тут и ротный. Он их собирал. Причём, наша рота, кроме первого взвода, в бою участия не принимала, далеко мы были от дороги. А вот первый взвод пострелял, по мотоциклистам. Те явно искали объездные пути. До нас по дороге где беженцы шли, те не добрались. Ротный осмотрев позиции, велел держаться до конца, после этого направился с частью подразделений к месту недавнего боя, к дороге. Там сильная стрельба началась, больше мы их не видели. А моё отделение приказ выполняло, два дня мы в «ДОТе» сидели, пока нас не окружили. А мы обстреливали противника. Технику на дороге. Для них уже тыл, Минск взяли, а по ним из укрепления огонь ведут. Шесть грузовиков сгорело с грузами, бронетранспортёр, три мотоцикла и обоз побили. Потери в людях, ну с три десятка точно есть. Вот прислали для блокирования и уничтожения роту. Ну два танка, что решили сблизится, подбили и сожгли противотанковым ружьём. А они оба лёгкие были, «двойки», так что отбились. И ночью ушли. Иначе утром, прислав кого покрупнее, нас просто уничтожат. Итак по счастью обошлось без потерь. Ранено семеро, двое тяжело, Юля с нами, заботилась о них, но и только. Причём, держались мы одни, слева и справа тишина, сканер показал, что укрепления пусты, ушли наши.

А дальше ушли в лес, и начали партизанить, собрав из окруженцев стрелковую роту. Я пригонял и технику, использовали её. Даже танкисты вышли к нам, младший лейтенант командир, взводом командовал, всю технику потерял. Я его быстро задавил и взял в подчинённые. Мол, таксисты - это войска поддержки, подчиняются пехоте. А пехота - это мы. Так вот, выдавал разную технику, тот со своими танкистами и осваивал, новейшие те не знали, и вот работали. А стрелки мои на подхвате, зачищали. Ох и поработали, били в нежное подбрюшье тыловой машины Вермахта. А тут два моих «КВ-2» вышли из леса, и повели огонь по охране моста. Потом бы разрушили быки снарядами. Это третий мост, два других уничтожили. Вторым «КВ» командовал Жирков, тот младший лейтенант. А немцы видимо знали, охрану мостов усилили. Один снаряд в рикошет от башни, та загудела, другой в маску. И что обидно, четыре зенитки мы уже поразили, а пятая, находилась с другой стороны моста, и другой берег, и её расчёт бил нас через проёмы фермы моста, наш же выстрел разорвался на ферме, изувечив её, но не навредив расчёту. А дальше попадание, вспышка и вот я в этом теле. Вот такая история. Теперь по геному землян, что за эти две недели узнали.

Да, с этой историей не всё так просто. Юля проверяла и стариков, мы деревни посещали, кстати, в деревнях немало чистых было, но и с грязным геномом хватало. Видимо от пришлых, на которых женились или замуж выходили, дети и получали эти изменения. Точные сроки, когда они пошли, уже так на коленке не определишь, но изучив всё что нашла супруга, я с ней не согласился. Тут похоже с тысячу лет прошло, не двести. Больше удивляет почему опыты ставили и отпускали людей? Или специально по сути геноцид устраивали? А повреждённый геном ещё расходился, запущен давно, просто это не быстрое дело, но примерно две трети населения Белоруссии имели грязный геном. Сомневаюсь, что в других странах по-другому. Что важно, моё тело из этого мира, оно грязное. И у Юли, из того мира, где я лётчиком был, и оно тоже изменения несло. Получается это всё происходит в разных мирах. Мы брали архивы инквизиторов, что-то там про такие исследования ничего не было. И вот в этом новом мире, где я получил тяжело травмированное тело, тоже такая ситуация, Юля это сразу проверила, пока лечила меня. И да, я набрал подопытных, сам подопытный, имел подопытных. Эта мысль меня тогда здорово развеселила. Впрочем, ладно, Юля с ними работала, пока я развлекался и воевала. Ну как не крути, именно так это и было, мне интересно. Так что та, отрабатывая методику на пленных, но приступить к нам не успела, банально времени не хватило. Вернуть геном к идеалу, на это нужно по два сеанса в сутки, восемь дней. А она ещё испытания проводила, изучая результаты, хотя сказала, что уже может и меня подлечить. Себя и детей напоследок оставила, когда руку набьёт.

В общем, с этой стороны всё не так и плохо, не вышло в прошлом мире, ну не повезло, война есть война, выйдет в этом, сделает мне чистый геном. Дед кстати заинтересовался, но проверка показала, что тот чист. Юля обещала тому проверить всех дворян, что мы вывезли. Тут Юля встрепенулась и сообщила:

- По следам машины немцы идут, больше десятка. Уходим или бьём?

- Уходим. У меня к амулетам доступа нет.

И мы ушли, скрылись в лесу. К озеру. Мне помыться бы не мешало, я весь в крови, форма присохла. Через три дня, взломав нужные амулеты и приписав к себе, вернулись. Я достал две «тридцатьчетвёрки», и используя амулеты «Руки», мы с Юлей направили технику к лагерю. Кстати, на той поляне пропал грузовик, его забрали, как и пять обнажённых тел. Оказалось дед тех двух из кабины не выкинул на дороге, а просто место освободил. На этой поляне и достал два танка «Т-34», Юля тут же вяла их под управление, она умела, обучил, мой третий, и взревев дизелями, те рванули к немцам. Немцы в охране и на вышках забеспокоились, начали разбегаться, да было поздно, Юля отлично видела где те скрывались и пулемётным огнём уничтожила. Я подчищал. А дальше к селу. Будем и его освобождать.

***

Открыв глаза, морщась, постарался осмотреться. И тут же широко открыл глаза, хотя по лицу текла кровь. Явно рана головы. Площадь деревни, я стою на подставке, на шее колючая верёвочная петля, и множество деревенских вокруг, что угрюмо смотрели в мою сторону. Сразу распрямил ноги, а то уже почти висел в петле, задыхаясь. Руки связаны за спиной, я стоял, по сути балансировал, вот-вот упаду от слабости. Пришлось сосредоточится, чтобы устоять, здорово помогала верёвка, не давала завалится на бок. Натянута была, но дышать пока мог. О чём-то вещал офицер, из-за шума в ушах не мог разобрать, стояли солдаты, обычный Вермахт на вид. Очень болела голова, явно контузия, я провёл языком по зубам, и вздохнул. Новое тело, без сомнений. Да по тому что вокруг было, понятно. Главное я переродился, ведь я отлично помню, что было только что. Ну для меня это происходило мгновения назад. Приметив мигающую иконку флажка аурного хранилища, никогда не видел, чтобы тот мигал, сосредоточился на нём, и развернулся рабочий стол. Там было написано крупными красными буквами, что мигали:

«Авариный сброс настроек. Нештатное вмешательство. Корректная работа восставлена».

Я тут же вошёл в опцию управления хранилищем и мысленно выругался. Ноль. Запустив кач, я почти сразу ощутил удар под ногами, секунда полёта, и повис. В толпе ахнули. Верёвка натянулась, стянув шею, но та выдержала, не сломалась, вот я, дёргаясь, и хрипел, будучи повешенным. Даже не знаю в кого попал, память пока не пробудилась. Уже теряя сознание, вспомнил про хранилище, я мысленным усилием вошёл в управление, надписи уже не было, и флажок не мигал, и использовав что было, да там миллиграммы накопились, убрал кусок верёвки, тонкий слой, у шеи, отчего петля ослабла, и я свалился на землю, хрипло дыша. При этом слыша, как кто-то рядом сказал на немецком:

- Верёвка оборвалась. Удивительно. Ладно, вешать дважды не принято, ефрейтор, в сарай его пока.

Это видимо офицер говорил, всё мутно, слёзы застилали глаза, главное меня подхватили под руки, и волоком потащили, босые ноги скребли по земле. Не долго, минуты три, и забросив в тёмное помещение, даже не развязав, закрыли дверь, так что перевернувшись на бок, я на груди лежал, морщась, задумался. По сути я всё потерял. И ведь некого винить кроме себя. Три года, прошло три года, с момента как я очнулся в теле молодого политрука. Тогда, освободив лагерь, уже стемнело, когда с селом закончили, громили там автоколонну, пленные рванули кто куда, прибрав супругу, сам улетел подальше. Пока я добирался до Испании, интересно мне было знать есть тут в музее кубик как у меня, будет третьем или нет, Юля занималась мной. Она модернизировала, а точнее очищала мой геном. Не успела закончить. В этом мире инквизиторы поработали плохо, и я добыл третий кубик, чему был рад, и пока грабил советские склады, что немцы захватили, Юля так и работала. А не успела закончить по другой причине. Помните знания языка, и по пилотированию, взятые от пилота? А я их изучил, и зная из памяти пилота коды к компу катера, решил проверить. Руки чесались, так полетать по системе хотелось. Жена со мной была. И мы поднялись на орбиту. А там вдруг обнаружили судно за Луной, рядом мельтешили такие же катера, как у нас. Для начала тот маг ошибся, тут ни черта не Содружество и нейросетей нет. Другой мир, по сути жили люди, и использовали разные космические технологии, только у их судов не было прыжковых двигателей. А они им не нужны особо, те умели создавать червоточины, через которые за часы преодолевали огромные расстояния. То есть, ну не Содружество и всё тут. Пришлось адаптироваться. Вот тут нам здорово повезло, судно было как раз копией того, что потеряло катер, на котором мы летели.

Да, тут нет челноков и ботов, только катера разных размеров, и захватил я катер, а не челнок. Так вот, приняли нас неплохо, капитан лично общался, модель катера распространённая, не поняли, что это копия их же катера, что тут у них летал. Да я тут двойников встретил, все девять человек что в прошлом мире пленил. В общем, я сказал, что от пиратов тут спрятался, судно наше захватили, и те взяли меня собой. Собственно, катер и стал оплатой. Даже улучшенную каюту выдали. Судно оказалось тут случайно, убегали от двух пиратов, на удачу использовали старую пиратскую червоточину, что выходила в пяти системах от Солнечной, и осмотревшись по выходу, судовой комп определил, что в этой стороне планета, можно воды набрать. Семь дней летали к Земле. Ну и пока воду набирали, на местах боёв ночами грабили склады. А чего скромничать? Тем более торгаши это. В общем, закончив, забрав меня, они направились к червоточине. Благо пиратов не было, опасались встретить, там маяк видели, они его уничтожили, но мало ли сигнал ушёл? Впрочем, пилот устроил шторм в червоточине, опасная шутка, видимо это с хвоста преследователей и скинуло, сейчас та успокоилась. Месяц прошёл. Дальше две недели путешествия по разным червоточинам, в памяти судового компа их миллионы, пока не добрались до порта стоянки судна. Это была Конфедерация Евразийских систем. По виду обычные европейцы. И мы там расстались. Я Юлю достал, детей, пока та нам геном меняла, прошли регистрацию, став гражданами. Я потихоньку распродавал имущество. А брали охотно, особенно оружие. Пусть тут в основном лучевое, что судовое бортовое вооружение, что личное ручное, всё равно охотно брали. Даже бронетехнику. Да припасы натуральные тоже. Два судна средних купил. На маршруте стали работать, одним я сам управлял, нарабатывал личный опыт. А возвращался всегда с полными каютами пассажиров. Дворян из хранилища доставал, привозил, и те проходили регистрацию как беженцы. Так в несколько рейсов и доставил их. На судне почти три сотни кают, за раз до девятисот человек привозил, так что оба прадеда подтвердили, свою сторону сделки я выполнил. Всё что хранил из их вещей, передал, и те продавать стали не нужное, покупали дома, космические суда, в общем вкладывались в себя. Я ещё всех языку обучил и пилотированию. Ну и другие специальности набрав, добыл, также передавал. Кому кто хотел.

Юля стала врачом. Мы даже открыли частную клинику в столице планеты, лучшую. Ведь Юля там, беря самые сложные случаи, лечила от всего, потому как тайно использовала лекарские амулеты. Она даже стала личным врачом наместника планеты. То есть, осваивались. Года два я летал, даже в военном конфликте как наёмник поучаствовал, купив рейдер. Это переделанное из гражданского судна в боевое. Полгода, правда, быстро замирились, но боевой флотский опыт, будучи капитаном судна, получил. Дальше не летал, в командах немало дворян, рабочие места давал, тут с этим не очень хорошо, вакантных мест куда меньше чем населения, поэтому у моей транспортной компании уже два десятка судов, сам немало набрал работников. Были и боевые трофейные корабли, в кубике. Впрочем, что сейчас-то говорить раз всё потерял? Тут один плюс. Точнее два, жив, и опыт жизни имею в мире космической цивилизации. Я купил старую ферму, вдали от людей, причём вложился и ферму запустил, мы в теплицах овощи выращивали, но в тайном бункере под землёй сделал исследовательский центр, я там один работал, иногда Юля прилетала и участвовала. Так вот, я открыл ящик Пандоры. Не удивляйтесь, этот ящик, красиво изрезанный фресками, я нашёл в запасниках инквизиторов, он так и был инвентаризован. Честно говоря, было боязно, но роботы приподняли крышку и внутрь два щупа пошло. Я наблюдал на экранах в защищённой комнате. Сколько я разных амулетов изучил, всякие были, а тут из ящика пошёл дым, камеры зарябили, и картинка пропала, а потом я ощутил на себе чей-то холодный и давящий взгляд, и всё. Вот очнулся тут, в парне, которого собирались повесить. С хранилищем, что было на нуле. Ну что тут я теперь могу сделать? Сам виноват. Одно радует, устроил супругу и детей, со всеми её родственниками. Да и моими бывшими. Долгов не оставил. Одно взволновало, я категорически не хотел терять Юлю. Даже дети, которых я безумно любил, были на втором месте. И ведь назад не отмотаешь, на груди моей нет амулета барда, это реальность. И получается я потерял всё, и не потерял ничего.

Удивлены? Ну есть такое. Просто я осознал, что если бы Пандора, или кто там, с открытием этого ящика убил меня, то ведь мог всех потерять с обнулённым хранилищем. А тут я обещание выполнил, живут в мире космической цивилизации, обустроены, нашли себе дело и место в жизни. И они были счастливы, я это видел. Я бы не пережил бы их потери, а сейчас знаю, что они живы и живут дальше. Осознал всё это только тут в сарае. А то что запасы и вещи потерял, то плюнуть и растереть, ещё добуду. Хотя иконки магического зрения я так и не дождался, только одного хранилища было, что усложняло дело. В это время меня и вырубило, только и успел срезать верёвки, и разминая руки сесть, да прислонится спиной к опорному столбу. Память прошлого владельца тела пришла.

Очнувшись, выплывал как будто после тяжёлой и долгой болезни, состояние нового тела ещё то, я обнаружил, что лежа на боку. Ниточка слюны стекала на старую солому. Видимо пока без сознания был, завалился на бок. Кряхтя, я аккуратно сел. Ещё до потери сознания отметил, что правой рукой лучше не пользоваться, левой поднимался. Вот и стал ощупывать себя. Ранее не до этого было. Коснулся плеча, замотанного тяпками, женщина бинтовала, что мало знакома была с этим делом. Там пулевая рана. Ещё рану обнаружил на голове, вот она новая. Даже не перевязан, корка засохшей крови была. Вдруг нащупал осколок, что торчал в черепе, ухватился и рывком выдернул, с трудом сдерживая крик. Пришлось зажимать рану ладонью, кровь потекла. Оторвал хранилищем от тряпицы, коим плечо замотано, кусок, и наложил тампоном на рану. Встав, пошатнулся, к счастью ноги целы, и это даёт шанс на удачный побег. Хотя в таком состоянии, что поди знай, смогу или нет? В хранилище полтора килограмма. Значит, почти сутки в новом теле. Скоро два накачается, с помощью хранилища и сбегу, проделав лаз в стене. Пока же шатаясь дошёл до стены, там видно свет, через щель попадает, яркий солнечный луч, и осмотрелся через неё. Обычный вид села, с маковкой заброшенной церкви, кое-где суетятся жители, вот прошёл полицай, в красноармейской форме, но пиджак поверх. На левом рукаве белая повязка. За плечом ствол винтовки видно. М-да, то ещё положение. А пока доковыляв до двери, я там приметил ведро. Понюхал и понял, что не ошибся, с питьевой водой, и жадно стал пить через край. Да сел на корточки, и наклонив, поднять бы я его не смог, пил. Рядом две варёных картофелины в мундире. Вот через силу и поел. Голода совсем не было, а надо. Вернувшись к опорному столбу, сел и задумался. Это вода помогла, как волна энергии по телу прошла. А с чего это я свою Юленьку похоронил заранее? Это от раны и контузии всё, почти думать не могу. Шанса на новую встречу нет? А как же тот маг? Я точно знаю он ищет новые миры, изучает. Нужно подать о себе знак, и если повезёт, он меня обнаружит и выйдет на контакт. Конечно зыбко всё, но такая надежда проснулась, не передать. Нанять его, чтобы нашёл нужный мне мир, описав его, и дальше тот переместит моё создание в кого-нибудь из того мира, и я полечу в конфедерацию.

Юля будет ждать, я знаю, что будет. И она знает, что буду рваться к ней. Одно оборудование омоложения у неё на руках есть, пользоваться умеет, она меня дождётся. Поэтому к чёрту, я не опущу руки. Так что пока маг меня не найдёт, стоит серьёзно прокачаться, и добыть космические суда и корабли этого мира, где сейчас нахожусь. При возможности. К сожалению, «Бешенную Бестию», как называлось то судно, с членами команды которой я встречался дважды. Точнее в двух мирах, с экипажем катера, потом уже в другом со всей командой, пусть и копией. Да, сам запутался, но вы меня поняли. Этого судна уже нет у Земли, это факт, улетели мы, когда наступила средина августа, а сейчас первые дни сентября сорок первого. Значит, ждать другое судно, на контакт я выйти смогу. В общем, прокачиваюсь, добываю амулеты, особенно хранилищ, добываю всё нужное и в миры космических цивилизаций. Не получится, то следующее перерождение поможет. И так далее, пока свои планы не выполню. Одна проблема. Даже две. Нет значка магического зрения, и второе, Дара нет. Я не ощущаю в себе дара стихий. Похоже основной удар богини был по нему. Меня сделали простым человеком. Возможно хранилище зацепило краем, но оно по счастью уцелело, пусть и обнулилось. Явно от повреждений, но главное работает, и я могу уходить на перерождение, отчего же не радоваться? Шанс есть, я постараюсь поймать свою птицу счастья за хвост. Вот об этом я и размышлял, ожидая пока стемнеет, набираясь сил для побега, мне нужно тёмное время суток. Раз три ходил к ведру, чтобы напиться. В стороне ещё бадья была с крышкой, параша. Тоже воспользовался. А вечером ещё принесли еды, заодно узнал, что полицаи охраняют, двоих видел и одного немца в круглых очках. Плошку каши, и даже засохший кусок хлеба дали. Хранилище уже больше двух килограмм, уже кое-что, так что я приготовился бежать. Кашу съел, а хлеб в запас.

А пока ожидаю, стоит описать в кого именно я попал. В лётчика. Да, старший сержант Игорь Леонов, проходил службу в Тридцать Третьем истребительном авиаполку, тот в августе вошёл в состав Сорок Третьей смешанной авиадивизии Западного фронта. Игорь имел трёх сбитых на счету. Воевал-то сначала войны. Даже награда была. Орден Боевого Красного Знамени. Получил в августе, когда полк ещё был в составе корпуса ПВО Москвы. Летали на «ЛаГГ-3», за две недели боёв сам тот сбил двоих, был ведомый в тройке звена, ещё трижды подбивал, уходили противники с дымами. Главное не дал сбить командира. А тут их звено, точнее пару, третьего те потеряли в бою, сбит был, благо прыгнул с парашютом вернулся в полк, но новой машины для него не было. В общем, двадцать восьмого августа их звено направили на разведку. Пришло сообщение, что в окружении целая армия. Рвётся к нашим, нужно найти, определить кто и где, и сообщить нашим. Нашли, но при отходе их сразу зажали «мессера». К счастью, командир его смог уйти, не дал Игорь его срезать, и встал на пути немцев, но сам не уберёгся, и его машина, с траурным дымным следом, устремилась к земле. Прыжок с парашютом, причём с раной в плече. Пуля винтовочного калибра насквозь прошла. Удачно опустился на поле у леса. Бросив парашют, от дороги спешили немцы, там обоз встал, тут до передовой километров сорок было, и смог сбежать. Лес помог. Перевязался кое-как исподней рубахой, остановил кровь и долго шёл. Почти двое суток. В основном на воде, пищи не нашёл, городской тот. Ну и рискнул заглянуть в это село, постучавшись в крайнюю избу. К счастью, женщина не выдала, и накормила раненого лётчика. Рану промыла и перевязала. Тот задерживаться не хотел, в принципе идти мог, попросила собрать с собой еды, чтобы дальше двинуть, ждал темноты, но не успел. Сутки в амбаре отлеживался и откармливался. Немцы приехали на двух грузовиках и начали проверять дворы. Полицаи нашли на одном подворье двух красноармейцев и вызвали солдат из комендатуры ближайшего городка. Их тайно лечили, хотя говорили, найдут, расстреляют всех, кто укрывал.

Игорь решил бежать, и почти ушёл, но его засекли, оказалось у леса выставили посты. Что-что, а стрелять тот умел очень хорошо, ранил одного немца, и застрелил второго, наповал. Тут рядом упала ручная граната на длинной ручке, и его разрывом отшвырнуло в сторону, отчего и получил контузию и рану головы. Также с пяток мелких неглубоких ран. Так что взяли, забрав «ТТ», и на допрос к офицеру. Били, чтобы узнать кто укрывал, но Игорь молчал. Говорил, что в амбаре прятался, ото всех. Накопал еды на огороде. Нашёл тряпку и перевязался. Не выдал тот женщину. А за убийство своего, немцы решили лётчика повесить. В назидание. Виселицу быстро сколотили. Игорь на грани был, видимо потерял сознание, когда ему петлю накинули, а там я очнулся. Это по профессии, военной специальности бывшего хозяина тела. Теперь что тот за человек. Не фанатик, он вообще довольно большим скептиком был. Настороженно относился к большевикам, хотя был самого настоящего пролетарского происхождения, а в комсомол вступил потому как в лётчики ему было без этого не попасть, а тот болел небом, и исполнил мечту. В Ейске учился. С начала войны так и служил в этом полку, ставшим для него родным. Первый сбитый, в первый день войны, из «ШКАСов» своего «ишачка», сбил «лаптёжник», что кстати ох как не просто, штурмовик бронирован. Однако, тот смог. Там полк что остался без машин в первый же день, был отправлен в тыл, в запасной полк. Переучивались на «ЛаГГи», и с июля полк нёс службу в корпусе ПВО Москвы. Через неделю сбил «Юнкерс», а потом ещё через два дня, при совместной атаке на строй бомбардировщиков, приметив в стороне «Ме-110», спикировал и срезал его. Упал на окраине Вязьмы.

Что по родным? Тут тоже есть что сказать. Игорь не был сиротой. Парень всю жизнь прожил в Москве, у его родни династия рабочих на московских заводах. И прадед там начинал, перебрался в город из крестьян, как крепостное отменили, и дед, и отец. А вот один из потомков, у Игоря два брата и сестра, не пошёл по их стопам. Лётчиком вон стал. Совсем опустился. Да, родня считала, что тот ниже их по карьерной лестнице. Я лишь посмеялся, когда из памяти Игоря это взял. А вот Игорь обиделся. Перестал общаться с родными. Только с матерью и сестрой переписывался. Та младшая. Братья-то тоже рабочими были. Так-то обычный паренёк, но объясню почему Игорь на большевиков недобро поглядывал. Отца его обвинили в диверсии, в тридцать седьмом. Тот мастером в цехе был, навету поверили, арестовали, и пусть не подтвердилась анонимка, точнее их три было, через два года только выпустили, седого, сгорбленного и больного. Вернулся на завод простым рабочим. Его место уже занято, скорее всего тем, кто и написал кляузу, освобождал место. Сколько они пороги отбивали с матерью, просили разобраться, но два года – как забыть? Ох как Игорь это запомнил. Поэтому и не был он фанатиком. Помнил, да и отец был живым напоминанием. Хорошо, что вообще жив остался. В принципе всё, вот история его жизни. Кстати, женщины у него были, тот на это дело ходок. Однако, постоянной подружки не было, все встречи случайны. Сговорил, и дальше искать новую жертву. Попив ещё воды, глаза слипались, спать хотел, да и слабость давала понять, что сил почти нет, но крепился, снаружи уже темнело, с полчаса и можно выбираться. Село, к слову, находилось километрах в сорока от Могилёва. Что ж, стемнело, пора.

Встав, да уж, меня серьёзно шатало, в таком состоянии я далеко не уйду. Но я двинул к створкам ворот. А выйду прямо через них. Я не знаю почему солдаты тут задержались, в день прибытия Игоря повесить решили, а следующий день почему? Село большое, шум и крики с площади я не раз слышал, похоже там вешали тех, кто укрывал наших. Я пытался найти щель, но там дом сельсовета стоял, за ним всё, в мёртвой зоне. Так что скрипел зубами, обещая поквитаться, но и всё. Что я сделаю в таком состоянии? Только героически погибнуть смогу. Я думал этим днём меня увезут. Или расстреляют, немцы за своих всегда мстят, или в лагерь, но они ещё на сутки задержались. Видимо что-то тут нашли, или кого-то, что их и задержало. Узнаю скоро, а то любопытство мучает. А что, когда я осознал, что смогу вернутся к Юле, вся апатия и не желание жить сразу ушли, энергия появилась, ну с учётом моего состояния, жажда жизни и движения, и пока это не ушло, и хочу пустить все силы на побег. Причём, вернув орден и пистолет. Они за Игорем записаны. Поинтересуюсь у офицера где они, немецкий я в совершенстве знаю. Орден, сорвав с гимнастёрки, точно ему ушёл, из воспоминаний Игоря. А вот документов у того не было, сдал в штабе дивизии перед вылетом, это от них задание было. Причём, по приказу. Вылетали оба без документов. Странно что орден остался. Наградная книжица к нему в вещах Игоря осталась. Впрочем, ладно, это планы на скорое будущее, а вот на более дальнее, такие. Покинуть село, найти самолёт, без понятия как, и перебраться к городу Мозырь, что уже под немцами. Мне его музей нужен. Есть дикая надежда, что наши не вывезли, и немцы не прибрали к рукам один хитрый амулет, среди экспонатов. А я помню. Когда мы искали и обыскивали музеи, прадед участвовал, как раз одному из его помощников повезло в том музее найти амулет взлома. Без привязки. А как её сделать я знал. Амулет для простых людей. Иметь такой амулет - это большая удача. Далее, я знал где найти два амулета зарядки. Амулет «Око», раз магического зрения нет, всё для простецов, и уже можно за кубиком в Барселону. Ох надеюсь тут инквизиторы тоже провели экономию в прошлом и музеи сейчас никто не чистит.

Понятное дело я в курсе где амулеты лекарские, два точно, хорошие. И вылечиться смогу и геном исправить. Ну я надеюсь. А вот в катакомбы к инквизиторам не полезу, если только за амулетами омоложения. Их запасники не трону. До сих пор передёргивает как вспомню открытый ящик Пандоры. И вот только после этого возвращаюсь к нашим, придумав сказочку как долго добирался и через передовую проходил. А может и громко вернусь, мне же шум надо. Привлечь к себе внимание, чтобы маг нашёл. Пока сам не знаю, как поступлю. Пока же сунув палец в щель между створок, убрал кусок металлической щеколды, что удерживала створки. Сразу же выкинув из хранилища этот металл, чтобы место не занимал, я толкнул створку. Придерживая рукой, приподняв, чтобы не скрипели петли, но стоявший ко мне спиной часовой, из полицаев, его я не видел среди тех, что ранее заходили, видимо сменили, начал поворачиваться, скидывая винтовку. Но я уже сделал два быстрых шага, и коснулся его шеи. Кстати, такой способ убийства я уже использовал ранее, но обычно убирал головы противника, потом доставал, а по виду как будто саблей ровненько срубили. Тут же убрал тонкую прослойку шеи, чтобы подумали именно на саблю. Голова покатилась в сторону, фонтанируя кровью, тело стало заваливаться на бок. Я только и успел подхватить за ремень винтовку, чтобы тот ею не брякнул, дальше закинул ремень на плечо, кстати, на меня вроде не брызнуло, хотя запах крови стоял густой, вот так присев, отчего ремень винтовки соскользнул, и та упала на землю рядом, стал обшаривать тело на предмет интересного.

Пистолета Игоря не нашёл. Да особой надежды и не было, зато были отличные командирские сапоги, и главное похоже моего размера. Нет, это не те что с Игоря сняли, новее и лучше, хромовые, на ощупь определил, так стянул, с портянками. Морщась, чуть не вскрикивая от боли в плече, но намотал портянки как полагается и натянул сапоги, иначе босиком далеко не уйду. Также добыл коробок спичек, кисет с табаком. Куски газеты на скрутки, документ полицая, перочинный нож, и наручные часы. Проверил запястья, пустые. Почему в кармане носил? Странно, но прихватил. Сняв ремень с подсумками, застегнул на себе, и уверенно направился прочь, держа ремень винтовки левой рукой. Придерживал, чтобы тот не сползал с плеча. Кстати, на мне форма Игоря, даже петлицы не срезали, и лётный комбинезон. Всё в крови, подрано, но его. Собаки особо не выли, немцы их немало постреляли, не любили их, тех кто на них гавкает. Поэтому собаки особо на кровь не реагировали. По пути избавился от той прослойки с шеи, закинув в малинник. Где остановился офицер я знаю, в здании, где оба грузовика стояли и два мотоцикла. Солдаты заняли дома рядом. Что ж, надеюсь не нашумлю. Хотя думаю духан от меня серьёзный шёл. Очень помыться хочу. Шёл я сторожась. Хотя в моём состоянии, это ещё тот подвиг. Да и плохо слышал я, если быть откровенным. Мог и шаркать подошвами. Из-за шума в ушах и гула в голове, что для контузии обычное дело, звука своих шагов не слышал. И мне кажется, если я даже и шумел, то это играло в мою пользу. Просто считали, что свой идёт. Чужие бы так шуметь не стали. На крыльце дома, кажется это здание сельсовета, горела керосиновая лампа. Рядом у техники маячил часовой. Уже немец, не полицай.

У других зданий, во дворах и подворьях стоял шум, смех, горели костры. Доносился запах жареного мяса. Похоже там свинью на вертеле жарили, гулянка в самом разгаре. Однако при свете лампы нападать на часового я бы не хотел, это издали заметно, внимание сразу привлечёт. И кто-то в доме был, офицер или ещё кто, видно двигающиеся тени от света лампы. Это не огонь свечи, там другой свет. Я сам сколько пользовался, вполне отличаю. Значит, внутри кто-то был. Поэтому на подходе я свернул в проулок. Трогая рукой штакетник, убирая кусками, откладывая в сторону, сделал проход, и оставив винтовку, тяжёлая, только мешала, протиснулся, и двинул в темноте, шаря впереди ногами, чтобы не оступится, к задней части дома. Тут тоже должна быть дверь, хозяйственная, дом обычный, всегда есть чёрный ход, чтобы в сортир могли работники ходить. А он тут был, запашок чувствовался. Мимо прошёл. Вот так и нащупал сначала ступеньки крыльца, потом и дверь. Понятно закрытая изнутри, отчего тут и не было часового. Интересно, куда он туалет ходит? В ведро в сенях? Возможно. Раньше это был добротный дом какого-то зажиточного крестьянина, но вот национализировали в сельсовет. А теперь тут правление старосты. Вон офицер разместился. Думаю, кровать и всё необходимое ему откуда-то принесли. Впрочем, не об этом сейчас. Это контузия сказывается, мысли и так тяжело переваливаются, ещё и в сторону уводят. Ну вот какая мне разница откуда и что принесли? Я приложил ладонь к двери и убрал кусок дерева-доски. Достав из хранилища и отложил в сторону, сунув руку в дыру. Левую, нащупал щеколду, и отодвинул, вот так открыв дверь, и проник в сети, также щупая перед собой рукой и добрался до двери во внутренние помещение.

Приоткрыв дверь, я поморщился, офицер был не один, за столом сидел фельдфебель в полной форме и вёл запись, а офицер, тот самый обер-лейтенант, что толкал речь на площади, а староста переводил, сейчас диктовал тому. Судя по услышанному, писался рапорт по выезду в это село. Услышанное меня взбесило, двенадцать человек повесили, в основном женщин. Реакция на всплеск адреналина, от ярости что я впал, придала мне сил. В комнату я почти влетел. Ну скорость приличная была. Офицера насадил на штык. Он спиной был, поворачивался на скрип двери и мой топот, думаю от него стены сотрясались, но штык, что снял с винтовки, вошёл в спину и пробил насквозь, выйдя из груди, пронзив его чёрное сердце. Пока тот заваливался на бок, я прыгнул к фельдфебелю, что вскочил и лапал кобуру, и коснувшись его шеи, также убрал прослойку, отчего голова покатилась с плеч и тот как-то мягко осел на стул, заливая мундир кровью. Сердце ещё работало, не поняло, что тело умерло. Офицер вот шумнее упал. А я замер, тяжело дыша, обливаясь потом. Слышал кто это или нет? Хорошо на окнах занавески, в половину окна, что ниже не видно, что выше видно. Пока же присев, стал обшаривать тело фельдфебеля, пока всё кровью не залило. Сразу достав «Парабеллум», убрав к себе за ремень, запасной магазин в карман. Снял наручные часы. Вот их убрал в хранилище, из ценного портсигар, и довольно дорогой, зажигалку. Потом у офицера «Вальтер». С кобурой и ремнём, также часы. Документы, и всё ценное. Шума нет, никто в здание не ворвался. Похоже обошлось, ну и стал обыскивать стол и к своей радости нашёл орден Игоря. Старая модель, на болту. Как не искал, пистолет найти не смог, так что прибрал пачку марок, нашёл в столе. Почти две тысячи, даже не знаю чьи они, не нашёл бумаг на них. И это не оккупационные деньги, настоящие марки. Вот так собрав трофеи, тихо и покинул здание. Покружившись по улочкам, иногда отдыхая, я приметил полицая, шёл шатался не хуже меня, явно пьяный. Дальше догнав со спины, вырубил, оттащить к ограде, чтобы не на виду, сил у меня не было, присел рядом и приводя того в сознание, стал допрашивать. А чтобы крик не поднял, воткнул кляп.

Просто спросил, где пистолет лётчика? И как тот стал согласно мычать, что ответит, выдернул кляп, готовый зажать рот в случае нужны, и услышал:

- У Ляхи он, у Ляхи.

- Может у Лёхи?

- Нет, Лях тот. В смысле, из поляков, - вполне понятно, на чистом русском пояснил тот.

Выяснив, где тот живёт, что там ещё есть, и кто, легко убил, тем же способом разрезав шею. Мой характерный почерк. Так что встав, поправив ремень винтовки, я её забрал, оба пистолета пока в хранилище, место для них было, но не для запасных магазинов, и вот так дойдя до нужного дома, характерный поворот, не ошибёшься, уверенно стал стучаться. Да, по пути избавился от прослоек шеи фельдфебеля и полицая. Дверь закрыта была. А на раздражённый вопрос какого надо, сообщил грубым голосом, что того требует к себе пан офицер. Ну поляк, а тот из оголтелых, не был новичком. Выходил осторожно, с пистолетом в руке. Кстати, «ТТ» Игоря был, но и его тело осело, как коснулся шеи, и голова покатилась с плеч. Я не только пистолет вернул, но и ремень с кобурой, что на том была. В дом заходить не стал, баба у того в доме, крик поднимет. А направился к стоянке машин. Пешком я не уйду, мне транспорт нужен. Там тот же часовой. А я уже еле шёл, было бы что из тихого оружия, снял бы часового и укатил. Отреагировали бы с опозданием на рёв запущенного движка. А тут нужно что-то придумать. Впрочем, я так и шёл шатаясь, говоря себе под нос разные слова. Под пьяного полицая маскировался. Впрочем, немец к себе не подпустил, окликнул за пять метров, велев проваливать. Как будто полицаи знают немецкий язык. Однако винтовка уже в руке, два быстрых шага, и не успевший поднять крик часовой, уронив карабин, схватился за ствол винтовки, штык вошёл тому точно в горло. Вот так и позволил ему упасть, не удерживая. Да и сил на это не было. Уже говорил, еле стоял.

Дальше винтовку вернул, в кабину первого же грузовика, обе машины обычные «Опель-Блицы» с открытыми кузовами и лавками. Поясной ремень с подсумками у часового отстегнул и вытащив из-под тела, закинул в кузов, туда же карабин. Сил часового обыскать уже не было, всю добычу на пол в машине, сам за руль, и запустив мотор машины, сразу сдал назад, кинув под мотор второго грузовика гранату «Ф-1». А это с ремня поляка граната, говорил же тот не прост был, и сразу по газам, со второй скорости стронулся, погнал прочь. Позади бухнуло, вроде даже по моей машине осколки прилетели. Тревога наверняка поднялась, а я, светя фарами, да не видно ни черта, машину мотало, одной рукой управляя и переключал передачи, а делал это не правой, а левой, что вдвойне неудобно, и промчавшись мимо околицы, там пост был, стрелять вслед стали с замедлением. Но я ушёл в низину и пулемётные очереди прошлись по верху. Хотя первой по мне попали, чувствовал, как машина сотряслась. Но меня лично не задело. Ну и гнал дальше. Машину вторую вывел из строя думаю. Мотоциклы конечно остались, но вряд ли, что будет погоня. Пока разберутся чём дело, будут искать кто сбежал, офицера найдут. Дальше определят кто старший, фельдфебель явно зам лейтенанта, тоже погиб. В общем, им там точно не до меня будет. А я гнал прочь. В баке половина объёма топлива. Километров на двести хватит. Скорее чуть меньше. И стоит уехать как можно дальше, уйдя из зоны поиска. Вот только все силы я потратил, и чувствую вот-вот вырубит. Поэтому проехав от силы километров десять, я стал бить себя по ране в плече, что серьёзно взбодрило, даже закричал, а то чуть не вырубило, и погнал дальше. А двигался на восток, в сторону Мозыря. Память не та уже, но вроде тут до него километров двести пятьдесят. Может триста. Хотя бы половину пути проеду, уже хорошо.

Надо сказать, я бы свалился ещё когда по офицеру и фельдфебелю работал. Но такая жажда жизни и надежда, что есть шанс увидеть Юлю, что сил я от этой надежды получал немало, поэтому бродил по селу и добывал что нужно, на чистом упорстве, и вот машину угнал. Пока же отслеживал по спидометру сколько проехал, счётчик уже перевалил за тридцать километров, надо же, самого поразило, но пока ночь, я останавливаться не собирался, желая уехать как можно дальше. Иногда дорожные знаки попадались, были и на немецком. По ним понимал, что еду правильно. Каждые четыре-пять километров бил по ране, боль проясняла сознание. Отчего я сосредотачивался на управлении. Один раз засыпать стал, машина съехала с дороги, затрясло, отдавая в раны, от этого и проснулся, и вернулся на дорогу, прибавив скорость. Двигался примерно на скорости пятьдесят километров в час. Да, старался держать такую, что было не просто. Мог во что врезаться, что стояло на дороге, не успев отреагировать. А встречались, тёмные массы брошенной советской техники и танков, что немцы не успели вывезти, гады такие. Часа два в дороге, стал замечать, что ударов по ране, а та кровила, мне уже хватало не на пять километров, а на два-три. Я начал уставать и уже больше не было мне возможности держаться в сознании. Скоро вырубит, и окончательно потеряю сознание на долгое время. А как рассветёт, немцы что поедут по дороге, заинтересуются машиной, что вполне может съехать на обочину, заглянут, а там я. И надеюсь, что ещё очнусь в этом теле, этот мир я покидать пока не желал. Поэтому, когда почувствовал, что всё, есть пределы сил у организма и я уже даже перешёл черту, поэтому решил поискать место для стоянки.

Как раз спустился в овраг, но не стал подниматься, тут крутой склон, а свернул за кустарник, скинув скорость, перейдя на вторую передачу, и вот так машина переваливаясь ушла за кустарник. Дальше фары высветили высокие ивы, отлично, загнать машину под них, чтобы скрыть от поиска с воздуха. Если он вообще будет. Но проехав мимо двух стволов, ударился бампером в третье дерево. Машину всю сотрясло, пусть скорость маленькая, но это был удар. Выключил фары и зажигание, уже теряя сознание стал заваливаться вправо. На раненое плечо, и на мягкое покрытие сиденья. Тут оно сплошное. Точнее водительское разделено, но щель такая, что почти не ощутима. Короткая лежанка, ноги не вытянешь.

Очнулся я от пения птиц. Окно со стороны водителя опущено было, дышалось легко. Тело так отлежал, что почти не чувствовал, хотя раны тупо ныли, особенно плечо. Сил не было чтобы даже сесть, немного полежал, очень в туалет хотелось, думаю от этого и проснулся, и вот так ухватившись левой рукой за руль, потянул себя к нему и смог принять сидячее положение, откинувшись на спинку сиденья. Слушая звуки, я слабо улыбнулся:

- Кукушка.

Где-то громко куковала эта птичка, я вслушивался в такой родной звук. Знаете, он как будто сил придавал. Несколько секунд я сидел, пережидая головокружение. Был явно день, судя по положению солнца, ближе к вечеру, уже вниз светило пошло. Но до заката времени ещё порядочно. Пока же посидев минуту, больше терпеть мочи нет, открыл дверь, размяв левой рукой ноги, смог повернутся, ступив на подножку кабины, и держась за дверь, спуститься. Вот дальше, отойдя на пару метров, я стал стаскивать комбинезон. Я это уже делал, когда парашу посещал. В последний раз прямо перед побегом, а тут стянув до колен, освободив тонкий ремень поясной, второй с подсумками уже скинул, на пол кабины положил, и прямо у кабины облегчился. А и по большому и по-маленькому. Извините за такие подробности, но я в таком состоянии, хорошо, что вообще работают потроха. Так что использовав лопухи, они тут рядом удачно росли, отойдя, просеменив, стал стаскивать сапоги, удалось, потом комбинезон, дальше всю форму. Кроме исподней рубахи, та порвана по низу, но поверх наложены повязки. Морщась, оторвал их, и вот стянув рубаху, стоял обнажённый, весь в засохшей крови. Да ещё потекла та с раны. Думаю, и на спине, где входное отверстие, тоже течёт. Пока же обходя машину, ступая босыми ногами по холодной земле, сегодня получается шестой сентября, стал обходить машину. Сбили Игоря первого сентября, в день знаний у них вылет был. Два дня в сторону наших шёл, там сутки отлёживался в амбаре, отъедался, а уже четвёртого числа попал в плен, там дальше я попал в тело, да сегодня шестое, скоро ночь и наступит седьмое. Ночами уже заметно прохладно. Я кстати по этой причине от комбинезона и не избавлялся, раз шинели нет. Хоть так, а теплее. Да и Игорь также решил.

Подошёл я к заднему борту грузовика, отстегнув крепления, опустил борт и поморщился, ремень с подсумками часового далековато, не дотянусь. А на ремне фляжка была. Я пить хотел не передать как. Из еды кусочек хлеба, но по этому поводу не переживал. Все водители, включая немецких, ещё те хомяки. Обыщу кабину, наверняка найду что съестное. Осмотревшись, приметив сухую ветку, сходив за ней, и вот от заднего борта дотянувшись до ремня, зацепился за него сучком и подтянул, пока не смог ухватиться рукой. Правая висела у тела, я ею не пользовался. Вот так отстегнув фляжку, вытащил из креплений, и помогая зубами, открутив крышку, там точно не пусто, жадно присосался к горлышку. Обычная вода, чуть затхлая, но такая живительная. Выпил всё, потому как пока ещё сидел в кабине, рассмотрел дальше проблески воды, вода там играла лучами солнца, значит есть шанс пополнить запас этой живительной влагой. А сейчас меня заинтересовало два мешка у кабины лежали. Возможно ранее те стояли, а сейчас, после трёх часов дороги, лежали. Кстати, уехал я километров так на сто. Сто два километра, по счётчику спидометра видно. А это очень прилично, по сути треть дороги до Мозыря преодолел. Пока же, вздохнув, осмотрел лавки, что были в кузове. Для перевозки личного состава. Вот ухватившись за ближайшую, подтянулся левой рукой, поджав ноги, и закинул их в кузов. Ох сколько сил ушло, но смог встать, держась за лавку, и перебираясь через них, дошёл до кабины, пощупав мешки, я ухмыльнулся. Картошка. Похоже немцы грабили сельчан. А может полицаи в дар принесли, два мешка для грабежа всё же маловато. Развязав горловину одной, стал кидать наружу. Хотя в хранилище уже больше четырёх килограмм, ничего в него не убирал. Десять картофелин кинул, крупных, после этого вернувшись, сполз на землю и закрыл борт, и к кабине, постаравшись не наступить на своё творение.

Фляжку на пол и поднимая сидушки стал изучать что тут шофёр машины скопил. Первым попался обычный на вид туристический котелок на три литра. Плохо отмытый, сильно закопчённый, но он был. Отлично, картошки отварю. Дальше достал тюк комбинезона. Чёрный, слегка потёртый, но чистый. Находка порадовала. Потом обойдя кабину, открыл дверь со стороны пассажира и замер, на дороге гул моторов, было слышно, как те спустились в низину, в овраг, где моя машина, через ветки кустарника было видно движение, но колонна прошла, с надрывом моторов поднявшись на склон, ушла дальше. Вздохнув с облегчением, я поднял сидушку тут и вытащил солдатский ранец. Сверху был. Не взял собой, отлично. Тут открыв, нашёл солдатский котелок, запасное исподнее, разную мелочёвку и бритвенный набор. А главное НЗ, это две пачки галет и две банки саморазогревающихся мясных консервов. Ну и банку кофе и две шоколадки. Отложив ранец, стал изучать, что под сидушкой ещё было. Сумка с инструментами и запчастями не заинтересовала, но обрадовано достал советскую гранатную сумку, явно не пустую, внутри нашёл три банки тушёнки, четырнадцать ржаных сухарей, плюс два гороховых концентрата. Тоже из наших пайков. Вот так убрав одну банку и концентрат обратно в сумку, ту на плечо, подобрал две картофелины, остальное под сиденье, да большую часть вещей убрал, освободив пол, и направился к воде, сумка на ремне висела, в руке нёс котелок. Дальше что, первым делом, пока вода чистая, наполнил котелок и фляжку. Собрав сухих веток, сделал распорки, подвесив котелок, вроде крепко, дальше развёл огонь, помогли бумажки для самокруток от первого полицая, для розжига. Костёр разгорался, пачкая дымом низ котелка, а я к воде, очень хотел отмыться, чем и занялся.

Это не озеро и не река, болото, и вода тиной отдавала, что меня особо не беспокоило, воду набирал где вода тёмная. Тут явно глубины солидные и ключи бьют, значит свежая, так что сел у берега, по пояс в воде, вытянув ноги, и стал левой рукой отмываться, начал с ног, промывая раны, две было от осколков гранаты на правой, царапины, но промыть и обработать надо, благо бинты нашёл. Даже пакетик антисептика. Где-то выменял его шофёр на что-то. Потом по груди, по спине где мог дотянутся, не трогая особо рану в плече. Голову промыл, отмывал хорошо, там сукровица потекла. Тяжело одной рукой, но наложил чуть кривую повязку, закрепив. Потом промыл рану на плече, воду почище брал, антисептиком засыпал. С обеих сторон, и стал бинтовать, повязку потуже. Шить раны нечем, хоть так. Выбравшись, более чистый, стал остатки бинтов накладывать на правую ногу. Ещё на боку кровила рана, но уже нечем бинтовать, из старой повязки косынку сделал для правой руки, так что на ногу пустил, как раз на оба повреждения хватило. Когда закончил, вода в котелке уже отчаянно булькала. Вот и занялся готовкой. Очень горячей пищи хотелось. Вскрыл хранилищем одну банку и треть вывалил в котелок, потом кусок концентрата, для запаха гороха, прибрав остальное. Хранилищем почистил одну картофелину, для меня новый опыт, потом нарезал и в котелок, подумав, и вторую туда же. И стал ожидать, мясной бульон с картошкой и горохом будет. Кстати, ложки нет, веточкой помешивал, вот и двинул к машине, поискать. А на дороге снова шум моторов, что вдруг стал звучать тише, когда спустился в овраг. Там явно кто-то встал, и судя по шуму, две единицы техники. Это плохо, если присмотреться, машину мою рассмотреть за кустами можно.

Я на миг замер, вслушиваясь, но двинул дальше. Суп доходил, веточки превратились в угли, жар ещё шёл, но скоро станет меньше. Так что присматривать не нужно. А тут, натянул уже приготовленное исподнее из ранца, потом найденный комбинезон, тот чёрный, при этом внимательно вслушиваясь в шум. Тут натянул сапоги, намотав портянки. С пола кабины подтянув к себе ремень с подсумками, это с часового, застегнул на поясе. Подумав, убрал в хранилище обе мясные банки саморазгорающихся консервов, и галеты. Хотел убрать следом за банкой кофе и шоколадками и котелок солдатский, но сначала открыл его. Обнаружил внутри, помимо кружки и банки с солью, а банка из-под какао, складную ложку. С одной стороны ложка, с другой вилка. Скорее всего запасной прибор шофёра. Ложку думаю тот постоянно носил с собой, а эту держал в запасе. Как раз убрал котелок следом за остальным, ещё хватило места на семь ржаных сухарей, как всё, хранилище полное, когда от дороги вдруг окликнули:

- Эй, кто там?! Вижу машину.

Я тут же подтянул каску, также нашёл под сидушкой, и в ответ крикнул:

- А вы кто?!

- Сорок Шестой моторизованный корпус.

- Комендатура Могилёва! - крикнул я в ответ. - Парни, скажите, при диарее если кровь в дерьме, это плохо?

- О, парень, да у тебя открытая язва. Это жо*а.

Два солдата, что было двинули ко мне, замерли, тем более я стал издавать звуки как будто тужусь, все силы на это уходят. Те о чём-то поговорили, а-а-а, до них донеслась вонь моего минирования, засмеялись и пошли обратно, я же продолжал издавать те же звуки. Каска не пригодилась, закрыть бинт, да и лицо побито, я себя изучал в отражении болота, да и помнил как Игорь выглядел из его воспоминаний. Симпатичный курносый брюнет с зелёными глазами. Довольно высок, метр восемьдесят, но худой. Немцы вскоре ухали, а я вернулся к костру. В кружку налил воды, и на угли поставил, кофе попью позже. А пока сняв с огня котелок, размачивая сухари, стал жадно есть. Аппетит проснулся. Причём, зверский. Горячо, дул на ложку постоянно. Стоит сказать, что меня это обрадовало. Даже очень. Значит на пути к выздоровлению. Если бы воспаление было бы, в горячке, то какой там аппетит? Да, солью воспользовался. А то суп без неё вообще не вкусный. Подсолил, и просто замечательно стало. По вкусу настоящий гороховый суп. Немцы кстати его очень любили. Полкотелка осилил. Потом кофе попил, остальное пока прибрал, на пол кабины, перед отъездом доем суп. Перебрал добычу в хранилище, достал «Парабеллум» и «Вальтер». Остался «ТТ» с кобурой, и орден, да наручные часы, ну и припасы немецкие, из ранца.

Кстати, часы с полиция, пытался завести и свободно крутится. Пружинка лопнула. Вот почему он их в кармане носил. Сломаны. Не выбросил, прибрал. Починю. Плюс две банки консервов ушли и все сухари. Как накачаться, остальное приберу. Запас иметь стоит, в случае если снова в плен попаду. Впрочем, до заката, замочив форму свою, теперь она моя, раз я стал наследником тела Игоря, начал стирать. Да, два куска уже пользованного мыла нашёл в машине. Один в ранце, другой под каской. Отстирал, даже высушил, отжав. Сделал просто. Привязал к дереву и крутил левой рукой. Потом под солнечными лучами повесил. Пока тепло, пусть и начало осени, вполне позволяло просохнуть. Впрочем, когда стало темнеть, добив горохового супа, прибрал ещё сырую форму и комбинезон, дальше подкачав бензонасос, я так и при угоне сделал, иначе бы долго крутил стартером, пока мотор схватится. Вот и тут с полпинка завёлся. Дал немного прогреться, а я уже своё всё собрал, самое ценное в хранилище, рядом лежал «Парабеллум», и кобура с «Вальтером». И сдавая назад, тяжело машина шла по мягкой почве, выехал задним ходом на дорогу по своим следам, не стал рисковать, тут разворачиваться, застряну ещё в какой яме, и вот так поставив машину передом в сторону склона, включил первую передачу и долго поднимался, мотор ревел, но машина медленно шла. В кузове загрохотала картошка, высыпавшись из не завязанного мешка.

Ничего, выехав, покатил дальше. Бензин в баке ещё есть, а точнее он полон. Должен сказать, что под силушкой не так и много места для вещей. Тем более под сиденьем водителя ещё и аккумулятор был. А там бензобак был. Да, шофёр на нём по сути сидит. Просто со стороны пассажира, под кузовом, в специальной нише две канистры было. Я проверил, полные, и там бензин, вот и слил обе в бак, почти до полного. По этому хватит мне топлива. Главное, чтобы никто не остановил. Это в первую ночь повезло, ни одного поста не попалось, а тут как повезёт. Эта ночь покажет. Чувствовал я себя заметно лучше. То ли горячая пища помогла, то ли раны обработал, да и выспался неплохо, но бить по ране не требовалось, я вполне держался. Тем более километров через двадцать нагнал колонну, пусть медленно шла, километров двадцать в час, однако присоединился к замыкающей, и вот так катили. Шли в нужную сторону, и колонна отличная маскировка. Я с ними километров пятнадцать проехал, но те свернули к городку какому-то, а я прямо. А тут через десять километров, как раз по деревянному настилу колёсами ритмично стучал, вдруг пост, вышел немец, подсвечивая фонариком, подняв сигнальный флажок, приказ остановится. Этого только не хватало. Кепи я в кабине не нашёл, но каска вполне может заменить. Тут же надел её, поморщившись, ремешок защитного кожуха, подшлемника, врезался в рану. А там, напомню, кость черепа повреждена, осколок вырвал. Тоже болело, но я мысленно отдалял боль, иначе я вот так ехать бы не смог. А мне срочно нужны лекарские амулеты, но без амулета что в Мозыре, найти смогу, но как взломать? Да и сам амулет, его ещё зарядить нужно, значит, нужны амулеты зарядки. В общем, придётся помотаться по оккупированной территории, и даже на советскую сторону забираться. Поэтому нужен самолёт. То, что машиной в данном случае пользуюсь, это вынужденная мера. Нужно самолёт искать.

Впрочем, сейчас не об этом. Я не стал давить на газ, хотя шанс сбить постового вполне был. Судя по жетону на груди, это фельджандарм. Да и в стороне рассмотрел силуэт мотоцикла, там угли пылали, котелок висел над ними, и ещё тени двоих. Трое значит их тут? Так что как машина замерла, пользуясь тем что фары слепили жандарма, покинул машину, и сразу выстрелил из «Парабеллума». Пуля попал в грудь, отбросив того на спину, а я с левой руки сделал четыре прицельных выстрела, укрываясь за передом машины. Сначала по одному, тот метнулся к оружию, но упал, я попал, потом по второму, что уже встал на колено и выцеливал меня. Но выстрелить не успел, я опередил. И ведь с левой стрелял, хотя Игорь, как и я, был правшой. Медлить не стал, прошёлся, сделав контроль. Дальше собрал трофеи, включая припасы, ранцы, и котелок на пять литров. Всё в кузов, даже снял пулемёт, был «МГ-34», и его следом, с боезапасом, канистру с бензином с коляски мотоцикла снял, да всё что посчитал ценным, даже по карманам прошёлся. В общем, размял ноги, ну и покатил дальше. А к рассвету добрался до окраин Мозыря, благо проехал ещё пост, но там меня не остановили, потому как снова присоединился к чужой колонне, в их составе проехал мимо. На окраине, свернув к лесу, загнал машину, это роща оказалась, и замаскировал срезанными хранилищем ветками.

Ну и сготовив, уже при свете утра, поев, супчику мясного, и спать. Подальше от машины, в овраге, чтобы если что, меня с машиной не связали. Кстати, у мотоциклистов были шинели, двое в них, попорчены пулями и кровью, третья в коляске, её прибрал, ею тут и накрылся, одну полу на лапник, нарезал его, лёг, и другой накрылся, и вскоре уже спал.

Дверь чуть громко скрипнула, и я замер, вслушиваясь. Темнота полная, тут только слух поможет. Это я вскрывал служебную дверь музея. Вроде никого. Вот так зайдя, прикрыл изувеченную дверь, убрал кусок, чтобы рука пролезла и мог открыть щеколду, тут не замок. Дальше используя фонарик, это с поста фельджандармов, стал обыскивать помещения. Я в курсе что нужный амулет нашли в этом музее, а это он, тут он такой один, но где находка была, без понятия. У меня всё ночь впереди для этого. Подумав, из гранатной сумки достал небольшую керосиновую лампу, тоже с поста, разжёг её, нечего тратить батарейку фонарику, и продолжил.

Первая неожиданная находка, это браслет-хранилищ. Стандартный, семь граней по двести тонн. Даже знак мастера на месте. Даже руки задрожали, когда его видел и в руку взял. Эти браслеты все для простецов были, значит, смогу использовать. Только за полночь я опознал в ящике, заколоченном, явно приготовились вывозить, нужный амулет взлома. Я его ранее видел среди находок людей прадеда, опознал. Даже в руках тогда держал. Меня интересовал он. Впрочем, я продолжал поиск, и в семнадцати находках уверенно опознал амулеты, ещё в десятке сомневался. Но прихватил. Те что для магов на выброс, что для простецов, для меня. Покинув музей, всё что нужно нашёл, большая часть в хранилище, остальное в сумке, и быстрым шагом, бегать я не скоро смогу, направился к выходу из города. Там спрятана машина, поближе подогнал. Да просто оставил, в темноте ещё поди рассмотри вдали от дороги. А потратил на дорогу минут двадцать. Да велосипед приметил, у комендатуры к стене прислонён, рядом никого. Вот и увёл, оседлал, поначалу неуверенно, одна рука в косынке, да и когда на педали давил, в раны на ноге отдавало, но ничего, разогнался, и вот так катил к выезду, а там и до машины. А велик с трудом в кузов поднял, прибрав. Самое главное, на пути к музею, я взял полицая и допросил, тело бросил у ограды, там его вряд ли до рассвета обнаружат. Узнавал где есть самолёты, аэродромы у немцев. То, что тут у Мозыря есть, тот подтвердил.

Правда, аэродром с другой стороны города, а я к машине ввернулся. Но тут была причина, эта машина мне по сути жизнь спасла, я решил её сохранить, как взломаю браслет с хранилищами, приберу её со всем что в кузове. Поэтому решил спрятать и на велосипеде до аэродрома. Следующий мой маршрут пролегал до Львова, именно там в музее и были найдены два амулета зарядки, один без привязки. А тут расстояние порядочное. Это вам не до Мозыря доехать. Тут я рискнул и получилось, что радует, а там уже другое дело. Так что укрыл машину в той же роще, надеюсь пару дней постоит, пока за ней не вернусь, а там на велосипед, и налегая на педали, до рассвета не так и много осталось, в объезд города к аэродрому. Добрался за час до рассвета. Велосипед бросил, шумный тот, дальше, устало переставляя ноги, ну выложился за эту ночь, слабости меньше стало, но полностью та всё же не ушла. Приметив часового, был такой у стоянки техники, я поморщился, ничего лёгкого, две «тётушки» было и всё. Странно, что аэродром не фронтовой, тут до передовой в принципе не так и далеко, но его не использовали. Скорее всего немцы решили, что раз о нём знают русские, могут бомбить, и раскидали части Люфтваффе по другим площадкам. Это просто версия. Часового я снял, пусть и с трудом, но смог это сделать. Да банально, подполз, и встав кинул винтовку как копьё, что вошла тому в живот, тот повернулся как раз на шум. Подскочив, ударом по горлу не дал издать крика. Ну и выдернув штык, второй раз ударил. Уже точнее, в сердце. Так что сняв трофеи, подумав, сбегал за велосипедом, и убрал в левую машину. А там баки полные, я уже проверил, убрав стопоры из-под колёс шасси, с подкрылок, и запустив движки, сразу пошёл на взлёт. И ушёл, даже с одной рукой. Хотя зенитки вслед стреляли, я слышал. К счастью, не попали, ушёл на бреющем. Ночь спасла.

Убавив газу, уже не нужно такой мощи как при взлёте, и гул перешёл в ровный, стабильный тон, но выше ста метров я не поднимался. И хорошо у этой машины было лёгкое управление, штурвалом довольно легко пользовался. Сил одной руки вполне хватало. А я её итак натрудил, мышцы болели, всё на ней. Вот так и тянул в нужную сторону. Я понимаю, отлежаться бы, благо пищи запас на неделю точно есть, но решил не терять время и в таком состоянии, добыть что нужно. Ближайший лекарский амулет, я припоминаю, был найден в Киеве. Значит, мне туда дорога, в музей. Пока немцы не окружили киевскую группировку войск. Тут поясню. Лекарские амулеты редки, если посчитать те, что у моей семьи и у группы дворян обоих прадедов были, то сто сорок семь. Всего. Общее количество, сто сорок семь. Из них около сотни добыли у инквизиторов. Их мало. Они просто такое время не вытягивают. Да пока Юля пользовалась теми что мы нашли, три разрушились. В песок. Не выдержали активной эксплуатации. Поэтому если не все места находок таких амулетов помню, то трёх я точно помнил. Есть ещё один момент, да, амулеты у меня будут, я начну ими пользоваться, но рано или поздно я умру. Сам или погибну, тут как раз неважно, главное сам факт смерти. Хранилище при мне, значит, произойдёт перерождение. Ну я на это надеюсь, что сбоя не будет. И выходит в хранилище будет множество амулетов, по количеству сколько найду к тому моменту, и все привязаны ко мне, Игорю Леонову. А как я смогу их использовать в новом мире и новом теле? Не факт, что снова сорок первый будет. Поэтому с десяток амулетов должны содержаться отдельно, взломаны, но не приписаны, чтобы в новом теле я как можно быстрее их смог приписать. Даже прикинул список что необходим. Понятно это лекарский амулет, личной защиты, взлома, потом зарядки, амулет-хранилища, заполненного всем необходимым. Климата, ночного и дальнего виденья, сканера и пару боевых.

Помня про амулет невидимки, что у того идальго из кубика всегда был, посчитал что мне он обязательно нужен. От содержимого избавлюсь, мне уже даже каравелла не нужна, давно переболел щенячьим восторгом обладать ею. Так что тут особо и сомнений нет, почищу от всего ненужного, и буду заполнять нужным. Как показал опыт с музеем в Мозыре, инквизиторы тут тоже халатно отнеслись к поиску амулетов, и есть шанс всё добыть. Второй лекарский амулет, помнится мне, был найден мной в Афинах. Поэтому я прикинул и решил, после посещения Львова, лечу в сторону Афин, добываю лекарский. И дальше до Барселоны. Я не собираюсь отказываться от кубика и желаю прибрать его к рукам как можно быстрее. А то мало ли у кого до него руки дойдут и вывезут? Вон, в Мозыре едва успел, уже запаковали. Поэтому потороплюсь. До Львова по прямой чуть больше четырёхсот километров, со скоростью моего транспортника, это где-то полтора часа. Полчаса полёта и рассвело. Держал я крейсерскую скорость в двести пятьдесят километров в час, внимательно изучая небо. Пару раз видел вдали самолёты, но тут глубокий тыл у немцев, фронтовую авиацию не встретить, а крупные города, вроде Ровно, где могут быть истребители, я облетел стороной. Надо сказать, ночь тоже непростая, хотя особых усилий физических я не прилагал, но всё равно усталость наваливалась. А я ещё хотел после посадки, бросив самолёт, во Львов, в комбинезоне, кепи с головы часового, что самолёт охранял, карабин и ранец за спиной, поехать на велосипеде. За своего бы приняли, но решил, что уже на такой подвиг, днём посетить музей и добыть нужное, я не способен. Нужно отдохнуть. Следующая ночь моя. Я пролетел мимо Львова, в стороне окраины видел, а тут леса, если не сплошные, то близко, вот так приметив дорогу, главное пустую, рядом у опушки пробегала, вот и пошёл на посадку. Шасси не выпускал, оно тут не убираемое. Как у «Шторьха».

Потрясло, но сбрасывая скорость, повернул, и круша молодые деревья загнал самолёт в лес. Всё равно использовать его больше не буду, я тут новый добуду, как хранилище взломаю. Потрясло, винт впереди скрутило в пропеллер. Самолёт накренился на бок, крыло оторвало, но я был доволен. А думал с парашютом прыгать. Не с моей раной такое. Если и найдут, то не сразу, так что отстегнув ремни, морщась, тряска дала своё, дальше в салон и отворил дверь, не заклинило её, начал выкидывать вещи, ранец, карабин, потом велосипед спустил, и собравшись, ранец за спиной, как и карабин, кепи на голове, вот так выведя велосипед на дорогу, устроился в седле и покатил обратно к городу. Тут до него километров десять было. То, что не в форме, а в комбинезоне, не так и страшно, можно сказать что я техник, провожу ремонт трофейной техники. А вот сапоги выдавали с головой, это советское командирские сапоги. А скажу, что с трофейного склада выдали, заменили мои стоптанные. Вот так и катил. Была мысль устроится в лесу, ото всех подальше, но решил, что могут искать самолёт, а если найдут его и начнут прочёсывание наткнуться на меня? Поэтому, когда через четыре километра показалась деревня, я уверено свернул к ней, и покатил к околице, у которое стоял сгоревший «БТ». Ну а дальше, играя уверенного в себе оккупанта, на плохом русском, сообщив вышедшему меня встречать полицаю, его дети позвали, как увидели меня, чтобы устроил меня отдохнуть до вечера. Мол, долго ехал, устал. А что, тут тех, кто на самолёте прилетел, искать точно не будут. Проблем нет, тот в соседнем доме, от своего, устроил у хозяйки. Тут кровать панцирная, хорошо всё сделано, свежее бельё. Так что разделся, карабин поставил у изголовья. Ранец, в котором моя форма и комбинезон, рядом, сапоги под кровать, и вскоре уже спал. То, что рука перевязана, как и голова, пояснил встречей с русскими бандитами. Уничтожили их с камрадами, но сам пострадал. Ну а дальше уснул. Велел хозяйке, дородной женщине лет пятидесяти, что всё фальшиво улыбалась, поднять в семь вечера. Приготовить завтрак. На этом и уснул.

Никто меня не беспокоил, я отлично выспался, и хозяйка пробудила вовремя. Вспомнив, что играю тут немецкого солдата, также с сильным акцентом, общаясь с хозяйкой, умылся во дворе из бочки, дальше оделся, натянув сапоги, та помогла, и усадила за стол. Была картошечка из чугунка, заправленная топлённым салом, с чесноком. Сало с прожилками, разные овощи, огурцы и помидоры солёные. Консервированные. Квашенная капуста, ну и бутыль самогона. Вот её я велел убрать, мне дальше ехать, а выпив далеко не уеду. Ну и поев, свежий хлеб, ещё тёплый, поблагодарил ту, оставил пять марок, переплатив втрое, ну и снова на велосипеде покатил в город, сытый, отдохнувший и довольный. Ну а что вы хотите? Лучше играть раненого немецкого солдата, чем раненого совестного лётчика. Тут на Украине скорее немцам сдадут, чем помогут, так что играл я уверенно и твёрдо.

С силой нажимая на педали, почва песчаная, тяжело катить, так и двигался. Уже темнело, но ничего, добрался до окраин, дальше активно катил, то есть, тихо, всматриваясь в ориентиры. Где тут музей я представлял слабо, не моя тут находка была, только знал о ней. Кстати, я вот что подумал. А ведь дворяне в сорок четвёртом искали амулеты, и тот взлома в Мозыре, что освободили русские войска, вполне благополучно нашли. А тут я обнаружил его в ящике. А кто сказал, что это немца к вывозу приготовили? Там маркировок не было. Я вот сейчас подумал, прикинув, вполне и наши могли сделать и не успели эвакуировать, быстро немцы в город вошли. Получается немцы распаковали и разместили где положено. Странно, что не вывезли. Хотя поди пойми, что и для чего они делали. Главное нужный амулет у меня, остальное вторично. Поэтому и был уверен, что тут во Львове найду нужные амулеты. Чтобы не терять время, я решил поискать языка. Приметил что кто-то крадётся, резко осветил его фонариком, обнаружив парнишку лет пятнадцати, что сжался у забора, с полным вещмешком в руках, щурясь, тот хмуро смотрел в мою сторону.

- Парень, ты местный? - спросил я того на русском. Тот угрюмо кивнул.

- Где музей находится?

- Там, - показал тот пальцем.

- Очень информативно. Объясни, как добраться.

- По этой улице, потом третий поворот, там направо, по улице, ещё два поворота проехать, на третьем налево, и третий дом слева это музей. Следующий, там комендатура.

- Спасибо.

Выключив фонарик, я оттолкнулся правой ногой и покатил дальше, а парень остался у забора. Явно пытаясь понять, что это было. Похоже тот что-то переносил важное, и явно не ожидал, что его вот так подсветят. Думаю, он уже дал стрекача. А пока следуя его маршруту, добрался до места. Действительно крупное здание в два этажа, такого казённого вида. Поискав где проход к задней части здания, нашёл открытый проём в заборе, тут оставил велосипед, и вот к чёрному входу двинул. Дальше проник внутрь, сломав хранилищем дверь. Парень не ошибся, то самое здание. Музей и есть. Ну а дальше до самого утра плотные поиски. Было бы магическое зрение и магия легче было бы, а так визуально изучал, искал знаки качества или знак мастера. Кстати, ещё один браслет с хранилищами нашёл. Сначала один амулет зарядки опознал, а через пару часов и второй нашёл. А так с сотню амулетов набрал. У меня уже девять килограмм в хранилище, так что было куда убирать, вот так к выходу, и забрав велосипед, покатил прочь. Пару раз чуть на патрули не нарвался. Громко бухали сапогами в шаг, маршируя, что позволяло заранее их засекать. А вот полицаи ходили тихо, хорошо на отсвете окна чуть дальше их силуэты прорисовало, свернул и объехал по параллельной улице. Там ведя велосипед за руль, покинул город, обойдя посты на въезде, и по тропе, укатанной в поле, покатил прочь. А кутил недалеко, тут рощица, в ней устроился, в глубине, и сразу стал искать амулет зарядки, что не привязан. Не повезло, сначала привязанный попался. Понял минут через пять, когда ничего не вышло, стал со вторым возится, а тут через минуту есть, запустил. Отлично. Сразу на пластину амулета зарядки положил амулет взлома.

Поев в сухомятку, да разогрел мясо в одной из банок, с галетами более-менее пошло, попив воды из фляжки. Отвязал шинель, а она к раме привязана была, сделал лежанку, и вот так кинув одну полу на лапник, второй накрылся и ожидал лёжа. Зарядка две суток обычно идёт, мне хватит десяти процентов, это пара часов, так чего спать, время терять? Подзаряжу и поставлю на взлом амулет хранилища. Вот тут уже и поспать можно будет. Так и сделал. Амулет немного зарядился, там огоньки по нему замигали, взял и приписал к себе. Дальше достал один из амулетов-хранилищ, в виде браслетов, вот и поставил на зарядку. Да на полчаса, на три процента зарядится, мне хватит, а там и на взлом, остальное прибрал, и вскоре уже спал. Через шесть часов браслет будет взломан, как раз успею выспаться. Пока же на зарядку поставил второй браслет хранилища. Потирая плечо, что-то ныло, да температура поднялась, похоже нагрузки сказались, так что угоняю от Львова самолёт и лечу как можно быстрее к Афинам, мне тот лекарский нужен. И я даже помню в каком из шести музеев его нашёл. Примерное место хранения, там уже найду и заберу.

Мотор связного «мессера» ровно гудел, унося меня на юго-запад. Выкрал его с аэродрома у Львова. Кстати, охрана серьёзно так усилена, видимо история с угоном у Мозыря сказалась. А вообще вот что было. Когда проснулся, амулет хранилища уже взломан был, так что пока разогревалась вторая банка с мясом, время на готовку тратить не хотел, я стал проверять грани. Четыре пустые, три имели груз. Изучил что там, и выложил тут в роще. Мне без надобности. Всё, пустые грани. Пока ничего не взламывал. Всё равно не успею. А если прервать, потом начинать всё с нуля. Второй браслет зарядился на двадцать пять процентов, я пока его убрал, дозаряжал амулет взлома. Вот так поев, как раз темнеть начало, всё собрал, и на велосипеде до складов. Жаль пока амулета ночного зрения нет, пригодился бы. Да хотя бы сканера или «Руки», там такая опция есть, но итак пробрался на территорию крупных военных складов. Тут забил пять граней всяким разным, и ценным, немцы не всё из советского имущества вывезли, и их имущество тоже прихватил, две оставил на авиацию. Потом на территорию аэродрома, прибрав в шестую грань два самолёта, «Ю-52» в грузовом варианте и связной «мессер», и прибрал семь тонн бензина в седьмую грань, больше в бочках не было, а цистерны почти пусты. Дальше на дорогу, прибрав велосипед, достал «мессер», запустив движок, взлетел, и вот направился на запад, смещаясь к югу. Я торопился, мне хуже становилось.

После Барселоны лечу в Александрию, набираю ценного, а там немало что можно взять у англичан, «Каталины», топлива, технику и всего разного, особенно фрукты и овощи, они нам тогда с Юлей здорово пригодились в ссылке, может и тут пригодятся. Оттуда сразу лечу на Киев. Лекарские амулеты редкость, добуду тот что в столице Украины, заберу его. Нечего такой ценностью разбрасываться. Причём, всё сделаю тайно. А официально вернусь, угнав самолёту, да тот же транспортный «Юнкерс», и сяду на своём аэродроме. Если его местоположение не изменили, что вполне возможно, бои у Смоленска жаркие, так что часто меняют места аэродромов. Тогда лучше на Москву, там думаю быстрее пройду проверку, запросив свои документы и вещи из полка. Пока такие планы. О, у Минска стоит побывать, там немало разной брошенной авиационной техники. А раз я попал в лётчика истребительной авиации, то стоит побольше этих машин добыть. А на железнодорожной станции у Минска, помнится мне, одних «Як-1» в ящиках с три десятка где-то. Надеюсь и сейчас на месте. Но это уже когда вернусь из-за границы. Так что немало планов. Что по ограблению складов у Львова, я набирал много разного. Той же формой и обувью заполнил две грани. А это ценность, из натуральных материалов сшита. Знаете, как в Конфедерации брали? С руками отрывали, ликвидный товар. Да много что из добытого тут, там хорошо продавалось. А мне же нужно заработать чтобы космические суда купить. Ладно улетели торгаши, не успел я, но в сорок четвёртом может быть ещё одна встреча. Вот и дождусь её, постараюсь выйти на контакт. Надеюсь заберут с собой. Карты штурманские я добыл на аэродроме, там в шкафу их немало. Набрал почти всего континента, закрыв вопрос по этой теме. Вот так на лету высчитывал, узнав, что до Афин по прямой было тысяча триста километров. С учётом что дальность моего связного самолёта, тысяча километра, будет дозаправка. Что меня особо не беспокоило.

Жаль в движении амулет взлома не работал, ему нужно спокойствие, неподвижность. Да там любое сотрясение и сброс идёт, с нуля начинать, поэтому не доставал его. Пока же сосредоточился на полёте. Не показалось, что становилось хуже, так и есть, знобить стало. Ничего, когда к концу топливо стало подходить, сел на берегу Эгейского моря, достал бочку на крыле, и самотёком стал заполнять баки. Шланг есть. Прогуливаясь рядом и ожидая пока те заполнятся, заодно посетил кустики. Даже осмотрел мотор. Уровень масла. Ну и как баки полны стали, прибрал всё, закрыл горловину, и взлетев, направился дальше, ещё затемно добравшись до Афин. Сел на окраине, явно подняв шумом мотора тревогу. Ничего, я с аэродрома увёл два «Опеля», новенькие машины, плюс мотоцикл с коляской и два лёгкие. Но сейчас на трофейном легковом «Опеле», в серой раскраске, с тактическими знаками Люфтваффе, пока темно, покатил в город. На фарах узкие щели, массировка была. Пару раз попали на глаза патрули итальянских солдат, те видели, что машина армейская. Пропустили, так и доехал до нужного здания. Машину прибрал, не хочу, чтобы внимание привлекала. До рассвета около часа, мало ли не успею? Дальше вскрыл дверь, и проник в запасники, особо охраны и сигнализации я тут не заметил, ну и дальше стал быстро искать, пока не нашёл нужный медальон. А снаружи светало. Сняв кепи, и теперь был в чёрном комбинезоне, правда повязка на голове, но сделал бандану, что её скрыла. То, что рука в косынке может и привлечёт внимание, но не сильное. Пока же покинул музей, всего в трёх предметах определил опытным глазом амулеты, включая лекарского. Самое интересное, в одном изделии определил амулет «Руки», такой Юля использовала, на двадцать пять рук. Вот так быстрым шагом я и двинул прочь. Надо машину найти, нейтральных цветов, а не как у меня в серой раскраске как у Вермахта. С их крестами на дверцах.

Я даже город не покинул, устроился в парке. Кинул рядом шинель немецкую, лёг на неё. Рядом амулет зарядки заряжал лекарский, вот и ждал, хрустя галетой. Среди добычи со складов Львова чего только не было, помните складные ложка-вилка? Со склада в смазке пару тысяч добыл. Были специальные походные керосинки, для готовки, у меня с полсотни их. Ну и посуда с утварью. Вот так достав плитку, заправил керосином, шесть двухсотлитровых бочек керосина имею, шлангом слив в бачок на пять литров, а с него заправил керосинку. Поджог, отрегулировал пламя, там на керосинку поставил трёхлитровый котелок, и стал варить гороховый суп. А чего время терять? Сделаю, будет запас готовой еды. Да и тут по кафе и ресторанам стоит пройтись, сделать запас. Я сготовить успел, благо ароматом готовящегося блюда не привлёк не нужного внимания, и поел, когда амулет был заряжен на семь процентов. И сразу на взлом. Так что пока взлом шёл, на зарядку поставил второй амулет «Руки». А забыл сделать прошлым днём, время упустил. Тут ждать конца зарядки не стал, легко уснул.

В парке я пробыл, находясь в самом дальнем конце, по сути заброшенном, до самой темноты. Успел зарядить шесть амулетов по десять процентов, плюс взломал один, лекарский. Ну и приписав к себе, снова на зарядку. На двое суток. Сам в это время посещал музеи, собирал амулеты, покупал готовые блюда в ресторанах. Также взломал четыре амулета. Это амулет «Руки», второй хранилища, один климат был и один дальнего виденья. Без ночного. Дешёвка. Всё это время парк был моей базой. Наконец провёл диагностику. Уф-ф, не такое и серьёзное воспаление, это я просто сам себя загнал. Лёгкое воспаление есть, но даже до заражения не дошло. Так что почистил рану, чуть приживив, ну и полностью убрал рану на голове. Как и повреждение черепа. Ох как стало легко думать, как прошла контузия. То есть, убрал её. Лекарский амулет сразу на зарядку. Подожду темноты и полечу дальше, к Барселоне. Да, всё что было во втором браслете продал тут, в Греции, торговцы расхватали, зерно и припасы были.

Через полтора часа как стемнело, быстро собравшись, достал машину и на окраины, там достал «тётушку», и уже на ней полетел к Барселоне. Время я не терял, итак уже наступало десятое. Если во времени не потерялся, то это так. Амулет «Руки» на голове, пятнадцать рук держу, начал кач. До Барселоны чуть меньше двух тысяч километров, всё равно вне дальности «Юнкерса», так что совершил посадку на территории острова Сардиния, еле дотянул, но сел на пляж. Заправившись, сразу дальше, как раз на рассвете был на месте, сев на полевую дорогу. Даже не заправлял, сразу убрал самолёт, достал «опель» и рванул к городу. Там к музею. Уф-ф, всё на месте, добыл кубик и топорик с эманациями смерти, от инков. Сняв номер в гостинце, в городе, я стал заниматься делами. Пока в номере заряжались и взламывались амулеты, начал с кубика, я занимался покупкой одежды, хорошие костюмы брал, туфли. Или лёгкие одежды для прогулок. Для дома. Осеннюю прикупил, уже сезон начинался. Зимней тут нет, не тот климат, но покупал в лучших магазинах, поэтому одежда очень качественная. Продал часть добычи со складов. Хорошо ушло, заработанные деньги я также тратил. Купил вполне свежий «Ситроен» в виде фургона. Также легковой «Ситроен». Вот теперь и гражданская техника есть. Морской катер прикупил, моторный. Больше особо крупных покупок не делал. Но спустил всю наличку. Покупал деликатесы. Всё же местный хамон действительно не зря хвалили. Ну и делал запас готовых блюд, заказывал в ресторанах.

Два дня пробыл в городе, носился как савраска, стараясь всё успеть. За это время было взломано семь амулетов, лекарский до полного, плюс ещё десяток зарядил до десяти процентов. Среди этих амулетов два оказались для магов, убрал в кубик для магов, заполнять аурное не хочу, а браслеты их не принимали. К чему они мне? Вот для оплаты магу сохранить можно. Я ауру проверил, амулет лекарский подтвердил, чистая. Я больше не маг. А вот пять других амулетов, это второй амулет «Руки», два климата, вещи нужные, потом подводного дыхания, и ночного и дальнего виденья. Два в одном. Вещь нужная, порадовало, что добыл его. Ну а восьмой, его я не считаю. Это кубик. Да, достал всех испанцев, ликвидировав по очереди. Сняв с главного нужные амулеты, их ещё взламывать, и почистил каравеллу. Да, каравеллу я всё же оставил, а всю остальную мелочёвку продал. Добыл ещё шесть амулетов, подзарядил чуть и тоже на взлом, все они для простецов. Взлетев, как стемнело, а было четырнадцатое число, полетел до Триполи, это в Африке, до Александрии почти три тысячи километров, с двумя дозаправками. Так что одна прошла, а когда ко второй приближался, начало светать. Сел от греха, заправив, и обслужив машину, прибрал. Тут боевые действия, я не сумасшедший днём летать. Да и отдохнуть хотел. Так что продолжался взлом амулетов, я их уже подзарядил. Второй зарядки взломал, но приписывать к себе не стал, он пойдёт в запас для других жизней, как и второй из климатов. За день взломал два амулета, прежде чем лететь дальше. Был сканера и ещё один климата. Климата тоже в запас. Так и добрался. Тут осталось-то шестьсот километров, три часа потратил, и сразу обслужив и заправив машину, рванул на машине к аэродрому, где патрульные самолёты стояли, включая гидролодки. Увёл три новых, немалые запасы топлива и моторного масла. Плюс два истребителя. «Спитфайер», пушечные. Там в порт, добыл с десяток «Доджей», включая три десятка новых с транспорта, что разгрузить не успели, я там почти все трюмы опустошил, вот его взорвал, чтобы списать пропажу. Впрочем, не смотря на тревогу, я остался в городе, жил в отеле. Нанял торговца, арендовал склад в порту, и туда доставляли фрукты, что сейчас в ходу, поспевали, и прибирал как заполнялся.

За два дня неплохо закупился. Но уже семнадцатое наступило, скоро обвал киевского фронта, поэтому полетел на «Каталине» прямо к Киеву. Ох как хорошо-то, и легче лететь с амулетом ночного виденья. Причём, управлял амулетом «Руки», развивал его, а то всего пятнадцать рук подчинялось. Ничего, добрался, хотя потратил почти всю ночь, как раз на рассвете и был на месте. Успел, сев на воды Днепра. Наших думаю привлёк рёв метров, а они у «Каталины» отнюдь не тихие, но ничего, обслужив и заправив машину, как же с амулетом «Руки» хорошо, прибрал, и на катере до берега. Там и его прибрал, дальше отойдя подальше, тут густой лес, с буреломом, сделал лежанку, а ночами холодало, уже ставил палатку, и тремя шинелями утеплялся, вот так и отдыхал. А рану я не лечил, причина банальна, я пока не планирую возвращаться в строй, полежу в госпитале. Рана не обработана, не зашита, это видно, пусть медики работают, а там излечу её амулетом, только косметический шрам останется.

Посетив ночью Киев, долго искал нужное, и только под утро нашёл тот самый амулет. Правда, тут в сомнении, да я держал на руках три совершенно одинаковых предмета из экспозиции музея. И какой из них лекарский амулет, я не знаю. И есть ли он вообще среди них. Пришлось покидать музей, скоро тут служащие появятся. Итак охранник вырубленный, связанный, в каморке своей лежал, уже очнулся наверное, развязаться пытался. В парке устроившись, тут я не один был, много беженцев, стал заряжать первый предмет. Зарядка не пошла, это не амулет, просто схожее украшение. Так что следующий, а тут зарядка пошла, отчего я с облегчением вздохнул. Этот медальон явно то, что мне нужно.

Ну и пока та шла, занимался собой. Рядом уже шёл взлом очередного амулета, в виде перстня, есть подозрение, что это также хранилище. Мне нужен амулет личной защиты, а такой я нашёл в Александрии, в одном из музеев. Он на очереди на взлом, сейчас важнее иметь как можно больше хранилищ. Да, я был в музее и добыл его. Ничего, и до него очередь дойдёт. После перстня поставлю на взлом уже амулет личной защиты. Кстати, тем первым лекарским амулетом я тщательно себя излечивал. Нет, следы осколочные на теле и пулевую рану я оставил. Только голову полностью подлечил. Просто тело у Игоря нужно лечить, старый прелом кисти залечить, почистить суставы и сосуды, гастрит уже заметный, разные металлы осели в теле. Он ими дышал. Ещё тот курил, грязные лёгкие. От всего этого я тело и очищал. И скорее всего геном чистить нужно будет, но сделать я этого не могу. У меня должен быть образец чистого тела, а пришельцев под рукой, чтобы иметь их геном как идеал, у меня нет. Это всё планы на будущее. Так что пока спал, два амулета взломал. Но лекарский следующий, его к себе не припишу. Станет третьим, что уберу в запас на будущие жизни, его ещё зарядить до полного нужно. Сам я пока отдыхал. Да отсыпался, старался вспомнить где ещё есть нужные и важные амулеты. Например, очередной амулет взлома есть в Москве, у одного коллекционера. Что припоминал, записывал в блокнот. Кстати, в Александрии мне отстирали и погладили форму, последнее не просил, да ещё повреждения зашили. Так что форма сейчас на мне, разнашивал, да после стирки от неё даже костром и сырой землёй не пахнет. Вот и доводил до состояния жизни бродяги. Ну а дальше покинув город, с дороги на «мессере» взлетел и добрался до Мозыря. Грузовик был на месте, но с пустым кузовом. Судя по тому, что машину не забрали, наткнулись на неё нашли окруженцы. Хотя для окруженцев больно долго по тылам ходят. Скорее всего беглецы из лагеря для военнопленных. Или раненые восстановились, и как смогли, нагоняли фронт. Им содержимое кузова точно пригодится. А машину прибрал, в память, благо ей не навредили, ну полетел дальше, к Минску. Планы я не менял.

Впрочем, с Минском придётся погодить, в двадцати километрах от столицы Белоруссии, я обнаружил крупный пункт сбора трофейной советской техники. И судя по пятнам, где раньше стояла техника, её уже куда-то вывозят. У меня хватает разной техники, автомобильной, мотоциклетной, даже «Харлеи» есть, но советской нет. Поэтому заглушив двигатель, а то шумел, планируя, сел на дороге. Прибрал его и побежал к пункту сбора. Используя амулет «Руки», тренировал его, я быстро уничтожил охрану и техников, что тут работали, выпустив советских пленных из барака, помогали восстанавливать что на ходу. Драпанули те быстро, а я стал прибирать технику, но только ту, что на ходу. Это не мгновенно, да и много её тут, одних автомобилей больше тысячи, забирал четыреста. Так что к рассвету закончил. Одних легковушек больше семидесяти было, и немало на ходу. Кстати, пока работал, в одном месте отложил амулеты, там работали два, один зарядки, другой взлома, иногда подбегал, менял те что заряжал, чтобы хотя бы по пять процентов было, так что постепенно моя коллекция увеличивалась. Наконец сканер появился, сразу запустил, как привязал к себе. Дальность полтора километра. Прилично. Внёс в базу мины разного типа, чтобы не налететь. Будет подсвечивать. А пока на машине отъехал километров на десять, на запад, не туда куда беглецы убегали, светало, там устроился в лесу, амулеты рядом работали, и вот поев, аппетит суперский, и вскоре уснул.

***

Моторы «Юнкерса» ровно гудели, хотя у машины был перегруз. Сегодня ночь на двадцать третье сентября. И летал я прямиком на Москву, уже Вязьму пролетал. Там и проверки будут проходить, и лечиться думаю там же, если так, посещу коллекционера, выкуплю амулет взлома.

Находок много, грабил склады, пока не заполнил все хранилища, много авиатехники. Даже пятьдесят новеньких «МиГ-1» добыл. Заправляй, и в бой. Хотя вооружены те ну очень слабо, один крупнокалиберный и два винтовочного калибра. Глядишь пригодятся. А в Минске, куда вернулся, я там уже почистил многое ранее, встретил случайно девочку лет двенадцати, её укрывали в городе. Оказалась та москвичкой, и хорошо знала Игоря, они соседи с его родителями, та попала в окружение с пионеркой дружиной, так как отдыхала в пионерском лагере под Белостоком, и их не успели эвакуировать, почти сто детей. Повезло им с воспитателем, спас, довёл до Минска, распределив детей среди неравнодушных жителей. Прикинув всё, когда мы закончили обниматься, та ревела навзрыд, я через Тонечку вышел на того воспитателя, а его Димой звали, старше меня на два года, кстати, Игорю на днях, в августе, наступило двадцать лет. Так вот, вышел на того, а он уже среди подпольщиков был, и договорился, угоняю самолёт и вывожу детей. Его задача собрать их и доставить в нужное место, а вывоз на мне. Да, угонял «тётушку», там на аэродроме других транспортников не было, но и детей сотня, хотя детей сто три оказалось, тот всё же мог перевозить восемнадцать тяжеловооруженных десантников. Так что сотня детей, без вещей, пусть и с перегрузом, но взять мог. Многие сидели на полу, обняв колени, не только по лавкам. В смысле, я встретил Дмитрия, с ним был крупный такой мужчина, тоже из подпольщиков, в довольно солидной должности, так этот хмырь с напором стал приказывать мне взять раненого. Очень важное лицо, его срочно нужно в больницу, ранения тяжёлые. А у меня, если возьму раненого, то придётся отказаться брать кого-то из детей. Поэтому выслушав того, просто и без затей послал его к чёрту на кулички. И приказывать тот мне не может, он мне не командир. Раненый видимо был в телеге. Дальше у опушки хвойного леса рассмотрел. Там двое охраняли её, с винтовками.

Пока здоровяк возмущался, чуть не ор устроил, я пообщался с Дмитрием, повинив того, какого он вообще сказал этому недоноску о самолёте? Впрочем, не об этом сейчас. Тот кстати меня поддерживал, дальше мы повели детей с собой, что интересно, телега следом пошла, тот здоровяк с охраной следом. А самолёт уже на дороге стоял, в двух километрах от встречи. Я действительно угнал его, с огнём зениток вслед, с аэродрома Минска. Место удобное для взлёта, уже проверил, ну и когда пошла погрузка, эти хмыри, расталкивая детей, пытались поднять раненого, на самодельных носилках, в салон. Выстрел из моего «ТТ», и труп. Здоровяка. Те двое вооружённых отнесли носилки в сторону, пока я держал их под прицелом. Выхода не было, если тот простых слов не понимает. Дмитрий дёрнулся, но и только. Дети конечно испуганы были, но успокоив, принял я их всех. Хорошо мелкие, некоторые даже красные галстуки сохранили, надели, хотя салон плотно забит был. Даже три девочки были в кабине, посадил на место второго пилота, парнишка сидел на полу между креслами. Да, высчитав сколько топлива потребуется для полёта, чтобы облегчить машину, я слил несколько сот литров прямо на дорогу, а иначе могу и не оторваться от полосы. Дальше запуск движков, пока Дмитрий отводил лошадь, им ещё раненого обратно на телегу поднимать, ну а дальше долгий разгон, тяжёлый взлёт, и вот полёт до Москвы. Будет что мне за инцидент с неизвестными подпольщиками? Может быть и будет, время покажет, но я лично считал, что всё сделал правильно. Да и честно говоря, выкинул это из головы, сосредоточился на управлении, высота пятьсот метров, достаточная чтобы видеть на многие километры вокруг, и это хорошо. Пока же включив рацию, уже можно, я заранее настроил волну на штаб ПВО столицы, знал нужную частоту, вот и стал выходить на связь:

- Старший сержант Леонов, Тридцать Третий ИАП, вызываю штаб ПВО Москвы. Ответьте. Приём.

- Неизвестный, уйдите с этой волны, - приказали неизвестный радист.

- Я представился. За отсутствие слуха, с этой минуты, ты Глухарь. Глухарь, прими доклад. Первого сентября, в паре с командиром звена, лейтенантом Прохоровым, вылетел на разведку. Обнаружить наши окружённые части, что рвались на соединение с нами. Задание было выполнено, но при отходе нас перехватили истребители противника, были вынуждены принять бой. Во время воздушного боя я был ранен в плечо. Когда закончился боезапас, прикрывая командира, был вынужден закрыть его машину своей. Мотор загорелся, пришлось прыгнуть с парашютом, по счастью командир смог вырваться и уйти, унося важные сведенья. Раненый, два дня шёл в сторону передовой, пока не вышел к селу. Очень голоден был, укрылся в амбаре, добывая овощи на огороде. Отлёживался в заброшенном амбаре. Однако приехали каратели из комендатуры Могилёва, им сообщили, что в селе укрывают раненых красноармейцев. По законам, что ввели немцы, все кто был замечен в укрывательстве, подлежат казни. Я пытался уйти, чтобы не навредить сельчанам. При отходе нарвался на пост, село было окружено. В перестрелке ранил одного солдата и убил второго, но был ранен и контужен разрывом ручной гранаты под ногами. Попал в плен. По приказу офицера, приговорён к казни через повешенье. Казнь состоялась четвёртого сентября, в день пленения. Верёвка оборвалась. Был помещён в сарай. Сутки держали в сарае, за это время было повешено двенадцать жителей села, за укрывательство раненых бойцов. Из сарая бежал ночью, обломком косы убив полицая на охране, изображая полицая, дальше в дом к офицеру, убив его и фельдфебеля, забрал своё оружие и награду, я орденоносец. Угнав грузовик и скрылся на нём. В машине нашёл припасы, отлёживался в кузове, отходя от ранений и контузии. Машина без топлива. Двадцатого сентября, когда более-менее восстановился, забрался в вагон грузового эшелона, что шёл в нужную мне сторону. В вагоне уснул. А днём очнулся, эшелон стоял на станции. Узнал, что оказался в Минске. Эшелон оказывается всю ночь шёл туда. Дождавшись темноты, покинул станцию, дальше решив угнать самолёт, изучал подходы к минскому аэродрому, какие там машины. Случайно встретил соседку-школьницу. Я москвич, и она москвичка, опознались. Оказалось, больше сотни детей отдыхали в пионерском лагере и оказались в оккупации. Не успели вывезти. Решив забрать всех детей, договорился с их воспитателем, чтобы собрал всех детей в определённом месте за городом в полночь, сам угнал этой ночью транспортный самолёт «Юнкерс-пятьдесят два». Убил двух часовых, и зенитки стреляли вслед, но не попали. Сев на дорогу с заглушёнными двигателями, чтобы шумом не привлечь внимания, принял пассажиров. Больше ста детей в салоне, иду с перегрузом. Прошёл Можайск. Прошу дать курс на аэродром. Пришлось топлива слить на дорогу, для облегчения машины, чтобы взять всех детей, у меня на самом дне горючего, скоро пары будут, не на чем лететь.

Меня уже насколько радистов пытались остановить, прервать доклад, некоторые имели командные голоса, может и командиры. А как закончил, радист дал курс, сообщив, что сильный боковой ветер. На аэродроме будут ждать. А это был военный аэродром, как раз на пути, должен дотянуть. Почти дотянул. Начал захлёбываться и вскоре остановился носовой мотор, но у крыльев пока тянули, так что рассмотрев полосу, начал снижаться, когда стал работать с перебоями левый мотор. Ничего, правый ещё уверенно ревел, когда я произвёл мягкую посадку. Да, детям в салоне велел держатся, садимся. Тонечка, которую я назначил своим заместителем, сидела рядом с двумя другими девчатами, сбегала и передала. Вот так и сели. Машину я хорошо знал, сели аккуратно, не тряхнуло и вот покатили по плитам, лишь иногда на стыках чуть потряхивало. Пока же отключив и правый мотор, стал притормаживать, сбрасывая скорость, фонарь под носом работал, освещая, всё также действуя левой рукой, правую я не задействовал. Как была в косынке, так оставалась. А ждало немало народу. И когда самолёт замер, к нам рвануло с десяток легковых машин. И три грузовика с бойцами. Так что проверив приборы, машину покачивало, действительно сильный боковой ветер, сам же аккуратно ступая, пионеры расползались, чтобы я мог пройти, и отрыл боковую дверь, тут уже подходили командиры, все имели голубые петлицы. Сам я в своей форме и комбинезоне, с непокрытой головой. Козырять не стал, а пока аккуратно спрыгнув, глянув как подскочившие бойцы стали помогать детям покидать салон.

Тут один из командиров командовал, майор, уже подогнали два автобуса, детей туда. Остальных в три грузовика. Похоже всех пока в казармы решили перевезти. Все легко одеты, а уже осень, под утро, очень холодно. Вон часть командиров в шинелях. Хотя мне в моём комбинезоне нормально, причём, амулет климат-контроля особо не использовал. Ну и вытянувшись перед полковником, похоже на аэродроме тот старшим был, сонный, явно подняли срочно, и доложился, что благополучно доставил детей, ну и как угнал самолёт. А полковник, выслушав доклад, просто обнял и поблагодарил. Просто удивительный случай, к нему жался парнишка лет десяти. Младший сын оказался, который пропал с началом войны. Тот отца сразу узнал, при свете фар.

Ну а дальше меня в штаб авиадивизии, что тут стояла, опрашивать, детьми занимались, самолёт тоже куда-то трактором буксировали. Все при деле. Видно, что тут если не железный порядок, то близко. Впрочем, я только начал рассказ, стенографистка печатала, когда за мной прибыли, с Лубянки. И сразу забрали в Москву. Теперь они будут работать. Кстати, попросил командиров штаба связаться с полком, чтобы мои документы и вещи выслали. Обещали сделать. В машине я поспать немного успел. Всего два часа в дороге, но хоть это. Дальше к врачам, час меня крутили обнажённого, изучали след петли на шее, врач сообщил, что рану пулевую надо шить. Он и сделал это, заново забинтовав. Остальные раны описали. Они подживали, не трогали. Оделся, потом на Лубянку, уже час как рассвело, и завели в кабинет, где майор госбезопасности, со смутно знакомым лицом, растирая лицо, явно не первую ночь не спит, мешки под глазами, покрасневшие глаза, как я сел на стул, представился, устраиваясь за столом:

- Майор Северов, старший следователь. Скажите, Леонов, а всё ли вы рассказали?

- Конечно нет. Многое упустил, чтобы не навредило деревенским, что меня выхаживали. Плюс, когда собирался принять детей на борт, какие-то люди, расталкивая детей, потребовали, чтобы я взял какого-то раненого. А у меня и так перегруз, если брать раненого, я не взлечу. Значит, пять-шесть детей придётся оставить. А они для меня куда ценнее непонятного раненого, кем бы он не был. На попытку заставить, и силой погрузить раненого в салон, я использовал личное оружие.

- Убил? - поднял майор брови.

- Старшего. Наповал. Времени не было спорить, было видно, что старший неизвестных решил настоять на своём во что бы то ни стало.

- Это плохо, - покачал головой майор, и кивнул стенографистке в углу, в звании сержанта госбезопасности. - Ладно, приступим. Начини сначала, с вылета.

***

- Привет, Струев, - услышал я бодрый голос мага. - Как жизнь молодая?

Давно не слышал его, но узнал, не спутаешь, голос с заменой хрипотцой. Я вздрогнул, но удочку не отпустил. А госпиталь у нас на окраине Москвы и до речки метров двести, все знают где я, снасти у меня отличные, купил в Испании, вот и рыбачил. Заодно правую руку разрабатывал. Вообще, после моего такого громкого возращения прошло всего две недели, неделя как закончились допросы. Из госпиталя часто забирали, если новые вопросы возникали. И дня три как перестали журналисты шастать. Не было мне кар за инцидент с подпольщиком. Решили, что я прав. Тем более раненого вывезли через день на другом самолёте. Действительно какое-то важное лицо. Меня наградить обещали, как восстановлюсь, Звезду Героя. Звание младшего лейтенанта уже дали, документы изменили. Из полка ничего не присылали, мои вещи давно в тыл отправили. Ничего, нашли и вернули. Вчера получил. Ну и ещё я побывал у коллекционера и забрал амулет взлома. Выкупил. Тот не отказался его продать. Матушку навещал, сестру, только их, тут порядок, надарил много всего. Так что вот лечусь, прикидываю что дальше делать. А тут голос мага. Да я думал мы встретимся с ним ну явно не скоро. Да я даже не побывал в мире космической техники. Чем платить буду? Поэтому я обрадовался, искренне, и тут же спросил:

- Уважаемый маг, вы можете мне помочь?

- Восставить хранилище? Нет, только удалить и перед перерождением новое поставить, запустится в новом теле.

- Хранилище? - нахмурился я. - А что с ним не так?

- Да хана ему, я тебя уже третий день изучаю. Почти разобрал его. Новое перерождение у тебя будет, но останешься без хранилища. Удар явно мощный. Скажи честно, на кого нарвался?

- Открыл ящик Пандоры. Трофей со склада инквизиторов. То ли внутри был бог, то ли привлёк внимание чужого бога. Удар, и вот в этом теле очнулся. Магического зрения нет. Дара стихий тоже.

- И не будет, тебе по ауре прошлись как наждаком, теперь даже я не поставлю. Будешь восстанавливаться лет сто. Хотя хранилище на нормальное сменить смогу. Даже чуть улучшенное, но кач также два кило в сутки, и перерождения без конца. Улучшения в управлении.

- Ясно, заинтересовали. Воспользуюсь. Чую не бесплатно поработать захотите.

- Ну ещё бы. Оплатишь ящиком Пандоры. Думаю, тут он есть. Даже мир для тебя подберу, где переродишься с новым хранилищем.

- Хм, ладно. Договорились. Тогда вопрос по супруге. Я потерял её в одном из миров, хотелось бы вернуть. Могу описать мир, надеюсь найдёте, и переродить меня в том мире, чтобы я вернулся к жене.

- Обещать не могу, миров тысячи, поди знай где твоя жена, но буду иметь ввиду. Если найду её, сообщу, поэтому не умирай, пока я знаю в каком ты мире, буду на контакте. Вдруг повезёт, и найду нужный мир? По оплате поговорим, если получиться найти этот мир. А пока опиши его, потом оплата за мою работу и тебя ждёт новый мир. Там война идёт, к слову. Проблем с поиском тела, не будет.

- Что, прямо сейчас?

- А чего тянуть?

- Согласен. Нечего, но у меня уже накоплено изрядно добра. Что с этим делать?

- Приму как аванс за поиски мира с твоей супругой.

- В половину суммы?

- Не наглей. Десять процентов. Аванс есть аванс.

Мы ещё немного поторговались, аванс я поднял до двадцати процентов, а также смог уговорить, тот перенесёт один мой амулет. Я выбрал браслет-хранилища. Заполнен. Кубик забрать не дал, сам на него облизывался. Ну а дальше прибрав снасти, ведро, где с десяток рыб плавало, осень, а клюют хорошо, и просто исчез из Москвы. Этот мир конечно неплох, и стартовал я ярко, но такой шанс упускать нельзя. Одно радовало, что я из всех дел в этом мире, спас тех детей. Дело большое, есть чем гордится. Я лично считал, что сделал всё правильно. Да, в тылу у немцев многим нужно помочь, но не успел. Хоть детей вывез. А так я исчез из столицы, имитировал гибель в реке, и на самолете направился в сторону одного из крупных монастырей в Италии. Именно там особый склад, где ящик Пандоры хранился. Правда, предупредил мага. Пусть к нему не лезет пока не найдёт мир с моей женой, и не отправит меня к ней. А там пусть отрывает сколько захочет, уже не важно.

***

Открыв глаза, я поморщился, на лицо сыпался песок, отчего я звонко чихнул. То, что частокол зубов другой, отметил мельком. Я знал, что это перерождение, даже в курсе в кого попал, хотя пробуждения памяти пока и не было. Маг сообщил.

Ну а что, добыл я что нужно, даже всё содержимое склада инквизиторов ему передал, по сути подняв оплату за поиск мира с Юлей и перенос меня туда, на пятьдесят процентов, всю свою добычу отдал. Расходники, не жалко, и дальше просто застрелился, чтобы душа покинула тело. Маг должен был поймать и заселить в тело раненого мичмана Артемьева, дворянина из Псковской губернии. И сейчас лето тысяча девятьсот четвёртого года, находимся в осаждённом Порт-Артуре. Это пока всё что мне было известно. В ушах звон, явно контузия, слабость в теле. Пока я занимался хранилищем, значок был на месте, запустил кач, отметил что два матроса в военной форме, усатые, запылённые, лица в копоти, начали откапывать меня, явно что-то говоря, но из-за шума в ушах я ничего не слышал. И да, я явно контужен, в минус, ощущал сотрясения земли, по нам точно вели огонь артиллерией. А пока меня на носилки, перенесли, и куда-то понесли, я в создании был. Тяжёлое состояние, надо сказать, но главное в сознании. Несли может и долго, только меня на пятой минуте вырубило. Кач запущен, это хорошо, он уже шёл. Остальное выясню, когда очнусь. Кстати, браслет вроде на левой руке. Когда ворочали, рассмотрел нечто схожее.

А очнулся я видимо через двое суток, а уже четыре кило накачалось, лежал обнажённой под простынёю. Такие же простыни висели по бокам и спереди, явно являясь ширмами. Похоже я в госпитале. Да не похоже, так и есть. Александр, так звали мичмана, навещал товарища в госпитале, видел там такие ширмы из занавесок. Ну и пока мысленно проверял своё состояние, обдумывал свои шаги. Точнее пытался, но с такой контузией, хорошо, что в сознании, и шум в ушах, всё также ничего не слышал. Ну что ж, половину, самую важную часть сделал, на контакт с магом вышел, что радует. Обновил хранилище, если тот не солгал и то было повреждено. Хотя смысла лгать тому не было, теперь жить тут, главное не погибать, а спокойно ожидать пока тот не найдёт Юлю. Мир с ней, нужные данные я тому дал, что успел натворить пока воевал в том мире. По тем мостам, что из танков расстрелял, и определит. Других зацепок не было, какое сейчас там время я не знал.

Хотелось бы узнать по этому миру, как тут инквизиция себя повела в прошлом, также найду амулеты в музеях и у коллекционеров, или тут чисто, подбирают? Узнаю только изучив, на своём опыте. А это будет не скоро, вижу нога в лубке гипса. Перелом похоже. На голове повязка, на груди тоже, тело повреждено, но жить я буду. Теперь что по мичману. Ему девятнадцать лет, тот осенью ноль третьего года прибыл в Артур с первым назначением. Получил его на «Петропавловск», заменил заболевшего мичман Шпилле, став командиром кормовой башни. Артемьев один из немногих кто выплыл после подрыва флагмана на минах. Две недели лечился, простыл, и получил назначение на крейсер «Баян», артиллеристом. А когда в августе стали снимать орудия, разоружая корабль, с матросами стал командовать двумя орудиями на одном из укреплений. А через неделю накрытие, возможно случайное, и вот в его тело попал я. Те двое, узнал их, из расчёта левого орудия в сто двадцать миллиметров. Сам Александр из Пскова, он да маменька, вот и вся семья. У них дом в городе и небольшое именьице, где занимаются выведением рыбы в прудах, рядом с Псковом. Доход небольшой, но стабильный. О море тот мечтал, мечту исполнил, но вот погиб. Ничего, я планирую прожить в этом мире как можно дольше и помогут мне в этом амулеты. Нужно ещё до них добраться. Самые главные, амулеты омоложения. Только бы маг ящик Пандоры не открыл. Вот чувствовал по тону, когда передавал его, что тот аж дрожал в нетерпении изучить. Я тогда с него выбил обещание, что будет раз в год давать о себе знать. Что жив, в порядке, ищет мир с Юлей. Как видите, интересное вселение. Тело было невысоким, но крепким, склонным к полноте. Не пухлый, парень занимался зарядкой, но щёки округлые. Так что займусь собой. Позже.

Состояние действительно так себе. Но смог поднять руки, с облегчением обнаружив браслет у меня на руке. Ну да, без меня его никому не снять, там хитрая защёлка. Я же, коснувшись его правой рукой, тот на кисти левой был, оправил в хранилище. Там уже есть место, было куда. Позже припишу его к себе. Пока не в том состоянии, да и имущество что внутри, мне особо пока не нужно. Хотя чтобы отвлечься, как раз сестра милосердия заглянула и вскоре вернулась с врачом, я их не слышу. Так и сказал, с некоторым трудом, вот пока осмотр шёл, я и размышлял. Браслет этот я выбрал сознательно. Это не первая находка, а тот второй. Я не перебирал хранилища, не менял содержимое, маг не давал даже присесть, под контролем был. Что есть внутри, то есть. В первом хранилищем техника и бронемашины с того пункта сбора, всего сорок две единицы. Помню был танк «КВ-2», «Т-34», два «Т-26», три пушечных броневика «БА-10М», остальное автомобили, это шесть «полуторок», два автобуса на базе «полуторок», пять «ЗИС-5», и три «эмки». Остальное занято мотоциклами. Во втором хранилище всё занято бензином для самолётов, в бочках, увёл с железнодорожной станции Минска. Там переливали в бочки. Самое забавное, самолёт всего один, и тот «Шторьх», новенький, обслужен как надо, но один на весь браслет. Он в шестой грани. Хотя сейчас о третьей. Я ночами молочные фермы посещал в Испании, пока два дня там был, уводил не платя, все запасы именно в третьей грани. Тут и молоко, свежее, охлаждённое, и сливки, и сметана, и сливочное масло. Правда, было ещё три десятка половинок корьевых туш, только забили, но полная грань. В четвёртой, уже овощи и фрукты из Александрии, полная грань. Пятая, обмундирование, амуниция со складов у Кобрина, это когда у Минска работал, в ту сторону слетал. В шестом, оружие, от винтовок и пулемётов, до миномётов, там же самолёт, в седьмом, боеприпасы к наличному оружию. Потому и выбрал этот браслет, тут всё более-менее сбалансированно.

В это время врач писал на бумаге вопросы, я фокусировал взгляд, что тоже не просто, да всё размыто, и старался отвечать. Получилось не очень хорошо, но получалось, так что на вопросы я ответил. Правда, окончания процедуры не дождался, вырубило. Действительно серьёзная контузия. Ничего, оклемаюсь, как раненый получу больше свободы и займусь своими делами. Хотя повоевать тут я и не прочь, самому интересно, но сначала нужно добыть амулеты, особенно личной защиты, а то опыт накрытия, что получил прежний хозяин тела, мне не понравился. Последствиями я мучился, а не он. Имея амулеты, уже можно планировать дальнейшие шаги. Один минус, покидать планету я не могу, тут меня маг найдёт, а как планету покину, то где у пришельцев он будет меня искать?

Надо сказать, что лечение было обычное. Просто лежать, и всё. Да и не в том я состоянии чтобы вставать. Вот же нашёл маг мне тело. Нет, в принципе нормально, впервые в тело дворянина попал, всё же сам потомок дворян, просто скука такая стояла, не передать. И не поговорить ни с кем, слух не вернулся, врач, явно поколебавшись, написал, что повреждены барабанные перепонки. Слух не вернётся. Ну я это спокойно воспринял. Будут амулеты, излечусь. А пока лежал, меня кормили с ложечки, крепкий такой санитар из бывших солдат. Обихаживал. Ловко утку подсовывал, когда звал его, обмывал. Так что заботились в принципе хорошо, особых вопросов не было. Только скука, но я про это уже говорил. Я лежал, восстанавливался. Хранилище качалось. Вставать мне разрешили только через месяц, хотя гипс на ноге сняли ещё неделю назад, повязки даже чуть раньше. Ничего ворочался с боку на бок, но не вставал. Предписание врач я не нарушал. Да тут нарушишь, встал и упал, и ещё придётся лишние дни в койке провести. Перспективы как-то не радуют. Уже сентябрь к концу подошёл, первые дни октября пошли, бри за крепости стояли серьёзные, но я пока ничем помочь не мог. Да, есть оружие, даже танки. И что? Для начала всё не в коня корм, обученных экипажей нет, а потом, как я это всё объясню? Инквизиторы, напомню, не дремлют. Нет уж, подождём. И вот, второго октября, врач разрешил впервые встать. Аккуратно садился я уже дня три как, сидел так, иногда по паре часов. Голову чуть кружило, последствия контузии, но вот так. На голове рана, зарубцевалась уже. На груди, то там осколок по рёбрам чиркнул, крови много, но повреждение в действительности минимально. Заживало.

Вот так держась за руки врача, уже знал, что его Всеволодом Ивановичем звали, временно переведён из корабельных врачей для усиления сухопутных медиков. Ничего, стоял, стараясь вес держать на второй ноге, не повреждённой. Впрочем, врач шаг назад сделал, и помог мне сделать два шага вперед, и смог, хожу. Пусть и шатает. Все проблемы в голове. Тот отслеживая моё стояние, написал, что на сегодня хватит, и меня усадили на койку. Лёг я уже сам. После врача санитар зашёл, он каждый день меня обмывал. Вот и сейчас для этого зашёл, с тазиком. Пока тот работал, я размышлял. Браслет я уже привязал, там пара минут на это нужно, так что пользовался некоторыми запасами, вроде молочки. Люблю я её. Кстати, в браслете ничего из морской техники не было вообще. Надо будет тут шлюпку или джонку купить, чтобы хоть что-то было. Вещи Саши я обнаружил тут же, в палате, когда более-менее пришёл в себя. Сослуживцы навещали, сообщили что орудия принял другой офицер, уже не раз открывали огонь, ведя контрбатарейную стрельбу, собственно для этого те и использовали, или отсекающий огонь при японских атаках. Самое главное, я тоже проверял себя, когда врач помогал мне встать. Слабость, слуха нет, только шум в ушах. Главное шум слышу, а слуха нет. Вот как так? А вывод такой, ещё неделю, и я сам смогу покинуть госпиталь, освободив койку. За месяц я неплохо распланировал свои дальнейшие действия. Тут в Порт-Артуре мне делать нечего. Нужно искать амулеты, тут их найти можно только случайно, среди личных вещей. И как искать? Нет, только музеи и коллекционеры. Чем быстрее приведу себя в порядок, тем быстрее вернусь в строй и приму участие в этой войне. Не факт, что успею к окончанию обороны Порт-Артура. Но хотя бы в бою при Цусиме смогу поучаствовать.

Да, тут я твёрдо решил, поэтому наставления врача выполнял от и до, и через неделю, а уже уверенно ходил, сам посещал туалет, даже мылся, врач признал, что я немного восстановился, ещё месяц дал мне время на восстановление, но в строй я уже не вернусь, не после такой контузии. Когда я сообщил что желаю покинуть госпиталь и устроится в городе, тот начал оформлять бумаги, копии отправят в штаб фронта, я за ними числюсь, что нахожусь на излечении, и идут работы о признании меня тяжелораненым, для выхода в отставку, как комиссованного по ранению. Я своими словами объясняю, тот другими писал. Главное девятого октября, я вышел из госпиталя, в запасной форме Саши, ту в которой ранение получил, уже не восстановить, там хлам, а не форма, и держа в левой руке чемоданчик, уверенным шагом двинул в сторону корейского квартала. Врача отблагодарил, двести рублей дал, я вещах нашёл пачку в пятьсот рублей. Взял не чинясь, на покупку медикаментов. Китайцы привозили. Две десятки ушло санитару Ереме. На руках бумаги, что я нахожусь на излечении, комиссуют меня позже. Хотели сразу, но я попросил дать мне время. Сам я тоже лежал не зря, немало что вспомнил и записал в блокнот, мне нужно в Шанхай, там помнится есть некоторые амулеты, что мне пригодятся. В Шанхае в это время жил коллекционер, европеец, так вот, в сорок четвёртом я у его сына в коллекции нашёл некоторые амулеты. И стоит сказать, что сын коллекционером не являлся, не болел этой темой. И потихоньку распродавал, что отец собрал. Просто в коллекции было аж семь амулетов что мне нужны. Если они уже в коллекции, то вот что это было, первое, амулет лекарский, универсальный, потом сканера, на два километра, амулет зарядки, два амулета взлома, но оба с привязкой. Шестой амулет, это «Руки», на тридцать телекинических рук, ну и ночного, и дальнего виденья.

Все амулеты нужно взламывать, кроме зарядки и «Руки», и я знаю где такой амулет взлома взять. А тот из Мозыря, помните? Его привезли советские археологи из своей экспедиции. В двадцать четвёртом году, был тот обнаружен в усыпальнице, в Казахстане. Место я знаю. А изучил специально, на другие жизни, как эта, откуда привезён, даже снимки местности были, на переднем фоне позировали учёные и их помощники. Вскрывать усыпальницу не хотелось, но придётся. Ничего не возьму кроме нужного амулета. Даже сделаю так, заберу, привяжу, взломаю всё что добуду в Шанхае, и верну на место. Среди экспонатов коллекционера также был амулет «Око». Такие планы были. Размер хранилища уже восемьдесят килограмм, было что внутри держал, часть вещей я уже прибрал. Закупал до вечера припасы, готовую еду. Ну как мог, с моим отсутствием слуха. Ничего, получилось. Пока же, дождавшись наступления темноты, ушёл к сопке, и достав самолёт, проверив его, забрался в кабину, после запускал, по дрожанию корпуса понял, что он прошёл, да и диск винта видел, но не слышал, и разогнавшись, ушёл через фарватер в отрытое море. Темнота скрыла. В море, набирая высоту, полетел в сторону английской базы Вэйхайвэй. Тут расстояние в сто шестьдесят километров по прямой, вполне доберусь. Удерживая высоту, так и летел. Ночь, тучи над головой, что прибавляли темноты, но я тянул в нужную сторону. Главное, чтобы не шторм был. Однако барометр пока не падал. Да, пока лежал, санитар делал разные покупки по моим заказам. Приобрёл штурманский комплект инструментов, барометр, и карты разные навигационные. Также гражданскую одежду моего размера, обувь. Я уже переоделся в костюм, кожаную куртку, на голове лётный шлем. Он на штурвале с очками висел. Так и летел.

Pulsuz fraqment bitdi.

5,15 ₼
Yaş həddi:
18+
Litresdə buraxılış tarixi:
10 noyabr 2026
Yazılma tarixi:
2026
Həcm:
390 səh. 1 illustrasiya
Müəllif hüququ sahibi:
Автор
Yükləmə formatı: